Решение по делу № 2-307/2024 от 05.03.2025 - о взыскании материального ущерба и убытков в связи с дорожно-транспортным происшествием, признании сделки недействительной, взыскании судебных расходов.

Дело № 44RS0026-01-2024-000189-92

(№ 2-4/2025)

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

05 марта 2025 года г. Кострома

Димитровский районный суд г.Костромы в составе

председательствующего судьи Криулиной О.А.,

при секретаре Смирновой Я.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 и ФИО3 о взыскании материального ущерба и убытков в связи с дорожно-транспортным происшествием, признании сделки недействительной, взыскании судебных расходов,

установил:

ФИО1 обратился в суд с вышеуказанным иском к ФИО3 Исковые требования мотивированы тем, что 16.11.2023 в 22 час. 47 мин. на федеральной автодороге Р-243 Кострома-Шарья-Киров-Пермь водитель ФИО3, управляя автомобилем <данные изъяты>, совершил наезд на автомобиль <данные изъяты>, стоящий на обочине проезжей части по ходу своего движения с последующим съездом в кювет с правой стороны, столкнув автомобиль <данные изъяты> в кювет. В результате ДТП транспортные средства получили механические повреждения. Как указывал в своих объяснениях ФИО3, он управлял транспортным средством <данные изъяты>, и при разъезде с транспортным средством, двигавшимся во встречном направлении, увидел, что с правой стороны по ходу движения на обочине стояло транспортное средство <данные изъяты>, которое он поздно заметил, не стал выезжать на полосу встречного движения, чтобы избежать столкновения со встречным автомобилем, в результате чего задел транспортное средство <данные изъяты>, стоящее на обочине. Из содержания объяснений ФИО4, являвшегося водителем транспортного средства <данные изъяты> следует, что он остановил управляемое им транспортное средство, принадлежащее ФИО1, на обочине дороги ввиду его неисправности и ушел. При подсчете размера повреждений истцом было направлено ответчику уведомление с целью привлечения его к осмотру транспортного средства истца, а также для совместного установления повреждений, однако ответчик проигнорировал возможность участия. Согласно калькуляции по определению стоимости восстановительного ремонта материальный ущерб от действий ответчика составил 670580 руб. 61 коп. В связи с тем, что ответчик управлял транспортным средством без действующего страхового полиса ОСАГО, истец лишен возможности обратиться в страховую компанию за возмещением ущерба. Поэтому просил взыскать с ответчика ФИО3, как с причинителя вреда, ущерб в размере стоимости восстановительного ремонта транспортного средства 670580 руб. 61 коп., расходы по оплате госпошлины в размере 9906 руб., судебную неустойку в размере 1000 руб. за каждый день неисполнения ответчиком судебного решения.

По ходатайству представителя истца к участию в деле в качестве соответчика привлечен ФИО2, как собственник транспортного средства <данные изъяты>, на которого оно зарегистрировано в органах ГИБДД, а также в качестве третьего лица- водитель транспортного средства <данные изъяты>, ФИО4

В ходе судебного разбирательства истец неоднократно уточнял исковые требования, в последней редакции уточненного искового заявления истец просил: взыскать с ответчика ФИО2 в свою пользу стоимость восстановительного ремонта пострадавшего в результате ДТП транспортного средства в размере 492000 рублей за вычетом годных остатков, которые он оставляет за собой (599 000 руб.-107000руб.); расходы по оплате госпошлин; также просил признать договор купли-продажи автомобиля от 11.09.2023, заключенный между ФИО2 и ФИО3 недействительным; применить последствия недействительности сделки, а именно: вернуть стороны в первоначальное состояние- оставить ФИО2 собственником транспортного средства, обязать ФИО2 вернуть ФИО3 денежные средства в размере 100 000 руб., указанные в договоре купли-продажи, как цену договора, переданную ФИО3 ФИО2

Участники процесса извещены о времени и месте судебного разбирательства.

Истец ФИО1 в суд не явился, ведет дело через представителя. Представитель истца по доверенности ФИО5 исковые требования в редакции уточненного иска поддержала по приведенным в нем основаниям. Дополнительно указала, что представленный в материалы дела договор купли-продажи транспортного средства <данные изъяты> от 11.09.2023, заключенный между ФИО2 и ФИО6 является, по ее мнению, мнимой сделкой, перерегистрация которого на ФИО3 не произведена до сих пор, и в момент ДТП транспортное средство было зарегистрировано на ФИО2 Сделка является фиктивной, в пользу этого свидетельствуют несколько фактов, а именно: стоимость грузового автомобиля с указанием цены в размере 100 000 руб. значительно занижена против его рыночной стоимости в размере 947000 руб.; транспортное средство до настоящего времени не перерегистрировано на ФИО3; в связи с отсутствием факта снятия транспортного средства с регистрационного учета ФИО2 до настоящего времени производится оплата налога на спорное транспортное средство; при продаже транспортного средства стороны договора не внесли соответствующие записи в ПТС; ФИО3 и ФИО2 не доказан факт передачи денежных средств по договору купли-продажи: нет акта приема-передачи, чека или расписки о получении денежных средств. Относительно управления транспортным средством <данные изъяты> водителем ФИО4 суду пояснила, что ФИО1 попросил ФИО4 доставить груз, в пути автомашина сломалась, водитель созвонился с ФИО1, и тот предложил ему оставить транспортное средство до устранения поломки на обочине, поскольку дальше транспортное средство не могло самостоятельно передвигаться. В момент наезда на автомашину <данные изъяты> автомобиля <данные изъяты> водитель отсутствовал. ФИО1 узнал о ДТП, когда ему позвонили из ГИБДД.

Ответчик ФИО2 иск не признал, поскольку считает себя ненадлежащим ответчиком. По существу пояснил, что ФИО3 он знает давно, он у него работал, ему он и продал транспортное средство <данные изъяты> по договору купли-продажи от 11.09.2023. С финансовой точки зрения и передачи автомобиля договор был исполнен в день его подписания, но ФИО3 не поставил автомобиль на учет в ГИБДД. Автомашину он продал ФИО3 в надежде, что он будет ею заниматься и ездить, так как он (ФИО2) заканчивал свой бизнес с транспортными средствами. Куда и откуда ехал ФИО3 на автомашине <данные изъяты> в день ДТП, ему неизвестно. Автомобиль нуждался в ремонте для осуществления дальнейшей деятельности, но был в удовлетворительном техническом состоянии, в коммерческом использовании он не был, просто стоял, необходим был техосмотр. На автомашине отсутствовал тахограф, так как автомобиль им не эксплуатировался пять лет. Автомобиль он не снял с учета, так как у них с ФИО3 была договоренность не снимать машину с учета, так как если ее снять с учета, её невозможно будет перегнать, поскольку ФИО3 хотел ремонтировать автомашину в Москве, он хотел сделать из фургона грузовой эвакуатор, так как использование грузового фургона нерентабельно. Несмотря на то, что автомашина в течение пяти лет не была в коммерческом использовании, она регулярно заводилась, передвигалась с места на место, контролировалась тормозная система, сцепление и состояние двигателя, она передвигалась по базе. В момент передачи автомобиля по договору купли-продажи они с ФИО3 вместе заводили его, смотрели, проверяли, все работало.

Ответчик ФИО3 иск не признал, считает стоимость ремонта транспортного средства истца завышенной, денежные средства для выплаты стоимости восстановительного ремонта у него отсутствуют. Относительно передачи ему ФИО2 транспортного средства <данные изъяты> по договору купли-продажи от 11.09.2023 подтвердил изложенные ФИО2 обстоятельства. Дополнительно пояснил, что как таковые денежные средства в размере 100 000 руб. за автомашину он ФИО2 не передавал, но тот вычитал денежные средства в счет покупки из его зарплаты, так они договорились. По договору ОСАГО он автомашину не страховал, так как необходим был техосмотр, а его он не проходил, поскольку хотел сделать из грузового фургона эвакуатор, и эти работы он планировал производить в Москве. Поэтому по его просьбе, чтобы перегнать автомашину в другой город, ФИО2 не снимал ее с учета. Автомашина сейчас находится в Москве, сначала он её ремонтировал в одном автосервисе, где ему предоставили место, потом возникла необходимость перегнать автомашину с платной стоянки на бесплатную стоянку, поэтому был оформлен договор купли-продажи на ФИО7 от имени ФИО2, так как последний выехать в Москву не мог, и его он не ставил в известность об оформлении договора. Договор фактически был оформлен работником автосервиса, который ремонтировал и переоборудовал автомашину, которую он в настоящее время забрать не может, пока не рассчитается за ремонт.

Представитель ответчика ФИО3 по ордеру адвокат Короткова О.О. поддержала приведенные ответчиком ФИО3 доводы.

Третье лицо ФИО4 при надлежащем извещении в суд не явился, ходатайств не заявил.

В соответствии со ст. 167 ГПК РФ суд рассматривает дело в отсутствие неявившихся лиц.

Исследовав материалы дела, выслушав участников процесса, суд приходит к следующему.

Согласно ст.ст. 12, 56 ГПК РФ в состязательном процессе каждая сторона должна представить доказательства в обоснование тех обстоятельств, на которые она ссылается, как на основания своих требований и возражений.

В соответствии с подп. 6 п. 1 ст. 8 ГК РФ гражданские права и обязанности возникают вследствие причинения вреда другому лицу.

Обязательства вследствие причинения вреда регулируются главой 59 части второй ГК РФ.

В соответствии с п. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Согласно п. 1 ст. 1079 ГК РФ обязанность возмещения вреда, причиненного источником повышенной опасности, возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании…

В силу абз. 1 п. 3 ст. 1079 ГК РФ вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (статья 1064 ГК РФ).

Общие условия возникновения деликтного обязательства включают в себя факт неправомерного действия (бездействия) одного лица, наличие вреда у другого лица, причинную связь между ними (бремя доказывания на потерпевшем) и вину причинителя вреда (бремя доказывания на ответчике).

Согласно пунктам 1 и 2 ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Как следует из материалов дела, обозренного в суде в копиях материала об административном правонарушении и установлено судом, 16.11.2023 в 22 час. 20 мин. на 47 км федеральной автодороги Р-243 Кострома-Шарья-Киров-Пермь водитель ФИО3, управляя автомобилем <данные изъяты>, совершил наезд на автомобиль <данные изъяты>, загруженный пиломатериалами и стоящий на обочине проезжей части дороги с правой стороны по ходу движения с последующим съездом в кювет. В результате ДТП транспортные средства получили механические повреждения.

Определением инспектора ДПС ГДПС ОГИБДД МО МВД России «Островский» № 44АА № 033920 от 17.11.2023 было отказано в возбуждении дела об административном правонарушении на основании п.2 ч.1 ст. 24.5, ч.5 ст. 28.1 КоАП РФ в связи с отсутствие состава административного правонарушения, поскольку автомашина <данные изъяты> под управлением водителя ФИО3 совершила наезд на стоящее транспортное средство <данные изъяты>, в которой отсутствовал водитель.

Указанное определение обжаловалось ФИО1 в судебном порядке, однако определением Островского районного суда Костромской области (п. Судиславль) от 13.02.2024 по делу № 12-20/2024 производство по жалобе было прекращено в связи с отказом потерпевшего от жалобы.

Отсутствие факта привлечения участника ДТП к административной ответственности не исключает предъявления к нему деликтного иска, при рассмотрении которого для привлечения к гражданско-правовой ответственности вина ответчика устанавливается судом.

Так, согласно пункту 1.3 Правил дорожного движения Российской Федерации, утвержденных Постановлением Совета Министров Правительства Российской Федерации от 23 октября 1993 г. N 1090, участники дорожного движения обязаны знать и соблюдать относящиеся к ним требования Правил, сигналов светофоров, знаков и разметки, а также выполнять распоряжения регулировщиков, действующих в пределах предоставленных им прав и регулирующих дорожное движение установленными сигналами.

На дорогах установлено правостороннее движение транспортных средств (п. 1.4 ПДД РФ).

Участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда (п. 1.5 ПДД РФ).

Пунктом 7.1 Правил дорожного движения Российской Федерации предусмотрено, что аварийная световая сигнализация должна быть включена: при дорожно-транспортном происшествии; при вынужденной остановке в местах, где остановка запрещена; при ослеплении водителя светом фар; при буксировке (на буксируемом механическом транспортном средстве); при посадке детей в транспортное средство, имеющее опознавательные знаки "Перевозка детей", и высадке из него. Водитель должен включать аварийную световую сигнализацию и в других случаях для предупреждения участников движения об опасности, которую может создать транспортное средство.

Из содержания пункта 7.2 Правил дорожного движения Российской Федерации следует, что при остановке транспортного средства и включении аварийной световой сигнализации, а также при ее неисправности или отсутствии знак аварийной остановки должен быть незамедлительно выставлен: при дорожно-транспортном происшествии; при вынужденной остановке в местах, где она запрещена, и там, где с учетом условий видимости транспортное средство не может быть своевременно замечено другими водителями.

Этот знак устанавливается на расстоянии, обеспечивающем в конкретной обстановке своевременное предупреждение других водителей об опасности. Однако это расстояние должно быть не менее 15 м от транспортного средства в населенных пунктах и 30 м - вне населенных пунктов.

В соответствии с пунктом 12.1 Правил дорожного движения Российской Федерации остановка и стоянка транспортных средств разрешаются на правой стороне дороги на обочине, а при ее отсутствии - на проезжей части у ее края и в случаях, установленных пунктом 12.2 данных правил, - на тротуаре.

Согласно пункту 9.9 ПДД РФ, запрещается движение транспортных средств по разделительным полосам и обочинам, тротуарам и пешеходным дорожкам (за исключением случаев, предусмотренных пунктами 12.1, 24.2 - 24.4, 24.7, 25.2 Правил), а также движение механических транспортных средств (кроме мопедов) по полосам для велосипедистов. Запрещается движение механических транспортных средств по велосипедным и велопешеходным дорожкам. Допускается движение машин дорожно-эксплуатационных и коммунальных служб, а также подъезд по кратчайшему пути транспортных средств, подвозящих грузы к торговым и другим предприятиям и объектам, расположенным непосредственно у обочин, тротуаров или пешеходных дорожек, при отсутствии других возможностей подъезда. При этом должна быть обеспечена безопасность движения.

Водитель должен соблюдать такую дистанцию до движущегося впереди транспортного средства, которая позволила бы избежать столкновения, а также необходимый боковой интервал, обеспечивающий безопасность движения (п.9.10).

При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства (п. 10.1 ПДД РФ).

Поскольку ответчик ФИО3 оспаривал свою вину в ДТП, указав, что транспортное средство истца, стоявшее на обочине без соответствующих световых и других знаков, создало ему помеху для движения, которое он заметил в последний момент, и у него отсутствовала возможность избежать столкновения, так как на полосе встречного движения двигалось транспортное средство, поэтому он вынужденно задел автомашину истца, что повлекло съезд в кювет, судом по ходатайству представителя ответчика адвоката Коротковой О.О. была назначена судебная автотехническая экспертиза, проведение которой поручено эксперту ООО «Экспертный центр» ФИО8, на разрешение которого поставлены следующие вопросы: 1) Где располагалось место столкновения транспортных средств <данные изъяты>, и <данные изъяты>, 16.11.2023 около 22 час. 20 мин. на 47 км федеральной автодороги Р-243 Кострома-Шарья-Киров-Пермь? 2) Как располагались указанные выше транспортные средства в момент столкновения относительно края проезжей части? 3) Располагал ли водитель автомобиля <данные изъяты>, технической возможностью предотвратить наезд на автомобиль <данные изъяты> 4) С технической точки зрения, какими требованиями Правил дорожного движения РФ должны были руководствоваться водители транспортных средств (участников происшествия)? 5) С технической точки зрения, соответствовали ли их действия требованиям Правил дорожного движения РФ? 6) Чьи действия (действия кого из участников происшествия) послужили причиной возникновения дорожно-транспортного происшествия?

В заключении эксперта ООО «Экспертный центр» ФИО8 от 27.01.2025 № 1Э-2025 при ответе на первый вопрос указано, что определить в категоричной форме конкретные координаты места столкновения экспертным путем не представляется возможным, однако можно утверждать, что оно располагалось в непосредственной близости перед конечным положением левой части пиломатериалов, в поперечном направлении около дорожной разметки, определяющей правый край проезжей части. На вопрос № 2 эксперт ответил, что в момент контактного взаимодействия оба транспортных средств находились под некоторым углом к краю проезжей части: а) при условии, если место контактирования находилось на проезжей части у правого края проезжей части, то автомобиль <данные изъяты> большей частью находился на правой обочине, задний левый угол данного транспортного средства находился на проезжей части на расстоянии не более 30 см, а автомобиль <данные изъяты> полностью находился на правой полосе движения; б) при условии, если в момент контактирования автомобиль <данные изъяты> полностью находился на правой обочине, то в указанный момент времени автомобиль <данные изъяты> своей передней правой частью также находился на правой обочине. При ответе на третий вопрос эксперт предложил два варианта дорожно-транспортной ситуации. При первой ситуации, когда задняя левая часть автомобиля <данные изъяты> частично находилась на проезжей части, водитель автомобиля <данные изъяты> располагал технической возможностью предотвратить наезд на автомобиль <данные изъяты> не только путем применения экстренного торможения, но и путем применения плавного служебного торможения (при условии частичного положения автомобиля <данные изъяты> на проезжей части). Также отметил, что в данном случае свободная ширина правой полосы движения была достаточна для движения автомобиля <данные изъяты> с соблюдением безопасного бокового интервала до выступающего заднего левого габаритного угла стоящего автомобиля <данные изъяты> без выезда на сторону встречного движения и не требовала даже применения мер к торможению. При второй ситуации, если автомобиль <данные изъяты> на момент происшествия полностью находился за пределами проезжей части (на обочине), то в рассматриваемом случае предотвращение происшествия у водителя автомобиля <данные изъяты> зависело не от технической возможности, а от соблюдения требований пункта 9.9 ПДД РФ, с учетом пункта 9.10 ПДД РФ. При ответе на четвертый вопрос эксперт указал, что в рассматриваемой дорожно-транспортной ситуации водитель автомобиля <данные изъяты> должен был руководствоваться требованиями пунктов 7.1 и 7.2 ПДД РФ. Предложил два варианта рассматриваемой дорожно-транспортной ситуации. При первой ситуации, когда задняя левая часть автомобиля <данные изъяты> частично находилась на проезжей части и при наличии включенных габаритных огней, водитель автомобиля <данные изъяты> должен был руководствоваться требованиями пункта 9.10 ПДД РФ и абз. 2 п.10.1 ПДД РФ. При второй ситуации, когда автомобиль <данные изъяты> полностью находился на правой обочине и при наличии включенных габаритных огней, водитель автомобиля <данные изъяты> должен был руководствоваться требованиями пунктов 9.9, 9.10 ПДД РФ. При ответе на вопрос 5 эксперт указывает, что в рассматриваемом случае в действиях водителя автомобиля <данные изъяты> усматривается несоответствие действий требованиям пунктов 7.1. 7.2 ПДД РФ. Эксперт предложил два варианта дорожной ситуации: а) задняя левая часть автомобиля <данные изъяты> частично находилась на проезжей части с включенными габаритными огнями, в этом случае не только путем применения экстренного торможения или даже служебного, но и при движении с достаточным боковым интервалом (что не требовало применения мер к торможению при достаточности свободной ширины полосы движения), поэтому с технической точки зрения в действиях водителя автомобиля <данные изъяты> усматривается несоответствие действий требованиям пункта 9.10 и абз. 2 пункта 10.1 ПДД РФ; б) при условии полного нахождения автомобиля <данные изъяты> с включенными габаритными огнями на правой обочине, в действиях водителя автомобиля <данные изъяты> усматривается несоответствие действий требованиям пунктов 9.9, 9.10 ПДД РФ. При ответе на шестой вопрос эксперт указал, что экспертным путем установлено, что при развитии дорожно-транспортной ситуации в случаях 1 и 2 водитель автомобиля <данные изъяты> имел возможность предотвратить наезд на стоящий с включенными габаритными огнями автомобиль <данные изъяты>, и, соответственно, в действиях водителя автомобиля <данные изъяты> усматривается несоответствие требований ПДД РФ. Таким образом, в рассматриваемом случае несоответствие действий требованиям ПДД РФ находится в причинной связи с фактом ДТП. В данном случае, несмотря на отсутствие включенной аварийной сигнализации на автомобиле <данные изъяты> и выставлении знака аварийной сигнализации, автомобиль <данные изъяты> был обозначен включенными габаритными огнями. При таком условии видимость стоящего автомобиля <данные изъяты> была достаточной для определения его положения водителем DAF и другими участниками дорожного движения на дороге, тем самым имелась возможность предотвратить происшествие. Таким образом, в рассматриваемом случае с технической точки зрения несоответствие действий водителя автомобиля <данные изъяты> требованиям пунктов 7.1 и 7.2 ПДД РФ не находится в причинной связи с фактом ДТП.

В судебном заседании эксперт ФИО8 приведенные в экспертном заключении выводы поддержал.

Суд соглашается с экспертным заключением эксперта ООО «Экспертный центр» ФИО8, имеющего достаточный стаж работы и специальную квалификацию в области автотехники, что подтверждено документально, выводы которого являются последовательными, основаны на исследованных материалах, поэтому суд принимает его в качестве доказательства по делу и полагает возможным положить в основу решения.

Проанализировав представленные доказательства, оценив их по правилам ст. 67 ГПК РФ, суд приходит к выводу о нарушении водителем ФИО3 приведенных выше пунктов Правил дорожного движения РФ с установлением его вины в дорожно-транспортном происшествии. В то же время вины в ДТП водителя ФИО4, который оставил транспортное средство <данные изъяты> на обочине проезжей части дороги свое транспортное средство суд не усматривает, так как в его действиях нарушений ПДД РФ не установлено.

В силу ст. ст. 929, 931 ГК РФ, ст. ст. 4, 15 ФЗ «Об обязательном страховании ответственности владельцев транспортных средств» обязательным условием допуска транспортного средства к участию в дорожном движении является страхование владельцем транспортного средства риска гражданской ответственности по обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу других лиц. В случае заключения владельцем транспортного средства или выгодоприобретателем договора страхования, ответственность по возмещению вреда в пределах лимита ответственности несет страховщик.

Как установлено судом и не оспаривалось ответчиками, ответственность собственника транспортного средства <данные изъяты> по ОСАГО застрахована не была, поэтому ответственность по возмещению материального ущерба и убытков в силу закона возлагается на собственника транспортного средства или лиц, которые владеют источником повышенной опасности на праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании…

По сведениям УГИБДД УМВД России по КО транспортное средство <данные изъяты>, по состоянию на дату ДТП состояло на государственном регистрационном учете и было зарегистрировано за ФИО2

Ответчиком ФИО2 в материалы дела представлен договор купли-продажи от 11.09.2023, по условиям которого ФИО2 продает ФИО3 вышеуказанное транспортное средство за 100 000 руб.

Указанная сделка оспаривается истцом по основанию мнимости.

В соответствии с п. 1 ст. 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Согласно п. 1, 2 ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. Лицо, которое знало или должно было знать об основаниях недействительности оспоримой сделки, после признания этой сделки недействительной не считается действовавшим добросовестно. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида без намерения создать ее правовые последствия, ничтожна (п. 1 ст. 170 ГК РФ).

Как разъяснено в п. 86 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (пункт 1 статьи 170 ГК РФ). Следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним. Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ.

Как следует из материалов дела, несмотря на представленный в материалы дела договор купли-продажи от 11.09.2023 транспортного средства <данные изъяты>, ФИО2 по данным ГИБДД, начиная с 23.06.2015 и до настоящего времени, значится лицом, за которым оно зарегистрировано.

Кроме того, стороны договора, оформив договор купли-продажи, соответствующие записи в ПТС относительно смены собственника транспортного средства не внесли.

Факт подписания акта приема-передачи транспортного средства от 11.09.2023 о передаче его от ФИО2 ФИО3 с достоверностью не подтверждает передачу указанного транспортного средства в собственность последнего.

Факт уплаты денежных средств ФИО3 по исполнение договора купли-продажи также с достоверностью не подтвержден, так как представленные в материалы дела некие пометки и записи ФИО2, которые он представляет в качестве доказательства своих доводов об удержаниях в счет оплаты договора из заработной платы ФИО3 не отвечают положениям ст. 71 ГПК РФ о письменных доказательствах.

Соответчики ФИО2 и ФИО3 суду пояснили, что ФИО3 фактически осуществлял трудовую деятельность у ИП ФИО2, осуществляя перевозки грузов посредством автомобиля <данные изъяты>.

По запросу суда УГИБДД УМВД России по КО предоставлены сведения о привлечении к административной ответственности лиц с использованием автомашины <данные изъяты> со дня подписания ответчиками договора купли-продажи от 11.09.2023 и по день исполнения запроса, из содержания которых следует, что к административной ответственности при использовании указанного транспортного средства привлекались, как водитель ФИО3, так и собственник транспортного средства ФИО2

Так, соответчики ФИО2 и ФИО3 суду пояснили, что ФИО3 фактически осуществлял трудовую деятельность у ИП ФИО2, осуществляя перевозки грузов посредством автомобиля <данные изъяты>, поэтому транспортное средство использовалось, как ФИО2, так и ФИО3

Согласно предоставленной по запросу суда информации ООО «РТ-Инвест Транспортные системы», который осуществляет функции оператора государственной системы взимания платы за проезд по автомобильным дорогам общего пользования федерального значения транспортных средств, имеющих разрешенную максимальную массу свыше 12 тонн, транспортное средство <данные изъяты> с 19.11.2015 зарегистрировано в реестре СВП за владельцем (собственником) транспортного средства ФИО2 С 28.03.2016 за транспортным средством закреплено бортовое устройство № 50030270, 08.05.2020 устройство возвращено в ЦИИП г. Кострома в связи с истечением срока службы. 12.09.2023 указанное транспортное средство зарегистрировано в реестре СВП за ФИО3 на основании договора купли-продажи автомобиля от 11.09.2023, в период с 12.09.2023 по 10.09.2024 за данным транспортным средством было закреплено бортовое устройство № 725141024. 28.07.2024 транспортное средство заблокировано на расчетной записи и зарегистрировано в реестре за ФИО9 на основании договора купли-продажи автомобиля от 25.07.2024. С 28.07.2024 за транспортным средством закреплено бортовое устройство № 724017618.

Согласно представленному договору купли-продажи от 25.07.2024 ФИО2 продал ФИО9 транспортное средство <данные изъяты>, за 200 000 руб.

Таким образом, ФИО2 после оформлении договора и во время рассмотрения спора судом продолжал осуществлять контроль за указанным транспортным средством, совершив сделку по отчуждению его другому лицу.

Приведенные ответчиком ФИО3 доводы о том, что ему необходимо было перегнать автомашину с платной стоянки в г. Москве на бесплатную, для этого и оформлялся договор купли-продажи на ФИО9 являются голословными, непоследовательными, противоречащими ранее данным им объяснениям, согласно которым он указывал на договоренность с ФИО2 не снимать транспортное средство с учета в ГИБДД с целью его перемещения для ремонта в другой регион.

Проанализировав представленные доказательства и оценив их по правилам ст. 67 ГПК РФ, суд полагает требования истца о признании договора купли-продажи транспортного средства от 11.09.2023 мнимой сделкой обоснованными и подлежащими удовлетворению. Мнимая сделка является ничтожной, она недействительна с момента ее совершения и не порождает юридических последствий, на которые была направлена. Следовательно, переход права собственности на транспортное средство от ФИО2 к ФИО3 не состоялся, достоверных доказательств передачи денежных средств ФИО3 ФИО2 по договору не представлено.

Поскольку судом не установлено, что ФИО3, как водитель транспортного средства <данные изъяты>, управлял им в момент ДТП на законном основании, ответственность за причинение ущерба и убытков в результате ДТП несет собственник транспортного средства ФИО2

Для определения стоимости восстановительного ремонта транспортного средства судом по делу была назначена судебная автотовароведческая экспертиза, проведение которой поручено эксперту ИП ФИО10

Согласно экспертному заключению № 104-24 от 20.06.2024 по 02.07.2024 стоимость восстановительного ремонта транспортного средства <данные изъяты>, пострадавшего в ДТП от 16.11.2023, без учета износа составляет 764 354 руб. Так как стоимость восстановительного ремонта превышает его рыночную стоимость в размере 599 000 руб., в рассматриваемом случае наступила его полная гибель. Стоимость годных остатков составляет 107000 руб.

Суд соглашается с экспертным заключением ИП ФИО10, имеющего специальную квалификацию в области оценки стоимости восстановительного ремонта и оценки транспортного средства, что подтверждено документально, выводы которого являются последовательными, сравнительный анализ исследований которого приведен в экспертном заключении.

Требования истца заявлены непосредственно к причинителю вреда на основании положений ст. ст. 15,1064, 1079 ГК РФ, согласно которым потерпевший имеет право на полное возмещение причиненных ему материального ущерба и убытков.

Так как стоимость восстановительного ремонта транспортного средства превышает его рыночную стоимость, размер убытков составит: (стоимость транспортного средства в доаварийном состоянии) 599 000 руб. - годные остатки 107000 руб.=492000 руб., которые подлежат взысканию с ответчика ФИО2 в пользу истца.

В силу ч.1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований.

Судебные расходы состоят из госпошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела (ч. 1 ст. 88 ГПК РФ).

К издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе, и другие признанные судом необходимыми расходы (ст. 94 ГПК РФ).

Истцом понесены расходы по оплате госпошлины при подаче иска на основании чека-ордера ПАО Сбербанк от 31.01.2024 размере 9906 руб.

Вместе с тем, принимая во внимание разъяснение, данное в п.22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 г. N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела", о том, что в случае изменения размера исковых требований после возбуждения производства по делу при пропорциональном распределении судебных издержек следует исходить из размера требований, поддерживаемых истцом на момент принятия решения по делу, поэтому, исходя из уменьшенной истцом цены иска в уточненном исковом заявлении, по правилам расчета, предусмотренным п.п.1,3 п.1 ст.333.19 НК РФ, взысканию с ответчика в пользу истца подлежат расходы по оплате госпошлины в размере 8120 руб., а также госпошлина в связи с предъявлением иска неимущественного характера в размере 300 руб. согласно квитанции об оплате АО «Тинькофф Банк» от 03.08.2024.

С учетом положений ст. ст. 333.20, 333.40 НК РФ в связи с уменьшением истцом размера исковых требований возвратить истцу из бюджета часть уплаченной при подаче иска госпошлины в размере 1786 руб.

Поскольку в ходе рассмотрения дела судом были назначены две судебные экспертизы, денежные средства за проведение которых сторонами были перечислены на лицевой счет УСД в КО в размере соответственно 25000 руб. за выполнение экспертизы ИП ФИО10 и 40000 руб. за выполнение экспертизы экспертом ООО «Экспертный центр» ФИО8, денежные средства на основании заявлений экспертов и счетов на оплату подлежат перечислению Управлением Судебного департамента в Костромской области на их расчетные счета по реквизитам, указанным в резолютивной части решения.

С ответчика ФИО2, как с проигравшей стороны, в пользу истца подлежат взысканию понесенные расходы по оплате судебной экспертизы, выполненной ИП ФИО10, в размере 25000 руб.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

решил:

Исковые требования удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца г. <адрес>, (ИНН №) в пользу ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца г. Костромы (СНИЛС № в возмещение материального ущерба и убытков в связи с дорожно-транспортным происшествием 492 000 рублей, в возмещение расходов по оплате госпошлины 8420 рублей, в возмещение расходов по оплате судебной экспертизы 25000 рублей, а всего: 525 420 (пятьсот двадцать пять тысяч четыреста двадцать) рублей.

Признать недействительным договор купли-продажи транспортного средства <данные изъяты> от 11 сентября 2023 года между ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженцем <адрес>, и ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженцем <адрес>.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Возвратить ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженцу <адрес> (СНИЛС №) из бюджета госпошлину в размере 1786 рублей.

Управлению Судебного департамента в Костромской области перечислить денежные средства в сумме 25000 (двадцать пять тысяч) рублей в счет оплаты за судебную экспертизу, назначенную определением Димитровского районного суда г. Костромы от 25.04.2024 по гражданскому делу УИД № 44RS0026-01-2024-000189-92, (№ 2-4/2025), с лицевого счета УФК по Костромской области (Управление Судебного департамента в Костромской области, лицевой счет №), на расчетный счет ИП ФИО10 ФИО23 (ИНН № ОГРНИП №).

Реквизиты для перечисления денежных средств ИП ФИО10 ФИО23 (ИНН № ОГРНИП №) счет № № БИК № в Костромском отделении № 8640 ПАО Сбербанк, кор. счет №.

Управлению Судебного департамента в Костромской области перечислить денежные средства в сумме 40000 (сорок тысяч) рублей в счет оплаты за судебную экспертизу, назначенную определением Димитровского районного суда г. Костромы от 15.11.2024 по гражданскому делу УИД № 44RS0026-01-2024-000189-92, (№ 2-4/2025), с лицевого счета УФК по Костромской области (Управление Судебного департамента в Костромской области, лицевой счет №), на расчетный счет ООО «Экспертный центр» (ИНН № ОГРН №)

Реквизиты для перечисления денежных средств: ООО «Экспертный центр» (ИНН № ОГРН №): счет № № БИК № КПП №, кор. счет № в Костромском отделении № 8640 ПАО Сбербанк.

Решение может быть обжаловано в Костромской областной суд через Димитровский районный суд г. Костромы в течение месяца со дня изготовления мотивированного решения.

Судья – О.А. Криулина

Мотивированное решение изготовлено 19 марта 2025 года