Решение по делу № 2-422/2025 от 23.04.2025

КОПИЯ

Гражданское дело №

УИД №

РЕШЕНИЕ

ИФИО1

ДД.ММ.ГГГГ 2025 года <адрес>

Железноводский городской суд <адрес> в составе: председательствующего – судьи Шемигоновой И.В.,

при ведении аудиопротоколирования и составлении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО10,

с участием: истца ФИО8 А.М., также представляющего интересы истца ФИО8 Н.В. на основании доверенности <адрес>4 от ДД.ММ.ГГГГ,

ответчика ФИО7,

представителя ответчика – адвоката ФИО11, выступающей на основании удостоверения № от ДД.ММ.ГГГГ, ордера № С № от ДД.ММ.ГГГГ,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО5, действующей в своих интересах и в интересах своих несовершеннолетних детей ФИО2, ФИО3, ФИО6, ФИО4 к ФИО7 о демонтаже камер видеонаблюдения и компенсации морального вреда, взыскании судебных расходов,

установил:

ФИО8 Н.В., действующая в своих интересах и в интересах своих несовершеннолетних детей ФИО8 З.А., ФИО8 М.А., ФИО8 А.М., ФИО4 обратились в суд с исковым заявлением к ответчику ФИО7 о демонтаже камер видеонаблюдения и компенсации морального вреда, взыскании судебных расходов, мотивируя свои требования тем, что истец ФИО8 Н.В. является собственником 1/6 доли индивидуального жилого дома, расположенного по адресу: <адрес>. Вместе с ней зарегистрированы и проживают по указанному адресу с февраля 2019 года ее несовершеннолетние дети: ФИО8 З.А., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ФИО8 М.А., ДД.ММ.ГГГГ года рождения и совершеннолетние члены семьи: старшая дочь ФИО4, супруг ФИО8 А.М. Также в доме зарегистрирована и проживает ее мать, которая является инвалидом I группы – ФИО12, являющаяся собственником 1/6 доли в праве собственности жилого дома. ДД.ММ.ГГГГ в домовладение на законных основаниях вселилась ее сестра ФИО7, у которой в собственности имеется 1/6 доля жилого дома. В нарушение ст. 247 ГК РФ ответчик без согласия истца и членов ее семьи, ДД.ММ.ГГГГ установила в местах общего пользования внутри жилого помещения видеокамеры с датчиками движения, подсветкой и аудиозаписью аудио сигнала. Одна видеокамера установлена в кухне-столовой с диапазоном просмотра всего помещения, вторая видеокамера установлена в личной жилой комнате матери истца ФИО12, с диапазоном просмотра всего помещения, и третья видеокамера установлена в прихожей-холле с диапазоном просмотра входа-выхода из личной половины дома в малый коридор и ванную комнату, совмещенную с туалетом и помещениями выходы из домовладения. На устное требование о демонтаже камер ФИО7 ответила отказом, пояснив, что она проживает в домовладении на законных основаниях и может делать все, что захочет, а если истцы попытаются самостоятельно убрать камеры, то она обратится в полицию с заявлением о порче имущества. Так как ответчик отказалась добровольно убрать камеры, то истцы обратились в полицию с заявлением о незаконности ее действий, о чем участковым уполномоченным ДД.ММ.ГГГГ составлен акт о нахождении видеокамер в местах общего пользования и назначена проверка. На требование истцов произвести демонтаж камер, ответчик ответила отказом. В связи с тем, что у истцов и ответчика сложились личные неприязненные отношения на бытовой почве, они полагают, что установив видеокамеры, ответчик собирает данные об их частной жизни, которые возможно передаются посредством беспроводной локальной сети другим посторонним лицам, что нарушает права истцов на неприкосновенность частной жизни. Система видеонаблюдения установлена ответчиком в личном пространстве, она получает объем информации, который недоступен обычному наблюдателю, ее установка нарушает права истцов на <данные изъяты> личной жизни, влечет моральные и нравственные страдания, нарушает сложившийся уклад жизни, а собранная информация может стать достоянием гласности, стать объектом обсуждения третьими лицами или поводом для совершения преступления. Со ссылками на ст. 23 Конституции РФ, ст. 247, ст. 152.2, ст. 209, ст. 150, ст. 151 ГК РФ, ст. 30 ЖК РФ, Федеральный закон от ДД.ММ.ГГГГ № 152-ФЗ «О персональных данных», постановление Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О некоторых вопросах применения законодательства о компенсации морального вреда», просит суд возложить обязанность на ответчика ФИО7 произвести демонтаж незаконно установленных камер видеонаблюдения за собственный счет в течение 10 дней с момента вынесения решения суда и уничтожить все видео- (аудио-) записи за период с ДД.ММ.ГГГГ до момента демонтажа видеокамер. Взыскать с ФИО7, компенсацию морального вреда в размере 30.000,00 рублей на каждого истца, судебные расходы и почтовые издержки.

ДД.ММ.ГГГГ истцом ФИО8 А.М. (представителем истца ФИО8 Н.В.) были уточнены исковые требования: ввиду того, что ответчик ФИО7 добровольно демонтировала камеры видеонаблюдения после подачи искового заявления, то истцы отказываются от части требований о возложении обязанности на ответчика ФИО7 произвести демонтаж незаконно установленных камер видеонаблюдения за собственный счет в течение 10 дней с момента вынесения решения суда и уничтожить все видео- (аудио-) записи за период с ДД.ММ.ГГГГ до момента демонтажа видеокамер, пояснив, что последствия отказа от части исковых требований, предусмотренные ст. 220, 220 ГПК РФ ему разъяснены и понятны. В остальном просил суд взыскать с ответчика ФИО7 компенсацию морального вреда в размере 30.000,00 рублей на каждого истца и судебные расходы в сумме 3300,00 рублей, почтовые расходы в сумме 694,72 рубля. Полагал, что то обстоятельство, что после обращения в суд с настоящим исковым заявлением видеокамеры были самостоятельно демонтированы ответчиком, не может являться безусловным основанием для отказа в удовлетворении требований о взыскании компенсации морального вреда, поскольку осуществляемая до демонтажа видеофиксация позволяла ответчику осуществлять сбор и хранение информации о частной жизни истцов без их согласия. Ввиду постоянного видеонаблюдения несовершеннолетний ФИО8 М.А. стал вести себя нестандартно, понижал голос в разговорах, по ночам стал тревожно спать, ввиду его тонкой нервной организации. После демонтажа камер его состояние улучшилось. У ФИО8 З.А. же в период нахождения камер также обострилось депрессивное состояние, она стала стесняться приводить в дом своих знакомых. Истец ФИО8 Н.В., являясь шеф-поваром, занималась дома разработкой новых кулинарных рецептов, но в связи с нахождением в кухне видеокамеры вынуждена была прекратить свои разработки. ФИО8 А.М. также был вынужден вести профессиональные разговоры с клиентами на улице в холодное время года. Полагает, что требование о компенсации морального вреда в связи с этим подлежит возмещению, оставив при этом определение его размера на усмотрение суда.

Представитель ответчика ФИО7 – адвокат ФИО13, ответчик ФИО7 в судебном заседании не возражали против отказа истцов от исковых требований в части демонтажа видеокамер, пояснив при этом, что камеры были установлены ввиду сложившихся неприязненных отношений между членами семьи. Домовладение находится в общей долевой собственности между истцом ФИО8 Н.В., ответчиком ФИО7, которые являются родными сестрами, и их матерью ФИО12 Также в указанном домовладении проживают несовершеннолетние дети истца ФИО8 Н.В., ее совершеннолетняя дочь ФИО4 и супруг ФИО8 А.М. ФИО12 является инвалидом первой группы, не встает с постели и за ней они осуществляется круглосуточный уход и наблюдение. Порядок пользования жилым помещением сторонами не определен, в доме имеются места общего пользования: коридор-прихожая, кухня-гостиная, санузел.

Видеокамеры, ранее установленные ответчиком, не вели видеозапись, они только фиксировали события в ходе реального времени, чтобы ответчик могла в любое время посмотреть, что происходит в доме, где находится ее тяжелобольная, прикованная к постели мать, так как в доме находится большое количество людей, которые не всегда вели нормальный образ жизни. Цели выставлять и публиковать информацию о личной жизни истцов, ответчик не преследовала. Видеокамеры были установлены в помещениях общего пользования, а одна видеокамера установлена в комнате матери ФИО12, от которой имелось письменное разрешение на ее установку. После предъявления первоначальной претензии две камеры, которые находились в общем коридоре и в кухне-гостиной были демонтированы, еще до обращения в суд с настоящим исковым заявлением. Несмотря на согласие ФИО12, камера, установленная в ее комнате, в настоящее время также демонтирована. Сегодня камеры находятся во всех общественных местах, они используются в различных сферах жизни, мы живем среди камер, поэтому говорить о том, что нахождение камеры может каким-то образом причинить моральный вред – это совершенно необоснованное заявление. Фактических доказательств того, что истцам причинены нравственные страдания, в частности врачебных заключений, не представлено. Каждый из истцов должен доказать в своей степени причинение ему морального вреда и нравственных страданий. Видеокамеры были установлены не <данные изъяты>, истцам о них было известно. Просили в удовлетворении уточненных исковых требований о взыскании морального вреда и судебных расходов, отказать в полном объеме.

Судом к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена ФИО12, являющаяся собственником 2/3 доли в домовладении, расположенном по адресу: <адрес> края.

По правилам ст. 167 ГПК РФ, судебное заседание проведено без участия истца ФИО8 Н.В., выступающей в интересах своих несовершеннолетних детей ФИО8 З.А. и ФИО8 М.А., но с участием ее представителя ФИО8 А.М., ФИО4, третьего лица ФИО12, надлежащим образом извещенной о дате, времени и месте проведения судебного разбирательства.

В соответствии с нормами ч. 1 ст. 12 ГПК РФ правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон. Содержание принципа состязательности сторон определяет положение, согласно которому стороны сами обязаны доказывать те обстоятельства, на которые они ссылаются как на основания своих требований и возражений, при этом, от самих сторон зависит, участвовать ли им в состязательном процессе или нет, представлять ли доказательства в обоснование своих требований и возражений, а также в опровержение обстоятельств, указанных другой стороной, являться ли в судебные заседания (ст. 56 ГПК РФ). Неявка лица, извещенного в установленном порядке о времени и месте рассмотрения дела, является его волеизъявлением, свидетельствующим об отказе от реализации своего права на непосредственное участие в судебном разбирательстве и иных процессуальных прав, поэтому не может быть препятствием для рассмотрения судом дела по существу.

Ходатайств об отложении дела не поступило. Иных ходатайств не поступило.

Сведения о движении дела, были своевременно размещены в системе «ГАС Правосудие» и на официальном сайте Железноводского городского суда <адрес>.

Выслушав стороны, исследовав материалы гражданского дела, оценив представленные суду доказательства с учетом требований закона об их допустимости, относимости и достоверности, как в отдельности, так и их взаимной связи в совокупности, а установленные судом обстоятельства - с учетом характера правоотношений сторон и их значимости для правильного разрешения спора, суд приходит к следующему.

Статья 45 Конституции РФ закрепляет государственную защиту прав и свобод человека и гражданина в Российской Федерации и право каждого защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом.

Согласно ст. 56 ГПК РФ, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. Суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

Согласно ст. 57 ГПК РФ, доказательства представляются сторонами и другими лицами, участвующими в деле.

В соответствии со ст. 67 ГПК РФ, суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

В гражданском законодательстве содержатся общие положения о нематериальных благах и их защите (гл. 8 ГК РФ), которым защищаются неприкосновенность частной жизни, личная и семейная жизнь, право свободного передвижения, выбора места пребывания и жительства и другие нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, не отчуждаемые и не передаваемые иным способом.

Федеральным законом от ДД.ММ.ГГГГ N 152-ФЗ «О персональных данных» определено, что персональными данными является любая информация, относящаяся прямо или косвенно к определенному или определяемому физическому лицу (субъекту персональных данных) (п. 1 ст. 3), что включает фото- и видеоизображение человека.

Пунктом 1 ч. 1 ст. 6 Закона N 152-ФЗ предусмотрено, что обработка персональных данных осуществляется с согласия субъекта персональных данных на обработку его персональных данных.

Согласно ст. 209 ГК РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом (ч. 1).

Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом (ч. 2).

Согласно ч. 4 ст. 17 ЖК РФ пользование жилым помещением осуществляется с учетом соблюдения прав и законных интересов проживающих в этом жилом помещении граждан, соседей, требований пожарной безопасности, санитарно-гигиенических, экологических и иных требований законодательства, а также в соответствии с правилами пользования жилыми помещениями, утвержденными уполномоченным Правительством Российской Федерации федеральным органом исполнительной власти.

Согласно ст. 304 ГК РФ собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения.

В соответствии с ч. 1 ст. 247 ГК РФ владение и пользование имуществом, находящимся в долевой собственности, осуществляется по соглашению всех ее участников, а при недостижении согласия - в порядке, устанавливаемом судом.

Судом установлено, что домовладение, расположенное по адресу: <адрес>, принадлежит на праве общей долевой собственности: истцу ФИО8 Н.В. (1/3 доли в праве), ответчику ФИО7 (1/3 доли в праве) и их матери, привлеченной к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО12 (2/3 доли в праве), что подтверждается представленными свидетельствами о праве на наследство по закону и выписками из ЕГРН.

Также в указанном домовладении зарегистрированы и проживают несовершеннолетние дети истца: ФИО8 З.А., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ФИО8 М.А., ДД.ММ.ГГГГ года рождения и совершеннолетние члены семьи: старшая дочь ФИО4, супруг ФИО8 А.М., что также подтверждается сведениями, отражёнными в паспорте и свидетельствах о регистрации по месту жительства.

Ответчиком ФИО7 в помещениях общего пользования внутри жилого дома был произведен монтаж видеокамер: в кухне-столовой с диапазоном просмотра холодильника, в личной жилой комнате матери истца ФИО12, от которой имеется письменное разрешение на ее установку от ДД.ММ.ГГГГ, представленное суду и в прихожей-холле с диапазоном просмотра коридора, что не оспаривалось ответчиком в ходе рассмотрения дела. Указанные видеокамеры ICSee не имеют карт памяти и фиксировали ход событий в реальном времени. Как пояснила ответчик, они были установлены с целью контроля ее тяжелобольной, прикованной к постели матери, в то время когда ответчика нет дома. Иной цели она не преследовала. Камеры были установлены в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. После предъявления претензии и до обращения в суд с настоящим исковым заявлением, ДД.ММ.ГГГГ камеры в коридоре и кухне были демонтированы ответчиком добровольно. Несмотря на имеющееся согласие собственника жилого дома ФИО12 в ее комнате в настоящее время видеокамера также демонтирована, что не оспаривается истцами и подтверждает заявленный в судебном заседании отказ от иска в части демонтажа видеокамер.

В силу ст. 152.1 ГК РФ обнародование и дальнейшее использование изображения гражданина (в том числе его фотографии, а также видеозаписи или произведения изобразительного искусства, в которых он изображен) допускаются только с согласия этого гражданина.

В соответствии с ч. 1 ст. 23 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную, защиту своей чести и доброго имени.

Согласно ч. 1 ст. 24 Конституции Российской Федерации сбор, хранение, использование и распространение информации о частной жизни лица без его согласия не допускаются.

Образ человека - составная часть персональных данных, а потому фиксирование его тем или иным способом без согласия гражданина недопустимо.

Видеосъемка, проводимая камерами наблюдения, установленными в местах общего пользования: в коридоре и в кухне домовладения, принадлежащего на праве общей долевой собственности истцу ФИО8 Н.В. и ответчику ФИО7, не является съемкой, проводимой в местах, открытых для свободного посещения, или на публичных мероприятиях (собраниях, съездах, конференциях, концертах, представлениях, спортивных соревнованиях и подобных мероприятиях).

В ст. 150 ГК РФ дано понятие нематериальных благ, к ним законодателем отнесены жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная <данные изъяты>, право свободного передвижения, выбора места пребывания и жительства, право на имя, право авторства, иные личные неимущественные права и другие нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

При таких обстоятельствах, суд исходит из того, что поскольку жилой дом находится в общем пользовании сторон, как сособственников домовладения ФИО8 Н.В., ФИО7 и ФИО12), в связи с чем, его использование возможно только по соглашению всех участников, а согласия у истца ФИО8 Н.В. на установку видеокамер наблюдения на территории общего пользования не имелось, в то время как видеосъемка по месту жительства истца является сбором и хранением информации о ее частной жизни и жизни членов ее семьи, а, следовательно, возможна только с ее согласия.

Рассматривая заявленные требования истцов о взыскании компенсации морального вреда в размере 30 000 рублей на каждого, суд оснований для удовлетворения их не находит, поскольку каких-либо допустимых доказательств, что действиями ответчика ФИО7 причинены физические страдания, заключающиеся в претерпевании недомогания и нравственные страдания, заключающиеся в претерпевании обиды, горя, чувства утраты, врачебных заключений на изменение состояния вследствие установки видеокамер, истцами суду не представлены.

Само по себе то обстоятельство, что между сторонами существует конфликт по поводу монтажа видеокамеры, а также личные неприязненные отношения, сложившиеся между членами семьи, не может быть положено в основу решения для удовлетворения заявленных требований о взыскании морального вреда без подтверждения какими-либо иными отвечающими требованиям относимости и допустимости доказательствами.

В силу ч. 1 ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В силу ч. 1 ст. 98 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.

Из содержания указанной нормы следует, что возмещение судебных издержек осуществляется той стороне, в пользу которой вынесено решение суда. Поскольку истцам отказано в удовлетворении исковых требований, то заявленные ко взысканию судебные расходы в сумме 3300,00 рублей и почтовые расходы в размере 694,72 рубля удовлетворению не подлежат.

Руководствуясь статьями 194 - 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

в удовлетворении исковых требований (уточненных ДД.ММ.ГГГГ) о взыскании компенсации морального вреда в размере 30.000,00 рублей на каждого истца, взыскании судебных расходов в сумме 3300,00 рублей, почтовых расходов в размере 694,72 рубля – отказать.

Разъяснить, что мотивированное решение суда будет изготовлено в срок не более чем десять дней со дня окончания разбирательства дела, то есть до ДД.ММ.ГГГГ.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в <адрес>вой суд в течение месяца через <адрес> городской суд <адрес>.

Председательствующий подпись И.В. Шемигонова

Мотивированное решение составлено ДД.ММ.ГГГГ года