КОПИЯ

УИД: 78RS0014-01-2022-010463-64 в окончательном виде

Дело № 2-1459/2023 «20» июля 2023 года

«26» апреля 2023 года Санкт-Петербург

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Московский районный суд Санкт–Петербурга в составе:

председательствующего судьи Метелкиной А.Ю.,

при секретаре Харибегашвили Д.Д.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску прокурора Московского района Санкт-Петербурга, действующего в интересах ФИО2, к ООО «Компания «ПЕТРОМАКС» о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

Прокурор Московского района Санкт-Петербурга обратился в суд с иском, действуя в интересах ФИО2, к ООО «Компания «ПЕТРОМАКС» о взыскании компенсации морального вреда вследствие причинения вреда его здоровью в размере <данные изъяты> рублей и государственной пошлины от уплаты которой прокурор освобожден в силу требований закона.

В обоснование требований истец указал, что ФИО2 состоял в трудовых отношениях с ООО «Компания «ПЕТРОМАКС» в должности водителя – экспедитора. Во время исполнения трудовых обязанностей на рабочем месте произошел несчастный случай, вследствие которого ФИО2 получил травму. Актом № о несчастном случае на производстве от ДД.ММ.ГГГГ установлено, что сопутствующими причинами произошедшего с ФИО2 несчастного случая являются неудовлетворительная организация производства работ, выразившаяся в нарушении требований при эксплуатации транспортного средства, что повлекло нарушение требований ст. 212 Трудового кодекса Российской Федерации. Таким образом, в результате нарушения работодателем требований трудового законодательства ФИО2 причинен вред здоровью, повлекший причинение ему морального вреда. С целью защиты нарушенного права ФИО2 обратился к прокурору с соответствующим заявлением, по результатам рассмотрения которого прокурором в соответствии со ст. 45 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предъявлен настоящий иск.

Представитель процессуального истца – помощник прокурора Московского района Санкт-Петербурга ФИО5 в судебное заседание явилась, исковые требования поддержала, просила удовлетворить, указав, что срок исковой давности, заявленный ответчиком, к возникшим правоотношениям не применяется, в свою очередь ФИО2 узнал о нарушении своего права с момента вынесения решения об оспаривании предписания Государственной инспекции по труду, которое вступило в законную силу ДД.ММ.ГГГГ после вынесения Третьим кассационным судом определения, после чего обратился к прокурору с заявлением о предъявлении в его интересах настоящего иска.

Материальный истец ФИО2 и его представитель ФИО6 в судебное заседание явились, исковые требования поддержали в полном объеме, в том числе с учетом письменных объяснений в порядке ст. 35 ГПК РФ, просили удовлетворить. Кроме того указали, что срок на обращение в суд с заявленными требования не был пропущен, поскольку данная норма права не применяется к рассматриваемым правоотношениям, вместе с этим в случае, если суд согласиться с позицией ответчика просили срок восстановить, поскольку истец добросовестно работал у ответчика, получил травму, лишившую его средств к существованию, в том числе по вине ответчика, нарушившего нормы ст. 212 Трудового кодекса Российской Федерации, а также не оформившего травму ка производственную, вследствие чего истец вынужден пятый год с момента получения травмы осуществлять защиту своих прав в суде. От полученной травмы и длительности нарушения прав истца, ФИО2 испытывает страдания, вследствие травмы стал инвалидом, перенес 6 операций, проходил процедуру – уколы в глаз, потерял профессию и весь этот период находился на иждивении супруги. О восстановлении своего нарушенного права узнал исходя из постановленного Третьим кассационным судом определения, признавшего акт законным ДД.ММ.ГГГГ, после чего обратился к прокурору.

Представитель ответчика ООО «Компания «ПЕТРОМАКС» ФИО7 в судебное заседание явился, против заявленных исковых требований возражал, просил суд применить срок исковой давности по доводам представленных письменных возражений, указав что истцом пропущен срок, установленный для защиты нарушенных трудовых прав в соответствии со ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации, который применяется и требованиям о взыскании компенсации морального вреда, что нашло свое отражение в постановлении Пленума ВС РФ №. При этом обратил внимание, что решение по иску ФИО2 о восстановлении его нарушенных прав вступило в законную силу ДД.ММ.ГГГГ, Акт о несчастном случае на производстве № был оформлен ДД.ММ.ГГГГ. В соответствии с правилами расследования несчастного случая на производстве подача жалобы не приостанавливает действие Акта. Вместе с этим истец обратился к прокурору пропустив все допустимые сроки, оснований для восстановления которых нет, так как истец неоднократно обращался в суды, но правом на взыскание компенсации морального вреда, возникшим в ноябре 2020 года не воспользовался.

Выслушав объяснения лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, изучив и оценив собранные по делу доказательства в их совокупности по правилам ст. 67 ГПК РФ, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии со ст. 2 Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

К числу основных прав человека ч. 2 ст. 37 Конституции Российской Федерации отнесены, в том числе право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены.

В силу положений абзацев 4, 14, 16 ч. 1 ст. 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором, а также на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами, что в свою очередь корреспондирует обязанность работодателя обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников является одним из направлений государственной политики в области охраны труда (абзац второй части 1 статьи 210 Трудового кодекса Российской Федерации).

Частью 1 ст. 212 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Из приведенных нормативных положений в их системной взаимосвязи следует, что работник имеет право на труд в условиях, отвечающих государственным нормативным требованиям охраны труда, включая требования безопасности. Это право работника реализуется исполнением работодателем обязанности создавать такие условия труда. При получении работником во время исполнения им трудовых обязанностей травмы или иного повреждения здоровья ему в установленном законодательством порядке возмещается материальный и моральный вред.

В ходе судебного разбирательства установлено, что ФИО8 работал в ООО «Компания «ПЕТРОМАКС» с ДД.ММ.ГГГГ в должности водителя – экспедитора на основании трудового договора № от ДД.ММ.ГГГГ и приказа № от ДД.ММ.ГГГГ.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 была получена травма глаза, в связи с которой истец длительный период времени проходил лечение.

ДД.ММ.ГГГГ действие трудового договора было прекращено по основаниям п. 8 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации, в связи с отсутствием вакантных должностей, подходящих работнику по состоянию здоровья.

ДД.ММ.ГГГГ заключением государственного инспектора труда на основании проведенного расследования установлено, что рассматриваемый несчастный случай произошел в рабочее время при выполнении работником трудовых обязанностей, действия пострадавшего были обусловлены трудовыми отношениями с работодателем и данный несчастный случай подлежит квалификации как связанный с производством, оформлению актом формы Н-1, учету и регистрации в ООО «Компания «ПЕТРОМАКС». Одновременно в адрес генерального директора Общества Государственной инспекцией труда Санкт-Петербурга вынесено предписание №, которым на руководителя возложена обязанность по устранению нарушений трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, а именно: составить акт о несчастном случае на производстве, произошедшем ДД.ММ.ГГГГ с водителем – экспедитором ФИО2, выдать работнику акт о несчастном случае на производстве по форме Н-1, а также направить указанный акт в исполнительный орган страховщика.

ДД.ММ.ГГГГ ответчиком был утвержден Акт № о несчастном случае на производстве (по форме Н-1), согласно которому повреждение здоровья истца в результате произошедшего ДД.ММ.ГГГГ несчастного случая признано относящимся к категории тяжелых, в соответствии с заключением государственного инспектора труда указаны причина – неудовлетворительная организация производства работ, выразившаяся в нарушении требований при эксплуатации транспортного средства, что повлекло нарушение требований статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации.

В силу присущего гражданскому судопроизводству принципа диспозитивности эффективность правосудия по гражданским делам обусловливается в первую очередь поведением сторон как субъектов доказательственной деятельности; наделенные равными процессуальными средствами защиты субъективных материальных прав в условиях состязательности, стороны должны доказать те обстоятельства, на которые они ссылаются в обоснование своих требований и возражений, и принять на себя все последствия совершения или не совершения процессуальных действий.

Права и свободы человека и гражданина признаются и гарантируются согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации, каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом (статьи 17 и 45 Конституции Российской Федерации).

Одним из способов защиты гражданских прав является компенсация морального вреда (статьи 12, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, далее также - ГК РФ).

Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Прокурор, обращаясь с настоящим иском в суд, ссылаясь на положения ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации и ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, указал, что вследствие нарушений работодателем требований охраны труда и необеспечения безопасности на рабочем месте, с ответчика в пользу ФИО2 надлежит взыскать <данные изъяты>. При этом исковое заявление не содержит обоснования размера заявленной суммы.

ФИО2 в ходе судебного разбирательства пояснял суду, что данная сумма определена с учетом длительности нарушения прав работника, уклонения работодателя от проведения расследования несчастного случая на производстве, необходимости неоднократного обращения работника в государственные органы и суд, а также тяжести полученной травмы, повлекшей длительность лечения, проведение нескольких оперативных вмешательств, лишившей его работы и утраты профессиональной деятельности и как следствие достойного заработка, который он не получил в период после получения травмы и уже не получить впоследствии.

В обоснование доводов ФИО2 представлены выписные эпикризы из медицинских учреждений, содержащие диагноз, назначение врачей и проведенное лечение.

Суд, оценивая данные документы, принимает их в качестве относимых и допустимых доказательств по делу, поскольку они согласуются с объяснениями стороны истца, а также иными доказательствами по делу, в том числе подтверждающими получение травмы на производстве.

Таким образом, вследствие установленных обстоятельств нарушенного права истца, по праву суд находит требования заявленными обоснованно и законно.

Вместе с этим, ответчиком в обоснование возражений по иску заявлено ходатайство о пропуске истцом срока для обращения в суд с заявленными требованиями, рассмотрев которое суд приходит к следующему.

Обосновывая свои доводы относительно пропуска истцом срока ответчик указал, что в силу положений

На основании ч. 6 ст. 152 Гражданского процессуального кодекса российской Федерации при установлении факта пропуска без уважительных причин срока исковой давности или срока обращения в суд судья принимает решение об отказе в иске без исследования фактических обстоятельств по делу.

С учетом обстоятельств дела, необходимости исследования вопроса относительно даты, с которой работнику стало известно о восстановлении нарушенного права, а также заявленного последним ходатайства о восстановлении срока, суд усмотрел основания, с целью соблюдения баланса прав сторон, разрешить ходатайство ответчика при рассмотрении дела по существу.

В соответствии со ст. 195 Гражданского кодекса Российской Федерации исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Согласно ст. 196 Гражданского кодекса Российской Федерации общий срок исковой давности устанавливается в три года.

В соответствии с ч. 1 ст. 200 Гражданского кодекса Российской Федерации течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.

В соответствии со ст. 203 Гражданского кодекса Российской Федерации течение срока исковой давности прерывается предъявлением иска в установленном порядке.

Как разъяснено в абзаце 2 пункта 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 33 от 15.11.2022 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» на требования о компенсации морального вреда, вытекающие из нарушения имущественных или иных прав, для защиты которых законом установлена исковая давность или срок обращения в суд, распространяются сроки исковой давности или обращения в суд, установленные законом для защиты прав, нарушение которых повлекло причинение морального вреда. Например, требование о компенсации морального вреда, причиненного работнику нарушением его трудовых прав, может быть заявлено в суд одновременно с требованием о восстановлении нарушенных трудовых прав (с соблюдением установленных сроков обращения в суд с требованием о восстановлении нарушенных трудовых прав) либо в течение трех месяцев после вступления в законную силу решения суда, которым эти права были восстановлены полностью или частично (ч.3 ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации).

В соответствии с ч. 1 ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки или со дня предоставления работнику в связи с его увольнением сведений о трудовой деятельности (статья 66.1 настоящего Кодекса) у работодателя по последнему месту работы.

Согласно части 3 указанной статьи, введенной Федеральным законом от 05.04.2021 № 74-ФЗ, при наличии спора о компенсации морального вреда, причиненного работнику вследствие нарушения его трудовых прав, требование о такой компенсации может быть заявлено в суд одновременно с требованием о восстановлении нарушенных трудовых прав либо в течение трех месяцев послу вступления в законную силу решения суда, которым эти права были восстановлены полостью или частично.

Из материалов дела следует, что ФИО2 принимал меры для восстановления нарушенного права путем предъявления иска в Московский районный суд Санкт-Петербурга к ООО «Компания «Петромакс» о признании повреждения здоровья несчастным случаем на производстве.

Решением по гражданскому делу № от ДД.ММ.ГГГГ в удовлетворении исковых требований ФИО2 отказано.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда по делу № от ДД.ММ.ГГГГ решение Московского районного суда оставлено без изменения.

Указанный судебный акт содержит указание на обстоятельства, наступившие после вынесения судебного акта судом первой инстанции, отраженные истцом в основаниях апелляционной жалобы и документально подтвержденные, которые были учтены судом апелляционной инстанции, а именно – ДД.ММ.ГГГГ государственным инспектором труда вынесено заключение о том, что травма, полученная ФИО2 является несчастным случаем на производстве, в адрес генерального директора Общества вынесено предписание №-ОБ/185/2, и ДД.ММ.ГГГГ Обществом утвержден Акт № о несчастном случае на производстве (по форме Н-1), согласно которому повреждение здоровья истца в результате произошедшего ДД.ММ.ГГГГ несчастного случая признано относящимся к категории тяжелых, что исключает необходимость повторного подтверждения данного факта в судебном порядке.

Третий кассационный суд общей юрисдикции согласился с указанными выводами судов первой и апелляционной инстанций, в связи с чем определением от ДД.ММ.ГГГГ оставил кассационную жалобу ФИО2 без удовлетворения.

Таким образом, ФИО2 должен был узнать о восстановлении своего нарушенного права ДД.ММ.ГГГГ, когда ответчиком был составлен Акт №, положенный в основу настоящего иска.

При этом, поскольку суду не представлены доказательства вручения либо направления акта работнику, установить, что именно ДД.ММ.ГГГГ он доподлинно знал об этом не представляется возможным.

Вместе с этим, указанное обстоятельство, как ранее было указано, являлось предметом изучения в суде апелляционной инстанции ДД.ММ.ГГГГ с участием представителя истца ФИО6, следовательно, начиная с ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 узнал и был вправе обратиться за взысканием компенсации морального вреда, причиненного ООО «Компания «ПЕТРОМАКС» вследствие нарушения требований ст. 212 Трудового кодекса Российской Федерации.

С настоящим иском прокурор, действуя в защиту нарушенных прав ФИО2, обратился в суд только ДД.ММ.ГГГГ на основании заявления последнего, поступившего в прокуратуру Московского района Санкт-Петербурга ДД.ММ.ГГГГ.

Доводы представителя ФИО2 - ФИО6 на предмет того, что срок для обращения с настоящим иском в суд должен исчисляться со дня вступления в законную силу решения Кировского районного суда Санкт-Петербурга от ДД.ММ.ГГГГ по административному делу №а-1269/2021, которым отказано в удовлетворении требований ООО «Компания Петромакс» к Государственной инспекции труда в Санкт-Петербурге об оспаривании предписания и заключения, и признанного законным определением Третьего кассационного суда от ДД.ММ.ГГГГ, с отменой апелляционного определения судебной коллегии по административным делам Санкт-Петербургского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ, не могут приняты во внимание, поскольку противоречат нормам действующего законодательства. Более того, оспаривание решения должностного лица органа государственной власти не приостанавливает его действие на период обжалования, в том числе следует принять во внимание, что с учетом заключения государственной инспекции Общество утвердило Акт № о несчастном случае на производстве (по форме Н-1).

Одновременно суд не находит оснований для удовлетворения ходатайства ФИО2 о восстановлении срока для обращения с иском в суд.

В силу ч. 5 ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации при пропуске по уважительным причинам сроков, установленных частями первой, второй, третьей и четвертой настоящей статьи, они могут быть восстановлены судом.

В качестве уважительных причин пропуска срока для обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, объективно препятствовавшие работнику своевременно обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора, как-то: болезнь работника, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимости осуществления ухода за тяжелобольными членами семьи и т.п.

Оценивая, является ли то или иное обстоятельство достаточным для принятия решения о восстановлении пропущенного срока, суд не должен действовать произвольно, а обязан проверять и учитывать всю совокупность обстоятельств конкретного дела, не позволивших работнику своевременно обратиться в суд.

Ходатайство ФИО2 не содержит четкого мотивированного обоснования уважительности пропуска срока. В свою очередь процессуальный истец – прокурор такого ходатайства не заявлял и доказательств уважительности пропуска срока не представил, настаивая на том, что стороной истцов срок не пропущен и положения ч. 3 ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации не применяется к возникшим правоотношениям.

С данной позицией прокурора суд также не может согласиться, принимая во внимание позицию Конституционного суда Российской Федерации изложенную в постановлении от ДД.ММ.ГГГГ №-П «По делу о проверке конституционности части первой статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданина ФИО9», согласно которой предоставление работнику права требовать компенсации морального вреда, причиненного неправомерными действиями или бездействием работодателя, будучи направленным на достижение социально необходимого результата, вместе с тем не должно нарушать баланс прав и законных интересов работников и работодателей. Реализация такого права без установления разумных сроков обращения в суд, тем более после того, как нарушенные трудовые права восстановлены в судебном порядке, вела бы к несоразмерному ограничению прав работодателя как стороны в трудовом договоре и субъекта экономической деятельности. В отсутствие же таких сроков правовое регулирование характеризуется имеющим конституционную значимость пробелом, в силу которого практически невозможно компенсировать моральный вред, причиненный нарушением трудовых (служебных) прав, после того как факт такого нарушения признан судебным решением, а сами права восстановлены, без нарушения баланса прав и законных интересов сторон трудовых отношений, необходимость поддержания которого обусловлена конституционными требованиями.

С учетом изложенных доводов, Конституционный суда Российской Федерации постановил признать часть первую статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации не соответствующей Конституции Российской Федерации, ее статьям 19 (часть 1) и 46 (часть 1), в той мере, в какой она не содержит указания на сроки обращения в суд с требованием о компенсации морального вреда, причиненного нарушением трудовых (служебных) прав в тех случаях, когда требование о компенсации морального вреда заявлено в суд после вступления в законную силу решения суда, которым нарушенные трудовые (служебные) права восстановлены полностью или частично. И впредь до внесения соответствующих изменений требование о компенсации морального вреда, причиненного нарушением трудовых (служебных) прав, определил, что требование о восстановлении нарушенных трудовых прав может быть заявлено одновременно с соблюдением сроков, предусмотренных частью первой статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации, либо в течение трехмесячного срока с момента вступления в законную силу решения суда, которым эти права были восстановлены полностью или частично.

Таким образом, поскольку настоящее исковое заявление подано в суд ДД.ММ.ГГГГ, со значительным пропуском срока для обращения с такой категорией требований (1,5 года), что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении исковых требований, а оснований для признания пропуска срока уважительным не имеется, в удовлетворении исковых требований надлежит отказать.

На основании вышеизложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Иск прокурора Московского района Санкт-Петербурга, действующего в интересах ФИО2, к ООО «Компания «ПЕТРОМАКС» о взыскании компенсации морального вреда – оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Московский районный суд Санкт-Петербурга.

Судья /подпись/ А.Ю. Метелкина

Копия верна:

Судья А.Ю. Метелкина