Уг.дело № 1-107/2023

УИД 25RS0022-01-2023-000442-04

ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

с. Покровка 23 октября 2023 года

Октябрьского округа Приморского края

Октябрьский районный суд Приморского края в составе:

председательствующего судьи Кандыбор С.А.,

при секретарях Слепченко Е.А., Колесниковой И.М.,

с участием государственных обвинителей Иващенко А.А.,

ФИО1, ФИО2, ФИО3,

защитника – адвоката Федорчука Р.А.,

подсудимого ФИО4,

а также потерпевших А.А., А.Н., П.А., его представителя ФИО5,

рассмотрев в открытом судебном заседании в общем порядке принятия судебного решения уголовное дело в отношении

Т.А., родившегося ДД.ММ.ГГГГ в <данные изъяты>, гражданина РФ, зарегистрированного по адресу: <адрес>, проживающего по адресу: <адрес>, с основным образованием, не работающего, разведенного, лиц на иждивении не имеющего, хроническими заболеваниями не страдающего, инвалидности не имеющего, не судимого, содержащегося под стражей с ДД.ММ.ГГГГ, копия обвинительного заключения вручена ДД.ММ.ГГГГ, обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 167, ч. 1 ст. 119, п. «в» ч. 2 ст. 115, п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

Т.А.. совершил умышленное уничтожение имущества, принадлежащего П.А., угрозу убийством П.А., причинение легкого вреда здоровью А.А., вызвавшего кратковременное расстройство здоровья, совершенном с применением предмета, используемого в качестве оружия; умышленное причинение тяжкого вреда здоровью А.Н., опасного для жизни человека, совершенном с применением предмета, используемого в качестве оружия, при следующих обстоятельствах.

ДД.ММ.ГГГГ, в период времени с 00 часа 10 минут по 02 час 00 минут, находясь в <адрес>, Т.А.., будучи в состоянии алкогольного опьянения, действуя умышленно, на почве конфликта, из личной неприязни, с целью уничтожения чужого имущества, ударил об печь сотовый телефон марки «Honor 8A», стоимостью 5500 рублей с сим-картой, ценности для потерпевшего не представляющей, принадлежащие П.А., от чего тот разбился и стал не пригоден для дальнейшей эксплуатации. Уничтожением сотового телефона «Honor 8A», принадлежащего П.А., потерпевшему причинен значительный материальный ущерб на сумму 5500 рублей.

ДД.ММ.ГГГГ, в период времени с 00 часов 10 минут до 02 часов 00 минут, находясь в <адрес>, будучи в состоянии алкогольного опьянения, действуя умышленно, на почве личных неприязненных отношений, с целью запугивания и устрашения, в ходе ссоры с П.А., держа в руке нож, высказал в его адрес угрозу убийством со словами: «Убью», при этом замахнулся на него ножом, порезав лицо, причинив П.А., согласно заключению эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, телесное повреждение в виде поверхностной резаной раны в левой скуловой области, которое не повлекло за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты общей трудоспособности, поэтому расцениваются как повреждение, не причинившие вред здоровью человека. П.А. воспринял угрозу убийством реально и непосредственно в свой адрес, так как обстоятельства происходящего и эмоциональное состояние ФИО4 позволили ему опасаться осуществления этой угрозы.

Он же, ДД.ММ.ГГГГ, в период времени с 01 часа 00 минут до 02 часов 00 минут, находясь в <адрес>, действуя умышленно, будучи в состоянии алкогольного опьянения, на почве личных неприязненных отношений, с целью причинения телесных повреждений, упершись коленями о живот сидящего на кресле А.А., надавив левым предплечьем на шею, нанес ножом хозяйственно-бытового назначения, который применил как предмет, используемый в качестве оружия, множественные удары в область головы и руки А.А., причинив согласно заключению эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ телесные повреждения в виде ран: в лобной области слева (1), на тыльной поверхности правой кисти, которые в совокупности, по признаку кратковременного расстройства здоровья на срок до 21 дня включительно квалифицируются как легкий вред здоровью.

Он же, ДД.ММ.ГГГГ, в период времени с 01 часа 00 минут до 02 часов 00 минут, находясь в <адрес>, на почве возникшего конфликта, из личной неприязни, будучи в состоянии алкогольного опьянения, реализуя преступный умысел, направленный на причинение тяжкого вреда здоровью А.Н., но не имея умысла на ее убийство, с целью причинения тяжких телесных повреждений, осознавая общественную опасность и противоправность своих действий, предвидя возможность наступления общественно-опасных последствий в виде причинения тяжкого вреда здоровью, и желая их наступления, действуя умышленно, держа в руках нож хозяйственно-бытового назначения и используя данный предмет в качестве оружия, нанес А.Н. один удар в область живота, причинив согласно заключению эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ телесное повреждение в виде раны передней стенки живота справа, в правом подреберье, проникающей в брюшную полость, с ранением V сегмента печени и кровоизлиянием в брюшную полость, которое по признаку опасности для жизни квалифицируется как тяжкий вред здоровью.

Подсудимый Т.А. в судебном заседании вину в совершении умышленных преступлений не признал. При допросе указал следующее. Телефон, принадлежащий П.А. не разбивал целенапрвленно, он выпал из его рук, когда он находился дома по адресу: <адрес>, на кухне возле печки, ДД.ММ.ГГГГ в ночное время. В это время в доме были П.А. и его жена П.В. Взял у П.А. его телефон из его комнаты на столе, П. были в комнате. Видел, что П.В. точно не спала. Телефон взял как общее семейное имущество, чтобы позвонить, так как свой телефон у него был разбит. Во время разговора он отвлекся на открытый кружок горевшей печи, телефон выпал из рук с высоты поднятой до уха руки (около 160 см), упал возле печки на бетонный пол, покрытый железом, от удара на телефоне разбился экран, корпус не разлетался. В момент падения телефона он в помещении кухни был один. После этого зашел в комнату, показал телефон П.В., почему телефон разбился – не говорил, попросил у неё её телефон, она не дала, он вышел из комнаты, оставив телефон. К тому времени А. проснулся, слышал его слова, они общались возле печи, сказал П., чтобы он не переживал, ему они купят новый телефон. Телефон был куплен в начале марта 2020 года с рук за 7000 рублей за совместные денежные средства его и Ш.. Скол на углу печи с левой стороны образовался за несколько дней до повреждения телефона П.А., когда он разбил о неё свой телефон. Своей вины в том, что умышленно разбил телефон П.А. ДД.ММ.ГГГГ, не признает.

ДД.ММ.ГГГГ пришел в дом Ш. (к тому времени перестал жить там), чтобы забрать свой охотничий нож. В дом зашел через дверь, в коридоре висел его нож, сразу повесил его себе на правую руку. С П.А. завязался разговор на повышенных тонах. Это было в комнате П. в <адрес>, около 23 часов - полуночи. Присутствовала П.В. В момент разговора за допущенные П. нецензурные выражения хотел дать А. пощечину по-отцовски, а висевший на руке на веревке нож полетел за рукой и поранил лицо А.. Когда увидел, что поранил ему лицо, пошел за пластырем. Услышал какие-то звуки, вернулся в комнату, обнаружил, что П. убежали из комнаты через окно, оставив ребенка в кроватке. Был раздражен, швырнул нож в сторону огорода и пошел к А.Н.. Угроз убийством в адрес П.А. не высказывал. П. его уважал как отца, он воспитывал его с 2013 года, когда он кричал на него (П. плохо соображает), тот начинал его бояться, но за жизнь свою не опасался, когда повзрослел – начал в ответ повышать на него голос, но предвзятого отношения к нему не испытывал.

ДД.ММ.ГГГГ находился в гостях у А.Н. на <адрес>, там уже были ее сын А.А., братья Ж.А. и В., распивали спиртные напитки. Около часа ночи у них с А.А. получилась словестная перепалка, из-за того, что он лег спать в доме А. и усн<адрес> от того, что его кто-то тянул с кровати. А. начал его выгонять, говорил, чтобы он уходил домой, при этом выражался нецензурно, на его обращения успокоиться, А. никак не реагировал. В это время Ж.В. уже спал, Н. тоже спала. Ж.А. не спал. Он взял кружку со стола и ударил А. в лоб. От удара над левой бровью А. кровь пошла, появилось две раны (кружка разлетелась, а удар продолжался и ручкой). Он сидел на диване напротив стола, А. сидел в кресле по левую сторону. А. успокоился, перестал разговаривать с ним. Спустя полминуты кто-то ударил его по голове каким-то предметом, у него над правым виском пошла кровь, вышел на улицу, увидел нож на столе, взял его, чтобы припугнуть Ж., решив, что именно он ударил его по голове. Вышел на улицу, Ж. не обнаружил, пошел в сторону центра, успокоился. Подумал, что А. ушел от А.Н. к себе домой, решил вернуться. В квартире А.Н. по-прежнему находился А.А., сидел в кресле, увидев его, стал выгонять и ругаться нецензурно. А.Н. и Ж.В. спали на диване. В зале прошел на то же место на диване, просил А. успокоиться, однако тот не реагировал. Он встал с дивана, подошел к А., придавил его к спинке кресла локтем левой руки в районе плеч, одно его колено было на колене А., второе – между ног А.. Держа в руке нож, зажатым в ладони клинком вниз, поднял его над А., сказал чтобы тот успокоился, ударять ножом не собирался. Угроз никаких не высказывал. Он свою руку вниз не опускал, расстояние до головы А. составляло около 30 см. А. выставил руку и поранил её о нож в районе кисти с наружной стороны. В этот момент его кто-то сзади потянул за одежду (кто его тянул – не видел, никаких обращенных к нему слов не слышал), он потерял равновесие, начал падать назад, выставляя руки назад, соскочил ногами на пол. А. пошел на кухню руку бинтовать, он пошел за ним, не угрожал, не пугал, дал ему возможность остановить кровь, но разговор продолжали на повышенных тонах. В зал не возвращался, ушел к сестре по адресу: <адрес>. Сестра Р.И., увидев у него нож в руке, спросила: «Что случилось?», он сказал: «С.А. руку порезал, поругались», передал ей нож, она обработала ему рану на голове. Утром видел, как сестра передала нож сотрудникам полиции, от них узнал, что А.Н. в больнице лежит в связи с тем, что он порезал её ножом, нанес тяжкие телесные повреждения. С А.Н. никогда не конфликтовал, ранее состояли с нею в близких отношениях. Сам момент нанесения удара ножом А.Н., фразы А. о том, что он будет вызывать для матери скорую, не помнит. Если бы знал и осознавал, что с Н. что-то произошло, просто так не ушел бы, попытался оказать ей помощь.

По обстоятельствам нанесения ударов ножом А.А. и А.Н.Т.А.. дана явка с повинной (Т. 1 л.д. 176-177), содержание которой подсудимый в судебном заседании не подтвердил.

В связи с существенными противоречиями с показаниями в суде подлежали оглашению показания Т.А.., данные им в ходе предварительного расследования по делу.

Так, будучи допрошенным в качестве подозреваемого ДД.ММ.ГГГГ Т.А.. пояснил, что ДД.ММ.ГГГГ около 22 часов 30 минут пришел в гости к А.Н., там находились Ж.В., Ж.А. и А.А., стали распивать спиртные напитки вместе. Около 00 часов 00 Ж.В. усн<адрес> ним и А. началась словесная перепалка, он встал и схватил в руки кружку, которая стояла на столике, и ударил ею по голове А., который сидел на кресле, после чего А. схватил в руки сковороду и ударил ею его по голове, их разнял Ж.А., который после этого вышел из дома, времени было около 00 часов 30 минут. На столе находился кухонный нож, который он положил рукояткой в правый карман, а лезвие спрятал в рукав, чтобы подстраховаться от действий Ж., который, как он предполагал, мог встать на сторону А.А., и возможно напугать его ножом. Вышел из дома, отошел метров 40, покурил и решил вернуться обратно. Зашел в дом в период времени с 01 часа 00 минут до 01 часа 30 минут. Когда зашел, Ж.В. также продолжал спать на диване, Н. сидела рядом, а А. - в кресле, он присел с левой стороны дивана. А. стал на него выражаться нецензурной бранью, тогда он сразу встал с дивана, достал нож из рукава и замахнулся на А., тот подставил руку, нож попал в кисть его руки с внешней стороны, пошла кровь. А. вышел из зала на кухню, он пошел следом за ним, продолжал выражаться на него нецензурной бранью, а он продолжил махать ножом, находившимся в правой руке. В какой-то момент между ними появилась Н. и пыталась их успокоить словесно, она вышла из зала за его спиной с правой стороны неожиданно для него, и он, махая ножом, попал ножом в область живота А.Н. Сам он с ней никогда не конфликтовал, и этого не хотел. Н. села на диван на кухне и А. подошел к матери, а он ушел к сестре, проживающей по адресу: <адрес>, при этом нож остался у него в руках. Когда пришел к сестре, он зашел в дом, и сообщил ей, что нанес удар ножом А.А., про Н. ничего не говорил, не говорил, потому что не понял тогда, что нанес ей удар. О том, что попал в область живота А.Н., ему стало известно от сотрудников полиции, а затем от А. (Т. 1 л.д. 240-244). При допросе в качестве обвиняемого ДД.ММ.ГГГГ приведенные показания подтвердил, указывал на то, что его действия не являлись умышленными (Т. 2 л.д. 1-3). При проведении очных ставок с потерпевшими настаивал на своих показаниях (Т. 2 л.д. 155-159, л.д. 160-164).

При проверке показаний на месте ДД.ММ.ГГГГ Т.А.., войдя в дом по адресу: <адрес>, указал на место в зале, где находился А.А., сидя на кресле слева от входа в зал у стены, на диван, где спали А.Н. и Ж.. Он подошел к А., присел на него, в результате возникшей ссоры прижал левой рукой к креслу в районе плеча и шеи, навалившись на него, а в правой руке, держа нож лезвием вниз, демонстрируя замах на удар, движениями руки вверх-вниз пытался напугать, при этом попал по руке А., который пытался ею прикрыться, повредил руку ножом случайно. В какой-то момент ФИО4 чувствовал, что его кто-то потянул за одежду назад, и он машинально правой рукой произвел замах в правую сторону спереди-назад с целью оттолкнуть того, кто пытался его тянуть назад, при этом в этот момент он не осознавал, что в его руке находится нож, так как внимание было обращено к А.. Затем, когда оглянулся, увидел, что сзади стояла А., которая присела на диван. Далее он прошел на кухню, где А. перевязывал руку и выясняли отношения. О том, что он нанес ножевое ранение А.Н., он узнал от сотрудников полиции, так как после выяснения отношений с А. он сразу ушел из дома (т. 2 л.д. 195-203).

Будучи допрошенным как подозреваемый в совершении уничтожения сотового телефона ДД.ММ.ГГГГ, Т.А.. указал, что вину признает полностью (Т. 1 л.д. 51-53), при допросе в качестве обвиняемого ДД.ММ.ГГГГ пояснил, что по ч. 1 ст. 167 и ч. 1 ст. 119 УК РФ вину свою признает, показания давать не желает, так как ранее давал объяснение сотрудникам полиции. По факту причинения телесных повреждений А.А. вину не признает, так как повреждения от ножа, который он держал в руках, были причинены при демонстрации им (Т.А. ножа, когда А.А. вырывался и размахивал руками, повредил руку о нож (Т. 3 л.д. 85-88).

Не находя оснований для использования приведенных стороной обвинения объяснений Т.А.. в качестве доказательств (Т. 1 л.д. 23, 85, 93-94), суд, применительно к вышеприведенным показаниям, данным подсудимым в ходе предварительного расследования (с отсылкой Т.А. на данные им объяснения сотрудникам полиции), отмечает отсутствие в них заблуждения Т.А. относительно содеянного, в том числе - умышленного характера его действий.

Вина подсудимого установлена совокупностью представленных стороной обвинения доказательств, исследованных и проверенных судом.

Потерпевший П.А. в судебном заседании пояснил, что в один из зимних дней, в ночное время он находился по месту жительства по адресу: <адрес>, спал. В комнате также находились его жена П.В. и ребенок. Через открытое окно в его комнату проник Т.А.., который ранее был вхож в их дом, помогал по хозяйству. Когда Т.А. подходил к нему, стал его оскорблять, был в сильном алкогольном опьянении, шатался, ударил его, он сказал, чтобы Т.А. угомонился. Тот сходил за ножом, который висел в прихожей, залез на его кровать, схватился за нож, порезал его лицо (остался шрам), сказал, что «порежет» его, жену, мать. Боялся, что Т.А. убьет его, поскольку очень агрессивен в состоянии опьянения. Был от происходящего в шоке. Рядом находилась его жена. Т.А. сказал, что пойдет за скотчем, вышел из комнаты, в это время они через окно покинули её. Т.А. бежал за ним следом, говорил, что убьет его, считает, что мог сделать это, если бы догнал. В другой день находился в ночное время в своей комнате, спали. ФИО4 был дома, зашел к ним в комнату, взял его телефон, разрешения не спрашивал. Т.А. разговаривал по телефону, через некоторое время услышал звук падения телефона. Т.А. ругался, удар был об пол. О том, что Т.А. разбил его телефон умышленно, знает со слов жены, которая зайдя в кухню, увидела разбитый телефон. Причиненный повреждением телефона ущерб является для него значительным, имеет малолетнего ребенка, содержит неработающую жену, работает на полях, заработок до 1500 рублей в день – в сезон. Телефон ему подарила его опекун Ш. на день рождения, Т.А. в приобретение телефона своих денег не вкладывал, до настоящего времени мер к возмещению ущерба не принимал. До того, как Т.А. разбил его телефон, последний повреждений, в том числе погнутости корпуса, не имел. По поводу повреждения телефона Т.А. пытался извиниться, но он его не простил.

Согласно оглашенным в связи с существенными противоречиями с показаниями в суде показаниям потерпевшего П.А. от ДД.ММ.ГГГГ в ночь с ДД.ММ.ГГГГ на ДД.ММ.ГГГГ Т.А.. употреблял спиртное дома, Ш.Е. находилась на работе в <адрес>. ДД.ММ.ГГГГ около 01 часа 00 минут он проснулся от того, что кто-то зашел в их с женой комнату. Его жена сказала, что в их комнату зашел Т.А. и взял со столика в комнате его сотовый телефон. Поскольку Т.А.. находился в состоянии опьянения, когда проявляет агрессию, он решил не конфликтовать с ним. Спустя несколько минут услышал звук удара, затем в их комнату снова зашел ФИО4, попросил сотовый телефон у его жены, показал его сотовый телефон, который был разбит. Жена ему отказала. Он вышел из комнаты, когда вернулся, узнал от своей жены Вики, что Т.А. угрожал ей, если она расскажет Ш.Е., что он разбил его телефон. Сообщили о произошедшем Ш.Е., последняя через некоторое время приехала вместе с сотрудниками полиции. Сотовый телефон, который разбил Т.А.., принадлежит ему, его купила ему мама (Ш.) на деньги, которые он заработал сам. С учетом износа сотовый телефон оценивает в 5500 рублей. Данный ущерб является для него значительным, так как он не работает. Позже со слов Т.А. стало известно, что телефон он специально бросил об печь и разбил его (Том 1 л.д. 29-31). При допросе ДД.ММ.ГГГГ П.А. пояснил, что после конфликта ночью ДД.ММ.ГГГГ, когда Т.А. забрали в отдел полиции в <адрес>, ночью ДД.ММ.ГГГГ он проснулся от стука в окно их с женой спальни, которое они оставили приоткрытым. Увидел стоящего за окном Т.А.., попытался закрыть окно, но Т.А. открыл его, нажимая с обратной стороны, после чего он через окно залез в дом и пошел в прихожую, сказал, что злится на него из-за того, что Ш.Е. ДД.ММ.ГГГГ вызвала сотрудников полиции. Т.А. был в состоянии алкогольного опьянения, вел себя очень агрессивно. Затем Т.А.. вышел в коридор дома, вернулся к нему с ножом в руке, и, обращаясь к нему со словами «Убью!», нанес удар ножом в область лица слева, от чего он испытал сильную физическую боль. Боялся, что Т.А. его зарежет. Затем Т.А.. вышел в прихожую, он забежал в комнату, взял ребенка на руки и они с женой вылезли в окно, побежали к знакомым. Сообщил о произошедшем Ш.Е., она вызвала сотрудников полиции. Он помнит, что в ходе ссоры Т.А.. кричал, что всех их убьет, но начнет с него, как со старшего (Том 1 л.д. 99-102).

Оглашенные показания потерпевший П.А. подтвердил, противоречия объяснил забывчивостью, настаивал на том, что слышал, что телефон ударился о пол, разговора с Т.А. о произошедшем (как был разбит телефон) у него не было, при даче показаний следователю запутался. Деньги на телефон были заработаны им и Ш., она же его и покупала. Обстоятельства приобретения телефона не помнит.

Оценивая показания потерпевшего П.А., суд, признавая причину их изменения в судебном заседании обусловленной объективными причинами, связанными с прошедшим временем, принимает в обоснование приговора показания, данные потерпевшим в период предварительного расследования по делу, как полученные в соответствии с требованиями норм уголовно-процессуального закона, более точные и соответствующие установленным судом обстоятельствам преступления.

Представитель потерпевшего Ш.Е. в судебном заседании пояснила, что П.А., воспитывавшийся в коррекционной школе, до совершеннолетия находился под её опекой, называет его сыном, продолжает заботиться о нем и его семье. Телефон для него она приобретала с рук в 2019 году по объявлению на сайте «Юла» в <адрес>, за 10000 рублей. Документы на телефон следователю не представляла, поскольку при ремонте квартиры они были сожжены. 5 или ДД.ММ.ГГГГ она была на работе в <адрес> до 2 часов, потом находилась в своей квартире в <адрес>. Ночью позвонила невестка и сказала, что дядя Т.А.) пьяный, в чем убедилась сама, когда ей позвонил Т.А. и сказал, что на телефон П. поступают её звонки. Через полчаса перезвонила невестка, сообщила, что в их комнату заходил Т.А., он находится в состоянии опьянения, плакала. Она вызвала сотрудников полиции. Когда она через полтора часа вместе сотрудниками полиции зашла в дом, увидела телефон лежащим на полу. Телефон был разбит, треснуло стекло на экране, из него куски вываливались. Батарея не выключалась, телефон светился белым светом. Осколки от телефона были на печи, на углу печи возле дверцы имелся скол штукатурки, кусок штукатурки от печи валялся на полу. Т.А.. с 13 по ДД.ММ.ГГГГ делал ремонт печи, в том числе заделывал сколы от удара по печи другим телефоном. После 16 ноября до ДД.ММ.ГГГГ повреждений на печи не было. Со слов супругов П., Т.А. разговаривал по телефону со Ж., ругался, бросил телефон. Ей со слов Ж. по прозвищу «Кутук» известно, что во время разговора с Т.А., он слышал, как последний кинул телефон, спрашивал у ФИО4 зачем «ты разбил ваш телефон». Т.А. сам рассказывал ей о том, что разбил телефон. Видела Т.А. после приезда полиции, признаков алкогольного опьянения у него не заметила, но взгляд был неадекватным. Повреждением телефона П. причинен значительный ущерб, поскольку он живет со своей семьей, на случайные заработки, которые в месяц составляют до 15000 рублей, при наличии работы. Не в сезон сельскохозяйственных работ состоит на учете в центре занятости населения, получает пособие в размере 1800 рублей. Супруга осуществляет уход за малолетним ребенком, трудоустроена не была. Она в браке с Т.А.В. состояла с 2013 по 2020 годы. С сентября 2022 года Т. проживал в её доме, поддерживали дружеские отношения, считали, что возможно восстановление семейных отношений. Расстались из-за употребления Т. спиртного. В состоянии опьянения тот неоднократно разбивал телефоны. ФИО7 марки «Хонор 8» приобретала на заработанные последним деньги. Был ли корпус телефона погнутым в процессе его использования, сказать не может. После событий с телефоном она запретила Т. проживать совместно с ними, появляться в их доме, однако дня через четыре, когда она оставалась в магазине «Гранат» в <адрес> на работе в ночь, ей позвонила невестка П.В., сказала, что С. (П.) весь в крови. Позвонила З.Ю., попросила проехать по месту жительства П., она сообщила ей, что С. (П.) прибежал к ней домой босой, у него порезано лицо. Она обратилась в дежурную часть полиции, вместе с дознавателем они приехали в <адрес> в 8 часов утра. Со слов невестки (П.В.) и сына (П.А.) знает, что Т. попал в квартиру во время их сна через окно, поранил П., говорил, что убьет его первым. Они выпрыгнули в окно. Когда она приехала, невестка плакала, была очень сильно испугана.

Свидетель П.В. в судебном заседании пояснила, что проживает со своим супругом П.А. и ребенком в <адрес>, в доме опекуна мужа Ш.Е. С ДД.ММ.ГГГГ года с ними проживал бывший супруг Ш.Т.А.В. В одну из ночей декабря 2022 года он проник в их комнату через приоткрытое окно, поскольку они запирали дом. Т. стал предъявлять П.А. претензии по поводу того, что он самостоятельно не может заступиться за супругу и своего ребенка, сказал, что всех убьет, сходил в прихожую за ножом (охотничий, в черном чехле, висел на вешалке на гвоздике), вернулся и ударил мужа ножом по лицу, из раны пошла кровь. Этим ножом они в быту не пользовались, видела на следующий день, что ножа на месте не было. Они были очень испуганы, поскольку Т. был в сильном алкогольном опьянении, очень агрессивен. Когда Т. вышел из комнаты, они через окно сбежали в огород, обратились за помощью к её тете З.Ю., были у них. Позвонили Ш.Е., она через полчаса приехала с сотрудниками полиции. Накануне этих событий, когда Т. еще жил в их доме, он был пьяный, зашел в их комнату, взял телефон её супруга (что он часто делал), вышел, с кем-то разговаривал по телефону минут <***> на повышенных тонах. В ходе этого разговора, она, находясь в своей комнате, за закрытой дверью, услышала удар, по звуку поняла, что это удар телефона об печь. Т. зашел в комнату, потребовал у неё её телефон, увидела, что телефон мужа разбит. Она отказала, он потянул её за волосы и сказал, что убьет, если она расскажет о произошедшем Ш.. Телефон ударился либо о печку, либо о пол, поскольку Т. ранее сидел возле печки. Она вышла из комнаты, на печке лежал телефон её мужа, был разбитый, экран треснут (когда включила телефон, экран был белым). На углу печки образовался скол. Ранее наблюдала, как Т. от злости разбил другой телефон. Ущерб от повреждения телефона в сумме 5500 рублей является для их семьи значительным, поскольку она не работает, ухаживает за новорожденным ребенком, муж получает доход около 2000 рублей в день от работы на полях.

Сообщение Ш.Е. о повреждении принадлежащего телефона Т.А. зарегистрировано ДД.ММ.ГГГГ в 03 часа 10 минут (Т. 1 л.д. 3).

Осмотром места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ - дома, расположенного по адресу: <адрес>, установлено, что он состоит из кухни и комнаты. С правой стороны от входа в кухню у стены находится кирпичная печь. ФИО8 заявила, что в помещении кухни Т.А..В. разбил телефон, которым пользуется её муж П.А., после чего указала на кровать, где Т.А.. схватил её на волосы в ночное время ДД.ММ.ГГГГ, сказав «Если расскажешь матери, прибью тебя первой». Ш.Е. выдан сотовый телефон марки «Honor 8А», который изъят. На фототаблице к протоколу усматривается наличие трещин на экранной части телефона, отслоение экранной части от корпуса, некоторая погнутость корпуса относительно поверхности, на которой лежит телефон, и экранной части (Т. 1 л.д. 6-12).

Изъятый телефон «Honor 8А» осмотрен, на момент осмотра корпус и экран сотового телефона повреждены, на экране имеются множественные трещины в виде паутины и сколов стекла, экран телефона (дисплей) частично отделен от корпуса телефона, удерживается только нижней частью. Сотовый телефон не включается (Т. 1 л.д. 37-41), признан вещественным доказательством, приобщен к уголовному делу (Т. 1 л.д. 42), передан П.А. на ответственное хранение (Т.1 л.д. 43).

При предъявлении в судебном заседании телефона, переданного на хранение П.А., установлено, что по результатам наводнения, вызванного тайфуном «Ханун», была утрачена его экранная часть, телефон был обнаружен в огороде под слоем почвы.

Согласно справке ИП Д.С. на дату ДД.ММ.ГГГГ среднерыночная стоимость сотового телефона марки «Honor 8А» составляет 5500,0 рублей (Т. 1 л.д. 17).

Допрошенный в судебном заседании специалист Д.А. (осуществляющий предпринимательскую деятельность в сфере ремонта электронных устройств с 2018 года) пояснил о маловероятном происхождении повреждений телефона, изображение которого содержится на фототаблицах к протоколу осмотра места происшествия (Т. 1 л.д. 6-12) и протоколу осмотра предметов (Т. 1 л.д. 37-41) при свободном падении и ударе о плоскую поверхность пола. Наличествующая погнутость металлической рамки корпуса телефона свидетельствует о примененном усилии. При свободном падении и ударе в том числе бетонное покрытие, с поверхностью из листового железа могло возникнуть повреждение дисплея телефона, но металлическая рамка, как правило, не деформируется. Для телефонов модели «Honor 8A» характерная слабая проклейка между корпусом и экранной частью, экран может отлететь, но погнутость металлической рамки может возникнуть, если телефон ударить о какой-либо предмет с усилием (при обычном замахе руки), если надавить на телефон, сесть на него при нахождении, например, в заднем кармане брюк. Если при таком повреждении остается целой материнская плата, то рамка, и в целом телефон подлежит восстановлению. При имеющейся изогнутости корпуса повреждения, аналогичные зафиксированным на фототаблицах, могли возникнуть если бы телефон упал на какой-то острый предмет, но не на ровный пол. Определить конкретные обстоятельства, при которых могли быть получены приведенные повреждения, в данном случае (в том числе в отсутствие самого телефона) невозможно. При ударе о бетон при свободном падении возможно получение совокупности схожих повреждений (отслойка экрана, его трещины, погнутость металлической рамки), только если телефон до этого удара был погнут.

Сообщение Ш.Е. о порезе Т.А,.. лица ее сыну П.А. зарегистрировано ДД.ММ.ГГГГ в 02 часа 39 минут (Т. 1 л.д. 65).

В ходе осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ осмотрен дом по адресу: <адрес>, в ходе ОМП потерпевший П.А. указал на гвоздь в стене прихожей, указал, что на нем висел нож, которым ФИО4 порезал ему щеку, а также диван в комнате, где ему был причинен порез (Т. 1 л.д. 68-75).

Согласно заключению эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ у П.А. при судебно-медицинском осмотре ДД.ММ.ГГГГ обнаружено телесное повреждение в виде поверхностной раны в левой скуловой области, которое возникло незадолго до обращения за медицинской помощью от воздействия объекта с острой, режущей кромкой, возможно лезвия ножа. Данное телесное повреждение не повлекло за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты общей трудоспособности, поэтому расценивается как повреждение, не причинившее вред здоровью человека (Т. 1 л.д. 120-123).

Свидетель З.Ю.. в судебном заседании пояснила, что в ночное время вышла из своего дома на лай собак, увидела на улице П.А., он был в халате, находился в шоковом состоянии, плакал, сказал, что на него напал Т.. Муж поехал домой к П., вернулся через 10 минут, сказал, что там никого нет. Через полчаса к ним пришла жена П. с ребенком. Она обработала П.С. рану (это был порез длиной 2-3 см), позвонила ФИО5, вызвала полицию.

Согласно оглашенным в связи с существенными противоречиями с показаниями в суде показаниям свидетеля З.Ю.. от ДД.ММ.ГГГГ, в ночь с ДД.ММ.ГГГГ на ДД.ММ.ГГГГ она находилась дома одна, спала. Около 02 часов 30 минут она услышала лай собак во дворе. Она вышла на улицу и увидела П.А., который сказал о том, что к ним пришел Т.А. который порезал ему лицо. Она увидела, что с ним еще была жена и ребенок и впустила их к себе в дом. Они были очень напуганы. У П. по лицу текла кровь. Потом приехали сотрудники полиции (Т. 2 л.д. 239-241).

Свидетель З.Ю.. оглашенные показания не подтвердила в части того, что с П. сразу были его жена и дочь, настаивала на своих показаниях в суде, указала, что об участии мужа в описанных событиях следователю упоминать не хотела. Подписала протокол после его прочтения вслух следователем, не вникая в его содержание.

Не усматривая существенных противоречий в показаниях свидетеля, суд принимает в обоснование приговора всю их совокупность, как дополняющих и корректирующих друг друга.

Оценив доказательства, собранные органом предварительного расследования и исследованные в судебном следствии по преступлениям, совершенным в отношении потерпевшего П.А., в совокупности, суд признает их соответствующими требованиям Уголовно-процессуального закона, относимыми к исследуемым обстоятельствам, согласующимися между собой, и не содержащих существенных противоречий, а потому – достоверными и достаточными для обоснования вывода о виновности Т.А. в преступлениях.

Давая оценку показаниям подсудимого Т.А. отрицавшего умысел на совершение преступлений, суд считает, что принятые в качестве доказательств по делу показания потерпевших и свидетелей о характере действий подсудимого последовательны и непротиворечивы, оснований для оговора подсудимого у указанных лиц судом не установлено. Показания названных лиц подтверждаются и письменными доказательствами, изложенными выше, в том числе показаниями Т.А.В. о признании им вины в совершении указанных преступлений, данными в ходе предварительного следствия. По изложенному, суд считает показания подсудимого о частичном признании вины в ходе судебного заседания, избранным им способом защиты, и отвергает их. О наличии умысла на совершение преступлений указывает целенаправленный и последовательный характер действий подсудимого, когда он, разбив телефон П.А., угрожает П.В. в целях неразглашения последней обстоятельств уничтожения указанного имущества, сообщает о своих действиях (намеренном броске телефона о печь) П.А. и Ш.Е., обсуждает их при продолжении разговора со Ж.. При этом, как утверждают все участники событий преступления уничтожению имущества П.А. предшествовал всплеск агрессии Т.А. неоднократно проявлявшейся у него в состоянии опьянения бросками имевшихся у него в руках телефонов. О том, что телефон был разбит Т.А. умышленно, также свидетельствует существенный характер причиненных ему повреждений (телефон раскололся, металлическая рамка корпуса телефона изогнулась, что при утверждении потерпевшего в судебном заседании об отсутствии погнутости телефона до указанных событий, по заключению допрошенного в судебном заседании специалиста допустимо только при приложенном усилии (ударе с замахом руки как о бетонный пол, так и о предмет, имеющий выступающие края). Совокупность приведенных обстоятельств, наряду с наличием скола штукатурки угла печи, отсутствовавшего по показаниям Ш.Е. до ДД.ММ.ГГГГ, осколков телефона на печи, указывают на намеренный удар находившимся у Т.А. телефоном, принадлежащим П.А., о печь, в результате которого тот разбился и стал непригоден для дальнейшей эксплуатации. Мотив личной неприязни к П.А. в ходе возникшего конфликта выражен в безразличном отношении к принадлежащему последнему имуществу и отсутствии заботы о его сохранности.

Оценив доказательства в совокупности, суд признает установленным, что подсудимый Т.А.., будучи в состоянии алкогольного опьянения, действуя умышленно, на почве конфликта, из личной неприязни, с целью уничтожения чужого имущества, ударил об печь сотовый телефон, принадлежащий П.А., тем самым причинил потерпевшему значительный материальный ущерб на сумму 5500 рублей. Уничтожение указанного имущества подтверждается приведением его в негодность и невозможность использования по своему целевому назначению, значительность причиненного потерпевшим ущерба – сведениями об их имущественном положении потерпевшего, установленными в судебном заседании. Приходя к выводу о доказанности изложенных действий подсудимого, суд квалифицирует содеянное им по ч. 1 ст. 167 УК РФ, как умышленное уничтожение чужого имущества, если это деяние повлекло причинение значительного ущерба.Кроме того, доказательствами, исследованными в ходе судебного следствия, установлено, что Т.А.. ДД.ММ.ГГГГ, находясь по месту жительства потерпевшего П.А., будучи в состоянии алкогольного опьянения, действуя умышленно, на почве личных неприязненных отношений, с целью запугивания и устрашения, в ходе ссоры с П.А., держа в руке нож, высказал в его адрес угрозу убийством со словами: «Убью», при этом замахнулся на него ножом, порезав лицо. П.А. воспринял угрозу убийством реально и непосредственно в свой адрес, так как обстоятельства происходящего и эмоциональное состояние Т.А.В. позволили ему опасаться осуществления этой угрозы. ФИО9 о неосторожном характере причинения телесного повреждения П.А., как не являющегося следствием совершенной угрозы убийством, опровергаются показаниями потерпевшего и свидетелей о реальном восприятии действий Т.А. как угрожающих его жизни при обстоятельствах их совершения в ночное время, в отсутствие разрешения на пребывание в жилом помещении потерпевшего, в ходе имевшего места конфликта, при наличии у Т... ножа, проявленной агрессии, характерной для подсудимого при нахождении его в состоянии алкогольного опьянения, о чем достоверно было известно потерпевшему, вынудившей его а целях сохранения его жизни в срочном порядке через окно вместе с семьей скрыться от Т.А. Показания Т.А.., данные им в ходе судебного следствия, как не соответствующие установленным судом обстоятельствам преступления, суд признает избранным им способом защиты. Действия Т.А. суд квалифицирует по ч. 1 ст. 119 УК РФ – угроза убийством, если имелись основания опасаться осуществления этой угрозы.

По обстоятельствам преступлений в отношении А.А., А.Н. исследованы следующие доказательства.

Потерпевший А.А. в судебном заседании пояснил, что ДД.ММ.ГГГГ пришел в гости к матери А.Н. по адресу: <адрес>, с ним пришли Ж.В. и А.. Примерно в 22 часа пришел Т.А., вместе выпивали спиртное. Выпили литр спиртного. Когда увидел, что Т.А. опьянел (около полуночи) сказал ему, чтобы он лег и поспал, а потом шел спать к сестре на <адрес> Когда Т. поспал, он попросил его уйти. Т. на конфликт не провоцировал, у того был конфликт со Ж.. Мать сказала в доме не ругаться и попросила их выйти на улицу. Вышли из дома, выяснили отношения, на этом конфликт был исчерпан. Не помнит, чтобы между ним и А. была драка (в том числе с нанесением ударов кружкой и сковородкой по голове), однако не исключает достоверность показаний Ж. в этой части, как самого трезвого из присутствовавших. Т. его просьбу выполнил, ушел. Мать уже спала, рядом спал Ж.В.. Он присел на кресло, поспал минут 10-15, встал, чтобы сделать музыку потише. В это время в комнату зашел Т, на его слова, почему он пришел, последний его толкнул, он сел в кресло, Т. достал из рукава нож, сел на него сверху (коленями в районе бедер), прижал его тело и левую руку коленями (правой ногой упирался в левую часть его живота, а второе колено упиралось в кресло) и левой рукой, согнутой в локте, к креслу, и попытался нанести удар ножом в область головы, сделал два-три замаха ножом. Он правой рукой, согнутой в локте (ладонь находилась напротив лба) закрыл голову, удары ножом пришлись в кисть правой руки в часть между пальцами и запястьем, вскользь Т. задел ножом область левой брови, порезал его мизинец. Он отбиваться не пытался, такой возможности не имел, так как левая его рука была прижата, а правой он закрывал свою голову, никаких движений правой рукой не производил. Услышал голос А.Н.: «Что ты делаешь?», обратилась по имени «А.», и в этот момент Т. ударил её наотмашь ножом в область живота. Момента самого удара не видел, видел отведенную назад (в сторону матери, стоявшей позади Т.) руку последнего. На этом их борьба, которая продолжалась с полминуты, прекратилась, Т. встал с него. Он пошел перемотать руку на кухню, Т. следовал за ним, замахнулся на него, сказал: «не надо мне никогда отказывать». Сказал Т., чтобы он успокоился, и дал ему возможность помочь матери. Т. постоял и ушел. Он подложил матери под рану тряпку, позвонил бабушке, та вызвала скорую. Ранее конфликтов между ними (Т. и А.А., Т. и А.Н.) не было. На следующий день приехавшим сотрудники полиции Т. говорил, что произошло все это случайно, хотел напугать. У него от произошедшего конфликта образовались порезы на руке и раны на голове: горизонтально располагался по центру лба чуть смещенный влево порез, его не зашивали. Зашивали бровь, повреждение на брови возникло от ножа, откуда появился второй разрез, не знает.

Потерпевшая А.Н. в судебном заседании пояснила, что ДД.ММ.ГГГГ около 22 часов к ней в дом по адресу: <адрес>, пришел в гости её сын А.А., также пришли Ж.В. и А., стали распивать спиртное, позже к ним присоединился Т.А..В. (знакома с ним более 20 лет, никогда конфликтов между ними не было). В один момент возник конфликт между Ж.А. и Т.А., который был погашен её запретом драться в её доме. Далее они продолжили совместное времяпровождение, .Т.А. спросил разрешение прилечь, поспал минут 30-40. Ж.А. ушел. Когда Т. проснулся, выпил еще спиртного. Она уснула, когда проснулась, увидела в кресле А.А., и сидящего на нем ногами, согнутыми в коленях, А.Т., который одной рукой прижал А., а второй рукой с ножом наносил удары в голову последнего, два раза ударил. Вставая с дивана, крикнула Т.: «Что ты творишь?» и подошла сзади к нему, Т. не касалась. Он, не вставая с кресла, обернувшись к ней правым боком, нанес ей удар ножом в живот. Нож был не из её дома, с серой рукояткой, клинком средней ширины (3-4 см), длиной 15-20 см. Считает, что Т. видел её при нанесении удара, но утверждать этого, как и то, что он её услышал, не может. Она упала, потеряла сознание. Слышала, что идет продолжение драки, через какой-то промежуток времени все закончилось, А.А. позвонил бабушке, и та вызвала скорую. После возвращения из больницы она обнаружила на столе оставленную сковороду с пригоревшим содержимым (в связи с чем считает, что она не могла быть использована для нанесения удара) и разбитую кружку, находившуюся за креслом. Этой кружкой пользовалась она, в том числе в день конфликта. А.А. не нравится, когда посторонние люди ночуют в её доме, в том числе Т.. Может проявить агрессию, если его задеть.

Свидетель Б.Т. пояснила, что ДД.ММ.ГГГГ ближе к утру позвонил внук (А.С.), сказал, что «маму порезали». По приходу (минут через 10-15 после звонка) по месту жительства дочери А.Н. последняя сидела на диване, зажав рану. В доме находились внук С., в зале на диване спал Ж.В.. У А.А. были раны на правой руке. Лоб был порезан с левой стороны. А.А. сказал, что Т. сначала кинулся на него, когда к ним стала подходить А.Н. - кинулся на неё. Видела кровь на кухне. Дочь находилась в больнице до конца декабря, а внук был на больничном до января. Ранее конфликтных отношений между Т. и А.А., А.Н. не было.

Сообщение Б.Т. о причинении телесных повреждений Т.А.В. ее внуку и дочери зарегистрировано ДД.ММ.ГГГГ в 04 часа 06 минут (Т. 1 л.д. 148).

Свидетель К.С. в судебном заседании изложила обстоятельства своего дежурства в КГБУЗ «Октябрьская ЦРБ», когда А.Н. была госпитализирована в декабре 2022 года с проникающим ранением брюшной полости в области правого подреберья с повреждением желчного пузыря. Она говорила, что её ударил в живот известный ей человек. Порез был большой, глубокий. Ей была произведена операция, после которой она была переведена в реанимационное отделение. Лечащим врачом А.Н. она не являлась. Пациент был доставлен на машине скорой помощи из дома.

Свидетель Р.И.. в судебном заседании пояснила, что ДД.ММ.ГГГГ её брат Т.А.. пришел к ней домой в 3 часа 20 минут, в руках у него был нож, у него на лбу была рана, кровила, сказал, что «порезал А.С.», его били ногами А.А. и братья Ж., стянув с дивана на пол, разбили ему голову. Знает, что ранее между ними конфликтов не было. Когда прибежала по месту жительства А.Н. около 3 часов 40 минут, на месте была машина «скорой помощи». Нож, с которым пришел ФИО4, ей не принадлежит, в её доме не использовался, забрала его у Т., впоследствии выдав оперативным работникам. Брату поверила, поскольку по характеру он не агрессивный, если его не трогать. По поводу произошедшего с А.Н. переживали всем селом, с её стороны и стороны Т. была моральная поддержка, интересовались её здоровьем, по своей инициативе предлагала помощь матери А.Н., но та сказала, что ничего не нужно. В период проживания Т. со Ш., в их семье скандалов не было, Т. очень хорошо относился к её сыну П.. В состоянии опьянения поведение Т. не менялось, он спокойный уравновешенный человек. С А.Н. у Т.А..В. была длительная связь, ссор между ними не было. После выписки А.Н. сказала ей, что «полезла разнимать (кого не говорила), нечаянно под нож попала». Считает, что конфликт спровоцировали братья Ж., поскольку между Т. и А. всегда были очень хорошие отношения, скорее всего, удар А. был нанесен спонтанно, без какого-либо умысла.

Свидетель Ж.А. в судебном заседании пояснил, что находясь в отпуске в декабре 2022 года, был в одной компании с А.Н., её сыном А.А., и его братом Ж.В.. Были по месту жительства А.Н., выпивали спиртное. В ходе совместного времяпровождения А.А. стал оскорблять Т. плохими словами, развязался конфликт, в ходе которого Т. первым ударил А. кружкой в лоб, а А.Т. сковородкой по голове. Он их разнимал, брат спал в этой комнате, был пьяный, уснул еще до конфликта. От удара кружкой у А. на лбу образовалось рассечение, текла кровь. У Т. тоже на голове была кровь. Когда Т. находится в состоянии алкогольного опьянения, он бывает вспыльчивым, но сам конфликтных ситуаций не создает. В какой-то момент Т. прилег отдохнуть на диван, А. дергал его за ногу, стал провоцировать на конфликт. После этого Т. ушел, видел его уходящим в сторону дома его жены. Он ушел спустя 3-4 минуты после ухода Т.. Ножа при Т. не было. Все присутствующие были в состоянии опьянения, А. в состоянии опьянения проявляют агрессию, как мать, так и сын, были замечены в проявлении насилия.

Согласно истребованным судом документам Т.. был осмотрен в приемном отделении КГБУЗ «Октябрьская ЦРБ» ДД.ММ.ГГГГ по поводу инфицированной раны правой кисти, раны правого локтевого сустава, раны волосистой части головы, прибыл с документами о результатах осмотра в ФКУ СИЗО-3 ГУФСИН России по Приморскому краю.

Свидетель Ж.В. в судебном заседании пояснил, что в декабре 2022 года он вместе с братом Ж.А. по согласованию с А.А. пришли в дом его матери А.Н., проживающей по адресу: <адрес>, в гости, выпивали спиртное. В какой-то момент туда же пришел Т., присоединился к их компании. ФИО4 лег отдохнуть на диван, А. стал высказывать ему претензии по этому поводу. А. ФИО4 сказал, что полежит немного и пойдет ночевать к сестре. Минут через 15 ФИО4 встал (его никто не будил), а он (Ж.В.) прилег (это было около полуночи) и уснул. Утром около 5 часов его разбудила бабушка А.А., сказала, чтобы он шел домой, А.А. и его мать забрали в больницу, «их порезал Т.А.». Знает Т.А.В., как спокойного, неконфликтного человека.

Свидетель У.В. – фельдшер СМП КГБУЗ «Октябрьская ЦРБ» в судебном заседании пояснила, что обстоятельств её вызова в декабре 2022 года в <адрес>, должны быть зафиксированы документально. Подробностей она не помнит ввиду большого объема аналогичной работы. Доставляемые на СМП пациенты подлежат осмотру дежурным врачом.

Согласно оглашенным в связи с существенными противоречиями показаниям свидетеля У.В., данным в ходе предварительного расследования по делу ДД.ММ.ГГГГ в 05 час. 05 мин. она позвонила в полицию и сообщила о том, в 04:20 на СМП поступили А.А., ДД.ММ.ГГГГ рождения с диагнозом: колото-ушибленная рана кисти слева, алкогольное опьянение, и А.Н., ДД.ММ.ГГГГ г.р. с диагнозом: ножевое ранение брюшной стенки, алкогольное опьянение (Т. 3 л.д. 52-54).

Оглашенные показания свидетель подтвердила в полном объеме. Суд полагает в обоснование приговора показания свидетеля, данные в ходе предварительного расследования по делу, как подтвержденные в судебном заседании.

Сообщение фельдшера СМП <адрес> У.В. о том, что ДД.ММ.ГГГГ в 04.20 на СМП обратились А.А. с диагнозом: колото-ушибленная рана кисти слева, А.Н. с диагнозом: ножевое ранение брюшной стенки справа, алкогольное опьянение (Т. 1 л.д. 149).

При осмотре места происшествия - <адрес>, установлено, что при входе в зальную комнату у стены расположен диван в разложенном виде, напротив находится кресло, за ним – тумба, за тумбой находится столик. В центре зала на полу возле дивана изъяты: смывы с пятен бурого цвета, под столом - бутылка, фарфоровая кружка, след подошвы обуви, женская кофта с пятнами бурого цвета. По заявлению участвующего А.А. в ночь с 16 на ДД.ММ.ГГГГ находящийся в гостях Т.А.В. стал нападать с ножом на него, он прикрылся рукой, после чего его мать А.Н. встала между ними, чтобы разнять, в этот момент ФИО4 нанес удар ножом в живот, в бок А.Н. (Т. 1 л.д. 151-162).

В ходе осмотра места происшествия ДД.ММ.ГГГГ в <адрес> изъят нож. По заявлению участвующей ФИО10 с данным ножом пришел к ней домой её брат ФИО4, пояснив, что нанес им удар А.А. (Т. 1, л.д. 163-169).

Согласно заключению эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ на представленных на исследование: смыве, ноже в объектах №,7 (на правой «щеке» в 1,5 см от рукоятки в области лезвия; на правой стороне рукоятки в области свободного конца), одежде А.Н.: футболке, брюках, носке, рубашке (кофта) - обнаружена кровь человека А? группы, что не исключает ее происхождение от А.Н. и А.А. как от каждого в отдельности, так и от обоих вместе. От Т.А.. данная кровь произойти не могла.

На ноже в объектах №,5 (на правой «щеке» клинка в области острия и средней трети, на обухе в 7 см от рукоятки) – обнаружена кровь человека. При определении ее групповой принадлежности выявлены антигены А и В, агглютинины не выявлены ввиду малого количества материала.

Полученные результаты дают основание предполагать о возможном смешении крови двух и более человек: с А? группой (кровь А.Н. и А.А. как от каждого в отдельности, так и от обоих вместе) и В? группой (кровь Т.А..)

На ноже в объекте № (на левой стороне рукоятки ближе к верхней поверхности в 3 см от клинка) – обнаружена кровь человека. При определении групповых свойств антигены системы АВО не выявлены ввиду малого количества материала.

На ноже в объекте № (на левой «щеке» клинка в средней трети), свитере А.Н. – обнаружена кровь. Установить видовую принадлежность данной крови не представляется возможным, ввиду малого количества материала (Т. 2 л.д. 77-83).

Из заключения эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ усматривается, что согласно медицинским документам у А.А. при обращении за медицинской помощью имелись на тыле правой кисти в проекции III и VI пястных костей резаные раны 1,5;1,5 см в поперечном направлении. На левой брови ушибленная рана неправильной формы, 2,0 см в вертикальном направлении; на лбу слева резаная рана 1,0 см в поперечном направлении. Выставлен диагноз: «Колото-резаные раны тыла правой кисти. Ушибленная рана левой брови, резаная рана лба слева». Согласно выводам эксперта у А.А. при обращении за медицинской помощью ДД.ММ.ГГГГ имелись телесные повреждения в виде ран: в лобной области слева (1), в области левой надбровной дуги (1), на тыльной поверхности правой кисти (точное количество в медицинских документах указано противоречиво), которые возникли незадолго до обращения в КГБУЗ «Октябрьская ЦРБ», которые в совокупности, по признаку кратковременного расстройства здоровья на срок до 21 дня включительно квалифицируются как легкий вред здоровью (Т. 2 л.д. 99-102).

Допрошенная в судебном заседании эксперт ФИО11 пояснила, что установленные ею наличествовавшие у А.А. телесные повреждения в виде ран: в лобной области слева (1), в области левой надбровной дуги (1), на тыльной поверхности правой кисти в совокупности квалифицируются как легкий вред здоровью, как по отдельности по признаку кратковременного расстройства, так и в совокупности, судя по медицинским документам Октябрьской ЦРБ. Указание в выводах о квалификации вреда здоровью по совокупности телесных повреждений не является ошибкой, как предполагающих, что каждое из повреждений квалифицируется как причинившее легкий вред здоровью. Повреждения на голове А.А. в медицинских документах отмечены как отдельные раны, описанные хирургом как резаная рана и ушибленная рана. Сами раны, кроме указания их размеров, не описаны, на осмотр потерпевший представлен не был. Учитывая, что описание повреждений очень краткое, высказаться о моменте возникновения данных ран и их природе (одновременно или в разное время, от одного или нескольких воздействий), как эксперт возможности не имеет. Единственное, что можно сказать, что они получены незадолго до обращения за медицинское помощью. Указание в заключении на противоречивость сведений о количестве повреждений касается ран на тыльной поверхности правой кисти, это утверждение обусловлено сведениями, содержащимися в медицинской справке - о резаных ранах, а в амбулаторной карте – о ране правой кисти. Оценка механизма повреждения, причиненного А.Н., с точки зрения версии подсудимого в отсутствие описания конкретной ситуации не подлежит ни судебно-медицинской оценке, ни оценке ситуационной экспертизой.

Учитывая приведенные показания потерпевших и свидетелей, пояснения в судебном заседании эксперта ФИО11, суд полагает возможным исключить из описания преступления, связанного с причинением телесных повреждений А.А., как возникшее от действий ФИО4, указанных в обвинении, телесное повреждение в виде раны в области левой надбровной дуги (1), описанной в медицинских документах как ушибленная рана, что не влияет на степень тяжести, причиненных А.А. телесных повреждений и не влияет на квалификацию совершенного им преступления.

Заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ установлено, что у А.Н. при обращении за медицинской помощью имелось телесное повреждение в виде раны передней стенки живота справа, в правом подреберье, проникающей в брюшную полость, с ранением V сегмента печени и кровоизлиянием в брюшную полость, которое возникло незадолго до госпитализации в стационар от воздействия острого объекта в область передней стенки живота справа в направлении сверху вниз, спереди назад, о чем свидетельствует ход раневого канала, и по признаку опасности для жизни квалифицируется как тяжкий вред здоровью (Т. 2 89-93)

Согласно заключению эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ нож, изъятый ДД.ММ.ГГГГ в ходе осмотра места происшествия по адресу: <адрес>, изготовлен промышленным способом, относится к ножам хозяйственно-бытового назначения и холодным оружием не является; рубашка (кофта) имеет одно колото-резаное повреждение, образовано путем прокалывания и разреза ткани при помощи однолезвийного предмета с острой режущей кромкой; колото-резанное повреждение на рубашке (кофте), изъятой ДД.ММ.ГГГГ в ходе осмотра места происшествия по адресу: <адрес>, могло быть образовано как клинком представленного ножа, изъятого, ДД.ММ.ГГГГ в ходе осмотра места происшествия по адресу: <адрес>, так и предметом, имеющим острие и режущую кромку с аналогичной формой и размерами (Т. 2 л.д. 140-146).

Изъятые предметы и образцы крови осмотрены (Т. 2 л.д. 226-234); признаны вещественными доказательствами, приобщены к уголовному делу (Т. 2 л.д. 235-236), переданы в комнату хранения вещественных доказательств ОМВД России по <адрес> (Т. 1 л.д. 237-238).

Оценив доказательства в совокупности, суд признает их соответствующими требованиям Уголовно-процессуального закона, относимыми к исследуемым обстоятельствам, согласующимися между собой, а потому – достоверными и достаточными для обоснования выводов о виновности Т.А.. в причинении А.А., А.Н. телесных повреждений, которые по признаку опасности для жизни квалифицируются как легкий и тяжкий вред здоровью (соответственно). При этом показания подсудимого в части отсутствия умысла на причинение потерпевшим вреда здоровью и неосторожный характер его действий, как противоречащие иным доказательствам, полученным в ходе судебного следствия, принимаемым судом в обоснование приговора, суд признает избранной позицией защиты подсудимого, и в указанной части – отвергает. Суд не усматривает оснований для признания поводом к совершению преступления в отношении А.А. его противоправное поведение, поскольку конфликтная ситуация, возникшая по результатам требования А.А.Т.А.В. уйти из дома А.Н. в виде развязавшейся между ними драки, была погашена, Т.А. самостоятельно покинул место нахождения потерпевших. Вернувшись в дом по месту жительства А.Н. и обнаружив там А.А., проявляя по данному поводу неприязнь к последнему, вступил с ним в конфликт. Доводы о том, что намерения причинить телесные повреждения А.А.Т.А.В. не имел, опровергаются его же показаниями и показаниями потерпевших об имевших место движениях рукой Т.А.. с зажатой в ней ножом сверху вниз по направлению к голове А.А., предупредившего нанесение этих ударов правой рукой, которой закрыл свою голову. Причинение телесных повреждений на голове А.А. от удара кружкой, в том числе резаной раны (осколками кружки) не находят своего подтверждения обстоятельствами отсутствия таковых на месте происшествия. Как усматривается из фототаблицы к протоколу осмотра места происшествия, при осмотре <адрес> в <адрес> обнаружена и изъята целая кружка (не имеющая режущих частей). Действия Т.А.В. в отношении потерпевшей А.Н. суд на основании исследованных доказательств признает имеющими умышленный характер, что подтверждается показаниями потерпевших, а также показаниями самого Т.А.В., данными в ходе предварительного расследования по делу, согласно которым он по приходу в дом А.Н. наблюдал её находившейся в комнате, при совершении «отталкивающих движений в отношении того, кто мог стоять позади него» не мог не допускать её присутствия в комнате как лица, пытающегося пресечь его неправомерное поведение при разрешении возникшего между ним и А.А. конфликта, чем обусловлены внезапно возникшие неприязненные отношения к указанному лицу, и травмирующего воздействия находившегося у него в руках ножа. При этом второе присутствующее лицо Ж.В. находился в состоянии сильного алкогольного опьянения и крепко спал, что было отмечено всеми присутствовавшими лицами. Версия о начинающемся падении и непроизвольности производимых движений, высказанная подсудимым в судебном следствии, не соответствует данным им в ходе предварительного расследования показаниям, причины изменения которых подсудимый не указал, и установленным судом обстоятельствам преступления. Из показаний потерпевших достоверно установлено, что Т.А.., находившийся к А.Н. спиной, перед нанесением ей удара ножом повернулся к ней лицом, что свидетельствует о возможности у подсудимого прекратить свои действия, приведшие к причинению тяжкого вреда здоровью потерпевшей, не падал. Довод о неосведомленности ФИО4 о причиненном им телесном повреждении А.Н. и отсутствии каких-либо конфликтов между ними ранее, в силу чего не испытывал к ней неприязни, по обстоятельствам того, что Т.А. видел потерпевшую в момент нанесения удара и после такового, ему о необходимости оказания помощи матери говорил А.А. - является несостоятельным.

Поскольку причинение потерпевшим ран ножом, использованным подсудимым в качестве оружия, подтверждается показаниями потерпевших, подсудимого, свидетелей, а также характером и локализацией повреждений, обнаруженных у потерпевших при оказании им медицинской помощи и подтвержденных заключениями судебно-медицинской экспертизы, осмотром вещественных доказательств, суд признает данное обстоятельство при описании преступного деяния доказанным. О направленности умысла ФИО4 свидетельствуют также обстоятельства приискания им предмета с травмирующими свойствами, использование его целенаправленно - а именно совершение замахов указанным предметом по жизненно-важным органам потерпевших, локализация и механизм образовавшихся телесных повреждений, наступившие последствия действий подсудимого в виде причинения вреда здоровью потерпевшим соответствующей тяжести. Поскольку указанный предмет был использован подсудимым в процессе причинения телесных повреждений, действия подсудимого содержат квалифицирующий признак - причинение вреда здоровью с применением предмета, используемого в качестве оружия. Приходя к выводу о доказанности изложенных действий подсудимого Т.А. суд считает, что содеянное им в отношении А.А. надлежит квалифицировать по п. «в» ч. 2 ст. 115 УК РФ – умышленное причинение легкого вреда здоровью, вызвавшего кратковременное расстройство здоровья, совершенное с применением предмета, используемого в качестве оружия, в отношении А.Н. – по п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ, то есть умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, совершенное с применением предмета, используемого в качестве оружия.

Подсудимый Т.А.. на диспансерном учете у врача психиатра и нарколога и психиатра не состоит, ранее состоял на учете у врача-нарколога с диагнозом «синдром зависимости от алкоголя, снят в связи со стойкой ремиссией (т.2, л.д. 95).

По заключению комиссии экспертов от ДД.ММ.ГГГГ № Т.А.. психическим расстройством не страдает и не страдал таковым ранее, во время инкриминируемого ему деяния мог осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. По своему психическому состоянию в настоящее время также может осознавать фактический характер своих действий и руководить ими, может лично осуществлять свои процессуальные права (Т. 2 л.д. 109-111).

В ходе предварительного расследования и судебного разбирательства подсудимый вел себя адекватно, давая пояснения по делу и оценивая свои действия соответственно своему возрасту и развитию, поэтому суд с учетом всего вышеизложенного признает его вменяемым и подлежащим уголовной ответственности.

Обстоятельствами, смягчающими наказание подсудимого Т.А. в соответствии с п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ суд признает явку с повинной (Т. 1 л.д. 176-177), активное способствование расследованию преступлений, предусмотренных п. «в» ч. 2 ст. 115 УК РФ и п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ, что усматривается из обстоятельств допросов Т.А. в качестве подозреваемого и обвиняемого, проверки показаний на месте, в соответствии с п. «к» ч. 1 ст. 61 – принесение извинений потерпевшему по факту уничтожения сотового телефона, как совершение действий, направленных на заглаживание причиненного преступлением вреда, а в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ частичное признание вины – по всем преступлениям.

Обстоятельств, отягчающих наказание подсудимого Т.А. согласно ст. 63 УК РФ, суд не усматривает.

С учетом характера и степени общественной опасности преступлений, обстоятельств их совершения и личности виновного, суд не усматривает достаточных оснований признать обстоятельством, отягчающим наказание Т.А. совершение преступлений в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, в соответствии с ч. 1.1 ст. 63 УК РФ.

При определении наказания подсудимому Т.А., суд принимает во внимание характер и степень общественной опасности совершенных им преступлений, его личность (в том числе сведения, его характеризующие), обстоятельства, смягчающие наказание, отсутствие обстоятельств, отягчающих наказание, влияние наказания на исправление подсудимого и условия жизни его семьи.

Согласно представленным в деле документам Т.А.. не судим, в течение года привлекался к административной ответственности за потребление наркотических средств без назначения врача и нарушение общественного порядка, на воинском учете состоит, по месту жительства характеризуется, как работающий по найму, оказывающий помощь в ведении домашнего хозяйства, склонный к употреблению спиртного, проявляющий способность длительное время воздерживаться от этой привычки. В состоянии опьянения становится неадекватным, социально опасным человеком, проявляющим агрессию с использованием режущего предмета. На меры профилактического воздействия не реагирует (Т. 3 л.д. 89, 91-94, 97, 100-102, 104).

С учетом данных о личности подсудимого, фактических обстоятельств преступлений, степени общественной опасности содеянного, отсутствия исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступлений, оснований для применения положений ч. 6 ст. 15, ст. 73 УК РФ (применительно к преступлению, предусмотренному п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ), ст. 64 (по всем преступлениям), ст. 76.2 УК РФ (по преступлениям, предусмотренным ч. 1 ст. 167, ч. 1 ст. 119, п. «в» ч. 2 ст. 115 УК РФ) суд не усматривает, и с учетом требований ст. 56 УК РФ по преступлениям, предусмотренным ч. 1 ст. 167, ч. 1 ст. 119, п. «в» ч. 2 ст. 115 УК РФ назначает наказание в виде обязательных работ, а по преступлению, предусмотренному п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ в виде лишения свободы, как наиболее соответствующих целям исправительного воздействия наказания и восстановления социальной справедливости. Учитывая отношение Т.А. к содеянному, данные о его личности, наличие смягчающих наказание обстоятельств, суд считает возможным не применять дополнительное наказание в виде ограничения свободы по преступлению, предусмотренному п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ.

Окончательное наказание суд назначает по правилам ч. 3 ст. 69 УК РФ, с применением правил определения сроков наказания при их сложении, предусмотренных ст. 71 УК РФ (из расчета 8 часов обязательных работ, соответствующих одному дню лишения свободы).

Поскольку Т.А. осуждается к лишению свободы за совершение тяжкого преступления, ранее не отбывал лишение свободы, суд в соответствии с п. «б» ч. 1 ст. 58 УК РФ, местом отбывания наказания определяет исправительную колонию общего режима.

На основании части 2 статьи 97, статей 108 и 110 УПК РФ, в целях обеспечения исполнения приговора, мера пресечения подсудимому отмене или изменению не подлежит.

Учитывая, что ФИО4 в порядке меры пресечения по настоящему делу содержался под стражей, суд засчитывает время содержания под стражей по настоящему делу с ДД.ММ.ГГГГ до дня вступления приговора в законную силу в срок лишения свободы в соответствии с п. «б» ч. 3.1 ст.72 УК РФ.

В связи с отказом от заявленных исковых требований потерпевшего П.А. о взыскании с Т.А. суммы ущерба, причиненного уничтожением принадлежащего ему телефона в размере 5500 рублей, последствия принятия которого разъяснены потерпевшему и его представителю в судебном заседании, суд прекращает производство по данному гражданскому иску.

Судьбу вещественных доказательств суд определяет в порядке ст. 81 УПК РФ.

Процессуальные издержки, составляющие вознаграждения, выплаченные адвокату Федорчуку Р.А. за осуществление защиты прав и интересов Т.А. в ходе предварительного расследования дела в размере 43396,80 рублей (Т. 2 л.д. 122), а при рассмотрении дела в суде – в размере 44979,20 рублей (заявление от ДД.ММ.ГГГГ), в размере 13027,20 рублей (заявление от ДД.ММ.ГГГГ) в соответствии со ст.ст. 131,132 УПК РФ подлежат взысканию с осужденного Т.А. в доход федерального бюджета. При этом суд не находит оснований, которые позволяют полностью или частично освободить Т.А.. от уплаты процессуальных издержек, поскольку обстоятельства его имущественной несостоятельности судом не установлены.

Руководствуясь ст.ст. 307, 308, 309 УПК РФ, суд

ПРИГОВОРИЛ:

ФИО4 признать виновным в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 167, ч. 1 ст. 119, п. «в» ч.2 ст. 115, п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ, и назначить ему наказание:

по ч. 1 ст. 167 УК РФ - в виде 200 часов обязательных работ;

по ч. 1 ст. 119 УК РФ - в виде 300 часов обязательных работ;

по п. «в» ч. 2 ст. 115 УК РФ - в виде 280 часов обязательных работ;

по п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ в виде лишения свободы на срок 3 (три) года.

На основании ч. 3 ст. 69, ст. 71 УК РФ по совокупности преступлений, путем частичного сложения наказаний, назначить наказание в виде лишения свободы на срок 3 (три) года 3 (три) месяца.

Местом отбывания наказания Т.А.. определить колонию общего режима.

Меру пресечения Т.А.. - оставить до вступления приговора в законную силу прежнюю - в виде заключения под стражу. Содержать под стражей в ФКУ СИЗО-3 ГУФСИН России по Приморскому краю до вступления настоящего приговора в законную силу.

В соответствии с п. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ время содержания под стражей Т.А.. с ДД.ММ.ГГГГ до даты вступления приговора в законную силу зачесть в срок лишения свободы из расчета один день за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима, с учетом положений ч. 3.3 ст. 72 УК РФ.

Прекратить производство по гражданскому иску П.А. к Т.А. о взыскании суммы имущественного ущерба в размере 5500 рублей в связи с отказом от иска.

Вещественные доказательства: след подошвы обуви на фотоснимке; оттиски подошв обуви Т.А.., стеклянную бутылку объемом 0,5 л.; кружку; отпечатки пальцев рук и оттиски ладоней А.А. и Т.А.., смывы пятен бурого цвета; нож; образцы крови А.Н., А.А., Т.А.. – уничтожить; пакет с вещами А.Н. и женскую кофту - передать А.Н.

Взыскать с Т.А. процессуальные издержки в виде выплаченного вознаграждения адвокату Федорчуку Р.А. за осуществление защиты его прав и интересов в ходе предварительного расследования дела и при рассмотрении дела в суде в размере 101403,20 рублей в доход федерального бюджета.

Приговор суда первой инстанции, не вступивший в законную силу, может быть обжалован сторонами в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Приморского краевого суда через Октябрьский районный суд Приморского края в течение 15 суток со дня провозглашения приговора, а осужденным, содержащимся под стражей, - в тот же срок со дня вручения ему копии приговора.

В случае подачи апелляционной жалобы (представления) осужденный вправе ходатайствовать о своем участии и участии его защитника в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, о чем указывается в его апелляционной жалобе или в возражениях на жалобы, представления, принесенные другими участниками уголовного процесса. При этом осужденный вправе поручать осуществление своей защиты защитнику, с которым заключено соответствующее соглашение, либо ходатайствовать перед судом о назначении защитника, либо отказаться от услуг защитника при условии, что данный отказ не связан с материальным положением осужденного.

Судья С.А. Кандыбор