Судья Гафарова А.П.

Дело № 2-65/2023

74RS0041-01-2022-001865-83

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

дело № 11-9040/2023

13 июля 2023 года г. Челябинск

Судебная коллегия по гражданским делам Челябинского областного суда в составе:

председательствующего Доевой И.Б.,

судей Елгиной Е.Г., Челюк Д.Ю.,

при секретаре судебного заседания Алёшиной К.А.,

рассмотрела в открытом судебном заседании в зале суда гражданское дело по иску ФИО1, ФИО2 к Открытому акционерному обществу «Российские железные дороги», Страховому публичному акционерному обществу «Ингосстрах» о компенсации морального вреда и возмещение расходов на погребение,

по апелляционной жалобе Открытого акционерного общества «Российские железные дороги» на решение Увельского районного суда Челябинской области от 23 марта 2023 года.

Заслушав доклад судьи Елгиной Е.Г. о доводах апелляционной жалобы, возражений, пояснения представителя ответчика - Открытого акционерного общества «Российские железные дороги» ФИО3, поддержавшего доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия,

УСТАНОВИЛА:

ФИО1, ФИО2 обратились в суд с иском к открытому акционерному обществу «Российские железные дороги» (далее ОАО «РЖД»), о компенсации морального вреда в размере по 500 000 рублей в пользу каждого, возмещении расходов на погребение в размере 50 200 рублей в пользу ФИО1

В обоснование иска указали, что 16 апреля 2022 года на Южно – Уральской железной дороге в черте п. Увельский Увельского района Челябинской области смертельно травмирована ФИО15 которая приходится ФИО1 матерью, а ФИО2 бабушкой. Случившаяся трагедия стала причиной сильных нравственных страданий истцов, повлекла душевные переживания, связанные с потерей близкого родственника. Истцы находятся в подавленном эмоциональном состоянии, в связи с чем, просят взыскать с ответчиков заявленную компенсацию морального вреда. Кроме того, ФИО1 понесены расходы на погребение ФИО16 в размере 50 200 рублей, которые также подлежат к взысканию с ответчиков (л.д. 4-13 том 1).

Определением суда, изложенным в протоколе предварительного судебного заседания от 20 декабря 2022 года, к участию в деле в качестве соответчика по ходатайству ОАО «РЖД» привлечено Страховое публичное акционерное общество «Ингосстрах» (далее СПАО «Ингосстрах») (л.д. 106, 127-128 том 1).

Определением суда, изложенным в протоколе судебного заседания от 25 января 2023 года, к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен ФИО4 (л.д. 149-152 том 1).

Истец ФИО1 в судебном заседании на удовлетворении исковых требований настаивала.

Истец ФИО2 в судебное заседание не явился, о дате, времени и месте слушания дела надлежаще извещен, просил рассмотреть дело без его участия.

Представитель истца ФИО1, - ФИО5, действующий на основании заявления в судебном заседании поддержал позицию своего доверителя.

Представитель ответчика ОАО «РЖД» ФИО6, действующий на основании доверенности от 16 декабря 2022 года (л.д. 4 том 2) в судебном заседании возражал против удовлетворения исковых требований, поддержал ранее представленные возражения (л.д. 44-50, 145-148 том 1).

Представитель ответчика СПАО «Ингосстрах» в судебное заседание не явился, о дате и месте судебного заседания извещен надлежащим образом, просил рассмотреть дело в его отсутствие, представил отзыв, в котором указал, что правовых оснований для выплаты страхового возмещения не имеется, требования о компенсации морального вреда завышены.

Третье лицо ФИО4 в судебное заседание не явился, о дате и месте судебного заседания извещен надлежащим образом, просил рассмотреть дело в его отсутствие.

Дело рассмотрено при данной явке.

Решением суда исковые требования ФИО1, ФИО2 к ОАО «РЖД», СПАО «Ингосстрах» о компенсации морального вреда и возмещении расходов на погребение удовлетворены частично.

Со СПАО «Ингосстрах» в пользу ФИО1 взыскана компенсация морального вреда в размере 100 000 рублей, расходы на погребение в размере 25000 рублей.

С ОАО «РЖД» в пользу ФИО1 взыскана компенсация морального вреда в размере 50 000 рублей, расходы на погребение в размере 25 200 рублей.

С ОАО «РЖД» в пользу ФИО2 взыскана компенсация морального вреда в размере 30 000 рублей.

С ОАО «РЖД» взыскана государственная пошлина в доход местного бюджета в размере 1 556 рублей (л.д. 68-80 том 2).

В апелляционной жалобе ОАО «РЖД» просит решение суда первой инстанции отменить, принять новое решение об отказе в удовлетворении заявленных требований.

Считает, что судом неправильно определены обстоятельства, имеющие значение для дела.

В нарушение п.1 ч.4 ст. 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судом первой инстанции при определении размера компенсации морального вреда не были учтены и не отражены в мотивировочной части решения суда обстоятельства травмирования гражданина, на что также указано в п.п. 22,25-28,30 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда».

В решении суда не отражено, что вина ОАО «РЖД» в произошедшем травмировании отсутствует, Обществом приняты все возможные меры для снижения (исключения) вреда, причинно травмирования ФИО17 является нарушение Правил нахождения граждан и размещения объектов в зонах повышенной опасности, выполнения в этих зонах работ, проезда и перехода через железнодорожные пути и правил личной безопасности, утвержденных приказом Минтранса России от 18 февраля 2007 года №18.

Судом не выяснены и не отражены в решении фактические обстоятельства, при которых был причинен моральный вред истцу, определяющие характер и степень его физических и нравственных страданий, а именно истцы и погибшая проживали раздельно, общее хозяйство не вели, следовательно, имеет место отсутствие тесных семейных взаимоотношений, утрата которых привела бы к нравственным страданиям.

Присужденные суммы носят компенсационный характер и направлены на устранение или сглаживание нравственных страданий. Считает, что наиболее приемлемым способом заглаживания нравственных страданий является оказание психологической помощи потерпевшему, на что было обращено внимание суда первой инстанции. Просит учесть стоимость данной помощи в размере до 50 000 рублей. В тоже время истцы за указанной помощью не обращались.

Также судом первой инстанции нарушены нормы материального права, которые выразились в неприменении ст.ст. 151,1101,1083 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Не учтены положения п.п. 27,30,32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда».

Нарушены требования ст.ст. 151,1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку размер компенсации морального вреда определен без учета индивидуальных особенностей потерпевшего и фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред. Считает, что суд формально подошел к определению размера компенсации морального вреда родственникам погибшего.

Также судом не применены положения ст. 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Судом нарушены нормы процессуального права – ст.ст. 67,157,195-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, а именно, суд рассмотрел дело при неявке ФИО2, объяснения истца (дочери погибшей) не содержат информации о перенесенных переживаниях в связи с утратой близкого человека; медицинские справки об обращении за медицинской (психологической) помощью у истцов не истребовались; информация о перенесенных нравственных страданиях внука была подтверждена только со слов представителя в судебном заседании вывод о размере компенсации морального вреда не мотивирован.

Кроме того, определенный судом размер компенсации морального вреда не соответствует единообразной судебной практике по делам со схожими фактическими обстоятельствами (л.д. 95-99 том 2).

В возражениях на апелляционную жалобу истцы ФИО1, ФИО2 просят оставить решение суда первой инстанции без изменения, апелляционную жалобу ответчика ОАО «РЖД» - без удовлетворения.

Полагают, что довод ответчика о том, что основания компенсации морального вреда в данном случае отсутствуют безоснователен, ному доводу дана оценка судом первой инстанции. Также суд первой инстанции установил грубую неосторожность в действиях погибшей, однако не соблюдение ФИО8 требований Правил, на которые ссылается ответчик, не может свидетельствовать о суициде с ее стороны. Полагают, что судом дана надлежащая оценка представленным доказательствам. Определяя размер компенсации морального вреда, суд учел положения ст. 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации, и снизил заявленные ими суммы компенсации на 70 и 94 %%, соответственно. Полагают, что правовых оснований для повторного снижения размера компенсации морального вреда не имеется. Также судом учтен характер отношений между ФИО1 и ее погибшей матерью. Полагают, что решение отвечает требованиям ст. 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (л.д. 175-177 том 2).

В возражениях на апелляционную жалобу помощник прокурора Увельского района Челябинской области просит оставить решение суда первой инстанции без изменения, апелляционную жалобу ответчика ОАО «РЖД» - без удовлетворения.

Полагает, что суд при рассмотрении заявленного спора установил все юридически значимые обстоятельства, оснований для отказа в удовлетворении заявленных требований не имеется. Доводы ответчика, изложенные в апелляционной жалобе, нашли свое отражение в решении суда, иных обстоятельств, заслуживающих внимания, апеллянтом не приводится.

О времени и месте рассмотрения дела судом апелляционной инстанции истцы - ФИО1, ФИО2, ответчик - СПАО «Ингосстрах», третье лицо - ФИО4 извещены надлежаще, в суд апелляционной инстанции не явились, своих представителей не направили, об уважительных причинах неявки суд апелляционной инстанции не уведомили, с ходатайством об отложении судебного заседания не обратились. С учетом положений ст.ст. 167,327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебная коллегия рассмотрела дело в отсутствие указанных лиц.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, возражений, проверив законность и обоснованность судебного решения в пределах доводов апелляционной жалобы и возражений в соответствии с ч.1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия приходит к выводу, что оснований для отмены решения суда первой инстанции по доводам апелляционной жалобы не имеется, исходя из следующего.

Как установлено судом и подтверждается материалами дела, 16 апреля 2022 года в 09 часов 08 минут на нечетном пути 71 км. пикет 8 ст. Нижнеувельская ЮУЖД грузовым поездом 2589 под управлением машиниста ФИО4 смертельно травмирована ФИО8, ДД.ММ.ГГГГ года рождения.

Согласно записи акта о смерти от 20 апреля 2022 года, смерть ФИО8 наступила ДД.ММ.ГГГГ от <данные изъяты>

Согласно Акту служебного расследования транспортного происшествия, повлекшего причинение вреда жизни или здоровью граждан, не связанных с производством на железнодорожном транспорте от 26 апреля 2022 года, машинист ТЧ-2 Челябинск ФИО4, следуя по нечетному пути перегона Нижнеувельская – Упрун с грузовым поездом № 2589, локомотив 2ЭС6 № 401 депо приписки ТС Омск, применил экстренное торможение для предотвращения наезда на человека (женщину), переходящего железнодорожные пути в неустановленном месте. При подходе поезда женщина стояла справа на обочине, движению поездов не мешала. В непосредственной близости, за 20-30 метров до подхода поезда, начала движение и остановилась в колее. На сигнал большой громкости женщина не реагировала. Ввиду малого расстояния и скорости 70 км/ч наезд предотвратить не удалось. Пострадавшая отправлена в морг г. Южноуральск Челябинской области. Причиной смертельного травмирования пострадавшего явилось нарушение им п.п. 6, 7 Правил нахождения граждан и размещения объектов в зонах повышенной опасности, выполнения в этих зонах работ, проезда и перехода через железнодорожные пути.

Из постановления об отказе в возбуждении уголовного дела от 26 апреля 2022 года следует, что по результатам проверки по факту смертельного железнодорожного травмирования в Челябинский следственный отдел на транспорте 16 апреля 2022 года поступило сообщение, согласно которому 16 апреля 2022 года в 09 часов 08 минут на нечетном пути 71 км. пикет 8 ст. Нижнеувельская ЮУЖД грузовым поездом 2589 под управлением машиниста ФИО4 смертельно травмирована ФИО8, ДД.ММ.ГГГГ года рождения.

В ходе доследственной проверки установлено, что смерть ФИО8 наступила в результате ее личной неосторожности и невнимательности при нахождении вблизи железнодорожного полотна в зоне источника повышенной опасности, а также нарушения ей установленный правил нахождения граждан и размещения объектов в зонах повышенной опасности, выполнения в этих зонах работ, проезда и перехода через железнодорожные пути. На основании вышеизложенного, отказано в возбуждении уголовного дела по сообщению о совершении преступления, предусмотренного <данные изъяты> УК РФ, по основаниям, предусмотренным <данные изъяты> УПК РФ, в связи с отсутствием в действиях машиниста электровоза ФИО4 состава преступления, предусмотренного указанной статьей. Отказано в возбуждении уголовного дела по сообщению о смерти ФИО8 по основанию, предусмотренному <данные изъяты> УПК РФ, за отсутствием события преступлений, предусмотренных ст.ст. <данные изъяты> УК РФ.

На основании акта судебно – медицинского исследования № трупа ФИО8, установлено, что при судебно – химическом исследовании крови этиловый спирт не обнаружен. Смерть ФИО8 наступила в результате железнодорожной травмы, осложнившаяся травматическим шоком.

Гражданская ответственность ОАО «Российские железные дороги» застрахована по договору от 11 ноября 2021 года №4579049 в СПАО «Ингосстрах».

Удовлетворяя исковые требования о взыскании компенсации морального вреда, суд первой инстанции, руководствуясь положениями ст.ст. 150,151,1079,1100,1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, исходил из того, что ответственность по возмещению морального вреда, причиненного истцам в связи со смертью матери, бабушки, должна быть возложена на ОАО «Российские железные дороги» как на владельца источника повышенной опасности.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд принял во внимание фактические обстоятельства дела, наличие в действиях погибшей грубой неосторожности, выразившаяся в том, что она находилась в близком расстоянии в зоне источника повышенной опасности, в месте, неустановленном для пути следования пешеходов при движении по железнодорожным путям не проявила осмотрительности и внимательности за движениями подвижных железнодорожных составов. При этом, суд не усмотрел в действиях ФИО8 умысла на причинение себе вреда.

Установив указанные обстоятельства, суд пришел к выводу, что с учетом конкретных обстоятельств дела, характера и степени физических и нравственных страданий истцов, их эмоциональных переживания истцов и индивидуальные особенности каждого, степени пережитых и переживаемых до настоящего времени страданий, вызванных утратой близкого человека – матери и бабушки, эмоциональных потрясения, учитывая отсутствие вины машиниста электровоза ФИО4, наличие грубой неосторожности самой погибшей, а также требований разумности и справедливости суд определил к возмещению ФИО1 в счет компенсации морального вреда - 150000 рублей, в пользу ФИО2 – 30000 рублей.

Установив, что гражданская ответственность ОАО «Российские железные дороги» была застрахована по договору в СПАО «Ингосстрах», суд первой инстанции пришел к выводу о взыскании со страховой компании в пределах лимита ответственности, установленного договором, в счет компенсации морального вреда в пользу ФИО1 - 100 000 руб.

Удовлетворяя исковые требования о взыскании расходов на погребение, суд первой инстанции, руководствуясь п. 4 ст. 931, ст.ст. 1072,1094 Гражданского кодекса Российской Федерации, Федеральным законом Российской Федерации от 12 января 1996 года №8-ФЗ «О погребении и похоронном деле», установив, что истцом ФИО1 понесены расходы на погребение матери 50 200 рублей, оценив данные расходы как необходимые, пришел к выводу о взыскании указанных расходов с ответчиков, в том числе со СПАО «Ингосстрах» в пределах лимита ответственности, установленного договором от 11 ноября 2021 года №4579049, в размере 25 000 рублей, с ОАО «Российские железные дороги» - 25 200 рублей.

Руководствуясь ч.1 ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд первой инстанции взыскал с ответчиков государственную пошлину с ОАО «Российские железные дороги» - 1 556 рублей.

Судебная коллегия оснований не согласиться с приведенными выводами суда первой инстанции не усматривает, поскольку эти выводы соответствуют материалам дела, нормам права, подлежащим применению к спорным отношениям, и доводами апелляционной жалобы не опровергаются.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (п.1 ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу п.1 ст. 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 «Обязательства вследствие причинения вреда» (статьи 1064-1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно п.п. 1,2 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающей общие основания ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Ответственность за вред, причиненный деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих, регламентируется нормами ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 Кодекса (п.1 ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен. При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается (абз. 1 и 2 п.2 ст. 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу абз. 2 ст. 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (п.2 ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При отсутствии вины владельца источника повышенной опасности, при наличии грубой неосторожности лица, жизни или здоровью которого причинен вред, суд не вправе полностью освободить владельца источника повышенной опасности от ответственности (кроме случаев, когда вред причинен вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего). В этом случае размер возмещения вреда, за исключением расходов, предусмотренных абзацем третьим пункта 2 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации, подлежит уменьшению (абз. 2 п. 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина»).

Вопрос о том, является ли допущенная потерпевшим неосторожность грубой, в каждом случае должен решаться с учетом фактических обстоятельств дела (характера деятельности, обстановки причинения вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего, его состояния и др.) (абз. 3 п.17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина»).

Как разъяснено в 32постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», при определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151,1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении (п. 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

При определении размера компенсации морального вреда суду необходимо устанавливать, допущено причинителем вреда единичное или множественное нарушение прав гражданина или посягательство на принадлежащие ему нематериальные блага (п. 27 указанного постановления Пленума).

Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего (п.28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года N 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

Как следует из п. 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» При определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 ГК РФ).

В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 ГК РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту.

Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении.

Как следует из п. 32 указанного постановления Пленума судам следует принимать во внимание, что страховые выплаты, произведенные на основании Федерального закона от 25 апреля 2002 года №40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» в счет возмещения вреда, причиненного жизни и здоровью в результате дорожно-транспортного происшествия, в силу подпункта «б» пункта 2 статьи 6 данного федерального закона, которым наступление гражданской ответственности вследствие причинения владельцем транспортного средства морального вреда не отнесено к страховому риску по обязательному страхованию, не учитываются при определении размера компенсации морального вреда, взыскиваемой в пользу потерпевшего с владельца источника повышенной опасности, участвовавшего в происшествии.

Давая правовую оценку действиям ФИО8 и причине ее гибели, суд первой инстанции, вопреки доводам апелляционной жалобы, принял во внимание фактические обстоятельства дела, установленные Актом служебного расследования транспортного происшествия, повлекшего причинение вреда жизни или здоровью граждан, не связанных с производством на железнодорожном транспорте от 26 апреля 2022 года, а также постановлением об отказе в возбуждении уголовного дела от 26 апреля 2022 года, оценив которые по правилам ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации пришел к обоснованному выводу, что в действиях погибшей имелась грубая неосторожность.

Указанные обстоятельства, а также грубая неосторожность ФИО8, вопреки доводам апелляционной жалобы, были учтены судом первой инстанции при определении размера компенсации морального вреда.

Доводы апелляционной жалобы о том, что суд первой инстанции не применил положения ст. 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также нарушил положения данной статьи, ст. ст. 151,1101 указанного Кодекса опровергаются оспариваемым решением суда, ни на чем не основаны, носят субъективный характер.

Не приведение в решении суда всех пунктов постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», на которые указывает ответчик в апелляционной жалобе, о не законности принятого судебного акта не свидетельствует.

Вопреки доводам апеллянта суд установил отсутствие вины ОАО «РЖД» в произошедшем смертельном травмировании ФИО8, приняв в качестве допустимых доказательств Акт служебного расследования транспортного происшествия, повлекшего причинение вреда жизни или здоровью граждан, не связанных с производством на железнодорожном транспорте от 26 апреля 2022 года, а также постановление об отказе в возбуждении уголовного дела от 26 апреля 2022 года и обстоятельства, установленные в них, однако в силу положений ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации не является основанием для освобождения ответчика от компенсации морального вреда.

Вопреки доводам апелляционной жалобы в решении суда первой инстанции нашли свое отражение действия машиниста поезда ФИО4 в момент, когда он увидел женщину, переходящую железнодорожные пути в неустановленном месте.

Суд первой инстанции в своем решении установил, что пешеходом ФИО8 были нарушены п.п. 10,11,14 Правил нахождения граждан и размещения объектов в зонах повышенной опасности, выполнения в этих зонах работ, проезда и перехода через железнодорожные пути», утвержденных приказом Минтранса России от 27 января 2022 года №20 (далее Правила от 27 января 2022 года №20).

Ответчик ссылается на нарушение переходом Правил нахождения граждан и размещения объектов в зонах повышенной опасности, выполнения в этих зонах работ, проезда и перехода через железнодорожные пути, утвержденные приказом Минтранса России от 08 февраля 2007 года №18 (далее Правила от 08 февраля 2007 года №18).

При этом установлено, что на момент смертельного травмирования ФИО8 действовали именно Правила нахождения граждан и размещения объектов в зонах повышенной опасности, выполнения в этих зонах работ, проезда и перехода через железнодорожные пути, утвержденные приказом Минтранса России от 08 февраля 2007 года №18, которые утратили силу с 01 сентября 2022 года в связи с изданием приказа Минтранса России от 27 января 2022 года №20.

Между тем, применение судом Правил от 27 января 2022 года №20 в данном случае не является основанием для отмены правильного по существу решения.

Так, согласно п. 7 Правил от 08 февраля 2007 года №18 при проезде и переходе через железнодорожные пути гражданам необходимо пользоваться специально оборудованными для этого пешеходными переходами, тоннелями, мостами, железнодорожными переездами, путепроводами, а также другими местами, обозначенными соответствующими знаками (при этом внимательно следить за сигналами, подаваемыми техническими средствами и (или) работниками железнодорожного транспорта).

В п. 10 указанных Правил, перечислены действия граждан, которые не допускаются на железнодорожных путях и пассажирских платформах, в том числе: проезжать и переходить через железнодорожные пути в местах, не установленных пунктом 7 настоящих Правил; находиться на железнодорожных путях (в том числе ходить по ним).

Установив, что потерпевший в момент травмирования двигался по железнодорожным путям, находился в месте, не установленном для пути следования пешеходов, не проявив при этом должной осмотрительности и внимательности, суд апелляционной инстанции соглашается с обоснованным выводом суда первой инстанции о наличии в его действиях грубой неосторожности, что явилось основанием для снижения размера компенсации морального вреда в пользу истцов.

Между тем, ни в суде первой инстанции, ни в суде апелляционной инстанции ответчиком не предоставлено доказательств, что со стороны ФИО8 имел в место в данном случае суицид. Доводы апеллянта аналогичны его позиции, озвученной в суде первой инстанции, указанным доводам судом первой инстанции дана оценка, отвечающая требованиям ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, оснований не переоценки которой суд апелляционной инстанции не усматривает. Несогласие ответчика с произведенной судом оценкой является его субъективной позицией.

Требования о взыскании компенсации морального вреда основаны на личных переживаниях, следовательно, показания истца о претерпеваемых им нравственных страданиях являются допустимыми доказательствами по делу.

Вопреки доводам апелляционной жалобы ФИО1 присутствовала в судебном заседании и давала пояснения о претерпеваемых ею нравственных страданиях в связи со смертью матери (протокол судебного заседания от 25 января 2023 года, от 03 марта 2023 года, 23 марта 2023 года).

В подтверждение заявленных требований о компенсации морального вреда представила в качестве доказательств показания свидетеля ФИО18 который пояснил, как на гибель ФИО8 отреагировали ФИО1 (его супруга) и ФИО2 (его сын), как воспринимают данную утрату в настоящее время, также дал пояснения по характеру общения погибшей при жизни с истцами.

Показания истца, а также свидетеля иными доказательствами не опровергались.

Тот факт, что ФИО2 не присутствовал в судебных заседаниях суда первой инстанции, не явился в суд апелляционной инстанции и лично не дал пояснений о претерпеваемых ин нравственных страданиях в связи со смертью бабушки не может являться безусловным основанием для отказа в удовлетворении иска.

Так ФИО2 лично подписал исковое заявление, в котором изложены основания по заявленным требованиям, также истцом в суд апелляционной инстанции представлены письменные пояснения, в которых он указал на претерпеваемые им нравственные страдания в связи с утратой бабушки.

Раздельное проживание погибшей с истцами на момент ее смерти, а также не обращение истцов за медицинской (психологической) помощью в связи со смертью ФИО8 не свидетельствует об отсутствии родственных чувств и переживаний в связи со смертью матери и бабушки, а учитывается лишь при определении размера компенсации морального вреда.

С учетом доводов, заявленных истцами в обоснование требований о компенсации морального вреда, а также доказательств, подтверждающих перечисленные основания, фактических обстоятельств гибели ФИО8, наличия в ее действиях грубой неосторожности суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о снижении заявленной ФИО1 суммы более чем в три раза, и снижении заявленной ФИО2 суммы более чем в 16 раз.

Решение суда первой инстанции истцами в указанной части не оспариваемся.

Также судебная коллегия учитывает, что на момент гибели ФИО8 было 69 лет, ФИО1 – 46 лет, ФИО2 -24 года.

В дело не предоставлено доказательств, что по факту смерти ФИО8 ответчиком истцам была оказана материальная, либо иная помощь.

Таким образом, ошибочное указание суда первой инстанции на претерпевание истцами, в том числе, и физических страданий не повлияло на правильность определения размера компенсации морального вреда, подлежащего взысканию с ответчика в пользу истцов.

Доводы апелляционной жалобы ответчика о том, что размер компенсации морального вреда необходимо рассчитывать исходя из стоимости консультаций психолога, основаны на неверном применении норм материального права, в связи с чем, отклоняются судебной коллегией.

Ссылки в апелляционной жалобе на иную судебную практику рассмотрения аналогичных споров, также не могут повлечь отмены обжалуемого судебного постановления, поскольку при рассмотрении данного спора установлены иные фактические обстоятельства, имеющие правовое значение для дела. В каждом конкретном случае суд устанавливает фактические обстоятельства дела и применяет нормы права к установленным обстоятельствам с учетом представленных доказательств по конкретному делу.

С учетом изложенного, судебная коллегия считает, что довод апеллянта о том, что определенный судом размер денежной компенсации морального вреда не отвечает требованиям разумности и справедливости, является его субъективным мнением.

Апелляционная жалоба не содержит самостоятельных доводов в части несогласия с решением суда о взыскании с ОАО «РЖД» расходов на погребение.

Судебная коллегия считает, что решение суда в данной части отвечает требованиям действующего законодательства (п. 4 ст. 931, ст.ст. 1072,1094 Гражданского кодекса Российской Федерации, Федеральным законом Российской Федерации от 12 января 1996 года №8-ФЗ «О погребении и похоронном деле»), основано на представленных суду доказательствах, которым дана надлежащая оценка.

Оснований для выхода за пределы доводов апелляционной жалобы судебная коллегия не находит.

СПАО «Ингосстрах» с апелляционной жалобой в данном случае не обратилось, возражения на иск, представленные в суд апелляционной инстанции, аналогичны позиции указанного ответчика, озвученной в суде первой инстанции, данным возражениям также дана надлежащая оценка, оснований для переоценки которой суд апелляционной инстанции не находит.

Согласно ч.1 ст. 195 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, решение суда должно быть законным и обоснованным.

Согласно п.п. 2 и 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 года №23 «О судебном решении» решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или аналогии права (часть 1 статьи 1, часть 3 статьи 11 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (статьи 55,59-61,67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.

В силу ч.4 ст. 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в мотивировочной части решения суда должны быть указаны обстоятельства дела, установленные судом; доказательства, на которых основаны выводы суда об этих обстоятельствах; доводы, по которым суд отвергает те или иные доказательства; законы, которыми руководствовался суд.

Судебная коллегия считает, что вопреки доводам апелляционной жалобы обжалуемое решение указанным требованиям отвечает. Все доводы, приведенные ответчиком в апелляционной жалобе, были предметом оценки суда первой инстанции, им дана надлежащая оценка по правилам ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. Иных доводов, которые бы имели правовое значение для разрешения спора, нуждались в проверке и могли повлиять на оценку законности и обоснованности обжалуемого судебного акта, апелляционная жалоба не содержит. Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с ч. 4 ст. 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены решения суда первой инстанции, судебная коллегия по материалам дела не усматривает.

Таким образом, доводы апелляционной жалобы, по существу сводятся к несогласию ответчика с принятым судом судебным актом, между тем нарушений норм процессуального и материального права, приведших к судебной ошибке существенного и непреодолимого характера судом не допущено.

В апелляционной жалобе не приведено иных доводов и доказательств, опровергающих установленные судом первой инстанции обстоятельства и выводы. Таким образом, судебная коллегия не находит оснований для отмены решения суда, по доводам, изложенным ответчиком в апелляционной жалобе.

Руководствуясь статьями 327-329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Увельского районного суда Челябинской области от 23 марта 2023 года оставить без изменения, апелляционную жалобу Открытого акционерного общества «Российские железные дороги» – без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 17 июля 2023 года.