Дело № 2а-252/2023

УИД 56RS0033-01-2023-000105-45

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

10 марта 2023 года г. Орск

Советский районный суд г. Орска Оренбургской области в составе:

председательствующего судьи Васильева А.И.,

при секретаре Кичигиной Н.А.,

с участием административного истца ФИО1, представителя административных ответчиков федерального казенного учреждения «Исправительная колония №3 Управления Федеральной службы исполнения наказания по Оренбургской области», Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Оренбургской области, Федеральной службы исполнения наказаний ФИО2, заинтересованного лица ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело по административному исковому заявлению ФИО1 к федеральному казенному учреждению «Исправительная колония №3 Управления Федеральной службы исполнения наказания по Оренбургской области», Управлению Федеральной службы исполнения наказаний по Оренбургской области, Федеральной службе исполнения наказаний, министерству финансов Российской Федерации о компенсации морального вреда, причиненного ненадлежащими условиями содержания под стражей в виде необоснованного увольнения и длительным непредставлением оплачиваемой работы,

установил:

ФИО1 обратился в суд с вышеназванным административным исковым заявлением указав, что с 21 декабря 2021 года отбывает наказание, назначенное приговором суда, в ФКУ ИК-3 УФСИН России по Оренбургской области. 22 февраля 2022 года его приняли на оплачиваемую работу в должности портного второго разряда. С 19 мая 2022 года он переведен на должность дневального. На основании приказа №252-ос от 31 мая 2022 года уволен с занимаемой должности с 03 июня 2022 года. При этом администрация ФКУ ИК-3 УФСИН России по Оренбургской области трудоустроила его на должность кухонного рабочего второго разряда только 04 октября 2022 года. Полагает, что незаконным увольнением и длительным непредставлением оплачиваемой работы ему причинен моральный вред. Просит признать незаконными действия ФКУ ИК-3 УФСИН России по Оренбургской области по увольнению его с оплачиваемой работы и бездействие, выразившееся в длительном непредставлении оплачиваемой работы. Взыскать с Российской Федерации в лице ФСИН России за счет средств казны 100 000 руб. в качестве компенсации морального вреда.

Определением от 19 января 2023 года судом к участию в деле привлечен прокурор Советского района г. Орска для дачи заключения.

Определением от 09 февраля 2023 года судом к участию в деле в качестве заинтересованных лиц привлечены ФИО3, ФИО4

Административный истец ФИО1, участвовавший в судебном заседании посредством системы видеоконференц-связи, заявленные требования поддержал. Подтвердил, что им заявлены требования о присуждении компенсации за нарушение условий содержания в исправительном учреждении в порядке ст. 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации. Требования основаны на нарушении ФКУ ИК-3 УФСИН России по Оренбургской области положений ст. 103 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации. Полагал, что его увольнение с должности дневального в июне 2022 года являлось необоснованным, основывалось не предвзятом к нему отношении со стороны должностных лиц ФКУ ИК-3 УФСИН России по Оренбургской области. У него не истребовали объяснений, не ознакомили с результатами проверки. В феврале 2023 года его привлекли к дисциплинарной ответственности за отсутствие на рабочем месте, и при этом установленная законом процедура была соблюдена. Полагал довод ФКУ ИК-3 УФСИН России по Оренбургской области об отсутствии в учреждении в период с 03 июня 2022 года по 03 октября 2022 года рабочих мест необоснованным. Ему известно о наличии рабочих мест в указанный период, которые по причине предвзятого к нему отношения со стороны администрации учреждения предоставлялись вновь прибывшим в колонию лицам. В результате бездействия ФКУ ИК-3 УФСИН России по Оренбургской области по необеспечению его оплачиваемой работой он не имел возможности погашать задолженности по возбужденным в отношении него исполнительным производствам. Просил иск удовлетворить.

В судебном заседании представитель административных ответчиков ФКУ ИК-3 УФСИН России по Оренбургской области, УФСИН по Оренбургской области и ФСИН России ФИО2, действующая на основании доверенностей, возражала против удовлетворения заявленных требований. Пояснила, что ФИО1 уволен с оплачиваемой работы приказом №252-ос от 31 мая 2022 года на основании рапортов должностных лиц исправительного учреждения за ненадлежащее выполнение обязанностей, выразившееся в форме неумения и неспособности выполнять предоставленную работу. К дисциплинарной ответственности ФИО1 в июне 2022 года не привлекался, поэтому обязанность истребовать от него письменные объяснения у сотрудников учреждения отсутствовала. Полагала, что административный истец подменяет понятия дисциплинарной ответственности, к которой он привлекался в феврале 2023 года за невыход на работу и неспособность выполнять должностные обязанности. Также пояснила, что в период с 04 июня 2022 года по 03 октября 2022 года в ФКУ ИК-3 УФСИН России по Оренбургской области отсутствовали рабочие места. Согласно штатному расписанию, в 2022 году в учреждении было 326 должностей. В период с июня по август 2022 года к работе привлекались от 446 до 460 человек. Несоответствие количества привлеченных к работе лиц штатному расписанию вызвано тем, что некоторые осужденные, обеспеченные рабочими местами, привлекались, с их согласия, к работе в несколько смен в связи с поступлением большого заказа. Пояснила, что ФИО1 привлекли к оплачиваемому труду при появлении рабочего места.

В судебном заседании заинтересованное лицо ФИО3 возражал против удовлетворения заявленных требований. Пояснил, что состоит в должности начальника отдела по воспитательной работе ФКУ ИК-3 УФСИН России по Оренбургской области. В период с 19 мая по 03 июня 2022 года осужденный ФИО1 работал дневальным. Истец недобросовестно относился к труду, ненадлежащим образом убирал вверенную ему территорию. В связи с тем, что многочисленные замечания по данному факту, сделанные им и сотрудником ИК ФИО4 не принесли результата, на имя начальника колонии составились рапорты с просьбой уволить ФИО1 с занимаемой должности, которые были удовлетворены. К дисциплинарной ответственности в июне 2022 года ФИО1 не привлекался, поэтому истребовать у него письменные объяснения у сотрудников учреждения отсутствовала. Подтвердил, что в период с 04 июня 2022 года по 03 октября 2022 года в ФКУ ИК-3 УФСИН России по Оренбургской области отсутствовали свободные рабочие места. Также пояснил, что у сотрудников учреждения отсутствуют предвзятые отношения к ФИО1 ФКУ ИК-3 УФСИН России по Оренбургской области максимально заинтересовано в том, чтобы все осужденные имели оплачиваемую работу. Довод ФИО1 о наличии у него преимущества в очереди на работу перед вновь прибывшими в колонию лицами является необоснованным, поскольку какой-либо график трудоустройства лиц, отбывающих наказание, законом не предусмотрен. Просил в иске отказать.

Представитель административного ответчика министерства финансов Российской Федерации, прокурор Советского района г. Орска, заинтересованное лицо ФИО4 в судебное заседание не явились, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом.

Суд, выслушав участников судебного разбирательства, исследовав письменные материалы дела, приходит к следующему выводу.

Согласно части 1 статьи 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации лицо, полагающее, что нарушены условия его содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, одновременно с предъявлением требования об оспаривании связанных с условиями содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих в порядке, предусмотренном настоящей главой, может заявить требование о присуждении компенсации за нарушение установленных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении.

Частью 2 статьи 12.1 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации установлено, что компенсация за нарушение условий содержания осужденного в исправительном учреждении присуждается исходя из требований заявителя, с учетом фактических обстоятельств допущенных нарушений, их продолжительности и последствий и не зависит от наличия либо отсутствия вины органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих.

В соответствии с пунктом 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 года №47 нарушение условий содержания является основанием для обращения лишенных свободы лиц за судебной защитой, если они полагают, что действиями (бездействием), решениями или иными актами органов государственной власти, их территориальных органов или учреждений, должностных лиц и государственных служащих нарушаются или могут быть нарушены их права, свободы и законные интересы (статья 46 Конституции Российской Федерации).

Статьей 9 Закона Российской Федерации от 21 июля 1993 года №5473-1 «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы» предусмотрено, что финансовое обеспечение функционирования уголовно-исполнительной системы является расходным обязательством Российской Федерации.

Из содержания подпункта 6 пункта 3 Положения о Федеральной службе исполнения наказаний, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 13 октября 2004 года №1314, следует, что задачей ФСИН России является создание осужденным и лицам, содержащимся под стражей, условий содержания, соответствующих нормам международного права, положениям международных договоров Российской Федерации и федеральных законов.

Право на получение компенсации ФИО1 связывает с нарушением его прав ввиду необоснованного увольнения и длительным непредставлением оплачиваемой работы.

Из материалов дела следует, что ФИО1 прибыл в ФКУ ИК-3 УФСИН России по Оренбургской области 21 декабря 2021 года для отбытия наказания по приговору Октябрьского районного суда г. Орска Оренбургской области от 06 октября 2021 года.

Справкой ФКУ ИК-3 УФСИН России по Оренбургской области подтверждается, что 22 февраля 2022 года ФИО1 принят на должность портного второго разряда, с 19 мая 2022 года переведен на дневального.

В соответствии с подпунктом 2 пункта 71 Минимальных стандартных правил обращения с заключенными, утвержденных Конгрессом ООН по предупреждению преступности и обращению с правонарушителями от 30 августа 1955 года, все осужденные обязаны трудиться в соответствии с их физическими и психическими способностями, удостоверенными врачом.

Согласно Европейским пенитенциарным правилам (утверждены Комитетом министров Совета Европы 11 января 2006 года) труд в пенитенциарном учреждении следует рассматривать в качестве позитивного элемента режима содержания заключенных (пункт 1 правила 26).

В силу части 2 статьи 11 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации осужденные обязаны соблюдать требования федеральных законов, определяющих порядок и условия отбывания наказаний, а также принятых в соответствии с ними нормативных правовых актов.

Неисполнение осужденными возложенных на них обязанностей влечет установленную законом ответственность (часть 6 статьи 11 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации).

В силу части 2 статьи 9 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации общественно полезный труд является одним из основных средств исправления осужденных.

В части 1 статьи 103 вышеназванного кодекса установлено, что каждый осужденный к лишению свободы обязан трудиться в местах и на работах, определяемых администрацией исправительных учреждений. Администрация исправительных учреждений обязана привлекать осужденных к труду с учетом их пола, возраста, трудоспособности, состояния здоровья и, по возможности, специальности, а также исходя из наличия рабочих мест. Осужденные привлекаются к труду в центрах трудовой адаптации осужденных и производственных (трудовых) мастерских исправительных учреждений, на федеральных государственных унитарных предприятиях уголовно-исполнительной системы и в организациях иных организационно-правовых форм, расположенных на территориях исправительных учреждений и (или) вне их, при условии обеспечения надлежащей охраны и изоляции осужденных.

По смыслу данных положений гражданин, осужденный к лишению свободы, становится занятым трудом на основании приговора суда, а не в силу ст. 15 Трудового кодекса Российской Федерации, согласно которой трудовые отношения между работником и работодателем возникают по соглашению между ними.

Согласно ч. 1 ст. 102, ст. 103, ч. 1 ст. 104, ч. 1 ст. 105 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации законодательство Российской Федерации о труде распространяется на осужденных лишь в части материальной ответственности, продолжительности рабочего времени, правил охраны труда, техники безопасности, производственной санитарии, оплаты труда.

Согласно ч. 3 ст. 129 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации труд осужденных регулируется законодательством Российской Федерации о труде, за исключением правил приема на работу, увольнения с работы и перевода на другую работу.

Таким образом, трудоустройство, перевод на другую работу, а также увольнение лица, отбывающего наказание, производятся по усмотрению администрации исправительного учреждения, исходя из его возможностей и потребностей, а также в целях выполнения основной задачи исправительных учреждений - исправление осужденных.

В силу специфики отбывания осужденными наказания в виде лишения свободы к спорным правоотношениям не подлежат применению положения Трудового кодекса Российской Федерации, а к правоотношениям сторон при разрешении дела подлежат применению положения Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации в рамках порядка привлечения осужденных к труду.

При этом привлечение лиц, осужденных к лишению свободы, к труду в период отбывания наказания не являются трудовыми отношениями, характеризующимися добровольностью труда и основанными непосредственно на соглашении между работником и работодателем, не регулируются трудоправовым законодательством в данной части. Осужденные привлекаются к труду не по своему волеизъявлению, а в соответствии с требованиями уголовно-исполнительного законодательства.

Привлечение осужденных к общественно полезному труду не может расцениваться как принудительный или обязательный труд, поскольку он осуществляется вследствие приговора, вынесенного судом, который, назначая наказание в виде лишения свободы, предопределяет привлечение трудоспособных осужденных к общественно полезному труду, как одному из средств воспитания и исправления. Поскольку общественно полезный труд как средство исправления и обязанность осужденных является одной из составляющих процесса отбывания наказания, их трудовые отношения с администрацией исправительного учреждения носят специфический характер.

Из п.16 Правил внутреннего распорядка исправительного учреждения, утвержденных Приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 16 декабря 2016 года (действовавших до 16 июля 2022 года) следует, что на осужденных возлагалась обязанность добросовестно относиться к труду и учебе.

В материалы дела представлены рапорты начальника отряда ОВРсО ФИО4, справка Врио начальника ОВРсО ФИО3 на имя начальника ФКУ ИК-3 УФСИН России по Оренбургской области с просьбой уволить ФИО1 с занимаемой им должности дневального в связи с недобросовестным отношением к труду, отсутствием должной реакции на замечания.

Приказом начальника ФКУ ИК-3 УФСИН России по Оренбургской области от 31 мая 2022 года №252-ос, в соответствии со ст. 103 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации, привлечение ФИО1 к оплачиваемому труду окончено с 03 июня 2022 года.

У суда отсутствуют основания не доверять информации, указанной в рапортах и справке должностных лиц ФКУ ИК-3 УФСИН России по Оренбургской области, при отсутствии, в том числе самостоятельных требований об их оспаривании.

В силу ч.5 ст. 103 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации производственная деятельность осужденных не должна препятствовать выполнению основной задачи исправительных учреждений - исправлению осужденных.

Разрешая заявленное административным истцом требование о его незаконном увольнении, суд не находит оснований для его удовлетворения, поскольку ФИО1 не состоял в трудовых отношениях с ФКУ ИК-3 УФСИН России по Оренбургской области, прекращение привлечения истца к труду не является увольнением по основаниям, предусмотренным Трудовым кодексом Российской Федерации, соответственно, в действиях ФКУ ИК-3 УФСИН России по Оренбургской области отсутствовало незаконное лишение истца возможности трудиться.

Прекращение привлечения истца к труду произведено на основании рапортов должностных лиц, согласно которым ФИО1 недобросовестно относился к труду, не реагировал не сделанные замечания, что будет препятствовать его исправлению.

Довод ФИО1 о нарушении порядка прекращения его привлечения к труду, в том числе отсутствия предложения представить письменные объяснения, отклоняется судом как необоснованный.

Окончание привлечения истца к работе в мае 2022 года не было обусловлено совершением им каких-то проступков, за которых предусмотрена дисциплинарная ответственность.

Рассматривая довод ФИО1 о длительном непредставлении оплачиваемой работы, суд приходит к следующему.

Уголовно-исполнительным законодательством Российской Федерации устанавливаются общие положения и принципы исполнения наказаний, применения иных мер уголовно-правового характера, предусмотренных Уголовным кодексом Российской Федерации, порядок и условия исполнения и отбывания наказаний, применения средств исправления осужденных (часть 2 статьи 2 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации), к которым относится и общественно полезный труд (часть 2 статьи 9 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации), не имеющий основной целью получение трудового дохода (заработка) (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 17 июня 2010 года N 805-О-О).

Обеспечивая привлечение к труду осужденных к лишению свободы, статья 103 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации возлагает на администрацию исправительных учреждений обязанность трудоустройства осужденных с учетом их пола, возраста, трудоспособности, состояния здоровья и, по возможности, специальности, а также исходя из наличия рабочих мест; осужденные привлекаются к труду в центрах трудовой адаптации осужденных и производственных (трудовых) мастерских исправительных учреждений, на федеральных государственных унитарных предприятиях уголовно-исполнительной системы и в организациях иных организационно-правовых форм, расположенных на территориях исправительных учреждений и (или) вне их, при условии обеспечения надлежащей охраны и изоляции осужденных (часть 1). В соответствии же с частью 7 статьи 18 Закона Российской Федерации «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы» учреждения, исполняющие наказания, самостоятельно планируют собственную производственную деятельность и определяют перспективы ее развития с учетом, в частности, необходимости создания достаточного количества рабочих мест для осужденных.

Таким образом, приведенные законоположения, возлагающие на администрацию исправительного учреждения обязанность трудоустройства осужденных, связывают такую обязанность не только с индивидуальными особенностями осужденных, но и объективного наличия свободных рабочих мест с учетом того, что учреждение самостоятельно планирует собственную производственную деятельность и определяет перспективы ее развития.

Согласно штатному расписанию, в 2022 году в ФКУ ИК-3 УФСИН России по Оренбургской области всего предусматривалось 326 должностей.

Справкой инженера ГОТ и ЗПО подтверждается, что в период с июня по август 2022 года к оплачиваемому труду в ФКУ ИК-3 УФСИН России по Оренбургской области привлекались от 446 до 460 человек.

Несоответствие количества привлеченных к работе лиц штатному расписанию (количество привлеченных к труду лиц превышало штатную численность) представитель ФКУ ИК-3 УФСИН России по Оренбургской области объяснил привлечением осужденных, обеспеченных рабочими местами, с их согласия, к труду в несколько смен в связи с поступлением большого заказа.

Из справки инженера ГОТ и ЗПО следует, что в период с 04 июня 2022 года по 03 октября 2022 года рабочие места в ФКУ ИК-3 УФСИН России по Оренбургской области отсутствовали.

Представленным в материалы дела списком осужденных, освободившихся из ФКУ ИК-3 УФСИН России по Оренбургской области, с 01 июня 2022 года по 30 сентября 2022 года подтверждается, что освобождаемые рабочие места занимались иными осужденными. При этом из списка следует, что не все осужденные, освободившиеся в указанный период, были обеспечены рабочими местами.

Материалами дела также подтверждается, что не все осужденные, прибывшие в ФКУ ИК-3 УФСИН России по Оренбургской области с 01 июня 2022 года по 30 сентября 2022 года, были обеспечены рабочими местами.

В силу части третьей статьи 99 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации осужденные, не работающие по не зависящим от них причинам, осужденные, не получающие пенсии, обеспечиваются питанием и предметами первой необходимости за счет государства.

Таким образом, положения статьи 103 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации, будучи направленными на исправление осужденных, не могут расцениваться как нарушающие его права в обозначенном в его административном иске аспекте.

Отсутствие объективной возможности обеспечить ФИО1 в период с 03 июня 2022 года по 03 октября 2022 года работой, а также создать дополнительные рабочие места в ФКУ ИК-3 УФСИН России по Оренбургской области не свидетельствует о нарушении прав административного истца со стороны исправительного учреждения, а также о ненадлежащих условиях отбывания наказания.

По смыслу положений ч. 1 ст. 218, п. 1 ч. 2 ст. 227 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации необходимым условием признания незаконными решений, действий (бездействия) органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, является наличие совокупности двух условий: несоответствие оспариваемых решений, действий (бездействия) нормативным правовым актам и нарушение прав, свобод и законных интересов административного истца.

Частью 5 ст. 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации предусмотрено, что при рассмотрении административного искового заявления, поданного в соответствии с частью 1 ст. 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, суд устанавливает имело ли место нарушение предусмотренных законодательство Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, а также характер и продолжительность нарушений, обстоятельства, при которых нарушение допущено, его последствия.

ФИО1 не представлено доказательств, подтверждающих нарушение его прав, в связи с чем законных оснований для удовлетворения заявленных им в административном исковом заявлении требований у суда отсутствуют.

Поскольку нарушений условий содержания в исправительном учреждении не установлено, требование о присуждении компенсации на нарушение условий содержания в исправительной колонии также не подлежит удовлетворению.

Руководствуясь ст. ст. 175-180, 227 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, суд

решил:

в удовлетворении административного искового заявления ФИО1 к федеральному казенному учреждению «Исправительная колония №3 Управления Федеральной службы исполнения наказания по Оренбургской области», Управлению Федеральной службы исполнения наказаний по Оренбургской области, Федеральной службе исполнения наказаний, министерству финансов Российской Федерации о компенсации морального вреда, причиненного ненадлежащими условиями содержания под стражей в виде необоснованного увольнения и длительным непредставлением оплачиваемой работы, - отказать.

Решение может быть обжаловано в административную коллегию Оренбургского областного суда через Советский районный суд г.Орска Оренбургской области в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья Васильев А.И.

Мотивированное решение составлено 24 марта 2023 года.

Судья Васильев А.И.