Дело №
16 января 2023 г.УИД: 78RS0№-98 В окончательной форме ДД.ММ.ГГГГ
РЕШЕНИЕ
ИФИО1
Приморский районный суд Санкт-Петербурга в составе:
председательствующего судьи Феодориди Н.К.,
при секретаре ФИО6,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО4 к ФИО2, ФИО3 об оспаривании договора дарения, аннулировании записи в реестре прав на недвижимость,
УСТАНОВИЛ:
ФИО4 обратился в Приморский районный суд Санкт-Петербурга с иском к ФИО2, ФИО3, в котором просил признать договор дарения ? доли в праве общей долевой собственности на нежилое помещение по адресу: Санкт-Петербург, <адрес>, литера А, помещение 6-Н с кадастровым номером 78:34:04115601:11715, заключенный ДД.ММ.ГГГГ между ФИО2 и ФИО3, недействительным с аннулированием записи в ЕГРН о государственной регистрации за ФИО3 права на вышеуказанную долю.
В обоснование иска ФИО4 указал на то, что ДД.ММ.ГГГГ между ним и ответчиком ФИО2 при рассмотрении Приморским районным судом Санкт-Петербурга гражданского дела № о разделе наследственного имущества заключено мировое соглашение, в одном из пунктов которого они пришли к соглашению о продаже ими самостоятельно, не прибегая к помощи третьих лиц, стороннему лицу принадлежащего им на праве общей долевой собственности нежилого помещения по адресу: Санкт-Петербург, <адрес>, лит. А, пом. 6-Н с кадастровым номером 78:34:04115601:1171 за цену не менее 8 000 000 рублей. Данное мировое соглашение утверждено определением суда от ДД.ММ.ГГГГ, вступившим в законную силу ДД.ММ.ГГГГ.
Вместе с тем, ДД.ММ.ГГГГ ФИО2, несмотря на принятое на себя обязательство совместно с истцом продать указанное выше нежилое помещение, произвела отчуждение своей доли в праве собственности на него путем заключения договора дарения с ФИО3, скрыв от удостоверявшего договор нотариуса наличие утвержденного судом мирового соглашения.
Истец полагает, что заключение указанного договора дарения противоречит положениям ст. 13 ГПК РФ об обязательности судебных актов и представляет собой злоупотребление ответчиком своим правом на распоряжение принадлежащей ему долей, и в силу этого данный договор является недействительной сделкой.
Ответчиком ФИО3 представлен отзыв на иск, в котором подчеркивается, что мировое соглашение по делу № не содержало запрета на отчуждение доли ФИО2 в праве собственности на нежилое помещение путем дарения; указывается на то, что после совершения оспариваемого договора истец и ответчик ФИО3, действуя совместно, распорядились указанным имуществом путем заключения ДД.ММ.ГГГГ договора аренды с ИП ФИО5 сроком на 11 месяцев и несут расходы на его содержание (оплата коммунальных услуг, оплата услуг по подключению домофона); содержится ссылка на то, что истец с даты вступления в силу определения, которым утверждено мировое соглашение, не предпринимал каких-либо действий, направленных на продажу нежилого помещения; обращается внимание на то, что истец не представил доказательств нарушения его прав в результате совершения оспариваемой сделки.
Стороной ответчика ФИО2 также представлен отзыв на иск и дополнение к нему, в которых содержатся возражения против удовлетворения иска, аналогичные изложенным в отзыве ответчика ФИО3 Помимо этого, указывается на то, что мировое соглашение, заключенное между ФИО4 и ФИО2, подлежало добровольному исполнению сторонами, а в случае его неисполнения — принудительному исполнению на основании исполнительного листа, выданного утвердившим данное соглашение судом. Вместе с тем, истец с требованием о заключении договора купли-продажи нежилого помещения, относительного которого было заключено соответствующее мировое соглашение или о выкупе доли ответчика в праве собственности на данное помещение, к ответчику не обращался, заявление о выдаче исполнительного листа не подавал. При этом до завершения рассмотрения иска ответчика о признании договора дарения недействительной сделкой срок предъявления к исполнению исполнительного листа по мировому соглашению истек, а с заявлением о его восстановлении истец не обращался.
Третье лицо Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Санкт-Петербургу (далее — Управление Росреестра) представило возражения на иск, в которых ссылалось на невозможность удовлетворения требования истца об аннулировании записи в ЕГРН о правах ФИО7 на нежилое помещение, поскольку законодательство не предусматривает возможности аннулирования данных записей. При этом третье лицо подчеркнуло, что внесение записей о переходе прав на недвижимое имущество в случае признания сделки недействительной производится на основании решения суда, в котором указано на применение последствий недействительности сделки, однако, таких требований истец в рассматриваемом случае не заявлял.
В судебное заседание явился представитель истца адвокат ФИО8, действующий на основании ордера и доверенности, исковые требования поддержал в полном объеме.
В судебное заседание явилась представитель ответчика ФИО2, ФИО9, действующая на основании доверенности, исковые требования не признала, просила суд отказать в их удовлетворении в полном объеме.
В судебное заседание не явилось третье лицо нотариус ФИО12 и представитель третьего лица Управления Росреестра, которые просили о рассмотрении дела в их отсутствие.
Руководствуясь ст. 167 ГПК РФ, суд принял решение рассмотреть дело в отсутствие неявившихся третьих лиц.
Изучив материалы дела, выслушав участников процесса, суд приходит к следующим выводам.
В соответствии с п. 1 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).
Согласно п. 1 ст. 168 ГК РФ за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 этой статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.
В силу п. 2 ст. 168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.
Положениями п. 1 ст. 10 ГК РФ не допускается осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). В случае несоблюдения данных требований суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (п. 2 ст. 10 ГК РФ).
В частности, если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 ГК РФ) (Определение Конституционного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 1578-О, п. 7 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации").
При этом добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное (п. 5 ст. 10 ГК РФ, абзац третий п. 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации").
На основании п. 2 ст. 166 ГК РФ требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.
В силу п. 3 ст. 166 ГК РФ требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо. Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.
Материалами дела подтверждается, что между ответчиками ФИО2 (даритель) и ФИО3 (одаряемой) ДД.ММ.ГГГГ заключен договор дарения доли в праве общей собственности на нежилое помещение, в соответствии с которым даритель безвозмездно передал в собственность одаряемого ? долю в праве общей собственности на офис — нежилое помещение, находящееся по адресу: Санкт-Петербург, <адрес>, литера А, помещение 6-Н, расположенное на первом этаже, площадью 56,9 кв.м., имеющее кадастровый № (далее также — нежилое помещение).
В эту же дату данный договор был удостоверен нотариусом нотариального округа Санкт-Петербург ФИО12
На основании указанного договора дарения ДД.ММ.ГГГГ в ЕГРН была внесена запись о правах ФИО3 на долю в праве собственности в названном нежилом помещении, о чем свидетельствует представленная истцом выписка из ЕГРН от ДД.ММ.ГГГГ.
Как следует из п. 2 договора дарения и подтверждается материалами регистрационного дела, копии которых были истребованы из Управления Росреестра по запросу суда, доля в праве собственности на нежилое помещение, являвшаяся предметом этого договора, принадлежала ответчику ФИО2 на основании свидетельства о праве на наследство по закону, выданного ДД.ММ.ГГГГ нотариусом нотариального округа Санкт-Петербург ФИО10
Из выписки из ЕГРН и материалов регистрационного дела также следует, что другим собственником данного нежилого помещения с размером доли в праве собственности равной ? является истец ФИО4, которому указанная доля также принадлежит на основании свидетельства о праве на наследство по закону, выданного ДД.ММ.ГГГГ нотариусом нотариального округа Санкт-Петербург ФИО10
При этом согласно представленному истцом определению Приморского районного суда от ДД.ММ.ГГГГ по гражданскому делу №, вступившему в законную силу ДД.ММ.ГГГГ, между истцом и ответчиком ФИО2 заключено мировое соглашение, утвержденное данным определением.
В указанном мировом соглашении содржится п. 4 следующего содержания: «Нежилое помещение по адресу: Санкт-Петербург, <адрес>, корпус 1, литера А, помещение 6-Н, кадастровый № (далее — имущество), находящееся в общей долевой собственности по ? доли за каждым, стороны обязуются самостоятельно, не обращаясь к помощи третьих лиц, выставить на продажу и продать постороннему лицу по договору купли-продажи за цену, которая не может быть менее 8 000 000 рублей с последующим распределением денежных средств от продажи имущества соразмерно своим долям.
В случае, если одна из сторон мирового соглашения будет уклоняться от подписания договора купли-продажи вышеуказанного имущества с покупателем за продажную цену не менее 8 000 000 рублей, то уклоняющаяся сторона должна будет возместить добросовестной стороне убытки, причиненные таким уклонением. Помимо убытков в пользу добросовестной стороны виновная сторона уплачивает штраф в размере 10% от продажной стоимости вышеуказанного имущества не менее 8 000 000 рублей.
Расходы, связанные с подготовкой к продаже и продажей вышеуказанного имущества, стороны несут поровну соразмерно своим долям в праве общей собственности.
Стороны мирового соглашения берут на себя все без исключений обязательства по оплате расходов и долговых обязательств, которые возникли с ДД.ММ.ГГГГ, в том числе и из содержания, эксплуатации и потребляемых всх видов коммунальных и иных услуг нежилого помещения по адресу: Санкт-Петербург, <адрес>, корпус 1, литера А, помещение 6-Н, кадастровый № соразмерно своим долям в праве общей долевой собственности на это имущество.
Любая из сторон мирового соглашения вправе предложить выкупить у другой стороны мирового соглашения ? долю в праве общей долевой собственности на вышеуказанное имущество по цене не менее 4 000 000 рублей, без рассрочки платежа, при этом вторая сторона обязуется подписать договор купли-продажи своей ? доли в праве общей долевой собственности за цену, которая не может быть менее 4 000 000 рублей.
В случае, если одна из сторон настоящего мирового соглашения будет уклоняться от подписания с другой стороной мирового соглашения договора купли-продажи своей ? доли в праве общей долевой собственности за продажную цену не менее 4 000 000 рублей, то уклоняющаяся сторона должна будет возместить добросовестной стороне убытки, причиненные таким уклонением. Помимо убытков в пользу добросовестной стороны виновная сторона уплачивает штраф в размере 10% от продажной стоимости вышеуказанного имущества не менее 4 000 000 рублей».
Согласно ч. 1 ст. 13 ГПК РФ суды принимают судебные постановления в форме судебных приказов, решений суда, определений суда, постановлений президиума суда надзорной инстанции.
Вступившие в законную силу судебные постановления, а также законные распоряжения, требования, поручения, вызовы и обращения судов являются обязательными для всех без исключения органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений, должностных лиц, граждан, организаций и подлежат неукоснительному исполнению на всей территории Российской Федерации (ч. 2 ст. 13 ГПК РФ).
Вместе с тем, необходимо учитывать, что по смыслу ст.ст. 153.8-153.10 ГПК РФ определение суда об утверждении мирового соглашения не является судебным актом, разрешающим судебный спор по существу, а призвано лишь утвердить достигнутые сторонами данного спора договоренности относительно добровольного урегулирования взаимных претензий и утверждения взаимных уступок на основе проверки их судом на соответствие требованиям закона и отсутствие нарушений прав и законных интересов других лиц. На это указывают положения ч. 13 ст. 153.10 ГПК РФ, согласно которым утверждение мирового соглашения в суде первой инстанции влечет за собой прекращение производства по делу полностью или в части.
В связи с изложенным мировое соглашение представляет собой сделку, вследствие чего к этому соглашению, являющемуся одним из средств защиты субъективных прав, помимо норм процессуального права, подлежат применению нормы гражданского права о договорах (п. 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 50 "О примирении сторон в арбитражном процессе").
В частности, согласно ст. 431 ГК РФ при толковании условий такого соглашения судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.
И только в том случае, когда данные правила не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи, последующее поведение сторон.
Буквальное прочтение п. 4 мирового соглашения, на который ссылается истец при обосновании своих требований, свидетельствует о том, что согласно данному пункту стороны этого соглашения приняли на себя два обязательства: 1) выставить на продажу и продать постороннему лицу по договору купли-продажи принадлежащее им на праве общей долевой собственности нежилое помещение по цене не менее 8 000 000 рублей; 2) продать свою долю в праве собственности на это помещение другой стороне по цене не менее 4 000 000 рублей в случае получения от этой стороны предложения о покупке указанной доли.
При этом уклонением стороны мирового соглашения от исполнения данных обязательств считается, соответственно, уклонение от подписания с третьим лицом договора купли-продажи нежилого помещения либо уклонение от подписания договора купли-продажи доли со стороной, предложившей выкупить долю уклоняющейся стороны.
Таким образом, исходя из содержания указанных обязательств, стороны мирового соглашения заключили соглашение о распоряжении общим имуществом (п. 1 ст. 246 ГК РФ) и добровольно приняли на себя обязательство заключить договор купли-продажи принадлежащей им доли в случае получения предложения от другой стороны (п. 1 ст. 421 ГК РФ).
В соответствии с ч. 1 ст. 153.11 ГПК РФ мировое соглашение исполняется лицами, его заключившими, добровольно в порядке и в сроки, которые предусмотрены этим мировым соглашением.
Поскольку п. 4 мирового соглашения не установлены сроки исполнения предусмотренных им обязательств, постольку на основании ст. 420 ГК РФ в данном случае следует руководствоваться общими положениями о договорах и об обязательствах.
В частности, согласно п. 2 ст. 314 ГК РФ в случаях, когда обязательство не предусматривает срок его исполнения и не содержит условия, позволяющие определить этот срок, а равно и в случаях, когда срок исполнения обязательства определен моментом востребования, обязательство должно быть исполнено в течение семи дней со дня предъявления кредитором требования о его исполнении, если обязанность исполнения в другой срок не предусмотрена законом, иными правовыми актами, условиями обязательства или не вытекает из обычаев либо существа обязательства. При непредъявлении кредитором в разумный срок требования об исполнении такого обязательства должник вправе потребовать от кредитора принять исполнение, если иное не предусмотрено законом, иными правовыми актами, условиями обязательства или не явствует из обычаев либо существа обязательства.
В свою очередь, согласно п. 1 ст. 445 ГК РФ в случаях, когда для стороны, которой направлена оферта (проект договора), заключение договора обязательно, эта сторона должна направить другой стороне извещение об акцепте, либо об отказе от акцепта, либо об акцепте оферты на иных условиях (протокол разногласий к проекту договора) в течение тридцати дней со дня получения оферты. Сторона, направившая оферту и получившая от стороны, для которой заключение договора обязательно, извещение о ее акцепте на иных условиях (протокол разногласий к проекту договора), вправе передать разногласия, возникшие при заключении договора, на рассмотрение суда в течение тридцати дней со дня получения такого извещения либо истечения срока для акцепта.
Если сторона, для которой заключение договора обязательно, уклоняется от его заключения, другая сторона вправе обратиться в суд с требованием о понуждении заключить договор. В этом случае договор считается заключенным на условиях, указанных в решении суда, с момента вступления в законную силу соответствующего решения суда (п. 4 ст. 445 ГК РФ).
В силу п. 2 ст. 153.11 ГПК РФ мировое соглашение, не исполненное добровольно, подлежит принудительному исполнению по правилам раздела VII названного Кодекса на основании исполнительного листа, выдаваемого судом по ходатайству лица, заключившего мировое соглашение.
Вместе с тем, в материалы дела не представлено никаких доказательств того, что какая-либо из сторон мирового соглашения, включая истца по рассматриваемому иску, с даты вступления в силу утвердившего это соглашение определения суда обращалась к другой стороне с требованием о совершении действий, направленных на отчуждение принадлежащего им на праве общей долевой собственности нежилого помещения, либо самостоятельно предпринимала такие действия при уклонении другой стороны от их совершения (размещала объявления о продаже имущества, вела переговоры с потенциальными покупателями, выбрала покупателя, подготовила проект договора, предложив его для подписания другой стороне и т.п.).
Также отсутствуют доказательства того, что какая-либо из сторон мирового соглашения, включая истца по рассматриваемому иску, обращалась к другой стороне с предложением приобрести принадлежащую ей долю в праве собственности на нежилое помещение.
Аналогичным образом суду не представлено доказательств обращения сторон мирового соглашения в суд с требованием о понуждении другой стороны к заключению договора или в суд, утвердивший мировое соглашение, с заявлением о выдаче исполнительного листа в порядке, предусмотренном ст. 428 ГПК РФ.
В соответствии с п. 2 ст. 1 и п. 1 ст. 9 ГК РФ граждане и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей, в своем интересе и по своему усмотрению. Поскольку истец не представил суду каких-либо доказательств того, что он воспользовался или имел действительное намерение воспользоваться своим правом потребовать от ответчика ФИО2 исполнения обязательств, предусмотренных пунктом 4 заключенного между ними мирового соглашения, постольку у суда отсутствуют основания для признания ответчика ФИО2 нарушившей данное условие.
При этом суд отмечает, что ни п. 4 мирового соглашения, ни иные пункты этого соглашения не содержат запрета на распоряжение его сторонами принадлежащими им долями в праве собственности на нежилое помещение и не устанавливают их обязательства не совершать сделок, направленных на отчуждение их долей, в том числе по договорам дарения.
Истребованные судом материалы гражданского дела №, рассмотренного Приморским районным судом Санкт-Петербурга, также не содержат каких-либо документов, которые бы указывали на то, что воля сторон направлена на ограничение данных прав.
В связи с изложенным, с учетом положений ст. 209 и п. 2 ст. 246 ГК РФ, предоставляющих участнику долевой собственности по своему усмотрению продать, подарить, завещать, отдать в залог свою долю либо распорядиться ею иным образом с соблюдением при ее возмездном отчуждении правил, предусмотренных статьей 250 названого Кодекса, заключение ответчиком ФИО2 договора дарения с ответчиком ФИО3 не нарушает ни положений закона, ни условий заключенного между ФИО4 и ФИО2 мирового соглашения, утвержденного определением суда.
Помимо этого, истец не представил доказательств того, что совершением оспариваемой им сделки его правам был причинен какой-либо вред либо он имеет охраняемый законом интерес в признании ее недействительной. Так, истец не доказал утрату или ограничение его прав в отношении принадлежащей ему доли в праве собственности на нежилое помещение либо возможности использовать данное нежилое помещение и извлекать доход из его использования. Также отсутствуют доказательства того, что после перехода к ответчику ФИО3 прав на долю, ранее принадлежавшую ответчику ФИО2, он лишен возможности совместно с нею распорядиться принадлежащим им на праве общей собственности имуществом либо приобрести долю ФИО3 в праве собственности на это имущество. В частности, в материалах дела отсутствуют доказательства того, что он предлагал ФИО3 совершить указанные сделки и получил отказ от нее.
Напротив, материалы дела свидетельствуют о том, что истец и ответчик ФИО3, действуя совместно, выразили волю на распоряжение принадлежащим им на праве общей собственности нежилым помещением путем передачи его в аренду ИП ФИО11 по договору от ДД.ММ.ГГГГ, заключенному на срок 11 месяцев.
Таким образом, истцом не представлено доказательств того, что ответчики при заключении оспариваемого им договора дарения действовали недобросовестно с намерением причинить ему вред и нарушили тем самым его законные права и интересы.
Кроме того, материалами дела подтверждается, что истец, действуя совместно с ответчиком ФИО3 на стороне арендодателя при заключении договора аренды с ИП ФИО11, признал тем самым ФИО3 участником общей долевой собственности на нежилое помещение, то есть не выразил сомнение в действительности оспариваемого им договора дарения.
В свою очередь, согласно п. 5 ст. 166 ГК РФ заявление о недействительности сделки не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность сделки лицо действует недобросовестно, в частности если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки.
Наконец, суд принимает во внимание то, что истец не обосновал, каким образом заявленное им требование о признании сделки недействительной при отсутствии требования о применении последствий ее недействительности будет способствовать защите его законных интересов и восстановлению его прав, особенно с учетом того, что установленный законом трехлетний срок предъявления исполнительного листа о принудительном исполнении мирового соглашения, утвержденного определением суда, на момент принятия судом решения истек и доказательств того, что истец ходатайствовал о его восстановлении суду не представлено (ст. 432 ГПК РФ, ч. 1 ст. 21 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 229-ФЗ "Об исполнительном производстве").
Таким образом, у суда отсутствуют основания для удовлетворения требования истца о признании недействительным оспариваемого им договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ФИО2 и ФИО3
Как следствие, не имеется и оснований для удовлетворения требования истца об аннулировании записи в ЕГРН о правах ФИО3 на долю в праве собственности на недвижимое имущество. Кроме того, суд отмечает, что, заявляя указанное требование, истец избрал ненадлежащий способ защиты своих прав, поскольку действующее законодательство не предусматривает возможности аннулирования записей о правах на недвижимое имущество, внесенных в ЕГРН.
По смыслу разъяснений, данных в п. 52 постановления Пленума Верховного Суда РФ и Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 10/22 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", оспаривание зарегистрированного права на недвижимое имущество осуществляется путем предъявления исков, решения по которым являются основанием для внесения записи в ЕГРП. В частности, если в резолютивной части судебного акта решен вопрос о наличии или отсутствии права либо обременения недвижимого имущества, о возврате имущества во владение его собственника, о применении последствий недействительности сделки в виде возврата недвижимого имущества одной из сторон сделки, то такие решения являются основанием для внесения записи в ЕГРП.
В то же время решение суда о признании сделки недействительной, которым не применены последствия ее недействительности, не является основанием для внесения записи в ЕГРП.
На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.12, 56, 67, 194-199 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ :
Исковые требования ФИО4 к ФИО2, ФИО3 об оспаривании договора дарения, аннулировании записи в реестре прав на недвижимость оставить без удовлетворения.
Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Приморский районный суд Санкт-Петербурга.
Судья