Судья: Чирцова Е.А. Дело №33-6504/2023 (2-682/2023)

Докладчик: Вязникова Л.В. УИД 42RS0013-01-2023-000339-74

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

«20» июля 2023 года г.Кемерово

Судебная коллегия по гражданским делам Кемеровского областного суда в составе: председательствующего Казачкова В.В.,

судей: Бычковской И.С., Вязниковой Л.В.,

при секретаре Амосовой Т.С.,

с участием прокурора Фроловой Т.Е.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в порядке апелляционного производства по докладу судьи Вязниковой Л.В.,

гражданское дело по апелляционной жалобе ФИО1, апелляционной жалобе представителя Публичного акционерного обществу «Угольная компания «Южный Кузбасс» ФИО2 на решение Междуреченского городского суда Кемеровской области от 11 апреля 2023 года

по иску ФИО1 к Публичному акционерному обществу «Угольная компания «Южный Кузбасс» о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 обратился в суд с иском к Публичному акционерному обществу «Угольная компания «Южный Кузбасс» (ПАО «Южный Кузбасс») о взыскании компенсации морального вреда, судебных расходов.

Требования мотивированы тем, что ДД.ММ.ГГГГ он получил производственную травму: <данные изъяты> Ответчиком данный случай признан несчастным случаем на производстве.

После травмы его доставили в больницу, где провели <данные изъяты> <данные изъяты>. Поскольку <данные изъяты> в ДД.ММ.ГГГГ г. проведена <данные изъяты> <данные изъяты>.

Заключением учреждения МСЭ с ДД.ММ.ГГГГ ему установлена утрата профессиональной трудоспособности в размере <данные изъяты>.

Ранее он обращался с заявлением к работодателю о выплате компенсации морального вреда согласно ФОС по угольной промышленности, а также с заявлением о выплате компенсации морального вреда согласно ст. 237 ТК РФ, в добровольном порядке указанные выплаты ответчик не произвел.

Последствия травмы до настоящего времени причиняют <данные изъяты>.

Просит взыскать компенсацию морального вреда в размере 500 000 руб., расходы по оказанию юридических услуг 15000 рублей.

Решением Междуреченского городского суда Кемеровской области от 11.04.2023 с ПАО «Южный Кузбасс» в пользу ФИО1 взыскана компенсация морального вреда в размере 200 000 рублей, расходы по оказанию юридических услуг в размере 10 000 рублей. С ПАО «Южный Кузбасс» в доход местного бюджета взыскана государственная пошлина в сумме 300 рублей.

В апелляционной жалобе представитель ответчика ПАО «Южный Кузбасс» ФИО2 просит решение суда отменить как незаконное и необоснованное и принять по делу новое решение об отказе в иске.

Указывает, что Федеральное отраслевое соглашение по угольной промышленности РФ содержит нормы трудового права и направлено на регулирование социально-трудовых отношений и в силу статья 22, 45, 48 ТК РФ, является обязательным правовым актом для применения организациями угольной промышленности, к числу которых относится ПАО «Южный Кузбасс».

Ссылаясь на положения п 5.4. Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности РФ, п. 10.2.2. Коллективного договора ПАО «Южный Кузбасс» на 2020-2022 годы указывает, что в отраслевых соглашениях и коллективных договорах могут устанавливаться условия оплаты труда, гарантии, компенсации и льготы работникам конкретной отрасли, в настоящем случае - угольной промышленности, подлежащие применению работодателями при возникновении обстоятельств, оговоренных в отраслевом соглашении и коллективном договоре.

ПАО «Южный Кузбасс» не отказывалось выплачивать истцу компенсацию в счет возмещения морального вреда, размер которой после расчета составил 114 145,13 руб. Вместе с тем истец сам отказался от данной выплаты, написал заявление об отмене соглашения о компенсации морального вреда, при этом в судебном порядке положения пп. 5.4 ФОС и 10.2.2 Коллективного договора не оспаривал.

Ссылаясь на положения ст. 98, 100 ГПК РФ, п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 №1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», считает, что взысканная судом сумма судебных расходов чрезмерно завышена, не соответствует принципам разумности и справедливости, сложности дела.

На апелляционную жалобу помощником прокурора г. Междуреченска Сотниковой Н.Ю. принесены возражения.

В апелляционной жалобе истец ФИО1 просит решение суда в части размера компенсации морального вреда отменить, принять по делу новое решение об удовлетворении иска в полном объеме.

Ссылаясь на положения ст. 151, 1079 ГК РФ, ст. 237 ТК РФ, п. 3 ст. 8 Федерального закона от 24.07.1998 № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», п. 14 Постановления Пленума ВС РФ № 33 от 15.11.2022 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", указывает, что травма получена им при исполнении трудовых обязанностей в шахте. Поскольку ответчик является владельцем источника повышенной опасности, обязан компенсировать вред, причиненный здоровью работника, в том числе выплатить компенсацию морального вреда.

В связи с полученной травмой <данные изъяты>, проходил как <данные изъяты>, так и <данные изъяты>. Для восстановления работоспособности ему провели <данные изъяты>. После выписки из больницы <данные изъяты>. Ему было <данные изъяты>, из-за <данные изъяты>, стал <данные изъяты>. До настоящего времени <данные изъяты>. Поскольку <данные изъяты>, о помощи приходилось просить знакомых и соседей.

В связи с последствиями травмы <данные изъяты> образ жизни, появился <данные изъяты>. При этом ответчик как владелец источника повышенной опасности является крупным угледобывающим предприятием, получающим прибыть от добычи угля.

Считает взысканный судом размер морального вреда не компенсирует те <данные изъяты>, которые он пережил и продолжает переживать.

На апелляционную жалобу и.о. прокурора г. Междуреченска Майоровым В.В. принесены возражения.

Истец ФИО1, представитель ответчика ПАО «Южный Кузбасс», извещенные надлежащим образом о дне и времени рассмотрения дела судом апелляционной инстанции, в том числе путем размещения информации о дне и времени рассмотрения дела на сайте Кемеровского областного суда, в суд апелляционной инстанции не явились, об уважительности причин неявки не сообщили, об отложении судебного заседания не ходатайствовали.

Руководствуясь ч. 3 ст. 167, ст. 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, учитывая, что участие в судебном заседании является правом, а не обязанностью лиц, участвующих в деле, отсутствие сторон и их представителей не препятствует рассмотрению дела, судебная коллегия определила о рассмотрении дела в их отсутствие.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, возражений на апелляционные жалобы, заслушав прокурора Фролову Т.Е., возражавшую против удовлетворения апелляционных жалоб, проверив в соответствии с ч. 1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации законность и обоснованность решения исходя из доводов, изложенных в жалобах, судебная коллегия приходит к следующему.

В силу положений абз. 4 и 14 ч. 1 ст. 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором; а также на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном настоящим Кодексом, иными федеральными законами.

Правам работника корреспондируют обязанности работодателя обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (абз. 4, 15 и 16 части 2 ст. 22 Трудового кодекса Российской Федерации).

Обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников является одним из направлений государственной политики в области охраны труда (абз. 2 ч. 1 ст. 210 Трудового кодекса Российской Федерации).

Частью 1 ст. 214 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя

Работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также эксплуатации применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов (абз. 2 ч. 3 ст. 214 Трудового кодекса Российской Федерации).

Каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, а также гарантии и компенсации в связи с работой с вредными и (или) опасными условиями труда, включая медицинское обеспечение, в порядке и размерах не ниже установленных настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации либо коллективным договором, трудовым договором (абз. 2 и 9 ч. 1 ст. 216 Трудового кодекса Российской Федерации).

Согласно абз. 2 пункт 3 ст. 8 Федерального закона от 24.07.1998 N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

В абзаце 2 п. 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей, осуществляется в рамках обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (часть восьмая статьи 216.1 ТК РФ). Однако компенсация морального вреда в порядке обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний не предусмотрена и согласно пункту 3 статьи 8 Федерального закона от 24 июля 1998 года N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" осуществляется причинителем вреда.

Согласно ст. 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Судом первой инстанции установлено и следует из материалов дела, что ДД.ММ.ГГГГ в период работы истца ФИО1 на предприятии ответчика с ним произошел несчастный случай на производстве – при входе в производственное помещение участка №2 он <данные изъяты>, <данные изъяты> под редуктор силовой головки, после чего <данные изъяты>, ударившись <данные изъяты>. В результате истец получил травму в виде <данные изъяты>. Вина истца в несчастном случае не установлена.

В связи с полученной травмой ФИО1 находился на лечении с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в <данные изъяты>» с диагнозом «<данные изъяты>», ДД.ММ.ГГГГ проведена операция «<данные изъяты><данные изъяты>, после окончания лечения выписан на <данные изъяты>.

Согласно выписному эпикризу ФИО1 обращался за медицинской помощью, находился на <данные изъяты> в <данные изъяты> с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ с диагнозом «<данные изъяты>». ДД.ММ.ГГГГ проведена операция <данные изъяты>, после окончания <данные изъяты> выписан <данные изъяты>.

Заключением учреждения МСЭ № от ДД.ММ.ГГГГ истцу установлено снижение профессиональной трудоспособности в размере <данные изъяты>% в связи с производственной травмой с ДД.ММ.ГГГГ <данные изъяты>.

Из программы реабилитации пострадавшего в результате несчастного случая на производстве и профессионального заболевания следует, что истцу поставлен диагноз: <данные изъяты>. Нуждается в проведении реабилитационных мероприятий: <данные изъяты>, в течении 2 лет может выполнять труд в прежней профессии с уменьшением объема выполняемой работы.

Из материалов дела следует, что ФИО1 обратился в ПАО «Южный Кузбасс» с заявлением о выплате единовременной компенсации в счет возмещения морального вреда в размере 20% среднемесячного заработка за 10% утраты профессиональной трудоспособности в соответствии с Федеральным отраслевым соглашение по угольной промышленности РФ, Коллективного договора ПАО «Южный Кузбасс».

29.08.2022 ФИО1 и ПАО «Южный Кузбасс» было подписано соглашение о компенсации морального вреда на сумму 114 145,13 руб., вместе с тем, не согласившись с размером компенсации, 31.08.2022 истец написал заявление об отмене соглашения о компенсации морального вреда.

Заявление ФИО1 о выплате компенсации морального вреда в размере 500 000 руб. вручено ответчику 07.12.2022, оставлено им без ответа.

Из пояснений свидетеля ФИО9 следует, что она является подругой истца. Знает, что в результате травмы на производстве он травмировал <данные изъяты>, около <данные изъяты>, где ему была проведена <данные изъяты>, после чего длительное время <данные изъяты>. В настоящее время истец испытывает <данные изъяты>, <данные изъяты>, поскольку <данные изъяты> на длительные расстояния.

Установив совокупность указанных обстоятельств, которые не оспаривались сторонами, применив положения ст. 150, 151 Гражданского кодекса РФ, статей 9, 237 Трудового кодекса РФ, разъяснения, изложенные в п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», суд первой инстанции пришел к выводу о том, что в связи с получением травмы на производстве истец имеет право на получение компенсации морального вреда. Учитывая тот факт, что стороны не достигли соглашения относительно размера выплаты в возмещение морального вреда, суд определил размер компенсации морального вреда в размере 200 000 руб.

По мнению судебной коллегии, определенный судом размер компенсации морального вреда является разумным и справедливым. При определении размера компенсации морального вреда, суд принял во внимание индивидуальные особенности истца, степень его нравственных и физических страданий, степень вины ответчика, не обеспечившего безопасные условия труда, длительность реабилитации, последствия производственной травмы, а также требования разумности и справедливости.

Вопреки доводам апелляционной жалобы ФИО1, определенный судом размер компенсации морального вреда соразмерен причиненному вреду, обеспечивает защиту нарушенного права истца, согласуется с принципами разумности и справедливости.

Обстоятельства, влияющие на размер компенсации морального вреда, установлены судом в полном объеме, доказательствам дана оценка, отвечающая требованиям ст. 67 ГПК РФ.

Несогласие истца с размером компенсации морального вреда не может стать основанием для изменения решения суда, поскольку суд в силу предоставленных ему законом полномочий определяет размер компенсации морального вреда исходя из установленных по делу обстоятельств.

Доводы апелляционной жалобы ПАО «Южный Кузбасс» о том, что ответчик не отказывался выплачивать истцу компенсацию в счет возмещения морального вреда в размере 114 145,13 руб., истец сам отказался от данной выплаты, не опровергают выводы суда и не могут служить основанием для отмены решения, поскольку рассчитанная к выплате ответчиком сумма компенсации морального вреда в указанном размере обоснованно признана судом не обеспечивающей в полном объеме защиту нарушенного права истца.

В абз. 1, 2 п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъяснено, что, учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (статья 1100 ГК РФ). При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Учитывая, что факт причинения вреда здоровью истца на производстве подтвержден, ФИО1 имеет право на получение компенсации морального вреда.

То обстоятельство, что в связи с получением производственной травмы истцу причинен моральный вред, который подлежит компенсации, ответчик не оспаривает. Напротив, заключение соглашения о компенсации морального вреда на сумму 114 145,13 руб., несмотря на последующий отказ истца от его исполнения, свидетельствует о согласии ответчика с тем, что причинение морального вреда истцу имело место быть.

Как обоснованно указано судом первой инстанции, на момент рассмотрения дела по соглашению от 29.08.2022 о выплате единовременной компенсации в счет возмещения морального вреда на сумму 114145,13 руб. истцу денежные средства не перечислены.

В соответствии со ст. 9 ч. 2 ТК РФ коллективные договоры, соглашения, трудовые договоры не могут содержать условий, ограничивающих права или снижающих уровень гарантий работников по сравнению с установленными трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права. Если такие условия включены в коллективный договор, соглашение или трудовой договор, то они не подлежат применению.

Согласно ст. 1101 Гражданского кодекса РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в абз. 4 п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» при определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

В п. 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" разъяснено, что в соответствии со ст. 237 ТК РФ компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Из содержания данных положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что в случае спора размер компенсации морального вреда определяется судом по указанным выше критериям вне зависимости от размера, установленного соглашением сторон, и вне зависимости от имущественного ущерба, которым в случае трудового увечья или профессионального заболевания является утраченный средний заработок работника.

Довод апелляционной жалобы ПАО «Южный Кузбасс» о том, что моральный вред истцу подлежит возмещению исключительно в соответствии с требованиями коллективного договора, Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности, судебная коллегия находит несостоятельными, поскольку выплата ответчиком единовременного вознаграждения в счет компенсации морального вреда, исчисленного из среднемесячного заработка истца, не влечет безусловного прекращения обязательств причинителя вреда по возмещению этого вреда.

Положения отраслевых соглашений и коллективных договоров означают лишь обязанность работодателя при наличии соответствующих оснований выплатить в бесспорном порядке компенсацию морального вреда в предусмотренном размере.

Учитывая обстоятельства дела, характер полученной травмы, последствия полученной травмы, согласованный ответчиком размер компенсации морального вреда по соглашению от 29.08.2022 о выплате единовременной компенсации - 114 145,13 руб. нельзя признать достаточным.

Разрешая вопрос о взыскании судебных расходов, суд учел категорию спора, количество судебных заседаний, в которых участвовал представитель истца, объем проделанной представителем истца работы, соотношение цены иска и размера расходов на оплату услуг представителя, и взыскал в пользу ФИО1 расходы на оплату услуг представителя в размере 10 000 руб.

Доводы жалобы ответчика о том, что взысканные судом в пользу истца расходы по оплате услуг представителя завышены, не соответствуют сложности дела, принципам разумности расходов по их количеству, не влекут отмену либо изменение решения суда в части взыскания судебных расходов.

Согласно ч. 1 ст. 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В силу ч. 1 ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

В соответствии с ч. 1 ст. 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

В соответствии с абз. 2 п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (статьи 2, 35 ГПК РФ, статьи 3, 45 КАС РФ, статьи 2, 41 АПК РФ) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.

Согласно абз. 1 п. 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 №1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

Из материалов дела видно, что интересы истца ФИО1 по настоящему делу представляла адвокат Кунгурова Т.А., действующая на основании ордера от ДД.ММ.ГГГГ, которая принимала участие на досудебной подготовке 27.02.2023, судебном заседании 11.04.2023.

Факт несения истцом расходов на оплату услуг представителя подтверждается квитанцией серии № от ДД.ММ.ГГГГ согласно которой ФИО3 оплатил юридические услуги по составлению искового заявления в размере 5 000 руб., представление в суде интересов истца в размере 10 000 руб.

Суд первой инстанции пришёл к правомерному выводу о праве истца на возмещение судебных расходов за счёт ответчика в размере 10 000 руб.

Данная сумма отвечает критериям, определенным главой 7 ГПК РФ и Постановлению Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела».

Несение данных расходов являлось для истца необходимым при обращении в суд для защиты нарушенного права, подтверждено соответствующими доказательствами, оснований для их снижения не имеется.

Доводы апелляционных жалоб направлены на иную оценку исследованных судом доказательств и выводов суда об обстоятельствах, имеющих значение для дела, установленных судом, что в силу ст. 330 ГПК РФ не может служить основанием для отмены или изменения решения суда.

Руководствуясь ст.ст.328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Междуреченского городского суда Кемеровской области от 11 апреля 2023 года оставить без изменения, апелляционные жалобы ФИО1, представителя Публичного акционерного обществу «Угольная компания «Южный Кузбасс» ФИО2 – без удовлетворения.

Председательствующий: В.В. Казачков

Судьи: И.С. Бычковская

Л.В. Вязникова

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 27.07.2023.