Дело № 2-937/2023 судья Уварова Н.И. 2023 год
33-3974/2023
УИД 69RS0032-01-2023-001294-86
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
19 сентября 2023 года г. Тверь
Судебная коллегия по гражданским делам Тверского областного суда в составе председательствующего судьи Солдатовой Ю.Ю.,
судей Климовой К.В., Кубаревой Т.В.
при секретаре судебного заседания Коненковой М.В.,
по докладу судьи Солдатовой Ю.Ю.
рассмотрела в открытом судебном заседании дело по апелляционным жалобам ФИО13, общества с ограниченной ответственностью «ДЛ-Транс» на решение Торжокского межрайонного суда Тверской области от 26 июня 2023 года, которым, с учетом определения об исправлении описки от 03 июля 2023 года, постановлено:
«Исковые требования ФИО13 <данные изъяты>, к обществу с ограниченной ответственностью «ДЛ-Транс» <данные изъяты> о признании увольнения незаконным, восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, взыскании задолженности за сверхурочный характер работы, взыскании среднего заработка в связи с приостановлением работы, потерь в связи с нахождением в отпуске без сохранения заработной платы, компенсации за несвоевременную выплату заработной платы, компенсации морального вреда, судебных расходов, удовлетворить частично.
Признать незаконным и отменить приказ общества с ограниченной ответственностью «ДЛ-Транс» № от 09.03.2023 года о прекращении (расторжении) трудового договора с ФИО13 по основанию п.2 ч. 1 ст. 81 ТК РФ.
Восстановить ФИО13 на работе в обществе с ограниченной ответственностью «ДЛ-Транс» в должности <данные изъяты> с 10.03.2023 года.
Решение в части восстановления на работе подлежит немедленному исполнению.
Возложить обязанность на общество с ограниченной ответственностью «ДЛ-Транс» внести в трудовую книжку ФИО13 сведения о недействительности записи о прекращении (расторжении) трудового договора по основанию п.2 ч. 1 ст. 81 ТК РФ.
Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «ДЛ-Транс» в пользу ФИО13 утраченный средний заработок за время вынужденного прогула за период с 10.03.2023 года по 26.06.2023 года (включительно) в размере 148 474,97 рублей и с 27.06.2023 года по день восстановления на работе; задолженность по заработной плате за сверхурочную работу в период с 01.10.2018 года по 30.07.2022 года в размере 957 488,35 рублей; компенсацию за нарушение срока выплаты заработной платы за сверхурочный характер работы за период с 01.11.2018 года по 26.06.2023 года в размере 442 591,17 рублей; неполученный средний заработок за период с 23.09.2022 года по 09.03.2023 года за период приостановления работы в размере 317 383,11 рублей; компенсацию морального вреда в размере 15 000 рублей; расходы на оплату услуг представителя в размере 25 000 рублей, а всего 1 905 937,60 рублей.
Возложить обязанность на общество с ограниченной ответственностью «ДЛ-Транс» рассчитать и выплатить ФИО13 компенсацию за задержку выплаты заработной платы за сверхурочный характер работы за период с 27.06.2023 года по день полной фактической выплаты задолженности в сумме 957 488,35 рублей в соответствии со статьей 236 ТК РФ.
В удовлетворении остальных исковых требований отказать.
Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «ДЛ-Транс» в доход муниципального образования городской округ город Торжок государственную пошлину в размере 18 129,71 рублей»
Судебная коллегия
установила:
ФИО13 обратился в суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью «ДЛ-Транс» (далее – ООО«ДЛ-Транс»).
В результате уточнения исковых требований в порядке статьи 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации просил признать приказ № от 09.03.2023 о прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнении) незаконным и отменить его, восстановить ФИО13 на работе в ООО «ДЛ-Транс» в должности <данные изъяты> возложив на ООО «ДЛ-Транс» обязанность внести соответствующие изменения в трудовую книжку; взыскать с ООО «ДЛ-Транс», в пользу ФИО13: утраченный средний заработок за время вынужденного прогула, начиная с 10.03.2023 по день восстановления на работе; неполученный средний заработок за период с 23.09.2022 по 09.03.2023 в связи с приостановлением работы в размере 486567,52 рублей; потери в связи с отпуском без сохранения заработной платы по инициативе работодателя за период с мая по июнь 2020 года в размере 9726,89 рублей; задолженность по заработной плате за сверхурочный характер работы в период с 01.10.2018 по 30.07.2022 в размере 5178 740 рублей; компенсацию в соответствии со статьей 236 Трудового кодекса Российской Федерации в размере 1137078 рублей; компенсацию морального вреда, причиненного неправомерными действиями работодателя, в размере 100000 рублей; судебные расходы в размере 25000рублей; возложить обязанность на ответчика произвести выплаты в Фонд пенсионного и социального страхования Российской Федерации за период с 01.10.2018 по день вынесения решения суда.
В обосновании заявленных требований указано, что 01.10.2018 между истцом и ответчиком был заключен трудовой договор №, согласно которому ФИО13 принят на должность <данные изъяты>
В соответствии с условиями трудового договора истцу устанавливается пятидневная рабочая неделя, продолжительность ежедневной работы 8 часов, однако при трудоустройстве, работодатель обозначил, что работа будет осуществляться не в соответствии с условиями трудового договора, а в сменном графике 7/7 либо 14/7 в рабочем режиме 24/7, то есть дополнительными фактическими графиками работы работодатель устанавливал трудовое время истца в режиме 7 рабочих дней через 7 дней выходных либо 14 дней рабочих через 7 дней выходных. При этом, в рабочую неделю истец в 24 часовом рабочем режиме решал поставленные за текущие сутки задачи. При трудоустройстве стороны пришли к соглашению, что за исполнение должностных обязанностей в режиме сверхурочной работы, работодатель либо при увольнении, либо по первому требованию работника производит компенсацию за такой режим работы.
В связи с имеющейся задолженностью у ответчика перед истцом по заработной плате за сверхурочную работу в период с октября 2018 года по июль 2022 года, 21.09.2022 истцом направлено извещение о приостановлении работы до полного погашения ответчиком задолженности.
12.12.2022 истцом получено уведомление о предстоящем увольнении в связи с сокращением штата работников, а также приказ № от 08.12.2022 «О сокращении штата работников» согласно которому <данные изъяты> в составе штатной должности <данные изъяты> в количестве 10 штатных единиц исключаются из организационной структуры и штатного расписания с 28.02.2023.
На основании приказа № от 09.03.2023 о прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнении) истец уволен с 09.03.2023.
В нарушение требований статьи 180 Трудового кодекса Российской Федерации ответчиком не был соблюден уведомительный порядок при сокращении штата, что повлекло нарушение прав истца и привело к его незаконному увольнению. Кроме того, полагает, что работодателем были предложены не все имеющиеся вакансии, которые последний был обязан предложить до даты сокращения истца.
Все выплаты за сверхурочные работы работодателем ООО «ДЛ-Транс» выплачиваются сотрудникам при увольнении, однако, работодатель отказывается выплатить все, причитающиеся истцу выплаты за сверхурочный характер работы.
Таким образом, у ответчика образовалась задолженность перед истцом по заработной плате за сверхурочную работу в период с октября 2018 года по июль 2022года в сумме 5178 740 рублей, подробный расчет данной суммы приведен в приложении к исковому заявлению.
В связи с нарушением срока оплаты за сверхурочный характер работы с работодателя подлежит взысканию компенсация, предусмотренная статьей 236 Трудового кодекса Российской Федерации.
21.09.2022 истцом в адрес работодателя направлено извещение о приостановлении работы до погашения имеющейся задолженности, в связи с чем полагает, что с работодателя подлежит взысканию средний заработок за период с 21.09.2022 по 09.03.2023 в размере 486567,52 рублей.
Незаконными действиями работодателя истцу причинены нравственные страдания, моральный вред оценен истцом в размере 100000 рублей.
Работодатель в качестве страхового агента обязан производить уплату страховых взносов за работников, исходя из суммы начисленной им заработной платы, учитывая имеющуюся задолженность на работодателя должна быть возложена обязанность произвести соответствующие отчисления с взысканной судом суммы.
С целью защиты нарушенных трудовых прав истец был вынужден обратиться за квалифицированной юридической помощью, в связи с чем понесенные им расходы в размере 25000 рублей также надлежит взыскать с работодателя.
Ответчиком ООО «ДЛ-Транс» поданы возражения на исковое заявление, в которых содержится просьба об отказе в удовлетворении заявленных требований.
Определением суда, занесенным в протокол судебного заседания от 04.05.2023, к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечена Государственная инспекция труда в Тверской области.
Определением суда, занесенным в протокол судебного заседания от 25.05.2023, к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ООО«Деловые линии» и ООО «Оператор Коммерческой Недвижимости».
В процессе рассмотрения дела истец ФИО13 заявил об отказе от части исковых требований, а именно, возложении обязанности на ответчика произвести выплаты в Фонд пенсионного и социального страхования Российской Федерации за период с 01.10.2018 по день вынесения решения суда.
Определением суда от 16.06.2023 отказ истца от требований о возложении обязанности на ответчика произвести выплаты в Фонд пенсионного и социального страхования Российской Федерации за период с 01.10.2018 по день вынесения решения суда принят судом, производство по делу в указанной части прекращено.
Истец ФИО13 и его представитель Б. в судебном заседании исковые требования поддержали в полном объёме, обосновав доводами, изложенными в исковом заявлении и дополнительных письменных пояснениях.
Представитель истца, возражая относительно представленного представителями ответчика контррасчета, указала, что не все задачи, выполняемые истцом были внесены и учтены в электронной базе, истец выполнял возложенные на него обязанности в формате 24 часа, так как, находясь на корпоративной квартире, которая являлась рабочим местом истца, был вынужден оперативно реагировать на поступающие звонки и сообщения об инцидентах, постоянно находился в режиме ожидания, не имел возможности выключить телефон или покинуть корпоративное жилье по своему усмотрению. Полагала, что факт занятости истца подтвержден материалами делами, ответчиком расчет задолженности по оплате сверхурочной работы не опровергнут, в связи с чем требования истца подлежат удовлетворению в полном объеме.
Представители ответчика ООО «ДЛ-Транс» ФИО14, Н. исковые требования не признали по доводам, изложенным в возражениях.
Представители третьих лиц Государственной инспекции труда в Тверской области, ООО «Деловые Линии», ООО «ОКН» в судебное заседание не явились, извещены о времени и месте рассмотрения дела своевременно и надлежащим образом, о причинах неявки суд не уведомили.
Старший помощник Торжокского межрайонного прокурора Герасимов С.И. в заключении по делу полагал, что при увольнении Ц.В.ББ. имело место нарушение процедуры увольнения по пункту 2 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации, так как не был уведомлен выборный орган первичной профсоюзной организации, а также истцу не были предложены все вакантные должности, которые работник мог занять, в связи с чем, требования истца о восстановлении на работе законны, обоснованы и подлежат удовлетворению, при определении подлежащей ко взысканию компенсации морального вреда просил учесть требования разумности и справедливости.
Судом постановлено приведенное выше решение.
В апелляционной жалобе истец ФИО13 просит отменить решение суда в части отказа в удовлетворении исковых требований о взыскании задолженности по заработной плате за сверхурочный характер работы в период с 01.10.2018 по 31.07.2022, компенсации за нарушение сроков выплаты заработной платы за сверхурочный характер работы в период с 01.11.2018, компенсации морального вреда в размере 15 000 рублей, взыскании потерь в связи с нахождением в отпуске за свой счет по инициативе работодателя в период с апреля 2020 года по июнь 2020 года в сумме 9726,89 рублей. Принять в указанной части по делу новый судебный акт, которым удовлетворить исковые требования ФИО13
В обоснование доводов жалобы указал, что рабочее место работника не является обязательным условием для включения его в трудовой договор и является дополнительным условием, которое определяется либо при заключении трудового договора, либо путем подписания дополнительного соглашения.
В ходе всего судебного разбирательства, как стороной истца, так и стороной ответчика не ставился вопрос перед судом об определении рабочего места истца. Однако суд, ссылаясь на свои личные убеждения, без наличия требований сторон по данному вопросу, подменяя два юридически значимых понятия, ссылаясь на неподписанное истцом дополнительное соглашение определяет рабочее место истца по адресу, которое указано как место работы ФИО13 в трудовом договоре.
В опровержение доводов суда 21.06.2023 ответчиком в адрес истца направлено дополнительное соглашение к трудовому договору № от 01.10.2018, которым ответчик изменяет пункт 1.1 договора и определяет рабочее место истца с 01.09.2023 по адресу: <адрес>, при этом, местом работы истца является <данные изъяты>, расположенное по адресу: <адрес>
Такие действия ответчика подтверждают доводы истца, которые были оглашены в ходе судебного разбирательства, что рабочее место истца до 21.06.2023 не было определено трудовым договором или какими-либо другими соглашениями между истцом и ответчиком по месту нахождения ОСП по адресу: <адрес>
При трудоустройстве на работу ответчиком ООО «ДЛ-Транс» истцу была предоставлена корпоративная электронная почта - <адрес> Указанная электронная почта на протяжении всего рабочего времени являлась единственным обязательным электронным документооборотом при выполнении трудовых функций истца. Иных официально признанных либо установленных локальными актами средств документооборота работодателем не предусмотрено. Вся информация о характере и объеме работы истца работодателем направлялась на индивидуальную корпоративную электронную почту.
Исходя из смысла положений ПВТР ООО «ДЛ-Транс» вся трудовая деятельность истца, поставленные перед ним задачи, в том числе, выходящие за рамки нормальной продолжительности рабочего дня, направлялась ответчиком истцу на индивидуальный адрес корпоративной электронной почты, и на основании информации, хранящейся на указанном индивидуальном адресе корпоративной электронной почты, можно определить, в том числе, возникновение трудовых отношений истца и ответчика в соответствии с направляемыми графиками, время работы истца, количество отработанного времени истцом в спорный период.
Согласно подпунктам 9.15, 9.17, 9.18 Правил внутреннего трудового распорядка ООО «ДЛ-Транс» работникам общества, работающим по сменному графику, начало и окончание смены, а также продолжительность и время перерыва для отдыха и питания, устанавливается в соответствии с графиком работ и режимом труда и отдыха, утвержденного для структурного подразделения. Режим труда и отдыха сотруднику устанавливается работодателем по структурному подразделению и доводится до сведения сотрудника под роспись. При сменной работе сотрудник должен производить работу в течение установленной продолжительности рабочего времени в соответствии с графиком сменности.
Так, в период с 01.10.2018 по 16.08.2020 непосредственным руководителем истца <данные изъяты> ФИО3, в период с 16.08.2020 по 01.03.2022 <данные изъяты> ФИО1, далее <данные изъяты> ФИО2 на индивидуальную корпоративную почту истца направлялись задачи, иная информация о работе истца, графики сменности.
Направляемые работодателем дополнительные графики сменности содержали конкретное время работы и отдыха. В связи с поступлением задач от работодателя на протяжении всех суток истец работал в режиме 7/7 (7 дней рабочих через 7 дней выходных) 24/7, постоянно находясь под наблюдением непосредственного руководителя и работодателя. В подтверждение своих доводов истцом были предоставлены дополнительные графики, а также скриншоты писем корпоративной электронной почты истца и подтверждение получения таких графиков по указанной почте.
Направляемые графики сменности посредством официального документооборота (корпоративная электронная почта) были обязательны к исполнению. Указанные графики сменности были оговорены истцом и ответчиком при трудоустройстве на работу, что подтверждает, в том числе, и ответчик в представленных в суд дополнениях к возражению на иск.
Согласно показаниям свидетелей, осуществляющих аналогичную трудовую функцию в должности <данные изъяты> в ООО «ДЛ-Транс» в спорный период, ФИО7 ФИО1 ФИО6, в том числе, свидетелей со стороны ответчика - ФИО4 ФИО5 дополнительные графики доводились до работников посредством корпоративной электронной почты и содержали в себе определенный порядок рабочего времени каждого из них, в том числе, истца. Данный факт судом не принят во внимание при вынесении решения.
Стороной истца неоднократно заявлялось ходатайство о запросе у ответчика всей имеющейся информации, хранящейся на индивидуальном адресе корпоративной электронной почты. Оценка злоупотреблению ответчиком правами, заключающимися в целенаправленном сокрытии информации, при вынесении судом решения не дана. Напротив, отсутствие такой информации судом истолковано в пользу ответчика.
Мнение суда, изложенное в решении, о выполнении работы сотрудниками группы оперативного реагирования ООО «ДЛ-Транс», которая фиксируется в «базе электронного документооборота», не соответствует действительности. В своем решении суд, подменяя понятия «корпоративной электронной почты» и некой «базы электронного документооборота» односторонне, в пользу ответчика, трактует несуществующие определения выдаваемые за действительные.
Истец указывает, что суд, рассчитывая объем сверхурочной работы, ссылается на некую «базу электронного документооборота», в которую, по мнению суда, приходили задачи. Однако на протяжении всего судебного разбирательства истцом, а также допрошенными свидетелями, неоднократно пояснялось, что рабочая база СКР - это не единственный рабочий ресурс, на основании которой строилась работа истца. Кроме того, предоставленные в суд ответчиком скриншоты рабочей базы СКР истца являются лишь одной из имеющихся рабочих баз.
Так, на протяжении всего периода работы в компании, истец получал задачи в следующих базах: 1C Предприятие ЦУП8.3.; Рабочая база ДЛ-ТРАНС 8.3.; 1C Предприятие СКР: РАБОЧАЯ БАЗА; 1C Предприятие TMS; 1С:Предприятие Грузоперевозки; 1C: ЗУП; Корпоративная электронная почта.
Официально признанным работодателем документооборотом является индивидуальная корпоративная электронная почта, иные рабочие электронные сервисы локальными актами не предусмотрены, соответственно, внесение информации в рабочие базы не являлось обязанностью истца. Судом не была принята во внимание и не рассмотрена информация о работе истца, хранящаяся во всех используемых истцом во время работы базах. Судом выполнен расчет сверхурочного времени, исходя лишь из одной рабочей базы, что говорит о не полном рассмотрении дела в данной части и нарушает права истца, а также статью 149 Трудового кодекса Российской Федерации.
По мнению истца, указанные доводы нашли свое подтверждение в ходе допроса свидетеля ФИО2 который пояснил, что не вся рабочая информация отражалась в рабочей базе СКР. Так же свидетель пояснил, что с начала трудовой деятельности все работают по графику 7/7, покидать рабочее место - корпоративное жилье, и уехать домой <данные изъяты>. Иной график работы, например такой как 5/2, не может быть предусмотрен для выполнения такой работы, в виду отсутствия возможности работать по такому графику, так как задачи в работу <данные изъяты> в круглосуточном режиме.
Истец не согласен, что судом первой инстанции не приняты во внимание показания свидетелей ФИО6, ФИО13, ФИО7, ФИО11 ФИО12 в связи с наличием у указанных свидетелей индивидуальных трудовых споров с тем же ответчиком, что, по мнению суда, влечет их заинтересованность в исходе дела. По смыслу вывода суда, даже при имеющихся грубых нарушениях конституционного права работника работодателем, у работника не может быть индивидуального трудового спора, чтобы не стать заинтересованным лицом по аналогичному делу. Данный вывод суда также противоречит статье 46 Конституции Российской Федерации.
Выводы суда об отсутствии каких-либо доказательств со стороны истца о нахождении последнего на рабочем месте - корпоративном жилом помещении или в корпоративном транспортном средстве, являются не состоятельными в виду того, что данные обстоятельства по доказыванию лежат на стороне ответчика.
Доводы суда о физической невозможности работать в режиме, который предусмотрен графиками сменности, который выходит за нормы, предусмотренные законом, и поэтому данная работа не должна быть оплачена, являются несостоятельными. Суды общей юрисдикции неоднократно подчеркивали, что, даже если работодатель в нарушение требований закона привлекал работника к сверхурочной работе большей продолжительности, чем допускают нормы статьи 99 Трудового кодекса Российской Федерации, это не отменяет необходимости оплатить эту работу в соответствии с положениями статьи 152 Трудового кодекса Российской Федерации.
По мнению апеллянта, все решение суда строится на объяснениях ответчика, которые ничем не подтверждены, и на искаженном, перевернутом определении основных норм закона и понятий.
При вынесении судом решения не принято во внимание, не дана оценка доказательствам на основании чего было отказано в удовлетворении исковых требований в части взыскания потерь истца в связи с нахождением его в отпуске за свой счет по указанию работодателя. Истцом приобщен к материалам дела скриншот электронного письма от 08.04.2020 <данные изъяты> ФИО3 с приложением к нему графика отпусков за свой счет с проставленными периодами нахождения истца в отпуске за свой счет.
Судом нарушены сроки рассмотрения дела, предусмотренные частью 2 статьи 154 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. В нарушение данных норм закона, дело по исковому заявлению истца, в том числе, о незаконном увольнении и восстановлении на работе, поступившее в суд 20.02.2023, рассматривалось судом на протяжении 4-х месяцев.
Также апеллянт не согласен с размером компенсации морального вреда, определенным судом. Снижая размер морального вреда и взыскивая 15 000 рублей, суд указывает на справедливость принятого в данной части решения. Разрешая вопрос об объеме причиненного морального вреда ответчиком истцу, суд должен был исходить прежде всего из размера установленных нарушений ответчиком как на протяжении всей трудовой деятельности, так и в частности, причиненного морального вреда в связи с незаконным увольнением, а также с незаконным, длительным удержанием заработной платы. Данные обстоятельства не приняты во внимание при вынесении судом решения.
На апелляционную жалобу истца прокурором, участвующим в деле, принесены возражения, в которых критикуются доводы жалобы и указывается на законность и обоснованность принятого по делу решения.
Ответчиком ООО «ДЛ-Транс» также принесены возражения на апелляционную жалобу истца, в которых выражается несогласие с доводами жалобы ФИО13
В апелляционной жалобе ООО «ДЛ-Транс» ставится вопрос об отмене решения суда в части удовлетворения требований о взыскании задолженности по заработной плате за сверхурочную работу в период с 01.10.2018 по 31.07.2022, а также компенсации за нарушение срока выплаты заработной платы за сверхурочный характер работы за период с 01.11.2018 по 26.06.2023 и принятии по делу в указанной части нового решения об отказе в удовлетворении данных требований.
В обоснование жалобы указано, что суд, удовлетворяя требования в части взыскания задолженности за сверхурочный характер работ, пришел к выводу о нарушении трудовых прав истца на получение повышенной оплаты за выполнение им сверхурочной работы.
Вопреки положениям статьи 152 Трудового кодекса Российской Федерации судом первой инстанции при вынесении решения не дана оценка показаниям допрошенных свидетелей в той части, что истец, как и свидетели, подтверждали нахождение на отдыхе в рабочие дни. Отсутствие выполненных задач в эти периоды подтверждается и в электронной базе ответчика и в чатах сервиса мгновенных сообщений «Whatsapp».
При этом ни истец, ни опрошенные свидетели не оспаривали тот факт, что дни отдыха оплачивались ответчиком в полном объеме, указанные обстоятельства также подтверждаются материалами дела.
Судом установлено, что в период с 2018 года по 2022 год за пределами установленной для работника продолжительности рабочего времени истцом отработано 1355,64 часов, что эквивалентно 169,45 рабочим дням, продолжительностью 8 часов, в свою очередь истец не отрицает, что за указанные месяцы ему было предоставлено 338 дней отдыха в рабочие дни.
Таким образом, исходя из положений статьи 152 Трудового кодекса Российской Федерации, учитывая, что истцу одновременно производилось и начисление заработной платы, с последующей её выплатой, и предоставление отдыха, что по смыслу разъяснений Конституционного Суда Российской Федерации подпадает под термин «повышенная оплата», нельзя утверждать ни о злоупотреблении правом со стороны ответчика, ни об отсутствии компенсации повышенных трудозатрат, и сокращении времени отдыха истца.
Судом допущены нарушения норм материального права, в частности положений статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации, что повлекло безосновательное восстановление срока для обращения за разрешением индивидуального трудового спора. В ходе рассмотрения настоящего дела истцом заявлено о восстановлении срока обращения за разрешением индивидуального трудового спора. В обосновании своего заявления, истец, в качестве уважительных причин пропуска срока указал на то, что о нарушении своего права ему стало известно в день увольнения и осуществления окончательного расчета.
Истцом в своем заявлении не было приведено каких-либо обстоятельств, объективно препятствовавших обращению истца в суд за защитой своих трудовых прав с 2018 года по 2022 год, которые бы возникли и продолжались против его же воли.
Как следует из материалов дела и не оспаривается истцом, в указанный период ответчиком своевременно начислялась заработная плата. Получая заработную плату без учета ожидаемого денежного вознаграждения за работу сверх установленной продолжительности рабочего времени, истцу фактически становилось известно о нарушении своего права за отчетный период.
Восстанавливая срок, суд сослался на сам факт нарушения со стороны работодателя учета рабочего времени, указав при этом на то, что работник не должен нести негативные последствия в связи с этим.
Сам по себе неверный учет рабочего времени либо иное нарушение на стороне работодателя не может является самостоятельным основанием для восстановления срока работнику, тем более что последний в период осуществления трудовой деятельности не был лишен возможности своевременно обратиться к работодателю за разъяснениями о произведенных выплатах, в которых содержатся сведения о количестве часов работы, также истцу ничто не мешало ознакомиться с табелями учета рабочего времени и в конечном итоге заявить о имеющейся на стороне работодателя задолженности.
Исходя из содержания искового заявления, устных объяснений в ходе судебных заседаний, истцу было известно содержание трудового договора, в том числе режим рабочего времени, тем не менее истец не обращался к ответчику с требованиями о выплате задолженности за сверхурочный характер работы. Также стоит отметить, что истец, полагая, что его права нарушаются с 2018 года, не обращался в контролирующие органы.
Указанное в совокупности свидетельствует о том, что выводы суда первой инстанции в части восстановления срока для обращения в суд ФИО13 фактически противоречат положениям статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации, разъяснениям Конституционного и Верховного Судов Российской Федерации.
В суд апелляционной инстанции истец ФИО13 не явился, надлежащим образом извещен о времени и месте судебного заседания, уважительности причины неявки не сообщил.
Представители ответчика ООО «ДЛ-Транс» Нескоромный А.А., ФИО14 доводы апелляционной жалобы поддержали, против доводов апелляционной жалобы истца возражали.
Представители третьих лиц, представитель Государственной инспекции труда в Тверской области, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения дела в апелляционном порядке, в судебное заседание суда апелляционной инстанции не явились, с ходатайствами об отложении рассмотрения дела не обращались, в связи с чем судебная коллегия на основании части 3 статьи 167 и статьи 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации определила о рассмотрении дела в отсутствие неявившихся лиц, участвующих в деле.
Проверив в соответствии со статьей 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации законность и обоснованность решения суда первой инстанции в пределах доводов апелляционных жалоб, изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, заслушав объяснения лиц, участвующих в деле, заключение прокурора Быстровой С.А., полагавшей, что решение суда первой инстанции является законным и обоснованным, судебная коллегия приходит к следующим выводам.
Судом установлено, что 01.10.2018 на основании приказа о приеме работника на работу № ФИО13 принят на работу в ООО «ДЛ-Транс» на должность <данные изъяты>, о чем с ним был заключен трудовой договор №
08.12.2022 ООО «ДЛ-Транс» издан приказ №, согласно которому с 28.02.2023 из штатного расписания обособленного структурного подразделения <данные изъяты>, исключаются 10 шт.ед <данные изъяты>
12.12.2022 ФИО13 направлено уведомление о предстоящем увольнении в связи с сокращением штата и численности работников организации, в котором сообщалось, что занимаемая им должность подлежит сокращению с 28.02.2023; о предложении вакантных должностей в структурных подразделениях ООО «ДЛ-Транс» г. Москвы при их наличии. Данное уведомление получено ФИО13 17.12.2022, что подтверждается отчетом об отслеживании почтового отправления.
12.12.2022, 16.01.2023, 14.02.2023, 17.02.2023 работодателем в адрес истца направлялись предложения работы. Занять какую-либо из предложенных должностей истец согласия не выразил.
22.02.2023 приказом № «О переносе даты увольнения» в связи с временной нетрудоспособностью ФИО13 перенесена дата расторжения трудового договора по пункту 2 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации с <данные изъяты> ФИО13 с 27.02.2023 на первый рабочий день после периода временной нетрудоспособности работника.
Приказом генерального директора ООО «ДЛ-Транс» ФИО8 от 09.03.2023 № ФИО13 с 09.03.2023 уволен с занимаемой должности по пункту 2 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации (в связи с сокращением численности и штата работников организации).
Названный приказ от имени ФИО8 был подписан специалистом по кадровой работе ФИО9 уполномоченной доверенностью № от 01.04.2021, в соответствии с которой последняя наделена полномочиями совершать от имени и в интересах ООО «ДЛ-Транс» в том числе действия по подписанию приказов о приеме (увольнении), а также иные кадровые документы, связанные с организацией кадрового документооборота.
В связи с отсутствием истца на рабочем месте в день увольнения, 09.03.2023 копия приказа об увольнении с копией бланка заявления на отправку трудовой книжки направлена работодателем по адресу регистрации ФИО13
Разрешая заявленные ФИО13 требования о признании незаконным и отмене приказа о прекращении (расторжении) трудового договора, восстановлении на работе, суд первой инстанции, руководствуясь статьями 81, 179, 180 Трудового кодекса Российской Федерации, пришел к выводу о том, что в ООО «ДЛ-Транс» <данные изъяты> действительно имели место организационно-штатные мероприятия, в результате которых должность, занимаемая истцом, не сохранилась, однако при увольнении ФИО13 имело место нарушение процедуры увольнения по пункту 2 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации, поскольку не были предложены все вакантные должности, которые работник мог занять, а также не был уведомлен выборный орган первичной профсоюзной организации, что является безусловным основанием для признания увольнения незаконным.
В соответствии со статьей 394 Трудового кодекса Российской Федерации судом первой инстанции в пользу истца с ООО «ДЛ-Транс» взыскан средний заработок за период вынужденного прогула в размере 148474,97 рублей.
В указанной части решение суда сторонами не обжалуется.
Работник имеет право на своевременную и в полном объеме выплату заработной платы в соответствии со своей квалификацией, сложностью труда, количеством и качеством выполненной работы (абзац пятый части 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации).
Этому праву работника в силу абзаца седьмого части 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации корреспондирует обязанность работодателя выплачивать в полном размере причитающуюся работникам заработную плату в сроки, установленные в соответствии с настоящим Кодексом, коллективным договором, правилами внутреннего трудового распорядка, трудовыми договорами.
Согласно части 4 статьи 91 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан вести учет времени, фактически отработанного каждым работником.
Статьей 99 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что сверхурочная работа - работа, выполняемая работником по инициативе работодателя за пределами установленной для работника продолжительности рабочего времени: ежедневной работы (смены), а при суммированном учете рабочего времени - сверх нормального числа рабочих часов за учетный период.
Частью 7 статьи 99 Трудового кодекса Российской Федерации на работодателя возложена обязанность обеспечить точный учет продолжительности сверхурочной работы каждого работника.
В соответствии со статьей 149 Трудового кодекса Российской Федерации при выполнении работ в условиях, отклоняющихся от нормальных (при выполнении работ различной квалификации, совмещении профессий (должностей), сверхурочной работе, работе в ночное время, выходные и нерабочие праздничные дни и при выполнении работ в других условиях, отклоняющихся от нормальных), работнику производятся соответствующие выплаты, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором. Размеры выплат, установленные коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором, не могут быть ниже установленных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права.
Согласно части 1 статьи 152 Трудового кодекса Российской Федерации сверхурочная работа оплачивается за первые два часа работы не менее чем в полуторном размере, за последующие часы - не менее чем в двойном размере. Конкретные размеры оплаты за сверхурочную работу могут определяться коллективным договором, локальным нормативным актом или трудовым договором. По желанию работника сверхурочная работа вместо повышенной оплаты может компенсироваться предоставлением дополнительного времени отдыха, но не менее времени, отработанного сверхурочно, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом.
По смыслу приведенных положений Трудового кодекса Российской Федерации при определении оплаты труда наряду с другими факторами (обстоятельствами) должно учитываться количество труда и необходимость обеспечения повышенной оплаты при отклонении условий выполнения работ от нормальных.
Повышенная оплата сверхурочной работы имеет целью компенсацию трудозатрат работника в условиях большей физиологической и психоэмоциональной нагрузки на организм, вызванной переутомлением в связи с осуществлением работником работы в предназначенное для отдыха время, которое он, к тому же, не может использовать по своему усмотрению.
Судом установлено и подтверждается материалами дела, что по условиям трудового договора № от 01.10.2018, заключенного между ФИО13 и ООО «ДЛ-Транс», работнику устанавливается нормальная продолжительность рабочего времени - 40 часов в неделю (пункт 5.1 договора).
В соответствии с пунктом 5.2 договора работнику устанавливается пятидневная рабочая неделя с выходными днями суббота и воскресенье, продолжительность ежедневной работы - 8 часов, начало работы - 9.00. окончание работы - 18.00, перерыв для отдыха и питания - 1 час в период с 13.00 до 14.00.
Пунктом 5.3 договора установлено право работодателя привлекать работника к работе в выходные и нерабочие праздничные дни, а также к сверхурочной работе в порядке и на условиях, установленных трудовым законодательством Российской Федерации.
Разрешая заявленные ФИО13 требования о взыскании с ответчика задолженности по заработной плате за сверхурочную работу за период с 01.10.2018 по 31.07.2022, суд первой инстанции, оценив представленные в материалы дела доказательства, пришел к выводу о том, что за пределами установленной для работника продолжительности рабочего времени истцом отработано: в октябре 2018 года 22 часа 54 минуты; в ноябре 2018 года – 35 часов 40 минут; в декабре 2018 года – 5 часов 36 минут; в январе 2019 года – 12 часов; в феврале 2019 года - 22 часа 30 минут; в марте 2019 года – 10 часов 50 минут; в апреле 2019 года – 10 часов 42 минуты; в мае 2019 года – 18 часов 12 минут; в июне 2019 года – 6 часов 30 минут; в июле 2019 года – 1 час; в августе 2019 года – 11 часов 10 минут; в сентябре 2019 года – 21 час 26 минут; в октябре 2019 года – 47 часов 50 минут; в ноябре 2019 года – 27 часов 54 минуты; в декабре 2019 года – 39 часов 10 минут; в январе 2020 года – 30 часов 20 минут; в феврале 2020 года – 37 часов 15 минут; в марте 2020 года – 3 часа 40 минут; в мае 2020 года – 26 часов 50 минут; в июне 2020 года – 55 часов 50 минут; в июле 2020 года – 51 час 30 минут; в августе 2020 года – 20 часов 40 минут; в сентябре 2020 года – 41 час 30 минут; в октябре 2020 года – 41 час 15 минут; в ноябре 2020 года – 40 часов 50 минут; в декабре 2020 года – 47 часов 20 минут; в феврале 2021 года – 8 часов 10 минут; в марте 2021 года – 35 часов; в апреле 2021 года – 24 часа 40 минут; в мае 2021 года – 42 часа 50 минут; в июне 2021 года – 18 часов 10 минут; в июле 2021 года – 15 часов; в августе 2021 года – 29 часов 20 минут; в сентябре 2021 года – 71 час 10 минут; в октябре 2021 года – 14 часов 42 минуты; в ноябре 2021 года – 55 часов 40 минут; в декабре 2021 года – 21 час 24 минуты; в январе 2022 года – 59 часов 30 минут; в феврале 2022 года – 50 часов 30 минут; в марте 2022 года – 67 часов 12 минут; в апреле 2022 года – 1 час 12 минут; в мае 2022 года – 44 часа 20 минут; в июне 2022 года 78 часов 10 минут; в июле 2022 – 36 часов. В нарушении требований статьи 99 Трудового кодекса Российской Федерации работодателем учет продолжительности сверхурочной работы истца не осуществлялся, соответствующих приказов не издавалось, что является нарушением трудовых прав истца на получение повышенной оплаты за выполнение им сверхурочной работы.
Судебная коллегия соглашается с указанными выводами суда первой инстанции, поскольку они основаны на правильном применении норм материального права, регулирующих спорные правоотношения, а также соответствуют установленным по делу обстоятельствам.
Судом первой инстанции установлено и подтверждается представленными в материалы дела доказательствами, что вся выполняемая сотрудниками группы оперативного реагирования ООО «ДЛ-Транс» работа фиксируется в базе электронного документооборота, отдельные задачи дублируются с помощью корпоративной электронной почты и чатов в мессенджере «WhatsApp».
Вопреки доводам истца, суд первой инстанции при определении продолжительности рабочего времени, отработанного истцом в период с 01.10.2018 по 31.07.2022, оценил в совокупности все представленные в деле доказательства, в том числе, сведения, отраженные в базе электронного документооборота, корпоративной электронной почте, в корпоративном чате WhatsApp.
При этом суд учитывал сведения из базы 1С СКР о выполнении поступающих задач и времени, затраченного на их выполнение.
Представленные истцом графики сменности, подтверждающие, по мнению истца, факт работы в режиме 7/7 (7 дней рабочих через 7 дней выходных) 24/7, обоснованно не приняты судом первой инстанции в качестве доказательств, поскольку в данных графиках не отражено количество отработанных истцом часов, время отдыха, нет сведений об утверждении их руководителем организации, а также о том, что данные графики введены в действие.
К доводам ФИО13 о том, что указанные графики сменности направлялись посредством корпоративной электронной почты и были обязательны к исполнению, а также о том, что данные графики были согласованы истцом и ответчиком при трудоустройстве в ООО «ДЛ-Транс» судебная коллегия относится критически.
Из материалов дела следует, что в соответствии с трудовым договором от 01.10.2018 работнику устанавливалась нормальная продолжительность рабочего времени - 40 часов в неделю, пятидневная рабочая неделя с выходными днями суббота и воскресенье, продолжительность ежедневной работы - 8 часов, начало работы - 9.00, окончание работы - 18.00, перерыв для отдыха и питания - 1 час в период с 13.00 до 14.00.
Иные условия труда и отдыха между сторонами в установленном законом порядке согласованы не были.
При трудоустройстве в ООО «ДЛ-Транс» ФИО13 одновременно с подписанием трудового договора был ознакомлен с должностной инструкцией, правилами внутреннего трудового распорядка, положением об оплате труда и премировании и иными локальными нормативными актами, действующими у работодателя.
В соответствии с условиями трудового договора осуществлялся учет рабочего времени истца и выплата заработной платы.
Доводы истца о том, что он был вынужден работать в 24-часовом режиме какими-либо относимыми и допустимыми доказательствами не подтверждаются. Указанный истцом режим работы противоречит условиям трудового договора, заключенного с истцом, и не следует из локальных нормативных актов, действующих у работодателя.
Таким образом, определяя время, отработанное истцом сверх установленной продолжительности рабочего времени, суд правильно исходил из условий трудового договора, заключенного с истцом, и доказанности выполнения работ за его пределами с учетом представленных доказательств о выполнении истцом поручений работодателя и времени, затраченного на их выполнение.
Позиция истца о необходимости учета всего времени его пребывания на территории г. Москвы, в том числе и на корпоративной квартире, предоставленной работодателем для проживания иногородних сотрудников, как времени выполнения истцом работы по инициативе работодателя за пределами установленной для работника продолжительности рабочего времени, обоснованно не принята судом первой инстанции во внимание как основанная на неверном толковании истцом норм действующего законодательства.
Из пояснений представителя ответчика, данных в ходе рассмотрения дела в суде первой инстанции, а также договора аренды жилого помещения № от 23.10.2019, заключенного между ООО «ДЛ-Транс» и ФИО10 следует, что жилое помещение, расположенное по адресу: <адрес> было арендовано ООО «ДЛ-Транс» с целью предоставления для проживания и отдыха иногородним сотрудникам, а также сотрудникам, направляемым в г. Москву в командировку, данные действия работодателя направлены на создание для сотрудников более комфортных условий.
Доводы истца о том, что корпоративная квартира являлась его рабочим местом являются несостоятельными. В соответствии с условиями трудового договора местом работы истца является ООО«ДЛ-Транс», на момент расторжения трудового договора – <данные изъяты>, рабочим местом истца является <адрес>
Вопреки доводам ФИО13 материалами дела не подтверждается, что <данные изъяты>, <данные изъяты>, находясь на корпоративной квартире, не имели возможности ее покидать. Ни трудовым договором, заключенным с истцом, ни Правилами внутреннего трудового распорядка, ни иными локальными актами ООО «ДЛ-Транс» не предусмотрено предоставление корпоративного жилья для сотрудников, а также их обязательное нахождение там.
Учитывая изложенное, судебная коллегия полагает, что суд первой инстанции при рассмотрении требований ФИО13 о взыскании задолженности по заработной плате за сверхурочную работу, верно исходил из условий, определенных трудовым договором, заключенным с истцом, локальных актов работодателя, принял во внимание сведения, отраженные в базе электронного документооборота 1С СКР, корпоративной электронной почте, в корпоративном чате WhatsApp, а также в табеле учета рабочего времени истца, то есть оценил все представленные в материалы дела доказательства и определил время, отработанное ФИО13 сверх установленной продолжительности рабочего времени.
Взыскивая с ответчика задолженность по заработной плате за выполнение истцом сверхурочной работы в период с 01.10.2018 по 30.07.2022, суд первой инстанции исходил из того, что ходатайство истца о восстановлении сроков обращения в суд за восстановлением нарушенных прав, установленных статьей 392Трудового кодекса Российской Федерации подлежит удовлетворению, поскольку вопреки возложенной на работодателя обязанности, последний учет рабочего времени, фактически отработанного ФИО13 не осуществлял, положения трудового договора в соответствие с реальными условиями осуществления трудовой деятельности не привел, при этом, работник не должен нести негативные последствия в связи с ненадлежащим исполнением возложенной на работодателя обязанности.
Судебная коллегия не может согласиться с такими выводами суда первой инстанции, полагая заслуживающими внимания доводы жалобы ответчика ООО «ДЛ-Транс».
Возражая относительно заявленного ответчиком ходатайства о применении последствий пропуска сроков обращения в суд, истцом заявлено ходатайство о восстановлении сроков обращения в суд за восстановлением нарушенных прав, установленных статьей 392 Трудового кодекса Российской Федерации, в обосновании свой позиции истец указал, что своевременно не обратился в компетентные органы за защитой своих нарушенных трудовых прав, так как боялся потерять работу, кроме того, рассчитывал на добросовестное поведение работодателя, который не мог не знать о выполнении истцом сверхурочной работы.
Согласно части 2 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации за разрешением индивидуального трудового спора о невыплате или неполной выплате заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, он имеет право обратиться в суд в течение одного года со дня установленного срока выплаты указанных сумм, в том числе в случае невыплаты или неполной выплаты заработной платы и других выплат, причитающихся работнику при увольнении.
Как разъяснено в пункте 56 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» при рассмотрении дела по иску работника, трудовые отношения с которым не прекращены, о взыскании начисленной, но не выплаченной заработной платы надлежит учитывать, что заявление работодателя о пропуске работником срока на обращение в суд само по себе не может служить основанием для отказа в удовлетворении требования, поскольку в указанном случае срок на обращение в суд не пропущен, так как нарушение носит длящийся характер и обязанность работодателя по своевременной и в полном объеме выплате работнику заработной платы, а тем более задержанных сумм, сохраняется в течение всего периода действия трудового договора.
Таким образом, для признания длящимся нарушения работодателем трудовых прав работника при рассмотрении дела по иску работника о взыскании невыплаченной заработной платы необходимо наличие определенного условия: заработная плата работнику должна быть начислена, но не выплачена.
Между тем, по настоящему спору установлено, что ФИО13 начисления в период с 01.10.2018 по 31.07.2022 за работу в сверхурочное время не производились. При получении заработной платы за указанный период без учета денежного вознаграждения за работу сверх установленной продолжительности рабочего времени, истцу было известно о нарушении своего права, однако с иском в суд он обратился 06.04.2023, что подтверждается оттиском штампа Почта России на почтовом конверте.
При пропуске по уважительным причинам сроков, установленных частями первой, второй, третьей и четвертой статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации, они могут быть восстановлены судом.
В абзаце пятом пункта 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъяснено, что в качестве уважительных причин пропуска срока обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, препятствовавшие данному работнику своевременно обратиться с иском в суд за разрешением индивидуального трудового спора (например, болезнь истца, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимость осуществления ухода за тяжелобольными членами семьи).
В пункте 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2018 № 15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям» содержатся разъяснения, являющиеся актуальными для всех субъектов трудовых отношений, по вопросам пропуска работником срока обращения в суд. В абзаце первом данного пункта указано, что судам необходимо учитывать, что при пропуске работником срока, установленного статьей 392 Трудового кодекса Российской Федерации, о применении которого заявлено ответчиком, такой срок может быть восстановлен судом при наличии уважительных причин (часть 4 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации). В качестве уважительных причин пропуска срока для обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, объективно препятствовавшие работнику своевременно обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора, как то: болезнь работника, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимости осуществления ухода за тяжелобольными членами семьи и т.п.
В абзаце третьем пункта 16 названного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации обращено внимание судов на необходимость тщательного исследования всех обстоятельств, послуживших причиной пропуска работником установленного срока обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора.
Оценивая, является ли то или иное обстоятельство достаточным для принятия решения о восстановлении пропущенного срока, суд не должен действовать произвольно, а обязан проверять и учитывать всю совокупность обстоятельств конкретного дела, не позволивших работнику своевременно обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора (абзац четвертый пункта 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2018 № 15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям»).
В абзаце пятом пункта 16 данного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации отмечено, что обстоятельства, касающиеся причин пропуска работником срока на обращение в суд за разрешением индивидуального трудового спора, и их оценка судом должны быть отражены в решении (часть 4 статьи 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).
Доводы истца об уважительном характере пропуска указанного срока надлежащими доказательствами не подтверждены.
Ссылки на то, что он рассчитывал на добросовестность работодателя и боялся потерять работу, не могут расцениваться в качестве уважительных причин пропуска срока обращения в суд с иском.
При таких обстоятельствах оснований для применения положений части 5 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации и восстановления пропущенного срока обращения в суд с требованиями о перерасчете заработной платы за период с 01.10.2018 по 01.02.2022 и взыскании задолженности по заработной плате за указанный период у суда первой инстанции не имелось.
Исходя из того, что пропуск срока, предусмотренного положениями статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации, является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении исковых требований, учитывая отсутствие доказательств наличия у истца уважительных причин пропуска данного срока, и с учетом письменного заявления ответчика о пропуске срока, в пользу истца подлежит взысканию задолженность по заработной плате за выполнение сверхурочной работы в период с 01.03.2022 по 31.07.2022. Исходя из расчета, произведенного судом первой инстанции, который судебной коллегией признается верным, размер задолженности по оплате сверхурочной работы за указанный период составит 166071,44 рублей.
Доводы апелляционной жалобы ответчика об отсутствии оснований для взыскания в пользу истца задолженности по заработной плате за сверхурочную работу, а также компенсации за нарушение срока ее выплаты, поскольку время, отработанное истцом за пределами установленной продолжительности рабочего времени, компенсировалось истцу предоставлением дополнительных дней отдыха, не могут быть приняты во внимание.
Как указывалось ранее, при разрешении спора суд первой инстанции исходил из согласованных сторонами условий трудового договора с установлением режима рабочего времени как пятидневная рабочая неделя с двумя выходными днями суббота и воскресенье; продолжительности ежедневной работы 8 часов, а также отсутствия доказательств установления сменного режима работы, утверждения работодателем графиков сменности и введения их в действие, и как следствие, выполнения истцом работы в сменном графике 7/7 в режиме 24/7.
В силу статьи 236 Трудового кодекса Российской Федерации при нарушении работодателем установленного срока соответственно выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику, работодатель обязан выплатить их с уплатой процентов (денежной компенсации) в размере не ниже одной сто пятидесятой действующей в это время ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от не выплаченных в срок сумм за каждый день задержки начиная со следующего дня после установленного срока выплаты по день фактического расчета включительно. При неполной выплате в установленный срок заработной платы и (или) других выплат, причитающихся работнику, размер процентов (денежной компенсации) исчисляется из фактически не выплаченных в срок сумм.
С учетом периода и размера задолженности по заработной плате, в пользу истца также подлежит взысканию компенсация за задержку выплат.
Расчет суммы процентов произведен судом первой инстанции верно, в связи с чем судебная коллегия соглашается с ним, полагая необходимым изменить период взыскания с 01.11.2018 по 26.06.2023 на с 01.04.2022 по 26.06.2023. За указанный период подлежит взысканию сумма процентов в размере 34 006,87 рублей, с возложением на ответчика обязанности рассчитать и выплатить указанную компенсацию за будущий период после вынесения настоящего решения (с 27.06.2023) по день фактической выплаты задолженности в сумме 166071,44 рублей включительно.
Разрешая требования истца ФИО13 о взыскании потерь в связи с отпуском без сохранения заработной платы по инициативе работодателя за период с мая по июнь 2020 года в размере 9726,89 рублей, суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для их удовлетворения.
Судебная коллегия с данными выводами суда соглашается.
Согласно статье 128 Трудового кодекса Российской Федерации по семейным обстоятельствам и другим уважительным причинам работнику по его письменному заявлению может быть предоставлен отпуск без сохранения заработной платы, продолжительность которого определяется по соглашению между работником и работодателем.
Как следует из материалов дела, отпуск без сохранения заработной платы в период с 25.05.2020 по 31.05.2020 (7 календарных дней) и с 15.06.2020 по 21.06.2020 (7 календарных дней) предоставлены истцу на основании его личного заявления, указанные периоды отражены в табеле учета рабочего времени за апрель и июнь 2020 года.
Вопреки доводам истца оснований полагать, что заявления о предоставлении отпуска без сохранения заработной платы были написаны по указанию работодателя, под принуждением, в том числе, под угрозой увольнения, не имеется, какие именно действия со стороны работодателя были совершены, чтобы заставить ФИО13 написать данные заявления, истцом не приведено.
Из скриншота электронного письма от 08.04.2020, на которое ссылается истец в апелляционной жалобе, не следует, что работодатель обязал ФИО13 написать заявление на предоставление отпуска без сохранения заработной платы без его согласия.
Поскольку судом первой инстанции было установлено нарушение ответчиком трудовых прав истца, то суд, руководствуясь положениями статьи237 Трудового кодекса Российской Федерации, исходя из конкретных обстоятельств дела, характера причиненных истцу нравственных страданий, принимая во внимание характер и объем нарушения трудовых прав истца, степень физических и нравственных страданий, а также с учетом требований разумности и справедливости обоснованно взыскал с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 15 000 рублей, полагая указанную сумму соответствующей степени физических и нравственных страданий истца, вызванных нарушением его трудовых прав со стороны ответчика.
Судебная коллегия соглашается с данным размером компенсации морального вреда и, исходя из конкретных обстоятельств дела, с учетом характера нарушений, учитывая степень вины работодателя, а также требований разумности и справедливости, не усматривает оснований для его увеличения.
Судебная коллегия считает, что заявленная истцом сумма компенсации морального вреда в размере 100 000 рублей не отвечает указанным требованиям разумности и справедливости при установленных обстоятельствах дела. Приведенные в исковом заявлении обстоятельства, которыми истец обосновывает заявленный им размер компенсации, не могут служить достаточным основанием для взыскания компенсации морального вреда в заявленном размере.
Обстоятельств, которые суд первой инстанции не учел при определении размера компенсации морального вреда, истцом в апелляционной жалобе не приведено.
В апелляционной жалобе истец ссылается на допущенные судом первой инстанции процессуальные нарушения, выразившиеся в несоблюдении срока рассмотрения спора о восстановлении на работе, установленного статьей 154 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, что не влечет отмену судебного решения по основаниям части 3 и 6 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, поскольку нарушение или неправильное применение норм процессуального права является основанием для изменения или отмены решения суда первой инстанции, если это нарушение привело или могло привести к принятию неправильного решения, что в данном случае отсутствует, а правильное по существу решение суда первой инстанции не может быть отменено по одним только формальным соображениям.
С учетом изложенного, решение суда подлежит изменению в части взыскания с ООО «ДЛ-Транс» в пользу ФИО13 задолженности по заработной плате за сверхурочную работу, с уменьшением суммы задолженности по заработной плате за сверхурочную работу с 957 488,35 рублей до 166071,44 рублей, указав период, за который подлежит взысканию указанная задолженность с 01.03.2022 по 30.07.2022; в части взыскания компенсации за нарушение срока выплаты заработной платы за сверхурочный характер работы, с уменьшением суммы компенсации за нарушение срока выплаты заработной платы за сверхурочный характер работы с 442 591,17 рублей до 34006,87 рублей, указав период, за который подлежит взысканию указанная компенсация с 01.04.2022 по 26.06.2022. Общую сумму взыскания следует уменьшить с 1 905 937,60 рублей до 705936,39 рублей.
То же решение суда в части возложения обязанности на ООО «ДЛ-Транс» рассчитать и выплатить ФИО13 компенсацию за задержку выплаты заработной платы за сверхурочный характер работы за период с 27.06.2023 по день полной фактической выплаты задолженности в сумме 957 488,35 рублей в соответствии со статьей 236 Трудового кодекса Российской Федерации следует изменить, уменьшив сумму, на которую подлежит начислению компенсация, до 166071,44 рублей.
В связи с изменением размера взыскиваемых сумм решение подлежит изменению и в части взыскания с ООО «ДЛ-Транс» в доход муниципального образования городской округ город Торжок государственной пошлины изменить, с уменьшением размера государственной пошлины с 18 129,71 рублей до 10 159,36 рублей.
В остальной части решение суда первой инстанции является законным и не подлежит отмене по доводам апелляционных жалоб.
Судом первой инстанции все доказательства по делу, в том числе показания допрошенных по делу свидетелей, оценены в соответствии с положениями статей 55, 67, 69, 71 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с позиции их относимости и допустимости. Оснований для иной оценки данных доказательств судебная коллегия не усматривает.
Судом при рассмотрении дела правильно установлены юридически значимые обстоятельства, доказательствам дана надлежащая оценка, закон применен правильно, процессуальных нарушений, ведущих к отмене решения, судом не допущено.
Руководствуясь статьями 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия
определила:
апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «ДЛ-Транс» удовлетворить частично.
Решение Торжокского межрайонного суда Тверской области от 26 июня 2023 года изменить:
в части взыскания с общества с ограниченной ответственностью «ДЛ-Транс» в пользу ФИО13 задолженности по заработной плате за сверхурочную работу, уменьшив сумму задолженности по заработной плате за сверхурочную работу с 957 488,35 рублей до 166071,44 рублей, указав период, за который подлежит взысканию указанная задолженность с 01.03.2022 по 30.07.2022;
в части взыскания компенсации за нарушение срока выплаты заработной платы за сверхурочный характер работы, уменьшив сумму компенсации за нарушение срока выплаты заработной платы за сверхурочный характер работы с 442 591,17 рублей до 34006,87 рублей, указав период, за который подлежит взысканию указанная компенсация с 01.04.2022 по 30.07.2022;
Общую сумму взыскания уменьшить с 1 905 937,60 рублей до 705936,39 рублей.
То же решение суда в части возложения обязанности на общество с ограниченной ответственностью «ДЛ-Транс» рассчитать и выплатить ФИО13 компенсацию за задержку выплаты заработной платы за сверхурочный характер работы за период с 27.06.2023 года по день полной фактической выплаты задолженности в сумме 957 488,35 рублей в соответствии со статьей 236 ТК РФ изменить, уменьшив сумму, на которую подлежит начислению компенсация, до 166071,44 рублей.
То же решение в части взыскания с общества с ограниченной ответственностью «ДЛ-Транс» в доход муниципального образования городской округ город Торжок государственной пошлины изменить, уменьшив размер государственной пошлины с 18 129,71 рублей до 10 159,36 рублей.
В остальной части решение Торжокского межрайонного суда Тверской области от 26 июня 2023 года, с учетом определения об исправлении описки от 03 июля 2023 года оставить без изменения, апелляционные жалобы ФИО13, общества с ограниченной ответственностью «ДЛ-Транс» - без удовлетворения.
Мотивированное апелляционное определение составлено 22 сентября 2023 года
Председательствующий Ю.Ю. Солдатова
Судьи К.В. Климова
Т.В. Кубарева