66RS0009-01-2022-002710-26
1-6/2023
ПОСТАНОВЛЕНИЕ
г. Нижний Тагил 29 ноября 2023 года
Ленинский районный суд г. Нижнего Тагила Свердловской области в составе
председательствующего судьи Абашева Д.Т.,
при секретаре Путиловой М.Н.,
с участием государственного обвинителя старшего помощника прокурора Ленинского района г. Нижнего Тагила ФИО1,
потерпевших Потерпевший №4, Потерпевший №2, Потерпевший №3,
представителя потерпевшей ФИО8 ФИО15,
подсудимого ФИО3,
его защитника адвоката Корзуниной О.В.,
рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении
ФИО3, родившегося ДД.ММ.ГГГГ в г. ФИО2 <адрес>, гражданина Российской Федерации, военнообязанного, со средним общим образованием, официально не трудоустроенного, не женатого, детей не имеющего, зарегистрированного по адресу: ФИО6 <адрес>, г. ФИО2, <адрес>Б, проживающего по адресу: ФИО6 <адрес>, г. ФИО2, <адрес>Б-28, судимого:
- ДД.ММ.ГГГГ Ленинским районным судом г. Нижнего Тагила Свердловской области по п. «в» ч. 2 ст. 163, п.п. «а», «г» ч. 2 ст. 161, п.п. «а», «в», «г» ч. 2 ст. 127 Уголовного кодекса Российской Федерации к 7 годам лишения свободы; освобожденного по отбытию наказания ДД.ММ.ГГГГ;
задержанного и содержащегося под стражей с ДД.ММ.ГГГГ,
обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 Уголовного кодекса Российской Федерации,
установил:
ФИО3 обвиняется в совершении квалифицированного мошенничества.
Судом на обсуждение сторон поставлен вопрос о возращении уголовного дела прокурору в порядке п. 6 ч. 1 ст. 237 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации.
Подсудимый и защитник указали на необходимость возвращения уголовного дела прокурору.
Потерпевшие Потерпевший №4, Потерпевший №3, Потерпевший №2, а также представитель потерпевшей ФИО15 не возражали против возвращения уголовного дела прокурору.
Государственный обвинитель возражал против возвращения уголовного дела прокурору, полагая возможным рассмотреть дело при имеющемся обвинении.
Заслушав стороны, изучив материалы дела, суд приходит к следующему.
Действия ФИО3 органом предварительного следствия квалифицированы по одному составу преступления по ч. 4 ст. 159 Уголовного кодекса Российской Федерации как мошенничество, то есть хищение чужого имущества путем обмана, совершенное группой лиц по предварительному сговору, в особо крупном размере.
Из предъявленного обвинения следует, что ФИО3 совместно с неустановленным лицом и лицом, уголовное дело в отношении которого прекращено в связи с его смертью, действуя группой лиц по предварительном сговору, ДД.ММ.ГГГГ путем обмана ФИО8 похитил ее денежные средства в сумме 180 000 рублей; ДД.ММ.ГГГГ путем обмана Потерпевший №4 похитил ее денежные средства в сумме 200 000 рублей; ДД.ММ.ГГГГ путем обмана Потерпевший №3 похитил ее денежные средства в сумме 300 000 рублей; ДД.ММ.ГГГГ путем обмана Потерпевший №5 похитил ее денежные средства в сумме 150 000 рублей; ДД.ММ.ГГГГ путем обмана Потерпевший №1 похитил ее денежные средства в сумме 100 000 рублей; ДД.ММ.ГГГГ путем обмана Потерпевший №2 похитил ее денежные средства в сумме 200 000 рублей; причинив потерпевшим ущерб на общую сумму 1 130 000 рублей, то есть в особо крупном размере.
Согласно ч. 1 ст. 17 Уголовного кодекса Российской Федерации совокупностью преступлений признается совершение двух или более преступлений, предусмотренных различными статьями или частями статьи Особенной части Уголовного кодекса Российской Федерации, ни за одно из которых лицо не было осуждено.
В абзаце 2 п. 16 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации "О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое" от ДД.ММ.ГГГГ N 29 разъяснено, что от совокупности преступлений следует отличать продолжаемое хищение, состоящее из ряда тождественных преступных действий, совершаемых путем изъятия чужого имущества из одного и того же источника, объединенных единым умыслом и составляющих в своей совокупности единое преступление.
По смыслу закона, исходя из разъяснений п. 5 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 48 "О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате" мошенничество, то есть хищение чужого имущества, совершенное путем обмана или злоупотребления доверием, признается оконченным с момента, когда указанное имущество поступило в незаконное владение виновного или других лиц и они получили реальную возможность (в зависимости от потребительских свойств этого имущества) пользоваться или распорядиться им по своему усмотрению.
С учетом данных разъяснений для юридической оценки содеянного имеет существенное значение установление обстоятельств возникновения у виновного лица умысла на хищение денежных средств, источники денежных средств, откуда похищено имущество, а также момент получения данных денежных средств в незаконное владение виновного.
Из предъявленного обвинения следует, что подсудимый и его соучастники, предварительного договорившись между собой о совершении преступной деятельности аналогичным способом путем обмана женщин пожилого возраста, в каждом рассматриваемом случае совершали самостоятельные и независимые друг от друга преступные действия по обману каждой из потерпевших с целью хищения именно ее денежных средств. При этом, как указано в обвинении, преступные действия в отношении следующей потерпевшей совершались после того, как подсудимый и его соучастники получали в свое распоряжение денежные средства по предыдущему преступлению, то есть умысел на каждое из следующих хищений возникал самостоятельно после окончания предыдущего мошенничества.
Таким образом, инкриминируемые подсудимому преступные действия в отношении каждой из потерпевших, квалифицированные одним составом преступления, исходя из их описания в обвинении, образуют 6 самостоятельных составов преступлений - 5 преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 159 Уголовного кодекса Российской Федерации, как совершенные группой лиц по предварительному сговору (хищение денежных средств ФИО8, Потерпевший №4, Потерпевший №5, Потерпевший №1, Потерпевший №2, в каждом случае на сумму менее 250 000 рублей), и 1 преступление, предусмотренное ч. 3 ст. 159 Уголовного кодекса Российской Федерации, как совершенное группой лиц по предварительному сговору, в крупном размере (хищение 300 000 рублей у Потерпевший №3)
При этом суд не полномочен самостоятельно устранить данное нарушение, поскольку квалификация действий ФИО3 по шести составам преступлений - одному тяжкому преступлению и пяти преступлениям средней тяжести вместо одного тяжкого преступления, как это предложено органом предварительного расследования, существенно ухудшит его положение и повлечет нарушение его права на защиту.
Кроме того, суд отмечает, что потерпевшие Потерпевший №4 и Потерпевший №2 в судебном заседании указали, что рассматриваемыми преступными действиями каждой из них причинен значительный ущерб, поскольку сумма похищенных денежных средств многократно превышает размер их месячного дохода в виде пенсии. Вместе с тем, причинение значительного ущерба гражданину, являющееся квалифицирующим признаком по ст. 159 Уголовного кодекса Российской Федерации, при описании преступных действий в отношении Потерпевший №4 и Потерпевший №2 в обвинении не инкриминировано. При этом в отношении потерпевших ФИО8, Потерпевший №1, Потерпевший №5 значительность для них причиненного ущерба органом следствия не выяснялась.
Таким образом, предложенная органом следствия квалификация инкриминируемых ФИО3 преступных действия является явно заниженной и не соответствует объему предъявленного ему обвинения.
По смыслу закона, исходя из определения Конституционного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 3358-О, когда на досудебных стадиях существенно значимым обстоятельствам события, которое будет служить предметом исследования по уголовному делу, в обвинительном заключении, дается неправильная уголовно-правовая оценка, очевидная для суда, либо когда в ходе предварительного слушания или судебного разбирательства установлены фактические обстоятельства, являющиеся основанием для предъявления обвинения, не вмененного обвиняемому, что препятствует всестороннему и объективному разрешению уголовного дела и может отразиться на правильности окончательной квалификации судом совершенного обвиняемым деяния, а потому поставить под сомнение законность и обоснованность вынесенного по делу судебного решения, требуется задействование процессуальных механизмов, которые позволяли бы предотвратить вынесение несправедливого, незаконного и необоснованного приговора. В этой связи судья наделен правом по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвратить уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом.
Суд не является органом уголовного преследования, не выступает на стороне обвинения или стороне защиты и не вправе самостоятельно формулировать обвинение.
Поскольку суд не вправе устранить указанные нарушения самостоятельно, то считает необходимым возвратить уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения.
Разрешая вопрос о мере пресечения подсудимому при возврате уголовного дела прокурору, суд отмечает, что основания, послужившие для избрания и продления ФИО3 меры пресечения в виде содержания под стражей, не изменились и не отпали.
Так, ФИО3 в настоящее время обвиняется в совершении тяжкого преступления, за совершение которого предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок до 10 лет. При этом ФИО3 ранее судим, в том числе за тяжкое преступление, судимость не снята и не погашена в установленном законом порядке. ФИО3 легальным источником дохода не располагает, денежных накоплений не имеет, устойчивыми социальными связями, препятствующими смене места жительства, не обладает. ФИО3 нарушил ранее избранную меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, скрылся от суда и находился длительное время в розыске.
Принимая во внимание данные о личности ФИО3, наличие непогашенной судимости, отсутствие легального заработка и устойчивых социальных связей, тяжесть инкриминируемого преступления, характер и конкретные обстоятельства предъявленного обвинения, нахождение в розыске, суд считает реальным утверждение стороны обвинения, что находясь вне изоляции от общества, подсудимый может и скрыться от суда.
Вопреки доводам стороны защиты, оценивая возможность применения альтернативных мер пресечения, с учетом сведений о личности подсудимого, суд приходит к выводу, что ни одна из них, в том числе домашний арест, запрет определенных действий, залог, подписка о невыезде и надлежащем поведении, не обеспечивает непрерывного контроля за действиями подсудимого и возможности немедленного пресечения вероятных преступных посягательств, поскольку высоки риски того, что ФИО3 продолжить заниматься преступной деятельностью, а также скроется от суда, чем воспрепятствует производству по делу.
Таким образом, оснований для изменения ранее избранной в отношении ФИО3 меры пресечения на иную меру пресечения, не связанную с изоляцией от общества, о чем ходатайствует сторона защиты, в настоящее время не имеется.
При этом оставшийся срок содержания ФИО3 под стражей по ДД.ММ.ГГГГ суд находит недостаточным для устранения выявленных недостатков с учетом наличия у сторон права на обжалование решения о возвращении уголовного дела прокурору. Суд полагает необходимым продлить срок содержания под стражей ФИО3 еще на 1 месяц, то есть по ДД.ММ.ГГГГ.
На основании изложенного, руководствуясь п. 6 ч. 1 ст. 237, ст. 256 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, суд
постановил:
возвратить прокурору Ленинского района г. Нижний Тагил Свердловской области уголовное дело по обвинению ФИО3 в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 Уголовного кодекса Российской Федерации, для устранения препятствий его рассмотрения судом.
Продлить подсудимому ФИО3 срок содержания под стражей по уголовному делу на один месяц, то есть по ДД.ММ.ГГГГ.
Постановление может быть обжаловано в течение 15 суток со дня его вынесения, а в части меры пресечения в течение 3 суток со дня его вынесения в ФИО6 областной суд через Ленинский районный суд г. Нижнего Тагила Свердловской области.
Председательствующий Д.Т. Абашев