Решение по делу № 2-19/2023 от 10.05.2023

Резолютивная часть

оглашена 25.04.2023

Мотивированное решение

изготовлено 10.05.2023

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Звенигород

Московская область 25 апреля 2023 года

Звенигородский городской суд Московской области в составе председательствующего судьи Фоменковой О.А.,

с участием помощника Одинцовского городского прокурора Подсветова Д.М.,

при секретаре Кирилловой И.Ю.,

рассматривая в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1, действующей в интересах ФИО16, к ГБУЗ МО «Одинцовская областная больница» о возмещении вреда, причиненного здоровью, денежной компенсации морального вреда,

установил:

ФИО1, действующая в интересах ФИО15, Дата обезличена года рождения, как законный представитель несовершеннолетнего, привлеченного к участию в деле в качестве третьего лица, обратилась в суд с иском к ГБУЗ МО «Одинцовская областная больница» о возмещении вреда, причиненного здоровью, денежной компенсации морального вреда.

В судебном заседании ФИО1 на исковых требованиях настаивала, указав, что в период с 16.09.2017 по 25.09.2017 несовершеннолетняя дочь ФИО14. находилась на стационарном лечении в ГБУЗ МО «Звенигородская ЦГБ» с диагнозом <данные изъяты> Во время оперативного лечения <данные изъяты> при извлечении <данные изъяты>). Направленная 05.05.2022 претензия о возмещении затрат на лечение и компенсации морального вреда оставлена без удовлетворения, что послужило поводом к обращению с настоящими требованиями в суд. Истец заявила, что потратила на возмездные услуги сторонних организаций (стоматологическая помощь) 76 900 руб., просила их возместить за счет ответчика, а также компенсировать моральный вред в сумме 50 000 руб., взыскать штраф по Закону о защите прав потребителей. Также ссылалась на оформленную врачом расписку, в которой он взял возместить понесенные расходы.

Ответчик ГБУЗ МО «Одинцовская областная больница» обеспечил явку представителем по доверенности ФИО2, которая против удовлетворения исковых требований возражала, указав, что экстракция зуба вследствие проведения интубации возможна, требуемая медицинская помощь в условиях стационара была оказана, законный представитель несовершеннолетнего не была лишена возможности в рамках программы ОМС получить как консультативные, так и оперативные услуги, требуемые для восстановления <данные изъяты>, также возражала о том, что сведения <данные изъяты>, платные услуги, полученные истцом, являются собственными расходами, за которое при надлежаще оказанной медицинской услуге (оперативное вмешательство) учреждение ответственности не несет.

К участию в деле в качестве третьего лица привлечен ФИО3, врач-анестезиолог ГБУЗ МО «Одинцовская областная больница», который 16.09.2017 проводил <данные изъяты>, показал, что в результате <данные изъяты>, однако находил, что в числе 3-4% случаев такое является возможным и не свидетельствует о некачественной медицинской услуге. Написание расписки не отрицал, сообщив, что предлагал возмещение в разумном для него размере, однако сторона истца потребовала большего, на что он не согласен.

Разъяснив бремя доказывания обстоятельств и определив для каждой из сторон средства доказывания, со стороны ответчика поступило ходатайство о назначении судебно-медицинской экспертизы.

Определением Звенигородского городского суда от 08.02.2023 по настоящему делу назначена экспертиза, производство экспертизы поручено экспертам ГБУЗ МО «Бюро судебно-медицинской экспертизы», до окончания проведения экспертизы производство по делу было приостановлено.

24.03.2023 заключение поступило в суд, производство по делу возобновлено.

В судебное заседание ФИО1 явилась, настаивала на удовлетворении требований в полном объеме.

Ответчик ГБУЗ МО «Одинцовская областная больница» обеспечил явку представителем по доверенности ФИО4, которая против удовлетворения исковых требований возражала, указав, что <данные изъяты> платные услуги, полученные истцом, являются собственными расходами, за которые при надлежаще оказанной медицинской услуге (оперативное вмешательство) учреждение материальной ответственности не несет.

Третье лицо – ФИО3 явился, поддержал письменные возражения ответчика, в удовлетворении требований просил отказать.

Несовершеннолетняя ФИО5, привлеченная в качестве третьего лица, в заседание суда явилась, исковые требования поддержала в полном объеме.

Заслушав доводы истца, обсудив доводы возражений ответчика, мнения третьих лиц, исследовав письменные материалы дела, суд находит, что исковые требования следует признать обоснованными и подлежащими удовлетворению частично.

Материалами дела подтвержден факт оказания ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, медицинской помощи – оперативного лечения в условиях стационара в период с 16.09.2017 по 25.09.2017.

Подлинная стационарная карта № 5209 ГБУЗ МО «Звенигородская ЦГБ» представлена и приобщена к делу.

Выписной эпикриз не содержит данных <данные изъяты>, однако в записи операционного журнала такие сведения отражены, врач-анестезиолог данный факт в судебном заседании также подтвердил, не отрицая внесенную запись.

Согласно представленным стороной истца данным, в период с октября 2017 года по февраль 2022 года ФИО1 обращалась для получения объема стоматологической помощи ФИО5, оказанной сторонними организациями – ООО «Стоматология и Косметология», ООО «АСТРОН» (договоры л.д. 25-27, 95-98).

В обоснование своей позиции о размере причиненного ущерба истец представил копию договора оказания медицинских услуг № 31 от 13.02.2022 заключенного с ООО «АСТРОН», акт выполненных работ от 01.10.2017, 08.10.2017, 12.11.2017, 10.12.2017, 26.02.2022 на общую сумму 76 900 руб.

Суду также представлен снимок зубного ряда (л.д. 99), также на флеш-носителе, как пояснила ФИО1, выполненный в 2017 году перед обращением в ООО «Стоматология и Косметология».

Истец утверждает, что заболеваниями <данные изъяты> до 2017 года ФИО17 <данные изъяты>

С учётом заявленного истцом предмета и основания иска, судом назначена и проведена комиссионная судебно-медицинская экспертиза, производство экспертизы было поручено экспертам ГБУЗ МО «Бюро судебно-медицинской экспертизы», с постановкой следующих вопросов:

1. Имеются ли дефекты медицинской помощи при проведении <данные изъяты>, в том числе, при <данные изъяты>, в условиях оперативного вмешательства, проведенного 16.09.2017 ФИО6 ФИО18, Дата обезличена года рождения.

2. Возможно ли отнести <данные изъяты>

<данные изъяты>

4. С учетом списка гарантий, предоставленных по ОМС (ответ ТФОМС – л.д. 87), возможно ли было провести восстановление <данные изъяты> счет средств обязательного медицинского страхования.

Из представленного заключения комиссии экспертов № 5/23, составленного экспертами ГБУЗ МО «Бюро судебно-медицинской экспертизы» (ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11) следует, что 16.09.2017 ФИО19. выполнена <данные изъяты>. Согласно протоколу операции, <данные изъяты>

Учитывая, что пробуждение после наркоза произошло в адекватные сроки и состояние пациентки было удовлетворительным, можно заключить, что анестезиологическое пособие было оказано правильно. В протоколе обезболивания имеется рукописная отметка о <данные изъяты> Кроме того, не имеется записи стоматолога, хотя в материалах дела есть указания об осмотре и <данные изъяты> в стационаре; не проводилось рентгенологическое исследование повреждённого зуба. Отсутствие этих безвозвратно утраченных данных не позволяет судить о состоянии канала корня зуба после его травматизации и возможности или невозможности его терапевтического лечения с последующим ортопедическим восстановлением.

При экспертном исследовании <данные изъяты> от 30.09.2017, то есть выполненной после выписки из стационара, а также анализе записи от 01.10.2017 в заверенной копии медицинской карты из ООО «Стоматология и Косметология» установлено наличие у ФИО5:

- <данные изъяты>

<данные изъяты>

Эксперты пришли к выводу о том, что в рассматриваемом случае могло иметь место повреждение <данные изъяты>

Также эксперты заключили, что «<данные изъяты> 1.1 у ФИО20. во время выполнения <данные изъяты> дефектом оказания медицинской помощи не является.

Помимо, указали, что выявленные дефекты оформления медицинской документации не оказали и по своей сути не могли оказать влияния на проведение анестезии.

Разрешая требования по существу, суд руководствуется следующим.

Между сторонами возникли гражданско-правовые отношения, которые регулируются нормами Гражданского кодекса РФ.

В соответствии с п. 1 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (п. 2 ст. 401 ГК РФ). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (п. 2 ст. 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Согласно п. 1 ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб) (п. 2 ст. 15 ГК РФ).

В пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (п. 2 ст. 15 ГК РФ).

Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности.

По смыслу п. 1 ст. 15 ГК РФ в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.

Предметом доказывания по делам о возмещении материального ущерба является причинно-следственная связь между ущербом и виновными действиями ответчика, оценка нанесенного ущерба, при этом наличие ущерба в силу ст.ст. 12, 56 ГПК РФ и его размер должны быть подтверждены доказательствами, которые суд оценивает по правилам относимости и допустимости, в соответствии со ст. 67 ГПК РФ.

Согласно положениям ст. 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» медицинская помощь - комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг. Лечение - комплекс медицинских вмешательств, выполняемых по назначению медицинского работника, целью которых является устранение или облегчение проявлений заболевания или заболеваний либо состояний пациента, восстановление или улучшение его здоровья, трудоспособности и качества жизни.

В соответствии с п. 9 ч. 5 ст. 19 указанного Закона, медицинские организации, медицинские работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации.

Таким образом, Гражданским кодексом Российской Федерации установлена гражданско-правовая ответственность за вред жизни или здоровью граждан, при наличии общих оснований наступления такой ответственности, в связи с чем, возмещение вреда в указанных ситуациях возможно лишь тогда, когда причинение вреда здоровью имело место в результате виновных, противоправных действий ответчика.

В силу вышеприведенных норм права для наступления ответственности по возмещению морального вреда и взыскании расходов, необходима совокупность условий: наступление вреда, противоправное поведение причинителя вреда, причинно-следственная связь между противоправным поведением и наступлением вреда, вина причинителя вреда.

Учитывая экспертное заключение, которое принимается судом в качестве доказательства по делу, отвечающим требованиям относимости и допустимости, суд приходит к убеждению о том, что дефектов оказания медицинской помощи, которые повлекли <данные изъяты> ФИО21. со стороны ГБУЗ МО «Одинцовская областная больница» в рассматриваемый период проведения оперативного лечения не имелось.

Так, по заключению специалистов, случайное <данные изъяты> и не рассматривать как дефект оказания медицинской помощи, согласно данным специальной медицинской литературы, а также методических рекомендаций Федерации анестезиологов и реаниматологов «Обеспечение проходимости верхних дыхательных путей в стационаре» и «Анестезиологическое обеспечение оперативных вмешательств, перевязок и сложных диагностических и лечебных манипуляций» РНКО «Ассоциация анестезиологов-реаниматологов».

Вместе с тем, экспертами также отмечено, что при потере постоянного переднего зуба до достижения 18 лет показано закрытие косметического дефекта временным съёмным протезом в области отсутствующего зуба после консультации <данные изъяты>. В дальнейшем, по достижении 18 лет, проводится имплантация после выполнения КЛКТ5, однако могут применяться иные методы ортодонтического лечения в зависимости от конкретной клинической ситуации, а также желания и возможностей пациента.

Согласно сведениям в предоставленных медицинских документах, в ООО «Стоматология и Косметология» ФИО22 в период с 01.10.2017 по 10.12.2017 проведено снятие оттиска<данные изъяты>

Согласно выписке из клиники ООО «Астрон», ФИО23. обратилась с жалобами на <данные изъяты> 1.1 в 2022 году в возрасте 16 лет, и 22.02.2022 ей была установлена <данные изъяты> 1.2 и 2.1, как видно на предоставленных фотографиях.

Данный вид ортодонтического лечения <данные изъяты> может служить как альтернативой <данные изъяты>. С учётом наличия <данные изъяты>.

Таким образом, проведённые в ООО «Стоматология и Косметология» и ООО «Астрон» ортодонтические манипуляции были ФИО24. показаны. При этом лечение, проводимое в ООО «Астрон», направлено не только на закрытие <данные изъяты>

Судом получена информация о том, что за счёт средств обязательного медицинского страхования предусмотрено оказание ортодонтического лечения в виде временного замещения дефекта от отсутствующего <данные изъяты> (показанное ФИО25 до 18 лет). <данные изъяты> в программу обязательного медицинского страхования не входит, равно как и иные методы ортодонтического лечения, в том числе <данные изъяты>.

Оценивая заключение комиссии экспертов, суд не находит оснований сомневаться в изложенных выше выводах, поскольку экспертиза проведена на основании определения суда, проведенное по делу экспертное исследование соответствует требованиям гражданско-процессуального закона, выполнено специалистами, квалификация которых подтверждена. Заключение экспертов основано на основе анализа материалов гражданского дела, выводы заключения экспертов оформлены надлежащим образом, научно обоснованы, в связи с чем, признаны судом достоверными, эксперты перед проведением экспертизы предупреждены об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ, о чем имеется соответствующая запись.

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении заявленного требования о возмещении убытков, связанных с расходами на лечение в сумме 76 900 руб., так как возмещение таких расходов возможно лишь тогда, когда причинение вреда имело место в результате виновных противоправных действий ответчика.

Доказательствами, представленными в материалы дела, в том числе и выводами экспертного заключения, подтверждено отсутствие причинно-следственной связи между действиями врачей ГБУЗ МО «Одинцовская областная больница», противоправных действий ответчика при проведении консервативного лечения, судом не установлено.

Вместе с тем, суд усматривает наличие оснований для удовлетворения требований истца о возмещении денежной компенсации морального вреда, размер которой заявлен в сумме 50 000 руб.

Руководящими разъяснениями Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» определено, что одним из способов защиты гражданских прав является компенсация морального вреда (статьи 12, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, далее также - ГК РФ).

Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Отношения, возникающие в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, регулирует Федеральный закон от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации».

Статьей 4 Федерального закона № 323-ФЗ установлено, что к основным принципам охраны здоровья относятся, в частности: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи.

Медицинская помощь - комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент - физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (пп. 3, 9 ст. 2 Федерального закона).

В п. 21 ст. 2 Федерального закона определено, что качество медицинской помощи - совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается: 1) в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; 2) в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; 3) на основе клинических рекомендаций; 4) с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (ч. 1 ст. 37 Федерального закона).

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (ч.ч. 2 и 3 ст. 98 Федерального закона).

В силу положений ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и статьей 151 настоящего Кодекса. Моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом. Компенсация морального вреда осуществляется независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда.

Статья 1068 ГК РФ предусматривает, что юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Статья 1101 ГК РФ предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

В пунктах 26, 28, 30 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» указано, что определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда.

Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего.

Моральный вред, причиненный лицу, не достигшему возраста восемнадцати лет, подлежит компенсации по тем же основаниям и на тех же условиях, что и вред, причиненный лицу, достигшему возраста восемнадцати лет.

При определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 ГК РФ).

В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 ГК РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту.

Исследовав полученные в ходе разбирательства доказательства в их совокупности и взаимосвязи, суд приходит к выводу о том, что при оказании медицинских услуг ФИО26. со стороны ответчика в лице его правопреемника ГБУЗ МО «Одинцовская областная больница» были нарушены права получателя медицинских услуг на надлежащую медицинскую помощь, поскольку медицинская документация велась не должным образом, что отмечено в заключении судебной экспертизы, - а именно выразилось в указании иного способа анестезии, отсутствии указания препаратов для <данные изъяты> В протоколе обезболивания было отмечено о самостоятельном дыхании, записей об <данные изъяты> не имеется.

Вышеперечисленное, при неблагополучном исходе, по мнению суда, могло повлиять на состояние пациентки, вместе с тем, посредством исследования медицинской документации эксперты отметили, что поскольку пробуждение после наркоза произошло в адекватные сроки и состояние пациентки было удовлетворительным, анестезиологическое пособие было поставлено правильно.

Учитывая совокупность установленного, суд полагает необходимым взыскать ГБУЗ МО «Одинцовская областная больница» в пользу ФИО27, Дата обезличена года рождения, денежную компенсацию морального вреда в размере 50 000 руб., удовлетворив таким образом данные требования в полном объеме, находя, что заявленная сумма отвечает требованиям разумности и справедливости.

В данном случае требования разрешены с учетом положений ч. 3 ст. 196 ГПК РФ.

На основании изложенного и руководствуясь положениями ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования – удовлетворить частично.

Взыскать с ГБУЗ МО «Одинцовская областная больница» в пользу <адрес>, Дата обезличена года рождения, денежную компенсацию морального вреда в размере 50 000 руб.

В удовлетворении исковых требований ФИО1, действующей в интересах ФИО5, к ГБУЗ МО «Одинцовская областная больница» о возмещении убытков, связанных с расходами на лечение в сумме 76 900 руб., штрафа в пользу потребителя - отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Московский областной суд через Звенигородский городской суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий - судья О.А. Фоменкова