Судья Сердюкова Ю.Н.
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ
уг. №22-1495/2023
г. Астрахань 17 августа 2023 г.
Суд апелляционной инстанции Астраханского областного суда в составе:
председательствующего Иваненко Е.В.,
при секретаре Мардановой А.Ш.,
с участием государственного обвинителя Даудовой Р.Р.,
представителя потерпевшего ФИО5,
осужденного ФИО2,
адвоката Сердюкова Д.Е.,
рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам осужденного ФИО2 и адвоката Сердюкова Д.Е. на приговор Ленинского районного суда г. Астрахани от ДД.ММ.ГГГГ, которым
ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец <адрес>, не судимы,
осужден по ч. 5 ст. 159 УК РФ к 450 часам обязательных работ, с лишением, на основании ч. 3 ст. 47 УК РФ, права заниматься деятельностью, связанной с выполнением организационно-распорядительных и административно-хозяйственных функций в коммерческих и иных организациях, не являющихся государственными органами, органами местного самоуправления, государственными и муниципальными учреждениями на срок 1 год.
Выслушав осужденного ФИО2 и адвоката Сердюкова Д.Е., просивших об удовлетворении апелляционных жалоб, мнение государственного обвинителя Даудовой Р.Р. и представителя потерпевшего ФИО5, возражавших против доводов жалоб, суд апелляционной инстанции
установил:
ФИО2 признан виновным в мошенничестве, сопряженном с преднамеренным неисполнением договорных обязательств в сфере предпринимательской деятельности, с причинением АО «Тандер» значительного ущерба на сумму 260833,33 руб.
Преступление совершено в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в г. Астрахани при обстоятельствах, изложенных в приговоре.
В судебном заседании ФИО2 виновным себя не признал.
В апелляционной жалобе и дополнениях к ней осужденный ФИО2 ставит вопрос об отмене приговора, ввиду существенного нарушения уголовно-процессуального закона, неправильного применения уголовного закона, несправедливости назначенного наказания.
В обоснование указывает, что в его действиях отсутствует состав инкриминированного ему деяния, поскольку и следствием и судом установлено, что все работы согласно коммерческому предложению были выполнены. Не заключение им, как подрядчиком трудового договора с исполнителями этих работ, основанием для привлечения его к уголовной ответственности не является, поскольку согласно договору с Заказчиком, он был вправе, по согласованию с последним, привлекать к выполнению работ третьих лиц.
Обращает внимание, что умысел на совершение мошенничества у него отсутствовал и представленными доказательствами не подтвержден, а сведения о многолетней договорной деятельности между ООО «АС-Партнер» и АО «Тандер» без нареканий со стороны Заказчика, оставлены судом без внимания. Какие-либо данные, свидетельствующие об отсутствии у него намерений или возможности исполнить договорные обязательства, также отсутствуют.
Отмечает, что судебное разбирательство проведено с обвинительным уклоном, судом нарушены принципы равноправия и состязательности сторон.
В частности, несмотря на отказ стороны обвинения от допроса свидетеля ФИО6, суд по собственной инициативе допросил его посредством видеоконференц-связи, не указав в протоколе о способе допроса свидетеля. Отсутствуют в материалах дела и сведения об извещении свидетеля о дате судебного разбирательства и заявка на организацию видеоконференц-связи.
Об обвинительном уклоне суда, по мнению осужденного, свидетельствует и указание в описательно-мотивировочной части приговора о наличии у него умысла на хищение чужих денежных средств путем обмана с использованием своего служебного положения, что не вменялось ему в обвинение. Подтверждается наличие у суда обвинительного уклона, по его мнению, и тем, что суд пытался возложить на него обязанность уведомления о проведении им аудио-фиксации судебного разбирательства.
Вместе с этим указывает, что уголовное дело возбуждено с нарушением требований закона – по заявлению не уполномоченного на то лица, полномочия которого надлежащим образом не подтверждены. По мнению осужденного, ФИО8 при подаче заявления использована поддельная доверенность. В допросе ФИО7 для проверки этого обстоятельства, судом необоснованно отказано.
Ссылаясь на лингвистическое исследование копии доверенности, представленной в материалы дела, полагает, что у ФИО8 отсутствовали полномочия для подачи заявления на возбуждение уголовного дела от имени АО «Тандер». Отказ суда в приобщении заключения специалиста по исследованию указанной доверенности, также считает незаконным.
Необоснованной полагает и ссылку суда в приговоре на договорную политику ГК ПАО «Магнит», поскольку данный документ утвержден ДД.ММ.ГГГГ, тогда как ему в обвинение вменяется совершение преступления в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.
Акт о приемке выполненных работ от ДД.ММ.ГГГГ считает недопустимым доказательством и результатом подмены, что по его мнению подтверждается протоколами выемки от ДД.ММ.ГГГГ и осмотра от ДД.ММ.ГГГГ.
Недопустимым доказательством, по мнению осужденного, является и выписка о движении денежных средств по расчетному счету ООО «АС-Партнер», как добытая следствием в нарушение ст. 165 УПК РФ.
Заключение почерковедческой экспертизы № также не отвечает требованиям допустимости, поскольку содержит только вероятностные выводы. При этом он, вопреки утверждениям суда в приговоре, не указывал на то, что самолично изготовил и подписал указанные документы, его позиция была противоположной.
Назначенное наказание, как основное, так и дополнительное, считает чрезмерно суровым, виды и размер которых, назначен без учета данных о его личности и влияния наказания на дальнейшее существование ООО «АС-Партнер», обращая при этом внимание на то, что государственный обвинитель, участвующий в деле просил назначить ему наказание в виде штрафа.
Просит приговор отменить и направить дело на новое судебное разбирательство.
В апелляционной жалобе и дополнениях к ней адвокат ФИО9 ставит вопрос об отмене приговора, ввиду существенного нарушения уголовно-процессуального закона, неправильного применения уголовного закона и несправедливости назначенного ФИО2 наказания, приводя доводы, аналогичные доводам жалобы осужденного.
Вместе с этим указывает, что уголовное дело возбуждено и расследовано с нарушением территориальной подследственности, а также рассмотрено с нарушением правил подсудности, установленных уголовно-процессуальным законом, поскольку в ходе судебного разбирательства установлено, что все документы, послужившие основанием для перечисления денег АО «Тандер» за выполненные работы, были составлены и представлены в <адрес> Республики Калмыкия, а оплата проведена со счета в <адрес>. При этом ссылка в приговоре на разъяснения Пленума Верховного Суда РФ в п. 5.1 постановления № от ДД.ММ.ГГГГ является необоснованной, поскольку данные изменения внесены в названное постановление ДД.ММ.ГГГГ, т.е. после принятия судом первой инстанции решения о передаче уголовного дела по подсудности. При этом утверждения суда о том, что во всех документах по правоотношениям между АО «Тандер» и ООО «АС-Партнер» указан фактический адрес последнего по <адрес> не соответствуют материалам дела.
Ссылаясь на показания представителя потерпевшего ФИО10, свидетелей ФИО11 и ФИО12 считает вывод суда о принятии решения об оплате работ, выполненных ООО «АС-Партнер» в Астраханском филиале АО «Тандер», не соответствующим фактическим обстоятельствам.
Давая подробную оценку заключению эксперта ФИО22 и представленным им документам об образовании, ставит под сомнение его выводы, полагая, что представленные документы, свидетельствуют об отсутствии у него образования по специальности, по которой он проводил экспертное исследование.
Обращает внимание, что суд исказил доводы защиты, приводимые в обоснование незаконности экспертного заключения, а также нарушил их права, что выразилось в отсутствии в материалах дела приобщенного ими письма ФГКУ «Судебно-экспертный центр СК РФ» на обращение о разъяснении ряда вопросов в отношении производства судебных строительно-технических экспертиз.
Полагает, что экспертом в заключении искажены поставленные следователем вопросы и самостоятельно установлен период исследования с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. При этом, по мнению защиты эксперт вышел за рамки своих полномочий, не исследовав работы по второму вводу кабельной линии трансформаторной подстанции на сумму 310 тыс. рублей, которые были выполнены ООО «АС-Партнер» и оплаты по которой не поступило. С вопросами в новой редакции сторона защиты в порядке ст. 195, 198 УПК РФ не была ознакомлена, права постановки на разрешение эксперта дополнительных вопросов, с учетом конкретизации периода производства работ, также лишена.
Отмечает, что судом оставлены без внимания доводы защиты о несоответствии заключения требованиям УПК РФ и Федерального закона «О государственной судебно-экспертной деятельности в РФ», поскольку экспертом фактически дана оценка показаниям подозреваемого и свидетелей, которые в соответствии с положениями ГОСТа, не являются объектами экспертизы.
Подробно приводя перечень использованных экспертом нормативных актов и, давая им свою оценку указывает, что большая часть из них не имеет отношения к проводимому исследованию, некоторые из них указаны в недействующей редакции, утратили силу либо вообще не существуют. Исчерпывающих ответов, интересующих сторону защиты, экспертом в суде также не дано.
Ссылаясь на показания свидетелей ФИО11, ФИО12 и ФИО13 считает, что выводы суда о производстве работ по ремонту кабельной линии в рамках договора от ДД.ММ.ГГГГ голословны, поскольку не основаны на положениях договора, неверно истолкованных судом.
Отмечает, что приговор подлежит отмене и в связи с неправильным применением уголовного закона, поскольку исходя из приговора, ФИО2 привлечен к уголовной ответственности не за преднамеренное неисполнение договорных обязательств в сфере предпринимательской деятельности, а в связи с не заключением с лицами, выполнявшими работы трудовых и гражданско-правовых договоров. И соответственно квалификация его действий по ч. 5 ст. 159 УК РФ, является неверной.
Обращает внимание, что в приговоре также не раскрыты объективная и субъективная стороны состава преступления, вмененного ФИО2, в частности в чем именно выразился обман потерпевшей стороны. И соответственно не установлены значимые для квалификации действий осужденного обстоятельства.
Просит приговор отменить и направить дело на новое судебное разбирательство.
В возражениях на апелляционные жалобы, государственный обвинитель Фролов В.Ю. считает приговор законным, обоснованным, справедливым и не подлежащим изменению и отмене.
Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб и возражений на них, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.
Доводы жалоб о необоснованном осуждении ФИО2 за совершение инкриминируемого ему преступления, а также обоснование приговора недопустимыми и противоречивыми доказательствами, суд апелляционной инстанции не может признать убедительными.
В заседании суда первой инстанции осужденный ФИО2 отрицал свою причастность к хищению денежных средств АО «Тандер», утверждая, что все работы согласно коммерческому предложению были выполнены.
Несмотря на занятую осужденными позицию, суд первой инстанции сделал обоснованный вывод о его виновности в совершении инкриминируемого преступления, который подтверждается достаточной совокупностью допустимых и достоверных доказательств, собранных на предварительном следствии, исследованных в судебном заседании с участием сторон, и подробно изложенных в приговоре.
Так, в соответствии с решением № от ДД.ММ.ГГГГ, единственным учредителем ООО «АС-Партнер» является ФИО2 Он же директор.
Согласно Уставу, цель деятельности Общества – извлечение прибыли в интересах его участников. Единственным участником Общества является ФИО2, который вправе без доверенности действовать от имени Общества, представлять его интересы и совершать сделки, выдавать доверенности на право представительства от имени Общества, издавать приказы о назначении, увольнении и переводе работников, распоряжаться имуществом Общества, распределять прибыль, а также осуществлять иные полномочия по управлению Обществом.
Таким образом ФИО2, осуществляя общее руководство ООО «АС-Партнер» на основе единоначалия, выполнял управленческие функции в коммерческой организации и обладал организационно-распорядительными и административно-хозяйственными полномочиями.
В соответствии с договором № АсФ/13153/19 от ДД.ММ.ГГГГ между ООО «АС-Партнер» в лице директора ФИО2 и АО «Тандер» в лице директора Астраханского филиала в <адрес> ФИО15 (адрес филиала: <адрес>А), ООО «АС-Партнер» взяло на себя обязательства по техническому обслуживанию, аварийному и текущему ремонту, модернизации помещений гипермаркетов Магнит», прилегающей территории, инженерных систем и оборудования объектов, указанных в приложении №, в том числе в <адрес> по ул. <адрес> Цена договора определена с учетом НДС по ставке 20% и включает в себя, в том числе, стоимость дополнительных работ по сметным расчетам (п. 3.1).
Пунктом 3.16 Договора, предусмотрены дополнительные работы по согласованию с Заказчиком, порядок выполнения которых установлен п. 3.6, включающим в себя выполнение, в том числе, аварийных ремонтов. Порядок оплаты таких работ установлен п. 3.12.
Порядок выполнения указанных работ, их оплаты, предусмотрены и дополнительным соглашением от ДД.ММ.ГГГГ к указанному договору.
В соответствии с единоличным решением АО «Тандер» от ДД.ММ.ГГГГ ООО «АС-Партнер» поручен ремонт кабельной линии первого ввода на объекте <адрес> по пр. <адрес>, в соответствии с коммерческим предложением от ДД.ММ.ГГГГ. Сметой по указанному ремонту от ДД.ММ.ГГГГ предусмотрены сроки и объемы этих работ, их стоимость (313 тыс. рублей, включая НДС 52166, 67 руб.).
О том, что выполнение ремонта кабельной линии первого ввода на объекте в <адрес>, напрямую вытекало из договора № АсФ/13153/19 от ДД.ММ.ГГГГ, помимо показаний представителя потерпевшего ФИО10 и свидетеля ФИО11, подтверждается счетом на оплату этих работ № от ДД.ММ.ГГГГ (со справкой об их стоимости и понесенных затратах № от ДД.ММ.ГГГГ), выставленного в рамках указанного договора, а также актом № от ДД.ММ.ГГГГ о принятии этих работ ФИО12
При таких данных, все доводы жалоб о том, что работы по ремонту первого ввода кабельной линии на трансформаторной подстанции на объекте в <адрес> по ул. <адрес> не охватывались договором № АсФ/13153/19 от ДД.ММ.ГГГГ, и как следствие, отсутствуют договорные отношения в сфере предпринимательской деятельности между ООО «АС-Партнер» в лице ФИО1 и АО «Тандер», признаются судом апелляционной инстанции не состоятельными, о чем верно указал суд в приговоре.
Согласно протоколу выемки от ДД.ММ.ГГГГ, специалистом службы безопасности Астраханского филиала АО «Тандер» ФИО17 выданы оригиналы следующих документов: акта о приемке выполненных работ от ДД.ММ.ГГГГ, справки о стоимости выполненных работ и затрат № от ДД.ММ.ГГГГ, сметы на ремонт кабельной линии от ДД.ММ.ГГГГ, счета-фактуры № от ДД.ММ.ГГГГ и договора № АсФ/13153/19 от ДД.ММ.ГГГГ.
Данное доказательство свидетельствует о том, что стороной по спорному договору № АсФ/13153/19 от ДД.ММ.ГГГГ, в рамках которого предусмотрено выполнение работ по ремонту первого ввода кабельной линии на объекте в <адрес>, выступил Астраханский филиал АО «Тандер», адрес которого указан по <адрес>.
Это же доказательство подтверждает факт представления ФИО2 Заказчику вышеуказанных документов на оплату именно в Астраханский филиал, откуда они и были выданы его представителем.
О том, что денежные средства в размере 313 тыс. рублей за выполнение работ, предусмотренных вышеназванными документами, в полном объеме оплачены АО «Тандер» и получены ООО «АС-Партнер», подтверждается платежным поручением № от ДД.ММ.ГГГГ.
Между тем, согласно выводам эксперта в заключении № АН/0422/229 от ДД.ММ.ГГГГ инженерно-технической судебной экспертизы, фактический объем выполненных работ внутренних инженерных сетей ЛЭП (трансформаторная 10 кВ) в <адрес> ГМ Магнит Элиста-1 составляет 149000 рублей. При этом фактические объемы выполненных работ по ремонту этих сетей силами ООО «АС-Партнер» - равны нулю. Сумма несоответствия между актом о приемке выполненных работ № от ДД.ММ.ГГГГ и фактическими объемами и стоимостью выполненных работ составляет 164000 рублей.
Факт того, что ООО «АС-Партнер» не понесло никаких затрат по ремонту первого ввода кабельной линии на объекте в <адрес>, подтвержден и показаниями свидетелей ФИО18, ФИО19 и ФИО20, которые утверждали, что к выполнению указанных работ были привлечены ФИО12 ФИО1 им не знаком. Каких-либо договоров на выполнение работ с ними не заключалось. Работы до настоящего времени не оплачены. Объемы работ, указанные в акте приемки завышены.
В свою очередь свидетель ФИО21 – инженер по эксплуатации АО «Тандер» на объекте Магнит Элиста-1, показал, что привлек вышеназванных лиц к ремонту кабельной линии по просьбе ФИО2, Обществу которого, как аккредитованному подрядчику АО «Тандер», в соответствии с коммерческим предложением, было поручено их выполнение. По результатам работ поломка была устранена. В связи с чем, он впоследствии подписал акты приемки этих работ. При приемке работ, представитель ООО «АС-Партнер» участия не принимал.
Оценив эти, и другие подробно приведенные в приговоре доказательства, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что ФИО2 как руководитель коммерческой организации, целью деятельности которой является систематическое извлечение прибыли, умышленно не исполнил взятые на себя обязательства по договору № АсФ/13153/19, похитив, путем обмана денежные средства АО «Тандер», причинив ему значительный ущерб в сумме 260833,33 руб.
Обман, как способ хищения, выразился в предоставлении сотрудникам Заказчика в лице Астраханского филиала АО «Тандер», содержащих ложные сведения о выполнении работ силами ООО «АС-Партнер» акта о приемке работ № от ДД.ММ.ГГГГ, счета на оплату от ДД.ММ.ГГГГ и справки о стоимости этих работ №, ставших основанием для перечисления денежных средств по договору на счет возглавляемого им Общества.
Об умысле ФИО2 на преднамеренное неисполнение договорных обязательств с целью хищения денежных средств АО «Тандер», свидетельствуют установленные судом обстоятельства совершения преступления, исходя из которых, при заключении договора с Заказчиком, ООО «АС-Партнер» не имел в своем распоряжении как квалифицированной рабочей силы, так и специального оборудования на выполнение такого рода работ. Договорные отношения с субподрядчиками, вопреки утверждениям осужденного, у него также отсутствовали. Работы, выполненные лицами, привлеченными к этому ФИО21 в объеме меньшем, чем заявлено ФИО2 в документах, послуживших основанием для их оплаты, им не оплачены и каких-либо затрат не понесено.
При таких данных, действия ФИО2 по ч. 5 ст. 159 УК РФ квалифицированы верно. Оснований для иной правовой оценки не имеется.
Ссылка защиты на наличие у АО «Тандер» задолженности перед ООО «АС-Партнер» за выполнение работ по ремонту второго ввода кабельной линии после указанных в обвинении событий, не свидетельствует об отсутствии в действиях ФИО2 состава мошенничества.
Доводы ФИО2 об обвинительном уклоне суда, со ссылкой на указание в приговоре совершения им преступления с использованием служебного положения, не состоятельны, поскольку как это видно из приговора, в квалификацию его действий указанный квалифицирующий признак не вменялся. Отсутствует указание на этот признак и в описании преступного деяния, признанного судом доказанным.
Вопреки доводам жалоб, оценка доказательств проведена судом в соответствии с требованиями ст. 17, 87, 88 УПК РФ с точки зрения относимости, допустимости, достоверности и достаточности для вынесения обвинительного приговора.
Каких-либо противоречий, ставящих под сомнение выводы суда о виновности ФИО2, исследованные и положенные судом в основу приговора доказательства не содержат и подвергать эти выводы сомнению, у суда апелляционной инстанции оснований не имеется.
Доводы защиты о нарушениях закона при сборе этих доказательств не состоятельны, о чем правильно указано в приговоре.
Оснований ставить под сомнение выводы инженерно-технической судебной экспертизы у суда не имелось,
Из материалов дела следует, что нормы главы 27 УПК РФ, определяющие порядок назначения и проведения судебной экспертизы, соблюдены. Отводов экспертам экспертного учреждения АНО «Независимый центр правовой помощи, судебных экспертиз и иных исследований», стороной защиты не заявлялось, сомнений в их компетентности на досудебной стадии не высказывалось.
Заключение эксперта соответствует требованиям ст. 204 УПК РФ.
В материалах дела содержатся документы, подтверждающие, что эксперт ФИО22 имеет высшее техническое образование по специальности «Кораблестроение, океанотехника и системотехника объектов морской инфраструктуры», с присвоением квалификации – морской инженер, имеющий стаж работы в области строительства – свыше 20 лет, что свидетельствует о наличии у него необходимой квалификации для проведения порученного ему экспертного исследования.
Будучи допрошенным в суде, эксперт ФИО22 дал полные и аргументированные ответы на поставленные ему вопросы, относящиеся к предмету экспертизы, в том числе, стороны защиты.
Приложенный к заключению сертификат соответствия судебного эксперта, вопреки суждению адвоката ФИО9, не является документом об образовании, а подтверждает признание в установленном порядке права эксперта ФИО22 на проведение экспертизы в сфере исследования строительных объектов, их отдельных фрагментов, инженерных систем, оборудования и коммуникаций с целью установления объема качества и стоимости выполненных работ, использованных материалов и изделий.
И в этой связи, ссылка защиты на ответы Министерства образования об отсутствии у АНО «Институт Экспертно-Аналитических исследований «Вектор» (выдавшей указанный сертификат) лицензии на осуществление образовательной деятельности в подтверждение своих доводов о некомпетентности эксперта, является необоснованной.
Проведение экспертом ФИО22 инженерно-строительной экспертизы, при наличии вышеприведенных диплома и сертификата, не противоречит требованиям закона.
Не являются основанием для признания указанного заключения эксперта недопустимым и доводы защиты об указании экспертом ряда нормативных документов (Конституции РФ, УПК РФ, Федерального закона «О государственной судебно-экспертной деятельности в РФ») в предыдущих редакциях, поскольку не влияют на выводы эксперта и не ставят их под сомнение.
Приказ Минюста РСФСР от ДД.ММ.ГГГГ №, в номере которого экспертом допущена явная техническая ошибка, вопреки утверждениям адвоката, является и ныне действующим.
Доводы защитника об использовании экспертом нормативных документов, не относящихся к предмету исследования, какими-либо данными не подтверждены, и в этой связи отвергаются судом апелляционной инстанции.
Его же доводы об оценке экспертом ФИО22 показаний свидетелей при проведении исследования, лишены оснований, поскольку таковой в заключении эксперта не содержится. Сведения об объемах выполненных работ, содержащиеся в показаниях свидетелей, приняты экспертом во внимание и нашли свое подтверждение при непосредственном исследовании им объекта экспертизы, что не противоречит требованиям закона.
Надуманны и доводы защиты об искажении экспертом вопросов, поставленных на его разрешение следователем и самостоятельном установлении периода исследования – с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, поскольку в постановлении о назначении экспертизы, следствием указан именно этот период совершения преступления, что в совокупности с положениями п. 4 ч. 3 ст. 57 УПК РФ позволяло эксперту ответить на вопросы хотя и не поставленные следователем в постановлении о назначении экспертизы, но имеющие отношение к предмету экспертного исследования.
Не имелось у суда оснований ставить под сомнение и выводы эксперта-почерковеда по причине их вероятностного характера, поскольку сам ФИО2 в суде не отрицал, что акт выполненных работ и справку об их стоимости изготовил лично (л.д. 40 т. 9).
Уголовное дело в отношении ФИО2, вопреки утверждениям защиты, расследовано органом предварительного следствия и рассмотрено судом с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, в соответствии с принципами состязательности и равноправия сторон, которым судом была предоставлена возможность для реализации их прав и законных интересов.
Вопреки доводам ФИО2 показания свидетеля ФИО6 судом для доказывания не использовались, о чем прямо указано в приговоре. При этом, о форме его допроса (посредством видео-конференц-связи) содержится указание в протоколе судебного заседания (л.д. 117 т. 9).
Замечание председательствующего стороне защиты о не уведомлении суда о проведении аудиофиксации судебного разбирательства, не может расцениваться как обвинительный уклон суда.
Оснований считать, что уголовное дело возбуждено по заявлению лица, не уполномоченного на право представления интересов потерпевшей организации, не имеется, поскольку полномочия заявителя – ФИО8 подтверждены соответствующей доверенностью, предусматривающей право ФИО8 представлять интересы АО «Тандер» по уголовным делам. Иная оценка данной доверенности, приводимая осужденным и защитником, является их субъективным мнением и не ставит под сомнение полномочия представителя потерпевшего.
Доводы осужденного о поддельности данной доверенности голословны и опровергаются ответом, полученным судом апелляционной инстанции о выдаче таковой ФИО8 президентом ПАО «Магнит» Управляющей организации АО «Тандер» ФИО7 (л.д. 150 т. 10).
Утверждения в жалобах о нарушении правил территориальной подследственности и подсудности несостоятельны. Уголовное дело расследовалось СЧ СУ УМВД России по <адрес> на основании ч. 8 ст. 151 УПК РФ (л.д. 178 т. 2).
Территориальная подсудность уголовного дела определена правильно, поскольку действия осужденного, направленные на обман (с целью хищения) сотрудников Астраханского филиала АО «Тандер», совершены им по <адрес> <адрес>, куда и представлены документы на оплату, содержащие заведомо ложные сведения о выполненных работах.
О том, что эти документы были представлены ФИО2 именно в Астраханский филиал АО «Тандер», свидетельствует и указание его адреса (<адрес>А <адрес>) в справке о стоимости выполненных работ.
При таких обстоятельствах, все доводы, приводимые защитой в обоснование своей позиции о нарушениях следствием и судом правил подследственности и подсудности, предусмотренных уголовно-процессуальным законом, судом апелляционной инстанции отвергаются.
Всем иным доводам защиты, приведенным в жалобах и в судебном заседании апелляционной инстанции, судом первой инстанции дана надлежащая оценка, не согласиться с которой оснований не имеется.
Вопреки доводам апелляционных жалоб, судом при назначении ФИО2 наказания, как основного, так и дополнительного, был соблюден принцип справедливости, содержащийся в ст. 6 УК РФ. Наказание назначено в соответствии с требованиями ст. 6, 43, 60 УК РФ, с учетом характера и степени общественной опасности содеянного, данных о личности, влияния назначенного наказания на его исправление и условия жизни его семьи, всех имеющихся смягчающих наказание обстоятельств.
Доводы осужденного о том, что при назначении наказания суд не учел мнение государственного обвинителя и назначил более строгое наказание, чем предложено последним, не состоятельны, поскольку в силу ч. 5 ст. 246 УПК РФ гособвинитель наделен лишь правом высказывать суду предложения по назначению подсудимому наказания. Между тем, в силу ч. 7 ст. 292 УПК РФ, предлагаемые им формулировки, не имеют для суда обязательной силы, поскольку п. 1 ч. 1 ст. 29 УПК РФ разрешение вопросов о признании лица виновным в совершении преступления и назначении ему наказания отнесено к исключительной компетенции суда.
Существенных нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену и изменение приговора, не допущено.
На основании изложенного и руководствуясь ст. 38920, 38928, 38933 УПК РФ, суд апелляционной инстанции
Постановил:
Приговор Ленинского районного суда г. Астрахани от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО2 оставить без изменения, а апелляционные жалобы осужденного и адвоката - без удовлетворения.
Постановление вступает в законную силу в день его вынесения и может быть обжаловано в Четвертый кассационный суд общей юрисдикции в порядке, установленном главой 471 УПК РФ в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу.
В случае подачи кассационной жалобы осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции.
Председательствующий подпись Е.В. Иваненко