Решение по делу № 2-1044/2025 от 10.07.2025 | Губкинский городской суд (Белгородская область)

Краткое содержание дела Все четыре части решения кратко

Вводная частькто, когда и о чём судился

<ФИО> обратился в суд с иском к акционерному обществу «Лебединский горно-обогатительный комбинат» о взыскании денежной компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием. В обоснование заявленных

Описательная частьчто требовал истец и что отвечал ответчик

Мотивировочная частьчем суд руководствовался и почему так решил

Помощник Губкинского городского прокурора Вернидуб Р.В. в заключении полагал, что исковые требования <ФИО> подлежат удовлетворению с учётом принципа справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания

Резолютивная частьитоговое решение суда

Исковые требования <ФИО> к акционерному обществу «Лебединский горно-обогатительный комбинат» о взыскании компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, и судебных расходов, удовлетворить частично.

ГУБКИНСКИЙ ГОРОДСКОЙ СУД БЕЛГОРОДСКОЙ ОБЛАСТИ

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Губкин 27 июня 2025 года

Губкинский городской суд Белгородской области в составе:

председательствующего судьи И.Ф. Комаровой

при секретаре Е.В. Нечепаевой

с участием:

представителя истца адвоката (ордер № от ДД.ММ.ГГГГ) Т.А. Кузьминой

помощника Губкинского городского прокурора Р.В. Вернидуба

в отсутствие представителя ответчика АО «Лебединский ГОК», извещенной своевременно и надлежащим образом о дате, времени и месте судебного разбирательства,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к акционерному обществу «Лебединский горно-обогатительный комбинат» о взыскании компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, и судебных расходов,

Установил:

ФИО1 обратился в суд с иском к акционерному обществу «Лебединский горно-обогатительный комбинат» о взыскании денежной компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием.

В обоснование заявленных требований указано, что ФИО1 на протяжении 37 работал в АО «Лебединский горно-обогатительный комбинат» <данные изъяты> в должности <данные изъяты> в условиях воздействия вредных и опасных производственных факторов, что явилось причиной установления истцу в 2024 году двух профессиональных заболеваний.

В процессе трудовой деятельности работодателем систематически допускались нарушения государственных санитарно-эпидемиологических правил и иных нормативных актов, что явилось причиной получения двух профессиональных заболеваний, повлекших установление истцу степени утраты профессиональной трудоспособности. Работодатель не выполнял в полной мере возложенных на него статьей 212 Трудового кодекса РФ обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда.

Связь заболеваний с профессией была установлена «Научно-исследовательским институтом медицины труда имени академика Н.Ф. Измерова» (ФГБНУ «НИИ МТ») г.Москвы.

ДД.ММ.ГГГГ был утвержден акт № о случае профессионального заболевания в АО «Лебединский ГОК» у ФИО1, которому установлен заключительный диагноз: <данные изъяты> диагноз установлен 06.03.2024

Согласно медицинскому заключению врачебной комиссии № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 установлен клинический диагноз: <данные изъяты>. Установлена причинно-следственная связь заболевания с профессиональной деятельностью, заболевание профессиональное.

ДД.ММ.ГГГГ был утвержден акт № о случае профессионального заболевания в АО «Лебединский ГОК» у ФИО1, которому установлен заключительный диагноз: <данные изъяты>, диагноз установлен ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно медицинскому заключению врачебной комиссии от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 установлен клинический диагноз - основной: <данные изъяты> Установлена причинно-следственная связь заболевания <данные изъяты> с профессиональной деятельностью, заболевание <данные изъяты> профессиональное.

Основные заболевания (два) профессиональные, сопутствующие заболевания – общие.

Кроме того, в 2024 году истцу ФИО1 была установлена утрата трудоспособности по первому профессиональному заболеванию в размере 10% сроком до ДД.ММ.ГГГГ, а в 2025 году установлена утрата трудоспособности по второму профессиональному заболеванию в размере 20% сроком до ДД.ММ.ГГГГ.

В исковом заявлении истец просит взыскать с АО «Лебединский ГОК» в свою пользу денежную компенсацию морального вреда, причиненного профессиональными заболеваниями в размере 250 000 рублей, а также судебные расходы на оплату услуг представителя в размере 30 000 рублей.

В судебном заседании представитель истца адвокат Кузьмина Т.А. поддержала заявленные требования, в обоснование которых дала подробные пояснения, и просила их удовлетворить по изложенным в заявлении основаниям. Просила суд взыскать компенсацию морального вреда, так как истец испытывает нравственные и физические страдания в связи с постоянно возникающими болями, прохождением лечения в медицинских учреждениях.

Представитель ответчика АО «Лебединский ГОК» в судебное заседание не явилась, о дате, времени и месте судебного заседания извещена надлежащим образом, просила рассмотреть дело в её отсутствие. В представленных письменных возражениях исковые требования не признала. Указала, что отношения по возмещению вреда, причинённого здоровью работника АО «Лебединский ГОК» в связи с несчастным случаем на производстве, либо профессиональным заболеванием, урегулированы локальным нормативным актом – Положением о возмещении вреда, причиненного здоровью работника комбината в результате несчастного случая на производстве или профессионального заболевания, согласно пункту 3.1 которого при повреждении здоровья работника в результате несчастного случая или профессионального заболевания, повлекшего потерю трудоспособности либо продолжительную нетрудоспособность (свыше четырех месяцев подряд), работнику выплачивается возмещение морального вреда в размере трех его среднемесячных заработков. Таким образом, стороны трудовых отношений пришли к соглашению о конкретном размере компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием на производстве, что не противоречит закону. ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 обратился к работодателю с заявлением, в котором просил компенсировать причиненный ему профессиональным заболеванием моральный вред, выплатив ему три среднемесячных заработка. Заявление истца было удовлетворено, и в августе 2024 года ему была выплачена компенсация морального вреда в размере 125069 рублей 03 копейки. ДД.ММ.ГГГГ после установления второго профессионального заболевания, ФИО1 второй раз обратился к работодателю с заявлением о компенсации морального вреда. Заявление истца было удовлетворено, и в марте 2025 года ему выплачена компенсация морального вреда в размере 123909 рублей 89 копеек. Полагает, что выплаченная сумма компенсация морального вреда в общей сумме 248978 рублей 92 копейки (125069,03+123909,89) в данной правовой ситуации соответствует критериям разумности и справедливости, оснований для взыскания компенсации морального вреда в размере 250000 рублей по представленным истцом доказательствам не имеется. Указывает на то, что заявленный истцом размер компенсации морального вреда чрезмерно завышен и не обоснован. Просила в удовлетворении иска отказать. Кроме того, указывает, что сумма заявленных судебных расходов завышена, не отвечает требованиям разумности и справедливости, не соотносима с объемом выполненной работы представителем.

Помощник Губкинского городского прокурора Вернидуб Р.В. в заключении полагал, что исковые требования ФИО1 подлежат удовлетворению с учётом принципа справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания, в связи с доказанностью наличия причинно-следственной связи между выявленными у истца профессиональными заболеваниями и вредными условиями труда, а также вины ответчика в возникновении у истца профессиональных заболеваний, в связи с необеспечением работодателем безопасных условий труда и в причинении истцу тем самым морального вреда.

Исследовав в судебном заседании обстоятельства по представленным сторонами доказательствам, выслушав объяснения сторон, заслушав заключение прокурора Вернидуба Р.В., суд признает исковые требования обоснованными и подлежащими частичному удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии с Конституцией Российской Федерации в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей (часть 2 статьи 7), каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (часть 2 статьи 37), каждый имеет право на охрану здоровья (часть 2 статьи 41), каждому гарантируется право на судебную защиту (часть 1 статьи 46).

Из приведенных положений Конституции Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что каждый имеет право на справедливое и соразмерное возмещение вреда, в том числе и морального, причиненного повреждением здоровья вследствие необеспечения работодателем безопасных условий труда, а также имеет право требовать такого возмещения в судебном порядке.

Регулирование трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений в соответствии с Конституцией Российской Федерации, федеральными конституционными законами осуществляется трудовым законодательством (включая законодательство об охране труда), состоящим из Трудового кодекса, иных федеральных законов и законов субъектов Российской Федерации, содержащих нормы трудового права (абзацы первый и второй части 1 статьи 5 Трудового кодекса Российской Федерации).

Трудовые отношения и иные непосредственно связанные с ними отношения регулируются также коллективными договорами, соглашениями и локальными нормативными актами, содержащими нормы трудового права (часть 2 статьи 5 Трудового кодекса Российской Федерации).

В силу части 2 статьи 9 Трудового кодекса Российской Федерации коллективные договоры, соглашения, трудовые договоры не могут содержать условий, ограничивающих права или снижающих уровень гарантий работников по сравнению с установленными трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права. Если такие условия включены в коллективный договор, соглашение или трудовой договор, то они не подлежат применению.

Трудовым кодексом Российской Федерации установлено право работника на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом, иными федеральными законами (абзац 14 части 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации).

Работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров; обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (часть 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации).

В силу статьи 214 Трудового кодекса Российской Федерации обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Работодатель обязан обеспечить, в том числе безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов; соответствие каждого рабочего места государственным нормативным требованиям охраны труда; организацию контроля за состоянием условий труда на рабочих местах, соблюдением работниками требований охраны труда, а также за правильностью применения ими средств индивидуальной и коллективной защиты; информирование работников об условиях и охране труда на их рабочих местах, о существующих профессиональных рисках и их уровнях, а также о мерах по защите от воздействия вредных и (или) опасных производственных факторов, имеющихся на рабочих местах, о предоставляемых им гарантиях, полагающихся им компенсациях и средствах индивидуальной защиты.

В соответствии со статьей 218 Трудового кодекса Российской Федерации при обеспечении функционирования системы управления охраной труда работодателем должны проводиться системные мероприятия по управлению профессиональными рисками на рабочих местах, связанные с выявлением опасностей, оценкой и снижением уровней профессиональных рисков.

Профессиональные риски в зависимости от источника их возникновения подразделяются на риски травмирования работника и риски получения им профессионального заболевания.

Выявление опасностей осуществляется путем обнаружения, распознавания и описания опасностей, включая их источники, условия возникновения и потенциальные последствия при управлении профессиональными рисками.

Опасности подлежат обнаружению, распознаванию и описанию в ходе проводимого работодателем контроля за состоянием условий и охраны труда и соблюдением требований охраны труда в структурных подразделениях и на рабочих местах, при проведении расследования несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, а также при рассмотрении причин и обстоятельств событий, приведших к возникновению микроповреждений (микротравм).

В соответствии с пунктом 2 статьи 1 Федерального закона от 24 июля 1998 года №125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» права застрахованных лиц на возмещение вреда, осуществляемое в соответствии с законодательством Российской Федерации, в части, превышающей обеспечение по страхованию, производимое на основании данного Федерального закона, не ограничиваются: работодатель (страхователь) несет ответственность за вред, причиненный жизни или здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей, в порядке, закрепленном главой 59 Гражданского кодекса Российской Федерации. В силу пункта 3 статьи 8 указанного закона возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Согласно пункту 3 статьи 8 Федерального закона от 24 июля 1998 года №125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве, и профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

В соответствии с пунктом 29 Правил расследования и учета случаев профессиональных заболеваний работников, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации №1206 от 5 июля 2022 г. акт является документом, подтверждающим профессиональный характер заболевания, возникшего у работника в результате воздействия вредного производственного фактора (факторов) на его рабочем месте.

Согласно положениям статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации нематериальные блага, к которым относится, в том числе и здоровье, подлежат защите в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации и другими законами в случаях и порядке, ими предусмотренных.

Одним из способов защиты гражданских прав в соответствии со статьей 12 Гражданского кодекса Российской Федерации является компенсация морального вреда.

На основании статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Пунктом 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» определено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Как разъяснено в пункте 46 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», работник в силу статьи 237 ТК РФ имеет право на компенсацию морального вреда, причиненного ему нарушением его трудовых прав любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя (незаконным увольнением или переводом на другую работу, незаконным применением дисциплинарного взыскания, нарушением установленных сроков выплаты заработной платы или выплатой ее не в полном размере, неоформлением в установленном порядке трудового договора с работником, фактически допущенным к работе, незаконным привлечением к сверхурочной работе, задержкой выдачи трудовой книжки или предоставления сведений о трудовой деятельности, необеспечением безопасности и условий труда, соответствующих государственным нормативным требованиям охраны труда, и др.).

Возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей, осуществляется в рамках обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (часть восьмая статьи 216.1 ТК РФ). Однако компенсация морального вреда в порядке обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний не предусмотрена и согласно пункту 3 статьи 8 Федерального закона от 24 июля 1998 года №125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» осуществляется причинителем вреда.

Таким образом, ввиду отсутствия в Трудовом кодексе Российской Федерации норм, регламентирующих иные основания возмещения работнику морального вреда, помимо неправомерных действий или бездействия работодателя, к отношениям по возмещению работнику морального вреда применяются нормы Гражданского кодекса Российской Федерации, регулирующие обязательства вследствие причинения вреда.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, пунктом 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина», если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В соответствии с пунктом 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина», учитывая, что причинение вреда жизни и здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. При этом следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Из требований статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что размер денежной компенсации морального вреда определяется судом с учетом требований разумности и справедливости в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Как разъяснено в пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года №2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», в соответствии со статьей 237 Кодекса компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

В судебном заседании установлено, что истец состоял в трудовых отношениях с ответчиком АО «Лебединский горно-обогатительный комбинат».

ФИО1 на протяжении 37 лет работал в АО «Лебединский горно-обогатительный комбинат» <данные изъяты> в должности <данные изъяты> в условиях воздействия вредных и опасных производственных факторов, что явилось причиной установления истцу в 2024 году двух профессиональных заболеваний.

Из акта о случае профессионального заболевания № от ДД.ММ.ГГГГ о случае профессионального заболевания в АО «Лебединский ГОК», следует, что ФИО1 установлен заключительный диагноз: <данные изъяты>, диагноз установлен ДД.ММ.ГГГГ (л.д.9-14).

ДД.ММ.ГГГГ был утвержден акт № о случае профессионального заболевания в АО «Лебединский ГОК» у ФИО1, которому установлен заключительный диагноз: <данные изъяты>., диагноз установлен ДД.ММ.ГГГГ (л.д.15-19).

Основные заболевания (два) профессиональные, сопутствующие заболевания – общие.

Вышеприведенными актами на основании результатов расследования установлено, что заболевания являются профессиональными и возникли в результате воздействия вредного производственного фактора (вредных производственных факторов) – в том числе превышающих гигиенические нормативы (локальная вибрация, шум, пыль, показатели тяжести трудового процесса), а также длительного воздействия производственного шума выше ПДУ в течение всей рабочей смены на организм ФИО1

Установленные обстоятельства подтверждаются письменными материалами дела.

Проанализировав установленные обстоятельства, суд приходит к выводу о том, что факт получения истцом в период работы у ответчика поименованных в медицинских документах профессиональных заболеваний нашел свое подтверждение в судебном заседании. При этом полученные истцом профессиональные заболевания находятся в причинно-следственной связи с выполнением работы и созданными ответчиками условиями труда, не соответствующими установленным нормативными положениями требованиям, в которых истец работал у соответчиков.

Таким образом, по мнению суда, вина ответчика в причинении истцу профессиональных заболеваний в период его работы в АО «Лебединский ГОК» является доказанной, и на ответчике лежит безусловная обязанность произвести работнику выплату в счет денежной компенсации морального вреда. Потерпевший в связи с причинением вреда здоровью во всех случаях испытывает нравственные и физические страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается.

Истцом суду представлены достаточные и убедительные доказательства, подтверждающие факт причинения вреда здоровью ответчиком.

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу о том, что представленные доказательства указывают на то, что длительное воздействие на организм истца вредных производственных факторов привело к возникновению у истца профзаболевания.

Отмеченные факторы имели место в период работы истца на предприятии ответчика, что подтверждается актами о расследовании профзаболеваний.

Профзаболевание развивается по причине длительного воздействия вредных факторов, оно может проявиться в любое время, в том числе и после окончания работы на предприятии, в котором имело место воздействие таких факторов.

Суд принимает во внимание, что к числу наиболее значимых человеческих ценностей относится жизнь и здоровье, а их защита должна быть приоритетной (статья 3 Всеобщей декларации прав человека и статья 11 Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах). Право гражданина на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, относится к числу общепризнанных основных неотчуждаемых прав и свобод человека, поскольку является непосредственно производным от права на жизнь и охрану здоровья, прямо закрепленных в Конституции РФ.

В связи с полученными профзаболеваниями ФИО1 испытывает физическую боль, процесс заболевания носит необратимый характер, что существенно нарушает уклад жизни истца и причиняет ему значительные нравственные страдания.

В соответствии со ст.212 Трудового кодекса РФ обязанности по обеспечению безопасных условий труда возлагаются на работодателя.

В случае, если работнику был причинен вред жизни или здоровью, работодатель обязан возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом РФ, Федеральными законами и иными правовыми нормами (ст. 22 Трудового кодекса РФ).

При определении размера подлежащего компенсации морального вреда суд, в совокупности оценивает конкретные обстоятельства дела, в результате которых ФИО1 был причинен вред здоровью, в том числе характер, тяжесть и длительность профессиональных заболеваний истца (10% утраты профессиональной трудоспособности по первому профессиональному заболеванию и 20% утраты профессиональной трудоспособности по второму профессиональному заболеванию), степень физических и нравственных страданий, вызванных проявлениями болезни, длительное нахождение истца на обследовании и лечении в медицинском учреждении в связи с профессиональными заболеваниями, что подтверждается медицинскими заключениями «Научно-исследовательского института медицины труда имени академика Н.Ф. Измерова» (ФГБНУ «НИИ МТ») г.Москвы, а также его беспокойство и переживания по поводу утраты здоровья и его будущего состояния, вину работодателя в возникновении заболеваний, многолетний добросовестный труд истца в АО «Лебединский ГОК» (более 37 лет).

В силу ч.2 ст. 5 Трудового кодекса РФ в коллективных договорах, соглашениях, а также в локальных нормативных правовых актах и трудовых договорах возможно закрепление дополнительных по сравнению с действующим законодательством гарантий работникам и случаев их предоставления.

Согласно ч.1 ст.9 Трудового кодекса РФ в соответствии с трудовым законодательством регулирование трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений может осуществляться путем заключения, изменения, дополнения работниками и работодателями коллективных договоров, соглашений, трудовых договоров.

В соответствии с Положением о возмещении вреда, причинённого здоровью работника ОАО «Лебединский ГОК» в результате несчастного случая на производстве или профессионального заболевания, на 2024 год (действующим на момент установления истцу группы инвалидности по профзаболеванию) ОАО «Лебединский ГОК» обязалось в добровольном порядке при повреждении здоровья работника в результате несчастного случая или профессионального заболевания, повлекшего потерю трудоспособности (основание-справка МСЭ) либо продолжительную нетрудоспособность (свыше четырех месяцев подряд) выплачивать работникам возмещение морального вреда в размере трех среднемесячных заработков работника (пункт 3.1).

На основании ч.2 ст.9 Трудового кодекса РФ коллективные договоры, соглашения, трудовые договоры не могут содержать условий, ограничивающих права или снижающих уровень гарантий работников по сравнению с установленными трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права. Если такие условия включены в коллективный договор, соглашение или трудовой договор, то они не подлежат применению.

Причинение вреда жизни или здоровью гражданина является безусловным доказательством причинения ему физических и нравственных страданий. Факт причинения вреда здоровью истца доказан.

Несмотря на то обстоятельство, что размер денежной компенсации морального вреда установлен вышеприведенным Положением, суд приходит к выводу, что указанный размер компенсации не соответствует в полном объеме требованиям разумности и справедливости.

Суд, с учетом норм ст.1101 Гражданского кодекса РФ, характера причиненного вреда здоровью, индивидуальных особенностей ФИО7, последствий полученного профзаболевания, а также требований разумности и справедливости, приходит к выводу о взыскании с ответчика денежной компенсации в пользу истца в сумме 155 000 рублей.

При этом суд учитывает полученную ФИО1 в 2024 и 2025 годах денежную компенсацию морального вреда в общей сумме 248978 рублей 92 копейки (по двум профзаболеваниям), а всего общая сумма компенсации морального вреда будет составлять 403978 рублей 92 копейки, что соответствует принципу справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания.

Ссылка представителя ответчика на другие судебные акты по аналогичным спорам, приводимая в письменных возражениях, не может служить основанием для отказа в удовлетворении заявленных истцом требований, поскольку судебные акты по каждому делу принимаются с учетом конкретных доводов и доказательств, представленных сторонами, при этом следует учитывать, что судебный прецедент не является источником права в России.

Как разъяснено в пункте 47 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», размер компенсации морального вреда, присужденный к взысканию с работодателя в случае причинения вреда здоровью работника вследствие профессионального заболевания, причинения вреда жизни и здоровью работника вследствие несчастного случая на производстве, в том числе в пользу члена семьи работника, должен быть обоснован, помимо прочего, с учетом степени вины работодателя в причинении вреда здоровью работника в произошедшем несчастном случае.

Вместе с тем, изложенные представителем соответчика доводы о предоставлении работнику в период его трудовой деятельности особых условий труда, таких как дополнительная оплата труда, дополнительные дни отпуска, медицинское обслуживание и тому подобное, по мнению суда, не свидетельствуют ни об отсутствии вины ответчика в причинении вреда здоровью истца, ни о наличии оснований для снижения объема ответственности работодателей перед истцом, а свидетельствует лишь о предоставлении ответчиком своим работникам специальных гарантий, обязательных в силу действующего трудового законодательства для предоставления лицам, работающим во вредных производственных условиях.

В этой связи, оснований для снижения объема ответственности работодателя перед истцом в связи с причинением вреда здоровью истца суд, в том числе по доводам представителя ответчика, не усматривает.

При этом, суд считает необходимым учесть, что повреждение здоровья истца не связано с умышленными противоправными действиями работодателя, который, в силу объективных причин, не имел возможности полностью устранить наличие вредных факторов на рабочих местах. Напротив, истец добровольно в течение длительного времени осуществлял трудовую деятельность в тяжелых условиях труда, наличие которых компенсировалось обеспечением определенного режима труда и отдыха, предоставлением соответствующих гарантий и льгот, выдачей средств индивидуальной защиты, в соответствии с нормами, что следует из актов о случае профессионального заболевания, санитарно-гигиенической характеристики условий труда работника.

Вместе с тем, добровольное осуществление истцом трудовой деятельности во вредных условиях, получение им за свою работу определенных гарантий, льгот и компенсаций не влияют на право работника, на получение возмещения морального вреда, причиненного в результате повреждения здоровья.

При определении размера компенсации морального вреда, подлежащей взысканию в пользу истца с АО «Лебединский ГОК», суд учитывает продолжительность трудовой деятельности истца у ответчика (45 лет) и длительность воздействия на него вредных производственных факторов (в течение 37 лет), наличие двух профессиональных заболеваний, характер и объем физических и нравственных страданий, причиненных ФИО1 а именно: утрата его здоровья и трудоспособности имели место, полное восстановление здоровья истца невозможно, полученные заболевания до настоящего времени сопровождаются болевыми ощущениями, требуют постоянного лечения, наблюдения и обследования, применения курсов лекарственной терапии, специализированного санаторно-курортного лечения; принятие истцом всех возможных мер для уменьшения размера ущерба своему здоровью (проведение своевременного и правильного лечения, следование рекомендациям врачей); объем нравственных страданий истца, связанных с ограничением обычной жизнедеятельности. Кроме того, у суда, исходя из зафиксированных в медицинских документах истца, нет оснований сомневаться в том, что заболевания истца сопровождаются периодическими болевыми ощущениями. Данные сведения подтверждаются материалами дела в полном объеме.

Решая вопрос о причитающейся истцу компенсации, суд считает заявленную истцом к взысканию сумму денежной компенсации морального вреда в размере 250 000 рублей, завышенной.

Исходя из установленных судом обстоятельств, учитывая требования разумности и справедливости, вышеприведенные выводы суда о степени вины работодателя в причинении вреда здоровью истца, а также то, что инвалидность истцу не установлена, утрата профессиональной трудоспособности составляет 30% установлена не бессрочно, то есть у истца имеется возможность работать с учетом ограничений по состоянию здоровья, суд считает достаточной компенсацию причиненного истцу морального вреда в размере 155 000 рублей.

При обращении в суд истец на основании подп. 3 п. 1 ст. 333.36 НК РФ оплату госпошлины не производил.

В соответствии с пунктом 1 статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, пунктом 8 части 1 статьи 333.20 части второй Налогового кодекса Российской Федерации государственная пошлина, от уплаты которой истец освобожден, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты государственной пошлины, в соответствующий бюджет пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

На основании пункта 3 части 1 статьи 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации сумма подлежащей взысканию с ответчика АО «Лебединский ГОК» государственной пошлины в доход местного бюджета за требование о компенсации морального вреда составляет 3000 рублей, в порядке расчета предусмотренного п.п.3 п.1 ст. 333.19 НК РФ.

В соответствии со ст.98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано. К судебным расходам, исходя из положений ст.ст.88,94 ГПК РФ, относятся государственная пошлина и издержки, связанные с рассмотрением дела, в том числе расходы на оплату услуг представителя.

В соответствии со ст. 100 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов (часть 3 статьи 111 АПК РФ, часть 4 статьи 1 ГПК РФ, часть 4 статьи 2 КАС РФ) (п. 11 Постановления Пленума ВС РФ от 21 января 2016 года №1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела»).

Обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя и тем самым - на реализацию требования статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц. Именно поэтому в части первой статьи 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации речь идет, по существу, об обязанности суда установить баланс между правами лиц, участвующих в деле. Вместе с тем, вынося мотивированное решение об изменении размера сумм, взыскиваемых в возмещение расходов по оплате услуг представителя, суд не вправе уменьшать его произвольно, тем более, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов. (Определение Конституционного Суда РФ от 17 июля 2007 г. №382-О-О).

Материалами гражданского дела подтверждается оплата истцом ФИО1 суммы 30 000 рублей за составление искового заявления, участие адвоката в одном судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ при рассмотрении дела по существу адвокату Кузьминой Т.А. Фактическое несение расходов подтверждено квитанцией № от ДД.ММ.ГГГГ.

С учётом проделанной представителем истца работы, суд приходит к выводу о целесообразности уменьшения суммы судебных расходов на представителя до разумных пределов и необходимости взыскания с ответчика в пользу истца понесенных расходов в размере 14000 рублей (из которых 6000 рублей – за составление искового заявления, 8000 рублей – за участие адвоката в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ).

Между тем при определении разумности расходов истца на оплату услуг представителя следует исходить из категории спора, объема и качества подготовленных представителем процессуальных документов по делу (составление искового заявления), процессуальной активности представителей истца, принимавшего участие в одном судебном заседании, что подтверждается материалами гражданского дела.

Методическими рекомендациями по размерам оплаты юридической помощи, оказываемой адвокатами гражданам, предприятиям, учреждениям и организациям в Белгородской области (утверждены Решением Совета Адвокатской палаты Белгородской области 12 марта 2015г. (протокол №2),внесены изменения 10.04.2017 (протокол №1), 31.05.21 (протокол №4)) предусмотрено, что оплата труда адвоката производится в размере достигнутого соглашения (ст.25 ФЗ от 31.05.2002 г. №63-ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ»), либо по следующим рекомендованным минимальным ставкам в рублях: ведение дела в районном суде общей юрисдикции (один день) – 7000 рублей, апелляционной, кассационной инстанций - 8000 рублей; составление исковых заявлений, отзывов, возражений на исковые заявления, жалоб, ходатайств, письменных консультаций – 4000 рублей.

При таком определённая судом к взысканию сумма судебных расходов на оплату услуг представителя в размере 14000 рублей, исходя из времени рассмотрения дела и одного судебного заседания, отвечает принципу разумности и соответствует минимальным размерам оплаты аналогичных услуг.

Заявленные требования истца, ответчик в добровольном порядке не исполнял, что, несомненно, требовало от истца привлечения к подготовке иска и участию в его рассмотрении квалифицированного юриста, необходимости нести расходы в связи с этим.

Суд полагает, что взыскание с ответчика в пользу истца расходов на оплату юридических услуг в размере 14000 рублей следует считать разумным размером, соответствующим степени сложности дела, объему защищаемого права и выполненной представителем работы, его процессуальной активности, сложности рассматриваемого дела и его продолжительности, а также другим обстоятельствам дела.

При обращении в суд истец на основании подп. 3 п. 1 ст. 333.36 НК РФ оплату госпошлины не производил.

Расходы по госпошлине на основании ст. 103 ГПК РФ и ст. 61 Бюджетного кодекса РФ подлежат взысканию с ответчика в доход бюджета муниципального образования «Губкинский городской округ» в размере 300 рублей в порядке расчета предусмотренного п.п.3 п.1 ст. 333.19 НК РФ.

Руководствуясь ст.ст.103, 194–199 ГПК РФ, ст. ст. 151, 1101 ГК РФ, суд

Решил :

исковые требования ФИО1 к акционерному обществу «Лебединский горно-обогатительный комбинат» о взыскании компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, и судебных расходов, удовлетворить частично.

Взыскать с акционерного общества «Лебединский горно-обогатительный комбинат» (ИНН <***>, ОГРН <***>) в пользу ФИО1 (паспорт <данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ, код подразделения <данные изъяты>) денежную компенсацию морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, в сумме 155000 (сто пятьдесят пять тысяч) рублей и судебные расходы в сумме 14000 рублей, а всего 169000 (сто шестьдесят девять тысяч) рублей.

Взыскать с акционерного общества «Лебединский горно-обогатительный комбинат» (ИНН <***>, ОГРН <***>) в доход бюджета муниципального образования «Губкинский городской округ» государственную пошлину в размере 3000 рублей.

В остальной части исковые требования ФИО1 к акционерному обществу «Лебединский горно-обогатительный комбинат» о взыскании компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, и судебных расходов, оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Белгородского областного суда в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме, с подачей апелляционной жалобы через Губкинский городской суд.

Судья И.Ф. Комарова