Решение по делу № 2-1548/2022 от 31.08.2022.

Гражданское дело № 2-1548/22

УИД: 09RS0001-01-2019-000739-77

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

31 августа 2022 года город Черкесск

Черкесский городской суд Карачаево-Черкесской Республики в составе судьи Дядченко А.Х.,

при секретаре судебного заседания Канаматовой Э.М.,

с участием: старшего помощника прокурора г.Черкесска – Зайчук Н.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в здании суда гражданское дело № 2-52/22 по иску ФИО1 к Государственному учреждению Региональное отделение Фонда социального страхования Российской Федерации по Карачаево-Черкесской Республике, МБУЗ «2-я городская клиническая больница» о признании права на обеспечение по социальному страхованию,

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском (впоследствии уточненным) к ГУ-РО ФСС РФ по КЧР в котором он просит:

- признать право истца на обеспечение по государственному социальному страхованию в связи с профессиональным заболеванием «резидуальный бруцеллез», повлекшим утрату 70-ти процентов профессиональной трудоспособности, полученным в период работы в должности скотника с.«Терезинский» Малокарачаевского района в результате работы с неблагополучным поголовьем по бруцеллезу крупного рогатого скота в период с 23.10.1980г. по 31.12.1999г.;

- признать отказ ГУ-РО ФСС РФ по КЧР от 29.10.2014г. №07-16/07/1848-с в назначении страховых выплат ФИО1 незаконным;

- признать медицинское заключение №42 от 15.06.2012г., выданное МБУЗ «2-я городская клиническая больница» г.Ставрополь законным;

- обязать ГУ-РО ФСС по КЧР назначить ФИО1, единовременную и ежемесячные страховые выплаты с 27.12.2013г. в соответствии с действовавшим на дату наступления страхового случая законодательством с последующей индексацией.

Иск мотивирован следующим.

Истец является инвалидом второй группы по профессиональному заболеванию, о чем выдана справка МСЭ №. Инвалидность установлена бессрочно с 01.01.2018г., впервые 01.01.2013г.. Согласно записям в трудовой книжке АТ № с 10.03.1976г. по 28.04.1978г. работал в совхозе «Терезинский» чабаном, с 09.08.1980г. по 23.10.1980г. служил в рядах Советской армии, с 23.10.1980г. по 31.12.1990г. работал в совхозе «Терезинский» скотником. Письмом от 29.10.2014г. ГУ-РО ФСС РФ по КЧР в назначении страховых выплат отказано. Отказ в форме письма считает незаконным.

В судебное заседание истец, его представитель ФИО2, не явились, просили рассмотреть дело в их отсутствие, ранее в судебном заседании просил требования удовлетворить в полном объеме.

В судебное заседание представитель ответчика не явился, суду представлены письменное возражение и ходатайство о рассмотрении дела в их отсутствии а так же с просьбой отказать в удовлетворении требований.

Представитель ответчика ГБУЗ Ставропольского края «Городская клиническая больница №2» г.Ставрополя в лице главного врача просила рассмотреть дело без участия представителя учреждения.

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора РГБЛПУ «КЧР», представители Министерства здравоохранения КЧР и Управления Роспотребнадзора по КЧР в судебное заседание не явились, о дате и времени проведения извещены, об отложении на другой срок не просили, о причинах, свидетельствующих об уважительности неявки не сообщили.

Ранее в судебном заседании свидетель ФИО3 пояснил, что с истцом знаком очень хорошо, в родственных отношениях не состоят. В совхозе «Терезинский» он (свидетель) работал с 1981г. по 1997г., там и узнал ФИО1, работающего скотником, а он (свидетель) работал некоторое время ветеринарным врачом, обслуживал ту ферму, на которой работал ФИО1. Условия труда были плохие, везде грязь, текла крыша, горячей воды не было, средства дезинфекции отсутствовали. Проходили ли медицинские осмотры скотники не помнит. Животные больные в совхозе были всегда. На больном КРС выстригали букву «Б». Скотник мог заразиться бруцеллезом от больного животного и в том случае, если животное умерло. Поскольку скотник должен был разделать животное и отвезти его в лазарет. У ФИО1 дома поголовье КРС отсутствовало. В период их совместной работы ФИО1 жаловался на боли, бывало с тростью ходил. О том, что в то время диагностировали у людей бруцеллез он не в курсе, однако сейчас слышит, что те люди с кем он работал болеют бруцеллезом. В 1987г. он (свидетель) работал старшим ветеринарным врачом. В совхозе «Терезинский» было собрание, приехал ФИО4 первый секретарь райкома партии, и доложил, что у поголовья нет бруцеллеза, но это не соответствовало действительности. Брали ли анализы у скотников он не знает.

Ранее в судебном заседании свидетель ФИО5 пояснил, что с истцом знаком, они односельчане, работали вместе в с.«Терезинский» скотниками с 1986г. по 1991г.. Работа заключалась в том, что летом пасли скот, а зимой откармливали его. Какие либо средства гигиены на тот момент отсутствовали. Условия работы были очень плохие, воды горячей не было, холодную воду брали с ручья, жили в деревянных домиках. Дома на личном подворье у ФИО1 животных КРС не было. Медицинский осмотр скотников проводился или нет, он не помнит. Скотники принимали приплод. Был ли в период работы ФИО1 в отпуске он не помнит. ФИО1 жаловался на состояние здоровья, а именно на суставы. В период их совместной работы некоторым лицам диагностировали бруцеллез. О риске заболевания и способах предотвращения заражения их не инструктировали.

Руководствуясь ст.167, ст.169 ГПК РФ, в соответствии со ст.6.1 ГПК РФ пришел к выводу о возможности рассмотрения дела по существу, в отсутствие лиц, надлежащим образом извещенных о дате и времени судебного заседания.

Выслушав участников судебного разбирательства, пояснения свидетелей, заключение прокурора, полагавшего, что исковые требования не подлежат удовлетворению поскольку не доказана причинно-следственная связь между работой истца и имеющимся у него заболеванием бруцеллёзом, исследовав имеющиеся в деле документы, суд приходит к следующему выводу.

В соответствии с Конституцией Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью, а признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства (ст.2). Российская Федерация - социальное государство, политика которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь и свободное развитие человека. В Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей, обеспечивается государственная поддержка инвалидов, развивается система социальных служб, устанавливаются государственные пенсии, пособия и иные гарантии социальной защиты (ст.7). В Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с настоящей Конституцией (ст. 17). Права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием (ст. 18). В Российской Федерации гарантируется государственная защита прав и свобод человека и гражданина. Каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещёнными законом (ст.45). Каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод (ст.46).

В соответствии с п.1 ст.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее ГК РФ) гражданское законодательство основывается в числе прочего на принципах восстановления нарушенных прав, их судебной защиты, которую согласно п.1 ст.11 ГК РФ осуществляет суд.

В силу ст.227 ТК РФ, расследованию и учету в соответствии с настоящей главой подлежат несчастные случаи, происшедшие с работниками и другими лицами, участвующими в производственной деятельности работодателя (в том числе с лицами, подлежащими обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний), при исполнении ими трудовых обязанностей или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах.

Среди основных принципов правового регулирования трудовых отношений, закрепленных ст.2 Трудового кодекса Российской Федерации, предусмотрены такие, как обязательность возмещения вреда, причиненного работнику в связи с исполнением им трудовых обязанностей, и обеспечение права на обязательное социальное страхование.

В соответствии со ст.149 КЗоТ РФ в связи с работой с тяжелыми условиями труда и связанной с загрязнением должны были быть выданы бесплатно по установленным нормам специальная одежда, специальная обувь и другие средства индивидуальной защиты.

В соответствии со ст. 8 Федерального закона от 21 ноября 2011 года №323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» социальная защищённость граждан в случае утраты здоровья обеспечивается путём установления и реализации правовых, экономических, организационных, медико-социальных и других мер, гарантирующих социальное обеспечение, в том числе за счёт средств обязательного социального страхования.

По общим правилам, установленным ГК РФ, вред, причинённый здоровью гражданина, подлежит возмещению лицом, причинившим вред (причинителем вреда), если иное не предусмотрено законом. Однако из этого общего правила имеется ряд исключений. Так, в соответствии с п.4 ст.931 ГК РФ в случае, когда ответственность за причинение вреда застрахована в силу того, что её страхование обязательно, лицо, в пользу которого считается заключённым договор страхования, вправе предъявить непосредственно страховщику требование о возмещении вреда в пределах страховой суммы. Обязанность возмещения вреда, причинённого здоровью работника вследствие возникшего у него профессионального заболевания, специальным законом прямо возложена на другое лицо.

В соответствии с Федеральным законом от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» (далее «Закон № 125-ФЗ») обязанность по возмещению вреда, причинённого здоровью работников в результате трудового увечья или профессионального заболевания, возложена на Фонд социального страхования Российской Федерации (далее ФСС).

Согласно п.1 ст.7 Закона № 125-ФЗ право застрахованных на обеспечение по страхованию возникает со дня наступления страхового случая.

В силу п.3 ст. 15 Закона № 125-ФЗ ежемесячные страховые выплаты назначаются и выплачиваются застрахованному за весь период утраты им профессиональной трудоспособности с того дня, с которого учреждением медико-социальной экспертизы установлен факт утраты профессиональной трудоспособности, исключая период, за который застрахованному было назначено пособие по временной нетрудоспособности.

В качестве общего основания, которое влечёт возникновение у страховщика обязанности осуществлять обеспечение по обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний Закон № 125-ФЗ называет страховой случай - подтверждённый в установленном порядке факт повреждения работником здоровья вследствие несчастного случая на производстве или профессионального заболевания (абз.9 ст.3 и п.1 ст.7). Сам же несчастный случай или профессиональное заболевание определяется этим законом как событие, в результате которого застрахованный работник получил при исполнении обязанностей по трудовому договору увечье или иное повреждение здоровья, повлекшее необходимость его перевода на другую работу, временную или стойкую утрату профессиональной трудоспособности либо смерть (абз.10 ст.3).

Как установлено в судебном заседании, истец ФИО6, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, согласно записям в трудовой книжке АТ № с 10.03.1976г. по 28.04.1978г. работал в с.«Терезинский» чабаном, с 09.08.1980г. по 23.10.1980г. служил в рядах Советской армии, с 23.10.1980г. по 31.12.1990г. работал в совхозе «Терезинский» скотником. Факт работы истца в указанные периоды в совхозе в качестве скотника не оспаривается и подтверждается как трудовой книжкой истца, являющейся в силу ч.1 ст.66 ТК РФ основным документом о трудовой деятельности и трудовом стаже работника.

Установление обстоятельств и причин возникновения профессионального заболевания в соответствии с «Положением о расследовании и учете профессиональных заболеваний», утвержденного Постановлением Правительства РФ от 15.12.2000 года № 967, находится в компетенции комиссии проводящей такое расследование, по результатам которого составляет акт о случае профессионального заболевания (п. 26 и п. 27 Положения).

В результате работы с неблагополучным по бруцеллёзу поголовьем крупного рогатого скота истец получил профессиональное заболевание – «резидуальный бруцеллёз». Приобретённое истцом заболевание в установленном законом порядке было расследовано и, согласно ст.3 Закона № 125-ФЗ, было квалифицировано как профессиональное заболевание, о чём был составлен Акт о случае профессионального заболевания от 08 августа 2012 года. Основанием содержащегося в этом акте вывода о наличии у истца профессионального заболевания послужили оформленные в соответствии с Приказом Минздрава РФ от 28 мая 2001 года № 176 «О совершенствовании системы расследования и учета профессиональных заболеваний в Российской Федерации» документы: справка РГБУ «Малокарачаевской районной станции по борьбе с болезнями животных» №93, 94 от 19.07.2011г. о неблагополучии в секторе обслуживания, копия трудовой книжки, карта эпизоотолого-эпидемического обследования очага зоонозного заболевания №34 от 23.11.2011г. санитарно-гигиеническая характеристика №29 от 02.04.2012г., экстренное извещение на заключительный диагноз профессионального заболевания бруцеллезом №42 от 15.06.2012г., выписки из медицинской карты стационарного больного.

Комиссией в составе заместителя начальника отдела сан.надзора Управления Роспотребнадзора по КЧР ФИО7, при участии заместителя главного врача ФБУЗ «Центр гигиены и эпидемиологии в КЧР» ФИО8, заведующей инфекционным отделением РГЛПУ «Карачаево-Черкесская Республиканская инфекционная больница» ФИО9, директора СПК «Терезинский» ФИО10 установлено, что заболевание бруцеллезом у ФИО1 является профессиональным и возникло в результате контакта с возбудителем бруцеллеза в период трудовой деятельности с 23.10.1980г. по 31.12.1999г. в совхозе «Терезинский» Малокарачаевского района, при отсутствии мер личной биологической безопасности, недостаточном обеспечении СИЗ, дезинфицирующими средствами, имел место неоднократный контакт с возбудителем бруцеллеза. По результатам расследования профессионального заболевания составлен и выдан истцу на руки Акт о случае профессионального заболевания от 08 августа 2012 года.

В пункте 18 акта указано, что причиной профессионального заболевания послужило длительное, кратковременное (в течение рабочей смены), однократное воздействие на организм человека вредных производственных факторов или веществ.

Письмом руководителя Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека от 10.01.2017г. исх.№01/80-17-32, направленным для применения в работе руководителям управлений Роспотребнадзора по субъектам РФ, разъяснено, что оформление дополнений к санитарно - гигиенической характеристике не предусмотрено установленным порядком. При необходимости корректировки санитарно- гигиенической характеристики условий труда, а также внесения дополнений к указанному документу, необходимо составлять новую санитарно- гигиеническую характеристику условий труда, что позволит исключить отмену составленных территориальными органами Роспотребнадзора документов при расследовании профессиональных заболеваний и сохранить выплаты гражданам с установленными профессиональными заболеваниями.

Как установлено судом и следует из Акта о случае профессионального заболевания от 08 августа 2012 года, и Санитарно-гигиенической характеристики условий труда от 02.04.2012г. №29, заболевание бруцеллёзом у ФИО1 является профессиональным и возникло в результате контакта с возбудителем бруцеллёза при выполнении должностных обязанностей скотника в режиме работы с неблагополучным поголовьем по бруцеллёзу крупного рогатого скота в совхозе «Терезинский» Малокарачаевского района Карачаево-Черкесской Республики. В период работы истца скотником в совхозе «Терезинский» Малокарачаевского района отсутствовали условия для соблюдения мер личной биологической безопасности: животноводческие помещения не отапливались, не обеспечивались водопроводной водой, не было горячей воды., спецодеждой и СИЗ он обеспечивался не в полном объёме. Медицинская аптечка отсутствовала. Стирка и дезинфекция рабочей одежды осуществлялась на дому. Таким образом, вины истца в получении профессионального заболевания или грубой неосторожности не установлено.

На основании проведённого освидетельствования в Бюро №7 ФКУ «Главное бюро медико-социальной экспертизы Карачаево-Черкесской Республики» с 01 января 2018 года ФИО1 была установлена вторая группа инвалидности по причине «профессиональное заболевание» бессрочно.

В результате полученного профессионального заболевания истец с 27 декабря 2013 года утратил 70 % профессиональной трудоспособности, что подтверждается справкой медико-социальной экспертизы серии МСЭ-2006 № 0296814. Именно с указанной даты (с 27 декабря 2013 года) наступил страховой случай, определённый ст.3 Закона № 125-ФЗ как подтверждённый в установленном порядке факт повреждения здоровья застрахованного вследствие несчастного случая на производстве или профессионального заболевания, который влечёт возникновение обязательства страховщика осуществлять обеспечение по страхованию.

После определения степени утраты профессиональной трудоспособности истец обратился к ответчику с заявлением о назначении обеспечения по обязательному социальному страхованию в соответствии с Законом № 125-ФЗ. Однако письмом от 29.10.2014г. за исх. № 07-16/07/1848-С ответчик отказал истцу в назначении выплат, сославшись на нарушения, допущенные при расследовании случая профессионального заболевания, а также на отсутствие в амбулаторной карте истца сведений о его обращениях за медицинской помощью по поводу суставного синдрома в период работы в совхозе «Терезинский». Данный отказ ответчика в назначении страховых выплат является неправомерным, поскольку для назначения ФИО1 страховых выплат в связи с утратой профессиональной трудоспособности вследствие профессионального заболевания с 27 декабря 2013 года (со дня первичного установления степени утраты профессиональной трудоспособности) имелись все условия, необходимые и достаточные для назначения обеспечения по обязательному социальному страхованию от профессиональных заболеваний в соответствии с Законом № 125-ФЗ.

Ссылки Регионального отделения ФСС по КЧР на нарушения, допущенные при расследовании случая профессионального заболевания и установлении истцу заключительного диагноза профессионального заболевания судом признаются несостоятельными.

Так, истец ФИО1 не имеет ни общего, ни юридического либо медицинского образования, не является специалистом в области социального обеспечения. На протяжении более 12 лет работал скотником в совхозе «Терезинский» Малокарачевского района. В силу своего образования, места работы и занимаемых должностей истец не мог и не должен был знать содержание нормативно-правовых актов, регламентирующих процедуру установления диагноза профессионального заболевания и порядок расследования случаев профессионального заболевания. В этой связи любые нарушения, даже если они и имели место, не могут ставиться в вину истцу и не должны нарушать его право на получение гарантированного Конституцией России и федеральными законами обеспечения по обязательному социальному страхованию от профессиональных заболеваний.

Судом установлено, что причинно-следственная связь между имеющимся у истца заболеванием «резидуальный бруцеллёз» (заключительный диагноз хронического профессионального заболевания) в соответствии с медицинским заключением от 15 июня 2012 года № 42 была комиссионно установлена специализированным медицинским учреждением – МБУЗ «2-я городская больница г.Ставрополя». Выставленный истцу заключительный диагноз профессионального заболевания объективно подтверждается совокупностью рассмотренных комиссией медицинских документов.

Установленный диагноз - хроническое профессиональное заболевание может быть изменен или отменен исключительно центром профессиональной патологии на основании результатов дополнительно проведенных исследований и экспертизы.

При этом суду не представлено доказательств того, что заключение от 15 июня 2012 года № 42 в отношении истца МБУЗ «2-я городская клиническая больница г. Ставрополя» уточняло или отменяло. Таким образом, на момент обращения истца к ответчику с заявлением о назначении выплат и до момента рассмотрения настоящего дела, указанное Медицинское заключение никем не оспорено, не отменено, недействительным не признано.

Судом установлено, что деятельность МБУЗ «2-я ГКБ г. Ставрополя» по экспертизе связи заболевания с профессией лицензирована, что подтверждается лицензией №26-01-000705 от 28.12.2007г., выданной Управлением Росздравнадзора по Ставропольскому краю, представленной в материалы гражданского дела по запросу суда.

Вывод комиссии МБУЗ «2-я ГКБ г.Ставрополя» о наличии у истца профессионального заболевания - резидуальный бруцеллёз соответствует Санитарно-гигиенической характеристике условий труда работника при подозрении у него профессионального заболевания (отравления) №163 от 11.01.2012г., составленной специалистами Управления Роспотребнадзора по Карачаево-Черкесской Республике и утверждённой главным санитарным врачом республики. С этим выводом впоследствии согласилась и комиссия, которая расследовала случай профессионального заболевания и составила Акт о случае профессионального заболевания от 02 февраля 2013 года.

На момент обращения истца к ответчику с заявлением о назначении выплат и до момента рассмотрения настоящего дела, акт никем не оспорен, не отменён, недействительным не признан, а между тем, в силу части 4 статьи 15 Федерального закона № 125-ФЗ, назначение обеспечения по страхованию осуществляется страховщиком на основании заявления застрахованного, его доверенного лица или лица, имеющего право на получение страховых выплат, на получение обеспечения по страхованию, и представляемых страхователем (застрахованным) следующих документов (их заверенных копий), в том числе акта о несчастном случае на производстве или акта о профессиональном заболевании. Таким образом, акт о случае профессионального заболевания является документом, необходимым для назначения страховых выплат.

Причинно-следственная связь между имеющимся у истца заболеванием бруцеллёзом и его работой в совхозе в должности дояра подтверждается совокупностью имеющихся в деле доказательств и не требует дополнительного подтверждения экспертизой или иным каким-либо специальным доказательством. ФИО1 на протяжении более 12 лет работал скотником, и никаких других работ в период с 10.03.1976г. по 31.12.1990г. не выполнял.

Согласно справке РГУ «Малокарачаевской районной ветеринарной станции по борьбе с болезнями животных» № 37 от 03.04.2019г. результаты серологического исследования на бруцеллёз КРС в совхозе «Терезинский» Малокарачаевского района за 1976 по 1988г.г. следующие: в 1976г. исследовано 506 голов КРС, из них 63 головы КРС положительно реагирующих на бруцеллёз; в 1977г. исследовано 660 голов КРС, из них 1 голова КРС положительно реагирующая на бруцеллёз; в 1978г. исследовано 836 голов КРС, из них 10 голов КРС положительно реагирующих на бруцеллёз; в 1983г. исследовано 1251 голов КРС, из них 32 голов КРС положительно реагирующих на бруцеллёз; в 1984г. исследовано 2717 голов КРС, из них 163 головы КРС положительно реагирующих на бруцеллёз; в 1985г. исследовано 2632 голов КРС, из них 72 голов КРС положительно реагирующих на бруцеллёз; в 1987г. исследовано 2838 голов КРС, из них 38 голов КРС положительно реагирующая на бруцеллёз; в 1988г. исследовано 3782 голов КРС, из них 77 голов КРС положительно реагирующих на бруцеллёз; в 1989г. исследовано 1890 голов КРС, из них 9 голов КРС положительно реагирующих на бруцеллёз; в 1990г. исследовано 2064 голов КРС, из них 30 головы КРС положительно реагирующих на бруцеллёз.

Согласно справке РГУ «Малокарачаевской районной ветеринарной станции по борьбе с болезнями животных» № 03 от 13.01.2014г. у ФИО1, проживающего по адресу КЧР, <адрес>, за 2013 год в личном подсобном хозяйстве бруцеллезного скота не выявлено (экспертиза №113 от 05.04.2013г.

То обстоятельство, что истец стал обращаться за медицинской помощью по поводу болезни суставов и других заболеваний гораздо позже своего увольнения из совхоза «Терезе» - в 2011 году, не исключает возможность его инфицирования бруцеллёзом в период его работы в совхозе. Вместе с тем, в деле имеется достаточно большое количество медицинских документов, подтверждающих наличие у истца как бруцеллёза, так и всего симптомокомплекса, обычно сопровождающего данное заболевание (склерозирование внутренних органов; полисегментарный остеохондроз позвоночника; сосудистая энцефалопатия; хроническая ишемия головного мозга с вестибуло-астеническим синдромом; хронический бронхит; хронический двусторонний пиелонефрит; эрозивный гастрит; хронический холецистит; хронический паренхиматозный панкреатит; хронический невирусный гепатит; поражение локомоторного аппарата, нервной и сосудистой системы; полиостеоартроз; остеоартроз суставов; ангиодистонические нарушения; вестибуло-атактический синдром; психоорганические изменения личности; цефалгия, стойкий цефалгический синдром, двусторонняя люмбоишиалгия, боли в шее, затылке, пояснице и суставах, и пр.). Очевидно, что все перечисленные выше заболевания не могли возникнуть у истца внезапно и одновременно, в один год или в несколько лет, и что этот сиптомокомплекс появился и проявился у него в течение длительного времени.

Ванамнезеистцауказанытакиеспецифическиесимптомырезидуального бруцеллёза, как ознобы, лихорадки, мышечные и суставные боли (боли в суставах выкручивающего характера), боли в позвоночнике, усталость, онемение пальцев, головокружения, утомляемость, раздражительность, слабость, снижение работоспособности, потливость, снижение слуха и зрения. Наличие у истца резидуального бруцеллёза бесспорно подтверждается многочисленными результатами лабораторных исследований. Таким образом, наличие у истца профессионального заболевания (резидуального бруцеллёза) суд считает достоверно установленным и бесспорным фактом, подтверждённым совокупностью имеющихся в деле доказательств.

При этом, суду не представлено доказательств того, что истец заразился бруцеллёзом в иных условиях.

Для подтверждения либо опровержения причинной связи заболевания истца с его профессией, определением суда от 28.03.2022г. назначена судебно-медицинская экспертиза, проведение которой поручено ФБНУ «ФНЦГ им.Ф.Ф.Эрисмана».

Заключением Эксперта № 603 от 25.07.2022 года на вопрос суда «Связано ли заболевание «резидуальный бруцеллез» ФИО1 с его профессиональной деятельностью в должности скотника в совхозе «Терезинский» Малокарачаевского района в период с 23.10.1980 года по 31.12.1999 года» дан ответ: «заболевание «резидуальный бруцеллез» ФИО1 связано с его профессиональной деятельностью в должности скотника в совхозе «Терезинский» Малокарачаевского района в период с 23.10.1980 года по 31.12.1999 года».

В качестве обоснования указано, что работа в опасных условиях труда (класс 4), в совхозе «Терезинский» при отсутствии условий для собл.дения мер личной биологической безопасности, недостаточном обеспечении СИЗ, дезинфицирующими средствами, неоднократный профессиональный контакт с возбудителем бруцеллеза, отсутствие сведений о другом возможном источнике заражения – личном хозяйстве, дебют заболевания в 1987 году, согласно представленной документации, дают основание связать заболевание «резидуальный бруцеллез» с профессиональной деятельностью в совхозе «Терезинский» Малокарачаевского района.

Вывод об установлении причинно-следственной связи между работой истца скотником в совхозе и имеющимся у него заболеванием резидуальным бруцеллёзом, содержащийся в заключении эксперта, суд признаёт обоснованным, поскольку он соответствует совокупности имеющихся в деле доказательств, свидетельствующих о наличии такой связи.

Оценивая заключение экспертизы, суд проверяет полноту проведенного исследования, наличие ответов на все поставленные судом в определении о назначении экспертизы вопросы, соответствие предмета экспертного исследования назначенному виду экспертизы.

Пунктом 7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19 декабря 2003 года № 23 «О судебном решении» разъяснено, что заключение эксперта, равно как и другие доказательства по делу, не являются исключительными средствами доказывания и должны оцениваться в совокупности со всеми имеющимися в деле доказательствами (статья 67, часть 3 статьи 86 ГПК РФ).

Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимосвязь доказательств в их совокупности.

По смыслу положений ст. 86 ГПК РФ экспертное заключение является одним из самых важных видов доказательств по делу, поскольку оно отличается использованием специальных познаний и научными методами исследования, тем не менее, суд при наличии в материалах рассматриваемого дела заключения эксперта не может пренебрегать иными добытыми по делу доказательствами, в связи с чем, законодателем в ст. 67 ГПК РФ закреплено правило о том, что ни одно доказательство не имеет для суда заранее установленной силы, а в положениях ч.3 ст. 86 ГПК РФ отмечено, что заключение эксперта для суда необязательно и оценивается наряду с другими доказательствами.

Таким образом, экспертные заключения оцениваются судом по его внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании каждого отдельно взятого доказательства, собранного по делу, и их совокупности с характерными причинно-следственными связями между ними и их системными свойствами.

Выводы экспертов полны и мотивированы, судебно-медицинская экспертиза проведена экспертами в количестве 4 специалистов, для экспертного исследования судом было направлено большое количество медицинских документов.

Наряду с экспертным заключением ФБНУ «ФНЦГ им.Ф.Ф.Эрисмана» № 603 от 25.07.2022 года судом дана оценка доказательствам, поступившим по запросу суда, а именно, лицензии на право проведения экспертизы связи заболевания с профессией МУЗ «2-я городская клиническая больница г.Ставрополя», а также сведениям о действительности договорных отношений между Министерством здравоохранения КЧР и МУЗ «2-я городская клиническая больница г. Ставрополя».

Довод ответчика о том, что состав врачебной комиссии МБУЗ «2-я городская клиническая больница», выдавшей медицинское заключение, не отвечает требованием Приказа Минздравсоцразвития РФ от 05.05.2012г. №502н «Об утверждении порядка создания и деятельности врачебной комиссии медицинской организации», как обстоятельство не может быть поставлено в вину истцу и служить основанием для нарушения его прав, поскольку, истец ФИО1 не относится к кругу лиц, ответственных за формирование врачебной комиссии.

Суд считает имеющим значение для дела сведения о количестве обследованных в МУЗ «2-я городская клиническая больница г. Ставрополя» больных из Карачаево-Черкесской Республики в значимый период, а также то, что иных лечебных учреждений для установления связи заболевания с профессией для граждан Карачаево-Черкесской Республики не имелось.

Суд отмечает, что одним из основных видов деятельности МБУЗ «2-я городская клиническая больница г. Ставрополя» является дача заключений о профессиональном характере заболевания, возникшего от воздействия вредных факторов, составление медицинских заключений и направление извещений об установлении заключительного диагноза острого или хронического профессионального заболевания (отравления), его уточнении или отмене, которого утверждена Приказом М3 РФ от 28.05.2001 № 176, которые обязывают в соответствии с Положением об учете и расследовании профессиональных заболеваний, утвержденным Постановлением Правительства РФ от 15.12.2000 № 967, организовывать и проводить расследование обстоятельств и причин возникновения у работника профессионального заболевания. Деятельность МБУЗ «2-я городская клиническая больница г. Ставрополя» по экспертизе связи заболевания с профессией лицензирована (лицензия № от 28.12.2007г., выданная Управлением Росздравнадзора по Ставропольскому краю).

Отделение по диагностике, лечению, экспертизе профпатологии бруцеллеза МБУЗ «2-я городская клиническая больница г. Ставрополя» провела обследование ФИО1 в полном соответствии с нормативными правовыми актами и в пределах предоставленной учреждению компетенции с учётом всех существенных обстоятельств, указывающих на характер полученного заболевания. Установленный истцу диагноз неоднократно подтвержден врачами РГЛПУ «КЧР ИКБ», а так же медико-социальной экспертной комиссией, установившей группу инвалидности и степень утраты профессиональной трудоспособности.

В силу изложенного, суд к доводы ответчика о том, что Минздравом КЧР с МБУЗ «2-я городская клиническая больница» г.Ставрополя не заключался договор на проведение экспертизы связи заболевания с профессией у жителей республики, не принимает во внимание.

Из имеющихся в материалах гражданского дела доказательств следует, что между Министерством здравоохранения и курортов Карачаево-Черкесской Республики и МУЗ «2-я городская клиническая больница» был заключен Договор № 31 от 21.12.2001 года на предоставление медицинских услуг, согласно которому МУЗ «2-я городская клиническая больница» и Министерство здравоохранения КЧР предусмотрели оказание лечебно-диагностической, экспертно- профпатологической медицинской помощи больным (жителям КЧР) при заболеваниях бруцеллез. Согласно п.2 данного договора исполнитель обязался обеспечивать безотказное о своевременное предоставление больным (жителям КЧР) медицинской помощи в соответствии с заключенным договором на базе бруцеллезного отделения 2-й Городской Клинической Больницы.

В ходе судебного разбирательства не представлено сведений, о том, что на территории Российской Федерации имеется Федеральный центр профпатологии. Вместе с тем, согласно пункту 35 Положения о расследовании и учете профессиональных заболеваний (утв. постановлением Правительства РФ от 15.12.2000 № 967) разногласия по вопросам установления диагноза профессионального заболевания и его расследования имеют право рассматривать только органы и учреждения государственной санитарно - эпидемиологической службы Российской Федерации, Центр профессиональной патологии Министерства здравоохранения Российской Федерации, Федеральная инспекция труда, страховщик или суд.

Ранее функции Центра профессиональной патологии Министерства здравоохранения Российской Федерации были возложены на Координационный центр профпатологии Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации и Экспертный совет по установлению связи заболевания с профессией Федерального агентства по здравоохранению и социальному развитию. Однако, указанные инстанции были упразднены. В настоящий момент Центр профессиональной патологии Министерства здравоохранения Российской Федерации, предусмотренный Положением о расследовании и учете профессиональных заболевании, отсутствует. Таким образом, случаи несогласия с решением врачебной комиссии центра профессиональной патологии могут быть рассмотрены только центром профессиональной патологии, который принял данное решение, или в судебном порядке.

При этом, как указано выше, деятельность врачебной комиссии по экспертизе связи с профессией осуществляется в муниципальном бюджетном учреждении здравоохранения Ставропольского края «2-я городская клиническая больница» в соответствии с имеющейся у медицинской организации лицензией № 26-01- 000705 от 28.12.2007г., которая имеется и действует и на сегодняшний день.

Судом учитывается то, что в ходе рассмотрения настоящего спора не было представлено доказательств, свидетельствующих о том, что истцу разъяснялось о том, что ему необходимо обратиться в какой - либо определенный Центр профпатологии для установления заключительного диагноза в связи с профессиональным заболеванием.

Таким образом, судом признается несостоятельным довод ответчика, о том, что в МБУЗ « 2-я городская клиническая больница» г.Ставрополя истца приняли без направления (при самообращении).

Положение о расследовании и учёте профессиональных заболеваний, утвержденное постановлением Правительства Российской Федерации №967 от 15 декабря 2000г., предусматривает порядок вынесения заключительного диагноза. Учреждение здравоохранения, установившее предварительный диагноз хроническое профессиональное заболевание, в месячный срок обязано направить больного на амбулаторное или стационарное обследование в специализированное лечебно-профилактическое учреждение или его подразделение (центр профессиональной патологии, клинику или отдел профессиональных заболеваний медицинских научных организаций клинического профиля) (далее - центр профессиональной патологии) с представлением документов.

В соответствии с постановлением Правительства КЧР от 20.09.2011 № 316, пунктами 1.6, 1.7 и 1.8 Плана мероприятий по организации предоставления государственных и муниципальных услуг по принципу «одного окна» в Карачаево-Черкесской Республике, утвержденному постановлением Правительства КЧР от 28.12.2012 г. № 579, руководствуясь Положением о Министерстве здравоохранения КЧР, утвержденным Указом Главы КЧР от 03.12.2012 № 302 утвержден Административный регламент оказания государственной услуги Министерством здравоохранения КЧР по направлению граждан Российской Федерации, проживающих на территории КЧР, для оказания специализированной медицинской помощи в федеральных специализированных медицинских учреждениях. Направление граждан Российской Федерации, проживающих на территории КЧР, производится для оказания специализированной медицинской помощи в федеральных специализированных медицинских учреждениях. При предоставлении государственной услуги должностными лицами Министерства осуществляется взаимодействие с представителями медицинских организаций федеральных бюджетных медицинских учреждений Российской Федерации, имеющих лицензию на медицинскую деятельность в части выполнения работ (услуг) по осуществлению специализированной медицинской деятельности.

Процедура предоставления государственной услуги завершается путем вручения заявителю: 1) направления и выдачи талона на оказание СМП в федеральном учреждении здравоохранения; 2) решение об отказе в предоставлении оказания СМИ в федеральном учреждении здравоохранения. Документы, предоставляемые Министерством по завершению оказанию государственной услуги, вручаются заявителю в виде бумажного документа, который заявитель, либо его уполномоченный представитель получает непосредственно при личном обращении. Способом фиксации результата оказания государственной услуги является регистрация направления в журнале выданных направлений. В случае отказа в предоставлении государственной услуги заявителю вручается уведомление об отказе с указанием мотивированных причин.

В судебном заседании установлено, что в нарушение действующего законодательства в сфере оказания специализированной медицинской помощи ФИО1 в МБУЗ «2-я городская клиническая больница» был направлен именно лечащим врачом (без письменного направления), где прошел медицинское обследование за наличный расчет.

Согласно пояснениям истца и его представителя, данных ранее в судебных заседаниях, истец обратился в медицинское учреждение, которое ему было рекомендовано.

Суд приходит к выводу, что должностные лица, не представили доказательств надлежащего выполнения своих обязанностей по разъяснению застрахованному его права пройти медицинское освидетельствование в определенном Центре профпатологии, что в результате привело к существенному нарушению прав истца.

Исходя из изложенного, суд находит доводы ответчика указанные в качестве оснований таких обстоятельств, как «самообращение» для уточнения диагноза, отсутствие договора между Министерством здравоохранения КЧР и МБУЗ 2-я городская больница г.Ставрополя», а также отсутствие лицензии на осуществление экспертизы связи заболевания с профессией», необоснованными, поскольку помимо изложенного выше согласно ст. 19 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ (ред. от 28.12.2013) «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования.

Кроме того, частью статьи 21 Федерального закона от 21 ноября 2011г. №323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" предусмотрено право пациента на выбор врача и выбор медицинской организации в соответствии с настоящим Федеральным законом; профилактику, диагностику, лечение, медицинскую реабилитацию в медицинских организациях в условиях, соответствующих санитарно-гигиеническим требованиям, получение консультаций врачей-специалистов.

Также указанным законом предусмотрено оказание специализированной медико-санитарной помощи осуществляется и в случае как в случае направления, так и в случае самостоятельного обращения гражданина в медицинскую организацию, в том числе организацию, выбранную им в соответствии с частью2 настоящей статьи, с учетом порядков оказания медицинской помощи.

Специальной нормой - статьей 16 Федерального закона от 24июля 1998г. №125-ФЗ гарантировано право застрахованного на обеспечение по страхованию в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Федеральным законом, самостоятельное обращение в лечебно-профилактические учреждения государственной системы здравоохранения и учреждения медико-социальной экспертизы по вопросам медицинского освидетельствования и переосвидетельствования.

Из анализа вышеуказанных норм следует, что ФИО1, как гражданин Российской Федерации, имел право на обследование и лечение в МБУЗ « 2-я городская клиническая больница» г.Ставрополя.

Кроме того, суд не соглашается с доводом ответчика, что « МБУЗ « 2-я ГКБ» после установления заключительного диагноза страховщику не были направлены извещение и медицинское заключение об установлении заключительного диагноза в отделение Фонда в нарушение п.п. 14,15 Положения.

Положением о расследовании и учете профессиональных заболеваний, утвержденного Постановлением Правительства Российской Федерации от 15.12.2000г. № 967 определено, что Центр профессиональной патологии на основании клинических данных состояния здоровья работника и представленных документов устанавливает заключительный диагноз - хроническое профессиональное заболевание (в том числе возникшее спустя длительный срок после прекращения работы в контакте с вредными веществами или производственными факторами), составляет медицинское заключение и в 3-дневный срок направляет соответствующее извещение в центр государственного санитарно-эпидемиологического надзора, работодателю, страховщику и в учреждение здравоохранения, направившее больного (п.14 Положения). Медицинское заключение о наличии профессионального заболевания выдается работнику под расписку и направляется страховщику и в учреждение здравоохранения, направившее больного (п.15 Положения). Извещение об изменении или отмене диагноза профессионального заболевания направляется центром профессиональной патологии в центр государственного санитарно-эпидемиологического надзора, работодателю, страховщику и в учреждение здравоохранения в течение 7 дней после принятия соответствующего решения (п.17 Положения).

В соответствии с пунктом 3.3. Приказа Минздрава РФ от 28 мая 2001 г. № 176 "О совершенствовании системы расследования и учета профессиональных заболеваний в Российской Федерации" после установления заключительного диагноза хронического профессионального заболевания (отравления) специализированное лечебно-профилактическое учреждение (центр профпатологии, клиника или отдел профессиональных заболеваний медицинских научных организаций клинического профиля) составляет медицинское заключение и в 3-дневный срок направляет извещение об установлении заключительного диагноза хронического профессионального заболевания (отравления), его изменении, уточнении или отмене (по форме согласно приложению № 3 к приказу Минздрава России от 28.05.2001 г. № 176 в центр госсанэпиднадзора, работодателю, страховщику и в учреждение здравоохранения, направившее больного.

Таким образом, ответственность за своевременное извещение о случае острого или хронического профессионального заболевания, об установлении, изменении или отмене диагноза возлагается на руководителя учреждения здравоохранения, установившего (отменившего) диагноз. ( п.18 Положения), а не на истца. Вместе с тем, из извещения об установлении заключительного диагноза хронического профессионального заболевания № 42 от 15.06.2012 г. следует, что оно направлено в Управление «Роспотребнадзора по КЧР», в ФГУЗ «ЦГ и Э в Малокарачаевском районе КЧР», в Фонд СС по КЧР, работодателю – совхоз «Терезинский» КЧР.

В соответствии с п. 15 ч.2 ст. 14 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» с 1 января 2012 года утверждение перечня профессиональных заболеваний было отнесено к полномочиям федеральных органов государственной власти в сфере охраны здоровья. Такой Перечень был утвержден Приказом Минздравсоцразвития РФ от 27 апреля 2012 года 417н и вступил в силу с 3 июня 2012 года. Однако отсутствие правого акта в указанный период времени не должно умалять право истца на установление причинной связи имеющегося у него заболевания с профессией, тем более, что выявленное у истца заболевание в качестве профессионального заболевания было включено как в ранее действовавший Список профессиональных заболеваний, утвержденный приказом Минздравмедпрома РФ от 14 марта 1996 года № 90, так и в ныне действующий Перечень, утвержденный приказом Министерства здравоохранения и социального развития РФ от 27 апреля 2012 года № 417н. Кроме того, по состоянию на 2012 год не был отменен или признан утратившим силу Список профессиональных заболеваний, утвержденный Минздравом СССР 26 февраля 1970 года и Секретариатом ВЦСПС 25 февраля 1970 года (п.7 протокола №6), в котором в качестве одного из профессиональных заболеваний указан резидуальный бруцеллез.

В любом случае право истца на получение гарантированного ст.7 и ст.39 Конституции РФ социального обеспечения вследствие профессионального заболевания не может быть поставлено в зависимость от несогласованности действий органов государственной власти по вопросам, отнесенным к их компетенции.

Оценив представленные сторонами доказательства по правилу ст. 67 ГПК РФ в их совокупности, руководствуясь положениями Федерального закона от 24.07.1998 № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», Положением о расследовании и учете профессиональных заболеваний, утвержденным Постановлением Правительства РФ от 15.12.2000 № 967, на основании объяснений лиц, участвующих в деле, представленных документов, суд пришел к выводу о том, что оснований сомневаться в правильности установленного ФИО1 заключительного диагноза профессионального заболевания, указанного в оспариваемом акте, не имеется. Порядок установления наличия профессионального заболевания, предусмотренный Положением о расследовании и учете профессиональных заболеваний, ФИО1 нарушен не был, суд полагает доказанным факт непрерывного длительного (более 12 лет) воздействия вредных производственных факторов на здоровье ФИО1 при исполнении трудовых обязанностей и, установив причинную связь между повреждением здоровья и воздействием вредных производственных факторов, признаёт право ФИО1 на получение обеспечения по государственному страхованию возникшим.

Установленный диагноз - хроническое профессиональное заболевание может быть изменен или отменен исключительно центром профессиональной патологии на основании результатов дополнительно проведенных исследований и экспертизы, принимая во внимание, что истцом были представлены надлежащие документы, подтверждающие в установленном законом порядке профессиональный характер имеющегося у него заболевания. При этом, Акт о случае профессионального заболевания, заключительный диагноз ответчиком не оспорены, исходя из того, что в силу п.5 приведенного выше Положения профессиональное заболевание, возникшее у работника, подлежащего обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, является страховым случаем.

В нарушение ст. 56 ГПК РФ в суд первой инстанции не представлено доказательств, безусловно свидетельствующих о необоснованности требований или опровергающих доказательства, представленные истцом ФИО1 и имеющихся в материалах дела.

Кроме того, при рассмотрении настоящего дела суд принимает во внимание не только формальные обстоятельства, связанные с процедурой оформления выданных истцу документов, но и руководствуется общеправовым принципом справедливости. Необходимость соблюдения принципа справедливости при рассмотрении гражданских дел диктуется не только морально-этическими нормами, предписывающими разрешать возникающие споры с соблюдением баланса интересов спорящих сторон. Эта необходимость включена в действующие международные и Российские правовые нормы. О справедливости, в частности, говорится в преамбуле Конституции России, принятой 12 декабря 1993 года, в п.2 ст.6 Гражданского кодекса Российской Федерации. О необходимости руководствоваться принципом справедливости при рассмотрении административных дел говорится в ст.6 и ст.9 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации.

В соответствии со ст. 10 Всеобщей декларации прав человека, принятой Генеральной Ассамблеей ООН 10 декабря 1948 года, каждый человек для определения его прав и обязанностей имеет право, на основе полного равенства, на то, чтобы его дело было рассмотрено гласно и с соблюдением всех требований справедливости. Право на справедливое судебное разбирательство гарантируется п.1 ст.6 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод (Римская Конвенция о защите прав человека и основных свобод от 4 ноября 1950 года), согласно которому каждый в случае спора о его гражданских правах и обязанностях имеет право на справедливое судебное разбирательство дела.

Установление о справедливом судебном разбирательстве означает, в том числе, необходимость такого рассмотрения гражданских дел, при котором было бы обеспечено соблюдение разумного и справедливого баланса прав и законных интересов участников спора. Является очевидным и бесспорным тот факт, что справедливое судебное разбирательство должно окончиться вынесением справедливого судебного решения. В противном случае теряется сам смысл справедливого судебного разбирательства.

В данном случае отказ в удовлетворении заявленного ФИО1 иска по формальным основаниям, на которые сослался ответчик в обоснование своих возражений, со всей очевидностью привело бы к вынесению не только незаконного, но и явно несправедливого решения, что является недопустимым в правовом государстве, каковым является Российская Федерация.

В соответствии со ст.2 ГПК РФ задачами гражданского судопроизводства являются правильное и своевременное рассмотрение и разнесение гражданских дел в целях защиты нарушенных или оспариваемых прав, свобод и законных интересов граждан, организаций, прав и интересов Российской Федерации, субъектов Российской Федерации, муниципальных образований, других лиц, являющихся субъектами гражданских, трудовых или иных правоотношений.

В данном случае нарушенные права ФИО1, получившего профессиональное заболевание, приведшее к его инвалидности и утрате 70 % профессиональной трудоспособности, которому было отказано в получении гарантированной государством помощи в виде страховых выплат в возмещение вреда здоровью, необходимо защитить и восстановить путём удовлетворения предъявленного иска.

Что касается довода представителя ГУ-РФ ОПФР по КЧР о необходимости применения к спорным правоотношениям сроков исковой давности, поскольку истцу отказано в назначении выплат 29.10.2014г., а с настоящим иском обратился 27.02.2019г., таким образом, срок истек в 2017г., суд находит его необоснованным ввиду того, что отказ ГУ-РО ФСС по КЧР в назначении страховых выплат от 29.10.2014г. №07-16/07-1848-с вынесен в форме письма, не имеется заключения о квалификации случая страховым. Кроме того, страховые выплаты, правом на которые истец ФИО1, по своей природе схожи с требованиями о возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью, на которые в соответствии со ст.208 ГК РФ не распространяется срок исковой давности, предусмотренный ст.196 ГК РФ.

Таким образом, согласно действующему законодательству на требования о возмещении вреда здоровью не распространяются сроки исковой давности, в том числе при оспаривании назначенного размера страхового возмещения и присвоенной степени утраты трудоспособности. При этом требования, предъявленные по истечении трех лет с момента возникновения права на возмещение такого вреда, удовлетворяются за прошлое время не более чем за три года, предшествовавшие предъявлению иска (ст.208 ГК РФ, Определение Верховного Суда РФ от 06.09.2013г. N21-КГ13-4, Апелляционное определение Московского городского суда от 18.12.2018 по делу N 33-56180/2018).

Вышеуказанные юридически значимые обстоятельства в настоящем гражданском деле имеются и свидетельствуют о наличии законных оснований для признания права истца ФИО1 на обеспечение по социальному страхованию и не могут быть применены в отношении истца ограничения, не предусмотренные законодательством Российской Федерации.

Право истца на социальное обеспечение вследствие профессионального заболевания не может быть поставлено в зависимость от несогласованности действий органов государственной власти и медицинских организаций по вопросам, отнесенным к их компетенции. Таким образом, судом достоверно установлено, что истец получил повреждение здоровья от воздействия неблагоприятных факторов в период работы скотником в <адрес> КЧР в период с 23.10.1980г. по 31.12.1999г..

Оценив представленные сторонами доказательства по правилу ст.67 ГПК РФ в их совокупности, руководствуясь положениями Федерального закона от 24.07.1998г. №125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», Положением о расследовании и учете профессиональных заболеваний, утвержденным Постановлением Правительства РФ от 15.12.2000г. №967, на основании объяснений лиц, участвующих в деле, представленных документов, показаний свидетелей суд пришел к выводу о том, что оснований сомневаться в правильности установленного ФИО1 заключительного диагноза профессионального заболевания, указанного в оспариваемом акте, не имеется. Суд полагает доказанным факт непрерывного длительного воздействия вредных производственных факторов на здоровье истца при исполнении трудовых обязанностей и, установив причинную связь между повреждением здоровья и воздействием вредных производственных факторов, признает его право на обеспечение по государственному страхованию возникшим.

Согласно ч.1 ст.88 ГПК РФ судебные расходы состоят из госпошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела. Как указано в ч.1 ст.98 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.

Суд при вынесении решения находит возможным рассмотреть ходатайство врио директора государственного учреждения о взыскании в пользу (ФБНУ «ФНЦГ ИМ.Ф.Ф.Эрисмана») суммы 24 000,00 руб. за проведенную экспертизу (протокол ВК №603 от 25.07.2022г.).

В силу п.п.19 п.1 ст.333.36 НК РФ ответчик ГУ-РО ФСС РФ по КЧР освобождено от уплаты государственной пошлины.

Руководствуясь статьями 2, 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

Исковые требования ФИО1 к Государственному учреждению Региональное отделение Фонда социального страхования Российской Федерации по КЧР и Государственному бюджетному учреждению здравоохранения Ставропольского края «Городская клиническая больница №2» города Ставрополя о признании права на обеспечение по социальному страхованию – удовлетворить.

Признать право ФИО1 на обеспечение по государственному социальному страхованию в связи с профессиональным заболеванием «резидуальный бруцеллез», повлекшим утрату 70-ти процентов профессиональной трудоспособности, полученным в период работы в должности скотника совхоза «Терезинский» Малокарачаевского района в результате работы с неблагополучным поголовьем по бруцеллезу крупного рогатого скота в период с 23.10.1980г. по 31.12.1999г..

Признать отказ Государственного учреждения – Региональное отделение Фонда социального страхования Российской Федерации по КЧР от 29.10.2014г. №07-16/07/1848-с в назначении страховых выплат ФИО1 незаконным.

Признать Медицинское заключение №42 от 15.06.2012г., выданное МБУЗ «2-я городская клиническая больница» г.Ставрополь ФИО1 законным.

Обязать Государственное учреждение – Региональное отделение Фонда социального страхования Российской Федерации по Карачаево-Черкесской Республике назначить ФИО1, единовременную и ежемесячные страховые выплаты с 27.12.2013г. в соответствии с действовавшим на дату наступления страхового случая законодательством с последующей индексацией.

Взыскать с Государственного учреждения - Региональное отделение Фонда социального страхования Российской Федерации по Карачаево-Черкесской Республике в пользу Федерального бюджетного учреждения науки «ФЕДЕРАЛЬНЫЙ НАУЧНЫЙ ЦЕНТР ГИГИЕНЫ ИМ.Ф.Ф. ЭРИСМАНА») сумму в размере 24 000,00 руб. за проведение экспертного исследования (протокол ВК №603 от 25.07.2022г.).

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Карачаево-Черкесской Республики с подачей апелляционной жалобы через Черкесский городской суд в течение месяца со дня его вынесения в окончательной форме. Мотивированное решение изготовлено 27 сентября 2022 года.

Судья Черкесского городского суда КЧР А.Х.Дядченко