Решение по делу № 2-120/2023 от 09.03.2023 - о компенсации морального вреда.

УИД 36RS0002-01-2022-006622-81

Дело №2-120/2023 (2-6788/2022)

РЕШЕНИЕ ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г.Воронеж 09 марта 2023 года

Коминтерновский районный суд г.Воронежа в составе:

председательствующего судьи А.М.Нейштадт

при секретарях О.А.Багировой, С.В.Кащенко,

с участием:

представителя истца по доверенности ФИО1,

представителей ответчика по доверенностям ФИО2, ФИО3,

третьего лица ФИО4,

представителя третьего лица по заявлению ФИО5,

помощников прокурора Коминтерновского района г.Воронежа Е.А.Чернышевой, ФИО6,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда гражданское дело по исковому заявлению ФИО7 к обществу с ограниченной ответственностью «Перспектива» о компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО7 обратился в суд с исковым заявлением к ответчику ООО «Автоцентр Газ Русавто» о взыскании компенсации морального вреда в размере 1000000,00 рублей.

Определением Коминтерновского районного суда г.Воронежа от 07.12.2022 к участию в деле в качестве соответчика привлечено ООО «Перспектива», к производству суда в порядке статьи 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) принято уточненное исковое заявление ФИО7 о солидарном взыскании с ООО «Автоцентр Газ Русавто» и ООО «Перспектива» компенсации морального вреда в размере 1000000,00 рублей.

Определениями Коминтерновского районного суда г.Воронежа от 22.02.2023 производство по делу в части требований ФИО7 к ООО «Автоцентр Газ Русавто» о взыскании компенсации морального вреда в размере 1000000,00 рублей прекращено в связи с отказом истца от требований к данному ответчику, и принято уточненное исковое заявление ФИО7 к ООО «Перспектива» о компенсации морального вреда в размере 1000000,00 рублей.

В обоснование исковых требований указано, что 30.08.2021 в 16 часов 05 минут у дома №171 «Б» по ул.Краснознаменная в г.Воронеже произошло дорожно-транспортное происшествие (далее – ДТП), в результате которого водителем ФИО4, управлявшим транспортным средством 7071СЗ, государственный регистрационный знак (№), допущен наезд на пешехода ФИО7, пересекавшего в инвалидной коляске проезжую часть улицы, истцу причинены телесные повреждения в виде контузии глазного яблока 3 ст. (гематома век, разрыв склеры с выпадением внутренних оболочек глаза, разрыв конъюнктивы склеры), перелома нижней и медиальной стенки глазницы слева, перелома передней и средней группы ячеек решетчатого лабиринта слева, левостороннего этмоидита, травматического повреждения левого глазного яблока, которое впоследствии привело к энуклеации (удалению глазного яблока), раны в левой скуловой области, двух ран в области правого локтевого сустава. Согласно заключению эксперта от 09.02.2022 №6417.21 данные повреждения квалифицированы как причинившие вред здоровью средней тяжести, повлекшие за собой временное нарушение функций органов и (или) систем. Постановлением Левобережного районного суда г.Воронежа от 18.05.2022 ФИО4 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного частью 2 статьи 12.24 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, и ему назначено наказание в виде административного штрафа в размере 12000,00 рублей. Вместе с вредом здоровью истцу причинены значительные физические и нравственные страдания, выразившиеся в удалении глазного яблока, постоянных головных болях, нарушении сна; вставленный вместо утраченного глаза протез регулярно выпадает, что также доставляет неудобства. С момента ДТП истец вынужден регулярно посещать офтальмологическую больницу, и это также порождает определенные проблемы, поскольку, являясь инвалидом первой группы, после полученной в 1999 году производственной травмы, он может передвигаться только в инвалидной коляске. На момент ДТП водитель ФИО4 управлял транспортным средством 7071СЗ, государственный регистрационный знак <***>, принадлежащим на праве собственности ООО «Автоцентр Газ Русавто», переданным по договору аренды от 10.02.2017 №7 во временное владение и пользование ООО «Перспектива», и поскольку ФИО4 действовал в интересах и по поручению ООО «Перспектива», то причиненный истцу моральный вред подлежит взысканию с данного ответчика.

Все участвующие в деле лица извещены судом о времени и месте судебного разбирательства.

В судебное заседание истец ФИО7 не явился, имеется заявление о рассмотрении дела в его отсутствие.

Представитель истца ФИО1, действующий по доверенности от 11.03.2022, исковые требования о взыскании компенсации морального вреда с ООО «Перспектива» поддержал, настаивал на их удовлетворении.

Представители ответчика ООО «Перспектива» ФИО2 и ФИО3, действующие по доверенностям от 01.09.2022, полагали, что заявленная к взысканию сумма в счет компенсации морального вреда необоснованно завышена, и с учетом обстоятельств дела, указывающих, что истец пересекал проезжую часть вне зоны пешеходного перехода, не убедился в безопасности своих действий, подлежит уменьшению до 50000,00 рублей; представлен отзыв на исковое заявление.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО4 и его представитель ФИО5, допущенный к участию в деле в порядке части 6 статьи 53 ГПК РФ, также полагали, что в действиях истца имеется грубая неосторожность, и просили учесть, что по расписке от 30.03.2022 ФИО7 получена в счет возмещения материального ущерба денежная сумма в размере 85000,00 рублей, и каких-либо претензии, согласно тексту расписки, к ФИО4 не имеется.

Выслушав участвующих в деле лиц, заключение прокурора, полагавшего возможным удовлетворить заявленные требования, уменьшив при этом сумму компенсации морального вреда до 300000,00 рублей, исследовав представленные по делу доказательства, суд приходит к следующему.

Статьей 2 Федерального закона от 21.11.2011 №323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» определено, что здоровье – это состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.

В соответствии с частью 1 статьи 150 ГК РФ жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (часть 1 статьи 151 ГК РФ).

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Согласно абзацу 2 статьи 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случае, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

В пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъяснено, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, в связи с чем потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (статья 1100 ГК РФ).

В судебном заседании установлено, что 30.08.2021 в 16 часов 05 минут у дома №171 «Б» по ул.Краснознаменная в г.Воронеже водитель ФИО4 при управлении транспортным средством 7071СЗ, государственный регистрационный знак (№), в нарушение пунктов 1.5, 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации, не принял мер к снижению скорости вплоть до полной остановки транспортного средства и допустил наезд на пешехода ФИО7, который пересекал проезжую часть на инвалидной коляске.

Вступившим в законную силу постановлением Левобережного районного суда г.Воронежа от 18.05.2022 ФИО4 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного частью 2 статьи 12.24 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, и ему назначено наказание в виде административного штрафа в размере 12000,00 рублей.

В результате указанного ДТП ФИО7 причинены телесные повреждения.

Согласно заключению эксперта БУЗ ВО «Воронежское областное СМЭ» от 09.02.2022 №6417.21 отмечены признаки таких повреждений как контузия глазного яблока 3 ст. (гематома век, разрыв склеры с выпадением внутренних оболочек глаза, разрыв конъюнктивы склеры), рана в левой скуловой области, две раны в области правого локтевого сустава. Повреждение в виде контузии глазного яблока 3 ст. квалифицируется как причинившее вред здоровью средней тяжести, так как повлекло за собой временное нарушение функций органов и (или) систем (временную нетрудоспособность) продолжительностью свыше трех недель; повреждения в виде ран квалифицируются как причинившие легкий вред здоровью, так как повлекли за собой временное нарушение функций органов и (или) систем (временную нетрудоспособность) продолжительностью до трех недель.

В заключении эксперта БУЗ ВО «Воронежское областное СМЭ» от 09.02.2022 №6417.21 также указано, что согласно представленной для исследования медицинской документации, ФИО7 является инвалидом первой группы, в 1999 году получил производственную травму (удар током высоковольтной линии электропередачи и падение с высоты), в результате которой ампутирована правая голень, утрачена возможность видеть левым глазом; в период с 30.08.2021 по 09.09.2021 он находился на стационарном лечении в БУЗ ВО «Воронежская областная офтальмологическая больница», где продолжил амбулаторное лечение до 11.11.2021.

Как следует из искового заявления, пояснений представителя истца, и не опровергнуто в ходе рассмотрения дела, на фоне травматического повреждения у истца левого глазного яблока 02.12.2021 выполнена энуклеация (удаление глазного яблока), вместо утраченного глаза установлен протез.

По делу также установлено, что транспортное средство 7071СЗ, государственный регистрационный знак (№), которым водитель ФИО4 управлял в момент ДТП, принадлежит на праве собственности ООО «Автоцентр Газ Русавто», которое по договору аренды автотранспортных средств от 10.02.2017 №7 и акту приема-передачи автотранспортных средств от 10.02.2017 передано во временное владение и пользование ООО «Перспектива».

Из представленных ответчиком доказательств следует, что 01.01.2021 между ООО «Перспектива» и ФИО4 заключен договор №84 возмездного оказания услуг водителя, в соответствии с которым последний обязался по заданию заказчика оказать услуги по управлению автомобилем заказчика, при этом в момент ДТП транспортное средство 7071СЗ, государственный регистрационный знак (№), находилось во владении и пользовании ФИО4 в связи с заключением между ним и ООО «Перспектива» договора субаренды транспортного средства без экипажа от 29.08.2021.

Факт работы ФИО4 в ООО «Перспектива», заключающийся в оказании услуг по эвакуации транспортных средств с места ДТП, подтвержден объяснениями ФИО4, данными им в ходе административного расследования, содержащими сведения о нем как о водителе эвакуатора ООО «Перспектива», представленными по запросу суда ОБДПС ГИБДД УМВД России по г.Воронежу копиями протоколов о задержании транспортных средств от 30.06.2021 и 30.08.2021, в которых указано о передаче ФИО4 задержанных транспортных средств для транспортировки и помещения на специализированную стоянку ООО «Перспектива», а также просмотренной в судебном заседании записью с камеры видеорегистратора о заезде ФИО4 при управлении эвакуатором на специализированную стоянку ООО «Перспектива» по адресу: <...>. Кроме того, в ходе судебного разбирательства ФИО4 подтвердил, что до настоящего времени он продолжает работать в ООО «Перспектива» по гражданско-правовому договору.

Согласно статье 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред (пункт 1).

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (пункт 2).

В силу пункта 1 статьи 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Применительно к правилам, предусмотренным настоящей главой, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

В абзаце втором пункта 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 №1 «О применении судами законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъяснено, что работодатель несет ответственность за вред, причиненный лицами, выполняющими работу не только на основании заключенного с ними трудового договора (контракта), но и на основании гражданско-правового договора при условии, что в этом случае лица действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ.

Согласно статьям 1068 и 1079 ГК РФ не признается владельцем источника повышенной опасности лицо, управляющее им в силу исполнения своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании трудового договора (служебного контракта) или гражданско-правового договора с собственником или иным владельцем источника повышенной опасности (пункт 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 №1).

Исходя из приведенного правового регулирования работник, управляющий источником повышенной опасности в силу трудовых или гражданско-правовых отношений с собственником этого источника повышенной опасности, не признается владельцем источника повышенной опасности по смыслу статьи 1079 ГК РФ, ответственность в таком случае возлагается на работодателя, являющегося владельцем источника повышенной опасности. Положение абзаца 2 пункта 1 статьи 1068 ГК РФ раскрывает понятие работника для целей регулирования деликтных обязательств, которым признается лицо, действующее по трудовому или гражданско-правовому договору, если при этом оно действовало или должно было действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ.

В пунктах 20, 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что моральный вред, причиненный работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей, подлежит компенсации работодателем (абзац первый пункта 1 статьи 1068 ГК РФ).

Осуждение или привлечение к административной ответственности работника как непосредственного причинителя вреда, прекращение в отношении его уголовного дела и (или) уголовного преследования, производства по делу об административном правонарушении не освобождают работодателя от обязанности компенсировать моральный вред, причиненный таким работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Обязанность компенсировать моральный вред, причиненный гражданином, выполняющим работу на основании гражданско-правового договора, может быть возложена на юридическое лицо или гражданина, которыми с причинителем вреда был заключен такой договор, при условии, что причинитель вреда действовал или должен был действовать по заданию данного юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ (абзац второй пункта 1 статьи 1068 ГК РФ).

Моральный вред, причиненный деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих, подлежит компенсации владельцем источника повышенной опасности (статья 1079 ГК РФ).

Принимая во внимание установленное по делу, то обстоятельство, что в момент ДТП ФИО4 действовал в интересах и по поручению ООО «Перспектива», транспортное средство было передано в управление ФИО4 в силу возникших с ответчиком гражданско-правовых отношений, суд приходит к выводу об обоснованности предъявленных требований к ООО «Перспектива», являвшимся на дату ДТП владельцем источника повышенной опасности, а поскольку факт причинения телесных повреждений истцу в результате ДТП, подтвержден совокупностью представленных доказательств, потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические и нравственные страдания, и причинение ему морального вреда предполагается, у последнего возникло право на получение в этой связи компенсации.

В силу пункта 1 статьи 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 «Обязательства вследствие причинения вреда» (статьи 1064 – 1101 ГК РФ) и статьей 151 ГК РФ.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 ГК РФ).

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции) (пункт 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 №33).

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (пункт 26 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 №33).

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни (пункт 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 №33).

Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего (пункт 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 №33).

Разрешая спор о компенсации морального вреда, суд в числе иных заслуживающих внимания обстоятельств может учесть тяжелое имущественное положение ответчика-гражданина, подтвержденное представленными в материалы дела доказательствами (например, отсутствие у ответчика заработка вследствие длительной нетрудоспособности или инвалидности, отсутствие у него возможности трудоустроиться, нахождение на его иждивении малолетних детей, детей-инвалидов, нетрудоспособных супруга (супруги) или родителя (родителей), уплата им алиментов на несовершеннолетних или нетрудоспособных совершеннолетних детей либо на иных лиц, которых он обязан по закону содержать) (пункт 29 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 №33).

Согласно пункту 2 статьи 1083 ГК РФ, если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен.

При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается.

Вопрос же о том, является ли неосторожность потерпевшего грубой небрежностью или простой неосмотрительностью, не влияющей на размер возмещения вреда, разрешается в каждом случае судом с учетом конкретных обстоятельств.

Согласно пункту 1.5 Правил дорожного движения Российской Федерации участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда.

В соответствии с пунктом 4.3 Правил дорожного движения Российской Федерации пешеходы должны переходить дорогу по пешеходным переходам, подземным или надземным пешеходным переходам, а при их отсутствии - на перекрестках по линии тротуаров или обочин.

При отсутствии в зоне видимости перехода или перекрестка разрешается переходить дорогу под прямым углом к краю проезжей части на участках без разделительной полосы и ограждений там, где она хорошо просматривается в обе стороны.

На пешеходных переходах пешеходы могут выходить на проезжую часть (трамвайные пути) после того, как оценят расстояние до приближающихся транспортных средств, их скорость и убедятся, что переход будет для них безопасен. При переходе дороги вне пешеходного перехода пешеходы, кроме того, не должны создавать помех для движения транспортных средств и выходить из-за стоящего транспортного средства или иного препятствия, ограничивающего обзорность, не убедившись в отсутствии приближающихся транспортных средств (пункт 4.5 Правил дорожного движения Российской Федерации).

В силу пункта 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил.

При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.

Пешеходом признается лицо, находящееся вне транспортного средства на дороге либо на пешеходной или велопешеходной дорожке и не производящее на них работу. К пешеходам приравниваются лица, передвигающиеся в инвалидных колясках, ведущие средство индивидуальной мобильности, велосипед, мопед, мотоцикл, везущие санки, тележку, детскую или инвалидную коляску, а также использующие для передвижения роликовые коньки, самокаты и иные аналогичные средства (пункт 1.2 Правил дорожного движения Российской Федерации).

В ходе рассмотрения дела сторона ответчика и третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, указывала на то обстоятельство, что причиной ДТП явились действия истца, выразившиеся в грубой неосторожности, и ссылаясь на заключение специалиста от 14.02.2023 №0070-23, подготовленное ООО Воронежский центр судебных автотехнических экспертиз и оценки «Автоэкс», полагала, что пешеход в инвалидной коляске ФИО7 в нарушение требований пунктов 1.2, 4.3 и 4.5 Правил дорожного движения Российской Федерации переходил дорогу под непрямым углом к проезжей части навстречу автомобилю в зоне видимости пешеходного перехода, создал помехи для движения транспортных средств при переходе вне пешеходного перехода и при переходе дороги вне пешеходного перехода из-за стоящих справа транспортных средств не убедился в отсутствии приближающихся транспортных средств.

Вместе с тем, понятие грубой неосторожности применимо лишь в случае возможности правильной оценки ситуации, которой потерпевший пренебрег, допустив действия либо бездействие, приведшие к неблагоприятным последствиям. При этом сам по себе переход пешеходом проезжей части дороги вне зоны пешеходного перехода не свидетельствует о наличии грубой неосторожности.

Как следует из заключения эксперта ФБУ Воронежский РЦСЭ Минюста России от 17.02.022 №№74/7-6, 76/7-6 и не оспаривалось сторонами, место наезда транспортного средства 7071СЗ, государственный регистрационный знак (№), и пешехода расположено на стороне проезжей части, предназначенной для движения транспорта к ул.Клесниченко, и во всех вариантах водитель транспортного средства 7071СЗ, государственный регистрационный знак (№), ФИО4 располагал технической возможностью предотвратить наезд на пешехода, своевременно применив экстренное торможение с момента возникновения опасности для движения, и должен был действовать в соответствии с требованиями абзаца 1 пункта 1.5, абзаца 2 пункта 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации. Поскольку водитель транспортного средства 7071СЗ, государственный регистрационный знак <***>, при возникновении опасности для движения, которую в состоянии был обнаружить, не принял возможные меры к снижению скорости, вплоть до остановки транспортного средства, чем создал опасность для движения, то действия ФИО4 не соответствовали указанным положениям Правил дорожного движения Российской Федерации, а так как расчетным методом установлено, что в момент начала пересечения пешеходом проезжей части транспортное средство 7071СЗ, государственный регистрационный знак <***>, находилось на расстоянии, позволяющем его водителю при своевременном снижении скорости избежать ДТП, и в месте наезда отсутствует разделительная полоса и ограждения, то не имеется каких-либо объективных оснований утверждать, что действия пешехода ФИО7 в рассматриваемом случае противоречили требованиям пунктов 4.3 и 4.5 Правил дорожного движения Российской Федерации.

Оценивая обстоятельства имевшего место 30.08.2021 ДТП на основе представленных в деле доказательств, суд считает, что в рассматриваемом случае имелась неосмотрительность потерпевшего при переходе проезжей части в неположенном месте. Оснований полагать, что в действиях ФИО7 имела место грубая неосторожность, суд, с учетом заключения эксперта ФБУ Воронежский РЦСЭ Минюста России от 17.02.022 №№74/7-6, 76/7-6, не находит, поскольку грубая неосторожность предполагает предвидение потерпевшим большой вероятности наступления вредоносных последствий своего поведения и наличие легкомысленного расчета, что они не наступят. Вопреки утверждениям стороны третьего лица, в данном случае таких обстоятельств по делу не установлено.

Представленное заключение специалиста ООО Воронежский центр судебных автотехнических экспертиз и оценки «Автоэкс» от 14.02.2023 №0070-23 суд оценивает критически и не может принять в качестве доказательства по делу, поскольку консультация специалиста является письменной консультацией, которая дана не в рамках судебного разбирательства, подготовивший ее специалист в порядке статьи 188 ГПК РФ к участию в деле не привлекался, права и обязанности специалисту в соответствии со статьей 171 ГПК РФ не разъяснялись и об ответственности специалист при даче заключения не предупреждался.

Оснований же не доверять заключению эксперта ФБУ Воронежский РЦСЭ Минюста России от 17.02.022 №№74/7-6, 76/7-6 у суда не имеется, поскольку, хотя оно и выполнялось в рамках процессуальной проверки и административного расследования, данное заключение в полной мере соответствует предъявляемым требованиям, выполнено лицом, обладающим необходимыми познаниями, предупрежденным об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

Пояснения третьего лица ФИО4 о том, что в момент ДТП истец находился в состоянии опьянения, суд находит неубедительными, поскольку ни медицинскими работниками, ни при рассмотрении дела об административном правонарушении, а равно при рассмотрении настоящего дела достоверного подтверждения этому не установлено, доказательств обратного не представлено.

В исковом заявлении указано и в судебном заседании сторона истца поясняла, что ФИО7 в результате действий ФИО4 причинены физические и нравственные страдания, а именно: от наезда транспортного средства истец испытал физическую боль, в дальнейшем перенес энуклеацию, до настоящего времени его мучают головные боли и боли глазницы, нарушен сон, а постоянное посещение офтальмологической больницы и установка протеза после удаления глазного яблока повлекло изменение привычного образа жизни, который и так был сопряжен с определенными ограничениями в результате полученной производственной травмы. Кроме того, ввиду того, что истец проживает с престарелой матерью, то вместо осуществления ухода за ней, вынужден был обращаться за помощью к ней в период своей нетрудоспособности и после, причиняя тем самым ей дополнительные нравственные страдания.

Представители ответчика ООО «Перпектива» не отрицали и не оспаривали, что ФИО7 в период нахождения его на лечении представитель организации не посещали, извинений за действия своего сотрудника не приносили, и кроме выплаченных ФИО4 денежных средств в сумме 85000,00 рублей, о чем составлена расписка от 30.03.2022, никакой помощи истцу более не оказывали. Во внесудебном порядке и целях мирного урегулирования спора ФИО7 предлагалась денежная сумма в счет компенсации морального вреда в размере 100000,00 рублей, однако истец отказался от ее получения, сославшись на ее несоответствие перенесенным страданиям.

Компенсация морального вреда должна отвечать цели, для достижения которой она установлена законом, – компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания. В данном случае, заявляя требования о компенсации морального вреда в связи с причинением им физических и нравственных страданий в результате ДТП, иных целей истец не преследовал.

Принимая во внимание изложенное, определяя размер подлежащей взысканию в пользу истца компенсации морального вреда, суд учитывает обстоятельства дела по наезду на пешехода, допустившего неосмотрительность при переходе проезжей части в неположенном месте, возраст потерпевшего, наличие у него инвалидности первой группы, тот факт, что подвергшийся энуклеации левый глаз на момент ДТП полностью не видел вследствие перенесенной в 1999 году травмы, характер и степень причиненных ФИО7 физических страданий, вызванных полученными телесными повреждениями, квалифицированными как вред здоровью средней тяжести, продолжительность восстановительного лечения, а также сопряженные с причинением вреда здоровью нравственные страдания относительно последствий данных телесных повреждений, дополнительных ограничений привычного образа жизни истца, естественные негативные эмоции от происшедшего события, переживание за свое здоровье, семью.

При этом при определении размера компенсации морального вреда суд полагает необходимым не учитывать денежные средства в размере 85000,00 рублей, выплаченные третьим лицом истцу, поскольку из буквального толкования содержания расписки от 30.03.2022 как соглашения между ФИО4 и ФИО7 следует, что данной денежной суммой возмещается материальный ущерб, и полученной денежной суммы достаточно для компенсации имущественного вреда, причиненного в результате ДТП, а также связанных с ним расходов на медицинское обеспечение лечения полученных травм. Иных доказательств в материалы дела не представлено, а представителями указанных сторон в данной части даны противоречивые объяснения.

Исходя из вышеперечисленных обстоятельств, суд полагает разумной и справедливой определить денежную компенсацию морального вреда в размере 300000,00 рублей.

Руководствуясь статьями 56, 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Перспектива» (ИНН <***>) в пользу ФИО7 (паспорт (№)) денежную сумму в счет компенсации морального вреда в размере 300000 (триста тысяч) рублей 00 копеек.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Воронежский областной суд в течение месяца со дня принятия в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Коминтерновский районный суд г.Воронежа.

Судья А.М.Нейштадт

Решение в окончательной форме изготовлено 16.03.2023