Решение по делу № 2-300/2025 от 30.04.2025 - о возмещении морального вреда, причинного вследствие некачественного оказания медицинских услуг.

УИД 71RS0009-01-2025-000005-13

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

17 апреля 2025 года г. Ефремов Тульской области

Ефремовский межрайонный суд Тульской области в составе:

председательствующего судьи Кострикиной Е.В.,

при помощнике судьи Миронове П.А.,

с участием: истца ФИО7,

представителя истца по ордеру адвоката Глаголева В.С.,

представителя ответчика ГУЗ «Ефремовская районная клиническая больница им. А.И. Козлова» по доверенности ФИО8,

помощника Ефремовского межрайонного прокурора Марченко Б.О.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-300/2025 по иску ФИО7, действующего в своих интересах и в интересах несовершеннолетних ФИО9, ФИО10, к Государственному учреждению здравоохранения «Ефремовская районная клиническая больница им. А.И. Козлова» о возмещении морального вреда, причинного вследствие некачественного оказания медицинских услуг,

установил:

ФИО7, в своих интересах и интересах несовершеннолетних ФИО4, ФИО5, обратился в суд с иском к ГУЗ «Ефремовская районная клиническая больница им. А.И. Козлова» о возмещении морального вреда, причиненного вследствие некачественного оказания медицинских услуг.

В обоснование заявленных требований истец указал, что ДД.ММ.ГГГГ около 14 часов 00 минут возле инфекционного отделения ГУЗ «Ефремовская районная клиническая больница им. А.И. Козлова» по адресу: <адрес>, в бессознательном состоянии была обнаружена ФИО1, которая является супругой истца.

В тот же день она была доставлена бригадой скорой медицинской помощи в приемный покой № 2 ГУЗ «Ефремовская районная клиническая больница им. А.И. Козлова», где ей установлен предварительный диагноз: пагубное употребление алкоголя, алкогольное опьянение средней степени тяжести (при этом кровь на анализ сотрудники не брали и данный факт не установлен). В ходе проведения рентгено-компьютерной томографии у ФИО11 диагностирована внутримозговая гематома в левой гемисфере головного мозга с субарахноидальным кровоизлиянием, дислокация срединных структур.

Как только ему сообщили, что супруга госпитализирована, истец с дочерью ФИО4 прибыл в приемное отделение № 2 ГУЗ «Ефремовская районная клиническая больница им. А.И. Козлова».

Зайдя в помещение приемного покоя, он увидел свою супругу лежащей на полу, рядом с ней никого не было. ФИО1 лежала на спине, раскинув руки и ноги, на ней находилась верхняя одежда и куртка была застегнута. ФИО1 не была пьяна, она был без сознания. Обратившись к дежурному врачу ФИО2, указав на то, что супруга нуждается в медицинской помощи, та ответила, что ФИО1 крепко спит.

После того как он настоял на оказании супруге медицинскую помощь, врач осмотрела ее и направила на РКТ головного мозга, в ходе проведения которого у супруги была диагностирована внутримозговая гематома в левой гемисфере головного мозга с субарахноидальным кровоизлиянием, дислокация срединных структур.

Сразу же ФИО1 была госпитализирована в неврологическое отделение ГУЗ «Ефремовская районная клиническая больница им. А.И. Козлова», а уже в 16 часов 50 минут в связи тяжестью состояния переведена в отделение реанимации и интенсивной терапии.

ДД.ММ.ГГГГ ему сообщили, что ФИО1 скончалась, не приходя в сознание, причина смерти: Отек головного мозга G93,6, кровоизлияние внутримозговое в полушарие субкортикальное I61,0.

В апреле 2024 года он обратился с жалобой на действие дежурного врача ФИО2 и фельдшера ФИО3 в Министерство здравоохранения по Тульской области. Согласно полученному, ответу действия дежурного врача и фельдшера ФИО3 привели к прогрессированию тяжелого заболевания, при этом были выявлены нарушения порядка и стандарта оказания медицинской помощи, которые отражены в протоколе ВК от ДД.ММ.ГГГГ, а именно: имеются дефекты в оказании медицинской помощи пациенту ФИО1 Лицами, допустившими нарушения являются врач приемного отделения ФИО2 и фельдшер приемного отделения ФИО3, которыми допущены нарушения ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации».

Так же, он обратился в Территориальный орган Росздравнадзора по Тульской области и АСП ООО «Капитал МС» - Филиал в Тульской области, специалистами которого в ходе проверки были также выявлены дефекты при оказании медицинской помощи.

ДД.ММ.ГГГГ Ефремовским МРСО СК России по Тульской области возбуждено уголовное дело по признакам состава преступления предусмотренного ч. 2 ст. 109 УК РФ. Поводом для возбуждения уголовного дела являлся акт проверки Территориального органа Росздравнадзора по Тульской области. В этот же день он был признан потерпевшим по уголовному делу.

ДД.ММ.ГГГГ уголовное дело прекращено по основанию, предусмотренному п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ - в связи с отсутствием состава преступления в действиях ФИО2 и ФИО3.

В ходе расследования уголовного дела проведена комиссионная судебно-медицинская экспертиза качества оказания медицинской помощи ФИО1, по результатам которой эксперты пришли к выводу, что допущенные дефекты оказания медицинской помощи не находятся в прямой причинно-следственной связи с наступившими последствиями в виде смерти.

Однако, указанными заключениями установлен ряд недостатков оказания медицинской помощи.

От совместного брака с ФИО1 у истца на его полном обеспечении остались двое несовершеннолетних детей ФИО4 и ФИО5. Дети до сих пор не могут пережить потерю своей матери, дочь вовсе являлась непосредственным очевидцем событий, происходивших в приемном покое № 2 ГУЗ «Ефремовской районной клинической больницы им. А.И. Козлова». На ее моральном состоянии отразилось хамское, неуважительное, циничное поведение врача и фельдшера, так как ребенок видел, что происходило с ее матерью, когда ей фактически отказывались оказывать медицинскую помощь.

Действиями медицинских работников указанной медицинской организацией истцу и детям причинен моральный вред, поскольку до настоящего времени они испытывают нравственные страдания, выраженные в нарушении духовного покоя, сильнейшего чувства страха, беспомощности, разочарования, переживания в связи со смертью супруги и матери, как близкого и любимого родственника.

Свои моральные и нравственные переживания истцы оценивают в 500 000 (пятьсот тысяч) рублей каждый, что соответствует соразмерности причиненного вреда и прицепам разумности и справедливости.

Истец ФИО7 в судебном заседании пояснил, что ДД.ММ.ГГГГ около 13 часов он вместе с детьми пошел в гости к своей маме, чтобыпоздравить ее с праздником 8 марта, а супруга планировала сходить в магазин и оплатить коммунальные услуги. Супруга утром и с вечера ДД.ММ.ГГГГ спиртное не употребляла, на состояние здоровья жалоб не предъявляла. Около 14 часов ему позвонила соседка и сказала, что его супруга находится в больнице. Приехав в приемный покой № 2 ГУЗ «Ефремовская районная клиническая больница им. А.И. Козлова», находившиеся там врач ФИО2 и фельдшер ФИО3 сообщили ему, что его супруга находится в состоянии алкогольного опьянения в комнате для больных с температурой. Зайдя в указанную комнату, он увидел, что супруга лежит на полу, рядом с ней никого не было. Супруга лежала на спине, раскинув руки и ноги, на ней находилась верхняя одежда и куртка была застегнута. Присмотревшись к супруге, он понял, что та не пьяная, а с ней что-то случилось. Он стал слегка бить ее по лицу ладонями, пытаясь привести ее в чувство, но супруга не реагировала. Кожные покровы у нее были бледные, губы и пальцы рук были синего цвета, супруга издавала странные хрипы, также на губах он видел следы схожие с пеной. Он сразу же вернулся к врачу и стал спрашивать, что происходит, а также стал говорить, что его супруга умирает и почему ей никто не оказывает помощь. В ответ ФИО2 с усмешкой сказала, что его супруга просто крепко спит, а также что та была доставлена в сознании и самостоятельно вышла из автомобиля скорой медицинской помощи. Затем он спросил у ФИО2, если ФИО1 спит, то почему та не реагирует на внешние раздражители, но ФИО2 ему на этот вопрос не ответила. Он был шокирован поведением ФИО2 и стал просить ее оказать помощь его супруге. На что ФИО2 сказала, что ей некогда заниматься «всякими», у нее 2 этажа больных. Понимая, что его супруга находится в критическом состоянии, ФИО2 все-таки стала ее осматривать. Он стал настаивать на проведение РКТ. После осмотра ФИО2 сказала, что необходимо сделать РКТ. Затем ФИО1 начали поднимать и та выскочила из куртки и упала на пол, при этом обмочилась. Затем ФИО1 погрузили на каталку и отвезли на РКТ. Спустя некоторое время ему сообщили, что у супруги подозрение на инсульт. Медицинские работники сказали, чтобы они шли домой, оставив контактный телефон, и обещали перезвонить. Выйдя из отделения приемного покоя № 2, они увидели, что подъехал автомобиль скорой медицинской помощи, а затем его супругу на каталке вывезли на улицу и погрузили в автомобиль для транспортировки в реанимационное отделение. Прибыв в реанимационное отделение, им сообщили, что ФИО1 доставили в состоянии комы с обильным кровоизлиянием в мозг, а также пояснили, что прогнозы неутешительные и летальный исход неизбежен, что она не транспортабельна и проводить операцию также нельзя, поскольку время упущено. На следующий день, ДД.ММ.ГГГГ ему сообщили из больницы, что состояние супруги ухудшается. Считает, что из-за упущенного времени и неоказания своевременной медицинской помощи со стороны ФИО2, его супруга скончалась, не приходя в сознание ДД.ММ.ГГГГ в отделении реанимации. Он и дети до настоящего времени не могут пережить утрату супруги и матери. Не только смертью жены, несвоевременным оказанием медицинской помощи, но хамским отношением со стороны медицинских работников им причинены нравственные страдания.

Несовершеннолетний истец ФИО4 поддержала заявленные исковые требования в полном объеме, дав пояснения, аналогичные пояснениям ФИО6

Представитель истца по ордеру адвокат Глаголев В.С. в судебном заседании заявленные исковые требования поддержал и просил их удовлетворить в полном объеме, по основаниям, изложенным в иске. Указав также, что представленными в суд медицинским документами, а также выводами врачебной комиссии, заключениями Территориального органа Росздравнадзора по Тульской области, АСП ООО «Капитал МС» - филиал в Тульской области, заключением судебно-медицинской экспертизы подтвержден факт оказания медицинской помощи ФИО1 ненадлежащего качества. ГУЗ «Ефремовская РКБ им. И.А. Козлова» было подвергнуто штрафным санкциям в связи с некачественным оказанием медицинских услуг ФИО1 Таким образом, установлено, что при оказании медицинской помощи ФИО1 были допущены дефекты в оказании медицинской помощи и несмотря на отсутствие прямой причинно-следственной связи между действиями медицинских работников и наступившей смертью ФИО1, истцы вправе на получение компенсации морального вреда.

Представитель ответчика ГУЗ «Ефремовская районная клиническая больница им. А.И. Козлова» по доверенности ФИО8 в судебном заседании исковые требования не признала и пояснила, что необходимыми условиями наступления гражданско-правовой ответственности медицинской организации за причиненный вред при оказании медицинской помощи являются: причинение вреда пациенту; противоправность поведения причинителя вреда действиями (бездействием) медицинской организации (его работников); наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда; вина причинителя вреда – медицинской организации или его работников. Диагноз ФИО1 бы поставлен верно, медицинская помощь оказана своевременно, лечение назначено правильное. Неблагоприятный исход в виде смерти наступил из-за массивного внутримозгового кровоизлияния с прорывами крови в желудочки головного мозга с последующим развитием отека головного мозга, то есть тяжесть поражения головного мозга у пациентки была несовместима с жизнью. В связи с тем, что отсутствует вина медицинских работников ГУЗ ЕРБ в наступлении неблагоприятного исхода в виде смерти пациентки ФИО1, полагает, что отсутствуют основания для возложения на медицинскую организацию гражданско-правовой ответственности в виде компенсации морального вреда. Просила в иске отказать.

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, Министерство здравоохранения Тульской области в судебное заседание не явился, о времени и месте его проведения извещался своевременно и надлежащим образом. Министерство здравоохранения Тульской области ходатайствовало о рассмотрении дела в отсутствие их представителя и просило вынести решение по делу в соответствии с действующим законодательством.

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, Территориальный орган Росздравнадзора по Тульской области в судебное заседание не явился, о времени и месте его проведения извещался своевременно и надлежащим образом, направив в суд ходатайство о рассмотрении дела в их отсутствие.

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, АСП ООО «Капитал МС» - филиал в Тульской области в судебное заседание не явился, о времени и месте его проведения извещался своевременно и надлежащим образом.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО12 в судебное заседание не явилась, о времени и месте его проведения извещалась своевременно и надлежащим образом, ходатайствовала о рассмотрении дела в ее отсутствие.

Заслушав лиц, участвующих в деле, допросив свидетелей, исследовав письменные материалы гражданского дела, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 2 Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

В Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации (ч. 1 ст. 17 Конституции РФ).

Основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения (ч. 2 ст. 17 Конституции Российской Федерации).

Каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений (ч. 1 ст. 41 Конституции РФ).

Таким образом, здоровье как неотъемлемое и неотчуждаемое благо, принадлежащее человеку от рождения и охраняемое государством, Конституция РФ относит к числу конституционно значимых ценностей, гарантируя каждому право на охрану здоровья, медицинскую и социальную помощь.

Нормативным правовым актом, регулирующим отношения в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, является Федеральный закон от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ (с последующими изменениями и дополнениями) «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (далее - Закон об охране здоровья граждан, Федеральный закон № 323-ФЗ), согласно п. 1 ст. 2 которого здоровье - это состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.

Охрана здоровья граждан - система мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического (профилактического), характера, осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи (п. 2 ст. 2 Закона об охране здоровья граждан).

В силу ст. 4 Закона об охране здоровья граждан к основным принципам охраны здоровья относятся, в частности: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи.

Медицинская помощь - это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг (п. 3 ст. 2 указанного Федерального закона № 323-ФЗ).

Каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования (ч. ч. 1, 2 ст. 19 Закона об охране здоровья граждан).

В п. 21 ст. 2 Закона об охране здоровья граждан определено, что качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается: 1) в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; 2) в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; 3) на основе клинических рекомендаций; 4) с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (ч. 1 ст. 37 Закона об охране здоровья граждан).

Наименование и объем оказываемых услуг определяются на основании стандартов медицинской помощи, которые разрабатываются в соответствии с Номенклатурой услуг, утвержденной Приказом Минздравсоцразвития России от 27 декабря 2011 года № 1664н «Об утверждении Номенклатуры медицинских услуг». Стандарт устанавливается для конкретных видов заболевания и представляет собой усредненные показатели частоты предоставления и кратности применения медицинских услуг, лекарственных препаратов, медицинских изделий и др. (п. 4 ст. 37 Закона об охране здоровья граждан).

Критерии оценки качества медицинской помощи согласно ч. 2 ст. 64 Закона об охране здоровья граждан формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с ч. 2 ст. 76 этого Федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (ч. ч. 2 и 3 ст. 98 Закона об охране здоровья граждан).

Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих, в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Как следует из материалов дела и установлено судом, ФИО7 и ФИО1 состояли в зарегистрированном браке, что подтверждается копией свидетельства о заключении брака № №.

ФИО7 и ФИО1 являются родителями несовершеннолетних ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (свидетельство о рождении № №), и ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (свидетельство о рождении № №).

ДД.ММ.ГГГГ около 14 час. 00 мн. возле инфекционного отделения ГУЗ «Ефремовская районная клиническая больница им. А.И. Козлова» по адресу: <адрес>, ФИО1 была обнаружена в бессознательном состоянии и в 14 час. 40 мин. бригадой скорой медицинской помощи доставлена в приемный покой № 2 ГУЗ «Ефремовская районная клиническая больница им. А.И. Козлова».

Указанные обстоятельства подтверждаются сведениями, содержащимися в карте вызова скорой медицинской помощи № а также показаниями допрошенных свидетелей ФИО14, ФИО15, ФИО16, ФИО17

Так свидетель ФИО14 суду показала, что в марте 2024 работала в инфекционном отделении ГУЗ «Ефремовская районная больница им А.И.Козлова» буфетчицей. ДД.ММ.ГГГГ после обеда она с ФИО13 вышла на улицу из здания инфекционного отделения и услышала, как с торца здания разговаривает какая-то женщина, потом она затихла. Они пошли посмотреть и увидели, как на тропинке лежит ФИО26 без сознания. Она попыталась привести ее в чувства, била по щекам, но никаких движений с ее стороны не было. Была вызвана скорая помощь, сотрудники которой погрузили ФИО26 в автомобиль и повезли в приемный покой на <адрес> <адрес>.

Свидетель ФИО15 в судебном заседании показала, что работает в должности палатной санитарки инфекционного отделения ГУЗ «Ефремовская районная клиническая больница им. А.И. Козлова». ДД.ММ.ГГГГ примерно в 14 часов она находилась на рабочем месте по адресу: <адрес>. В указанное время она вышла на улицу, чтобы вынести контейнерыпод пищу, и увидела, что по дороге шла женщина и разговаривала по телефону. Затем она отвернулась и услышала, что женщина перестала разговаривать. Обернувшись, онаувидела, что женщина лежит на земле, сразу же подбежала к ней, женщинанаходилась без сознания, лоб и губы были синюшного цвета. Женщина на внешниераздражители не реагировала, ее трясло, глаза были закатаны. Она пыталась привести ее в чувства, натирая лицо снегом, но женщина не реагировала. Затем она побежала в отделение, где взяла нашатырь и снова пыталась привести женщину в чувство, но безрезультатно, в связи с чем была вызвана скорая помощь. Запаха алкоголя от женщины она не чувствовала. До приезда скорой помощи женщину никто не перемещал, поскольку имелось опасение, что та при падении могла себе что-то повредить или сломать. Скорая помощь приехала быстро, через 5-10минут. Фельдшера осмотрели женщину, быстро положили на носилки и увезли вприемный покой ГУЗ «ЕРКБ». В последующем она узнала от коллег по работе, что данная женщина впала в кому и скончалась в отделении реанимации, не приходя в сознание.

Допрошенные в качестве свидетелей фельдшера ГУЗ ТО «ТЦМСКиНМП» подстанции г. Ефремова ФИО16 и ФИО17 показали, что ДД.ММ.ГГГГ в 14 часов 03 минуты на станцию скорой медицинской помощи поступило сообщение о необходимости выезда по адресу: <адрес> (территория больничного городка ГУЗ «Ефремовская районная клиническая больница им. А.И. Козлова»). Рядом с инфекционным отделением на улице лежала женщина без сознания. Поводом к выезду было бессознательное состояние пострадавшей. Незамедлительно после получения указанного вызова они на автомобилескорой медицинской помощи направились для оказания помощи неизвестной женщине. Прибыв по указанному адресу в 14 часов 13 минут ДД.ММ.ГГГГ, их встретила сотрудница инфекционного отделения больницы. Было установлено, что женщина шла и внезапно упала. На момент приезда женщина лежала на тропинке на снегу у здания инфекционного отделения ГУЗ «ЕРКБ им. А.И. Козлова», при попытке поднять ее, последняя падала, то есть самостоятельно стоять не могла. Рядом с женщиной находился пакет, в котором находились яйца, бутылка вина и сигареты. Анамнез выяснить не удалось, поскольку женщина не могла отвечать на вопросы.При осмотре они почувствовали запах алкоголя изо рта. Женщина находилась в сознании. Состояние женщины было расценено как состояние алкогольного опьянения. После осмотра женщины они погрузили ее на носилки и доставили в приемный покой № 2 ГУЗ «ЕРКБ им. А.И. Козлова», где передали дежурному врачу ФИО2 Жалоб по пути следования женщина не предъявляла. В приемный покой та была доставлена в сознании, но заторможена, поведение было похоже на состояние алкогольного опьянения ввиду жестикуляций и запаха алкоголя изо рта. После передачи женщины в приемный покой, они уехали и продолжили дежурство.

Из данных, содержащихся в медицинской карте пациента, получающего медицинскую помощь в стационарных условиях, № следует, что ФИО1 поступила в приемный покой № 2 ГУЗ «Ефремовская районная клиническая больница им. А.И. Козлова» в 14:40. Согласно записям дежурного врача-терапевта ФИО2, пациентка жалоб самостоятельно не предъявляет – находится в состоянии алкогольного опьянения, в продуктивный контакт вступает с трудом – называет свое имя, домашний адрес, номер телефона не помнит, положение пассивное – на каталке, при попытке пересадить на кушетку – падает, в сознании, изо рта резкий запах алкоголя. Во время осмотра больная отключилась. Диагноз: алкогольное опьянение средней степени тяжести. Рекомендовано: с учетом отсутствия нарушений витальных функций, наличия признаков алкогольного опьянения, больная оставлена на динамическое наблюдение в условиях приемного покоя. Во избежание падения больная размещена на полу смотрового кабинета, придано стабильное боковое положение. Согласно записям в 14:50, 15:00, 15:10, 15:30 жалоб не предъявляет (спит), АД 130/80, 130/90, пульс 88 в мин., 92 в мин., по внутренним органам – без динамики. В 15:40 на попытке разбудить не реагирует, на болевые раздражители не реагирует, АД 130/80, пульс 92 в мин., по внутренним органам – без динамики, вызван дежурный невролог, рекомендовано КТ головного мозга.

По заключению проведенного в 15:50 КТ головного мозга диагностирована внутримозговая гематома в левой гемисфере головного мозга с субарахноидальным кровоизлиянием, дислокации срединных структур.

В 16 час. 17 мин. ФИО1 госпитализирована в неврологическое отделение ГУЗ «Ефремовская районная клиническая больница им. А.И. Козлова».

В 16 час. 50 мин. в связи с тяжестью заболевания переведена в отделение реанимации и интенсивной терапии. Диагноз при направлении: внутримозговое кровоизлияние неуточненное. Кровоизлияние. Основное заболевание: ОНМК по геморрагическому типу в левой гемисфере головного мозга. Субарахноидальное кровоизлияние с прорывом крови в желудочковую систему. Осложнение диагноза: отек головного мозга, мозговая кома.

ДД.ММ.ГГГГ в 17 час. 52 мин. наступила смерть ФИО1 в результате массивного внутримозгового кровоизлияния с прорывом крови в желудочки головного мозга.

Допрошенная в ходе судебного заседания в качестве свидетеля врач приемного отделения ФИО2 показала, что ДД.ММ.ГГГГ она находилась на дневном дежурстве в приемном покое № 2 ГУЗ «ЕРКБ», расположенном поадресу: <адрес> <адрес>, <адрес>. В 14 часов 40 минут сотрудниками скорой медицинской помощи была доставлена ранее ей незнакомая ФИО1, которая на носилках была уложена в смотровойкабинет на кушетку. На момент доставления и ее осмотра состояние ФИО1 было расценено как состояние средней тяжести, при этом ФИО1 была не доступна контакту, зрачки не были расширены, изо рта исходил резкий запах алкоголя. Она с фельдшером ФИО27 стала раздевать ФИО1 и в этот момент та села на кушетку самостоятельно, но при этом речь была не внятная. Она предположила, что ФИО1 находится в состоянии алкогольного опьянения. Она измерила ей давление, которое было в пределах нормы. После осмотра ФИО1 она не стала ее госпитализировать, а оставила под наблюдение в смотровом кабинете, при этом они ее одели. Спустя некоторое время ФИО1 стала сползать с кушетки и с целью избежать возможного падения было принято решение оставить ее на полу, чтобы та не упала с кушетки и не причинила себе телесные повреждения. Она осматривала ФИО1 каждые 10 минут, та спокойно лежала и спала. Состояние ФИО1 она расценила как сон. Грубой неврологической симптоматики она не заметила. Примерно через 1 час с момента поступления ФИО1 в приемный покой, пришел супруг последней, который прошел в смотровой кабинет и увидел там свою жену, которая в тотмомент лежала на полу. ФИО26 ругался на свою жену, говоря, что та снова напилась. После чего взял ФИО1 за волосы одной рукой, а ладонью другой руки стал бить ту по лицу. Она подумала, что тот просто хочет разбудить ее, но при этом они ему делали замечания, чтобы тот вел себя по тише и не бил женщину. Она обратила внимание, что ФИО1 не просыпается, в связи с чем подошла к ней и посмотрела на ее зрачки, которые были разные, что свидетельствовало о наличии патологических изменений в головном мозге. Она сразу направила ФИО1 на РКТ головного мозга, по результатам которого была установлена внутримозговая гематома в левой гемисфере головного мозга с субарахноидальным кровоизлиянием. Далее она позвонила по санавиации в ТОКБ с целью проведения консультации с врачом-нейрохирургом. По результатам консультации с данным специалистом было рекомендовано консервативное лечение по месту нахождения пациентки, посколькупоследняя была не транспортабельная, а также имелись противопоказания к оперативному вмешательству. Затем был вызван врач-невролог и врач-анестезиолог и ФИО1 была переведена в отделение анестезиологии и реанимации. Более она ФИО1 не наблюдала. Все ее назначения, методика лечения и т.д., а также дословное содержание ее записей находится в медицинской карте. Подтверждает, что записи, сделанные ей в истории болезни ФИО1, соответствуют действительности. ДД.ММ.ГГГГ она принимала участие во врачебной комиссии по анализу качества оказания медицинской помощи в ГУЗ «Ефремовская районная клиническая больница им. А.И. Козлова» ФИО1 По результатам проведенной комиссии было установлено, что имеются дефекты в оказании медицинской помощи пациенту ФИО1 Лицами, допустившиминарушения являлись она и фельдшер приемного отделения ФИО3 Комиссия пришла к выводу, что ей и ФИО3 допущены следующие нарушения ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», однако выявленные в ходе врачебной комиссии нарушения не повлияли бы на летальный исход заболевания, поскольку у пациентки имелся большой очаг субарахноидального кровоизлияния в левой гемисфере головного мозга. Приказ о привлечении ее к дисциплинарной ответственности она не оспаривала.

Свидетель ФИО18 суду показала, что работает фельдшером приемного отделения, ДД.ММ.ГГГГ она находилась на дежурстве в приемном покое № 2 ГУЗ «ЕРКБ» по адресу: <адрес>, <адрес>, <адрес>. В 14 часов 40 минут сотрудниками скорой медицинской помощи была доставлена ФИО1, которая находилась на носилках, в спутанном сознании. ФИО26 сразу же перенесли в смотровой кабинет и уложили на кушетку. Осмотр пациентки проводила врач ФИО2, она же присутствовала при осмотре и находилась рядом с врачом. Как врачом было расценено состояние пациентки, она сказать затрудняется, поскольку не является врачом, но при осмотре пациентка самостоятельно села на кушетку, при этом речь была не внятная. Изо рта ФИО1 исходил запах алкоголя. Она и ФИО2 предположили, что та находится в состоянии алкогольного опьянения. К тому же диагноз по алкогольному опьянению был поставлен сотрудниками скорой помощи. Врачом было измерено давление, которое было в пределах нормы. После осмотра ФИО1 врач оставил под наблюдением в смотровом кабинете, при этом они ее одели. Изначально ФИО1 они уложили на кушетку, но та стала сползать оттуда и чтобы избежать возможного падения, было принято решение уложить ФИО1 на пол, чтобы та не упала с кушетки и не причинила себе телесные повреждения. Врач осматривала ФИО1 каждые 10 минут, та спокойно лежала и спала. Ее состояние было расценено как сон. Примерно через 1 час с момента поступления ФИО1 в приемный покой, пришел ее супруг, увидев свою жену, лежащую в смотровом кабинете на полу, тот стал ругаться, говоря, что та снова напилась. Затем ФИО26 взял жену за волосы одной рукой, а ладонью другой руки стал бить по лицу. Она подумала, что тот просто хочет разбудить жену, но при этом они ему делали замечания, чтобы тот вел себя по тише и не бил женщину. Далее врач ФИО2 обратила внимание, что женщина не просыпается, в связи с чем подошла и посмотрела на зрачки, которые были разные, что свидетельствовало о наличие патологических изменений в головном мозге. Затем ФИО1 направили на РКТ головного мозга, по результатам которого была установлена внутримозговая гематома в левой гемисфере головного мозга с субарахноидальным кровоизлиянием. После чего ФИО1 была госпитализирована в неврологическое отделение.

Свидетель ФИО19 суду показала, что работает уборщицей приемного покоя № 2 ГУЗ ЕРБ. ДД.ММ.ГГГГ в приемный покой привезли ФИО26. Дежурный врач была ФИО2, фельдшер ФИО27. Пациентку оставили в смотровом кабинете, пару раз врач к ней заходила. Через некоторое время пришел муж ФИО26, она его провела в смотровой кабинет, ФИО26 лежала на полу на спине, глаза были закрыты, она спала. ФИО26 стал трясти жену за волосы, бить по лицу. У ФИО26 пошла пена по губам. Врач ФИО2 сразу же сказала, что ФИО26 необходимо отвезти на КТ. После проведенного КТ ФИО30 перевели в неврологическое отделение.

Допрошенная судом в качестве свидетеля ФИО20 показала, что в 2024 году она работала на станции скорой помощи <адрес>. Она доставляла женщину из неврологического отделения в реанимацию. Пришел вызов из стационара неврологического отделения о переводе женщины в реанимацию, так как у нее было ухудшение состояния здоровья и по согласованию с врачом реанимационного отделения был сделан перевод. Пациентку забирали из отделения неврологии, по кате вызова указана кома по шкале 6, это считается глубокая кома.

Свидетели ФИО21, ФИО22, Свидетель №2 в судебном заседании показали, что выявленные в ходе врачебной комиссии нарушения не повлияли бы на летальный исход заболевания, поскольку у пациентки имелся большой очаг субарахноидального кровоизлияния в левой гемисфере головного мозга. При таком диагнозе, как ОНМК (острое нарушение мозгового кровообращения) по геморрагическому типу в левой гемисфере головного мозга, субарахноидальное кровоизлияние с прорывом крови в желудочковую систему оперативное вмешательство не показано и, как правило, заканчивается не благоприятным исходом.

Согласно выводам Врачебной комиссии ГУЗ «Ефремовская районная клиническая больница им. А.И. Козлова», содержащимся в протоколе от ДД.ММ.ГГГГ, установлены дефекты в оказании медицинской помощи пациенту ФИО1 Лицами, допустившими нарушения являются врач приемного отделения ФИО2 и фельдшер приемного отделения ФИО3, которыми допущены нарушения Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», а именно:

статья 6 пункт 1 - уважительное и гуманное отношение со стороны медицинских работников (пациентка была уложена на пол в тяжёлом состоянии в приёмном отделении, обмочилась);

статья 11 - недопустимость отказа в медицинской помощи (медицинская помощь пациентке не оказывалась с момента поступления и до обращения родственников в приёмное отделение, то есть с 14 часов 40 минут до 15 часов 40 минут ДД.ММ.ГГГГ).

Кроме того, выявлены нарушения порядка и стандарта оказания медицинской помощи пациентке ФИО1 в ГУЗ «Ефремовская районная клиническая больница им. А.И. Козлова» по профилю неврология (приказ Министерства здравоохранения РФ от 15.11.2012 № 928н «Об утверждении порядка оказания медицинской помощи больным с острыми нарушениями мозгового кровообращения, приказа Министерства здравоохранения РФ от 10.05.2017 № 203н «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи» - не вызван врач невролог или реаниматолог к пациентке без сознания для установления диагноза.

Также, выявлены нарушения приказа Министерства здравоохранения Тульской области от 19.02.2021 № 167-осн «Об оказании медицинской помощи лицам, находящимся в общественных местах в состоянии алкогольного, наркотического или токсического опьянения и утратившим способность самостоятельно передвигаться или ориентироваться в окружающей остановке, нуждающихся в оказании медицинской помощи». Диагностика острого нарушения мозгового кровообращения запоздалая, пациентке не оказывалась помощь и не проводилось обследование с момента поступления в приёмное отделение, то есть с 14 часов 40 минут до 15 часов 40 минут ДД.ММ.ГГГГ. Не проведена диагностика опьянения, не взята кровь на алкоголь. Пациентка в тяжёлом состоянии оставлена на полу в приёмном отделении без оказания медицинской помощи.

Действия врача приемного отделения ФИО2 и фельдшера приемного отделения ФИО3 привели к прогрессированию тяжёлого заболевания (внутримозгового кровоизлияния).

На основании данного протокола Приказом № от ДД.ММ.ГГГГ врач приемного отделения ГУЗ «ЕРКБ им. А.И. Козлова» ФИО2 была подвергнута дисциплинарному взысканию в виде выговора за ненадлежащее исполнение должностных обязанностей, предусмотренных разделом 2 должностной инструкции от ДД.ММ.ГГГГ, а также в нарушении приказа Министерства здравоохранения РФ от 15.11.2012 № 928н «Об утверждении порядка оказания медицинской помощи больным с острыми нарушениями мозгового кровообращения, приказа Министерства здравоохранения РФ от 10.05.2017 № 203н «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи» и приказа Министерства здравоохранения Тульской области от 19.02.2021 № 167-осн «Об оказании медицинской помощи лицам, находящимся в общественных местах в состоянии алкогольного, наркотического или токсического опьянения и утратившим способность самостоятельно передвигаться или ориентироваться в окружающей остановке, нуждающихся в оказании медицинской помощи», выразившихся в не проведении диагностики опьянения, в несвоевременном проведении диагностики ОНМК пациентке ФИО1, в ненадлежащем ведении медицинской документации.

На основании вышеуказанного протокола Приказом № от ДД.ММ.ГГГГ фельдшер приемного отделения стационара № 2 ГУЗ «ЕРКБ им. А.И. Козлова» ФИО3 была подвергнута дисциплинарному взысканию в виде выговора за ненадлежащее исполнение должностных обязанностей, предусмотренных разделом 2 должностной инструкции от 15.02.2017, а также п.п. 1, 3 ч. 1 ст. 6 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», выразившихся в неуважительном отношении и в не обеспечении ухода за пациенткой ФИО1 (пациентка в приемном отделении находилась на полу, обмочилась), в ненадлежащем ведении медицинской документации.

ФИО2 и ФИО3 вышеуказанные Протокол врачебной комиссии от ДД.ММ.ГГГГ, а также Приказы о наложении дисциплинарных взысканий не обжаловались.

На основании Решения врио руководителя Территориального органа Росздравнадзора по Тульской области от 02.05.2024 проведена внеплановая, документарная проверка, о чем составлен акт № от ДД.ММ.ГГГГ.

По результатам проверки установлено, что специалистами ГУЗ «Ефремовская районная клиническая больница имени А.И. Козлова» при поступлении ФИО1 в приемное отделение допущены диагностические ошибки при опросе, осмотре, оценке анамнеза, объективных данных, что послужило причиной несвоевременной диагностики заболевания и его осложнений, несвоевременного начала необходимого лечения.

При нахождении пациентки в палате (блоке) реанимации и интенсивной терапии неврологического отделения: врачом-неврологом не был сформирован план ведения больной и план лечения, не осуществлялся контроль динамики заболевания, эффективности лечения.

В нарушение требований Приказа Минздрава России от 10.05.2017 № 203н «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи» дежурным врачом-терапевтом при оказании медицинской помощи:

не назначено обследование (OAK, ОАМ, определение уровня глюкозы, метанола, этанола в крови), не проведена диагностика опьянения пациентки, не взята кровь, не проведен осмотр врачом-токсикологом и/или врачом-анестезиологом-реаниматологом не позднее 15 минут от момента поступления в стационар у пациентки с нарушением сознания, не выполнена электрокардиограмма, рентгенография органов грудной клетки (п. 3.18.6 главы III Критериев качества по группам заболеваний (состояний) - качества специализированной медицинской помощи взрослым и детям при токсическом действии алкоголя, утв. приказом М3 РФ 203н);

не выполнена компьютерная томография головы или магнитно-резонансная томография головы с описанием и интерпретацией результата не позднее 40 минут от момента поступления в стационар (пп. 2 п. 3.9.1 главы III Критериев качества по группам заболеваний (состояний) - качества оказания специализированной медицинской помощи взрослым при остром нарушении мозгового кровообращения).

При оказании медицинской помощи врачом-неврологом в нарушение п. 2.2 приказа М3 РФ 203н, п.п. Г, Д - не сформирован план обследования пациентки при первичном осмотре врача-невролога с учетом предварительного диагноза, не сформирован план лечения при первичном осмотре с учетом предварительного диагноза, клинических проявлений заболевания, тяжести заболевания или состояния пациента, лабораторных и инструментальных методов исследования (при наличии).

В нарушение требований ст. 11 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (недопустимость отказа в медицинской помощи) дежурным врачом-терапевтом медицинская помощь не оказывалась больной с момента поступления до обращения родственников в приемном отделении - с 14.40 до 15.40.

В нарушение требований ч. 1 ст. 37 Федерального закона от 21.11.2011 № 323- ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», приказа М3 РФ от 15.11.2012 № 928н «Об утверждении Порядка оказания медицинской помощи больным с острыми нарушениями мозгового кровообращения» врачом-неврологом при оказании медицинской помощи:

не выполнена электрокардиография, не выполнено определение международного нормализованного отношения (МНО), активированного частичного тромбопластинового времени (АЧТВ) (п. 19);

время с момента поступления больной с признаками ОНМК в Отделение до получения дежурным врачом-неврологом Отделения заключения МРТ-исследования головного мозга и исследования крови составляет более 40 минут (с 14-40 до 15-50) (п. 23);

при нахождении пациентки в палате (блоке) реанимации и интенсивной терапии отсутствует мониторинг соматического и неврологического статуса, не выполнено дуплексное сканирование экстракраниальиых отделов брахиоцефальных сосудов (п. 28, п. 29).

В нарушение п. 11 ч. 1 ст.79 Федерального закона от 21.11.2011г. N 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»:

в информативном согласии на проведении обследования на ВИЧ-инфекцию указано проведение индивидуального дотестового и послетестового консультирования 08.03.2024 и 12.03.2024 соответственно, в то время как у пациентки ФИО1 уровень сознания при поступлении был оценен как кома 2-3, ДД.ММ.ГГГГ больная умерла, не приходя в сознание;

в медицинской карте отсутствует информация о времени первичного консультирования врача-нейрохирурга;

в медицинской карте отсутствуют данные консультаций врача-нейрохирурга (в выписном эпикризе указаны даты проведения консультаций: ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ): диагноз, рекомендации.

Согласно выводам экспертного заключения от ДД.ММ.ГГГГ, проведенного АСП ООО «Капитал МС» - Филиал в Тульской области, при оказании медицинской помощи ФИО1 в стационарных условиях ГУЗ «Ефремовская РКБ им. А.И. Козлова» в период ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ были выявлены следующие дефекты:

1. В нарушение раздела 2.2 пункта «В» Приказа МЗ РФ от 10.05.2017 № 203 «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи», «установление предварительного диагноза врачом приемного отделения или врачом профильного отделения (дневного стационара) или врачом отделения (центра) анестезиологии-реанимации медицинской организации – не позднее 2 часов с момента поступления пациента в медицинскую организацию». По факту больная находилась в приемном покое 1 час 10 минут. Врач приемного покоя не выполнил раздел 2.2 пункта «Г» «формирование плана обследования пациента при первичном осмотре с учетом предварительного диагноза», т.е. не назначил лабораторную диагностику для подтверждения факта алкогольного опьянения.

2. В нарушение Приказа М3 РФ №928п от 15.11.2012г. «Об утверждении порядка оказания медицинской помощи больным с острыми нарушениями мозгового кровообращения» и Клинических рекомендаций М3 РФ «Геморрагический инсульт», 2022 г., Приказа Минздрава России от 5 августа 2022 г. № 530п «Об утверждении унифицированных форм медицинской документации, используемых в медицинских организациях, оказывающих медицинскую помощь в стационарных условиях, в условиях дневного стационара и порядков их ведения»:

не соблюдена маршрутизация больной для оказания экстренной медицинской помощи. Из приемного покоя пациентка, минуя ОРИТ, была госпитализирована в неврологическое отделение и только спустя 50 минут, в 16 час. 40 мин., переведена в ОРИТ;

первичный осмотр врача-невролога совместно с зав.неврологическим отделением проведен в 15:50, прокол не пописан, подпись зав.отделением отсутствует, имеется подпись только лечащего врача. РКТ головного мозга проведено ДД.ММ.ГГГГ – время в протоколе отсутствует;

согласно первичного осмотра врача-невролога от ДД.ММ.ГГГГ и данных посмертного эпикриза, консультации врача-нейрохирурга ГУЗ ТО «ТОКБ» проведены пациентке ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ, однако результаты консультаций документально не оформлены (протоколы в истории болезни отсутствуют);

согласно листу назначений от ДД.ММ.ГГГГ, пациентке назначены обследования: глюкоза крови, креатипин, мочевина, триглицериды, холестерин, ЛИНИ. ЛПВП, РКТ г/м, РКТ ОГК, экспресс-тест на ковид, ЭКГ, OAK, ОАМ, группа крови, резус фактор, Л Л Т. ACT, электролиты крови; УЗДГ БЦА, эхокардиография, консультация кардиолога. Анализы на электролиты крови у пациентки не были взяты, развернутый биохимический анализ крови проведен только на 2 день пребывания в стационаре (ДД.ММ.ГГГГ). Группа крови и резус фактор определены только ДД.ММ.ГГГГ, о чем имеется соответствующая запись на 1 страницы титульного листа истории болезни. Не проведена УЗДГ БЦА. (сведения в истории болезни отсутствуют). В листе назначений отсутствует подпись медицинского работника, ответственного за исполнение назначений;

не проведен осмотр врачом-неврологом ДД.ММ.ГГГГ (протокол осмотра в истории болезни отсутствует);

ДД.ММ.ГГГГ при суточном контроле мочи у пациентки выявлена олигурия, однако в дневниках реаниматолога и дежурного врача-невролога нет объяснений данной причины. При повышении показателей глюкозы крови в дневниках врачебных наблюдений отсутствует контроль в динамике.

3. В первые сутки пребывания пациентки в стационаре ОРИТ (с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ), согласно данным дневников осмотра врача анестезиолога-реаниматолога отмечалось не достаточная коррекция регистрируемого уровня АД, что противоречит ведению пациентов с геморрагическим инсультом, согласно Клиническим рекомендациям М3 РФ «Геморрагический инсульт», 2022г.

4. В дневниках осмотра дежурного врача анестезиолога-реаниматолога от ДД.ММ.ГГГГ с 06 час. 00 мин. до 18 час. 00 мин (при осмотре каждые 4 часа) регистрируются подъемы температуры тела пациентки от 38,3 до 38,5 град С. Данные о проведении коррекции гипертермии в стационаре ОРИТ, согласно представленной первичной медицинской документации, отсутствуют.

5. ДД.ММ.ГГГГ, согласно записи в «листе исполнения наркотиков», пациентке назначен препарат «Морфин» - в истории болезни нет данных о времени его введения.

6. В нарушение требований Приказа Минздрава России от 05.08.2022 N530н (ред. от 01.03.2024): в дневниках осмотров врачей анестезиологов-реаниматологов нет указания на режимы и параметры вентиляции пациентки, находящейся на АИВЛ. В дневнике осмотра врача анестезиолога - реаниматолога от ДД.ММ.ГГГГ не соблюдена кратность осмотра пациентки (вместо оценки состояния пациентки каждые 4 часа - осмотр проводился после 06 час. 00 мин. - в 12 час 00 мин., в 18 час. 00 мин.); отмечается некорректное оформление листов назначения (не указано время введения лекарственных препаратов, имеются лишь записи: например, цефтриаксон 2 раза в день и т.д.).

7. Выявлено несоблюдение требований к оформлению информированного добровольного согласия (ИДС) застрахованного лица па медицинское вмешательство или отказа застрахованного лица от медицинского вмешательства в установленных законодательством Российской Федерации случаях - не исполнен Приказ Минздрава России от 12.22.2021 №1051н «Об утверждении Порядка дачи информированного добровольного согласия на медицинское вмешательство или отказа от медицинского вмешательства, формы информированного добровольного согласия на медицинское вмешательство и формы отказа от медицинского вмешательства». Не заполнено ИДС консилиумом врачей, в связи с тяжестью состояния пациента при поступлении (п.п.9, 10 ФЗ от 21.11.2011г. № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»), В ИДС имеется только одна подпись лечащего врача от ДД.ММ.ГГГГ.

Код дефекта 3.2.2: «Невыполнение, несвоевременное или ненадлежащее выполнение необходимых пациенту диагностических и (или) лечебных мероприятий, в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, на основе клинических рекомендаций и с учетом стандартов медицинской помощи, создавшее риск прогрессирования имеющегося заболевания, либо создавшее риск возникновения нового заболевания».

ДД.ММ.ГГГГ Ефремовским МРСО СК России по Тульской области было возбуждено уголовное дело по признакам состава преступления предусмотренного ч. 2 ст. 109 УК РФ. Поводом для возбуждения уголовного дела являлся акт проверки Территориального органа Росздравнадзора по Тульской области.

Постановлением от ДД.ММ.ГГГГ ФИО6 был признан потерпевшим по уголовному делу.

ДД.ММ.ГГГГ уголовное дело прекращено по основанию, предусмотренному п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ - в связи с отсутствием состава преступления, в действиях ФИО2 и ФИО3.

Постановлением заместителя руководителя Ефремовского МРСО СК России по Тульской области от ДД.ММ.ГГГГ в рамках уголовного дела назначена комиссионная судебно-медицинская экспертиза, проведение которой было поручено экспертам ГУЗ Тульской области «Бюро судебно-медицинской экспертизы».

Согласно выводам заключения комиссионной судебно-медицинской экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, смерть ФИО1 наступила ДД.ММ.ГГГГ в 17 час. 52 мин. (по данным медицинской карты пациента, получающего медицинскую помощь в стационарных условиях) от массивного внутримозгового кровоизлияния с прорывом крови в желудочки головного мозга с последующим развитием отека головного мозга, что подтверждается результатами патологоанатомического макро- и микроскопического исследований.

Медицинская помощь ФИО1 в ГУЗ «Ефремовская районная клиническая больница им. А.И. Козлова» должна была оказываться в соответствии с Приказом № 203н МЗ РФ от 10 мая 2017 года «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи», Приказом М3 РФ № 928н от 15 ноября 2012 года «Об утверждении Порядка оказания медицинской помощи больным с острым нарушением мозгового кровообращения», Клиническими рекомендациями. Геморрагический инсульт, утвержденными Минздравом РФ 15 декабря 2022 года.

При поступлении ФИО1 должна была быть сразу проведена РКТ томография головного мозга и госпитализация в отделение анестезиологии и реанимации, минуя приёмный покой, что было сделано отсрочено. Данное нарушение не находится в прямой причинной связи с наступившими последствиями заболевания в виде её смерти.

У ФИО1 имелось основное заболевание: нетравматическое кровоизлияние в вещество левого большой полушария головного мозга с прорывом крови в желудочки головного мозга; осложнение: отек, сдавление и дислокация головного мозга; фоновое заболевание: гипертоническая болезнь, атеросклероз сосудов основания головного мозга, что подтверждается клинической картиной, данными инструментального обследования и данными патологоанатомического исследования.

Основное заболевание его осложнение, фоновые и сопутствующие заболевания на всех этапах лечения ФИО1 были диагностированы правильно и своевременно.

Лечение, примененное к ФИО1, не могло явиться причиной ухудшения её здоровья и, как следствие, смерти. Противопоказаний для применения назначенных ФИО1 препаратов не имелось.

При оформлении медицинской документации на имя ФИО1 в ГУЗ «Ефремовская районная клиническая больница им. А.И. Козлова» имеются следующие дефекты: при поступлении в отделение анестезиологии и реанимации отсутствуют протоколы консультаций нейрохирурга (от ДД.ММ.ГГГГ, от ДД.ММ.ГГГГ), за время госпитализации отсутствуют протоколы осмотра членами мультидисциплинарной бригады, отсутствуют в посмертном эпикризе заключения назначенных инструментальных исследований - ЭХОКГ, ЭКГ, УЗДГ, БЦА. Данные дефекты оформления медицинской документации не оказали какого-либо влияния на исход заболевания, так как они не влияют на диагностику и течение патологических процессов.

Оценив представленные доказательства в порядке статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, признавая вышеперечисленные доказательства достоверными, относимыми и допустимыми, поскольку пояснения истца, показания свидетелей не противоречивы, согласуются между собой и с письменными доказательствами по делу, незначительные же расхождения в показаниях свидетелей суд расценивает как субъективное восприятие ими происходивших событий и их данностью, учитывая при этом, что их показания не опровергают, а лишь дополняют друг друга, суд приходит к выводу, что факт оказания медицинских услуг ненадлежащего качества ФИО1 и допущенных дефектов полностью подтверждается материалами дела, в том числе медицинской документацией, учитывая, что нарушение установленных в соответствии с законом порядка и стандарта оказания медицинской помощи, а именно несвоевременное оказание медицинской помощи (установление диагноза, госпитализация), нарушения требований гуманного и уважительного отношения со стороны медицинских работников, является нарушением требований к качеству медицинской услуги, нарушением прав в сфере охраны здоровья.

Согласно статье 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод каждый имеет право на уважение его личной и семейной жизни, его жилища и его корреспонденции.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В абзаце 3 пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Из норм Конституции Российской Федерации, Семейного кодекса Российской Федерации, положений статей 150, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. К числу таких нематериальных благ относятся жизнь и здоровье, охрана которых гарантируется государством в том числе путем оказания медицинской помощи. В случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены родственниками и другими членами семьи такого гражданина, поскольку исходя из сложившихся семейных связей, характеризующихся близкими отношениями, духовным и эмоциональным родством между членами семьи, возможно причинение лично им (то есть членам семьи) нравственных и физических страданий (морального вреда) ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому лицу.

Как разъяснено в п. 48 названного постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 года N 33 медицинские организации, медицинские и фармацевтические работники государственной, муниципальной и частной систем здравоохранения несут ответственность за нарушение прав граждан в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи и обязаны компенсировать моральный вред, причиненный при некачественном оказании медицинской помощи (статья 19 и части 2, 3 статьи 98 Федерального закона от 21 ноября 2011 года N 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Разрешая требования о компенсации морального вреда, причиненного вследствие некачественного оказания медицинской помощи, суду надлежит, в частности, установить, были ли приняты при оказании медицинской помощи пациенту все необходимые и возможные меры для его своевременного и квалифицированного обследования в целях установления правильного диагноза, соответствовала ли организация обследования и лечебного процесса установленным порядкам оказания медицинской помощи, стандартам оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям (протоколам лечения), повлияли ли выявленные дефекты оказания медицинской помощи на правильность проведения диагностики и назначения соответствующего лечения, повлияли ли выявленные нарушения на течение заболевания пациента (способствовали ухудшению состояния здоровья, повлекли неблагоприятный исход) и, как следствие, привели к нарушению его прав в сфере охраны здоровья.

При этом на ответчика возлагается обязанность доказать наличие оснований для освобождения от ответственности за ненадлежащее оказание медицинской помощи, в частности отсутствие вины в оказании медицинской помощи, не отвечающей установленным требованиям, отсутствие вины в дефектах такой помощи, способствовавших наступлению неблагоприятного исхода, а также отсутствие возможности при надлежащей квалификации врачей, правильной организации лечебного процесса оказать пациенту необходимую и своевременную помощь, избежать неблагоприятного исхода.

На медицинскую организацию возлагается не только бремя доказывания отсутствия своей вины, но и бремя доказывания правомерности тех или иных действий (бездействия), которые повлекли возникновение морального вреда.

Требования о компенсации морального вреда в случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи могут быть заявлены членами семьи такого гражданина, если ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому гражданину лично им (то есть членам семьи) причинены нравственные или физические страдания вследствие нарушения принадлежащих лично им неимущественных прав и нематериальных благ. Моральный вред в указанных случаях может выражаться, в частности, в заболевании, перенесенном в результате нравственных страданий в связи с утратой родственника вследствие некачественного оказания медицинской помощи, переживаниях по поводу недооценки со стороны медицинских работников тяжести его состояния, неправильного установления диагноза заболевания, непринятия всех возможных мер для оказания пациенту необходимой и своевременной помощи, которая могла бы позволить избежать неблагоприятного исхода, переживаниях, обусловленных наблюдением за его страданиями или осознанием того обстоятельства, что близкого человека можно было бы спасти оказанием надлежащей медицинской помощи (п. 49 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33).

Из изложенного следует, что моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. К числу таких нематериальных благ относится жизнь и здоровье, охрана которых гарантируется государством, в том числе путем оказания медицинской помощи. В случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи он и/или его родственники вправе заявить требования о взыскании с соответствующей медицинской организации компенсации морального вреда. При этом моральный вред в указанных случаях может выражаться, в том числе и в переживаниях по поводу недооценки со стороны медицинских работников тяжести состояния пациента, непринятия всех возможных мер для оказания пациенту необходимой и своевременной помощи, которая могла бы позволить избежать неблагоприятного исхода, переживаниях, обусловленных наблюдением за страданиями близкого человека или осознанием того обстоятельства, что близкого человека можно было бы спасти оказанием надлежащей медицинской помощи.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 «Обязательства вследствие причинения вреда» (статьи 1064 - 1101) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Статья 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

В пункте 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина» даны разъяснения о том, что по общему правилу, установленному статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

При рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела (абзацы третий и четвертый пункта 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина»).

По смыслу приведенных нормативных положений гражданского законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен.

Для привлечения к ответственности в виде компенсации морального вреда юридически значимыми и подлежащими доказыванию являются обстоятельства, связанные с тем, что потерпевший перенес физические или нравственные страдания в связи с посягательством причинителя вреда на принадлежащие ему нематериальные блага (в настоящем случае - право на родственные и семейные связи), при этом на причинителе вреда лежит бремя доказывания правомерности его поведения, а также отсутствия его вины, то есть установленная законом презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт наличия вреда (физических и нравственных страданий - если это вред моральный), а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

В пункте 21 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» определено, что качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Таким образом, приведенное выше правовое регулирование спорных отношений не ставит возможность взыскания компенсации морального вреда в зависимость от наличия только прямой причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом.

Достаточных и достоверных доказательств того, что допущенные дефекты оказания ФИО1 медицинской помощи произошли не по вине ответчика последним представлено не было.

Само по себе наличие установленного факта оказания ФИО1 медицинской помощи ненадлежащего качества дает основания ее супругу и детям переживать, предполагая возможность развития связанных с этим неблагоприятных последствий в лечении ФИО1, причиняет истцам страдания, те есть вред, что с учетом приведенного выше правового регулирования является достаточным основанием для компенсации морального вреда.

При определении размера компенсации морального вреда, подлежащей взысканию с ответчика в пользу истцов, суд исходит из следующего.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федераций).

В пункте 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» указано, что в соответствии с действующим законодательством одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя вреда. Исключение составляют случаи, прямо предусмотренные законом.

Из приведенных нормативных положений и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что моральный вред - это нравственные илифизические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. К числу таких нематериальных благ относится жизнь, здоровье (состояние физического, психического и социального благополучия человека), семейные и родственные связи. В случае причинения гражданину морального вреда (физических или нравственных страданий) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.Право на компенсацию морального вреда возникает при наличии предусмотренных законом оснований и условий ответственности за причинение вреда, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего, то есть морального вреда как последствия нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага, неправомерного действия (бездействия) причинителя вреда, причинной связи между неправомерными действиями и моральным вредом, вины причинителя вреда.

Способ и размер компенсации морального вреда определены в абз. 2 ст. 151 и ст. 1101 ГК РФ, в соответствии с которыми компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме; размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных физических и нравственных страданий потерпевшему, связанных с его индивидуальными особенностями, степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда, и иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и требований разумности и справедливости.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в п. 25 постановления от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» указал, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из ст. ст. 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав.

В постановлении от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» Пленум Верховного Суда РФ также разъяснил, что при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела (абз. 3 и 4 п. 32).

Моральный вред, причиненный работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей, подлежит компенсации работодателем (абз. 1 п. 1 ст. 1068 ГК РФ, п. 20 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 года № 33).

В п. 48 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что медицинские организации, медицинские и фармацевтические работники государственной, муниципальной и частной систем здравоохранения несут ответственность за нарушение прав граждан в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи и обязаны компенсировать моральный вред, причиненный при некачественном оказании медицинской помощи (ст. 19 и ч. ч. 2 и 3 ст. 98 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан Российской Федерации»).

Руководствуясь приведенными нормами и разъяснениями по их применению, при определении размера компенсации морального вреда, подлежащей взысканию с ГУЗ «Ефремовская районная клиническая больница им. А.И. Козлова» в пользу истцов, суд принимает во внимание дефекты оказания ФИО1 медицинской помощи, выразившиеся в следующем: нарушение п. 1 ст. 6 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан Российской Федерации») - уважительное и гуманное отношение со стороны медицинских работников (пациентка была уложена на пол в тяжелом состоянии в приемном отделении, обмочилась); нарушение ст. 11 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан Российской Федерации») – недопустимость отказа в медицинской помощи (медицинская помощь пациентке не оказывалась с момента поступления и до обращения родственников в приемное отделение, с 14 час. 40 мин. до 15 час. 40 мин.); нарушение Приказа ФИО23 № 928п от 15.11.2012 «Об утверждении порядка оказания медицинской помощи больным с острыми нарушениями мозгового кровообращения» и Клинических рекомендаций Минздрава РФ «Геморрагический инсульт», 2022 г., - несвоевременное проведение РКТ головного мозга, не соблюдена маршрутизация больной для оказания экстренной медицинской помощи, из приемного покоя пациентка, минуя ОРИТ, была госпитализирована в неврологическое отделение и только спустя 50 минут, в 16 час. 40 мин., переведена в ОРИТ; нарушение Приказа Минздрава России от 5 августа 2022 г. № 530п «Об утверждении унифицированных форм медицинской документации, используемых в медицинских организациях, оказывающих медицинскую помощь в стационарных условиях, в условиях дневного стационара и порядков их ведения» - нарушения в заполнении медицинской документации.

Нравственные страдания истцов в связи с утратой близкого родственника – супруги и матери, их переживаниями по поводу недооценки со стороны медицинских работников тяжести состояния ФИО1, непринятия всех возможных мер для оказания последней необходимой и своевременной помощи, которая могла бы позволить избежать неблагоприятного исхода, при своевременной госпитализации, переживаниями, обусловленными наблюдением за страданиями ближайшего родственника и осознанием того обстоятельства, что близкого человека можно было бы спасти оказанием надлежащей медицинской помощи, а также негуманного и неуважительного отношения со стороны медицинских работников премного отделения № 2 ГУЗ «Ефремовская районная клиническая больница им. А.И. Козлова».

Суд принимает также во внимание отсутствие прямой причинно-следственной связи между выявленными при оказании медицинской помощи ФИО1 дефектами и наступлением ее смерти.

Доводы представителя ответчика о том, что отсутствие прямой причинно-следственной связи между действиями их работников и наступившей смертью ФИО1 свидетельствует об отсутствии правовых оснований для взыскания с ответчика компенсации морального вреда, суд оценивает критически. Суждение о том, что основанием для такой компенсации может являться только прямая причинно-следственная связь, противоречит приведенному правовому регулированию спорных отношений, которым такая возможность не поставлена в зависимость от наличия только прямой причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом.

В данном случае, юридическое значение может иметь и косвенная (опосредованная) причинная связь, если дефекты (недостатки) оказания медицинским персоналом помощи могли способствовать ухудшению состояния здоровья ФИО1 и ограничить ее право на получение своевременного и отвечающего установленным стандартам лечения.

При этом ухудшение состояния здоровья человека вследствие ненадлежащего (несвоевременного) оказания ему медицинской помощи, в том числе по причине таких дефектов ее оказания как несвоевременная госпитализация, не проведение пациенту всех необходимых лечебных мероприятий, направленных на устранение патологического состояния здоровья, причиняет страдания, то есть причиняет вред, как самому пациенту, так и его родственникам, что является достаточным основанием для компенсации такого вреда.

Исходя из правовой природы компенсации морального вреда, взыскание с ответчика материальных средств в пользу истцов направлено на то, чтобы сгладить переносимые ими страдания, постигшим их горем, смягчить их тяжелое эмоционально - психологическое состояние, дать им возможность удовлетворить обычные жизненные потребности, которых они лишились из-за утраты жены и матери, в результате смерти которой истцы испытали сильные душевные страдания, невосполнимую утрату, горе, ее смерть стала для них глубоким потрясением.

Таким образом, отсутствие прямой причинно-следственной связи между оказанием ненадлежащим образом медицинских услуг и наступлением смерти ФИО1, не является основанием для освобождения ответчика от гражданско-правовой ответственности, поскольку в данном случае имеет место косвенная (опосредованная) связь между действиями медицинских сотрудников и наступившей смертью ФИО1

Как прямая причинно-следственная связь, так и косвенная, свидетельствуют о вине ответчика при оказании пациенту ФИО1 медицинских услуг, различия заключаются лишь в степени вины. Вина в оказании некачественной медицинской помощи установлена, что подтверждено результатами экспертиз, которые суд принял в качестве допустимых доказательств по делу, при этом доказательств, опровергающих выводы экспертов, не представлено, оснований сомневаться в достоверности заключения экспертов у суда не имеется.

Исходя из изложенного, учитывая требования разумности и справедливости, необходимость соблюдения баланса интересов сторон, суд считает возможным взыскать с ГУЗ «Ефремовская районная клиническая больница им. А.И. Козлова» в пользу истцов компенсацию морального вреда в размере 300 000 руб. в ползу каждого, и полагает, что это в достаточной степени позволяет компенсировать причиненный моральный вред.

Кроме того, данный размер компенсации морального вреда согласуется с принципами конституционной ценности жизни, здоровья и достоинства личности (статьей 21 и 53 Конституции Российской Федерации), а также с принципами разумности и справедливости, позволяющими, с одной стороны, максимально возместить причиненный моральный вред, с другой - не допустить неосновательного обогащения потерпевшего.

На основании ч. 1 ст. 98 ГПК РФ с ответчика в пользу истца ФИО6 также подлежат взысканию расходы по оплате госпошлины.

На основании вышеизложенного, руководствуясь ст. ст. 194 - 199 ГПК РФ, суд

решил :

иск удовлетворить частично.

Взыскать с Государственного учреждения здравоохранения «Ефремовская районная клиническая больница им. А.И. Козлова» (ИНН №, ОГРН №) в пользу ФИО7 (СНИЛС №) денежную компенсацию морального вреда в размере 300 000 (триста тысяч) рублей, судебные расходы по уплате государственной пошлины в размере 3 000 (три тысячи) рублей, а всего 303 000 (триста три тысячи) рублей.

Взыскать с Государственного учреждения здравоохранения «Ефремовская районная клиническая больница им. А.И. Козлова» (ИНН №, ОГРН №) в пользу несовершеннолетней ФИО4 (СНИЛС №) денежную компенсацию морального вреда в размере 300 000 (триста тысяч) рублей.

Взыскать с Государственного учреждения здравоохранения «Ефремовская районная клиническая больница им. А.И. Козлова» (ИНН №, ОГРН №) в пользу несовершеннолетнего ФИО5 (СНИЛС №) денежную компенсацию морального вреда в размере 300 000 (триста тысяч) рублей.

В удовлетворении исковых требований о возмещении морального вреда в большем размере отказать.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Тульского областного суда путем подачи апелляционной жалобы в Ефремовский межрайонный суд Тульской области в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий Е.В. Кострикина

Решение в окончательной форме изготовлено 30.04.2025.