Гражданское дело № 2-124/2025 (публиковать)
УИД: 18RS0002-01-2023-002187-78
РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
г. Ижевск 22 июля 2025 года
Первомайский районный суд г. Ижевска Удмуртской Республики в составе судьи Созонова А.А., при помощнике ФИО1, ст. пом. прокурора Васильченко С.С., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к Бюджетному учреждению здравоохранения Удмуртской Республики «Городская клиническая больница № 9 Министерства здравоохранения Удмуртской Республики» о взыскании денежной компенсации морального вреда,
УСТАНОВИЛ:
В суд обратился истец с вышеуказанным иском к ответчику. Требования мотивированы тем, что истец является дочерью умершей ФИО3, скончавшейся <дата>. <дата> ФИО3 <дата> ФИО3 поступила в БУЗ УР «ГКБ № 9 МЗ УР» с диагнозом - <данные скрыты>, <дата> проведена операция и <дата> ФИО3 была выписана из больницы.
<дата> ФИО3 вновь доставлена в БУЗ УР «ГКБ № 9 МЗ УР» с жалобами на боли в правом подреберье, сухости во рту, тошноту, по результатам осмотра установлен диагноз: <данные скрыты>. <дата> ФИО3 была прооперирована, <дата> ФИО3 упала в туалете медицинского учреждения, где пролежала без сознания с ушибленными ранами головы. В результате падения образовались две раны размером 1*2 см и 8*4 см, вследствие чего ФИО3 попала в реанимацию. Кровопотеря составила до одного литра. Состояние ФИО3 было оценено врачами как стабильно тяжелое, несмотря на общее сохранившееся тяжелое состояние, <дата> ФИО3 была выписана из больницы С указанного периода состояние ежедневно ухудшалось, ФИО3 жаловалась на жуткие головные боли, на боль в левом подреберье и в области живота. В период с <дата> по <дата> истец неоднократно вызывала скорую помощь, однако, приезжавшие на место медработники указывали на то, что ФИО3 притворяется, ставили обезболивающий укол и уезжали, вопрос о госпитализации не поднимался. <дата>, когда вновь была вызвана скорая помощь и медработниками установлено крайне тяжелое состояние пациентки, ФИО3 была госпитализирована с диагнозом «другая и неуточненная кишечная непроходимость» в ГКБ № 9 МЗ УР. В тот же день проведена операция, в процессе хирургического вмешательства было установлено: <данные скрыты>. В связи с тем, что медицинская помощь была оказана несвоевременно, ФИО3 скончалась <дата>. В результате оказания ответчиком некачественной медицинской помощи и принятием неверного решения, ФИО3 умерла, в связи с чем, истец (дочь) и другие родственники испытали физические и нравственные страдания. Гибель близкого человека вызвала у истца сильнейший эмоциональный стресс, что повлияло на её глубокое психологически подавленное состояние. Просит взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 рублей, штраф в размере 50% от присужденной судом суммы.
Дело рассмотрено в отсутствие истца, уведомленного надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства.
В судебном заседании представитель истца ФИО4, действующий на основании доверенности, поддержал исковые требования, ссылаясь на доводы, изложенные в иске, указав на то, что с выводами экспертов истец не согласна.
Дело рассмотрено в отсутствие представителя ответчика (БУЗ УР «ГКБ № 9 МЗ УР»), уведомленного надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства.
В материалах дела имеется письменный отзыв представителя ответчика, согласно которому БУЗ УР «Городская клиническая больница №9 М3 УР» исковые требования истицы не признает в полном объеме, считает данные требования необоснованными и по существу иска поясняет следующее.
Пациент ФИО3 <дата> г.р. <дата> обратилась в приемный покой дежурной хирургии БУЗ УР «ГКБ № 9 М3 УР» самостоятельно с жалобами на постоянную ноющую боль правого подреберья, тяжесть после еды, слабость. Обследована в приемном покое хирургии с установленным диагнозом: <данные скрыты> от <дата>, госпитализирована в хирургическое отделение. По данным УЗИ заключение: признаки хронического калькулезного холецистита, пневмобилии, жирового гепатоза, стеатоза поджелудочной железы. Назначена консервативная терапия, <дата> выполнена лапароскопическая жолецистэктомия.
Гистологическое заключение: хронический холецистит, обострение. Также осуществлена первичная хирургическая обработка ран лица.
После операции находилась в хирургическом отделении, где была продолжена консервативная терапия в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, выписана в удовлетворительном состоянии на амбулаторное долечивание <дата> с рекомендациями.
Заключительный клинический диагноз: <данные скрыты>. Осложнение: <данные скрыты>. Сопутствующие диагнозы: <данные скрыты>
<дата> пациент ФИО3 доставляется силами СМП в приемный покой хирургического отделения БУЗ УР «ГКБ №9 М3 УР» с <данные скрыты>. При поступлении выраженные жалобы на боли в животе, задержку стула, общую слабость. Больна в течение 3 дней. Обследована в приемном покое хирургического отделения и госпитализирована с диагнозом; <данные скрыты>, выполнены установленные лабораторные исследования, проведена консультация терапевта, гинеколога. Дополнительно выполнено УЗИ органов брюшной полости, матки, придатков. Заключение: <данные скрыты>
<дата> проведена операция лапаротомия, ревизия и вскрытие абцесса малого таза, правосторонняя гемиколэктомия. Вскрытие флегманы предбрюшинной клетчатки, ее дренирование. Клинический диагноз - <данные скрыты>. После операции пациентка находилась в отделении реанимации, где скончалась <дата>.
По результату вскрытия патологоанатомом подтвержден данный клинический диагноз, дефектов оказания медицинской помощи не установлено.
Также, медицинская документация данного пациента была проверена экспертом филиала ООО «Страховая компания «Ингосстрах», дефектов оказания медицинской помощи не выявлено.
Согласно заключению данной экспертизы № от <дата>, причиной смерти ФИО3 явился <данные скрыты>.
Медицинская помощь на всех этапах лечения ФИО3 проведена своевременно, правильно и в полном объеме. Причинно-следственная связь между действиями медицинских работников БУЗ УР «ГКБ №9 М3 УР» и наступившим неблагоприятным исходом в виде смерти ФИО3 отсутствует. На основании вышеизложенного, просит в иске истцу отказать в полном объеме в связи с наличием фактов полной и качественно оказанной медицинской помощи ФИО3
Ст. помощник прокурора Первомайского района г. Ижевска Васильченко С.С., ссылаясь на заключение эксперта № от <дата>, указала, что правовых оснований для удовлетворения заявленных ФИО2 исковых требований о возмещении компенсации морального вреда не имеется.
Выслушав объяснения представителя истца, заключение прокурора, исследовав представленные доказательства, суд приходит к следующим выводам.
В соответствии со ст.ст. 18, 20, 41 Конституции Российской Федерации право на жизнь и охрану здоровья являются важнейшими конституционными правами каждого гражданина РФ, определяющими смысл, содержание и применение законов.
В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 1064, пунктом 1 статьи 1068, статьей 1094 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей. Применительно к правилам, предусмотренным статьей 1068 ГК РФ, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ.
Согласно пункту 1 статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случае, когда:
-вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности;
-вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ;
-вред причинен распространением сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию;
-в иных случаях, предусмотренных законом.
В силу норм статей 151, 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. Основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Согласно статье 150 Гражданского кодекса Российской Федерации к нематериальным благам закон относит жизнь и здоровье, достоинство личности, личную неприкосновенность, честь и доброе имя, деловую репутацию, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайны, право свободного передвижения, выбора места пребывания и жительства, право на имя, право авторства, иные личные неимущественные права и другие нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона.
При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя, степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред (пункт 1 статьи 151 ГК РФ).
На основании ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.
На основании пункта 2 статьи 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации морального вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.
Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.).
Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.
При определении размера компенсации морального вреда суду необходимо устанавливать, допущено причинителем вреда единичное или множественное нарушение прав гражданина или посягательство на принадлежащие ему нематериальные блага.
Проверив материалы дела и оценив представленные доказательства в их совокупности, руководствуясь указанными нормами материального права, регулирующими спорные отношения, суд приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения заявленных истцом требований, поскольку не установлена совокупность условий, при которых на ответчика возможно возложить обязанность компенсировать истцу моральный вред.
Согласно разъяснениям Постановления Пленума Верховного Суда от 20.12.1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» суду следует устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора (п. 1).
В соответствии с действующим законодательством одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя (п. 3).
Судом установлено, что пациент ФИО3 <дата> г.р. <дата> обратилась в приемный покой дежурной хирургии БУЗ УР «ГКБ № 9 М3 УР» самостоятельно с жалобами на постоянную ноющую боль правого подреберья, тяжесть после еды, слабость. Обследована в приемном покое хирургии с установленным диагнозом: <данные скрыты> от <дата>, госпитализирована в хирургическое отделение. По данным УЗИ заключение: <данные скрыты>. Назначена консервативная терапия, <дата> выполнена лапароскопическая жолецистэктомия.
Гистологическое заключение: хронический холецистит, обострение. Также осуществлена первичная хирургическая обработка ран лица.
После операции находилась в хирургическом отделении, где была продолжена консервативная терапия в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, выписана в удовлетворительном состоянии на амбулаторное долечивание <дата> с рекомендациями.
Заключительный клинический <данные скрыты>. Осложнение: <данные скрыты> Сопутствующие диагнозы: <данные скрыты>.
<дата> пациент ФИО3 доставляется силами СМП в приемный покой хирургического отделения БУЗ УР «ГКБ №9 М3 УР» с <данные скрыты>. При поступлении выраженные жалобы на боли в животе, задержку стула, общую слабость. Больна в течение 3 дней. Обследована в приемном покое хирургического отделения и госпитализирована с диагнозом; <данные скрыты> выполнены установленные лабораторные исследования, проведена консультация терапевта, гинеколога. Дополнительно выполнено УЗИ органов брюшной полости, матки, придатков. Заключение: <данные скрыты>
<дата> проведена операция лапаротомия, ревизия и вскрытие абцесса малого таза, правосторонняя гемиколэктомия. Вскрытие флегманы предбрюшинной клетчатки, ее дренирование. Клинический диагноз - <данные скрыты>. После операции пациентка находилась в отделении реанимации, где скончалась <дата>.
Данные обстоятельства следуют из текста искового заявления, подтверждаются медицинскими документами ФИО2 (медицинской картой стационарного больного №, медицинской картой стационарного больного №, медицинской картой стационарного больного №, протоколом вскрытия № № от <дата>) и участниками процесса не оспариваются.
Предъявляя к ответчику требования о возмещении морального вреда, сторона истца ссылается на то, что в результате оказания медицинским учреждением – БУЗ УР «Городская клиническая больница № 9 Министерства здравоохранения УР», некачественной медицинской помощи и принятием неверного решения, пациентка ФИО3 скончалась.
В соответствии со статьями 12, 56 ГПК РФ правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон, каждая из которых должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, при этом суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на них не ссылались.
Согласно вышеуказанным нормам гражданского законодательства и в порядке статей 12, 56 ГПК РФ, определением от <дата>, судом на истца была возложена обязанность по предоставлению доказательств, подтверждающих, в том числе:
-факт оказания ответчиком каких-либо услуг истцу;
-факт оплаты истцом заявленных услуг;
-факт оказания ответчиком заявленных истцом услуг ненадлежащего качества;
-наличие гарантийного срока на оказанные услуги, если гарантийный срок на оказанные услуги не установлен потребитель должен доказать, что недостатки услуг возникли до передачи услуг потребителю или по причинам, возникшим до этого момента);
-факт причинения истцу морального вреда нарушением прав потребителя, обосновать наличие оснований и заявленный размер компенсации морального вреда;
-что вследствие неправомерных действий (бездействий) ответчика, либо в результате не исполнения обязательств ответчиком истицу причинен моральный вред, то есть:
-во-первых, наличие неправомерных действий (бездействий), либо неисполнения обязательств со стороны работников ответчика;
-причинение истцу морального вреда действиями (бездействиями) работников ответчика;
-какие личные неимущественные (имущественные) права истца нарушены этими действиями (бездействием) и на какие нематериальные (материальные) блага они посягают;
-в чем выразились нравственные или физические страдания истца;
-степень вины причинителя вреда;
-во-вторых, обосновать размер морального вреда вследствие неправомерных действий, бездействий работников ответчика;
- возникновение в связи с этим у ответчика гражданской ответственности за действия (бездействий) работников ответчика;
- и, в-третьих, наличие причинно-следственной связи между первым и вторым.
Возражения по иску, в том числе, оказания услуги надлежащего качества, в том числе предоставление всей необходимой и достоверной информации по оказанным услугам, должен был доказать ответчик.
Однако, по мнению суда, таких доказательств истцом в суд не представлено: факт того, что вследствие неправомерных действий (бездействий) ответчика, либо в результате не исполнения обязательств ответчиком истицу причинен моральный вред, не подтвержден материалами дела.
В соответствии со статьей 60 ГПК РФ обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами.
По делу, на основании ходатайства истца, с целью выяснения вопросов относительно качества оказанной медицинской помощи ФИО3, установления причинно-следственной связи между действиями работников БУЗ УР «Городская клиническая больница № 9 МЗ УР» и наступившими последствиями, была назначена и проведена судебная медицинская экспертиза, производство которой было поручено экспертам ГАУЗ «Республиканское Бюро судебно-Медицинской экспертизы Министерства Здравоохранения Республики Татарстан».
Из содержания поступившего в суд заключения эксперта (комиссионная судебно-медицинская экспертиза) № от <дата>, следует, что согласно данным медицинских документов и патологоанатомического вскрытия, причиной смерти ФИО3 явился <данные скрыты>
Проведенный анализ предоставленной медицинской документации позволяет высказаться, что медицинская помощь, на всех этапах лечения (в период с <дата> по <дата>, с <дата> по <дата>), ФИО3 проведена своевременно, правильно и в полном объеме.
Экспертная комиссия
установила:
причинно-следственная связь между действиями медицинских работников, на этапе оказания медицинской помощи в БУЗ УР «ГКБ № 9 М3 УР» в период с <дата> по <дата>, с <дата> по <дата> и наступившим неблагоприятным исходом, в виде смерти ФИО3, отсутствует.
Суд отмечает, что экспертиза проведена уполномоченным на проведение подобного рода экспертиз экспертным учреждением, квалифицированными экспертами в полном соответствии с требованиями гражданского процессуального законодательства и Федерального закона «О государственной судебно-экспертной деятельности» от 31.05.2001 № 73-ФЗ. Заключение получено в соответствии с требованиями ГПК РФ, его содержание научно обоснованно, выводы ясны, конкретны, однозначны и не противоречивы, согласуются между собой и другими материалами дела. Заключение экспертов содержит описание проведенного исследования, сделанных выводов на поставленный судом вопрос. Эксперты, проводившие экспертизу, были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.
Выводы экспертов мотивированны, у суда сомнений не вызывают, сторонами в установленном законом порядке не оспорены, поэтому принимаются судом в качестве достаточно достоверного доказательства.
Ходатайств о назначении по делу дополнительной либо повторной экспертизы сторонами не заявлялось.
При таких обстоятельствах, с учетом принципа состязательности гражданского процесса, у суда не имелось обязанности назначения экспертизы по собственной инициативе (по обстоятельствам, изложенным выше и необходимости), а сторонами инициатива в данном вопросе не проявлялась.
Каких-либо дополнительных доказательств, к исследованным судом, отвечающим признакам относимости, допустимости и достоверности, истцом суду представлено не было, соответствующих ходатайств о приобщении таких доказательств (соответствующих критериям относимости, допустимости и достоверности) или их истребовании не заявлялось.
Суд отмечает, что при рассмотрении гражданского дела каких-либо дополнительных доказательств, на период проведения медико-социальной экспертизы, истцом не заявлялось и не представлено. Все представленные на экспертизу медицинские документы являлись предметом исследования экспертами.
Иных доказательств в обосновании доводов истца об оказании некачественной медицинской помощи ответчиком истцом в суд не представлено и судом не установлено.
Проанализировав установленные по делу обстоятельства, имеющиеся доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу, что факт ненадлежащего оказания медицинской помощи ФИО3 на этапе оказания ей помощи БУЗ УР «ГКБ № 9 МЗ УР» в период с <дата> по <дата>, с <дата> по <дата> не установлен (материалами дела не подтвержден).
При этом суд исходит из отсутствия противоправного виновного поведения работников БУЗ УР «Городская клиническая больница №9 МЗ УР» и причинно-следственной связи между действиями работников БУЗ УР «Городская клиническая больница №9 МЗ УР» и смертью ФИО2
На основании изложенного требования ФИО2 к БУЗ УР «Городская клиническая больница № 9 Министерства здравоохранения Удмуртской Республики» о взыскании денежной компенсации морального вреда не основано на законе, в виду чего удовлетворению не подлежат.
Соответственно, не подлежит взысканию с ответчика и штрафа, взыскиваемый на основании пункта 6 статьи 13 Закона Российской Федерации "О защите прав потребителей".
С учетом изложенного не имеют значения иные доводы сторон и представленные ими доказательства.
На основании изложенного и руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
В удовлетворении исковых требований ФИО2 к Бюджетному учреждению здравоохранения Удмуртской Республики «Городская клиническая больница № 9 Министерства здравоохранения Удмуртской Республики» о взыскании денежной компенсации морального вреда, отказать.
Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Удмуртской Республики (через Первомайский районный суд г. Ижевска) в течение месяца с момента изготовления мотивированной части решения.
Мотивированная часть решения изготовлена 21 ноября 2025 года.
Судья - А.А. Созонов