Дело № 2-24/2023

75RS0023-01-2022-004455-32

РЕШЕНИЕ (не вступило в законную силу)

Именем Российской Федерации

09 февраля 2023 года.

Черновский районный суд г.Читы

в составе председательствующего Ман-за О.В.,

при секретаре Вильской А.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в г.Чите, в помещении суда, гражданское дело по иску ФИО2 к ФИО3 о признании завещания недействительным,

установил :

Истец ФИО2 обратился в суд с вышеназванными исковыми требованиями, ссылаясь на следующее:

ДД.ММ.ГГГГ умерла его супруга ФИО2, он является наследником первой очереди. После смерти ФИО2 открылось наследство в виде квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, с кадастровым номером № общей площадью 51,2 кв.м. В установленный законом срок он обратился к нотариусу с заявлением о принятии наследства. При обращении к нотариусу выяснилось, что имеется завещание от имени наследодателя ФИО2 согласно которому квартира, расположенная по адресу: <адрес>, завещана ответчику ФИО3 Считает, что вышеуказанное завещание и свидетельство о праве на наследство по завещанию являются недействительными, поскольку при его составлении и подписании наследодатель не мог понимать значение своих действий и руководить ими, в связи с наличием у нее <данные изъяты> заболевания и проводимого лечения. завещание составлено 01 марта 2021 года, однако в это время супруга испытывала недомогание и боль, возможные побочные эффекты после проведения операции. Кроме этого, при наличии <данные изъяты> заболевания больному назначаются сильные болеутоляющие средства, в состав которых входят наркотические средства. ДД.ММ.ГГГГ его супруга умерла.

Просит суд признать недействительным завещание ФИО2, удостоверенного ДД.ММ.ГГГГ нотариусом города Читы ФИО5 Признать право собственности на квартиру, расположенную по адресу: <адрес> за ФИО2. Взыскать с ФИО1 в пользу ФИО2 расходы по оплате услуг представителя в размере 30000 рублей, расходы по оплате нотариально удостоверенной доверенности в сумме 2700 рублей.

В судебное заседание истец ФИО2 не явился, о рассмотрении дела извещен надлежащим образом. Суд находит возможным в соответствии со ст. 167 п. 3 ГПК РФ рассмотреть дело в отсутствие неявившегося истца.

На предыдущем судебном заседании истец ФИО2 исковые требования поддержал полностью и пояснил аналогичное вышеизложенному, дополнив, что с супругой прожил в браке 20 лет. За год до смерти ФИО2 перестала водить автомобиль по состоянию здоровья. В феврале 2021 года они с ней ездили в Москву на операцию, после которой она себя очень плохо чувствовала. В собственности у них было две квартиру, одну из которой его супруга подарила ФИО3, а во второй квартире проживает в данный момент он. Лекарственные препараты он самостоятельно получал по рецепту для ФИО2 привозил каждый день медсестру, которая ставила ей уколы. О завещании он узнал у нотариуса. Отношения у них с супругой были хорошие. Считает, что на момент составления завещания супруга не могла руководить своими действиями и руководить ими. Это выражалось в частой смене настроения, агрессии, обиде. Она забывала некоторые моменты. ФИО2 после операции, которую сделали в Москве, практически уже не ходила. После февраля 2021 года она очень сильно похудела, ноги были отекшие. Они по очереди с ее матерью ухаживали за супругой, ФИО3 приезжала один раз в месяц. Спорная квартира была куплена на денежные средства с продажи дома, который ранее принадлежал ему и с продажи автомобиля. Перед смертью он спрашивал о квартире, на что ФИО2 ему ответила, что двухкомнатная квартира остается ему, а однокомнатная – ФИО3

Представитель истца ФИО7, действующая на основании доверенности, в суде исковые требования поддержала полностью и пояснила аналогичное вышеизложенному.

Ответчик ФИО3 в суде исковые требования не признала и пояснила, что она приходится умершей ФИО2 племянницей. ФИО2 заболела в августе 2015 года или 2016 года. При этом она постоянно работала, водила самостоятельно автомобиль до марта 2021 года. О завещании ей стало известно в день его составления, которое ФИО2 отдала ей, чтобы истец его не видел. ФИО2 самостоятельно ходила к нотариусу ФИО5 для составления завещания. В момент составления завещания ФИО2 была дееспособной, самостоятельно передвигалась, отдавала отчет о своих действиях. Она. Ответчик, часто приезжала в Читу при жизни ФИО2., проживала с ней. Изначально ФИО2 оформляла завещание на ФИО2, которое впоследствии изменила, поскольку супруг ее избивал.

В качестве третьего лица привлечен нотариус ФИО5, которая в суде пояснила, что с исковыми требованиями не согласна. ФИО2 знала длительное время, поскольку до смерти она приходила к ней на протяжении примерно 5 лет, т.к. последняя занималась риэлтерскими услугами. ФИО2 неоднократно говорила ей о том, что планирует написать завещание. В начале марта 2021 года ФИО2 пришла с племянницей ФИО3 Она, нотариус, длительное время беседовала с наследодателем на отвлеченные темы, спрашивала о здоровье, о приеме лекарств. ФИО4 сообщила ей, что пока не принимает наркотических препаратов. Она объяснила ФИО2 о правах супругов на совместно нажитом имуществе, на что последняя пояснила, что имущество не совместно нажитое, подтвердила это договором дарения. В процессе беседы у нее не возникло сомнений в неадекватности ФИО2., не заметила никаких изменений в речи, в поведении. При разговоре с ФИО2, ФИО3 была удалена. Удостоверение завещания было без участия ФИО3, которая затем была приглашена в кабинет, ФИО2 при ней вручила своей племяннице завещание. Психиатра не было необходимости вызывать, т.к. не было сомнений в адекватности ФИО2 Предоставление справки от психиатра и вызов психиатра – это не обязательные процедуры.

Эксперт ФИО14 в суде пояснила, что составляла заключение по настоящему делу. В представленной карте паллиативного отделения в отношении ФИО2 психическое состояние пациентки описано крайне формально и кратно, т.е. малоинформативно. Невозможно ответить на вопрос, возможно ли изменение состояния пациентки обладала ли последняя сделкоспособностью при раковой интоксикации и длительном приеме наркотикосодержащих препаратов, поскольку нет конкретных сведений ее психического состояния сразу после приема препарата, т.к. нет объекта анализа. Она не может ответить на поставленные вопросы в определении о проведении экспертизы, в том числе и не может ответить на вопрос, могла ли ФИО2 понимать значение своих действий и руководить ими на момент составления завещания. Пояснение свидетеля ФИО9 больше описывают физическую сторону состояния ФИО2 при болезни: вялость, слабость, незначительные нарушения памяти. Это нестабильное состояние пациентки, анализировать показания свидетелей возможно только тогда, когда они документированы.

Свидетель ФИО6 в суде показала, что умершая ФИО2 приходится ей дочерью, ответчик –внучкой. С марта 2021 года ее дочь ФИО2 стала принимать тяжелые лекарственные препараты, т.к. у нее были сильные боли. У ФИО2 начались провалы в памяти, могла сказать что-то не по теме, потом понимала, что сказала что-то не то. Отношения между дочерью и ее супругом были хорошие, бывали мелкие ссоры. Такого, что ФИО2 поднимал руку на нее, избивал, не было. Спорная квартира и автомобиль изначально были зарегистрированы на нее. В 2020 г. дочь переписала квартиру на себя, чтобы в дальнейшем квартира осталась ФИО2 Перед смертью ФИО2 ничего о завещании не говорила. При болезни дочь всех узнавала, странности в поведении не наблюдались. В марте 2021 году дочь уже не ездила за рулем автомобиля, перестала ездить примерно в 2019 г.

Из показаний свидетеля ФИО8, допрошенной в суде, следует, что ФИО2 знала как пациенту около полутора лет. В то время она работала медсестрой в поликлинике на КСК. Она ездила к ФИО2 домой, поскольку она была послеоперационной <данные изъяты> пациенткой. Делала ей перевязки, уколы. Также ставила ей уколы наркотического характера по рецепту врача на протяжении полутора лет, в том числе в марте 2021 года. В феврале-марте 2021 года ФИО2 очень переживала на фоне своей болезни о жизни, была в постоянном психоэмоциональном напряжении. При общении с ФИО2 у нее иногда наблюдалась агрессия, иногда замкнутость, бывал гнев. Не наблюдала такого, что пациентка кого-то не узнает, она постоянно советовалась о лекарствах. Были ситуации, что ФИО11 что-то забывала, потом вспоминала. Это могло быть на фоне приема наркотических препаратов. Весной 2021 года ей ставили уже тяжелые наркотические препараты инъекционного типа.

Свидетель ФИО9 в суде показал, что ФИО2 знал с 2007-2008 г., были близкими друзьями, вместе работали. Про ее заболевание знал. Помогал ей во всем, приезжал к ней. Изменения в ее поведения после обнаружения болезни были видны. Это проявлялось в агрессии, резкой перемене настроения. Он навещал ФИО2 почти каждый день, в том числе в период с февраля по май 2021 года. В это период ФИО11 чувствовала себя плохо, иногда не вставала с кровати. Одни раз было такое, что она не узнала его. В разговоре про общих знакомых она могла не помнить о людях, с которым ранее проводили время совместно. Когда ФИО2 болела, поведение, разговор, речь, мышление очень изменились.

Выслушав объяснения сторон, допросив свидетелей, заслушав заключение эксперта, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему:

В ходе судебного разбирательства установлено и подтверждается материалами дела, что ДД.ММ.ГГГГ умерла ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженка <адрес> о чем составлена актовая запись о смерти № отделом ЗАГС Центрального района г.Читы Департамента ЗАГС Забайкальского края, л.д. 8.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 составила завещание, которым из принадлежащего ей имущества, а именно квартиру, находящуюся по адресу: <адрес>, завещала ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, л.д. 18.

Указанное завещание удостоверено ДД.ММ.ГГГГ нотариусом г. Читы ФИО5 Завещание подписано ФИО2 в присутствии нотариуса, личность завещателя установлена, дееспособность проверена, завещание зачитано вслух, содержание ст. 1149 Гражданского кодекса РФ разъяснено завещателю, завещание зарегистрировано в реестре за №.

В силу пункта 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В соответствии с пунктом 1 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Согласно пункту 1 статьи 1131 Гражданского кодекса Российской Федерации при нарушении положений настоящего Кодекса, влекущих за собой недействительность завещания, в зависимости от основания недействительности, завещание является недействительным в силу признания его таковым судом (оспоримое завещание) или независимо от такого признания (ничтожное завещание).

В силу пункта 2 статьи 1131 Гражданского кодекса Российской Федерации завещание может быть признано судом недействительным по иску лица, права или законные интересы которого нарушены этим завещанием.

Как разъяснено в пункте 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2012 N 9 "О судебной практике по делам о наследовании", сделки, направленные на установление, изменение или прекращение прав и обязанностей при наследовании (в частности, завещание, отказ от наследства, отказ от завещательного отказа), могут быть признаны судом недействительными в соответствии с общими положениями о недействительности сделок (§ 2 главы 9 Гражданского кодекса Российской Федерации) и со специальными правилами раздела V Гражданского кодекса Российской Федерации.

Как следует из искового заявления, завещание оспаривается истцом по основаниям, предусмотренным пунктом 1 статьи 177 Гражданского кодекса Российской Федерации, в соответствии с которым сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

Согласно пункту 3 статьи 177 Гражданского кодекса Российской Федерации, если сделка признана недействительной на основании настоящей статьи, соответственно применяются правила, предусмотренные абзацами вторым и третьим пункта 1 статьи 171 настоящего Кодекса.

Истец ФИО2 в своих исковых требованиях ссылается на то, в момент подписания завещания его супруга ФИО2 не понимала значения своих действий и не могла ими руководить, поскольку имела <данные изъяты> заболевание, испытывала недомогание и боль побочные эффекты после проведения операции, также ей назначались болеутоляющие средства. В состав которых входят наркотические средства.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ, каждая сторона должна доказывать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Согласно ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

В обоснование доводов о неспособности ФИО2 понимать значение своих действий и руководить ими истец ссылалась на то, что наследодатель в момент составления завещания была агрессивной, у нее очень часто были смены настроения, она многого не помнила, могла не узнавать знакомых.

В связи с этим, поскольку на недействительность сделки по причине того, что ФИО2 не могла понимать значение своих действий и руководить ими ссылался истец ФИО2, следовательно он и должен был представить тому доказательства. Однако таких доказательств истец не представил.

Вышеуказанные доводы истца о том, что его супруга в момент составления завещаний страдала потерей памяти, была агрессивной, у нее часто менялось настроение, подтвержденные показаниями свидетелей ФИО6 ФИО8, ФИО10, не могут свидетельствовать о наличии психического расстройства наследодателя, и соответственно служить основанием для признания у ФИО2 нарушений ее интеллектуального и (или) волевого уровня.

Оценивая показания свидетелей, суд принимает во внимание, что допрошенные судом лица, специалистами в области психиатрии не являются, их показания основаны на субъективном восприятии поведения ФИО2 обусловлены обстоятельствами, при которых происходило общение, степенью близости и интенсивности общения с последней, временем знакомства с ней, а, следовательно, невозможностью оценить изменения ее поведения в динамике.

Таким образом, показания вышеуказанных свидетелей суд не может принять в качестве допустимых, относимых и достоверных доказательств по делу, поскольку данные свидетели поясняли относительно общения с ФИО2 не в период оформления завещания. Излагаемые ими сведения забывчивость, перемену настроения и агрессивность не могут являться основанием к выводу, что наследодатель не понимала значения своих действий и не могла руководить ими в рассматриваемый период времени ДД.ММ.ГГГГ

По ходатайству стороны истца по делу определением суда от 25 октября 2022 года назначена комплексная судебная психолого-психиатрическая экспертиза в отношении наследодателя, поскольку разрешение настоящего спора требует специальных знаний.

Из заключения комиссии экспертов от ДД.ММ.ГГГГ № ГКУЗ «Краевая клиническая психиатрическая больница им. В.Х. Кандинского» следует, что как показывает анализ материалов гражданского дела, ФИО2 в поле зрения психиатров никогда не попадала, в течение нескольких лет получала лечение по поводу <данные изъяты> заболевания, неврологом выставлялся диагноз <данные изъяты>. В представленной медицинской документации нет описания психического состояния, только в дневниковых записях невролога описана эмоциональная неустойчивость, имеющиеся показания свидетелей в отношении описания психического состояния подэкспертной противоречивы, кратки и малоинформативны. В связи с вышеуказанным решить вопрос о возможности понимала ли значение свих действий при подписании завещания ДД.ММ.ГГГГ невозможно. На вопрос, мог ли повлиять период приема с 2019 года по май 2021 года прием лекарственных препаратов <данные изъяты> на сделкоспособность ФИО2 и мог ли прием лекарственных препаратов повлиять на ее способность к осознанию существа сделки, ее юридических особенностей, прогнозированию ее результатов, регуляцию своего поведения также ответить невозможно, в связи с отсутствием объективной информации. Как показал ретроспективный анализ материалов гражданского дела и данных медицинской документации, ФИО2. на протяжении длительного времени имела тяжелое <данные изъяты> заболевание, от которого умерла ДД.ММ.ГГГГ. Допрошенные свидетели неоднозначно дают показания о ее психическом состоянии накануне смерти. Также в деле нет объективной информации о наличии у подэкспертной к моменту составления нотариального завещания от ДД.ММ.ГГГГ грубых нарушений мышления, памяти, интеллекта, а также психопродуктивной симптоматики (расстройств восприятия, бредовых переживаний). Таким образом, в связи с противоречивостью и неполнотой представленных для экспертного исследования материалов дела оценив психическое состояние ФИО2 на момент составления нотариального завещания от ДД.ММ.ГГГГ однозначно и категорично ответить на вопрос, могла ли она понимать значение своих действий и руководить ими, не представляется возможным, л.д. 122-130.

Достоверность выводов, содержащихся в указанном заключении комиссии экспертов, не вызывает сомнений. Психолого-психиатрическая экспертиза проведена с соблюдением установленного процессуального порядка, лицами, обладающими специальными познаниями, значительным опытом, для разрешения поставленных перед экспертами вопросов экспертному исследованию были подвергнуты представленные в распоряжение экспертов медицинская документация на имя ФИО2., материалы настоящего гражданского дела. Эксперты были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Заключение соответствует требованиям статей 8, 25 Закона Российской Федерации "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации".

Оценивая в совокупности исследованные доказательства, суд принимает во внимание то обстоятельство, что закон устанавливает презумпцию вменяемости, то есть изначально предполагает лиц, участвующих в гражданском обороте, психически здоровыми, если обратное не подтверждается соответствующими допустимыми доказательствами.

Руководствуясь приведенными выше нормами права, приняв во внимание фактические обстоятельства дела, оценив представленные доказательства по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения иска ФИО2

Истцом не представлено бесспорных доказательств, подтверждающих, что в момент совершения оспариваемого завещания ФИО2. не была способна понимать значение своих действий и руководить ими, в связи с чем, в удовлетворении исковых требований как о признании завещания недействительным, так и о признании права собственности на квартиру за ФИО2, производного от основного требования, следует отказать.

Руководствуясь ст.ст. 194, 199 ГПК РФ, суд

решил :

В удовлетворении исковых требования по иску ФИО2 к ФИО1 о признании завещания недействительным – отказать.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Забайкальского краевого суда в течение одного месяца через Черновский районный суд г.Читы.

Судья:

Мотивированное решение изготовлено 16 февраля 2023 года.