Дело № 2-1020/2023
УИД 33RS0019-01-2023-001234-12
РЕШЕНИЕ
именем Российской Федерации
29 августа 2023 года г. Суздаль
Суздальский районный суд Владимирской области в составе:
председательствующего Загорной Т.А.,
при секретаре Поляковой И.С.,
с участием помощника Суздальского межрайонного прокурора Загарчук М.Е.,
истца ФИО1, ее представителя адвоката Орловой О.В.,
ответчика ФИО2,
рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Суздале Владимирской области гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2 о признании утратившим право пользования жилым помещением,
установил:
ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2 о признании утратившим право пользования жилым помещением, расположенным по адресу: <...>.
В обоснование иска указано, что на основании договора купли-продажи квартиры, удостоверенного нотариусом Суздальского нотариального округа ФИО6 ***, договора дарения доли квартиры от ***, удостоверенного нотариусом Суздальского нотариального округа ФИО6, реестровый ###-н/33-2019-1-1404, ФИО1 на праве собственности принадлежит квартира, расположенная по адресу: <...>, площадью 64 кв.м. Право собственности на квартиру зарегистрировано в Едином государственном реестре недвижимости. В жилом помещении зарегистрированы постоянно по месту жительства: ФИО1, ФИО7 – сын, ФИО2 – бывший супруг. Брак между истцом и ответчиком расторгнут ***. Фактически в квартире проживает истец со своим несовершеннолетним сыном. Ответчик ФИО2 после расторжения брака с истцом в жилом помещении не проживает, бремя оплаты коммунальных услуг не несет, каких-либо его вещей в квартире не имеется. Регистрацией ответчика в данном жилом помещении нарушаются права истца как собственника, поскольку в настоящее время истец имеет намерение продать квартиру, а регистрация ответчика препятствует заключению договора купли-продажи. Кроме того, ФИО2, пользуясь своим правом на проживании в жилом помещении, периодически приходит и устраивает в квартире скандалы, наносит побои ФИО1 и ребенку. Данные обстоятельства явились основанием для обращения с настоящим иском.
В судебном заседании истец ФИО1 и ее представитель адвокат Орлова О.В. исковые требования поддержали по изложенным основаниям, настаивали на их удовлетворении. Пояснили, что спорная квартира была приобретена в период брака за счет средств, полученных от продажи общей однокомнатной квартиры, приобретенной в ипотеку, а также накопленных денежных средств. На момент приобретения квартиры в 2019 года истец проживала совместно с ответчиком, на момент заключения договора дарения вопрос о сохранении за ответчиком права пользования жилым помещением не обсуждался. С сентября 2021 года стороны перестали вести совместное хозяйство, ответчик забрал свои вещи и переехал жить к маме. В сентябре 2022 года во время ее тяжелой болезни ответчик вновь вернулся домой, на протяжении четырех месяцев жил в квартире, помогал ей ухаживать за сыном. Перед новым годом после очередного конфликта ответчик снова собрал свои вещи и уехал. После этого он пытался восстановить семью, приходил в квартиру, устраивал скандалы, проникал в квартиру через балкон, в связи с чем истец обращалась в органы полиции. В настоящее время семейные отношения прекращены, ответчик не проживает в спорном жилом помещении, не является членом семьи истца, добровольно подарил свою долю в квартире истцу, выехал из квартиры после прекращения брачных отношений, не несет бремя ее содержания, вещей ответчика в квартире не имеется.
Ответчик ФИО2 в судебном заседании возражал против удовлетворения иска, пояснил, что имеет намерение проживать в квартире и сохранить семью. Перед заключением договора дарения доли в квартире между ним и истцом обсуждался вопрос о сохранении за ним права пользования жилым помещением, данное условие включено в договор дарения. Его выезд не носил добровольный характер, был связан с конфликтом с бывшей супругой. Вещи он сам не забирал, их ему принес сын. Другого жилого помещения в собственности либо пользовании он не имеет, проживает то у мамы, то у друзей. Им предпринимались попытки вселиться в жилое помещение, но истец препятствовала этому. Ему приходилось попадать в жилое помещение через балкон, поскольку он потерял ключи от входной двери квартиры, а бывшая супруга его не пускала. В оплате расходов по содержанию квартиры он не участвует, поскольку в ней не может проживать. Кроме того, договором дарения доли квартиры предусмотрено, что ФИО1 берет на себя бремя содержания квартиры. Договор дарения был заключен у нотариуса, ФИО1 присутствовала при его заключении, нотариус разъяснил все его условия, в том числе договором предусмотрено, что за ним сохраняется право пользования жилым помещением.
Представитель третьего лица ОМВД России по Суздальскому району, будучи извещенным о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явился.
С учетом мнения участников процесса, положений статьи 167 ГПК РФ, суд полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц, извещенных о времени и месте судебного заседания.
Заслушав участников процесса, показания свидетеля, заключение прокурора ФИО8, полагавшей исковые требования не подлежащими удовлетворению, изучив материалы дела, суд приходит к следующему.
В соответствии с частью 1 статьи 40 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на жилище. Никто не может быть произвольно лишен жилища.
Согласно разъяснениям, данным в пункте 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от *** ### «О некоторых вопросах применения судами Конституции Российской Федерации при осуществлении правосудия», при рассмотрении дел, вытекающих из жилищных правоотношений, судам необходимо учитывать, что Конституция Российской Федерации предоставила каждому, кто законно находится на территории Российской Федерации, право свободно передвигаться, выбирать место жительства, а также гарантировала право на жилище.
В соответствии со ст. 30 ЖК РФ собственник жилого помещения осуществляет права владения, пользования и распоряжения принадлежащим ему на праве собственности жилым помещением в соответствии с его назначением и пределами его использования, которые установлены Жилищным кодексом Российской Федерации.
По общему правилу, в соответствии с частью 4 статьи 31 Жилищного кодекса Российской Федерации в случае прекращения семейных отношений с собственником жилого помещения право пользования данным жилым помещением за бывшим членом семьи собственника этого жилого помещения не сохраняется, если иное не установлено соглашением собственника с бывшим членом его семьи. Это означает, что бывшие члены семьи собственника утрачивают право пользования жилым помещением и должны освободить его (часть 1 статьи 35 Жилищного кодекса Российской Федерации). В противном случае собственник жилого помещения вправе требовать их выселения в судебном порядке без предоставления другого жилого помещения (пункт 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от *** ### «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации»).
Статьей 10 Жилищного кодекса Российской Федерации установлено, что жилищные права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными правовыми актами, а также из действий участников жилищных отношений, которые хотя и не предусмотрены такими актами, но в силу общих начал и смысла жилищного законодательства порождают жилищные права и обязанности.
Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации регулирование прав на жилое помещение должно осуществляться на основе баланса прав и охраняемых законом интересов всех участников соответствующих правоотношений; в тех случаях, когда имущественные права на спорную вещь имеют другие, помимо собственника, лица, этим лицам также должна быть гарантирована государственная защита их прав; признание приоритета прав собственника жилого помещения либо проживающих в этом помещении иных лиц, как и обеспечение взаимного учета их интересов, зависят от установления и исследования фактических обстоятельств конкретного спора, то есть не исключается необходимость учета особенностей конкретных жизненных ситуаций при разрешении соответствующих гражданских дел.
В соответствии с пунктом 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от *** ### «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации» по общему правилу, в соответствии с частью 4 статьи 31 Жилищного кодекса Российской Федерации в случае прекращения семейных отношений с собственником жилого помещения право пользования данным жилым помещением за бывшим членом семьи собственника этого жилого помещения не сохраняется, если иное не установлено соглашением собственника с бывшим членом его семьи. Это означает, что бывшие члены семьи собственника утрачивают право пользования жилым помещением и должны освободить его (часть 1 статьи 35 Жилищного кодекса Российской Федерации). В противном случае собственник жилого помещения вправе требовать их выселения в судебном порядке без предоставления другого жилого помещения.
По смыслу указанной нормы к бывшим членам семьи собственника жилого помещения относятся лица, с которыми у собственника прекращены семейные отношения. Под прекращением семейных отношений между супругами следует понимать расторжение брака в органах записи актов гражданского состояния, в суде, признание брака недействительным. Отказ от ведения общего хозяйства иных лиц с собственником жилого помещения, отсутствие у них с собственником общего бюджета, общих предметов быта, неоказание взаимной поддержки друг другу и тому подобное, а также выезд в другое место жительства могут свидетельствовать о прекращении семейных отношений с собственником жилого помещения, но должны оцениваться в совокупности с другими доказательствами, представленными сторонами.
Вопрос о признании лица бывшим членом семьи собственника жилого помещения при возникновении спора решается судом с учетом конкретных обстоятельств каждого дела.
При этом, учитывая положения статьи 31 Жилищного кодекса Российской Федерации, следует иметь в виду, что поскольку ведение общего хозяйства между собственником жилого помещения и лицом, вселенным им в данное жилое помещение, не является обязательным условием признания его членом семьи собственника жилого помещения, то и отсутствие ведения общего хозяйства собственником жилого помещения с указанным лицом либо прекращение ими ведения общего хозяйства (например, по взаимному согласию) само по себе не может свидетельствовать о прекращении семейных отношений с собственником жилого помещения. Данное обстоятельство должно оцениваться в совокупности с другими доказательствами, представленными сторонами по делу (статья 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).
Правовые последствия отсутствия бывших членов семьи собственника жилого помещения в жилом помещении по причине выезда из него Жилищный кодекс Российской Федерации не регламентирует.
Исходя из аналогии закона (статья 7 Жилищного кодекса Российской Федерации) к ситуации, связанной с выездом из жилого помещения бывших членов семьи собственника, подлежат применению положения части 3 статьи 83 Жилищного кодекса Российской Федерации, согласно которой в случае выезда нанимателя и членов его семьи в другое место жительства договор социального найма жилого помещения считается расторгнутым со дня выезда, если иное не предусмотрено федеральным законом.
В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от *** ### «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации», судам необходимо выяснить, по какой причине и как долго ответчик отсутствует в жилом помещении, носит ли его выезд из жилого помещения вынужденный характер (конфликтные отношения в семье, расторжение брака) или добровольный, временный (работа, обучение, лечение и т.п.) или постоянный (вывез свои вещи, переехал в другой населенный пункт, вступил в новый брак и проживает с новой семьей в другом жилом помещении и т.п.), не чинились ли ему препятствия в пользовании жилым помещением со стороны других лиц, проживающих в нем, приобрел ли ответчик право пользования другим жилым помещением в новом месте жительства, исполняет ли он обязанности по договору по оплате жилого помещения и коммунальных услуг и др.
При этом также необходимо учитывать, что отсутствие у гражданина, добровольно выехавшего из жилого помещения в другое место жительства, в новом месте жительства права пользования жилым помещением по договору социального найма или права собственности на жилое помещение само по себе не может являться основанием для признания отсутствия этого гражданина в спорном жилом помещении временным, поскольку согласно части 2 статьи 1 Жилищного кодекса Российской Федерации граждане по своему усмотрению и в своих интересах осуществляют принадлежащие им жилищные права. Намерение гражданина отказаться от пользования жилым помещением по договору социального найма может подтверждаться различными доказательствами, в том числе и определенными действиями, в совокупности свидетельствующими о таком волеизъявлении гражданина как стороны в договоре найма жилого помещения.
Судом установлено, что ФИО1 является собственником квартиры с кадастровым номером 33:19:020714:86, площадью 64 кв.м, расположенной по адресу: <...>, что подтверждается выпиской из Единого государственного реестра недвижимости от ***, материалами реестрового дела /л.д. 37-54/.
Основанием для регистрации права собственности на квартиру за истцом является договор купли-продажи квартиры от ***, заключенный между ФИО9, ФИО10, действующей от себя и от имени ФИО11, ФИО12 и ФИО2 и ФИО1, удостоверенный нотариусом Суздальского нотариального округа ФИО6 /л.д. 11/.
*** ФИО2 на основании договора дарения доли квартиры, удостоверенного нотариусом Суздальского нотариального округа ФИО6, подарил ФИО1 принадлежащую ему ? долю в праве общей долевой собственности на квартиру /л.д. 17/.
Пунктом 14 договора дарения предусмотрено, что ФИО1 в соответствии с законом несет бремя содержания указанной доли квартиры, а также бремя содержания общего имущества собственников помещений в многоквартирном доме.
Стороны настоящего договора заверяют, что в квартире, доля в праве общей долевой собственности на которую отчуждается по настоящему договору, зарегистрированы по месту жительства даритель ФИО2, одаряемый ФИО1, ФИО7, которые остаются зарегистрированными по месту жительства в указанной квартире и сохраняют за собой право пользования ею (п. 17 договора).
Согласно справке МУП «Суздальский фонд Имущества» от ***, сведениям ОВМ ОМВД России по Суздальскому району от *** следует, что в спорной квартире с *** по месту жительства зарегистрированы ФИО1, ФИО7, ФИО2 /л.д. 25, 69/.
На основании решения мирового судьи судебного участка №2 г. Суздаля и Суздальского района Владимирской области от*** брак ФИО2 и ФИО1 прекращен ***, что подтверждается свидетельством о расторжении брака /л.д. 26/.
Сведений о зарегистрированных правах ФИО2 на объекты недвижимого имущества в ЕГРН не имеется, о чем Федеральной службой государственной регистрации, кадастра и картографии представлено соответствующее уведомление /л.д. 67/.
В ходе судебного разбирательства установлено, что ответчик ФИО13 в спорной квартире не проживает, выехал из нее после расторжения брака. Между истцом и ответчиком в связи с расторжением брака имеется конфликтная ситуация, он добровольно в другое место жительства не выезжал, на праве собственности другого жилого помещения не имеет, фактически спорная квартира является для ФИО2 единственным постоянным местом жительства, от своих прав на проживание в квартире ответчик не отказывался, подарил свою долю в праве собственности на квартиру бывшей супруге, при этом при заключении договора дарения обязательство о снятии с регистрационного учета и выселении не давал. Более того, стороны договора дарения при его заключении достигли соглашения, что право пользования жилым помещением и регистрация ответчика в спорной квартире после отчуждения доли сохраняется. Из пояснений ответчика также следует, что вещи из квартиры принес ему сын, он добровольно квартиру не освобождал. Также он имеет намерение сохранить семью и проживать в жилом помещении. Ответчик не прекратил семейные отношения с несовершеннолетним сыном, отцом которого он является.
Свидетель ФИО14, сестра истца, в судебном заседании пояснила, что к маме ответчик переехал из-за произошедшего конфликта с истцом. После выезда ответчик периодически возвращался домой в состоянии алкогольного опьянения. В период болезни истца ФИО2 проживал в квартире. В настоящее время вещей ответчика в квартире не имеется.
В обоснование доводов искового заявления истец ссылается на то, что ответчик не несет бремя содержания расходов по оплате жилищно-коммунальных услуг.
Между тем отсутствие со стороны ответчика оплаты жилищно-коммунальных услуг в отношении спорной квартиры с учетом п. 14 договора дарения и установленных судом обстоятельств, само по себе не свидетельствует об утрате ответчиком права пользования жилым помещением, поскольку права истца в указанной части могут быть защищены в рамках иного, самостоятельного спора.
Обращения истца в полицию по поводу поведения бывшего мужа, как следует из материалов КУСП, свидетельствуют о конфликтных отношениях между бывшими супругами, что не является основанием для признания ответчика утратившим право пользования жилым помещением.
На основании изложенного, суд с учетом установленных по делу обстоятельств и приведенных выше норм права, приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований.
Руководствуясь статьями 194 – 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
решил:
исковое заявление ФИО1 ( ИНН <***>) к ФИО2 ((ИНН <***>) о признании утратившим право пользования жилым помещением – оставить без удовлетворения.
На решение может быть подана апелляционная жалоба во Владимирский областной суд через Суздальский районный суд Владимирской области в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.
Председательствующий Т.А. Загорная
Мотивированное решение изготовлено 5 сентября 2023 года.