Председательствующий: Казакова Н.Н. № 33-3366/2023

55RS0034-01-2022-001464-95

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

17 июля 2023 г. г. Омск

Судебная коллегия по гражданским делам Омского областного суда в составе:

председательствующего Магденко И.Ю.

судей Мезенцевой О.П., Перфиловой И.А.,

при секретаре Колбасовой Ю.В.

при участии прокурора Марченко Т.В.

рассмотрела в открытом судебном заседании дело № 2-21/2023

по апелляционной жалобе БУ Омской области «Тарская областная межрайонная станция по борьбе с болезнями животных» на решение Тарского городского суда Омской области от 20 февраля 2023 г.

по иску ФИО1 к Бюджетному учреждению «Тарская Областная межрайонная станция по борьбе с болезнями животных», Министерству сельского хозяйства Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда,

Заслушав доклад судьи Мезенцевой О.П., судебная коллегия областного суда

Установила:

ФИО1 обратилась в суд с иском к БУ Омской области «Тарская Областная межрайонная станция по борьбе с болезнями животных» о взыскании компенсации морального вреда, ссылаясь на то, что в 1965 г. была принята на работу в Тарскую Межрайонную ветлабораторию Омской области, уволена в 1996 г. Работа предполагала частые поездки в хозяйства районов, в которых имелись неблагополучные пункты-изоляторы по бруцеллезу. В 1970-1980 г. лаборатории не всегда были оснащены необходимым оборудованием, при этом работники снабжались специальной одеждой не на регулярной основе, не всегда имелись дезинфицирующие средства. Вследствие длительного контакта с больными бруцеллезом животными, у ФИО1 развилось заболевание - <...>.

Согласно Акту, утвержденному 16.09.2011 г. начальником Территориального отдела Управления Роспотребнадзора по Омской области в Тарском районе, указанное заболевание было признано профессиональным, вины работника не установлено. Личного подсобного хозяйства ФИО1 не имела. Причиной заболевания указано длительное воздействие на организм человека вредных производственных факторов - возбудителей бруцеллеза. Профессиональное заболевание повлекло установление ФИО1 инвалидности <...> <...> и степени утраты профессиональной трудоспособности <...>.

Просила взыскать с БУ Омской области «Тарская областная межрайонная станция по борьбе с болезнями животных» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 800 000 руб., судебные расходы в размере 2 200 руб.

Определением суда от 18.01.2023 г. к участию в деле в качестве ответчика привлечено Министерство сельского хозяйства Российской Федерации.

В судебное заседание истец ФИО1 и ее представитель по доверенности ФИО2 не явились, о времени и месте проведения судебного разбирательства извещены надлежащим образом, просили рассмотреть дело в их отсутствие.

В судебном заседании представитель ответчика БУ «Тарская ОМСББЖ» ФИО3 возражал против удовлетворения заявленных требований. Пояснил, что БУ «Тарская ОМСББЖ» не может являться ответчиком по данному иску, поскольку не является правопреемником ФГУ «Тарская районная ветеринарная лаборатория», которая была ликвидирована. Кроме того, ФИО1 работала в Тарской мясоконтрольной станции и не производила серологических исследований на бруцеллез, лейкоз, а также не участвовала в проведении противоэпизоотических мероприятиях, что подтверждается показаниями свидетелей.

Представитель ответчика Министерства сельского хозяйства Российской Федерации участие в судебном заседании не принимал, о времени и месте рассмотрения дела был уведомлен надлежащим образом.

В судебном заседании свидетель ФИО4 пояснила, что работала в ветстанции с 1977 г. по 2010 г. Ей известно, что ФИО1 работала в ветлаборатории на мясоконтрольной станции, проводила ветсанэкспертизу мяса и продуктов. Какой-то период времени проводила исследования на лейкоз, но в серологическом отделении лаборатории она не работала, в хозяйства на забор материала, прививки она не выезжала.

В судебном заседании свидетель ФИО5 суду пояснила, что работала в Тарской ветлаборатории совместно с ФИО1 ФИО1 была ветеринарно-санитарным экспертом мясоконтрольной станции, которая располагалась отдельно от других отделов лаборатории – на колхозном рынке. Она проводила исследование мяса и продуктов, поступающих в продажу. ФИО1 работала в ветлаборатории на мясоконтрольной станции, проводила ветсанэкспертизу мяса и продуктов. Какой-то период времени проводила исследования на лейкоз, но в серологическом отделении лаборатории она не работала, взаимозаменяемости в лаборатории не было. В хозяйства на забор материала, прививки она не выезжала. Также пояснила, что в лаборатории не всегда выдавались перчатки для работы.

Помощник Тарского межрайонного прокурора Юрченко К.Ю. полагал, что заявленные требования являются не законными и не обоснованными, удовлетворению не подлежат.

Решением суда с Бюджетного учреждения Омской области «Тарская областная межрайонная станция по борьбе с болезнями животных» в пользу ФИО1 взыскана компенсация морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, в сумме 400 000 руб.; с ответчика в доход Тарского муниципального района Омской области взыскана государственная пошлина в сумме 300 руб.

В апелляционной жалобе ответчик БУ Омской области «Тарская Областная межрайонная станция по борьбе с болезнями животных» просит решение суда отменить, как незаконное и необоснованное, поскольку БУ «Тарская областная межрайонная станция по борьбе с болезнями животных» не является надлежащим ответчиком по делу, организация, в результате работы в которой истец получила профессиональное заболевание, ликвидирована, а БУ Омской области «Тарская Областная межрайонная станция по борьбе с болезнями животных» правопреемником не является. Пролагает, что судом не дана должная оценка показаниям свидетелей, пояснивших об отсутствии контакта у ФИО1 с больными животными при исполнении должностных обязанностей.

В возражениях на апелляционную жалобу истец просит оставить решение суда без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

В опровержение доводов жалобы ответчика истец указывает на обоснованность вывода суда о реорганизации федеральных государственных учреждений - ФГУ Тарская районная станция по борьбе с болезнями животных и ФГУ Тарская районная ветеринарная лаборатория путем их преобразования в государственное учреждение субъекта - Бюджетное учреждение Омской области «Областная станция по борьбе с болезнями животных по Тарскому району». Соответственно, ответчик по настоящему делу является надлежащим. Кроме того, позиция ответчика об отсутствии контакта истца с больными животными достоверно ничем не подтверждена. Из показаний свидетелей, опрошенных по инициативе ответчика, следует, что они не видели каким образом ФИО1 осуществляла работу в серологическом отделении лаборатории и выезжала на забор материала. При этом опровергаются представленными истцом в материалы дела доказательствами, подтверждающими факт выезда ФИО1 в неблагополучные пункты-изоляторы по бруцеллезу. Соответственно, вывод суда о факте заражения истца бруцеллезом в результате длительного воздействия вредных факторов при выполнении профессиональных обязанностей является правильным.

Прокурор в возражениях на апелляционную жалобу указывает на отсутствие оснований для ее удовлетворения, на обоснованность и законность постановленного решения, что Бюджетное учреждение Омской области «Областная станция по борьбе с болезнями животных по Тарскому району» как правопреемник преобразованных ФГУ «Тарская районная станция по борьбе с болезнями животных» и ФГУ «Тарская районная ветеринарная лаборатория» является надлежащим ответчиком по настоящему делу.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель ответчика БУ Омской области «Тарская Областная межрайонная станция по борьбе с болезнями животных» - ФИО3 доводы апелляционной жалобы поддержал, выражал несогласие с постановленным решением, просил его отменить.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель истца ФИО1 – ФИО6 доводы, изложенные в возражениях, поддержал, просил оставить решение суда без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Прокурор в судебном заседании суда апелляционной инстанции поддержал представленные возражения, указывал на отсутствие оснований для удовлетворения доводов апелляционной жалобы, указывал на обоснованность и законность постановленного решения.

Лица, участвующие в деле и не явившиеся в судебное заседание суда апелляционной инстанции, о причинах неявки не сообщили, извещены надлежащим образом, что в соответствии с ч. 1 ст. 327, ч. 3,4 ст. 167 ГПК РФ не являлось препятствием к рассмотрению дела по апелляционной жалобе.

Проверив материалы дела, законность и обоснованность судебного постановления, его соответствие нормам материального права, регулирующим спорные правоотношения, оценив имеющиеся в деле доказательства, обсудив доводы апелляционной жалобы, возражений, выслушав участников процесса, судебная коллегия приходит к следующему.

Апелляционное производство, как один из процессуальных способов пересмотра, не вступивших в законную силу судебных постановлений, предполагает проверку и оценку фактических обстоятельств дела, и их юридическую квалификацию в пределах доводов апелляционной жалобы, представления и в рамках тех требований, которые уже были предметом рассмотрения в суде первой инстанции (ч.1 ст. 327.1 ГПК РФ).

Ст. 330 ГПК РФ предусмотрено, что основанием для отмены или изменения решения суда в апелляционном порядке являются: неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для дела; недоказанность установленных судом первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для дела; несоответствие выводов суда первой инстанции, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела; нарушение или неправильное применение норм материального или норм процессуального права.

Таких нарушений при рассмотрении данного дела судом первой инстанции не допущено.

Судом первой инстанции установлено, что ФИО1 с 20.10.1965 г. принята в Тарскую межрайонную ветбаклабораторию Омской области лаборантом химотдела, 01.09.1967 г. переведена на должность ветврача, уволена 01.03.1996 г.

Из акта о случае профессионального заболевания от07.09.2011 г. следует, что в отношении ФИО1 проведено расследование случая профессионального заболевания, установлен диагноз: <...>. Заболевание профессиональное. Ранее профессиональных заболеваний у истца выявлено не было.

Стаж работы в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов: 33 года.

В результате длительного воздействия вредных производственных факторов - контакт с возбудителями бруцеллеза у ФИО1 возникло профессиональное заболевание. Кроме того, ФИО1 приходилось работать в других отделах (бактериологическом, серологическом). На возникновение профессионального заболевания повлияла шестидневная рабочая неделя, с частыми выездами по хозяйству района для постановки диагноза и выяснения причин падежа животных, взятия крови, вскрытия трупов животных, проведения экспертизы мяса животных. ФИО1 принимала непосредственное участие в выездах в неблагополучные районы. Работа была связана с микроорганизмами 2-ой и 4-ой группы патогенности (бруцеллез, лейкоз, туберкулез). Лабораторное оборудование и инструментарий не всегда имелся в наличии и не всегда находился под рукой при выезде в хозяйства. В начале 1970-х годов аппаратов для исследования сыворотки крови и аборт плодов не было, работали Пастеровскими пипетками через рот. При этом указано, что Тарская ветеринарная лаборатория была межрайонной и обслуживала всю северную зону Омской области - ФИО7, ФИО8, ФИО9, Большеуковский районы. По данным ветеринарной службы в Тарском районе до 1984 года имелись неблагополучные фермы по бруцеллезу, в Знаменском районе с 1976 г. по 1996 год. Причиной профессионального заболевания послужило длительное воздействие на организм человека вредных производственных факторов: контакт с больными бруцеллезом животными. Время воздействия вредных производственных факторов в течение рабочего дня при выезде в неблагополучные пункты составляло 6 часов (75 %). Вины работника в профессиональном заболевании не установлено. На основании результатов расследования дано заключение о том, что настоящее заболевание является профессиональным и возникло в результате длительного воздействия на организм человека вредных производственных факторов – возбудителей бруцеллеза. Лица, допустившие нарушения государственных санитарно-эпидемиологических правил или иных нормативных актов не установлены.

Акт о профессиональном заболевании от 07.09.2011 г. утвержден начальником Территориального отдела Управления Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Омской области в Тарском районе, подписан членами комиссии в составе заместителя начальника ТО Роспотребнадзора в Тарском районе, врача-профпатолога МУЗ «Тарская ЦРБ», начальника БУ ОО «ОСББЖ по Тарскому району». Картой эпизоотолого-эпидемиологического обследования очага зоонозного заболевания подтверждается указанное в акте о случае профессионального заболевания от 07.09.2011 г. Указано, что в периоды с 1976 г. по 1996 г. на территории Тарского района регистрировались случаи заболевания животных бруцеллезом.

Диагноз, поставленный истцу, а также результаты расследования, которыми установлено, что настоящее заболевание является профессиональным, причины возникновения заболевания, ответчиком не оспаривались.

Согласно вкладному листу к карте, вероятное место заражения: до 1984 г, с 1987 г. эпизоотическая ситуация по бруцеллезу оценивается как относительно благополучная, регистрируются единичные случаи положительно реагирующего на бруцеллез скота. Дата возникновения заболевания предположительно в 1980-е годы.

Из справок МСЭ-2011 № <...> от <...>, МСЭ-2006 № <...> от <...> следует, что истцу установлена бессрочно <...> инвалидности в связи с профессиональным заболеванием, степень утраты профессиональной трудоспособности – 40 %.

Судом первой инстанции установлено, что приобретенное ФИО1 при выполнении трудовых обязанностей профессиональное заболевание, повлекшее за собой частичную утрату профессиональной трудоспособности в размере 40 %, возникло по вине работодателя – ФГУ Тарская районная ветеринарная лаборатория, поскольку им не были обеспечены здоровые и безопасные условия труда истца.

При обращении в суд ФИО1, ссылаясь на получение профессионального заболевания по вине ответчика и причинение ей физических и нравственных страданий, просила компенсировать моральный вред.

Согласно положениям Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства (ст. 2); каждый имеет право на жизнь (п. 1 ст. 20); право на жизнь и охрану здоровья относится к числу общепризнанных, основных, неотчуждаемых прав и свобод человека, подлежащих государственной защите; Российская Федерация является социальным государством, политика которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь человека (п. 1 ст. 41).

Статьей 37 Конституции Российской Федерации каждому гарантировано право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности.

На основании ст. 1 Трудового кодекса Российской Федерации (далее - ТК РФ) целями трудового законодательства являются установление государственных гарантий трудовых прав и свобод граждан, создание благоприятных условий труда, защита прав и интересов работников и работодателей.

В соответствии со ст. 2 ТК РФ исходя из общепризнанных принципов и норм международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации, одним из основных принципов правового регулирования трудовых отношений является установление государственных гарантий по обеспечению прав работников и работодателей.

Согласно ст. 16 ТК РФ трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с названным Кодексом.

В силу ч. 2 ст. 22 ТК РФ работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров; обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом РФ, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами РФ.

Ст. 56 ТК РФ предусмотрено, что трудовым договором является соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

В силу ст. 3 Федерального закона от 24.07.1998 г. № 125 «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» (далее – Федеральный закон от 24.07.1998 № 125) профессиональное заболевание - хроническое или острое заболевание застрахованного, являющееся результатом воздействия на него вредного (вредных) производственного (производственных) фактора (факторов) и повлекшее временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности и (или) его смерть.

Возмещение морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда (ч. 3 ст. 8 Федеральный закон от 24.07.1998 № 125).

Согласно ст. 212 ТК РФ работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов; создание и функционирование системы управления охраной труда; соответствующие требованиям охраны труда условия труда на каждом рабочем месте.

В соответствии со ст. 2 Кодекса законов о труде РСФСР каждый работник имеет право: на условия труда, отвечающие требованиям безопасности и гигиены; на возмещение ущерба, причиненного повреждением здоровья в связи с работой.

Согласно ст. 139 КЗоТ РСФСР на всех предприятиях, в учреждениях, организациях создаются здоровые и безопасные условия труда. Обеспечение здоровых и безопасных условий труда возлагается на администрацию предприятий, учреждений, организаций.

В силу требований ст. 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными Главой 59 и статьей 151 Гражданского кодекса РФ.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (ст. 151 Гражданского кодекса РФ).

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса РФ, определяющей общие основания ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Ст. 1101 Гражданского кодекса РФ предусмотрено, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

Из приведенных нормативных положений гражданского законодательства следует, что по общему правилу необходимыми условиями для возложения на работодателя обязанности по компенсации морального вреда работнику являются: наступление вреда, противоправность деяния причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда.

Разрешая спор и частично удовлетворяя заявленные исковые требования, суд первой инстанции, руководствуясь вышеуказанными положениями действующего гражданского и трудового законодательства, исходил из того, что причиной возникновения у истца профессионального заболевания явилось воздействие на его организм вредных производственных факторов, ответственность за которые должен нести работодатель, вследствие чего пришёл к выводу о возникновении у него обязанности компенсировать истцу моральный вред в связи с причинением вреда его здоровью, определив размер компенсации в 400 000 рублей.

Судебная коллегия с выводами районного суда относительно размера подлежащей взысканию компенсации морального вреда соглашается, поскольку она соответствует требованиям разумности и справедливости, определена с учетом фактических обстоятельств причинения профессионального заболевания.

В ходе рассмотрения дела наличие вины самого истца в получении профессионального заболевания не установлено, при этом ответчиком в нарушение статьи 56 Гражданского процессуального кодекса РФ доказательств, свидетельствующих об отсутствии вины с его стороны, не представлено.

Доводы апелляционной жалобы ответчика о том, что в БУ «Тарская ОМСББЖ» не может являться надлежащим ответчиком по делу, поскольку данная организация была ликвидирована в 2003 г., а настоящее БУ «Тарская ОМСББЖ» является самостоятельно созданной организацией, в связи с чем вина ответчика в возникновении у истца профессионального заболевания отсутствует, основанием для отмены постановленного решения не являются.

По смыслу ст. 58 ГК РФ переход прав и обязанностей в отношении имущества возможен лишь при реорганизации юридического лица. Ликвидация же юридического лица предусматривает передачу имущества иным лицам, (кроме кредиторов и учредителей участников) юридического лица.

Согласно ч. 5 ст. 58 ГК РФ при преобразовании юридического лица одного вида в юридическое лицо другого вида (изменение организационно-правовой формы) к вновь возникшему юридическому лицу переходят все права и обязанности реорганизованного юридического лица.

Судом установлено, что к вновь созданному Областному государственному учреждению «Станция по борьбе с болезнями животных по Тарскому району» полностью перешли все права и обязанности, ранее существовавших ФГУ «Тарская районная станция по борьбе с болезнями животных» и ФГУ «Тарская районная ветеринарная лаборатория», что свидетельствует о том, что фактически имела место реорганизация федеральных государственных учреждений путем их преобразования в государственное учреждение субъекта (данная правовая позиция изложена в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 30.05.2008 г. № 78-B08-3).

С учетом изложенного выше, Бюджетное учреждение Омской области «Областная станция по борьбе с болезнями животных по Тарскому району», как правопреемник преобразованных ФГУ «Тарская районная станция по борьбе с болезнями животных» и ФГУ «Тарская районная ветеринарная лаборатория» является надлежащим ответчиком по требованиям истца о взыскании компенсации морального вреда в связи с профессиональным заболеванием.

В рамках судебного разбирательства в суде апелляционной инстанции, судебной коллегией был сделан запрос в Отделение Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Омской области с целью получения сведений о том, за счет средств какого страхователя производятся выплаты ФИО1 по случаю наступления профессионального заболевания.

Из ответа на запрос следует, что после наступления страхового случая по обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, выплаты застрахованным, в том числе ФИО1, производятся за счёт средств страховщика - Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации.

Таким образом, судебная коллегия соглашается с выводами районного суда о том, что Бюджетное учреждение Омской области «Областная станция по борьбе с болезнями животных по Тарскому району», как правопреемник преобразованных ФГУ Тарская районная станция по борьбе с болезнями животных и ФГУ Тарская районная ветеринарная лаборатория, является надлежащим ответчиком по требованиям истца о взыскании компенсации морального вреда в связи с профессиональным заболеванием.

Довод ответчика о том, что истец в силу своих трудовых обязанностей не только не могла контактировать, но и в действительности не контактировала с больными животными, что подтверждается показаниями свидетелей, также не может быть признан обоснованным в силу следующего.

В материалах дела имеются доказательства, в частности акт о случае профессионального заболевания, санитарно-гигиеническая характеристика, архивная справка Архивного отдела Администрации Тарского муниципального района Омской области от 16.02.2023 г.

Из вышеуказанных документов следует, что работа ФИО1 сопровождалась с частыми выездами в хозяйства районов, в которых имелись неблагополучные пункты изоляторы по бруцеллезу. В 1970-1980-х годах лаборатории не всегда были оснащены необходимым оборудованием, работники специальной одеждой снабжались не регулярно. Не всегда имелись дезинфицирующие средства.

Актом о случае профессионального заболевания подтверждена причинно-следственная связь выявленного у истца профессионального заболевания с вредными условиями труда, их воздействием по месту его работы у ответчика.

Таким образом, ответчик не доказал отсутствие вины в нарушении условий труда истца, повлекшем заболевание и инвалидность. Причинно-следственная связь между имеющимся у истца заболеванием и работой в ФГУ «Тарская районная ветеринарная лаборатория» подтверждена представленными доказательствами. Вина работника в возникновении профессионального заболевания не установлена, доказательств того, что истец игнорировал требования техники безопасности, скрывала наличие у нее заболевания, ответчиком БУ ОО «ОМСББЖ» суду представлено не было. Надлежащих доказательств вины других лиц в причинении вреда здоровью истца суду представлено не было.

В связи с чем суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что заболевание истца бруцеллезом является результатом длительного воздействия вредных факторов при работе в ФГУ Тарская районная ветеринарная лаборатория, следовательно, данное заболевание является профессиональным.

Согласно п. 46, 47 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» работник в силу ст. 237 ТК РФ имеет право на компенсацию морального вреда, причиненного ему нарушением его трудовых прав любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя (незаконным увольнением или переводом на другую работу, незаконным применением дисциплинарного взыскания, нарушением установленных сроков выплаты заработной платы или выплатой ее не в полном размере, не оформлением в установленном порядке трудового договора с работником, фактически допущенным к работе, незаконным привлечением к сверхурочной работе, задержкой выдачи трудовой книжки или предоставления сведений о трудовой деятельности, необеспечением безопасности и условий труда, соответствующих государственным нормативным требованиям охраны труда, и др.).

Возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей, осуществляется в рамках обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (ч. 8 ст. 216.1 ТК РФ). Однако компенсация морального вреда в порядке обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний не предусмотрена и согласно п. 3 ст. 8 Федерального закона 24.07.1998 № 125-ФЗ осуществляется причинителем вреда.

Моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, компенсируется в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора, а в случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Суду при определении размера компенсации морального вреда в связи с нарушением работодателем трудовых прав работника необходимо учитывать, в числе других обстоятельств, значимость для работника нематериальных благ, объем их нарушения и степень вины работодателя. В частности, реализация права работника на труд (ст. 37 Конституции Российской Федерации) предопределяет возможность реализации ряда других социально-трудовых прав: на справедливую оплату труда, на отдых, на безопасные условия труда, на социальное обеспечение в случаях, установленных законом, и др.

Размер компенсации морального вреда, присужденный к взысканию с работодателя в случае причинения вреда здоровью работника вследствие профессионального заболевания, причинения вреда жизни и здоровью работника вследствие несчастного случая на производстве, в том числе в пользу члена семьи работника, должен быть обоснован, помимо прочего, с учетом степени вины работодателя в причинении вреда здоровью работника в произошедшем несчастном случае.

Определяя подлежащий взысканию в пользу истца размер компенсации морального вреда, районный суд исходил из того, что вред здоровью ФИО1 был причинён при выполнении ей трудовых обязанностей в условиях длительного воздействия вредных факторов, при этом учел установленную степень утраты профессиональной трудоспособности истца и степени вины ответчика.

В данном случае размер компенсации морального вреда в сумме 400 000 рублей определён судом с учётом длительности периода работы ФИО1 у ответчика, подтвержденного факта причинения вреда здоровью истца, характера перенесённых им физических и нравственных страданий, его возраста, особенностей заболевания, степени вины работодателя, степени утраты истцом профессиональной трудоспособности, периода времени, прошедшего с момента выявления профессионального заболевания, а также требований разумности и справедливости, что согласуется с установленными вышеназванными нормами Гражданского кодекса РФ определения размера компенсации морального вреда.

Судебная коллегия в полной мере соглашается с приведенными в решении суда выводами, поскольку они основаны на правильном применении норм действующего законодательства, регулирующего спорные правоотношения, при верном определении обстоятельств, имеющих значение для дела.

На основании изложенного, решение суда является законным и обоснованным, оснований для отмены судебного постановления не имеется.

Руководствуясь ст. ст. 328, 329 ГПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Тарского городского суда Омской области от 20 февраля 2023 г. оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Председательствующий подпись

Судьи подпись подпись

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 21.07.2023 г.

<...>

<...>

<...>

<...>

<...>