Судья Немцева Е.Н. Дело <данные изъяты>
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ
<данные изъяты>
<данные изъяты> 15 августа 2023 года
Московский областной суд в составе председательствующего судьи Шишкина И.В., при помощнике судьи Афониной А.В., ведущей протокол судебного заседания, с участием: прокурора отдела апелляционного обжалования уголовно-судебного управления прокуратуры <данные изъяты> ФИО1,
обвиняемых <данные изъяты> и <данные изъяты>
адвокатов <данные изъяты> <данные изъяты>,
рассмотрел в открытом судебном заседании 15 августа 2023 года апелляционное представление государственного обвинителя <данные изъяты> на постановление Дмитровского городского суда Московской области от 09 июня 2023 года, которым уголовное дело в отношении:
<данные изъяты> года рождения, уроженки <данные изъяты> гражданки РФ, ранее не судимой,
<данные изъяты>, <данные изъяты> рождения, уроженки <данные изъяты>, гражданки РФ, ранее не судимой,
обвиняемых в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст. 159 УК РФ возвращено Дмитровскому городскому прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом. В отношении <данные изъяты> и <данные изъяты> оставлена мера пресечения в виде запрета определенных действий.
Заслушав доклад судьи Шишкина И.В., заключение прокурора <данные изъяты> поддержавшего доводы апелляционного представления, возражения <данные изъяты> и <данные изъяты> выступление адвокатов <данные изъяты> <данные изъяты> в их защиту, суд апелляционной инстанции
УСТАНОВИЛ:
Приговором Дмитровского городского суда Московской области от 12.12.2022 г. <данные изъяты> и <данные изъяты> осуждены за совершение преступления предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ к 4 годам лишения свободы каждая, осужденным установлен испытательный сроком в 4 года.
Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Московского областного суда от 06.04.2023 г. приговор Дмитровского городского суда Московской области от 12.12.2022 г. отменен, уголовное дело направлено на новое судебное разбирательство в тот же суд в ином составе.
При новом рассмотрении уголовного дела подсудимой <данные изъяты> заявлено ходатайство о возвращении уголовного дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ.
Постановлением Дмитровского городского суда <данные изъяты> от <данные изъяты> уголовное дело в отношении <данные изъяты> и <данные изъяты>. возвращено Дмитровскому городскому прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом.
В апелляционном представлении государственный обвинитель <данные изъяты> выражает несогласие с постановлением суда, считает его незаконным, необоснованным и подлежащим отмене в связи с несоответствием выводов суда фактическим обстоятельствам дела и нарушением уголовно-процессуального закона. Автор апелляционного представления считает, что предусмотренные п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ основания для возвращения уголовного дела прокурору отсутствуют, обвинительное заключение составлено без нарушения требований п. 3 ч. 1 ст. 220 УК РФ, а выводы суда, приведенные в постановлении являются преждевременными. Полагает, что суд необоснованно указал в качестве допущенного нарушения отсутствие в обвинительном заключении сведений об ущербе, который должен был быть выражен в конкретной денежной сумме и указан в предъявленном обвинении. Вместе с тем, в предъявленном <данные изъяты> и <данные изъяты> обвинении и обвинительном заключении указано, что своими незаконными действиями они причинили <данные изъяты> материальный ущерб на сумму 3 200 000 рублей, который является особо крупным, то есть конкретная денежная сумма указана.Считает, что фактов исключения из объёма предъявленного <данные изъяты> обвинения квалифицирующего признака «в особо крупном размере» не усматривается, поскольку следователем отражена формулировка предъявленного обвинения, а именно: «мошенничество, то есть приобретение права на чужое имущество, путем обмана, совершенное группой лиц по предварительному сговору, в особо крупном размере», а также часть и статья УК РФ, предусматривающие ответственность за данное преступление: «ч. 4 ст. 159 УК РФ», то есть требования п.п. 3, 4 ч. 1 ст. 220 УПК РФ соблюдены.Считает, что суд необоснованно пришел к выводу о том, что в предъявленном <данные изъяты> обвинении отсутствует должностная инструкция, а также сведения о конкретных возложенных на <данные изъяты> организационно - распорядительных либо административно-хозяйственных функций, свидетельствующих о ее принадлежности к должностным лицам, поскольку в нем отражены конкретные должностные обязанности <данные изъяты> по принятию решений, имеющих юридическое значение и влекущих определенные юридические последствия, определенные целью МКУ «ЦАиГ», указанные в уставе МКУ «ЦАиГ» и отраженные в типовой должностной инструкции инженера, которые основаны на письменных материалах уголовного дела и подтверждаются показаниями свидетеля Шиф <данные изъяты> суда о необходимости указании местонахождения органа, осуществляющего государственную регистрацию прав на недвижимое имущество и сделок с ним для определения места окончания совершения преступления считает незаконным, необоснованным и немотивированным, поскольку преступление в форме приобретения права на чужое имущество является оконченным в момент регистрации права собственности на него, которое возникает по месту нахождения самого объекта недвижимости, а не в месте нахождения органа его регистрирующего.Цитируя положения приказа Минэкономразвития России от <данные изъяты> <данные изъяты> «Об утверждении форм выписок из Единого государственного реестра недвижимости, состава содержащихся в них сведений и порядка их заполнения, а также требований к формату документов, содержащих сведения Единого государственного реестра недвижимости и предоставляемых в электронном виде», п. 6 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от <данные изъяты> <данные изъяты> «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате», полагает, что действия <данные изъяты> <данные изъяты> совершивших мошенничество в форме приобретения права на чужое имущество были окончены с момента возникновения у них юридически закрепленной возможности владения чужим имуществом как своим собственным. Считает, что, следователем в соответствии с требованиями п. 1 ч. 1 ст. 73, п. 4 ч. 2 ст. 171, п. 3 ч. 1 ст. 220 УПК РФ точно указано время, место и способ совершения преступления. Полагает доводы суда о том, что в постановлении и обвинительном заключении при изложении предъявленного <данные изъяты>. и <данные изъяты>. обвинении содержатся противоречивые сведения при изложении кадастровых номеров земельных участков, что свидетельствует о неполноте указанных в обвинении сведений и, соответственно о допущенном при составлении обвинительного заключении нарушении требований ст. 220 УПК РФ не конкретизированы и не основаны на фактически указанных в них данных.Так же считает, что отраженные в постановлении нарушения уголовно-процессуального закона, допущенные при составлении обвинительного заключения, которые исключали бы возможность постановления судом приговора, так как ущемляют гарантированное право подсудимых <данные изъяты>. и <данные изъяты> знать в чем конкретно они обвиняются и каким доказательствами подтверждается предъявленное им обвинение противоречат выводам вышестоящего суда, отраженных в апелляционном определении судебной коллегии по уголовным делам Московского областного суда от <данные изъяты> Отмечает, что судебная коллегия на основании собранных и исследованных в ходе судебного следствия доказательствах по делу в их совокупности пришла к выводу о виновности <данные изъяты> и <данные изъяты> в совершении вышеуказанного преступления, достаточности и допустимости доказательств их вины для правильного разрешения дела. Так же сочла квалификацию действий подсудимых по ч. 4 ст. 159 УК РФ правильной, так как <данные изъяты> совершила «мошенничество, то есть приобретение право на чужое имущество путем обмана, совершенное группой лиц по предварительному сговору, с использованием своего служебного положения в особо крупном размере», а <данные изъяты> совершила «мошенничество, то есть приобретение право на чужое имущество путем обмана, совершенное группой лиц по предварительному сговору, в особо крупном размере», а выявленные нарушения касались лишь обстоятельств, изложенных в приговоре Дмитровского городского суда от <данные изъяты>.Полагает, что, таким образом, вывод суда о наличии неустранимых в судебном заседании препятствий к рассмотрению уголовного дела ввиду существенных нарушений уголовно-процессуального закона является не состоятельным. В итоге просит постановление Дмитровского городского суда <данные изъяты> от <данные изъяты> о возвращении уголовного дела прокурору по уголовному делу в отношении <данные изъяты> и <данные изъяты> отменить, направить уголовное дело на новое судебное рассмотрение.
В возражениях на апелляционное представление, обвиняемые <данные изъяты> и <данные изъяты> просят постановление оставить без изменения, апелляционное представление, - без удовлетворения.
Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционного представления, суд апелляционной инстанции не находит оснований для его удовлетворения по следующим основаниям.
В силу требований ст. 389.15 УПК РФ, основаниями отмены или изменения судебного решения судом апелляционной инстанции, в том числе, являются существенные нарушения уголовно-процессуального закона, которые путем лишения или ограничения гарантированных настоящим Кодексом прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным путем повлияли или могли повлиять на вынесение законного и обоснованного судебного решения; несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции.
Таковых судом апелляционной инстанции не установлено.Вопреки доводам апелляционного представления постановление суда является законным, обоснованным и мотивированным, вынесенным в соответствии с требованиями, предусмотренными ч. 4 ст. 7 УПК РФ
Согласно п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ судья по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом, если обвинительное заключение составлено с нарушением требований уголовно-процессуального закона, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения.
В соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 220 УПК РФ составленное органами предварительного следствия обвинительное заключение должно содержать существо обвинения, место и время совершения преступления, его способы, мотивы, цели и другие обстоятельства, имеющие значение для данного уголовного дела.
Согласно п. п. 4, 5 ч. 2 ст. 171 УПК РФ предъявленное обвинение должно содержать описание преступления с указанием времени, места его совершения, характера и размера вреда, причиненного преступлением, а также иных обстоятельств, подлежащих доказыванию в соответствии с п. п. 1 - 4 ч. 1 ст. 73 УПК РФ.
Из описания преступных деяний следует, что органами предварительного следствия <данные изъяты>. обвиняется в совершении мошенничества, то есть приобретения права на чужое имущество путем обмана, совершенное группой лиц по предварительному сговору, в особо крупном размере (т. 10 л.д.77).
Вместе с тем, как верно отмечено судом первой инстанции, при итоговой квалификации действий <данные изъяты> (т. 10 л.д. 82) квалифицирующий признак «в особо крупном размере» и постановлении о привлечении в качестве обвиняемого (т. 9 л.д. 200-206), такой квалифицирующий признак отсутствует. При этом, сведений о том, что следователь исключил из объема обвинения, предъявленного <данные изъяты>, данный квалифицирующий признак, в материалах не содержится.
Так же судом установлено, что, в постановлении и в обвинительном заключении при изложении предъявленного <данные изъяты> и <данные изъяты> обвинения содержатся противоречивые сведения при изложении кадастровых номеров земельных участков, что свидетельствует о неполноте указанных в обвинении сведений и, соответственно, о допущенном при составлении обвинительного заключения нарушении требований ст. 220 УПК РФ.
Так, в предъявленных <данные изъяты>. и <данные изъяты> обвинениях и обвинительном заключении в качестве одного из объектов преступления указан земельный участок с кадастровым номером 50:04:000000:74740, при этом согласно выпискам из ЕГРП на недвижимое имущество, потерпевшей Козловой принадлежит земельный участок с кадастровым номером <данные изъяты>
Кроме того, согласно предъявленному обвинению, следствием вменено <данные изъяты> совершение мошенничества с использованием своего служебного положения, а именно должности инженера 2 категории по строительству МКУ «ЦАиГ». В обвинении следствием перечислены должностные обязанности <данные изъяты>., как инженера 2 категории, а также имеется ссылка на Устав МКУ «ЦАиГ», которым должна руководствоваться <данные изъяты> при осуществлении своей деятельности.
При этом судом верно обращено внимание, что в материалах дела отсутствует должностная инструкция <данные изъяты> а в обвинительном заключении не приводятся сведения, какие именно были возложены организационно-распорядительные либо административно- хозяйственные функции непосредственно на <данные изъяты>
Кроме того, принимая решение, суд первой инстанции исходил, что из существа предъявленного <данные изъяты> и <данные изъяты> обвинения следует, что в целях приобретения права на земельные участки, расположенные в д. Щетнево Костинского с.о. <данные изъяты>, принадлежащих <данные изъяты> <данные изъяты> и <данные изъяты> предоставили подложные документы в Управление федеральной службы госрегистрации, кадастра и картографии по <данные изъяты>, где 11.08.2020 г. произведена регистрация права собственности на данное недвижимое имущество на имя <данные изъяты>
Однако, из содержания предъявленного <данные изъяты>. и <данные изъяты> обвинения в совершении мошенничества с земельными участками, расположенными в д. Щетнево Костинского с.о. <данные изъяты>, не представляется возможным определить место окончания преступления, поскольку в нем не отражено где орган, осуществляющий государственную регистрацию прав на недвижимое имущество и сделок с ним, произвел государственную регистрацию договора купли-продажи и перехода права собственности на указанное имущество к <данные изъяты>
Указанные нарушения, допущенные органами следствия при описании преступного деяния в обвинительном заключении и постановлении о привлечении в качестве обвиняемых, вопреки доводам апелляционного представления, является существенным нарушением норм уголовно-процессуального закона и не могут быть устранены, исходя из положений ст. 73 УПК РФ, в ходе судебного заседания, и подлежит устранению только органами предварительного следствия.
Допущенные органом предварительного следствия нарушения уголовно-процессуального закона исключают возможность рассмотрения уголовного дела на основании данного обвинительного заключения в судебном заседании.
Доводы апелляционного представления о том, что суждения суда первой инстанции отраженные в постановлении о возвращении уголовного дела прокурору противоречат выводам, указанным в апелляционном определении судебной коллегией по уголовным делам Московского областного суда от 06.04.2023 г., являются несостоятельными.
Из содержания апелляционного определения видно, что судом апелляционной инстанции в обоснование отмены судебного решения из описательно-мотивировочной части приговора были приведены в точном соответствии несколько абзацев ( лист 46 приговора).
При этом выводы о виновности <данные изъяты> и <данные изъяты> в совершении преступления, достаточности и допустимости доказательств их вины, решение вышестоящего суда не содержит.
Таким образом, судом первой инстанции, вопреки доводам представления, вышеуказанные недостатки предварительного следствия, обоснованно признаны существенными, повлекшими нарушения требований ст. 220 УПК РФ, которые препятствуют суду постановить приговорили вынести иное решение на основании данного обвинительного заключения.
В соответствии с требованиями закона, определение существа обвинения и указание в нем всех фактических данных, подлежащих обязательному доказыванию на стадии досудебного производства, относится к исключительной компетенции следственных органов.
Учитывая изложенное, решение о возвращении уголовного дела прокурору принято судом в строгом соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и мотивированные выводы суда не опровергаются доводами, изложенными в апелляционном представлении.
Каких-либо существенных нарушений уголовно-процессуального закона при вынесении постановления, влекущих за собой отмену либо изменение принятого решения, судом первой инстанции не допущено.
При таких обстоятельствах апелляционная инстанция приходит к выводу, что судебное решение о возвращении уголовного дела прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом, принято с соблюдением норм уголовно-процессуального законодательства, регламентирующих разрешение судом данного вопроса и оснований для его отмены или изменения, в том числе по доводам апелляционного представления, не усматривает.
На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.15, 389.20, 389.22, 389.28 УПК РФ, суд
ПОСТАНОВИЛ:
Постановление Дмитровского городского суда Московской области от 09 июня 2023 года, которым уголовное дело в отношении <данные изъяты> и <данные изъяты> обвиняемых в совершении преступления предусмотренного ч.4 ст. 159 УК РФ возвращено Дмитровскому городскому прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом, оставить без изменения, апелляционное представление, - без удовлетворения.
Апелляционное постановление может быть обжаловано в Первый кассационный суд общей юрисдикции (г.Саратов) в соответствии с положениями главы 47.1 УПК РФ. Обвиняемые вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции.
Судья И.В.Шишкин