УИД №74RS0025-01-2024-000296-44
Дело №5-4/2025
ПОСТАНОВЛЕНИЕ
по делу об административном правонарушении
с.Миасское 04 марта 2025 года
Судья Красноармейского районного суда Челябинской области Слащева А.А., при секретаре Кузмичёвой Е.В.
с участием лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, ФИО1,
представителя заинтересованного лица ФИО2,
рассмотрев в судебном заседании в помещении Красноармейского районного суда Челябинской области дело об административном правонарушении, предусмотренном частью 1 статьи 12.24 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, в отношении
ФИО1, родившегося ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, гражданина РФ, русским языком владеющего, состоящего в зарегистрированном браке, иждивенцев не имеющего, не работающего, зарегистрированного по адресу: <адрес>, проживающего по адресу: <адрес>,
УСТАНОВИЛ:
Согласно протоколу 74НА 257250 от 04 марта 2024 года об административном правонарушении ФИО1 23 января 2024 года в 18 час. 25 мин. на <адрес>, управляя автомобилем Лада Гранта, государственный номер №, в пути следования не выбрал безопасную дистанцию до впереди движущегося транспортного средства Трактор Беларус 82.1, государственный №, под управлением ФИО3, в результате чего произошло столкновение, чем нарушил п.9.10 ПДД РФ. В результате ДТП пассажиру автомобиля Лада Гранта ФИО4 был причинен легкий вред здоровью.
ФИО1 в судебном заседании с протоколом не согласился, свою вину в нарушении правил дорожного движения не признал. Пояснил, что трактор ехал справа, в момент дтп транспортные средства находились на одной полосе, полосе попутного движения.
Представитель заинтересованного лица ФИО2 в судебном заседании указали на нарушение ФИО1 п. 9.10 ПДД РФ. Пояснила, что в момент дтп транспортные средства находились на одной полосе, полосе попутного движения.
Заинтересованное лицо ФИО3 в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом.
Исследовав материалы дела, заслушав пояснения участников процесса, судом установлено следующее.
Согласно ч.1 ст.12.24 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях – нарушение Правил дорожного движения или правил эксплуатации транспортного средства, повлекшее причинение легкого вреда здоровью потерпевшего, - влечет наложение административного штрафа в размере от двух тысяч пятисот до пяти тысяч рублей или лишение права управления транспортными средствами на срок от одного года до полутора лет.
Обязательными признаками объективной стороны предусмотренной ч.1 ст. 12.24 КоАП РФ состава административного правонарушения, совершенного водителями транспортных средств, являются нарушение водителем транспортного средства Правил дорожного движения или правил эксплуатации транспортного средства, наступление неблагоприятных последствий в виде причинения вреда здоровью иного лица и прямая (непосредственная) причинно-следственная связь между данным нарушением и наступившим вредом.
Пунктом 9.10 ПДД РФ предусмотрено, что водитель должен соблюдать такую дистанцию до движущегося впереди транспортного средства, которая позволила бы избежать столкновения, а также необходимый боковой интервал, обеспечивающий безопасность движения.
В ходе составления протокола об административном правонарушении ФИО1 отрицал факт совершения им каких-либо действий, которые подлежат квалификации по ч.1 ст.12.24 КоАП РФ.
Достаточных доказательств его вины, материалы дела не содержат.
Из письменных объяснений ФИО3 от 23 января 2024 года следует, что он управлял транспортным средством МТЗ-82.1, государственный №, двигался со включенным ближним светом фар и проблесковым маячком по автодороге <адрес>, скорость движения была 20 км/час, видимость с места водителя – 300 метров. Проезжая часть сухой, мокрый асфальт. Двигаясь по участку дороги на 6 км, ему необходимо было заправить транспортное средство. Слева по ходу движения находилась АЗС Газпромнефть, в связи с чем он заблаговременно включил указатель левого поворота и, не доехав до поворота на АЗС, почувствовал сильный удар в заднюю часть транспортного средства, от которого оно опрокинулось набок и его разорвало на две части. Он вылез из транспортного средства и увидел, что в его заднюю часть въехал автомобиль Лада Гранта, в котором за рулем находился мужчина, женщина находилась на переднем пассажирском сиденье (л.д.7).
Согласно письменных объяснений ФИО1 от 23 января 2024 года, он управлял автомобилем Лада Гранта, государственный номер №, двигался по автодороге <адрес> со скоростью 90 км/час. Видимость с места водителя была 400 метров, проезжая часть обработана ПГН составом, участок дороги освещен искусственно. Погода - без осадков, темное время суток. По ходу его движения был установлен знак «Полоса разгона». Проезжая мимо заправки «Газпром» примерно на расстоянии 400 метров впереди него двигался автомобиль Беларус, который внезапно начал смещение вправо к обочине и резко совершил поворот налево (разворот). Автомобиль ФИО1 при нажатии на тормоз не реагировал. Во избежание столкновения он предпринял опережение по левой стороне, так как на обочине лежали сугробы, но избежать столкновения не удалось (л.д.8).
Согласно письменным объяснениям потерпевшей ФИО4 от 23 января 2024 года в 18 час. 25 мин. она ехала в сторону дома по направлению <адрес>, была пассажиром в автомобиле Лада Гранта. В связи с ударом головы, как произошло ДТП не помнит, очнулась уже после столкновения.
Согласно актам 74 АО 467362 и 74 АО 467363 состояния алкогольного опьянения у ФИО3 и ФИО1 соответственно не установлено состояние опьянения (л.д. 10-13).
Из схемы места совершения административного правонарушения от 23 января 2024 года усматривается, и не оспаривается сторонами, что столкновение произошло на расстоянии 2,7 м от правого края полосы, по которой двигались оба транспортных средства. Ширина проезжей части 6,7 м (от обочины до обочины). Разделительная полоса в схеме не указана. Столкновение произошло на правой полосе движения, то есть на полосе движения транспортных средств (6,7:2=3,35 м). На схеме отображены следы трактора, пересекающие полосу движения транспортных средств, иные следы и следы торможения не указаны (л.д.6).
Из схемы дислокации дорожных знаков и дорожной разметки в месте ДТП следует, что она соответствует схеме места совершения административного правонарушения.
В соответствии с протоколом осмотра 74АА 017045 установлено наличие следов трактора левой стороны на его полосе движения от <адрес> в сторону <адрес>, следов торможения не установлено; все транспортные средства находятся на встречной полосе от <адрес> в сторону <адрес> (л.д.15-18).
В результате ДТП потерпевшая ФИО4 поступила в ГБУЗ «Районная больница с.Миасское» 23 января 2024 года в 18:2 час. с диагнозом: ЗЧМТ, множественные ушибы (л.д.19).
Заключением эксперта № 31 от 27 февраля 2024 года установлено, что у ФИО5 имели место ссадины, раны на лице, субконъюнктивальное кровоизлияние правого глаза, кровоподтек правого коленного сустава. Указанные повреждения причинили легкий вред здоровью, по признаку кратковременного его расстройства (п. 8.1 Приказа № 194н от 24 апреля 2008 года МЗСР РФ «Об утверждении медицинских критерием определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», Правил определения степени тяжести вреда причиненного здоровью человека, утвержденных постановлением Правительства РФ от 17 августа 2007 года № 522) (л.д.33-35).
В ходе судебного заседания ФИО1 представил заключение специалиста ИП ФИО6 №01/02/24-1, согласно выводам которого первичной зоной контакта транспортных средств, поврежденных в дорожно-транспортном происшествии от 23 января 2024 года <адрес>, является передняя часть автомобиля Лада Гранта, государственный номер № с левой боковой частью Трактора МТЗ-82, государственный №, а именно передним левым колесом. Механизм данного дорожно-транспортного происшествия соответствует обстоятельствам, указанным в объяснении водителя автомобиля Лада Гранта. Обстоятельства, указанные в объяснении водителя Трактора МТЗ-82 не соответствуют механизму дорожно-транспортного происшествия. Действия водителя Трактора МТЗ-82 стали причиной дорожно-транспортного происшествия, так как он нарушил п. 1.3, 1.5, 8.1, 8.5 ПДД РФ. Нарушение Правил дорожного движения водителем автомобиля Лада Гранта не обнаружено (л.д.56-96).
Приходя к указанным выводам, специалистом были проанализированы фотоснимки с места ДТП, осуществлен выезд на место происшествия, выполнено трасологическое исследование следов на автомобиле Лада и Тракторе, сопоставление и определение контактных пар, произведено моделирование фаз происшествия.
Так, сопоставив повреждения (дугообразную деформацию) в передней части автомобиля Лада с повреждениями переднего левого колеса (диска) трактора, специалист указал, что элементы передней части автомобиля Лада, на которых усматривается дугообразная деформация, контактировали с передним левым колесом трактора; также данный факт подтверждается отчетливым следом на капоте автомобиля Лада от боковой наружной части шины переднего левого колеса трактора; на переднем гос.номере автомобиля Лада видны следы от переднего левого диска трактора, а в боковой правой части - следы от протектора задней левой шины трактора. Поскольку первичный контакт автомобиля Лада произошел передней частью транспортного средства с левой боковой частью трактора, а именно с передним левым колесом, специалист счел, что такое возможно лишь тогда, когда трактор находился под достаточно большим углом к автомобилю Лада. Далее после контакта транспортных средств по силе инерции их развернуло по часовой стрелке: трактор от левого бокового удара разрушило пополам, задняя часть (кабина) опрокинулась на левый бок; автомобиль Лада развернуло, и так как он обладал большей скоростью, вынесло через встречную полосу за пределы дорожного полотна на обочину. Трактор во время контакта с автомобилем Лада находился под углом, достаточным для того, что автомобиль Лада смог ударить его в переднее левое колесо, а это возможно лишь если бы трактор выезжал с правой дополнительной полосы, нарушая п. 1.3, 1.5, 8.1, 8.5 ПДД РФ.
По мнению специалиста, версия дорожно-транспортного происшествия, описанная в объяснении водителя трактора, несостоятельна по нескольким причинам: повреждения на автомобиле Лада не соответствуют по форме, размера и высотам с предполагаемым следообразующим объектом (задняя лопата, задние колеса и т.д.), разрушение трактора пополам при ударе сзади маловероятно, конечное расположение транспортных средств после контакта находилось бы в ином месте. В свою очередь, анализируя и исследуя следы в передней и боковой правой части автомобиля Лада и боковой левой части трактора, видно полное соответствие по направлению деформирующей силы, расположению в пространстве и сходство по форме и строению.
На указанное выше заключение специалиста №01/02/24-1, выполненное ИП ФИО6, заинтересованным лицом ФИО3 представлена рецензия №067-24, подготовленная ИП ФИО7, согласно которой специалистом не в полной мере исследованы все предоставленные материалы, в заключении имеются противоречия, следовательно, выводы являются необоснованными, несостоятельными и нелогичными (л.д.140-150).
В связи с тем, что каждый из участников ДТП по поводу обстоятельств ДТП давал различные объяснения, представляя соответствующие заключения и рецензии специалистов, определением судьи Красноармейского районного суда Челябинской области от 15 мая 2024 года по делу была назначена судебная автотехническая экспертиза, производство которой было поручено экспертно-криминалистическому центр ГУ МВД России по Челябинской области (л.д.192-195).
В соответствии с заключением №323 эксперта ЭКЦ ГУ МВД России по Челябинской области Л.А.А. на прямом участке дороги произошло столкновение транспортных средств - автомобиля Лада, гос.номер № и трактора Беларус 82.1, гос.№. Первоначальное взаимодействие (соударение) произошло между передней, средней и правой частью автомобиля Лада и левой частью переднего отвала и левым передним колесом трактора Беларус. Вторичной зоной контактного взаимодействия явилась правая боковая часть автомобиля Лада на уровне переднего правого крыла, передней и задней правых дверей, с левой боковой частью трактора Беларус на уровне левой подножки и левого заднего колеса. В результате соударения произошло разделение трактора по уровню картера сцепления на переднюю и заднюю части. Возникновение подобных повреждений и последующих разрушений трактора характерно для образования при условно перекрестном столкновении транспортных средств, при приложении ударного воздействия к трактору движущимся и имеющим определённую массу объектом, которым могло быть транспортное средство; в момент первоначального взаимодействия продольные оси транспортных средств располагались относительно друг друга под углом около 75 градусов; по характеру удара столкновение являлось передним блокирующим для автомобиля Лада и левым боковым для трактора Беларус; экспертным путем установить расположение места столкновения между трактором и автомобилем не представляется возможным в связи с низкой информативностью предоставленных исходных данных. С технической точки зрения, место столкновение между трактором и автомобилем возникло до начала зафиксированного следа и может располагаться на правой, по ходу их движения, стороне проезжей части; экспертным путем установить фактическое положение транспортных средств на проезжей части в момент их столкновения, а соответственно, в категоричной форме определить траектории их сближения перед столкновением, не представляется возможным; выявленные общие признаки с учетом установленного угла столкновения и конечного положения транспортных средств, свидетельствуют о том, что к моменту столкновения трактор осуществлял смещение в левую сторону. С технической точки зрения, в случае, если бы к моменту столкновения смещение в правую сторону осуществлял водитель автомобиля Лада, то результирующая сила была бы направлена в правую, по ходу движения транспортных средств, сторону, а, соответственно, конечное их положение было бы иным;
Кроме того, сопоставляя механизм развития рассматриваемой дорожно-транспортной ситуации с показаниями водителей автомобиля и трактора, эксперт счел, что показания водителя трактора Беларус 82.1 о механизме его перемещения и характере соударения противоречат общим объективным условиям развития механизма данного дорожно-транспортного происшествия, то есть являются с технической точки зрения не состоятельными. В то же время, показания водителя автомобиля Лада о характере сближения и столкновения транспортных средств не противоречат установленному механизму развития рассматриваемого дорожно-транспортного происшествия (л.д.206-219).
В соответствии со статьей 24.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях задачами производства по делам об административных правонарушениях являются всестороннее, полное, объективное и своевременное выяснение обстоятельств каждого дела, разрешение его в соответствии с законом, обеспечение исполнения вынесенного постановления, а также выявление причин и условий, способствовавших совершению административных правонарушений.
Согласно статье 26.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях по делу об административном правонарушении выяснению подлежат, в частности, наличие события административного правонарушения, лицо, совершившее противоправные действия (бездействие), за которые настоящим Кодексом или законом субъекта Российской Федерации предусмотрена административная ответственность, виновность лица в совершении административного правонарушения, иные обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела.
Таким образом, с учетом установленных в ходе рассмотрения дела обстоятельств в их совокупности и взаимосвязи, суд приходит к выводу об отсутствии в действиях ФИО1 нарушений ПДД РФ в произошедшем 23 января 2024 года дорожно-транспортном происшествии, которые привели к причинению легкого вреда здоровью потерпевшей ФИО4
Согласно выводам судебного эксперта ЭКЦ ГУ МВД России по Челябинской области Л.А.А., аналогичным выводам, изложенным в заключении специалиста А.А.С., показания водителя трактора Беларус 82.1 гос.№, с технической точки зрения являются несостоятельными, тогда как показания водителя автомобиля Лада, гос.номер № о характере сближения и столкновения транспортных средств, не противоречат установленному механизму развития дорожно-транспортной ситуации. Поскольку первоначальное взаимодействие (соударение) транспортных средств произошло между передней, средней и правой частью автомобиля Лада и левой частью переднего отвала и левым передним колесом трактора Беларус, следовательно, ударное взаимодействие было передним блокирующим для автомобиля Лада и условно левым, боковым для трактора, при этом продольные оси транспортных средств в момент первоначального соударения располагались под достаточно большим углом.
В соответствии с п. 6 ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ производство по делу об административном правонарушении не может быть начато, а начатое производство подлежит прекращению в связи с истечением срока давности привлечения к административной ответственности.
Исчисляемый с 23 января 2024 года срок давности привлечения к административной ответственности, предусмотренный ст. 4.5 КоАП РФ для данной категории дел, истек 23 января 2025 года, так как правонарушение не является длящимся, поэтому административное производство в отношении ФИО1 подлежит прекращению.
На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 24.5, 29.10, ст. 29.11 КоАП РФ, судья
ПОСТАНОВИЛ :
Производство по делу о привлечении ФИО1 к административной ответственности по ч.1 ст.12.24 КоАП РФ прекратить на основании п. 6 ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ, в связи с истечением срока давности привлечения к административной ответственности.
Постановление может быть обжаловано в Челябинский областной суд в течение десяти дней со дня вручения или получения копии постановления, путем подачи жалобы через Красноармейский районный суд Челябинской области.
Судья А.А. Слащева
: