Дело № 2-7/2023 (№) КОПИЯ

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

19 апреля 2023 года г. Лысьва

Лысьвенский городской суд Пермского края в составе

председательствующего судьи Чирковой В.О.,

при секретаре судебного заседания Сайфуллиной Е.М.,

с участием представителя ответчика К.С.В.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску СПАО «Ингосстрах» к З.Е.В. о признании договора страхования недействительным,

УСТАНОВИЛ:

Страховое публичное акционерное общество «Ингосстрах» (далее по тексту СПАО «Ингосстрах») обратилось в суд с иском к З.Е.В. о признании договора страхования от несчастных случаев и болезни недействительным, взыскании расходов по оплате госпошлины, указав в обоснование требований, что ДД.ММ.ГГГГ между СПАО «Ингосстрах» и З.Е.В. заключен договор страхования от несчастных случаев и болезней № №, согласно которому застрахованы имущественные интересы, связанные с причинением вреда здоровью Страхователя (застрахованного лица), а также его смерти в результате несчастного случая или болезни. Страховая выплата, установленная договором, подлежит оплате в связи с утратой трудоспособности или смерти застрахованного лица, если такая утрата трудоспособности или смерть наступили в период действия договора. При заключении договора, З.Е.В. заполнила заявление-вопросник об обстоятельствах, имеющих существенное значение для определения страховщиком вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков, на все вопросы ответила отрицательно, в том числе о заболеваниях органов дыхания, опорно-двигательного аппарата, травмы опорно-двигательного аппарата, о прохождении специальных обследований, в т.ч. МРТ за последние 5 лет.

Таким образом, З.Е.В. при заключении договора не сообщены обстоятельства, имеющие существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая, тогда как такие обстоятельства были известны страхователю.

Согласно информации, указанной в медицинских документах, З.Е.В. до заключения договора страхования страдала соматическими заболеваниями нервной системы (в 2018г. при проведении МРТ выявлена №), дегенеративно-дистрофическими заболеваниями опорно-двигательного аппарата (№), хронической инфекцией (№), женской половой сферы, бронхолегочной системы, в заявлении – вопроснике не был отражен факт наличия указанных заболеваний. ДД.ММ.ГГГГ З.Е.В. обратилась в СПАО «Ингосстрах» с заявлением о наступлении страхового события, согласно которому, З.Е.В. установлена 2 группа инвалидности. СПАО «Ингосстрах» считают, что наступление случая, имеющего признаки страхового, находятся обстоятельства, наличие которых страхователь умышленно скрыла от страховщика. В связи с тем, что при заключении договора страхования, страхователем были преднамеренно скрыты сведения о наличии заболевания, в результате чего страховщик был введен в заблуждение, просят признать договор страхования от несчастных случаев и болезней № № от ДД.ММ.ГГГГ недействительным, взыскать с З.Е.В. госпошлину в сумме 6000 руб.

Представитель истца В.Е.А. в судебное заседание не явилась, просила суд рассмотреть дело в ее отсутствие. Согласно представленному отзыву исковые требования поддерживает, указывает, что между выявленным в 2018г. новообразованием №, которое после дообследования в 2021 установлено как интрамедуллярная № и осложнившаяся развитием окклюзионной гидроцефалией и неврологическим дефицитом имеется прямая причинно-следственная связь. При этом оценка работы участкового врача-терапевта, данная в ходе проведения судебной экспертизы, высказывания о возможной информированности З.Е.В. о заболеваниях может рассматриваться как выход экспертной комиссии за пределы компетенции. Обратила внимание на то, что сообщение страхователем ложных сведений нарушает права страховой компании на оценку страхового риска в момент заключения договора. Просила требования удовлетворить.

Представитель ответчика К.С.В. в судебном заседании с исковыми требованиями не согласился, просил в удовлетворении исковых требований отказать. Пояснил, что действительно у З.Е.В. имелся ряд заболеваний в момент заключения договора, при этом значение имеет лишь то заболевание, которое находится в причинно-следственной связи наступившим страховым событием. О том, что выявленная в 2018г. опухоль является настолько серьезным заболеванием З.Е.В. не знала, ей поясняли, что опухоль без патологий, развиваться не будет, какого-либо лечения в связи с этим заболеванием она не проходила, чувствовала себя хорошо, проживала в частном доме, занималась огородом. В больницу обращалась только с жалобами на головную боль, но думала, что это из-за остеохондроза.

Ответчик З.Е.В. в судебное заседание не явилась, о дате, времени и месте судебного заседания извещена надлежащим образом.

Допрошенная в качестве свидетеля дочь З.Е.В. - С.М.М. пояснила, что у ее матери периодически болела голова, они думали, что это из-за остеохондроза. В 2018г. З.Е.В. ездила на МРТ, обнаружили небольшую кисту, но ей пояснили, что киста врожденная, развиваться не будет. Ее мать занималась достаточно тяжелой работой, сама обрабатывала огород. В ноябре 2021 З.Е.В. резко стало плохо, сразу положили в больницу, в дальнейшем пояснили, что резко выросла киста.

Выслушав стороны, исследовав материалы гражданского дела, суд приходит к следующему:

В соответствии с Законом РФ от 27.11.1992 N 4015-1 (ред. от 29.12.2022) "Об организации страхового дела в Российской Федерации", Страхование - отношения по защите интересов физических и юридических лиц, Российской Федерации, субъектов Российской Федерации и муниципальных образований при наступлении определенных страховых случаев за счет денежных фондов, формируемых страховщиками из уплаченных страховых премий (страховых взносов), а также за счет иных средств страховщиков.

Страхование осуществляется в форме добровольного страхования и обязательного страхования. Добровольное страхование осуществляется на основании договора страхования и правил страхования, определяющих общие условия и порядок его осуществления (п. 1 ст. 2 данного Закона).

В соответствии с п. 1 ст. 927 ГК РФ страхование осуществляется на основании договоров имущественного или личного страхования, заключаемых гражданином или юридическим лицом (страхователем) со страховщиком.

По договору личного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию), уплачиваемую другой стороной (страхователем), выплатить единовременно или выплачивать периодически обусловленную договором сумму (страховую сумму) в случае причинения вреда жизни или здоровью самого страхователя или другого названного в договоре гражданина (застрахованного лица), достижения им определенного возраста или наступления в его жизни иного предусмотренного договором события (страхового случая) (п. 1 ст. 934 ГК РФ).

В силу ст. 940 ГК РФ, договор страхования должен быть заключен в письменной форме. Договор страхования может быть заключен путем составления одного документа либо вручения страховщиком страхователю на основании его письменного или устного заявления страхового полиса (свидетельства, сертификата, квитанции), подписанного страховщиком.

В последнем случае согласие страхователя заключить договор на предложенных страховщиком условиях подтверждается принятием от страховщика указанных в абзаце первом настоящего пункта документов.

Страховщик при заключении договора страхования вправе применять разработанные им или объединением страховщиков стандартные формы договора (страхового полиса) по отдельным видам страхования.

На основании п. 2 ст. 942 ГК РФ, при заключении договора личного страхования между страхователем и страховщиком должно быть достигнуто соглашение: о застрахованном лице; о характере события, на случай наступления которого в жизни застрахованного лица осуществляется страхование (страхового случая); о размере страховой суммы; о сроке действия договора.

При этом в силу положений пп. 1, 3 ст. 943 ГК РФ условия, на которых заключается договор страхования, могут быть определены в стандартных правилах страхования соответствующего вида, принятых, одобренных или утвержденных страховщиком либо объединением страховщиков (правилах страхования). При заключении договора страхования страхователь и страховщик могут договориться об изменении или исключении отдельных положений правил страхования и о дополнении правил.

Согласно п. 2 ст. 957 ГК РФ страхование, обусловленное договором страхования, распространяется на страховые случаи, происшедшие после вступления договора страхования в силу, если в договоре не предусмотрен иной срок начала действия страхования.

Положениями ст. 944 ГК РФ, при заключении договора страхования страхователь обязан сообщить страховщику известные страхователю обстоятельства, имеющие существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления (страхового риска), если эти обстоятельства не известны и не должны быть известны страховщику.

Если после заключения договора страхования будет установлено, что страхователь сообщил страховщику заведомо ложные сведения об обстоятельствах, указанных в пункте 1 настоящей статьи, страховщик вправе потребовать признания договора недействительным и применения последствий, предусмотренных пунктом 2 статьи 179 настоящего Кодекса, согласно которой Сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего. Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота. Сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане. Считается, в частности, что сторона знала об обмане, если виновное в обмане третье лицо являлось ее представителем или работником либо содействовало ей в совершении сделки.

Однако положения ст. 945 ГК РФ наделяют страховщика правом на оценку страхового риска, в связи с чем, при заключении договора личного страхования страховщик вправе провести обследование страхуемого лица для оценки фактического состояния его здоровья.

Из материалов дела следует, что ДД.ММ.ГГГГ между СПАО «Ингосстрах» и З.Е.В. заключен договор страхования от несчастных случаев и болезней № № на срок с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ; страховым случаем является причинение вреда здоровью застрахованного лица, а также его смерти в результате несчастного случая или болезни: смерть застрахованного лица/ установление застрахованному лицу инвалидности 1-ой или II-ой группы в результате несчастного случая или болезни (заболевания); страховая сумма составляет 501000 руб.; выгодоприобретателем является ПАО Сбербанк в части страховой выплаты, равной размеру неисполненных обязательств заемщика по кредитному договору 907497 от ДД.ММ.ГГГГ.

В ходе заключения договора З.Е.В. было разъяснено, о чем свидетельствует её подпись в договоре (полисе) а именно о том, что в случае дачи заведомо ложных сведений при оформлении договора, договор страхования может быть признан недействительным в порядке, предусмотренном законодательством (л.д.8-9).

Правилами комплексного и ипотечного страхования, утвержденными приказом СПАО «Ингосстрах» ДД.ММ.ГГГГ., в п. 53 установлено, что договор страхования заключается на основании полностью заполненного письменного заявления Страхователя или его представителя, которое является неотъемлемой частью Договора страхования. Заявление на страхование в части сведений в отношении состояния здоровья Застрахованного лица подписывается лично Застрахованным лицом, которое обязано сообщить Страховщику в заявлении все известные обстоятельства, имеющие существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая. В случае сообщения Страхователем заведомо ложных сведений, Страховщик вправе потребовать признания договора недействительным (л.д.13-31).

Заключая договор, З.Е.В. заполнила заявление на страхование по договору № №, содержащее вопросы относительно состояния здоровья страхователя, из которого следует, что Страховщик заключает договор страхования, основываясь на достоверности и актуальности, следующих представленных застрахованным лицом сведений, которые имеют для страховщика существенное значение (п.4.1 заявления) (л.д.12-15).

При заполнении заявления-вопросника по комплексному ипотечному страхованию З.Е.В. на вопросы в п.п. «з» психические или нервные расстройства: остеохондроз и прочее; «и» опорно-двигательного аппарата: остеохондроз; «л» травмы опорно-двигательного аппарата (мышц, костей, суставов, позвоночника, головы и т.д.); «н» онкологические заболевания и опухоли, п. 10 «проходила ли она специальное обследование МРТ в связи с подозрением на заболевания за последние 5 лет», о наличии у нее когда-либо выявленных заболеваний указала «нет» (л.д.13,14).

ДД.ММ.ГГГГ З.Е.В. обратилась в СПАО «Ингосстрах» с извещением о наступлении страхового события. В связи с выявленными заболеваниями, З.Е.В. установлена № группа инвалидности (л.д.66,74-75).

Истцом получено заключение специалиста о наличии причинно-следственной связи между заболеваниями страхователя и наступившей инвалидности и ДД.ММ.ГГГГ СПАО «Ингосстрах» в ответ на обращение З.Е.В. сообщило, что в процессе проведения проверочных мероприятий было установлено, что до заключения договора З.Е.В. диагностировано новообразование №. Однако, при оформлении договора страхования в заявлении страхователем не был отражен факт наличия данного заболевания, диагностированного до заключения договора страхования и заявленным событием имеется прямая причинно-следственной связь (л.д.78-83, 84-85).

Из медицинских документов З.Е.В., заключения специалиста следует, что З.Е.В. страдала № (с 2018 – №; в 2018 году при проведении МРТ №; 2019 – №), дегенеративно-дистрофическими заболеваниями опорно-двигательного аппарата (с 2018 -№; 2019 – №; с февраля 2021 – №), хронической инфекцией (с 2018 – №»), женской половой сферы (с 2018 –№), бронхолегочной системы (с 2020 – №) (л.д.32-83).

Судом по ходатайству сторон назначена комиссионная судебно-медицинская экспертиза в ГБУЗ «Бюро СМЭ», в соответствии с выводами которой у З.Е.В. при проведении МРТ шейного отдела позвоночника и головного мозга ДД.ММ.ГГГГ. у З.Е.В. выявлено – интрамедуллярный очаг измененного МР сигнала в № очаг № в неактивной фазе. Дистрофические изменения №. Деформирующий №. МР –признаки минимальных диспластических изменений.

При проведении МРТ от ДД.ММ.ГГГГ выявлена №. При МРТ № выявлено : интрамедуллярное №, очаги №.

Образование, выявленное при МРТ ДД.ММ.ГГГГ. и МРТ ДД.ММ.ГГГГ. это один и тот же процесс – спинальная интрамедуллярная опухоль на различных стадиях ее развития. Однако диагностировано данное заболевание было только при стационарном лечении в нейрохирургическом отделении ГБУЗ ПК «ПККБ» с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

При первом обращении З.Е.В. к врачу-терапевту, впервые была выявлена интрамедуллярная № в виде зоны измененного сигнала, №. Оказание помощи пациентам с объемными образованиями спинного мозга регламентируются приказом Минздрава РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «Об утверждении Порядка оказания медицинской помощи взрослому населению по профилю «нейрохирургия» и рекомендована направлять больного в кабинет врача-нейрохирурга. В записи участкового терапевта ГБУЗ «ГБ ЛГО» от ДД.ММ.ГГГГ имеется запись «…Конс.невролога,нейрохирурга ПККБ…», однако в амбулаторной карте нет ни протокола ВК, заверившего направление пациентки на консультацию нейрохирурга, ни записи о самой консультации.

Сама З.Е.В. не имеет медицинского образования, не могла знать о том, о каком именно имеющемся у нее заболевании идет речь, каков его прогноз и перспективы лечения, какова ожидаемая продолжительность жизни пациентов при данном заболевании, какова вероятность инвалидизации при прогрессировании заболевания. К профильному специалисту-нейрохирургу З.Е.В. была направлена только в 2021 г. уже при развитии серьезных осложнений в связи с прогрессированием имеющегося у нее заболевания.

Соответственно между заболеванием – спинальная интрамедуллярная опухоль и развитием тетравентрикулярной гидроцефалии имеется прямая причинно-следственная связь (л.д.179-215).

Оснований не доверять выводам эксперта у суда не имеется, поскольку заключение эксперта достаточно аргументировано, выводы эксперта последовательны и непротиворечивы, даны в полном соответствии с поставленными в определении суда вопросами, содержит подробное описание проведенного исследования, ссылки на нормативную документацию. Экспертами были оценены все представленные документы. Эксперты был предупреждены об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ, имеют образование в соответствующей области знаний и стаж экспертной работы. Суд принимает данное заключение в качестве надлежащего доказательства по делу.

Вместе с тем, истцом обращено внимание на то, что высказывания о возможной информированности З.Е.В. о заболеваниях является выходом экспертной комиссии за пределы компетенции.

Анализируя установленные обстоятельства в совокупности и взаимосвязи суд приходит к следующим выводам:

По смыслу ст. 944 ГК РФ основанием для признания договора страхования недействительным является не любое обстоятельство, о котором страхователь не сообщил страховщику, а лишь то, которое имеет существенное значение для наступления вероятности страхового случая, что при данных конкретных обстоятельствах означает наличие у страхователя заболевания, о котором не был поставлен в известность страховщик, и которое явилось причиной установления З.Е.В. инвалидности.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями ч. 3 ст. 123 Конституции РФ и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Действительно из материалов дела и пояснений сторон следует, что З.Е.В. при заключении договора страхования не указала о проведении ей в 2018г. МРТ и выявленной опухоли. Наличие иных заболеваний в причинно-следственной связи с инвалидностью не состоят, поэтому существенного значения для разрешения настоящего дела не имеют.

В месте с тем, из совокупности исследованных доказательств данные действия З.Е.В. не могут быть оценены как совершенные умышленно.

В соответствии с ч. 5 ст. 10 добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

Как указано в п. 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Из пояснений представителя ответчика, допрошенного свидетеля следует, что З.Е.В. на момент заключения договора чувствовала себя хорошо, занималась тяжелой физической работой, какого-либо лечения после 2018 г. в связи с выявленной опухолью не проходила.

Более того, СПАО «Ингосстрах» не был лишен возможности при заключении договора выяснить обстоятельства, влияющие на степень риска; бремя истребования и сбора информации о риске возлагается на страховщика, который должен нести риск последствий заключения договора без соответствующей проверки сведений. Вместе с тем, при заключении договора страхования у сотрудников СПАО «Ингосстрах» сомнений в надлежащем состоянии здоровья З.Е.В. не возникло.

Из положений гражданского законодательства следует, что сообщение страховщику заведомо ложных сведений при заключении договора страхования может служить основанием для признания этого договора недействительным при доказанности прямого умысла в действиях страхователя, направленного на введение в заблуждение страховщика, и того, что заведомо ложные сведения касаются обстоятельств, имеющих существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления.

При этом обязанность доказывания наличия умысла страхователя при сообщении страховщику заведомо ложных сведений лежит на страховщике.

Истцом не представлено бесспорных доказательств, свидетельствующих о том, что договор страхования был заключен под влиянием обмана, а равно при его заключении З.Е.В. действовала умышленно, сообщив страховщику заведомо ложные сведения об обстоятельствах, имеющих существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая. О заболевании З.Е.В. не знала, чувствовала себя хорошо, внешних признаков заболевания сотрудниками СПАО «Ингосстрах» не выявлено. Доказательств иного не представлено.

С учетом вышеизложенного, анализируя установленные обстоятельства в их совокупности и взаимосвязи, суд приходит к выводу о том, что оснований для признания договора страхования недействительным не имеется, таким образом исковые требования удовлетворению не подлежат. С учетом отказа в исковых требованиях оснований для взыскания государственной пошлины не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

в удовлетворении исковых требований СПАО «Ингосстрах» к З.Е.В. о признании недействительным договора страхования от несчастных случаев и болезни № MRG-SO2428182/21 от ДД.ММ.ГГГГ. - отказать.

Решение суда может быть обжаловано в Пермский краевой суд через Лысьвенский городской суд в течение одного месяца со дня изготовления в окончательной форме.

Судья подпись.

Копия верна.

Судья: В.О.Чиркова