Судья Михеева Т.А. УИД 57RS0023-01-2022-006501-67

№ 33-1714/2023 №2-244/2023

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

12 июля 2023г. г. Орел

Судебная коллегия по гражданским делам Орловского областного суда в составе:

председательствующего судьи Хомяковой М.Е.,

судей Савченковой Н.Н., Сандуляк С.В.,

с участием прокурора Черненко В.П.,

при секретаре Юдиной Е.А.,

в открытом судебном заседании рассмотрела гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда, расходов на лечение в порядке реабилитации,

по апелляционной жалобе ФИО1 на решение Советского районного суда г. Орла от 15 февраля 2023 г., которым исковые требования удовлетворены частично.

Заслушав доклад судьи Савченковой Н.Н., выслушав лиц, участвующих в деле, обсудив доводы жалобы, изучив материалы дела, судебная коллегия по гражданским делам Орловского областного суда,

установила:

ФИО1 обратился в суд с иском к Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда и расходов на лечение в порядке реабилитации.

Требования мотивировал тем, что 08 февраля 2018 г. следователем отдела по расследованию преступлений на территории, обслуживаемой УМВД России (Советский район) СУ УМВД России по г. Орлу в отношении ФИО1 было возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного частью 4 статьи 159 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Постановлением следователя по ОВД отдела по расследованию особо важных дел СУ СК России по Орловской области от 25 ноября 2019 г. уголовное дело и уголовное преследование в отношении ФИО1 было прекращено по основанию по пункту 2 части 1 статьи 24 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации за отсутствием в его действиях состава преступления, предусмотренного частью 4 статьи 159 Уголовно – процессуального кодекса Российской Федерации.

По изложенным основаниям и ссылаясь на обстоятельства незаконного уголовного преследования, уточнив требования, истец просил суд признать за ним право на компенсацию морального вреда, причинённого незаконным уголовным преследованием в сумме 500 000 рублей, возместить расходы на приобретение лекарственных препаратов в размере 26 065,95 рублей, а также обязать сотрудника прокуратуры принести от имени государства официальное письменное извинение за причинённый вред.

Судом постановлено оспариваемое решение, которым исковые требования удовлетворены частично, взыскана компенсация морального вреда в сумме 30000 рублей, в остальной части требований отказано.

В апелляционной жалобе ФИО1 ставит вопрос об отмене решения суда как незаконного и необоснованного.

В доводах жалобы выражает несогласие с решением суда, считает, что при определении размера подлежащей взысканию в его пользу компенсации морального вреда судом первой инстанции не в полной мере были учтены все значимые обстоятельства, не приняты во внимание характер и объем причиненных ему нравственных страданий, фактические обстоятельства причинения вреда.

Считает, что суд необоснованно отказал в удовлетворении требований о возмещении расходов на приобретение лекарств, не учел, что ранее до незаконного уголовного преследования истец не болел и не посещал лечебные учреждения.

Обращает внимание на то обстоятельство, что он не получал от органов прокуратуры каких-либо извинений за незаконное уголовное преследование.

Полагает, что судом допущены грубые нарушения норм процессуального права в части рассмотрения дела в отсутствие надлежащего извещения истца о времени и месте судебного заседания, а также иных нарушений относительно сроков изготовления оспариваемого решения, наличия в деле протокола судебного заседания на дату ознакомления с материалами дела.

На основании статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) дело рассмотрено в отсутствие неявившихся лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания.

Проверив законность постановленного решения в пределах доводов апелляционной жалобы часть 1 статьи 327.1 ГПК РФ, исследовав материалы дела, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

В соответствии с пунктом 2 части 4 статьи 330 ГПК РФ основаниями для отмены решения суда первой инстанции в любом случае являются: рассмотрение дела в отсутствие кого-либо из лиц, участвующих в деле и не извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания.

Поскольку в ходе рассмотрения апелляционной жалобы был установлен факт нарушения судом первой инстанции требований пункта 2 части 4 статьи 330 ГПК РФ, судебная коллегия определением от <дата> перешла к рассмотрению дела по правилам производства в суде первой инстанции без учета особенностей, предусмотренных главой 39 ГПК РФ.

Как следует из материалов дела постановлением следователя отдела по расследованию преступлений на территории, обслуживаемой УМВД (Советский район) СУ УМВД России по г. Орлу, в отношении ФИО1 было возбуждено уголовное дело № по признакам преступления, предусмотренного частью № Уголовного кодекса Российской Федерации.

Также по факту представления в суд фальсифицированных документов в СО по Советскому району СУ СК России по Орловской области было возбуждено уголовное дело № по № Уголовного кодекса Российской Федерации, которое было объединено в одно производство с делом №. 13 июня 2018 г. дело было направлено по подследственности в СУ МК России по Орловской области.

Предварительное следствие неоднократно приостанавливалось и возобновлялось.

Постановлениями следователя от 18 мая 2018 г. и от 26 мая 2019 г. в связи неоднократно неявкой для участия в следственных действиях ФИО1 был объявлен в розыск.

В ходе производства предварительного следствия неоднократно проводились обыски по месту жительства истца, в нежилых помещениях.

10 октября 2018 г. в отношении истца была избрана мера процессуального принуждения в виде обязательства о явке. 11 октября 2018 г., 22 августа 2019 г. он был допрошен в качестве подозреваемого.

Постановлением следователя по ОВД отдела по расследованию особо важных дел СУ СК России по Орловской области от 25 ноября 2019 г. уголовное дело и уголовное преследование в отношении ФИО1 по части 4 статьи 159 Уголовного кодекса Российской Федерации, уголовное преследование ФИО6 по части 1 статьи 303 Уголовного кодекса Российской Федерации было прекращено по основанию по пункту 2 части 1 статьи 24 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации за отсутствием в его действиях состава преступления, за истцом было признано право на реабилитацию.

По изложенным основаниям истец обратился в суд и просил взыскать компенсацию морального вреда, расходы на приобретение лекарств по чекам, представленным в материалы дела на сумму 26065,95 рублей, а также обязать прокурора принести официальные извинения за причиненный вред.

Разрешая спор и частично удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции исходил из того, что уголовное преследование в отношении ФИО1 было прекращено по реабилитирующим основаниям, и потому истец вправе требовать компенсации морального вреда, при определении ее размера учел продолжительность судопроизводства, в ходе которого истцу вменялось преступление относящееся к категории тяжких, его процессуальный статус, объем и характер процессуальных действий, пришел к выводу о нарушении личных неимущественных прав, нравственных страданиях, в связи с чем взыскал с ответчика 30000 рублей в счет компенсации морального вреда.

Отказывая в удовлетворении остальных требований, суд указал, что истцом не доказан факт ухудшения состояния его здоровья в связи с уголовным преследованием, и потому оснований для возмещения расходов на лечение в виде расходов на приобретение лекарств не усмотрел. Относительно вопроса о принесении официальных извинений за незаконное уголовное преследование суд посчитал, что он подлежит рассмотрению в рамках Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, кроме того сослался на представленное прокурором в материалы письменное извещение от 28 октября 2020 г. адресованное ответчику с принесением официальных извинений.

Судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Согласно статье 53 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

В соответствии с частью 1 статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (далее – УПК РФ) право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.

В силу пункта 3 части второй статьи 133 УПК РФ право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеют подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2, 5 и 6 части первой статьи 24 и пунктами 1 и 4 - 6 части первой статьи 27 данного кодекса.

В силу части 2 статьи 136 УПК РФ иски о компенсации за причиненный моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства.

Согласно пункту 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 данного кодекса.

Пунктом 1 статьи 1070 ГК РФ предусмотрено, что вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

В силу статьи 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Пунктом 2 статьи 1101 ГК РФ определено, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

В абзаце 3 пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда » разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2011 г. № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве» (далее – постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2011 г. № 17), при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости.

Из приведенных положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что размер компенсации морального вреда определяется исходя из установленных при разбирательстве дела характера и степени понесенных истцом физических или нравственных страданий, связанных с его индивидуальными особенностями, и иных заслуживающих внимания обстоятельств конкретного дела.

По делу установлено, что в отношении ФИО1 08 февраля 2018 г. было возбуждено уголовное дело № по признакам преступления, предусмотренного частью 4 статьи 159 Уголовного кодекса Российской Федерации. Также было возбуждено уголовное дело № по части 1 статьи 303 Уголовного кодекса Российской Федерации, которое было объединено в одно производство с делом №. Постановлением следователя по ОВД отдела по расследованию особо важных дел СУ СК России по Орловской области от 25 ноября 2019 г. уголовное дело и уголовное преследование в отношении ФИО1 по части 4 статьи 159 Уголовного кодекса Российской Федерации, уголовное преследование ФИО6 по части 1 статьи 303 Уголовного кодекса Российской Федерации было прекращено по основанию по пункту 2 части 1 статьи 24 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации за отсутствием в его действиях состава преступления, за истцом было признано право на реабилитацию.

Сторонами не оспаривалось, что предварительное следствие неоднократно приостанавливалось и возобновлялось, в отношении подозреваемого ФИО1 проводились процессуальные действия, была избрана мера процессуального принуждения.

В соответствии с пунктами 34, 35, 55 статьи 5 УПК РФ реабилитация - порядок восстановления прав и свобод лица, незаконно или необоснованно подвергнутого уголовному преследованию, и возмещения причиненного ему вреда; реабилитированный - лицо, имеющее в соответствии с данным Кодексом право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с незаконным или необоснованным уголовным преследованием; уголовное преследование - процессуальная деятельность, осуществляемая стороной обвинения в целях изобличения подозреваемого, обвиняемого в совершении преступления.

В силу пункта 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2011г. № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве», с учетом положений статей 133 УПК РФ и 1070 ГК РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконного или необоснованного уголовного преследования, например, незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного задержания, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу и иных мер процессуального принуждения, незаконного применения принудительных мер медицинского характера, возмещается государством в полном объеме (в том числе с учетом требований статьи 15 ГК РФ) независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда за счет казны Российской Федерации.

В соответствии с разъяснениями Пленума Верховного Суда Российской Федерации, данными в пункте 3 постановления от 29 ноября 2011 г. № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве», исходя из положений Конституции Российской Федерации о праве каждого на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц, и пункта 4 части 2 статьи 133 УПК РФ право на реабилитацию имеет не только лицо, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным частью 2 статьи 133 УПК РФ, по делу в целом, но и лицо, уголовное преследование в отношении которого прекращено по указанным основаниям по части предъявленного ему самостоятельного обвинения.

С учетом приведенного правового регулирования причинение морального вреда в результате незаконного уголовного преследования является фактом не требующим доказывания.

Поскольку моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в денежной форме и полного возмещения, предусмотренная законом компенсация должна отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания.

Учитывая продолжительность незаконного уголовного преследования, которое составило более года, степень и характер нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями потерпевшего ДД.ММ.ГГГГ года рождения, категорию преступления, относящегося к тяжким, его процессуальный статус – подозреваемый, применяемые меры процессуального принуждения в виде обязательства о явке, а также объем проводимых процессуальных действий и исходя из принципа разумности и справедливости, с учетом фактических обстоятельств дела, судебная коллегия определяет размер компенсации морального вреда в 100000 рублей.

С позицией истца о возложении на ответчика обязанности по возмещению затрат на приобретение лекарств на общую сумму 26 065,95 рублей, согласно представленным чекам, судебная коллегия согласиться не может.

В пункте 42 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что судам следует исходить из того, что моральный вред, причиненный в связи с незаконным или необоснованным уголовным или административным преследованием, может проявляться, например, в возникновении заболеваний в период незаконного лишения истца свободы, его эмоциональных страданиях в результате нарушений со стороны государственных органов и должностных лиц прав и свобод человека и гражданина, в испытываемом унижении достоинства истца как добросовестного и законопослушного гражданина, ином дискомфортном состоянии, связанном с ограничением прав истца на свободу передвижения, выбор места пребывания, изменением привычного образа жизни, лишением возможности общаться с родственниками и оказывать им помощь, распространением и обсуждением в обществе информации о привлечении лица к уголовной или административной ответственности, потерей работы и затруднениями в трудоустройстве по причине отказов в приеме на работу, сопряженных с фактом возбуждения в отношении истца уголовного дела, ограничением участия истца в общественно-политической жизни.

Необходимость приобретения согласно представленным истцом чекам различного рода лекарств, в период 2021 - 2022 годов, выпиской из медицинской карты ФИО1 не подтверждается.

Согласно информации Бюджетного учреждения здравоохранения Орловской области «Поликлиника №3» от 11 июля 2023г., представленной по запросу судебной коллегии, ФИО1 обращался за оказанием медицинской помощи в данное учреждение и в период предшествующей дате возбуждения уголовного дела и ему выставлялся диагноз гипертоническая болезнь сердца, церебральный атеросклероз.

По изложенным основаниям требование истца о возмещении затрат на лекарства не подлежит удовлетворению.

Согласно пункту 19 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2011 г. № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве» принесение официального извинения реабилитированному за причиненный ему вред незаконным уголовным преследованием по своей сути является восстановлением права реабилитированного на защиту чести и доброго имени.

Обязанность прокурора принести официальное извинение реабилитированному, исходя из положений статей 133, 134, 136 УПК РФ в их взаимосвязи, возникает с момента признания за лицом права на реабилитацию. Согласно части 1 статьи 136 УПК РФ прокурор от имени государства приносит официальное извинение за причиненный ему вред. Данная норма уголовно-процессуального закона в отличие от других его норм (ст. ст. 135, 136, 138) не содержит предписаний о том, что суд при признании за осужденным права на реабилитацию должен одновременно с этим обязать прокурора принести извинения, поскольку такая обязанность возложена на прокурора законом. В то же время при неисполнении прокурором возложенной на него частью 1 статьи 136 УПК РФ обязанности по принесению извинения его бездействие по смыслу закона может быть обжаловано в суд в порядке статьи 125 УПК РФ.

Таким образом, неисполнение прокурором обязанности по принесению извинения реабилитированному лицу порождает у последнего право на обжалование бездействия прокурора, но не право на возмещение государством в этой связи морального вреда либо понуждения прокурора к принесению извинений в гражданском судопроизводстве.

Вместе с тем прокурором в материалы дела представлено письменное обращение о принесении официальных извинений от 28 октября 2020 г. №402ж-18 адресованное ФИО1, с реестром отправлений почтовой корреспонденции.

По изложенным основаниям, оспариваемое решение подлежит отмене с принятием нового о частичном удовлетворении исковых требований.

Руководствуясь статьями 327.1, 328, 329, 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации

определила:

решение Советского районного суда г. Орла от 15 февраля 2023 г. отменить.

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1, <дата> года рождения, паспорт <...> денежную компенсацию морального в размере 100000 рублей.

В остальной части требований ФИО1 отказать.

Мотивированный текст апелляционного определения составлен 19 июля 2023 г.

Председательствующий

Судьи