УИД 46RS0031-01-2024-005465-51
Гражданское дело № 2-168/10-2025
РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
10 февраля 2025 года город Курск
Промышленный районный суд г. Курска в составе:
председательствующего судьи Дерий Т.В.,
при секретаре Карепиной Е.В.,
с участием ст. помощника прокурора САО г. Курска Волковой К.А.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ООО «Курский аккумуляторный завод» о взыскании компенсации морального вреда,
УСТАНОВИЛ:
ФИО1 обратился в суд с исковым заявлением ООО «Курский аккумуляторный завод» о взыскании компенсации морального вреда, мотивируя свои требования тем, что он с ДД.ММ.ГГГГ работал в <данные изъяты> (с 2008 года по 2019 год в ОО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>») <данные изъяты> (с 2019 г. по ноябрь 2023 г. в ООО «Курский аккумуляторный завод») и подлежал обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний. Приказом от 17.11.2023 трудовой договор прекращен в связи с медицинскими показаниями. Согласно выводам комиссии, которые отражены в акте № 14 от 20.09.2023, большой вклад в возникновение профессионального заболевания внесли организации, на рабочих местах которых эквивалентный уровень звука превышал нормативные значения - этo ООО «<данные изъяты>» 14.3 % и ООО «Курский аккумуляторный завод» 13.3%. Вклад ООО Курский аккумуляторный завод» в возникновение профессионального заболевания составил 48%. 13.09.2023 медико-социальная экспертная комиссия ФКУ «ГБ МСЭ по Курской власти «Минтруда России Бюро медико-социальной экспертизы № 9» установила степень утраты профессиональной трудоспособности на 60% по профзаболеванию в результате работы на предприятии по изготовлению свинцовых аккумуляторов сроком до сентября 2024 года. В январе 2024 года он обратился в суд с иском о взыскании с ООО «Курский аккумуляторный завод» компенсации морального вреда. Решением Промышленного районного суда г. Курска от 14.02.2024 по делу № 2-563/2024 исковые требования ФИО1 были удовлетворены частично, с ООО «Курский аккумуляторный завод» взыскана компенсация морального вреда в размере <данные изъяты> рублей. Настоящие требования основаны на установленных решением суда выводах о наличии у истца профессионального заболевания и вины ООО «Курский аккумуляторный завод», основанием обращения за компенсацией является заключение медико-социальной экспертной комиссией ФКУ «ГБ МСЭ по Курской области» Минтруда России Бюро медико-социальной экспертизы № от 09.09.2024. Соглашаясь с размером компенсации по решению суда от 14.04.2024, истец надеялся на выздоровление, однако на сегодняшний день состояние его здоровья ухудшилось, требуется дополнительное лечение, рекомендован слуховой аппарат. Чтобы поддерживать связь с внешним миром истец должен носить слуховой аппарат, данные обстоятельства приносят ему моральные переживания. На основании изложенного, просит суд взыскать с ООО «Курский аккумуляторный завод» в пользу ФИО1 денежную компенсацию в размере 300 000 рублей.
В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования поддержал в полном объеме, по изложенным в иске основаниям, просил их удовлетворить. Пояснил, что в период с 10.04.2024 по 22.04.2024 и с 01.08.2024 по 12.08.2024 он находился на обследовании и лечении в профессиональном центре, где ему установили <данные изъяты> Основанием обращения за компенсацией морального вреда является заключение медико-социальной экспертной комиссией ФКУ «ГБ МСЭ по Курской области» Минтруда России Бюро медико-социальной экспертизы № от 09.09.2024. На сегодняшний день состояние его здоровья ухудшилось, требуется дополнительное лечение, поскольку ему рекомендован слуховой аппарат. Данные обстоятельства приносят ему моральные переживания, он постоянно нервничает, перестал спать. В этой связи просит суд взыскать в его пользу с ООО «Курский аккумуляторный завод» денежную компенсацию в размере 300000 рублей.
Представитель ответчика ООО «Курский аккумуляторный завод» по доверенности ФИО2 в судебном заседании возражала против удовлетворения исковых требований, поскольку действующим законодательством не предусмотрено повторное взыскание морального вреда с того же ответчика и по тем же обстоятельствам причинения вреда здоровью гражданина. Само по себе изменение сроков утраты профессиональной трудоспособности в связи с полученным профессиональным заболеванием, лечением и т.д., не может являться безусловным основанием для повторного взыскания компенсации морального вреда по одному и тому же основанию (акт о случае профессионального заболевания № от 20.09.2023). Правоотношения сторон не изменились, право на судебную защиту о компенсации морального вреда вследствие профессионального заболевания согласно акту № 14 от 20.09.2023 было реализовано истцом в состоявшемся ранее судебном процессе по гражданскому делу № 2-563/2024. Доводы истца по существу сводятся к изложению обстоятельств, являющихся предметом исследования и оценки суда по гражданскому делу № 2-563/2024, к выражению несогласия с не оспоренным в законные сроки решением суда. Ходатайствовала перед судом о прекращении производства по делу, в связи с наличием вступившего в законную силу решения Промышленного районного суда г. Курска от 14.02.2024, принятого по спору между теми же сторонами, по тому же предмету и по тем же основаниям, поскольку в обоснование заявленных требований истцом положены те же обстоятельства.
Изучив материалы дела, выслушав участников процесса, заключение прокурора полагавшего, что в удовлетворении требований истца следует отказать, суд приходит к следующему.
В соответствии с Конституцией Российской Федерации в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей (часть 2 статьи 7), каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (часть 3 статьи 37), каждый имеет право на охрану здоровья (часть 2 статьи 41), каждому гарантируется право на судебную защиту (часть 1 статьи 46).
Из данных положений Конституции Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что каждый имеет право на справедливое и соразмерное возмещение вреда, в том числе и морального, причиненного повреждением здоровья вследствие необеспечения работодателем безопасных условий труда, а также имеет право требовать такого возмещения в судебном порядке.
Согласно части 3 статьи 55 Конституции Российской Федерации права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.
Таким образом, никакие иные акты, за исключением федеральных законов в предусмотренных статьей 55 Конституции Российской Федерации случаях, не могут умалять и ограничивать право гражданина на полное возмещение вреда, причиненного повреждением здоровья. Соответственно, не могут ограничивать это право также и заключенные в соответствии с трудовым законодательством отраслевые соглашения и коллективные договоры.
Приведенные выше конституционные положения конкретизированы в соответствующих нормах трудового права и разъяснениях Пленума Верховного Суда Российской Федерации.
В соответствии с положениями части 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации (далее по тексту – ТК РФ) работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров; обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.
В силу абз. 14 ч. 1 ст. 21 ТК РФ работник имеет право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном настоящим Кодексом, иными федеральными законами.
Возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору, регулируется Федеральным законом от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», абзац 2 пункта 3 статьи 8 которого предусматривает, что возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.
Порядок и условия возмещения морального вреда работнику определены статьей 237 ТК РФ, согласно которой моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора (часть 1).
В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба (часть 2).
В соответствии со статьей 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями ч. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принципы состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
В силу присущего гражданскому судопроизводству принципа диспозитивности эффективность правосудия по гражданским делам обусловливается, в первую очередь, поведением сторон как субъектов доказательственной деятельности; наделенные равными процессуальными средствами защиты субъективных материальных прав в условиях состязательности, стороны должны доказать те обстоятельства, на которые они ссылаются в обоснование своих требований и возражений, и принять на себя все последствия совершения или несовершения процессуальных действий.
В соответствии с п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19.12.2003 № 23 «О судебном решении», согласно части 2 статьи 61 ГПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному гражданскому делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица.
Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 21.12.2011 № 30-П, признание преюдициального значения судебного решения, будучи направленным на обеспечение стабильности и общеобязательности судебного решения, исключение возможного конфликта судебных актов, предполагает, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения принимаются другим судом по другому делу в этом же или ином виде судопроизводства, если они имеют значение для разрешения данного дела; тем самым преюдициальность служит средством поддержания непротиворечивости судебных актов и обеспечивает действие принципа правовой определенности; наделение судебных решений, вступивших в законную силу, свойством преюдициальности - сфера дискреции федерального законодателя, который мог бы прибегнуть и к другим способам обеспечения непротиворечивости обязательных судебных актов в правовой системе, но не вправе не установить те или иные институты, необходимые для достижения данной цели; введение же института преюдиции требует соблюдения баланса между такими конституционно защищаемыми ценностями, как общеобязательность и непротиворечивость судебных решений, с одной стороны, и независимость суда и состязательность судопроизводства - с другой; такой баланс обеспечивается посредством установления пределов действия преюдициальности, а также порядка ее опровержения.
В ходе рассмотрения дела установлено, что решением Промышленного районного суда г. Курска от 14.02.2024 по делу № 2-563/2024, вступившим в законную силу 22.03.2024, частично удовлетворены исковые требования ФИО1 к ООО «Курский аккумуляторный завод» о взыскании компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием. С ООО «Курский аккумуляторный завод» в пользу ФИО1 взыскана компенсация морального вреда за профессиональное заболевание в размере <данные изъяты> рублей.
Указанным решением установлено, что с 01.02.2019 по 17.11.2023 истец работал в ООО «Курский аккумуляторный завод» <данные изъяты>
Трудовой договор с истцом был прекращен в связи с отсутствием работы, необходимой в соответствии с медицинским заключением на основании п. 8 ст. 77 ТК РФ, поскольку 06.09.2023 у истца установлено профессиональное заболевание: <данные изъяты> (Акт о случае профессионального заболевания № от 20.09.2023).
Федеральным государственным учреждением "Главное бюро медико-социальной экспертизы по Курской области", экспертным составом № на основании акта о случае профессионального заболевания от 20.09.2023 № ФИО1 определена степень утраты профессиональной трудоспособности в размере 10% на срок с 13.09.2023 до 01.10.2024.
Согласно санитарно-гигиенической характеристике условий труда от 27.03.2023 № 2 истец работал <данные изъяты>
В соответствии с Актом о случае профессионального заболевания от 20.09.2023 № вклад ООО «Курский аккумуляторный завод» в возникновение профессионального заболевания истца составил 48%.
Стаж работы ФИО1 в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов составил <данные изъяты>
06.09.2023 по результатам обследования ВК Курского Центра профпатологии установлено заболевание - <данные изъяты>
Согласно Акту о случае профессионального заболевания № от 20.09.2023 профессиональное заболевание у ФИО1 возникло в результате длительного воздействия повышенного уровня шума на рабочем месте.
Установив наличие у истца профессионального заболевания, руководствуясь положениями статей 21, 22, 212 ТК РФ, статей 150, 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд пришел к выводу о том, что работодатель обязан компенсировать моральный вред, причиненный работнику вследствие причинения вреда его здоровью в связи с исполнением им трудовых обязанностей и определил в решении от 14.02.2024 размер компенсации морального вреда в сумме <данные изъяты> рублей, исходя из степени вины ответчика в причинении вреда здоровью истца.
Таким образом, вышеуказанным решением, вступившим в законную силу, установлены обстоятельства причинения вреда ФИО1, включая вину работодателя в наличии у истца профессионального заболевания, в связи с чем данные обстоятельства не могут оспариваться сторонами и не доказываются вновь.
Установлено также, что, исполняя решение суда, 21.03.2024 ООО «КАЗ» перечислило на расчетный счет истца денежные средства в сумме <данные изъяты> рублей, что подтверждается соответствующим платежным поручением.
Обращаясь с настоящим иском, ФИО1 указал, что после вынесения решения о взыскании с ответчика компенсации морального вреда медико-социальная экспертная комиссия ФКУ "Главное бюро медико-социальной экспертизы по Курской области вновь установила ему степень утраты профессиональной трудоспособности в размере 10% на срок с 01.10.2024 до 01.10.2025, в связи с наличием профессионального заболевания, а также 09.09.2024 ему была повторно установлена № группа инвалидности сроком до 01.10.2025.
Разрешая ходатайство представителя ответчика о прекращении производства по делу в связи с наличием вступившего в законную силу решения, принятого по спору между теми же сторонами, по тому же предмету и по тем же основаниям, суд приходит к выводу о том, что данная позиция ответчика основана на неверном толковании положений процессуального законодательства.
Так, в соответствии со статьей 220 ГПК РФ суд прекращает производство по делу в случае, если: дело не подлежит рассмотрению и разрешению в суде в порядке гражданского судопроизводства по основаниям, предусмотренным пунктом 1 части первой статьи 134 Кодекса; имеется вступившее в законную силу и принятое по спору между теми же сторонами, о том же предмете и по тем же основаниям решение суда или определение суда о прекращении производства по делу в связи с принятием отказа истца от иска или утверждением мирового соглашения сторон; истец отказался от иска и отказ принят судом; стороны заключили мировое соглашение и оно утверждено судом; имеется ставшее обязательным для сторон, принятое по спору между теми же сторонами, о том же предмете и по тем же основаниям решение третейского суда, за исключением случаев, если суд отказал в выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда; после смерти гражданина, являвшегося одной из сторон по делу, спорное правоотношение не допускает правопреемство или ликвидация организации, являвшейся одной из сторон по делу, завершена.
Как следует из указанной нормы права, наличие вступившего в законную силу и принятого по спору между теми же сторонами, о том же предмете и по тем же основаниям определения суда о прекращении производства по делу в связи с принятием отказа истца от иска является одним из оснований обязательного прекращения производства по делу.
Частью 1 статьи 3 ГПК предусмотрено, что заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов.
В силу положений статей 35, 39, 131 ГПК РФ определение предмета и оснований иска, а также их изменение являются исключительными правами истца.
В соответствии с ч. 3 ст. 196 ГПК РФ суд принимает решение по заявленным истцом требованиям.
Как разъяснено в пункте 5 части 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 года № 23 «О судебном решении», заявленные требования рассматриваются и разрешаются по основаниям, указанным истцом.
Из положений абз. 3 ст. 220 ГПК РФ следует недопустимость повторного рассмотрения и разрешения тождественного спора, то есть спора, в котором совпадают стороны, предмет и основание.
Предусмотренное указанным абзацем данной статьи основание для прекращения производства по делу связано с установлением тождественности вновь заявленных требований и тех, по которым вынесено и вступило в законную силу судебное постановление.
По смыслу п. 2 ч. 1 ст. 134, абз. 2 ст. 220 ГПК РФ тождественным является спор, в котором совпадают стороны, предмет и основание требований. При изменении одного из названных элементов, спор не будет являться тождественным и заинтересованное лицо вправе требовать возбуждения дела и его рассмотрения по существу.
Основанием иска являются фактические обстоятельства, из которых вытекает право требования истца, а предмет иска – это материально-правовое требование истца к ответчику.
При установлении тождества оснований исков сравниваться должны конкретные юридические факты, изложенные в исковом заявлении, с фактами, на которые истец ссылался в первоначальном иске. Тождество оснований будет иметь место, если все фактические обстоятельства, на которые истец ссылается в новом исковом заявлении, входили ранее в основание иска, по которому уже был принят судебный акт.
Между тем, суд полагает, что по настоящему делу истец изменил основание иска, поскольку обратился в Промышленный районный суд г. Курска после переосвидетельствования в ФКУ "Главное бюро медико-социальной экспертизы по Курской области", по результатам которого ему вновь была установлена степень утраты профессиональной трудоспособности в размере 10% на новый срок – с 01.10.2024 до 01.10.2025. В связи с очередным медицинским освидетельствованием 09.09.2024 медико-социальная комиссия ФКУ «ГБ МСЭ по Курской области» Минтруда России Бюро медико-социальной экспертизы № 9 вновь установила ФИО1 № группу инвалидности на срок до 01.10.2025, дата очередного освидетельствования – 11.09.2025. Данные обстоятельства на момент разрешения предыдущего спора истцу не могли быть известны.
На основании изложенного у суда отсутствуют основания для признания данных исков тождественными и применении положений статьи 220 ГПК РФ и для удовлетворения соответствующего ходатайства представителя ответчика.
Разрешая заявленные исковые требования по существу, суд исходит из следующего.
Из пояснений истца следует, что на сегодняшний день состояние его здоровья ухудшилось, требуется дополнительное лечение, поскольку врачом-сурдологом ему был рекомендован для реабилитации слуховой аппарат, что отражено в заключении врачебной комиссии № от 09.08.2024 Центра профессиональной патологии ОБУЗ «Курская городская больница №», ссылка на такую рекомендацию имеется также в Программе реабилитации, являющейся приложением № 1 к протоколу проведения медико-социальной экспертизы от 09.09.2024. Данные обстоятельства приносят ему моральные переживания, он постоянно нервничает, поскольку вынужден будет носить слуховой аппарат.
Пунктом 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее по тексту – ГК РФ) установлено, что основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 данного Кодекса.
По правилам статьи 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.
В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.
В пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции). Отсутствие заболевания или иного повреждения здоровья, находящегося в причинно-следственной связи с физическими или нравственными страданиями потерпевшего, само по себе не является основанием для отказа в иске о компенсации морального вреда.
В силу пункта 1 статьи 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 ГК РФ) и статьей 151 ГК РФ.
Из приведенных нормативных положений и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. В случае причинения гражданину морального вреда (физических или нравственных страданий) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. Законодатель, закрепив в статье 151 Гражданского кодекса Российской Федерации общий принцип компенсации морального вреда, не установил ограничений в отношении оснований такой компенсации. Поскольку возможность денежной компенсации морального вреда связана с посягательством на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, само по себе отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не означает, что потерпевший не имеет права на возмещение морального вреда.
Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.
Из приведенных законоположений следует, что по общему правилу необходимыми условиями для наступления гражданско-правовой ответственности являются: причинение вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда.
В силу ч. 1 ст. 196 ГПК РФ при принятии решения суд оценивает доказательства, определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения дела, установлены и какие обстоятельства не установлены, каковы правоотношения сторон, какой закон должен быть применен по данному делу и подлежит ли иск удовлетворению.
По смыслу приведенных нормативных положений, право на компенсацию морального вреда возникает при наличии предусмотренных законом оснований и условий ответственности за причинение вреда, а именно физических или нравственных страданий потерпевшего, то есть морального вреда как последствия нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага, неправомерного действия (бездействия) причинителя вреда, причинной связи между неправомерными действиями и моральным вредом, вины причинителя вреда, и не предполагает возможности повторного взыскания компенсации морального вреда за одно и тоже действие (бездействие) виновного лица.
Для применения ответственности в виде компенсации морального вреда юридически значимыми и подлежащими доказыванию являются обстоятельства, связанные с тем, что потерпевший перенес физические или нравственные страдания в связи с посягательством причинителя вреда на принадлежащие ему нематериальные блага, при этом на причинителе вреда лежит бремя доказывания правомерности его поведения, а также отсутствия его вины.
Вместе с тем, в нарушение положений ст. 56 ГПК РФ доказательств, подтверждающих доводы истца о том, что после вступления в законную силу решения Промышленного районного суда г. Курска от 14.02.2024, состояние его здоровья ухудшилось по вине ответчика, в материалы дела не представлено.
Установлено, что в связи с выявленным профессиональным заболеванием решением Промышленного районного суда г. Курска от 14.02.2024, вступившим в законную силу, в пользу истца уже была взыскана компенсация морального вреда в размере <данные изъяты> рублей. Суд, установив неправомерные действия (бездействие) работодателя, не обеспечившего безопасные условия работы истца, установил объем вреда здоровью истца, причиненный ответчиком и определил размер возмещения вреда в виде компенсации морального вреда на момент рассмотрения спора в суде, что не предполагает возможности повторного взыскания компенсации морального вреда за совершение работодателем одних и тех же виновных действий (бездействия).
Истцом не представлено надлежащих доказательств того, что в последующем у него произошли негативные изменения в состоянии здоровья, которые явились следствием причинения ответчиком вреда его здоровью.
Как на момент рассмотрения предыдущего спора, так и на момент рассмотрения настоящего дела, истец не находился в трудовых отношениях с ответчиком, что исключает воздействие на состояние его здоровья вредных производственных факторов.
Из представленных в материалы дела справок ФКУ "ГБ МСЭ по Курской области", выданных истцу 09.09.2024, следует, что решения об установлении степени утраты профессиональной трудоспособности сроком с 01.10.2024 до 01.10.2025 были приняты на основании тех же Актов о профессиональном заболевании, на основании которых были выданы первоначальные справки и истцу установлена инвалидность, что, в свою очередь, было положено в основу решения, вынесенного судом 14.02.2024.
Группа инвалидности истцу после переосвидетельствования на более тяжкую не изменена, степень утраты профессиональной трудоспособности – 10% также не изменилась с даты первоначального освидетельствования.
Само по себе изменение сроков утраты профессиональной трудоспособности в связи с полученным профессиональным заболеванием, лечением, не может являться безусловным основанием для повторного взыскания компенсации морального вреда по одному и тому же основанию (акт о случае профессионального заболевания № от 20.09.2023).
Из ответа на запрос ОБУЗ «КОМКБ» от 10.02.2025 за № следует, что ФИО1 находился на консультации у врача <данные изъяты> ОБУЗ «<данные изъяты>» в период с 2023 по 2024 год три раза: 01.03.2023, 22.08.2023 и 17.05.2024. ФИО1 был установлен диагноз: <данные изъяты> при первичном осмотре 01.03.2023. При последующих осмотрах 22.08.2023 и 17.05.2024 был установлен диагноз: <данные изъяты> Отрицательная динамика за период с 22.08.2023 по 17.06.2024 по данным тональной аудиометрии не определяется. Технические средства реабилитации назначаются в данном случае с целью улучшения качества жизни больного.
Таким образом, установленный истцу диагноз (<данные изъяты>) также не изменен, а технические средства реабилитации были назначены истцу не ввиду ухудшения состояния здоровья, а с целью улучшения качества жизни больного.
Иной медицинской документации, подтверждающей изменение состояния здоровья истца, в материалы дела не представлено.
Учитывая категорию рассматриваемого спора и заявленные требования, судом неоднократно истцу разъяснялось право заявить соответствующее ходатайство о назначении стационарной судебно-медицинской экспертизы для установления отрицательной динамики в состоянии здоровья, однако истец таким правом не воспользовался.
Таким образом, суд приходит к выводу о том, что новых обстоятельств, при которых истцу был бы причинен ответчиком вред здоровью не наступило, фактическое взыскание дополнительной компенсации морального вреда сверх объема причиненного вреда за совершение работодателем тех действий (бездействия), за которые он уже был привлечен к гражданско-правовой ответственности, не является основанным на законе, несмотря на то, что негативные последствия для здоровья истца проявляются по настоящее время.
Учитывая приведенные выше нормы материального и процессуального права, фактические обстоятельства конкретного дела, совокупность доказательств, представленных сторонами, суд приходит к выводу о том, что исковые требования ФИО1 не обоснованы и не подлежат удовлетворению.
На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
В удовлетворении ходатайства представителя ответчика ООО «Курский аккумуляторный завод» о прекращении производства по делу по иску ФИО1 к ООО «Курский аккумуляторный завод» о взыскании компенсации морального вреда – отказать.
В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ООО «Курский аккумуляторный завод» о взыскании компенсации морального вреда – отказать.
Решение может быть обжаловано в Курский областной суд в апелляционном порядке через Промышленный районный суд г. Курска в течение месяца со дня изготовления мотивированного решения, с которым стороны могут ознакомиться 17.02.2025.
Судья Т.В. Дерий