Дело № 2-14/2025 КОПИЯ

УИД 59RS0035-01-2022-00426-95

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

28 мая 2025 года г.Соликамск

Соликамский городской суд Пермского края

в составе председательствующего судьи Мошева А.А.,

при секретаре судебного заседания Кораблевой Д.Д.,

с участием представителя ответчика ПАО «Уралкалий» ФИО2,

прокурора Копытовой Е.И.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 <Г.В.>, действующих в своих интересах и как законный представитель несовершеннолетнего <данные изъяты>, ФИО3 <А.А,>, ФИО3 <Н.А.> к ПАО «Уралкалий» о взыскании денежной компенсации,

установил:

ФИО5, действующая в своих интересах и интересах несовершеннолетнего ФИО4, ФИО6, ФИО7 обратились в суд с иском к Акционерному обществу «Управление строительства № 30» и Публичному акционерному обществу «Уралкалий» с требованием о взыскании с Акционерного общества «Управление строительства № 30» в пользу истцов компенсацию предусмотренную статьей 60 Градостроительного кодекса Российской Федерации в размере 3 000 000 рублей.

Требования мотивированы тем, что на территории Соликамского калийного рудоуправления при выполнении строительно-монтажных работ произошел несчастный случай на производстве, в результате которого погиб ФИО8, который состоял в трудовых отношениях с ФГУП «УС-30», которое в последующем было реорганизовано путем присоединения к АО «УС-30». По факту произошедшего 22.12.2018 группового несчастного случая на производстве со смертельным исходом было возбуждено уголовное дело. Приговором Соликамского городского суда Пермского края от 09.10.2019 сотрудники АО «УС-30» ФИО9, ФИО10, ФИО19, ФИО20, ФИО24 признаны виновными в совершении преступления предусмотренного ч. 3 ст. 217 УК РФ, поскольку ими допущены нарушения требований промышленной безопасности. Истцы полагают, что нарушения требований безопасности сотрудниками АО «УС-30» были допущены при выполнении строительных работ на объекте подземного комплекса ствола №, собственником которого является ПАО «Уралкалий». Для выполнения строительных работы между ПАО «Уралкалий» и АО «УС-30» был заключен договор подряда, согласно которому подземный комплекс шахтного ствола № был передан подрядчику для проведения строительно-монтажных, горнопроходческих, пусконаладочных работ. 22.12.2018 в результате проведения огневых работ с применением запрещенного к использованию в шахте газопламенного оборудования, а также электросварочного оборудования, в отсутствие наряда-допуска на огневые работы, вблизи от горючего материала и деревянных элементов опалубки, произошло возгорание материалов, что привело к пожару и последующей гибели работников АО «УС-30». Истцы полагают, что, поскольку гибель ФИО8 произошла в результате нарушения требований строительных норм и правил, они в силу положений ст. 60 Градостроительного кодекса РФ (ГрК РФ) имеет право на выплату собственником объекта (застройщиком) денежной компенсации сверх возмещения вреда в размере трех миллионов рублей.

Истцы ФИО5, действующая за себя и как законный представитель несовершеннолетнего ФИО4, ФИО6, ФИО7 извещенные о месте и времени судебного заседания не явились.

Представитель истца ФИО5 - ФИО26, извещенный о месте и времени судебного заседания не явился, из представленного ходатайства следует, что исковые требования поддерживает по доводам искового заявления.

Представитель ответчика ПАО «Уралкалий» ФИО2 в судебном заседании возражала против удовлетворения заявленных требований. Пояснила, что не имеется условий для наступления ответственности, поскольку отсутствует нарушение градостроительных требований, должна быть установлена причинно-следственная связь. В материалах дела имеется приговор суда, согласно которому работники осуждены за нарушение промышленной безопасности, хотя ранее уголовное дело было возбуждено за нарушения строительного законодательства. Установлено, что использовалась иная смола – «ФИО28», но в различной проектной документации смола имеет различную модификацию, важно, что использовалась смола «Блокпур», модификация значения не имеет. Кроме того, смола «ФИО28 ускоренный» не исследовалась, данная смола не является новым материалом, в него добавлены антиперены. Указывает, что «Блокупур» должен закрываться бетоном, предполагалось, что огонь не попадет на смолу. В материалах дела имеется заключение эксперта, согласно которому законодательство не содержит требований о том, какие материалы могут использоваться при осуществлении строительства. Указывает, что строительный контроль осуществляется в целях проверки хода строительства и не охватывает соблюдение градостроительной безопасности. Полагает, что при оценке доказательств следует учесть, что приговор суда имеет наиболее высокое значение по отношению к актам расследования госорганов, имеет преюдициальное значение. Обращает внимание, что семье П-вых произведены значительные выплаты, гибель ФИО8 невосполнимая утрата, но не может являться средством обогащения. Указывает, что ПАО «Уралкалий» уже произвело выплату в размере, равной установленной ст.60 ГрК РФ, в назначении платежа указана сумма компенсации в качестве благотворительности.

Ответчик АО «Управление строительства №30» извещенное о месте и времени судебного заседания своего представителя не направило, представили письменные возражения, согласно которым в удовлетворении заявленных требований просят отказать.

Третьи лица МТУ №7 МСР ПК, Союз строителей, АО «Ингосстрах», АО «ВСК» извещенные о месте и времени судебного заседания своих представителей не направили.

Третьи лица ФИО21, ФИО23 извещенные о месте и времени судебного заседания не явились.

Третьи лица ФИО29, ФИО27, ФИО22, ФИО25 извещались о месте и времени судебного заседания по месту регистрации, подтвержденного сведениями миграционного учета, судебная почтовая корреспонденция возвращена в суд в связи с истечением срока хранения.

Прокурор ФИО11 в судебном заседании дала заключение о наличии оснований для удовлетворения заявленных требований.

Заслушав лиц, участвующих в деле, исследовав представленные доказательства, суд приходит к следующим выводам.

Согласно п. 1 ст. 1064 Гражданского кодекса РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Законом или договором может быть установлена обязанность причинителя вреда выплатить потерпевшим компенсацию сверх возмещения вреда. Законом может быть установлена обязанность лица, не являющегося причинителем вреда, выплатить потерпевшим компенсацию сверх возмещения вреда.

В соответствии с п.1 ч. 1 ст. 60 Градостроительного кодекса РФ (в редакции, действовавшей на момент несчастного случая) в случае причинения вреда личности гражданина вследствие нарушения требований к обеспечению безопасной эксплуатации сооружения собственник такого сооружения, если не докажет, что указанное нарушение возникло вследствие умысла потерпевшего, действий третьих лиц или чрезвычайного и непредотвратимого при данных условиях обстоятельства (непреодолимой силы), возмещает вред в соответствии с гражданским законодательством и выплачивает компенсацию сверх возмещения вреда родственникам потерпевшего (родителям, детям, усыновителям, усыновленным), супругу в случае смерти потерпевшего - в сумме три миллиона рублей.

Частью 3 статьи 60 Градостроительного кодекса РФ предусмотрено, что в случае причинения вреда вследствие разрушения, повреждения объекта незавершенного строительства, нарушения требований безопасности при строительстве такого объекта, требований безопасности при сносе такого объекта возмещение вреда и выплата компенсации сверх возмещения вреда, предусмотренной частью 1 настоящей статьи, осуществляются застройщиком, если застройщик не докажет, что указанные разрушение, повреждение, нарушение возникли вследствие умысла потерпевшего, действий третьих лиц или непреодолимой силы.

Согласно части 4 статьи 60 Градостроительного кодекса РФ, в случае, если гражданская ответственность лиц, указанных в частях 1 - 3 настоящей статьи, за причинение вреда в результате разрушения, повреждения объекта капитального строительства либо части здания или сооружения, нарушения требований безопасности при строительстве объекта капитального строительства, требований к обеспечению безопасной эксплуатации здания, сооружения, требований безопасности при сносе здания, сооружения застрахована в соответствии с законодательством Российской Федерации, указанные лица возмещают вред в части, не покрытой страховыми возмещениями, и в случае, если это предусмотрено федеральным законом, компенсационными выплатами профессионального объединения страховщиков.

Собственник здания, сооружения, концессионер, частный партнер, застройщик, которые возместили в соответствии с гражданским законодательством вред, причиненный вследствие разрушения, повреждения здания, сооружения либо части здания или сооружения, объекта незавершенного строительства, нарушения требований безопасности при строительстве объекта капитального строительства, требований к обеспечению безопасной эксплуатации здания, сооружения, требований безопасности при сносе здания, сооружения, и выплатили компенсацию сверх возмещения вреда в соответствии с частями 1 - 3 настоящей статьи, имеют право обратного требования (регресса) в размере возмещения вреда и выплаты компенсации сверх возмещения вреда, в частности, к: 1) лицу, выполнившему соответствующие работы по инженерным изысканиям, подготовке проектной документации, по строительству, реконструкции, капитальному ремонту, сносу объекта капитального строительства, вследствие недостатков которых причинен вред; 1.1) техническому заказчику, осуществлявшему от имени застройщика соответствующие функции по заключенным техническим заказчиком с иными лицами договорам о выполнении инженерных изысканий, о подготовке проектной документации, о строительстве, реконструкции, капитальном ремонте, сносе объектов капитального строительства, вследствие недостатков выполнения которых причинен вред (часть 5 статьи 60 ГрК РФ).

Согласно части 1, 2 статьи 62 Градостроительного кодекса РФ, в случае причинения вреда жизни или здоровью физических лиц, имуществу физических или юридических лиц в результате нарушения законодательства о градостроительной деятельности в течение десяти дней со дня причинения такого вреда создаются технические комиссии для установления причин такого нарушения и определения лиц, допустивших такое нарушение. В случае причинения вреда жизни или здоровью физических лиц, имуществу физических или юридических лиц в результате нарушения законодательства о градостроительной деятельности в отношении объектов, указанных в пункте 5.1 статьи 6 настоящего Кодекса (в том числе опасных производственных объектов), установление причин такого нарушения осуществляется в порядке, установленном Правительством Российской Федерации.

Из изложенных правовых норм следует, что одним из оснований для взыскания с застройщика объекта капитального строительства предусмотренной частью 1 статьи 60 Градостроительного кодекса РФ компенсации сверх возмещения вреда является причинение вреда потерпевшему вследствие нарушения требований безопасности при строительстве такого объекта капитального строительства. При этом, застройщик может быть освобожден от ответственности, если докажет, что указанные нарушения возникли вследствие умысла потерпевшего, действий третьих лиц или непреодолимой силы. Однако, закон не связывает наступление у застройщика обязательства по выплате компенсации с наличием его вины в допущенных нарушениях требований безопасности при строительстве, повлекших причинение вреда потерпевшему.

Согласно п.10 ст. 1 Градостроительного кодекса РФ, объект капитального строительства - здание, строение, сооружение, объекты, строительство которых не завершено (далее - объекты незавершенного строительства), за исключением некапитальных строений, сооружений и неотделимых улучшений земельного участка (замощение, покрытие и другие).

Застройщик - физическое или юридическое лицо, обеспечивающее на принадлежащем ему земельном участке или на земельном участке иного правообладателя (которому при осуществлении бюджетных инвестиций в объекты капитального строительства государственной (муниципальной) собственности органы государственной власти (государственные органы), Государственная корпорация по атомной энергии «Росатом», Государственная корпорация по космической деятельности «Роскосмос», органы управления государственными внебюджетными фондами или органы местного самоуправления передали в случаях, установленных бюджетным законодательством Российской Федерации, на основании соглашений свои полномочия государственного (муниципального) заказчика) строительство, реконструкцию, капитальный ремонт, снос объектов капитального строительства, а также выполнение инженерных изысканий, подготовку проектной документации для их строительства, реконструкции, капитального ремонта. Застройщик вправе передать свои функции, предусмотренные законодательством о градостроительной деятельности, техническому заказчику (пункт 16 статьи 1 ГрК РФ).

Согласно статье 3 Градостроительного кодекса РФ законодательство о градостроительной деятельности состоит из настоящего Кодекса, других федеральных законов и иных нормативных правовых актов Российской Федерации, а также законов и иных нормативных правовых актов субъектов Российской Федерации.

В соответствии с частями 1, 2 статьи 4 Градостроительного кодекса РФ законодательство о градостроительной деятельности регулирует отношения по территориальному планированию, градостроительному зонированию, планировке территории, архитектурно-строительному проектированию, отношения по строительству объектов капитального строительства, их реконструкции, капитальному ремонту, сносу, а также по эксплуатации зданий, сооружений (далее - градостроительные отношения). К отношениям, связанным с принятием мер по обеспечению безопасности строительства, эксплуатации зданий, сооружений, сноса объектов капитального строительства, предупреждению чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера и ликвидации их последствий при осуществлении градостроительной деятельности, нормы законодательства о градостроительной деятельности применяются, если данные отношения не урегулированы законодательством Российской Федерации в области защиты населения и территорий от чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера, законодательством Российской Федерации о безопасности гидротехнических сооружений, законодательством Российской Федерации о промышленной безопасности опасных производственных объектов, законодательством Российской Федерации об использовании атомной энергии, техническими регламентами.

Подпунктом «в» пункта 11 части 1 статьи 48.1 Градостроительного кодекса РФ предусмотрено, что к особо опасным и технически сложным объектам относятся опасные производственные объекты, подлежащие регистрации в государственном реестре в соответствии с законодательством Российской Федерации о промышленной безопасности опасных производственных объектов: опасные производственные объекты, на которых ведутся горные работы (за исключением добычи общераспространенных полезных ископаемых и разработки россыпных месторождений полезных ископаемых, осуществляемых открытым способом без применения взрывных работ), работы по обогащению полезных ископаемых.

В соответствии с частью 6 статьи 52 Градостроительного кодекса РФ лицо, осуществляющее строительство, обязано осуществлять строительство, реконструкцию, капитальный ремонт объекта капитального строительства в соответствии с заданием на проектирование, проектной документацией и (или) информационной моделью (в случае, если формирование и ведение информационной модели являются обязательными в соответствии с требованиями настоящего Кодекса), требованиями к строительству, реконструкции объекта капитального строительства, установленными на дату выдачи представленного для получения разрешения на строительство градостроительного плана земельного участка, разрешенным использованием земельного участка, ограничениями, установленными в соответствии с земельным и иным законодательством Российской Федерации, требованиями технических регламентов и при этом обеспечивать безопасность работ для третьих лиц и окружающей среды, выполнение требований безопасности труда, сохранности объектов культурного наследия. Лицо, осуществляющее строительство, также обязано обеспечивать доступ на территорию, на которой осуществляются строительство, реконструкция, капитальный ремонт объекта капитального строительства, представителей застройщика, технического заказчика, лица, ответственного за эксплуатацию здания, сооружения, или регионального оператора, органов государственного строительного надзора, предоставлять им необходимую документацию, проводить строительный контроль, обеспечивать ведение исполнительной документации, извещать застройщика, технического заказчика, лицо, ответственное за эксплуатацию здания, сооружения, или регионального оператора, представителей органов государственного строительного надзора о сроках завершения работ, которые подлежат проверке, обеспечивать устранение выявленных недостатков и не приступать к продолжению работ до составления актов об устранении выявленных недостатков, обеспечивать контроль за качеством применяемых строительных материалов.

Частью 7 вышеуказанной статьи установлено, что отклонение параметров объекта капитального строительства от проектной документации, необходимость которого выявилась в процессе строительства, реконструкции, капитального ремонта такого объекта, допускается только на основании вновь утвержденной застройщиком, техническим заказчиком, лицом, ответственным за эксплуатацию здания, сооружения, или региональным оператором проектной документации после внесения в нее соответствующих изменений в соответствии с настоящим Кодексом, в том числе, в порядке, предусмотренном частями 3.8 и 3.9 статьи 49 настоящего Кодекса.

Согласно частям 1, 2 статьи 53 Градостроительного кодекса РФ предусмотрено, что строительный контроль проводится в процессе строительства, реконструкции, капитального ремонта объектов капитального строительства в целях проверки соответствия выполняемых работ проектной документации (в том числе решениям и мероприятиям, направленным на обеспечение соблюдения требований энергетической эффективности и требований оснащенности объекта капитального строительства приборами учета используемых энергетических ресурсов), требованиям технических регламентов, результатам инженерных изысканий, требованиям к строительству, реконструкции объекта капитального строительства, установленным на дату выдачи представленного для получения разрешения на строительство градостроительного плана земельного участка, а также разрешенному использованию земельного участка и ограничениям, установленным в соответствии с земельным и иным законодательством Российской Федерации.

Строительный контроль проводится лицом, осуществляющим строительство. В случае осуществления строительства, реконструкции, капитального ремонта на основании договора строительного подряда строительный контроль проводится также застройщиком, техническим заказчиком, лицом, ответственным за эксплуатацию здания, сооружения, или региональным оператором либо привлекаемыми ими на основании договора индивидуальным предпринимателем или юридическим лицом. Застройщик или технический заказчик по своей инициативе может привлекать лицо, осуществляющее подготовку проектной документации, для проверки соответствия выполняемых работ проектной документации.

Федеральным законом от 21 июля 1997 года № 116-ФЗ «О промышленной безопасности опасных производственных объектов» предусмотрено, что требования промышленной безопасности - условия, запреты, ограничения и другие обязательные требования, содержащиеся в настоящем Федеральном законе, других федеральных законах, принимаемых в соответствии с ними нормативных правовых актах Президента Российской Федерации, нормативных правовых актах Правительства Российской Федерации, а также федеральных нормах и правилах в области промышленной безопасности. Требования промышленной безопасности должны соответствовать, в частности, нормам в области строительства, а также обязательным требованиям, установленным в соответствии с законодательством Российской Федерации о техническом регулировании (части 1, 2 статьи 3).

Требования промышленной безопасности к проектированию, строительству, реконструкции, капитальному ремонту, вводу в эксплуатацию, техническому перевооружению, консервации и ликвидации опасного производственного объекта предусмотрены в статье 8 указанного Федерального закона. В соответствии с частью 2 данной статьи отклонения от проектной документации опасного производственного объекта в процессе его строительства, реконструкции, капитального ремонта, а также от документации на техническое перевооружение, капитальный ремонт, консервацию и ликвидацию опасного производственного объекта в процессе его технического перевооружения, консервации и ликвидации не допускаются. Изменения, вносимые в проектную документацию на строительство, реконструкцию опасного производственного объекта, подлежат экспертизе проектной документации в соответствии с законодательством Российской Федерации о градостроительной деятельности. Изменения, вносимые в документацию на консервацию и ликвидацию опасного производственного объекта, подлежат экспертизе промышленной безопасности. Изменения, вносимые в документацию на техническое перевооружение опасного производственного объекта, подлежат экспертизе промышленной безопасности и согласовываются с федеральным органом исполнительной власти в области промышленной безопасности или его территориальным органом, за исключением случая, если указанная документация входит в состав проектной документации, подлежащей экспертизе в соответствии с законодательством Российской Федерации о градостроительной деятельности.

Статьей 16.1 Федерального закона от 21 июля 1997 года № 116-ФЗ «О промышленной безопасности опасных производственных объектов» предусмотрено, что государственный надзор при строительстве, реконструкции опасных производственных объектов осуществляется уполномоченным на осуществление федерального государственного строительного надзора федеральным органом исполнительной власти, уполномоченными на осуществление регионального государственного строительного надзора органами исполнительной власти субъектов Российской Федерации в соответствии с законодательством Российской Федерации о градостроительной деятельности.

В соответствии с пунктом 1 статьи 17.1 Федерального закона от 21 июля 1997 года № 116-ФЗ в случае причинения вреда жизни или здоровью граждан в результате аварии или инцидента на опасном производственном объекте эксплуатирующая организация или иной владелец опасного производственного объекта, ответственные за причиненный вред, обязаны обеспечить выплату компенсации в счет возмещения причиненного вреда: гражданам, имеющим право в соответствии с гражданским законодательством на возмещение вреда, понесенного в случае смерти потерпевшего (кормильца), - в сумме два миллиона рублей.

Шахта по добыче сырья для химической промышленности и производства минеральных удобрений, а также сооружение шахтного ствола относятся к объектам капитального строительства.

В судебном заседании установлено, что Публичное акционерное общество «Уралкалий» согласно выписке из ЕГРЮЛ осуществляет различные виды деятельности, в том числе, добычу минерального сырья для химической промышленности и производства минеральных удобрений, добычу соли (т.1 л.д. 87-98).

Из выписки из ЕГРЮЛ установлено, что Акционерное общество «Управление строительства № 30» осуществляет различные виды экономической деятельности, основным видом деятельности является строительство жилых и нежилых зданий (т. 1 лд. 99-101), является правопреемником Федерального государственного унитарного предприятия «Управление строительства №» (т. 1 лд. 102-106) - <дата> ФГУП «УС-30» реорганизовано в АО «УС-30», что следует и из учредительных документов ответчика.

Судом установлено и из материалов дела следует, что ПАО «Уралкалий» на основании лицензии ПЕМ №, выданной сроком до 01.01.2025, обладает правами недропользователя по осуществлению строительства в целях добычи калийной соли на Ново-Соликамском участке Верхнекамского месторождения (шахтное поле СКРУ-3). Данный участок имеет статус горного отвода.

30.11.2018 <данные изъяты> выдано свидетельство № <данные изъяты> о регистрации опасного производственного объекта, эксплуатируемого указанной организацией, зарегистрированного в Государственном реестре опасных производственных объектов в соответствии с Федеральным законом от <дата> № 116-ФЗ «О промышленной безопасности опасных производственных объектов».

В приложении к свидетельству значится участок горно-капитального строительства <данные изъяты> В качестве эксплуатирующей организации указано ПАО «Уралкалий».

25.02.2018 между ПАО «Уралкалий» и СПАО «Ингосстрах» заключен договор об организации осуществления обязательного социального страхования гражданской ответственности владельца опасного объекта за причинение вреда в результате аварии на опасном объекте (т. 2 л.д. 125-129). Таким опасным объектом является в соответствии с приложением № 1 к договору от 25.02.2018 (т. 2 л.д. 130) участок горно-капитального строительства <данные изъяты>

На основании договора строительного подряда № от 04.08.2016 (т. 1 л.д. 152-163) ПАО «Уралкалий» передало ФГУП «УС-30» ствол № на территории <данные изъяты>, зарегистрированный на основании свидетельств как опасный производственный объект 2 класса с целью выполнения строительно-монтажных работ по техническому перевооружению крепи, проходке, креплению и армировке ствола № ПАО «Уралкалий», а также выполнения при необходимости иных работ.

17.03.2017 сторонами договора заключено дополнительное соглашение № 1 (т.1 л.д.178), в котором стороны согласовали порядок выполнения дополнительных работ.

Впоследствии сторонами договора были заключены дополнительные соглашения № от 07.12.2017 (т. 1 л.д. 183-184), № от 09.02.2018 (т. 1 л.д. 188), № от 28.08.2019 (т. 1 л.д. 190), № от 18.10.2019 (т. 1 л.д. 196), № от 24.07.2020 (т. 1 л.д. 199), № от 14.09.2020 (т. 1 л.д. 202).

Для выполнения указанных работ ПАО «Уралкалий» передал, а ФГУП «УС-30» принял строительную площадку на земельном участке, расположенном в районе <данные изъяты>, что подтверждается актом приема-передачи территории участка ведения работ от 20.11.2017 (т. 1 л.д. 150, 151) и актом приема-передачи ствола № от 14.12.2017 (т. 2 л.д. 121).

Согласно акту-допуску от 09.01.2018 (т. 1 л.д. 149, т. 2 л.д. 122), подземный комплекс ствола № рудника СКРУ-3 выделен и передан для проведения строительно-монтажных, горнопроходческих, пуско-наладочных работ оборудования <данные изъяты> обособленному структурному подразделению ФГУП «УС-30» по акту приема-передачи территории участка ведения работ организации ФГУП «УС-30» (т. 1 л.д. 150, 151) и акту приема-передачи ствола № от 14.12.2017 (т. 2 л.д. 121).

В договоре строительного подряда от 04.08.2016 на выполнение работ по проходке и креплению ствола № разграничена ответственность подрядчика ФГУП «УС-30» и заказчика ПАО «Уралкалий», стороны согласовали, что за вопросы безопасности выполнения работ полностью отвечает подрядчик. Так, согласно условиям заключенного договора строительного подряда от 04.08.2016, в соответствии с разграничением ответственности сторон, обеспечение промышленной безопасности и охрана труда на стройплощадке, ответственность за соблюдение правил безопасности в пределах границ площадки ствола № закреплена за ФГУП «УС-30», что подтверждается Матрицей границ ответственности (т. 2 л.д. 95 оборот - 98), сторонами признано и не оспаривается.

Панов <А.В.> <дата> года рождения, как установлено судом, по состоянию на 22.12.2018 являлся работником ФГУП «УС-30».

Так, приказом №-к от 29.09.2017 ФИО8 был принят на подземный участок № <данные изъяты> ФГУП «УС № 30» на период проходки, крепления и армирования ствола № <данные изъяты> ПАО «Уралкалий», этапа №, для выполнения работ по профессии проходчик 4 разряда с полным рабочим днем в подземных условиях труда (т. 2 л.д. 9-11).

На основании трудового договора № от 29.09.2017 ФИО8 принят на работу в ФГУП «Управление строительства № 30» <данные изъяты>, подземный участок № Шахтостроительного комплекса Усольского калийного комбината для выполнения работы по профессии проходчик 4 разряда с полным рабочим днем в подземных условиях (т. 2 л.д. 9-11).

Истец ФИО5 являлась супругой ФИО8, ФИО6 и несовершеннолетний ФИО4 – его сыновьями, что подтверждается свидетельством о браке и свидетельствами рождении (т. 1 л.д. 77-80), ФИО7 является матерью ФИО8 (т.7 л.д.16).

22.12.2018 на участке № Шахтостроительного комплекса Соликамского рудоуправления № Строительно-монтажного управления № произошел несчастный случай.

В результате несчастного случая 22.12.2018 наступила смерть ФИО3 <А.В.> <дата> года рождения, что подтверждается свидетельством о смерти (т. 1 л.д. 81).

По заключению судебно-медицинского эксперта смерть ФИО8 наступила в результате комбинированной травмы – отравления окисью углерода и термических ожогов дыхательных путей, кожи головы и кистей 3-4 степени на площади около 13% тела, которая по признаку опасности для жизни расценивается как тяжкий вред здоровью.

Из материалов дела установлено, что на основании приказа Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору Западно-Уральского Управления Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору №-пр от <дата> проведено расследование аварии, произошедшей 22.12.2018 при производстве работ в стволе № СКРУ-3 ПАО «Уралкалий».

Актом расследования несчастного случая на производстве № от 16.05.2019 установлено, что техническими причинами пожара явились нарушение порядка организации и ведения огневых работ в стволе №, применение оборудования для газопламенной резки с использованием горючих углеводородов (пропана) и ручной электродуговой сварки, применение в качестве материала податливого слоя двухкомпонентной полиуретановой смолы «ФИО28(ускоренный)», которая согласно экспертным заключениям является легковоспламеняемой, сильнораспространяемой по скорости распространения пламени, сильногорючей и высокотоксичной по продуктам горения, чем нарушены положения ч.ч. 1, 2 ст. 9 ФЗ «О промышленной безопасности опасных производственных объектов», подпунктов «е», «л» пункта 14 постановления Правительства Российской Федерации от 16 февраля 2008 г. № «О составе разделов проектной документации и требованиях к их содержанию», ст. 212 ТК РФ (пункт 9.1.). Организационными причинами несчастного случая указаны: реализация проектного решения с внесенными изменениями в части применения в качестве податливого слоя крепления шахтного ствола двухкомпонентной полиуретановой смолы «ФИО28 ускоренный» при отсутствии протоколов испытаний на соответствие требованиям пожарной безопасности и государственной экспертизы в соответствии с законодательством о градостроительной деятельности (пункт 9.2.1), а также отсутствие в нарушение пункта 6 статьи 52, пунктов 1, 2 статьи 53 Градостроительного кодекса Российской Федерации строительного контроля за ходом строительства ствола № со стороны должностных лиц организации-подрядчика ФГУП «УС- 30», уполномоченных на руководство строительными работами; отсутствие производственного контроля со стороны должностных лиц, осуществляющих техническое руководство строительными и горными работами; отсутствие авторского надзора за реализацией проектных решений со стороны генерального проектировщика ВНИИ «Галургия» (пункт 9.2).

Из акта технического расследования причин группового несчастного случая, составленного <данные изъяты>, от 22.04.2019, следует, что уполномоченным государственным органом установлены аналогичные причины как технического, так и организационного характера (т.3 л.д.140-161).

При этом, лицами, ответственными за произошедший групповой несчастный случай, указаны, в том числе:

- горный инженер по охране труда 1 категории Шахтостроительного комплекса СКРУ-3 <данные изъяты> ФГУП «УС-30» ФИО24 – не осуществил производственный контроль за соблюдением требований промышленной безопасности на опасном производственном объекте;

- главный инженер проекта отдела ГИПов ФГУП «УС-30» ФИО12 – осуществлял проектирование крепления ствола с применением двухкомпонентной полиуретановой смолы «ФИО28» (ускоренный) без учета основных характеристик воспламеняемости, дымообразования, группы распространения пламени, группы горючести, показателя токсичности, не осуществлял авторский надзор за объектом строительства;

- начальник СМУ-680 ФГУП «УС – 30» ФИО27 – допустил производство работ без создания безопасных условий работ на опасном производственном объекте, не обеспечил выполнение требований промышленной безопасности при ведении работ на объекте; не проводил строительный контроль в процессе строительства объекта (нарушение ст. 53 ГрК РФ, п.5 Положения о проведении строительного контроля при осуществлении строительства, реконструкции и капитального ремонта объектов капитального строительства, утвержденного Постановлением Правительства РФ от 21.06.2010 № 468);

- главный инженер проектного бюро № ФГУП «УС-30» - в нарушение установленных требований и нормативов при проектировании объекта капитального строительства принял решение по применению в качестве элемента крепи ствола № двухкомпонентной полиуретановой смолы «ФИО28» и «ФИО28» (ускоренный), не осуществлял авторский надзор за строительством объекта;

- первый заместитель начальника ФГУП «УС-30» ФИО13 – не обеспечил контроль за организацией и проведением контрольно-надзорных мероприятий в процессе строительства;

- директор по капитальному строительству ПАО «Уралкалий» ФИО14 – не обеспечил контроль исполнения требований промышленной безопасности на объектах капитального строительства ПАО «Уралкалий» подчиненными работниками;

- начальник отдела капитального строительства СКРУ-3 ПАО «Уралкалий» ФИО15 – не осуществлял контроль за безопасным выполнением работ работниками подрядных организаций;

- заместитель директора по капитальному строительству ПАО «Уралкалий» ФИО16 – не осуществлял контроль за реализацией проектных решений и своевременному внесению изменений в проектную документацию.

Вступившим в законную силу приговором Соликамского городского суда от 09.10.2019 года по уголовному делу № (т. 1 л.д. 12-64) должностные лица АО «УС - 30» ФИО20, ФИО24, ФИО9, ФИО19, ФИО10 признаны виновными в совершении преступления, предусмотренного частью 3 статьи 217 Уголовного кодекса Российской Федерации за нарушение требований промышленной безопасности опасных производственных объектов, повлекшее по неосторожности причинение крупного ущерба, смерть двух и более лиц.

В ходе судебного следствия по данному уголовному делу установлено, что исходя из заключений экспертов, полученных в ходе расследования уголовного дела, установлено, что причиной несчастного случая, произошедшего 22.12.2018 на территории СКРУ-3, явился пожар.

Причиной (механизмом) пожара послужило возгорание расположенных в очаге пожара материалов (древесины досок опалубки и податливого слоя) от высоко нагретого фрагмента металла и занесенного в очаг пожара, в результате проведения работ по газовой резке металла.

Имеются нарушения в области пожарной безопасности, которые состоят в прямой причинно-следственной связи с возникновением пожара.

Приговором суда установлено, что нарушение должностными лицами ФГУП «УС-30» ФИО20, ФИО24, ФИО9, ФИО19, ФИО10 требований промышленной безопасности опасных производственных объектов, а именно: п. 35, 37 и 502 Правил № 599, п.п. 1.5.1, 1.6.2, 1.6.3 Правил безопасности при строительстве подземных сооружений, утверждённых постановлением Госгортехнадзора РФ от 02.11.2011 года, п. 49, п. 421 «Правил о противопожарном режиме», утвержденных постановлением правительства РФ от 25.04.2012 года № 390 привело по неосторожности к смерти девяти человек, включая ФИО8, а также причинению крупного ущерба.

Между нарушениями осужденными ФИО20, ФИО24, ФИО9, ФИО19, ФИО10 указанных требований и наступившими последствиями в виде наступления смерти ФИО8 установлена прямая причинно-следственная связь.

В соответствии с положениями части 4 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации вступившие в законную силу приговор суда по уголовному делу, иные постановления суда по этому делу и постановления суда по делу об административном правонарушении обязательны для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого они вынесены, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Тем самым, приговор Соликамского городского суда от 09.10.2019 по уголовному делу № является обязательным для рассмотрения и разрешения настоящего гражданско-правового спора.

Судом установлено, что на основании Распоряжения Правительства Пермского края от 23.12.2018 года №-рп семьям горняков, погибших в результате пожара на руднике СКРУ-3 «Уралкалия» <...> 22.12.2018 года, были произведены выплаты материальной помощи в общем размере 9 000 000 руб. (т. 2 л.д. 48): в том числе, семья погибшего ФИО8 получила 1 000 000 рублей, что истцами не опровергнуто.

На основании Распоряжения Правительства Республики Башкортостан от 24.12.2018 года №-р членам семей граждан, погибших в результате возгорания 22.12.2018 года строящегося ствола рудника шахты «Уралкалий» в <данные изъяты>, выплачена единовременная материальная помощь в размере 1 000 000 рублей на каждого погибшего в равных долях каждому члену семьи; в том числе, семья погибшего ФИО1 получила 1 000 000 рублей (т. 2 л.д. 49), что истцами не оспаривается.

В соответствии с приказом ПАО «Уралкалий» от 25.12.2018 года № на основании списка родственников погибших, предоставленного ФГУП «УС-30», ПАО «Уралкалий» была выплачена благотворительная помощь. Семье погибшего ФИО8 выплачена сумма в размере по 862069,00 рублей каждому, в том числе НДФЛ 112069 рублей, что подтверждается платежными поручениями, приказом ответчика, и не оспаривается истцами.

Доводы представителя ответчика, что семье погибшего ФИО8 выплачена компенсация в размере, установленном ст.60 ГрК РФ правового значения не имеет, поскольку данные денежные средства выплачены ПАО «Уралкалий» в качестве благотворительной помощи в связи с произошедшей гибелью ФИО8 и не может быть признана компенсаций, установленной ст.60 ГрК РФ.

Согласно распоряжению <данные изъяты> №-р от 24.12.2018 семье погибшего ФИО8 была выплачена сумма в размере 1 000 000 рублей из Фонда социального страхования Российской Федерации по <...>, что сторонами также под сомнение не ставится.

На основании приказа ФГУП «УС-30» <данные изъяты> от 24.12.2018 (т.2 л.д. 38) истцам произведена выплата единовременной денежной компенсации в размере 2 000 000 рублей семье погибшего ФИО8, что подтверждается платежными поручениями (т. 2 лд. 39, 40, 41, 42).

Истцам (супруге погибшего ФИО8 и их детям) произведена выплата единовременной денежной компенсации в размере годового заработка погибшего за календарный год, предшествующий гибели работника, по 441691,75 рублей каждому, что подтверждается платежными поручениями (т. 2 л.д. 43, 44, 45).

Кроме того, ответчик произвел оплату услуг по погребению погибшего в размере 43780 рублей, что подтверждается копией квитанции (т. 2 л.д. 46) и копией накладной (т. 2 л.д. 47).

В ходе расследования несчастного случая установлено, что на основании договора строительного подряда от 04.08.2016 № ПАО «Уралкалий» (Заказчик) передало ФГУП «УС № 30» ствол № на территории СКРУ-3, расположенный в <...>, зарегистрированный на основании свидетельств как опасный производственный объект 2 класса (свидетельство о регистрации № А48-03486 от 17 июня 2016 и № А-48-03486 от 30 ноября 2018) с целью выполнения строительно-монтажных работ по техническому перевооружению крепи, проходке, креплению и армировке ствола №, а также выполнения при необходимости иных работ. Для выполнения указанных работ ПАО «Уралкалий» передал, а ФГУП «УС N 30» принял строительную площадку на земельном участке, расположенном в районе юго-восточной границы территории <...>, что подтверждается актом приема-передачи территории участка ведения работ от 20.11.2017 и актом приема-передачи ствола № от 14.12.2017.

Согласно акту-допуску от 9 января 2018 г. подземный комплекс ствола № рудника СКРУ-3 выделен и передан для проведения строительно-монтажных, горнопроходческих, пуско-наладочных работ оборудования СМУ-680, обособленному структурному подразделению ФГУП «УС - 30»

В соответствии с матрицей ответственности обеспечение промышленной безопасности и охрана труда на стройплощадке, ответственность за соблюдение правил безопасности в пределах границ площадки ствола № закреплены за ФГУП «УС -30».

Из раздела 14 договора строительного подряда от 04.08.2016 следует, что заказчик ПАО «Уралкалий» вправе осуществлять контроль и надзор за ведением работ своими силами, либо вправе в указанных целях заключить без согласия подрядчика договор об оказании заказчику услуг такого рода. В частности, заказчик вправе: осуществлять контроль за качеством применяемых строительных материалов и оборудования; контроль за своевременным устранением недостатков и дефектов, выявленных при приемке работ или в ходе выполнения работ; определять соответствие используемых при строительстве объектов технологий, установленным в РФ нормативам; проверку наличия паспортов, результатов лабораторных анализов и испытаний материалов, оборудования, деталей и конструкций, применяемых при выполнении работ; контроль за исполнением предписаний органов государственного строительного надзора. В свою очередь, подрядчик обязан исполнять указания заказчика, связанные с контролем и надзором за ходом и качеством выполнения работ (т.2 л.д.75-102).

Согласно заключению судебной строительно-технической экспертизы от 10.09.2024, проведенной экспертами ФИО17, ФИО18 АНО «Бюро судебных экспертиз и независимой оценки», приобщенному в материалы настоящего гражданского дела, при выполнении строительно-монтажных работ в стволе № СКРУ-3 ПАО «Уралкалий» в соответствии с договором строительного подряда от 04.08.2016 № нарушения законодательства о градостроительной деятельности не установлены (т.7 л.д. 39-66).

Согласно заключении комиссии экспертов №Э от 27.01.2025, в действиях ответственных за ведение строительства должностных лиц, указанных в разделе 10 акта о несчастном случае № от 16.05.2019, разделе 8 акта технического расследования причин аварии с групповым несчастным случаем нарушений норм градостроительного законодательства, явившегося причиной гибели потерпевших не установлено (т.8 л.д.149-199).

Из вышеприведенных правовых норм следует, что к деятельности ответчика ПАО «Уралкалий», которым осуществлялось строительство шахтного ствола № на отведенном для этой цели горном участке, следует применять требования законодательства о градостроительной деятельности по строительству объектов капитального строительства, в том числе, опасных производственных объектов. При этом к отношениям, связанным с обеспечением безопасности строительства опасных производственных объектов, нормы законодательства о градостроительной деятельности применяются в той части, в которой данные отношения не урегулированы законодательством о промышленной безопасности опасных производственных объектов.

Поскольку специальное законодательство в области промышленной безопасности не содержит норм, регламентирующих строительный контроль, при строительстве опасных производственных объектов применяются положения о строительном контроле, предусмотренные градостроительным законодательством, в частности, статьей 53 Градостроительного кодекса РФ.

Положения статьи 60 Градостроительного кодекса Российской Федерации применяются при доказанности причинения потерпевшему вреда вследствие нарушения требований безопасности при строительстве такого объекта, если застройщик не докажет, что понес аналогичный вид ответственности за те же нарушения в рамках иного правового регулирования его деятельности.

Из имеющихся в материалах дела документов следует, что в ходе выполнения строительных работ шахтного ствола № были допущены нарушения требований безопасности, ставшие косвенно причинами произошедшего 22.12.2018 несчастного случая. В частности, организационными причинами стали, в частности, несогласованное внесение изменений в проектные документы в части применения в качестве податливого слоя крепления шахтного ствола двухкомпонентной полиуретановой смолы «ФИО28 (ускоренный)» при отсутствии протоколов испытаний на соответствие требованиям пожарной безопасности и государственной экспертизы в соответствии с законодательством о градостроительной деятельности; не осуществление ответственными лицами должным образом строительного контроля за выполнением работ.

Доводы представителя ответчика о том, что полиуретановая смола «ФИО28» и «ФИО28 (ускоренный)» фактически является одной и той же смолой судом не принимается, поскольку, как следует из материалов дела, проектной документацией было предусмотрено применение смолы «ФИО28», а не «ФИО28 (ускоренный)», при этом, последняя – каких-либо испытаний не проходила.

Таким образом, суд приходит к выводу, что при строительстве шахтного ствола № были допущены нарушения требований пункта 6 статьи 52, пунктов 1, 2 статьи 53 Градостроительного кодекса Российской Федерации, пункта 5 Положения о проведении строительного контроля при осуществлении строительства, реконструкции и капитального ремонта объектов капитального строительства, утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 21 июня 2010 года №.

Суд не принимает заключения судебных экспертиз АНО «Бюро судебных экспертиз и независимой оценки» и заключении комиссии экспертов №Э от 27.01.2025 как допустимые доказательства, безусловно свидетельствующие об отсутствии оснований для взыскания денежной компенсации сверх причиненного вреда, предусмотренной ст. 60 ГрК РФ.

Согласно мнению экспертов АНО «Бюро судебных экспертиз и независимой оценки», перечисленные в акте о несчастном случае на производстве № от 16.05.2019, в акте Западно-Уральского управления Ростехнадзора технического расследования причин аварии с групповым несчастным случаем и в акте расследования группового несчастного случая со смертельным исходом нарушения, допущенные работниками, ответственными за безопасное проведение работ, в частности, нарушения требований ст. 53 ГрК РФ, постановления Правительства РФ от 16 февраля 2008 года № «О составе разделов проектной документации и требованиях к их содержанию» не устанавливают требования безопасности в градостроительной деятельности. Кроме того, эксперты указывают, что доказательством нарушения требований градостроительного законодательства является заключение технической комиссии по установлению причин нарушения законодательства о градостроительной деятельности при строительстве (реконструкции) объекта капитального строительства, созданной в соответствии с постановлением Правительства РФ от 20.11.2006 № и Приказом Ростехнадзора № об утверждении Порядка образования и работы технических комиссий». Однако при расследовании несчастного случая от 22 декабря 2018 года такая техническая комиссия с целью установления причин нарушения законодательства о градостроительной деятельности не создавалась, в свою очередь представленные для исследования акты не устанавливают нарушения требований градостроительного законодательства.

Аналогичная позиция изложена экспертами в заключении комиссии экспертов №Э от 27.01.2025, согласно которой в действиях должностных лиц, ответственных за ведение строительства ствола № СКРУ-3 ПАО «Уралкалий» нарушения норм градостроительного законодательства, которые явились причинами гибели работников ФГУП «УС-30», не установлено.

Между тем, суд полагает, что заключения экспертов выполнены формально, выводы в необходимой мере не мотивированы, основаны исключительно на содержаниях актов о несчастных случаях, и актов расследования группового несчастного случая и технического расследования причин аварии. При этом мотивы, по которым эксперты пришли к таким выводам, не указаны, сами выводы сделаны поверхностно, без какого-либо углубленного анализа конкретных допущенных нарушений применительно к указанным правовым нормам. При таких обстоятельствах суд не может принять данные экспертные заключения как доказательства, достоверно свидетельствующие об отсутствии нарушений градостроительного законодательства, находящихся в причинной связи с несчастным случаем от 22.12.2018.

Кроме того, представленные в материалы дела заключения экспертов не являются безусловным основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований.

Выводы о гибели потерпевших только вследствие нарушения требований промышленной безопасности производственных объектов и правил пожарной безопасности основаны исключительно на выводах экспертов в рамках проведенных по уголовному делу экспертиз, а также на субъективном мнении экспертов о том, что акт о несчастном случае не производстве, установивший нарушение градостроительного законодательства, не может содержать таких выводов, поскольку не является актом технической комиссии. Самостоятельных выводов, требующих специальных познаний в области строительства, заключение не содержит.

При этом суд не может согласиться с доводами стороны ответчика о том, что допущенные нарушения, явившиеся причинами несчастного случая 22.12.2018 относятся исключительно к нарушениям законодательства о промышленной безопасности, поскольку данные доводы опровергаются совокупностью представленных доказательств, свидетельствующих о наличии нарушении не только законодательства о промышленной безопасности, но и требований градостроительного законодательства, находящихся в причинно-следственной связи с произошедшим несчастным случаем.

Наличие вступившего в законную силу приговора суда, устанавливающего вину осужденных в нарушении требований промышленной безопасности, не исключает возможность установления в их действиях и в действиях иных ответственных лиц других нарушений, в частности, градостроительных норм и правил, также находящихся в причинной связи с наступлением несчастного случая, в рамках рассмотрения настоящего гражданского дела.

Факт причинения вреда при строительстве подземного сооружения, которое относится к опасному производственному объекту, не свидетельствует о том, что застройщик данного объекта не подпадает под действие статьи 60 Градостроительного кодекса Российской Федерации, предусматривающей ответственность за вред, причиненный в связи нарушением требований безопасности при строительстве объекта капитального строительства.

В соответствии с частью 4 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого они вынесены, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Таким образом, не имеют преюдициального значения при рассмотрении настоящего гражданского дела выводы суда по уголовному делу о необоснованности доводов защиты о том, что причиной пожара явилось применение не указанного в проекте в качестве податливого слоя материала «ФИО28 ускоренный», неосведомленность подсудимых о его горючих свойствах, поскольку к пожару привела не замена материала податливого слоя, а разрешение газорезки металла с применением пропан бутана в непосредственной близости от податливого слоя.

При этом наличие в действиях осужденных и иных, не привлекаемых к уголовной ответственности ответственных лиц, нарушений норм градостроительного законодательства, состоящих в причинно-следственной связи с гибелью потерпевших, предметом установления и оценки в рамках вышеуказанного уголовного дела не являлось.

Само по себе то обстоятельство, что вред причинен при строительстве подземного сооружения, которое относится к опасному производственному объекту, не свидетельствует о том, что застройщик данного объекта не подпадает под действие статьи 60 Градостроительного кодекса Российской Федерации, предусматривающей ответственность за вред, причиненный в связи нарушением требований безопасности при строительстве объекта капитального строительства.

Вопреки доводам ответчика, представление доказательств причинения потерпевшему вреда вследствие нарушения требований безопасности при строительстве, допущенного подрядной организацией, иными лицами, с которыми застройщик состоит в договорных отношениях, не освобождает его от обязанности по выплате компенсации, что следует из положений части 5 статьи 60 Градостроительного кодекса Российской Федерации, предусматривающей право застройщика, выплатившего компенсацию, на предъявление обратного требования (регресса) в размере возмещения вреда и выплаты компенсации сверх возмещения вреда к виновному лицу.

То обстоятельство, что семья погибшего ФИО8 получила в общей совокупности более 19 миллионов рублей различных компенсационных выплат не свидетельствует о наличии оснований для отказа в удовлетворении заявленных требований, не свидетельствует о злоупотреблении истцами своими правами, поскольку компенсация, установленная ст.60 ГрК РФ предусмотрена действующим законодательством, истцы, заявив требования о взыскании данной компенсации реализовали свое право на ее получение.

Из приведенных правовых норм следует, что одним из оснований для взыскания с застройщика объекта капитального строительства предусмотренной частью 1 статьи 60 Градостроительного кодекса Российской Федерации компенсации является наличие следующего условия: вред потерпевшему причинен вследствие нарушения требований безопасности при строительстве объекта капитального строительства.

Застройщик может быть освобожден от ответственности, если докажет, что указанные нарушения возникли вследствие умысла потерпевшего, действий третьих лиц или непреодолимой силы.

При этом требования безопасности при строительстве объектов капитального строительства, о которых указано в части 3 статьи 60 Градостроительного кодекса Российской Федерации, могут устанавливаться в том числе специальным законодательством, регулирующим особые требования безопасности при строительстве отдельных объектов. К таким специальным нормам относятся, в частности, Правила безопасности при строительстве подземных сооружений ПБ 03-428-02, которые утверждены постановлением Госгортехнадзора России от 2 ноября 2001 г. № 49 (введены в действие с 1 июля 2002 г. постановлением Госгортехнадзора России от 16 января 2002 г. № 2).

Данными правилами предусмотрено, что рабочие места должны быть безопасными и отвечать требованиям соответствующих нормативных актов Минздрава России и государственным стандартам. В местах ведения работ руководство организации обязано обеспечить безопасные условия труда. Перед началом работ каждое рабочее место должно быть осмотрено в целях выявления явных или потенциальных опасностей горным мастером или по его поручению бригадиром. При необходимости выполнения работ в неудобной позе работающие должны быть обеспечены СИЗ (наколенники, налокотники) (пункт 1.5.1).

Руководящие и инженерно-технические работники обязаны регулярно посещать объекты и участки работ, проверять состояние безопасности на рабочих местах и принимать необходимые меры по устранению имеющихся нарушений. Порядок посещения объектов руководящими инженерно-техническими работниками и специалистами, осуществляющими авторский надзор, определяется руководителями организаций с учетом требований, изложенных в настоящих Правилах (пункт 1.6.2).

Начальник участка или по его поручению заместитель обязан проверить состояние каждого рабочего места не менее одного раза в сутки, а горный мастер - не менее двух раз в смену (пункт 1.6.3).

Нарушение должностными лицами подрядной организации АО «УС №» пунктов 1.5.1, 1.6.2, 1.6.3 указанных Правил установлено приговором суда, вступившим в законную силу.

Само по себе то обстоятельство, что вред причинен при строительстве подземного сооружения, которое относится к опасному производственному объекту, не свидетельствует о том, что застройщик данного объекта не подпадает под действие статьи 60 Градостроительного кодекса Российской Федерации, предусматривающей ответственность за вред, причиненный в связи нарушением требований безопасности при строительстве объекта капитального строительства.

Таким образом, суд приходит к выводу о доказанности того факта, что смерть ФИО8 наступила в результате нарушений требований безопасности при строительстве объекта капитального строительства, застройщиком которого является ПАО «Уралкалий»

В силу прямого указания Федерального закона от 21 июля 1997 г. № 116-ФЗ «О промышленной безопасности опасных производственных объектов» на ответчика, являющегося застройщиком опасного производственного объекта, распространяются нормы градостроительного законодательства, устанавливающие требования к проектной документации, ее экспертизе, о государственном надзоре при строительстве, о порядке ввода объекта в эксплуатацию.

Поскольку норм, регламентирующих строительный контроль, специальное законодательство в области промышленной безопасности не содержит, при строительстве опасных производственных объектов применяются положения о строительном контроле, предусмотренные градостроительным законодательством (статья 53 Градостроительного кодекса Российской Федерации).

Ссылки ответчиков на иную судебную практику рассмотрения аналогичных споров не могут повлечь отказ в удовлетворении заявленных требований, поскольку при рассмотрении данного спора установлены иные фактические обстоятельства, имеющие правовое значение для дела. В каждом конкретном случае суд устанавливает фактические обстоятельства дела и применяет нормы права к установленным обстоятельствам с учетом представленных доказательств по конкретному делу.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о наличии оснований для удовлетворения исковых требований и необходимости взыскания компенсации, с учетом вышеприведенных норм права, представленных в материалы дела доказательств, с ответчика ПАО «Уралкалий» и не находит оснований для удовлетворения требований о взыскании компенсации в порядке ст.60 ГрК РФ с ответчика АО «УС №».

Из положений ст.60 ГрК РФ следует, что право на получение данной денежной компенсации имеют все близкие родственники погибшего, в том числе, родители и дети. Следовательно, данная сумма подлежит распределению между лицами, имеющими право на ее получение, в равных долях, а потому, принимая во внимание наличие у погибшего ФИО8 двоих несовершеннолетних детей, супруги, матери, которые вправе претендовать на выплату данной денежной компенсации, в пользу истцов подлежит взысканию 3 000 000 руб., в равных долях по 750 000 руб. каждому.

Руководствуясь статьями 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

исковые требования ФИО3 <Г.В.>, действующий в своих интересах и как законный представитель несовершеннолетнего ФИО4, ФИО3 <А.А.>, ФИО3 <Н.А,> к ПАО «Уралкалий» о взыскании денежной компенсации удовлетворить.

Взыскать с ПАО «Уралкалий» ИНН <данные изъяты>, денежную компенсацию, предусмотренную статьей 60 Градостроительного кодекса Российской Федерации в пользу:

- ФИО3 <Г.В.> в размере 750 000 рублей,

- ФИО4 в размере 750 000 рублей,

- ФИО3 <А.А.> в размере 750 000 рублей,

- ФИО3 <Н.А.> в размере 750 000 рублей.

Решение может быть обжаловано в Пермский краевой суд через Соликамский городской суд в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Решение в окончательной форме изготовлено 10.06.2025.

Судья подпись А.А. Мошев

Копия верна

Судья А.А. Мошев