Судья Иванов В.М. Дело <.......>
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ
город Тюмень 09 ноября 2023 года
Тюменский областной суд в составе:
председательствующего Исаевой Н.А.,
с участием:
прокурора Есюниной Н.А.,
потерпевшей Потерпевший №1 и её представителя ФИО2,
защитника – адвоката Бурлакова О.В.,
осужденного ФИО3,
при ведении протокола помощником судьи Грабежовым А.В.,
рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе адвоката Бурлакова М.С. на приговор Калининского районного суда г. Тюмени от 23 июня 2023 года, которым
ФИО3, родившийся <.......> в <.......>, гражданин Российской Федерации, проживающий по месту регистрации по адресу: <.......>, несудимый,
осужден по ч. 2 ст. 109 УК РФ к наказанию в виде ограничения свободы на два года. В соответствии с ч. 1 ст. 53 УК РФ ФИО3 установлены ограничения и возложена обязанность. На основании п. «а» ч. 1 ст. 78 УК РФ освобожден от назначенного наказания в связи с истечением срока давности привлечения к уголовной ответственности.
Приговором разрешен вопрос о судьбе вещественных доказательств.
Проверив содержание приговора, существо апелляционной жалобы и возражений на неё, выслушав выступления сторон, суд апелляционной инстанции
установил:
согласно приговору суда, ФИО3 признан виновным и осужден за причинение смерти ФИО11 по неосторожности вследствие ненадлежащего исполнения своих профессиональных обязанностей, при обстоятельствах, изложенных в приговоре суда.
В заседании суда ФИО3 вину в совершении преступления не признал.
В апелляционной жалобе адвокат Бурлаков О.В., выражая несогласие с приговором суда, считает его не соответствующим положениям ст. 297 УПК РФ, так как выводы суда, изложенные в приговоре, содержат существенные противоречия и не основаны на материалах дела. В обоснование приводит следующие доводы.
Осужденный как в ходе предварительного расследования, так и в судебном заседании дал последовательные показания о том, что он не нарушал пункты инструкций, которые ему вменены органом предварительного следствия. Данные показания приведены в приговоре и были отвергнуты судом. Между тем, суд признал достоверными и положил в основу приговора показания ФИО3 об обратном, которые осужденный не давал.
Ни органом следствия, ни судом лицо, ответственное за безопасное проведение работ на зерноочистительном агрегате «ЗАВ-40», не установлено. Суд также не установил наличие Инструкции по охране труда при эксплуатации и обслуживании «ЗАВ-40» (ИОТ-74-16) и нарушений предписаний данной инструкции осужденным, в материалах дела такая инструкция отсутствует. Свидетель Свидетель №1, подтвердив наличие инструкции, указал, что ему не известно, был ли ознакомлен осужденный с этой инструкцией. ФИО3 как водителю инкриминировано нарушение обязанности осмотра специализированного места выгрузки зерна – завальной ямы комплекса «ЗАВ-40», что не связано с совершением какого-либо маневра в рамках ПДД РФ и непосредственным управлением транспортным средством, то есть с вмененными ФИО3 пунктами Инструкции по охране труда для водителей автомобилей (ИОТ-16-15) и инструкции водителя автомобиля № 5/13, утвержденной в 2015 году и.о. директора АО ПЗ <.......> Свидетель №2, относящимися к водителям грузового автомобиля.
В данном случае ФИО3 как водитель предпринял все возможные меры к недопущению негативных последствий, соблюдал ПДД РФ, не допустил ДТП, убедился, что вокруг автомобиля препятствий для движения задним ходом не имелось, подал звуковой сигнал, заехал на специализированную площадку и выгрузил зерно. Суд в приговоре совместил обязанности водителя, предусмотренные инструкцией ИОТ-16-15 и ПДД РФ, с обязанностями работника «ЗАВ-40», вменив ему, в частности, обязанности механика и помощника механика, поскольку не имеется инструкции, обязывающей водителя автомобиля-самосвала, оборудованного автоматическим открытием борта, выходить из автомашины и осматривать место выгрузки.
В действиях осужденного отсутствуют признаки инкриминированного состава преступления, поскольку ФИО3 не предвидел возможности наступления смерти потерпевшего от своих действий (бездействия) и по обстоятельствам дела не мог предвидеть наступления таких последствий при отсутствии препятствий для выгрузки зерна, поскольку в его должностные обязанности не входит проверка завальной ямы «ЗАВ-40», которая работает в обычном режиме. Причинно-следственная связь между действиями (бездействием) осужденного и наступившими последствиями отсутствует.
Из показаний свидетелей ФИО7, Свидетель №4, Свидетель №3, Свидетель №5, Свидетель №9, Свидетель №15 следует, что <.......> на «ЗАВ-40» работа велась в обычном режиме, профилактических работ не проводилось, в связи с чем в соответствии с п. 1.25 инструкции ИОТ-16-15 нахождение кого-либо в завальной яме было запрещено, об этом же следует из показаний свидетелей и самого осужденного. Ввиду технической конструкции «ЗАВ-40» потерпевший мог оказаться в завальной яме, лишь умышленно пробравшись в неё, при этом пребывал в состоянии опьянения, однако суд признал, что потерпевший находился в завальной яме правомерно, то есть не учел обстоятельства, которые существенно могли повлиять на выводы суда.
Приведя анализ показаний свидетелей Свидетель №5, Свидетель №15, опровергающих, по мнению автора жалобы, предъявленное ФИО1 обвинение, автор жалобы обращает внимание, что суд в основу приговора положил показания свидетелей, которые указали о необходимости соблюдения требований безопасности, основываясь на здравом смысле и логике, а не на правовых предписаниях и нормах. Вместе с тем, суд отнесся критически к показаниям свидетелей Свидетель №3, Свидетель №10, Свидетель №19 о том, что водитель перед выгрузкой зерна в завальную яму не должен её осматривать. Таким образом, суд не указал в приговоре, по каким основаниям при наличии противоречивых доказательств принял одни из них и отверг другие.
Полагая, что рассматриваемые обстоятельства уголовного дела возникли в силу ненадлежащего контроля руководством АО ПЗ <.......> за процессом работы «ЗАВ-40», защита просит приговор суда отменить, вынести в отношении ФИО3 оправдательный приговор.
Представитель потерпевшего ФИО2 и государственный обвинитель по делу ФИО4 принесли возражения на апелляционную жалобу, в которых оспаривают доводы жалобы, находя их надуманными и несостоятельными, просят приговор суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.
Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционной жалобы и возражений на неё стороны обвинения, выслушав выступления адвоката Бурлакова О.В. в обоснование доводов апелляционной жалобы, осужденного ФИО3, поддержавшего эти доводы, потерпевшей Потерпевший №1 и её представителя ФИО2, возражавших против удовлетворения апелляционной жалобы, прокурора Есюниной Н.А., просившей приговор суда отменить и передать уголовное дело на новое судебное рассмотрение, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.
В соответствии с положениями ст. 297 УПК РФ приговор суда должен быть законным, обоснованным, справедливым и признается таковым, если он соответствует требованиям уголовно-процессуального законодательства, предъявляемым к его содержанию, процессуальной форме и порядку постановления, а также основан на правильном применении уголовного закона.
В соответствии с п.п. 1, 2 ст. 389.15, ст. 389.16, ч. 1 ст. 389.17 УПК РФ основаниями отмены судебного решения в апелляционном порядке являются несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции, и существенные нарушения уголовно-процессуального закона, которые путем лишения или ограничения гарантированных УПК РФ прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным путем повлияли или могли повлиять на вынесение законного и обоснованного судебного решения.
При вынесении приговора судом допущены такие нарушения, в связи с чем приговор не отвечает требованиям ст. 297 УПК РФ.
Как следует из приговора суда, ФИО3 признан виновным в том, что он, являясь водителя автопарка АО ПЗ <.......>, <.......>, не предвидя возможности наступления общественно опасных последствий в виде смерти другого человека, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть последствия в виде засыпания зерном находящегося в это время в разгрузочной яме потерпевшего ФИО11, и наступления от этого смерти последнего, при выполнении своих профессиональных обязанностей - разгрузки зерновой продукции в разгрузочную яму зерносушильного сортировального комплекса «ЗАВ-40» <.......>, в нарушение пунктов 4.1.6, 4.1.7, 4.1.14, 4.1.45 инструкции ИОТ-16-15 по охране труда для водителей автомобилей, утвержденной 10 ноября 2015 года директором ФГУП <.......> ФИО9, а именно: перед началом движения задним ходом на грузовом автомобиле не убедился, что этот маневр не создает опасности и что поблизости нет людей (п. 4.1.6), в условиях недостаточного обзора сзади не потребовал выделения человека для организации движения автомобиля (п. 4.1.7), для открытия и закрытия бортов грузового автомобиля не прибегнул к помощи другого лица (п. 4.1.14), при разгрузке автомобиля самосвала не предпринял меры предосторожности, в частности, не убедился в отсутствии нахождения людей со стороны открытия борта во избежание их завала (п. 4.1.45), а также в нарушение пунктов 11, 13 должностной инструкции водителя автомобиля, утвержденной в 2015 году и.о. директора АО ПЗ <.......> Свидетель №2, а именно: не соблюдая нормы, правила, инструкции, приказы и указания по технике безопасности (п. 11), правила подачи автомобилей под погрузку и разгрузку грузов (п. 13), не убедился, что его маневр не создает опасности и что в разгрузочной яме «ЗАВ-40» нет людей с целью избежать их завала, хотя при выполнении данных требований перед разгрузкой зерна мог и обязан был увидеть находящегося в разгрузочной яме «ЗАВ-40» помощника механика ФИО11, что могло предотвратить последующее его засыпание зерном, вследствие чего произошло засыпание зерновой продукции ФИО10, в результате которого произошло сдавление грудной клетки с развитием механической асфиксии, в результате которой наступила смерть ФИО10
Согласно приговору, исходя из указанных выше обстоятельств, а также совокупности исследованных доказательств, суд первой инстанции пришел к выводу, что допущенные ФИО3 нарушения требований Инструкции по охране труда для водителей автомобилей (ИОТ-16-15), а также должностной инструкции водителя автомобиля № 5/13, состоят в причинно-следственной связи с последствиями в виде смерти потерпевшего ФИО11, и квалифицировал действия ФИО3 по ч. 2 ст. 109 УК РФ.
По смыслу ч. 2 ст. 109 УК РФ под ненадлежащим исполнением профессиональных обязанностей виновным понимается поведение лица, полностью или частично не соответствующее официальным требованиям или предписаниям, предъявляемым к лицу, в результате чего наступает смерть потерпевшего. Обязательным условием для привлечения лица к уголовной ответственности является установление правовых предписаний, регламентирующих поведение лица в той или иной профессиональной сфере. Отсутствие соответствующей правовой нормы (правил поведения) свидетельствует и об отсутствии самого общественно опасного деяния, поскольку в таком случае нельзя установить отношение лица к тем или иным правовым предписаниям (профессиональным обязанностям). Несовершение необходимого действия либо совершение запрещаемого действия должно быть обязательным условием наступившего последствия, т.е. таким условием, устранение которого (или отсутствие которого) предупреждает последствие.
Как следует из показаний осужденного ФИО3, <.......> «ЗАВ-40» работал в обычном режиме, подъехав к завальной яме, он убедился, что на железной сетке, которой закрыта яма, людей не находилось, после чего выровнял свой автомобиль по прямой траектории, посмотрел в зеркала заднего вида, после чего подал звуковой сигнал и начал движение задним ходом. Подъехав к завальной яме вплотную, он открыл дверь, посмотрел назад и, убедившись в отсутствии на железной сетке людей, начал осуществлять выгрузку из борта своего автомобиля привезенного им зерна. Выходить из автомобиля у него не было необходимости, так как при поднятии кузова борт отрывается автоматически.
Надлежащей оценки путем сопоставления их с другими доказательствами, в том числе с результатами следственного эксперимента в части расположения грузовой автомашины, оборудованной системой автоматического поднятия кузова, непосредственно перед выгрузкой зерна в разгрузочную яму «ЗАВ-40», приведенные показания ФИО3 в приговоре не получили. Придя к выводу о нарушении ФИО3 пунктов 4.1.6, 4.1.7, 4.1.14, 4.1.45 инструкции ИОТ-16-15 по охране труда для водителей автомобилей и пунктов 11, 13 должностной инструкции водителя автомобиля № 5/13, суд, однако, не проверил, имело ли место несовершение ФИО3 необходимого действия, прямо предусмотренного вмененными пунктами Инструкции по охране труда для водителей автомобилей (ИОТ-16-15) и должностной инструкции водителя автомобиля № 5/13, которое должно быть обязательным условием наступившего последствия в виде засыпания ФИО11 зерном в завальной яме и наступления смерти последнего.
Кроме того, придя к выводу и установив, что ФИО3 в нарушение пунктов 4.1.6, 4.1.7, 4.1.14, 4.1.45 инструкции ИОТ-16-15 по охране труда для водителей автомобилей и пунктов 11, 13 должностной инструкции водителя автомобиля № 5/13, произвел выгрузку зерна в разгрузочную яму зерносушильного комплекса «ЗАВ-40», не убедившись в отсутствии в это время в разгрузочной яме людей, суд не привел в приговоре правовые предписания, которые бы прямо обязывали ФИО3, как водителя автомобиля, при осуществлении выгрузки зерна в завальную яму «ЗАВ-40» убедиться в отсутствии в ней людей.
Далее, согласно показаниям свидетелей ФИО7, Свидетель №3, Свидетель №5, Свидетель №15, Свидетель №2, чьи показания положены в основу приговора, потерпевший ФИО11 занимал должность помощника механика, то есть осуществлял трудовую деятельность непосредственно на «ЗАВ-40», был ознакомлен с Инструкцией по охране труда при эксплуатации и обслуживании «ЗАВ-40» (ИОТ-74-16), согласно п. 1.25 которой при работе зерносушильного сортировального комплекса «ЗАВ-40» категорически запрещается находиться в местах разгрузки зерна из автомашин в разгрузочных ямах, соответственно ФИО11 во время работы «ЗАВ-40», не должно было быть в разгрузочной яме, в противном случае работа комплекса должна была быть приостановлена, при этом водителей, производящих выгрузку зерна, ставились в известность, что на «ЗАВ-40» проводятся какие-либо работы. Кроме того, место происшествия являлось специальной производственной территорией, на которой отсутствовали посторонние лица, а участники выполнения работ были обязаны соблюдать предъявляемые к ним требования безопасности, «ЗАВ-40» работал в обычном режиме, какие-либо работы на «ЗАВ-40», препятствующие выгрузке зерна не проводились, соответствующие знаки выставлены не были.
Данные показания свидетелей не сопоставлены с показаниями ФИО3 о том, что во время разгрузки им зерна, в разгрузочной яме работал транспортер, позволяющий опорожнять бункер, соответственно людей в разгрузочной яме не должно было быть, иначе разгрузка должна была быть остановлена.
Между тем, все указанные выше обстоятельства, сообщенные свидетелями и осужденным ФИО3, имеют существенное значение для выводов суда о наличии причинно-следственной связи между выполнением ФИО3 своих профессиональных обязанностей как водителя автомобиля, нарушение которых ему вменено, и наступлением общественно опасных последствий в виде смерти потерпевшего в результате высыпания зерна, и подлежали тщательной проверке, как того требуют положения ст. 87 УПК РФ.
Далее, соглашаясь с доводами защиты, суд апелляционной инстанции отмечает, что согласно описательно-мотивировочной части приговора, признав достоверными и положив в основу приговора показания ФИО3 о том, что при выгрузке привезенного им зерна в загрузочную яму «ЗАВ-40» он из кабины управляемого им автомобиля не выходил, непосредственно к загрузочной яме, куда производил выгрузку зерна, не подходил, суд пришел к выводу, что ФИО3 подтвердил, что, являясь водителем автопарка АО ПЗ <.......>, в нарушение должностной инструкции ИОТ-16-15 по охране труда для водителей автомобилей и должностной инструкции водителя автомобиля № 5/13, при разгрузке зерна из автомобиля в загрузочную яму «ЗАВ-40» он не соблюдал меры предосторожности, в частности не убедился в отсутствии нахождения людей или предметов со стороны открытия борта, препятствующих поднятию кузова и во избежание их завала, признав эти показания достоверными.
Между тем, в тех показаниях, которые положены судом в основу приговора, ФИО3, напротив, указал, что вмененные ему должностные инструкции ИОТ-16-15 и № 5/13, он не нарушал, так как в его обязанности водителя не входит проверять непосредственно разгрузочную яму, куда выгружается зерно, а также у него не было необходимости выходить из автомобиля, так как его борт открывается автоматически при поднятии кузова. При этом, согласно показаниям ФИО3, прежде чем, выгружать зерно, подъехав к разгрузочной яме, он убедился в отсутствии людей на сетке, закрывающей яму.
Таким образом, признав достоверными показания ФИО3, которые он не давал, но при этом отвергнув его показания о ненарушении вмененных ему должностных инструкций, которые положены в основу приговора, суд в выводах о виновности ФИО3 допустил противоречия, которые ставят данные выводы под сомнение.
Анализируя изложенное выше, суд апелляционной инстанции приходит к однозначному выводу о том, что суд первой инстанции не проверил путем сопоставления и не дал должную оценку всем исследованным в судебном заседании доказательствам, не проверил доводы защиты о невиновном причинении ФИО3 вреда, а также в выводах о доказанности виновности ФИО3 допустил существенные противоречия, которые могли повлиять на решение вопроса о виновности или невиновности осужденного.
С учетом изложенного, постановленный приговор в отношении ФИО3 нельзя признать законным и обоснованным ввиду несоответствия выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, и допущенных существенных нарушений уголовно-процессуального закона, которые могли повлиять на вынесение законного и обоснованного судебного решения и неустранимы в суде апелляционной инстанции, что в соответствии со ст. 389.15, 389.17, 389.22 УПК РФ влечет безусловную отмену приговора с передачей материалов уголовного на новое судебное разбирательство, в ходе которого суду необходимо устранить допущенные нарушения уголовно-процессуального закона, с учетом изложенного всесторонне, полно, объективно исследовать представленные сторонами доказательства, тщательно проверив доводы защиты, в том числе, изложенные в апелляционной жалобе, и по результатам рассмотрения уголовного дела вынести законное, обоснованное и справедливое решение.
Мера пресечения ФИО3 по настоящему уголовному делу не избиралась.
На основании изложенного, руководствуясь ст. 389.13, 389.15, 389.17, 389.20, 389.22, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции
постановил:
приговор Калининского районного суда г. Тюмени от 23 июня 2023 года в отношении ФИО3 отменить, уголовное дело передать в тот же суд первой инстанции на новое судебное разбирательство иным составом суда.
Апелляционную жалобу адвоката Бурлакова О.В. удовлетворить частично.
Апелляционное постановление вступает в законную силу немедленно и может быть обжаловано в судебную коллегию по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции в течение шести месяцев со дня его вынесения, путем подачи кассационных жалобы, представления с соблюдением требований ст. 401.4 УПК РФ через суд первой инстанции, а в случае пропуска срока кассационного обжалования или отказа в его восстановлении, - непосредственно в суд кассационной инстанции для рассмотрения в порядке, предусмотренном ст. 401.10-401.12 УПК РФ.
В случае подачи кассационных жалобы, представления лица, участвующие в деле, вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.
Председательствующий