УИД 36RS0020-02-2023-000038-27

Дело № 2- К 58/2023

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

п.г.т. Каменка 26 апреля 2023 года

Лискинский районный суд Воронежской области в составе:

председательствующего – судьи Шпак В.А., единолично,

с участием

прокурора - помощника прокурора Каменского района Воронежской области Тишенина В.Ю.,

истца ФИО1.,

представителей истца – ФИО2, ФИО3,

представителя ответчика – общества с ограниченной ответственностью «Авангард-Агро-Воронеж» - ФИО4,

третьего лица ФИО5,

представителя третьего лица – ФИО6,

при секретаре судебного заседания Степановой И.И.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда гражданское дело по иску ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Авангард-Агро-Воронеж» о взыскании морального вреда, причиненного дорожно-транспортным происшествием,

УСТАНОВИЛ :

ФИО1 обратился в суд исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Авангард-Агро-Орел» о взыскании морального вреда, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, обосновывая свои требования следующим.

01 августа 2018 года около 04 часов 00 минут на 153 км автодороги «Воронеж – Луганск» в границах территории Каменского района Воронежской области водитель ФИО5, управляя автопоездом в составе грузового автомобиля марки «МАЗ 6430А9-320-020» с государственным регистрационным знаком № с полуприцепом, допустил на него (истца) наезд.

В результате дорожно – транспортного происшествия ему были причинены телесные повреждения, которые согласно заключению эксперта от 27.09.2018 года №441.18, полученному в рамках проведенной в порядке статей 144-145 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации процессуальной проверки, квалифицируются в совокупности как причинившие тяжкий вред здоровью.

Постановлением начальника СГ отделения МВД России по Каменскому району Воронежской области от 27.11.2018 года по результатам проведенной проверки в возбуждении уголовного дела было отказано в связи с отсутствием в действиях водителя ФИО5 состава преступления.

Вместе с тем, наличие причинно–следственной связи между указанным дорожно-транспортным происшествием и причиненным вредом его здоровью в рамках проводимой проверки нашло свое подтверждение.

Собственником транспортного средства – автомобиля марки «МАЗ 6430А9-320-020» с государственным регистрационным знаком № на момент дорожно – транспортного происшествия являлось ООО «Авангард-Агро-Орел».

С целью урегулирования вопроса о размере и порядке выплаты компенсации причиненного ему морального вреда, им в ООО «Авангард-Агро-Орел» 31.10.2022 года была направлена досудебная претензия.

Впоследствии ему стало известно, что вышеуказанный автомобиль на момент дорожно – транспортного происшествия собственником был передан по договору аренды ООО «Авангард-Агро-Воронеж».

Основания управления автомобилем марки «МАЗ 6430А9-320-020» с государственным регистрационным знаком № с полуприцепом ФИО5 на момент дорожно – транспортного происшествия ему неизвестны.

Данным дорожно-транспортным происшествием ему причинен моральный вред, который выразился в нравственных страданиях. В связи с полученной травмой он утратил способность к труду, возможность вести полноценный образ жизни, так как его левая рука не работает как раньше, остался без средств к существованию. Периодически его мучают боли, из-за которых он вынужден принимать обезболивающие препараты. Он испытывал и продолжает испытывать чувство страха за свои жизнь и здоровье.

Со стороны ответчика каких-либо попыток загладить причиненный вред не предпринималось.

Основываясь на положениях статей 1064, 1079, 1099, 150, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, просил взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Авангард-Агро-Орел» компенсацию морального вреда в размере 500 000 рублей.

Определением суда от 09.03.2023 года произведена замена ненадлежащего ответчика - общества с ограниченной ответственностью «Авангард-Агро-Орел» на надлежащего - общество с ограниченной ответственностью «Авангард-Агро-Воронеж».

Истец ФИО1 в судебном заседании исковые требования поддержал в полном объеме.

Согласно выдвинутым им доводам, 01 августа 2018 года в 4 часа утра он переходил проезжую часть автодороги, и в этот момент его зацепил проезжавший автомобиль, в результате чего он получил травму левой руки. В ожидании помощи он выпил 1,5 л спиртного, в связи с чем на момент приезда сотрудников скорой помощи и полиции находился в состоянии алкогольного опьянения. С полученной травмой он был доставлен в Лискинскую районную больницу, где был прооперирован с установлением титановых пластин.

01.01.2019 года он повторно травмировал левую руку при падении, в связи с чем обращался за медицинской помощью. Так как кость была раздроблена, требовалась операция, которая не была проведена из-за отсутствия у него денежных средств. С указанного времени его рука постоянно болит, он лишен возможности выполнять физические работы, которые выполнял ранее, работая неофициально на стройках, и получать средства к существованию. Он испытывал и продолжает испытывать, кроме физического вреда, и нравственные страдания, опасаясь за свое здоровье в будущем и возможность вести привычный уклад жизни.

Со стороны ответчика какой-либо помощи ему не было оказано.

Представитель истца – ФИО3 исковые требования поддержал, находя их обоснованными и соразмерными причиненному вреду.

Представитель ответчика – ООО «Авангард-Агро-Воронеж» - ФИО4, действующая на основании доверенности, исковые требования не признала, в обоснование возражений ссылаясь на следующее.

На основании договора аренды от 18 мая 2018 года, заключенного между ООО «Авангард-Агро-Орел» и ООО «Авангард-Агро-Воронеж», автомобиль марки «МАЗ 6430А9-320-020» с государственным регистрационным знаком № находился в аренде у ООО «Авангард-Агро-Воронеж». На момент дорожно-транспортного происшествия на основании приказа о приеме на работу от 09.01.2018 года водитель ФИО5 состоял в трудовых отношениях с ООО «Авангард-Агро-Воронеж» в должности водителя, 03.06.2020 года трудовой договор был прекращен.

Полагает, что дорожно-транспортное происшествие, в результате которого произошел наезд на истца и наступили последствия в виде причинения вреда его здоровью, стало возможным по вине самого истца, сознательно допустившего наступление указанных последствий, так как истец, находясь в состоянии алкогольного опьянения, в нарушение требований пункта 4.1 Правил дорожного движения Российской Федерации двигался не по обочине встречного направления движения транспортных средств, а по обочине попутного направления, вне населенного пункта, в зоне ограниченной видимости, без светоотражающих элементов, размахивая руками, и при приближении автомобиля ответчика в непосредственной близости от него вышедшего на проезжую часть. Водитель ФИО5, действуя предусмотрительно и с максимальной осторожностью, принял все возможные меры для предотвращения наезда на потерпевшего, применив торможение и его объезд с выездом на полосу встречного движения, однако в данной ситуации он не имел технической возможности избежать наезда на истца, так как последний вытянул в сторону автомобиля руку, в связи с чем и произошло соприкосновение. Полагает, что истец действовал с прямым умыслом, что в силу части 1 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации является основанием для отказа ему в возмещении вреда.

Третье лицо ФИО5 возражал против удовлетворения исковых требований ФИО1, в обоснование своих возражений основываясь на доводах об отсутствии его вины в причинении вреда здоровью истца.

Как пояснил ФИО5, в период с 09.01.2018 года по 02.06.2020 года он состоял в трудовых отношениях с ООО «Авангард-Агро-Воронеж» в должности водителя. 01 августа 2018 года примерно в 4 часа утра на закрепленном за ним автомобиле марки «МАЗ 6430А9-320-020» с государственным регистрационным знаком № с полуприцепом он двигался по автодороге «Воронеж-Луганск» в направлении г Россошь. Следуя по участку автодороги 153 км, который находился вне населенного пункта, со скоростью примерно 80-85 км/ч, не превышающую допустимую, он увидел впереди себя пешехода, который шел в попутном направлении по краю проезжей части и размахивал руками. В этот момент во встречном направлении и в попутном направлении двигались транспортные средства. Пропустив встречное транспортное средство, а также посмотрев в зеркало заднего вида, он, полагая, что имеет возможность совершить безопасный объезд пешехода, включил поворотник и стал объезжать последнего, который к тому моменту оказался на средине полосы его движения, но услышал звук и понял, что зацепил его. Он остановил автомобиль, вышел из него и подошел к пешеходу, которым оказался истец. Он увидел, что у истца сломана рука, при этом было очевидно, что последний находился в состоянии алкогольного опьянения, так как от него исходил характерный запах алкоголя, он неуверенно держался на ногах. Потерпевший был одет в футболку, трико, шлепанцы, других вещей при нем не было. Потерпевший к нему никаких претензий не предъявлял, заявив, что в произошедшем виноват сам. Он вызвал скорую помощь и сообщил о произошедшем в полицию. Приехав через 20 минут, работники скорой помощи осмотрели истца, после чего увезли с собой. Когда приехали сотрудники полиции, вместе с ними он проехал в больницу, где прошел медицинское освидетельствование на состояние опьянения. По результатам освидетельствования состояния опьянения у него не было установлено.

В отношении него было вынесено постановление о привлечении к административной ответственности за нарушение скоростного режима, которое он исполнил, заплатив штраф.

В результате проведенной правоохранительным органом проверки его вина не нашла своего подтверждения, и в возбуждении уголовного дела в отношении него было отказано.

Представитель третьего лица ФИО5 – ФИО6, действующий на основании доверенности, также полагает об отсутствии оснований для возложения на ответчика обязанности по возмещению компенсации морального вреда истцу ФИО1

Прокурор Тишенин В.Ю. в своем заключении пришел к выводу о наличии у истца права на возмещение компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда просил учитывать требования разумности и справедливости и определить размер компенсации в 50 000 рублей.

Выслушав объяснения участвующих в деле лиц, заключение прокурора исследовав материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

Право каждого человека на жизнь и здоровье закреплено в Конституции Российской Федерации (статья 41), международных актах, в том числе во Всеобщей декларации прав человека от 10 декабря 1948 года (статья 3), в Международном пакте о гражданских и политических правах от 16 декабря 1966 года (статья 6), Конвенции о защите прав человека и основных свобод от 4 ноября 1950 года (статья 2).

Учитывая, что жизнь и здоровье относятся к числу наиболее значимых человеческих ценностей, право гражданина на возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью, является одним из общепризнанных основных неотчуждаемых прав и свобод человека, производно от права на жизнь и охрану здоровья.

В соответствии со статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а так же вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность по возмещению вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Согласно ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Статьей 150 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом. Нематериальные блага защищаются в соответствии с настоящим Кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения.

Согласно части 1 статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В силу абзаца 2 статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 года №1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина" (далее – Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 года №1), учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (статья 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен. При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается (абзацы первый и второй пункта 2 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При отсутствии вины владельца источника повышенной опасности, при наличии грубой неосторожности лица, жизни или здоровью которого причинен вред, суд не вправе полностью освободить владельца источника повышенной опасности от ответственности (кроме случаев, когда вред причинен вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего). В этом случае размер возмещения вреда, за исключением расходов, предусмотренных абзацем третьим пункта 2 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации, подлежит уменьшению (абзац второй пункта 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1).

Вопрос о том, является ли допущенная потерпевшим неосторожность грубой, в каждом случае должен решаться с учетом фактических обстоятельств дела (характера деятельности, обстановки причинения вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего, его состояния и др.) (абзац третий пункта 17 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 ).

Конституционный Суд Российской Федерации отметил, что закрепленное в абзаце втором пункта 2 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации исключение из общего порядка определения размера возмещения вреда, возникновению которого способствовала грубая неосторожность потерпевшего, предусматривающее, что при причинении вреда жизни и здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается, а также содержащееся в абзаце втором статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации положение о недопустимости отказа в компенсации морального вреда в случае, если вред причинен источником повышенной опасности жизни и здоровью гражданина, в том числе при отсутствии вины причинителя вреда, является мерой защиты признаваемых в Российской Федерации прав и свобод человека, в частности, права на жизнь, (статья 20, часть 1 Конституции Российской Федерации), права на охрану здоровья (статья 41, часть 1 Конституции Российской Федерации), которого является высшим для человека благом, без которого могут утратить значение многие другие блага.

Таким образом, Конституционный Суд Российской Федерации указал, что положения абзаца второго пункта 2 статьи 1083 и абзаца второго статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации - в рамках проводимой в Российской Федерации как правовом и социальном государстве (статья 1, часть 1; статья 7, часть 1 Конституции Российской Федерации) правовой политики, - воплощают основанный на вытекающем из статьи 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации принцип пропорциональности баланса субъективных прав причинителя вреда, осуществляющего деятельность, связанную с повышенной опасностью для окружающих, с одной стороны, и потерпевшего, проявившего грубую неосторожность, - с другой.

Как установлено судом и следует из материалов дела, 01 августа 2018 года около 04 часов 00 минут на 153 км автодороги «Воронеж – Луганск» в границах территории Каменского района Воронежской области водитель ФИО5, управляя автопоездом в составе грузового автомобиля марки МАЗ 6430А9-320-020 с государственным регистрационным знаком № с полуприцепом № допустил наезд на пешехода ФИО1

В результате данного дорожно–транспортного происшествия ФИО1 получил телесные повреждения, с которыми был госпитализирован в БУЗ ВО «Лискинская районная больница».

По данному факту следственной группой отделения МВД России по Каменскому району Воронежской области была проведена проверка в порядке статьей 144-145 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, по результатам которой постановлением начальника следственной группы ФИО8 от 27 ноября 2018 года в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО5 было отказано на основании пункта 2 части 1 статьи 24 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с отсутствием в его действиях состава преступления, предусмотренного частью 1 статьи 264 Уголовного кодекса Российской Федерации ( том 1 л.д.214-215).

Согласно полученному в рамках данной процессуальной проверки заключению эксперта (судебно-медицинской экспертизы) от 27.09.2018 года №441.18 у ФИО1 были установлены следующие телесные повреждения: <данные изъяты>, которые квалифицируются как причинившие тяжкий вред здоровью, так как повлекли за собой значительную стойкую утрату общей трудоспособности не менее чем на одну треть (п.п.6.11.3, п.12, п.13 Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека) ( том 1 л.д. 154-160).

Собственником транспортного средства марки «МАЗ 6430А9-320-020» с государственным регистрационным знаком № является ООО «Аванград-Агро-Орел» (том 1 л.д. 71), однако в момент дорожно-транспортного происшествия вышеуказанный автомобиль на основании договора аренды от 18 мая 2018 года № 18/05 -2018, заключенного между ООО «Аванград-Агро-Орел» и ООО «Авангард-Агро-Воронеж», и акта приема-передачи к нему находился во владении ООО «Авангард-Агро-Воронеж» ( том 1 л.д. 76-87).

Водитель ФИО5 в период с 09.01.2018 года по 03.06.2020 года состоял в трудовых отношениях с ООО «Авангард-Агро-Воронеж», и на момент дорожно-транспортного происшествия исполнял свои трудовые обязанности ( том 1 л.д. 74-75, 173).

Как следует из заключения эксперта (дополнительной автотехнической судебной экспертизы) от 14.11.2018 года №6404, полученному в рамках проведенной процессуальной проверки, в заданных условиях дорожной обстановки водитель грузового автомобиля марки «МАЗ 6430А9-320-020» с государственным регистрационным знаком № с полуприцепом № ФИО5 не располагал технической возможностью предотвратить наезд на пешехода.

В данной дорожной ситуации водитель автопоезда в составе автомобиля марки «МАЗ 6430А9-320-020» с государственным регистрационным знаком № с полуприцепом № должен был действовать в соответствии с требованиями пунктов 10.1 и 10.3 Правил дорожного движения Российской Федерации.

Пешеход в данной дорожной ситуации должен был действовать в соответствии с требованиями пункта 4.1 Правил дорожного движения Российской Федерации.

В данной дорожной ситуации действия водителя автопоезда в составе в составе автомобиля марки «МАЗ 6430А9-320-020» с государственным регистрационным знаком № с полуприцепом № не противоречили требованиям Правил дорожного движения Российской Федерации в части абзаца 2 пункта 10.1.

Действия водителя автопоезда в составе автомобиля марки «МАЗ 6430А9-320-020» с государственным регистрационным знаком № с полуприцепом № не соответствовали требованиям Правил дорожного движения Российской Федерации в части абзаца 1 пункта 10.1. и пункта 10.3. ( том 1 л.д. 203-211).

При этом пункт 10.1. Правил дорожного движения Российской Федерации, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 23.10.1993 года №1090, обязывает водителя вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения Правил. При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.

В силу пункта 10.3. Правил дорожного движения Российской Федерации вне населенных пунктов разрешается движение грузовым автомобилям со скоростью не более 90 км/ч.

В соответствии с пунктом 4.1 Правил дорожного движения Российской Федерации пешеходы должны двигаться по тротуарам, пешеходным дорожкам, а при их отсутствии – по обочине. При отсутствии тротуаров, пешеходных дорожек или обочин, а также в случае невозможности двигаться по ним пешеходы могут двигаться по велосипедной дорожке или идти в один ряд по краю проезжей части (на дорогах с разделительной полосой – по внешнему краю проезжей части).

При движении по краю проезжей части пешеходы должны идти навстречу движению транспортных средств.

При переходе дороги и движении по обочинам или краю проезжей части в темное время суток или в условиях недостаточной видимости пешеходам рекомендуется, а вне населенных пунктов пешеходы обязаны иметь при себе предметы со световозвращающими элементами и обеспечивать видимость этих предметов водителям транспортных средств.

Поскольку автопоезд двигался со скоростью, превышающей максимально разрешенную скорость на данном участке, действия водителя не соответствовали требованиям абзаца 1 пункта 10.1. Правил дорожного движения Российской Федерации.

Согласно произведенным экспертом расчетам скорость движения автопоезда составляла величину 109 км\ч при разрешенной на данном участке автодороги скорости 70 км/ч ( том 1 л.д. 208-209).

27.11.2018 года постановлением по делу об административном правонарушении № 188100 36170006493519, вынесенным начальником ОГИБДД отделения МВД России по Каменскому району Воронежской области ФИО9, ФИО5 привлечен к ответственности за совершение правонарушения, предусмотренного частью 2 статьи 12.9 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, в виде штрафа. При описании события правонарушения, в постановлении указано, что 01.08.2018 года в 04 часа 03 минуты водитель ФИО5 на 153 км автодороги «Воронеж-Луганск», управляя автомобилем «МАЗ 6430» нарушил пункт 10.3 ПДД РФ, превысил скоростной режим согласно заключению эксперта №6404 на 39 км при разрешенном скоростном режиме 70 км/ч, в результате чего допустил наезд на пешехода ФИО1, причинив ему телесные повреждения ( том 1 л.д. 213).

Данное постановление оспорено не было и вступило в законную силу.

Вместе с тем, как отражено в исследовательской части вышеуказанного заключения эксперта, даже при условии движения автопоезда с максимально разрешенной скоростью 70 км/ч водитель автопоезда не располагал технической возможностью предотвратить наезд на пешехода.

Указанное позволяет сделать вывод, что превышение водителем ФИО5 скорости движения в момент дорожно-транспортного происшествия не состоит в причинной связи с фактом наезда на пешехода ФИО1

Причинно-следственная связь между самим дорожно-транспортным происшествием и наступившими последствиями в виде причинения вреда здоровью истца установлена, сторонами не оспаривалась.

Из имеющейся в материалах дела копии выписки из истории болезни, выданной БУЗ ВО «Лискинская районная больница», ФИО1 находился на лечении в травматологическом отделении с 01.08.2018 года по 17.08.2018 года с диагнозом «<данные изъяты> 10.08.2018 года в плановом порядке проведено оперативное лечение: <данные изъяты> ( том 1 л.д. 239)..

Согласно данным медицинской карты амбулаторного больного ФИО1, обозревавшейся в судебном заседании, после выписки он наблюдался по данному заболеванию по месту жительства у врача – хирурга БУЗ ВО «Каменская районная больница», последнее посещение – 28.01.2019 года.

Поскольку судом на основании анализа представленных доказательств установлено, что причинение вреда здоровью истца наступило в связи с дорожно-транспортным происшествием с участием автомобиля марки «МАЗ 6430А9-320-020» с государственным регистрационным знаком № в составе автопоезда с полуприцепом, а причинение физических и нравственных страданий при получении телесных повреждений презюмируется, то имеются правовые основания для удовлетворения требований истца о взыскании компенсации морального вреда.

Как разъяснено в пункте 19 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 1 от 26.01.2010 года, под владельцем источника повышенной опасности следует понимать юридическое лицо или гражданина, которые используют его в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, оперативного управления либо на других законных основаниях (например, по договору аренды, проката, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности).

Согласно статьям 1068 и 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации, не признается владельцем источника повышенной опасности лицо, управляющее им в силу исполнения своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании трудового договора (служебного контракта) или гражданско-правового договора с собственником или иным владельцем источника повышенной опасности (абзац 2 пункта 19 Постановления).

Кроме того, в соответствии с абзацем 3 пункта 19 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 года № 1 на лицо, исполнявшее свои трудовые обязанности на основании трудового договора (служебного контракта) и причинившее вред жизни или здоровью в связи с использованием транспортного средства, принадлежавшего работодателю, ответственность за причинение вреда может быть возложена лишь при условии, если будет доказано, что оно завладело транспортным средством противоправно (пункт 2 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По смыслу статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации под противоправным завладением понимается изъятие объекта из владения собственника или иного законного владельца помимо его воли.

Поскольку достоверные и допустимые доказательства того, что водитель ФИО5 завладел транспортным средством противоправно, отсутствуют, ответственность за вред, причиненный в результате дорожно-транспортного происшествия истцу источником повышенной опасности должен нести работодатель, т.е. ООО «Авангард-Агро-Воронеж».

Суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств (часть 1 стать 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Проверяя доводы ответчика о наличии оснований для вывода о том, что истец сознательно допускал наступление последствий в виде причинения вреда своему здоровью, то есть действовал с прямым умыслом, что в силу части 1 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации является основанием для отказа в возмещении вреда, суд находит их несостоятельными, поскольку доказательств, с достоверностью свидетельствующих о том, что у потерпевшего имелся умысел на причинение вреда своему здоровью, отсутствуют.

Вместе с тем, установленные судом на основе анализа представленных доказательств фактические обстоятельства позволяют сделать вывод, что причиной дорожно-транспортного происшествия явились виновные действия самого истца, допустившего грубую неосторожность, что привело к возникновению вреда.

Так из полученных в результате проведенной процессуальной проверки сообщения по факту дорожно-транспортного происшествия данных, включая объяснения самого потерпевшего ФИО1 ( том 1 л.д. 138-139), следует, что ФИО1, находясь в состоянии алкогольного опьянения (том 1 л.д. 146-147), на рассвете, в условиях недостаточной видимости, без световозвращающих элементов пешком вне населенного пункта двигался по краю проезжей части в попутном направления движущихся транспортных средств, размахивая руками, и в непосредственной близости перед приближающимся транспортным средством ответчика сместился влево на проезжую часть, вытянув руку (том 1 л.д. 175-176, 196), в результате чего и произошло соприкосновение с транспортным средством.

Таким образом, пешеходом ФИО1 были нарушены требования пункта 4.1 Правил дорожного движения Российской Федерации, и данные нарушения находятся в прямой причинной связи с наступившими последствиями в виде причинения вреда его здоровью.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 17 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 1 от 26 января 2010 года основанием для уменьшения размера возмещения вреда применительно к требованиям пункта 2 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации являются только виновные действия потерпевшего, при доказанности его грубой неосторожности и причинной связи между такими действиями и возникновением или увеличением вреда. При этом уменьшение размера возмещения вреда ставится в зависимость от степени вины потерпевшего. Если при причинении вреда жизни или здоровью гражданина имела место грубая неосторожность потерпевшего и отсутствовала вина причинителя вреда, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения вреда должен быть уменьшен судом, но полностью отказ в возмещении вреда в этом случае не допускается (пункт 2 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации). Вопрос о том, является ли допущенная потерпевшим неосторожность грубой, в каждом случае должен решаться с учетом фактических обстоятельств дела (характера деятельности, обстановки причинения вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего, его состояния и др.).

В данном случае потерпевший ФИО1, имея возможность правильной оценки ситуации, большой вероятности наступления вредоносных последствий, допустил действия, приведшие к неблагоприятным последствиям для себя, легкомысленно расчитывая, что они не наступят.

Таким образом, поскольку судом установлено, что наступившие неблагоприятные последствия для истца стали возможны в результате его грубой неосторожности, размер требуемого к возмещению вреда должен быть уменьшен

Статьей 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд принимает во внимание имевшие место фактические обстоятельства дела, индивидуальные особенности истца, который в течение длительного периода времени не был официально трудоустроен и не имел постоянного источника дохода, степень причинения ему нравственных страданий, повлекших ухудшение состояния его здоровья, необходимость обращения за медицинской помощью и длительное лечение.

С учетом изложенного, руководствуясь требованиями разумности и справедливости, размер компенсации морального вреда, подлежащего возмещению истцу ответчиком суд оценивает в 100 000 рублей.

При этом суд исходит из того, что определенный ко взысканию в пользу истца размер компенсации морального вреда согласуется с принципами конституционной ценности жизни, здоровья и достоинства личности, а также с принципами разумности и справедливости, позволяющими, с одной стороны, максимально возместить причиненный моральный вред, с другой - не допустить неосновательного обогащения потерпевшего и не поставить в чрезмерно тяжелое имущественное положение лицо, ответственное за возмещение вреда.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, статьями 151, 1064, 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Авангард-Агро-Воронеж» о взыскании морального вреда, причиненного дорожно-транспортным происшествием, удовлетворить частично.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Авангард-Агро-Воронеж» (ИНН <***>,ОГРН <***>, юридический адрес: 397837, <...>) в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 100 000 (сто тысяч) рублей 00 копеек.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1 отказать.

На решение может быть подана апелляционная жалоба и принесено апелляционное представление в судебную коллегию по гражданским делам Воронежского областного суда в течение одного месяца со дня вынесения решения в окончательной форме.

Председательствующий

судья В.А. Шпак

Мотивированное решение составлено 02 мая 2023 года.