Решение по делу № 2-1561/2022 от 10.02.2023

№ 2-77/2023

11RS0020-01-2022-002438-82

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Усть-Вымский районный суд Республики Коми в составе: председательствующего судьи Лисиенко А.Ю., при помощнике судьи Усть-Вымского районного суда Республики Коми Щеголевой Н.В.,

с участием: помощника прокурора Усть-Вымского района Республики Коми Павловой С.В., истца ФИО1, представителей истца ФИО1 – ФИО2, ФИО3, действующих на основании доверенности, представителя ответчика ОАО «Российские железные дороги» (ОАО «РЖД») ФИО4, действующей на основании доверенности,

с уведомлением: представителя ответчика СПАО «Ингосстрах», представителя ответчика ООО фирма «Техпромсервис», ответчика ФИО5,

рассмотрев в открытом судебном заседании в селе Айкино Усть-Вымского района Республики Коми, 10 февраля 2023 года, гражданское дело по исковому заявлению ФИО2, действующей на основании доверенности, в интересах ФИО1 к ОАО «Российские железные дороги» (ОАО «РЖД»), СПАО «Ингосстрах», ООО фирма «Техпромсервис», ФИО5 о взыскании компенсации морального вреда и судебных расходов,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 обратилась в Усть-Вымский районный суд Республики Коми с иском в интересах в интересах ФИО1 к ОАО «Российские железные дороги» (ОАО «РЖД»), СПАО «Ингосстрах», ООО фирма «Техпромсервис», ФИО5 о взыскании компенсации морального вреда и судебных расходов.

В последующем представитель истца уточнила требования и просила взыскать компенсацию морального вреда с ОАО «Российские железные дороги» (ОАО «РЖД») в размере 75000 рублей и с ООО фирма «Техпромсервис» в размере 75000 рублей.

В судебном заседании истец ФИО1 и ее представители – ФИО2, ФИО3 доводы и основания, изложенные в уточненных исковых требованиях поддержали в полном объеме.

Представитель ответчика ОАО «Российские железные дороги» (ОАО «РЖД») ФИО4 в судебном заседании уточненные исковые требования не признала, поддержав доводы и основания, изложенные в письменном отзыве на заявленный иск.

Представитель ответчика ООО фирма «Техпромсервис» в судебном заседании не участвовал, своего представителя в суд не направил.

Представитель ответчика СПАО «Ингосстрах» в судебном заседании не участвовал, своего представителя в суд не направил.

Ответчик ФИО5 в судебном заседании участия не принимал, о месте и времени извещался судебными повестками.

Заслушав истца ФИО1 и ее представителей ФИО2, ФИО3, заключение помощника прокурора Усть-Вымского района Республики Коми Павловой С.В. полагавшей иск удовлетворить, проверив и оценив материалы гражданского дела, суд приходит к следующему.

В соответствии с трудовым договором от 29 декабря 2017 года № 0000154 и приказа № 746к от 29 декабря 2017 года ФИО6 состояла в трудовых отношениях с ООО фирма «Техпромсервис» в должности «Машинист (кочегар) котельной 2 разряда».

Согласно табелю учета рабочего времени и графику работы на 1-й квартал 2018 года ФИО6 заступила к работе на 24 часовую смену 08 января 2018 года в 08 часов 00 минут.

09 января 2018 года с 04 часов 22 минут до 04 часов 41 минут ФИО6 в помещении котельной ст. Межог чистила печь, выносила шлак.

09 января 2018 года в 04 часа 52 минут дежурная по станции М. увидела, что из помещения котельной ст. Межог выходит дым, огня не было. После чего М. вышла на улицу, чтобы сообщить ФИО6, которую на улице и в комнате отдыха не обнаружила. После звонка бригадиру Л., М. повторно проверила помещение котельной, где обнаружила возгорание, но из-за задымленность очаг возгорания не установила.

После того как возгорание было потушено было обнаружено тело ФИО6 без признаков жизни. Вызванная бригада скорой помощи константировала смерть ФИО6

Согласно медицинскому заключению причиной смерти ФИО6 явилось острое отравление окисью углерода.

В ходе расследования комиссией установлено, что ООО фирма «Техпромсервис» обучение безопасным методам и приемам выполнения работ и проверка знаний работника ФИО6 по занимаемой ею должности не проводилась.

По результатам расследования составлен акт № 1 о несчастном случае на производстве по форме Н-1. Лицами, допустившими нарушение требований охраны труда, признаны работники ООО фирма «Техпромсервис» директор ФИО5 и бригадир Л..

Оценивая имеющиеся в материалах дела доказательства, суд приходит к выводу, что случай, послуживший гибели ФИО6 подлежит квалификации как несчастный случай на производстве, поскольку произошел в результате действий (бездействия) ООО фирма «Техпромсервис», с которой ФИО6 состояла в трудовых отношениях и действовала в интересах работодателя, исполняя должностные обязанности.

Согласно приговора Усть-Вымского районного суда Республики Коми от 16 мая 2019 года следует, что ФИО5 признан виновным и осужден по ч. 2 ст. 143 УК РФ за нарушение требований охраны труда, являясь лицом, на которое возложена обязанность по их соблюдению, повлекшее по неосторожности смерть человека. Приговор суда вступил в законную силу.

П. 1 ст. 150 ГК РФ определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (абзац первый статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно разъяснениям, изложенным в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников (абзацы первый и второй пункта 2 названного постановления).

В соответствии со ст. 1064 ГК РФ, определяющей общие основания ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина» разъяснено, что по общему правилу, установленному пунктами 1 и 2 статьи 1064 ГК РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная ст. 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Согласно п. 1 ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 ГК РФ) и ст. 151 ГК РФ.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Ст. 1101 ГК РФ предусматривает, что компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме (пункт 1).

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2).

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» в редакции постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 6 февраля 2007 г. № 6 разъяснено, что суду следует устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора. Одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя вреда. Исключение составляются случаи, прямо предусмотренные законом (пункт 1 названного постановления).

По смыслу приведенных нормативных положений, право на компенсацию морального вреда возникает при наличии предусмотренных законом оснований и условий ответственности за причинение вреда, а именно физических или нравственных страданий потерпевшего, то есть морального вреда как последствия нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага, неправомерного действия (бездействия) причинителя вреда, причинной связи между неправомерными действиями и моральным вредом, вины причинителя вреда.

Следовательно, для применения ответственности в виде компенсации морального вреда юридически значимыми и подлежащими доказыванию являются обстоятельства, связанные с гем, что потерпевший перенес физические или нравственные страдания в связи с посягательством причинителя вреда на принадлежащие ему нематериальные блага, при этом на причинителе вреда лежит бремя доказывания правомерности его поведения, а также отсутствия его вины.

Так, в силу положений абз. четвертого и абз. четырнадцатого ч. 1 ст. 21 ТК РФ работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором, а также на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами.

Этим правам работника корреспондируют обязанности работодателя обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (абзацы четвертый и шестнадцатый части 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации).

Согласно ч. 1 ст. 209 ТК РФ охрана труда - это система сохранения жизни и здоровья работников в процессе трудовой деятельности, включающая в себя правовые, социально-экономические, организационно-технические, санитарно-гигиенические, лечебно-профилактические, реабилитационные и иные мероприятия.

Ч. 1 ст. 212 ТК РФ определено, что обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя. Работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществление технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов (абз. второй ч. 2 ст. 212 ТК РФ).

Из приведенных нормативных положений в их системной взаимосвязи с нормами международного права и нормами Гражданского кодекса Российской Федерации о компенсации морального вреда следует, что работник имеет право на труд в условиях, отвечающих государственным нормативным требованиям охраны труда, включая требования безопасности. Это право работника реализуется исполнением работодателем обязанности создавать такие условия труда. При получении работником во время исполнения им трудовых обязанностей травмы или иного повреждения здоровья ему в установленном законодательством порядке возмещается материальный и моральный вред. В случае смерти работника в результате несчастного случая на производстве обязанность по компенсации членам семьи работника вреда, в том числе морального, может быть возложена на работодателя, не обеспечившего работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности.

При изложенных обстоятельствах и в силу закона, ответственность за причиненный моральный вред, в связи со смертью ФИО6 должна быть возложена на работодателя.

Как отмечается в пункте 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда.

На момент смерти у ФИО6 одной из родственников была мать, ФИО1

Согласно пояснениям истца, с дочерью состояли в близких отношениях, помогали друг другу, хотя и жили в разных населенных пунктах, в связи с ее смертью она испытала глубокие нравственные страдания, понесла невосполнимую потерю близкого и родного ей человека.

Представители истца считают, что смерть дочери ФИО1 повлекла необратимость нарушенных семейных связей, относящихся к категории неотчуждаемых и не передаваемых иным способом неимущественных благ.

При установленных обстоятельствах, требования ФИО1 о возмещении компенсации морального вреда, причиненного в результате наступления смерти её дочери, суд находит обоснованными.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд принимает во внимание фактические обстоятельства причинения вреда, степень и характер причиненных истцу нравственных страданий, полагает необходимым взыскать с ответчика ООО фирма «Техпромсервис» компенсацию в пользу ФИО1 равную 500000 рублей, которая в наибольшей степени отвечает требованиям разумности и справедливости, отвечает балансу интересов сторон.

Кроме этого, в силу ст. 98 ГПК РФ, суд считает правильным взыскать как судебные расходы за изготовление нотариальной доверенности представлять интересы ФИО1 – представителей ФИО3 и ФИО2 по гражданскому делу по факту смерти ФИО6 в размере 2200 рублей.

Так же, в силу ст. 103 ГПК РФ с ответчика ООО фирма «Техпромсервис» надлежит взыскать в доход бюджета МР «Усть-Вымский» госпошлину в сумме 300 рублей.

Исковые требования ФИО1 к ОАО «Российские железные дороги» (ОАО «РЖД») о взыскании компенсации морального вреда в размере 750000 рублей и судебных расходов в сумме 2200 рублей, надлежит оставить без удовлетворения, исходя из следующего.

Доводы представителей истца ФИО1 о взыскании с ОАО «Российские железные дороги» (ОАО «РЖД») морального вреда, как с лица, владеющего источником повышенной опасности, суд не может принять во внимание.

Поскольку, смерть потерпевшей ФИО6 наступила не от воздействия источника повышенной опасности, ОАО «РЖД» не является работодателем погибшей ФИО6, либо лица, чьи виновные действия по неосторожности повлеки смерть ФИО6

Между, ОАО «РЖД» и ООО фирма «Техпромсервис» заключен договор № 2335125 по обслуживанию стационарных помещений и прилегающих к ним объектов Сольвычегодской дистанции гражданских сооружений, срок оказания услуг определен с 01.06.2017 г. по 31.05.2020 г.

Согласно условиям указанного договора (п. 4.3.3) Заказчик обязан предоставить место или выделить участок производства исполнителю, а исполнитель, в свою очередь, обязан обеспечить соблюдение требований норм безопасности выполнения работ и охраны труда, охраны окружающей среды, противопожарной и электробезопасности, санитарно-гигиенических требований в период оказания услуг в соответствии с условиями договора (п.6.2 Приложения № 1 к Договору).

Исполнитель несет ответственность за несоблюдение своими работниками правил техники безопасности, охраны труда, пожарной безопасности, электробезопасности, санитарно-гигиенических требований и экологических норм при оказании услуг (п.6.10 Приложения № 1).

Исполнитель гарантирует освобождение Заказчика (ОАО «РЖД») от ответственности и всякого рода расходов, связанных с увечьем или несчастным случаем со смертельным исходом в процессе оказания услуг в отношении своего персонала, либо третьих лиц (п.6.11 Приложения № 1).

Соответственно, помещение котельной ст. Межог, находящееся на балансе ОАО «РЖД» не является источником повышенной опасности.

В связи с чем, суд соглашается с доводами представителя ответчика ОАО «РЖД» о том, что отсутствует причинно-следственная связь между смертью ФИО6 и действиями (бездействиями) ОАО «РЖД» и наличием вины Общества.

Исковые требования о взыскании компенсации морального вреда и судебных расходов к ответчику СПАО «Ингосстрах» так же удовлетворению не подлежат.

Поскольку, между ОАО «РЖД» и СПАО «Ингосстрах» заключен договор страхования гражданской ответственности ОАО «РЖД» № 2072681 от 14.09.2016 г.

В связи с чем, ответственность ОАО «РЖД» за причинение вреда жизни и здоровью физических лиц, застрахована в страховой компании.

Поскольку, исковые требования к ОАО «РЖД» оставлены без удовлетворения в полном объеме, соответственно, иск к СПАО «Ингосстрах» удовлетворению не подлежит.

Исковые требования о взыскании компенсации морального вреда и судебных расходов к ответчику ФИО5 так же удовлетворению не подлежат.

Согласно приговора Усть-Вымского районного суда Республики Коми от 16 мая 2019 г. ФИО5 был осужден по ч. 2 ст. 143 УК РФ за то, что работая директором ООО «Техпромсервис» с 01.12.2017 г. в соответствии с п. 9.1, п. 8.2, п. 9.3 Устава ООО «Техпромсервис» был обязан осуществлять руководство работой Общества.

Таким образом, ответчик ООО фирма «Техпромсервис» является надлежащим ответчиком по заявленным исковым требованиям ФИО1

руководствуясь ст. ст.12, 56, 198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

взыскать с ООО фирма «Техпромсервис» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 500000 рублей.

Исковые требования ФИО1 к ОАО «Российские железные дороги» (ОАО «РЖД»), СПАО «Ингосстрах», ФИО5 о взыскании компенсации морального вреда и судебных расходов, оставить без удовлетворения.

Взыскать с ООО фирма «Техпромсервис» в пользу ФИО1 судебные расходы в размере 2200 рублей.

Взыскать с ООО фирма «Техпромсервис» в доход бюджета МР «Усть-Вымский» госпошлину в сумме 300 рублей.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Коми через Усть-Вымский районный суд Республики Коми в месячный срок со дня изготовления мотивированного решения в окончательной форме.

Судья - А.Ю. Лисиенко