Дело № 2-68/2023

УИД 50RS0042-01-2022-005463-21

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

12 мая 2023 года г. Сергиев Посад Московская область

Сергиево-Посадский городской суд Московской области в составе председательствующего судьи Чистиловой А.А.,

при секретаре судебного заседания Борисовой А.А.,

с участием помощника Сергиево-Посадского прокурора ФИО5,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 к ГБУЗ МО «ПБ №», ГБУЗ МО «Дмитровская областная больница» о взыскании компенсации морального вреда, штрафа,

УСТАНОВИЛ:

ФИО3 обратилась в суд с иском к ГБУЗ МО «ПБ №», ГБУЗ МО «Дмитровская областная больница» о взыскании компенсации морального вреда, штрафа.

В обоснование заявленных требований указано, что ДД.ММ.ГГГГ в терапевтическое отделение Яхромского филиала ГБУЗ МО «Дмитровская областная больница» была госпитализирована ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, с диагнозом в анамнезе: гипертоническая болезнь с повышением АД до 200/110 мм рт.ст., ОНМК 2014 г., сахарный диабет 2 типа с жалобами на сердцебиение, одышку при физической нагрузке, отеки голеней и стоп, высыпания и зуд в области правой нижней конечности, жажду после еды, сухость во рту. ДД.ММ.ГГГГ она была переведена в ГБУЗ МО «ПБ №» с диагнозом: сосудистая деменция, не уточненная со смешанными симптомами (галлюцинаторными, аффективными). В ГБУЗ МО «ПБ №» ФИО2 находилась на лечении до ДД.ММ.ГГГГ. ДД.ММ.ГГГГ она была выписана домой с улучшением в удовлетворительном состоянии в сопровождении дочери ФИО3 В этот же день ФИО2 скончалась. Согласно справке о смерти № С-01607 от ДД.ММ.ГГГГ причиной смерти ФИО2 являлась левожелудочковая сердечная недостаточность, атеросклеротическая болезнь сердца. Истец считает, что сотрудниками терапевтического отделения Яхромского филиала ГБУЗ МО «Дмитровская областная больница» и ГБУЗ МО «ПБ №» не были предприняты все необходимые и возможные меры, в том числе, предусмотренные стандартами оказания медицинской помощи, для своевременного и квалифицированного обследования ее матери ФИО2 по указанным ею жалобам в целях установления правильного диагноза, а также не предприняты все возможные меры к ее лечению. Об этом свидетельствует тот факт, что согласно выписного эпикриза терапевтического отделения Яхромского филиала ГБУЗ МО «Дмитровская областная больница», в течение 8 дней ФИО2 фактически не были проведены все необходимые исследования с учетом жалоб на сердцебиение и одышку. Также из медицинской карты стационарного больного МОПБ № на имя ФИО2 следует, что при наличии заключения по ЭКГ (проведенного ДД.ММ.ГГГГ в МОПБ №) – острая перегрузка правого желудочка или ТЭЛА, ФИО2 вообще была выписана из стационара без дальнейшего обследования и оказания какой-либо медицинской помощи при угрожающем жизни состоянии. При таких обстоятельствах истец полагает, что некачественные медицинские услуги, оказанные врачами терапевтического отделения Яхромского филиала ГБУЗ МО «Дмитровская областная больница» и ГБУЗ МО «ПБ №», способствовали наступлению смерти ее матери. Если бы медицинская помощь ФИО2 была оказана качественно и своевременно с проведением всех необходимых мероприятий с учетом возраста и состояния здоровья, у нее имелись бы шансы на благоприятный исход для жизни. Ненадлежащим оказанием медицинской помощи и в связи со смертью матери истец претерпела нравственные страдания в виде чувства негодования, возмущения, бессилия, боли от утраты близкого человека.

В связи с чем, просила:

- взыскать с ГБУЗ МО «ПБ №» в ее пользу денежную компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 рублей и судебный штраф за неудовлетворение законных требований потребителя в размере 50% от суммы, присужденной судом;

- взыскать с ГБУЗ МО «Дмитровская областная больница» в ее пользу денежную компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 рублей и судебный штраф за неудовлетворение законных требований потребителя в размере 50% от суммы, присужденной судом.

В судебном заседании истец ФИО3 и ее представитель адвокат ФИО6 заявленные требования поддержали по доводам иска, просили удовлетворить.

Представитель ответчика ГБУЗ МО «ПБ №» по доверенности ФИО7 в судебном заседании возражала против удовлетворения заявленных требований, при этом пояснила, что результатами судебно-медицинской экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ не подтвержден факт оказания ГБУЗ МО «ПБ №» некачественных медицинских услуг. Экспертами отмечено наличие дефекта диагностики: отсроченное выполнение ЭКГ ДД.ММ.ГГГГ (в связи с возникшим эпизодом нестабильной гемодинамики ДД.ММ.ГГГГ). Однако экспертами не было учтено, что ГБУЗ МО «ПБ №» оказывает специализированную помощь по психиатрии и наркологии. Нестабильность была зафиксирована ДД.ММ.ГГГГ в 18:20 час. и в 19:30 час., в этот период времени в отделении работает дежурный врач-психиатр, по его назначениям было стабилизировано состояние пациента. Имеющиеся врачи-специалисты (терапевт) проводят осмотр пациентов и дают консультации врачу-психиатру по вопросу состояния пациента в рабочее время с 08-00 час. до 15-00 час. Результаты ЭКГ, отраженные врачом функциональной диагностики, являются лишь основанием для врача-специалиста в постановке диагноза. В итоге состояние ФИО2 было купировано, нормализовано. Оснований для вызова СМП не было. ФИО2 утром ДД.ММ.ГГГГ осмотрена врачом-терапевтом и направлена на ЭКГ. Также была проведена лекарственная терапия, но выбор препарата и его назначение подобрано было верно. Указанные экспертами спорные дефекты диагностики и лечения не повлияли и не могли повлиять, даже косвенно, на течение болезни и реализацию неблагоприятного исхода ФИО2 Совершенно обоснованно экспертами сделан вывод об отсутствии какой-либо причинно-следственной связи между дефектами и смертью ФИО2 ФИО2 имела хронические заболевания, которые были диагностированы еще при госпитализации в ГБУЗ МО «ФИО1-Посадская РБ» и после выписки подлежали регулярному контролю со стороны соответствующих специалистов. ФИО2 самостоятельно посещать регулярно поликлинику было практически невозможно без сопровождения. Ее состояние здоровья, согласно выпискам, соответствовало возрасту и сопутствующим заболеваниям, что подтверждается заключением экспертов. Наступление смерти ФИО2 в день выписки ДД.ММ.ГГГГ в домашних условиях не вызвано преждевременной выпиской из стационара, в связи с тем, что смерть наступила по механизму внезапной сердечной смерти, то есть могла наступить и в условиях стационара. Факты ненадлежащего оказания медицинской помощи заключением экспертизы не подтверждены.

Представитель ответчика ГБУЗ МО «Дмитровская областная больница» по доверенности ФИО8 в судебном заседании возражала против удовлетворения заявленных требований, при этом пояснила, что ФИО2 поступила в терапевтическое отделение Яхромского филиала ГБУЗ МО «Дмитровская областная больница» ДД.ММ.ГГГГ с основным диагнозом: гипертоническая болезнь III ст. 3, риск ССО 4. Гипертонический криз от ДД.ММ.ГГГГ ИБС: атеросклеротический атеросклероз с НРС. Пароксизмальная форма ФИО9 от ДД.ММ.ГГГГ, купирован ДД.ММ.ГГГГ. Осложнение: ХСН II ФК 2 Б ст. ФК III. Сопутствующий: сахарный диабет 2 типа. Целевой гликированный гемоглобин менее 7%. Пациентке были назначены лечение и обследования. ДД.ММ.ГГГГ у ФИО2 появилась бессвязная речь, крики невпопад, выраженное интеллектуальное снижение. Бессвязная речь, дезориентация в пространстве и времени. ДД.ММ.ГГГГ было принято решение вызвать к пациентке врача-психиатра. ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 была осмотрена врачом-психиатром. Согласно осмотру врача-психиатра был установлен диагноз: сосудистая деменция, неуточненная со смешанными симптомами. Рекомендован перевод в профильное учреждение по месту жительства. ДД.ММ.ГГГГ пациентка была выписана из терапевтического отделения Яхромского филиала ГБУЗ МО «Дмитровская областная больница» с переводом в ГБУЗ МО «ПБ №». ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 умерла на дому. Согласно справке о смерти № С-01607 от ДД.ММ.ГГГГ причиной смерти ФИО2 являлась левожелудочковая сердечная недостаточность, атеросклеротическая болезнь сердца. Само по себе наступление смерти обусловлено прогрессированием имеющихся у пациентки заболеваний, а не оказываемой ей медицинской помощью. В ГБУЗ МО «Дмитровская областная больница» с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ диагноз ФИО2 был установлен правильно. Все назначенное лечение было верным, привело к нормализации АД, восстановлению синусового ритма сердца.

Выслушав объяснения лиц, участвующих в деле, заключение помощника прокурора, полагавшего иск подлежащим удовлетворению, изучив материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии со статьей 2 Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

В Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации (часть 1 статьи 17 Конституции Российской Федерации).

Основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения (часть 2 статьи 17 Конституции Российской Федерации).

Права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием (статья 18 Конституции Российской Федерации).

К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на охрану здоровья и медицинскую помощь (статья 41 Конституции Российской Федерации).

Отношения, возникающие в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, регулирует Федеральный закон от 21.11.2011 N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" (далее - Федеральный закон "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Здоровье - состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма (пункт 1 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Статьей 4 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" установлено, что к основным принципам охраны здоровья относятся, в частности: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи.

Медицинская помощь - комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент - физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (пункты 3, 9 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

В пункте 21 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" определено, что качество медицинской помощи - совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается: в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; на основе клинических рекомендаций; с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (часть 1 статьи 37 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Критерии оценки качества медицинской помощи согласно части 2 статьи 64 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан" формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с частью 2 статьи 76 этого Федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (части 2 и 3 статьи 98 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих, в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Из содержания искового заявления ФИО3 и согласно выраженной при рассмотрении дела правовой позиции следует, что основанием ее обращения в суд с требованиями о компенсации морального вреда явилось некачественное оказание ее матери ФИО2 медицинской помощи в ГБУЗ МО «ПБ №», ГБУЗ МО «Дмитровская областная больница», приведшее, по мнению истца, к смерти ее матери.

Согласно статье 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод каждый имеет право на уважение его личной и семейной жизни, его жилища и его корреспонденции.

Семейная жизнь в понимании статьи 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и прецедентной практики Европейского Суда по правам человека охватывает существование семейных связей как между супругами, так и между родителями и детьми, в том числе совершеннолетними, между другими родственниками.

Статьей 38 Конституции Российской Федерации и корреспондирующими ей нормами статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что семья, материнство, отцовство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства.

Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав (пункт 1 статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации).

Статьей 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина. Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий, и др.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно статье 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред (пункт 1).

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (пункт 2).

В соответствии с пунктом 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Статья 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

В Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" разъяснено, что суду следует устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора (абзац второй пункта 1 названного Постановления).

Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий (абзац второй пункта 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации 20.12.1994 N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда").

Как разъяснено в пункте 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", по общему правилу, установленному статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

При рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела (абзацы 3 и 4 пункта 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина").

По смыслу приведенных нормативных положений гражданского законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. Необходимыми условиями для возложения обязанности по возмещению вреда, в том числе по компенсации морального вреда, являются: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда.

При этом законом установлена презумпция вины причинителя вреда, которая предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт наличия вреда (физических и нравственных страданий - если это вред моральный), а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Судом установлено, что ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, являлась матерью ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (л.д. 47-50).

ФИО2 поступила в терапевтическое отделение Яхромского филиала ГБУЗ МО «Дмитровская областная больница» ДД.ММ.ГГГГ с основным диагнозом: гипертоническая болезнь III ст. 3, риск ССО 4. Гипертонический криз от ДД.ММ.ГГГГ ИБС: атеросклеротический атеросклероз с НРС. Пароксизмальная форма ФИО9 от ДД.ММ.ГГГГ, купирован ДД.ММ.ГГГГ. Осложнение: ХСН II ФК 2 Б ст. ФК III. Сопутствующий: сахарный диабет 2 типа. Целевой гликированный гемоглобин менее 7%.

ДД.ММ.ГГГГ у ФИО2 появилась бессвязная речь, крики невпопад, выраженное интеллектуальное снижение. Бессвязная речь, дезориентация в пространстве и времени.

ДД.ММ.ГГГГ было принято решение вызвать к пациентке врача-психиатра.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 была осмотрена врачом-психиатром. Согласно осмотру врача-психиатра был установлен диагноз: сосудистая деменция, неуточненная со смешанными симптомами. Рекомендован перевод в профильное учреждение по месту жительства.

ДД.ММ.ГГГГ пациентка была выписана из терапевтического отделения Яхромского филиала ГБУЗ МО «Дмитровская областная больница» с переводом в ГБУЗ МО «ПБ №».

С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 находилась на лечении в ГБУЗ МО «ПБ №» с диагнозом: органическое бредовое расстройство в связи со смешанными заболеваниями.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 была выписана из ГБУЗ МО «ПБ №».

ДД.ММ.ГГГГ была констатирована смерть ФИО2

Обращаясь с настоящими требованиями, истец указала на то, что ее матери ФИО2 сотрудниками терапевтического отделения Яхромского филиала ГБУЗ МО «Дмитровская областная больница» и ГБУЗ МО «ПБ №» была оказана медицинская помощь ненадлежащего качества, что и способствовало ее смерти.

В целях установления наличия дефектов при оказании матери истца медицинской помощи, причинно-следственной связи между оказанием медицинской помощи матери истца и ее смертью, судом была назначена судебно-медицинская экспертиза.

Согласно заключения комиссии экспертов №Э/22 от ДД.ММ.ГГГГ, подготовленного экспертами ООО «Институт Судебной Медицины и Патологии», в ходе исследования выявлены дефекты оказания медицинской помощи:

- на этапе стационара ГБУЗ МО «Дмитровская областная больница» Яхромский филиал: невыполнение эхокардиографии; не проведение контроля дозы диуретиков; несвоевременное обследование врачом-психиатром, некачественный сбор анамнеза; отсутствие обоснования перевода в профильное учреждение;

- на этапе стационара ГБУЗ МО «ПБ №»: несоответствие состояния пациентки описанию психического статуса (в записях лечащего врача, в описании психического состояния ФИО2 доминирующих бредовых идей не прослеживается); отсроченное выполнение ЭКГ ДД.ММ.ГГГГ (в связи с возникшим эпизодом нестабильной гемодинамики ДД.ММ.ГГГГ); не проводился диагностический поиск предполагавшейся ТЭЛА; лекарственная терапия была недостаточной (бисопролол назначен в неадекватной дозе), не назначались диуретики, ингибиторы АПФ, с запозданием назначена дезагрегантная терапия.

Смерть ФИО2 наступила от сочетания конкурирующих заболеваний – ИБС в форме атеросклеротического кардиосклероза, а также миокардита, осложнившихся развитием острой левожелудочковой недостаточности, нарушениями ритма сердца.

С медицинской точки зрения, между ИБС и миокардитом, осложненными острой левожелудочковой недостаточностью, и наступлением смерти ФИО2 имеется прямая причинно-следственная связь.

Само по себе наступление смерти обусловлено прогрессированием имеющихся у пациентки заболеваний, а не оказываемой ей медицинской помощью.

У ФИО2 имелись заболевания сердечно-сосудистой системы – гипертоническая болезнь, ишемическая болезнь сердца, хроническая сердечная недостаточность, а также миокардит. Диагноз «миокардит» не был установлен пациентке при жизни, что связано с несколькими факторами, обуславливающими сложность рассматриваемого случая:

Во-первых, у нее развилось психическое расстройство, клинические проявления которого выступили на первый план.

Во-вторых, миокардит, диагностированный при гистологическом исследовании сердца, протекал у пациентки скрытно, то есть в данном случае имела место его субклиническая форма.

Само по себе лечение миокардита, протекающего параллельно с другими заболеваниями сердечно-сосудистой системы, в частности хронической сердечной недостаточностью, сводится к лечению именно сердечной недостаточности, и отдельного специализированного лечения не имеет. В данном случае, несмотря на то, что миокардит установлен не был, на тактике ведения это никак не отразилось.

Таким образом, даже в случае гипотетического отсутствия дефектов оказания медицинской помощи, прижизненное установление диагноза миокардита крайне маловероятно, а неблагоприятный исход в виде наступления смерти неизбежно бы наступил вне зависимости от выписки пациентки из стационара или нет. Допущенные дефекты не оказали какого-либо влияния на течение болезни и реализацию неблагоприятного исхода ФИО10, что позволяет высказаться об отсутствии какой-либо причинно-следственной связи между ними и смертью ФИО10

У суда не имеется оснований для сомнений относительно выводов комиссии экспертов, имеющих специальные познания в области медицины и достаточный опыт работы по специальности. Комиссия экспертов была предупреждена об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного экспертного заключения.

Также в судебном заседании была опрошена эксперт ФИО11, которая пояснила, что заболевание миокардит очень коварное. Эксперты исходили из клинической картины пациентки. Последствия миокардита – кардиосклероз. Первое необходимое исследование – эхо сердца. В Дмитровской больнице УЗИ сердца не проводилось. Для выявления заболевания существуют методы: биопсия и МРТ. Показаний для проведения биопсии и МРТ не было. Клинических симптомов для проведения этих исследований не было. Миокардит невозможно исследовать, если он течет атипично (бессимптомно). У пациентки имелась сердечная недостаточность. Весь протокол ей был выполнен. В Яхромском филиале имелся дефект диагностики, второй дефект – бесконтрольное назначение пиросимида. Пациентке необходимо было полежать в психиатрическом стационаре. Показания для перевода были запоздалыми. В ГБУЗ МО «ПБ №» имелись следующие дефекты: дефекты в трактовке диагноза, у пациентки произошло ухудшение состояния ее соматических заболеваний. Терапию клиника выполнила в полном объеме. ЭКГ выполнили спустя сутки. Этот дефект диагностики не повлиял на смерть. Не назначались диуретики. После назначили кровьразжижающие препараты. Наступила внезапная сердечная смерть. Эксперт пояснила, что они отвечают на вопросы с предположением. Гипертоническая болезнь сердца протекала у пациентки длительно. Психическое состояние ухудшалось у пациентки. У нее были зафиксированы бредовые расстройства, галлюцинации. Назначение медморфина ей не навредило бы. Врач-терапевт мог вести ее самостоятельно. Эксперт подтвердила выводы представленного заключения комиссии экспертов.

Учитывая вышеизложенное, суд исходит из того, что в ходе рассмотрения дела надлежащей совокупностью доказательств подтверждено наличие дефектов оказания ответчиками медицинской помощи ФИО2, что обуславливает наличие права истца требовать компенсации морального вреда, причиненного смертью близкого родственника, и влечет удовлетворение требований истца при недоказанности ответчиками отсутствия вины в дефектах оказания медицинской помощи.

Учитывая тяжесть, характер и степень причиненных нравственных страданий в связи со смертью ФИО2, принимая во внимание, что утрата близкого человека привела к разрыву семейной связи, а также требования разумности и справедливости, оценив представленные доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу о том, что ГБУЗ МО «ПБ №» и ГБУЗ МО «Дмитровская областная больница» при оказании медицинской помощи ФИО2 были допущены недостатки оказания медицинской помощи и как следствие нарушено личное неимущественное право истца на семейную жизнь, что повлекло причинение ей нравственных страданий, в связи с чем истец, являясь близким родственником умершей - дочерью, имеет право на компенсацию морального вреда.

При этом суд учитывает, что допущенные врачами вышеуказанных лечебных учреждений недостатки в прямой причинно-следственной связи со смертью ФИО2 не состоят.

В связи с этим суд полагает возможным определить размер компенсации морального вреда в 30 000 рублей с каждого из ответчиков в пользу истца.

Оснований для удовлетворения требований о взыскании штрафа с ответчиков не имеется, поскольку медицинская помощь ФИО2 оказывалась бесплатно в рамках системы обязательного медицинского страхования, к возникшим отношениям пункт 6 статьи 13 Закона о защите прав потребителей об ответственности исполнителя услуг за нарушение прав потребителей применению не подлежит, поскольку регулирует отношения в сфере охраны здоровья граждан при оказании гражданину платных медицинских услуг.

Руководствуясь статьями 195-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО3 к ГБУЗ МО «ПБ №», ГБУЗ МО «Дмитровская областная больница» о взыскании компенсации морального вреда, штрафа удовлетворить частично.

Взыскать с ГБУЗ МО «ПБ №» в пользу ФИО3 в счет компенсации морального вреда 30 000 рублей.

Взыскать с ГБУЗ МО «Дмитровская областная больница» в пользу ФИО3 в счет компенсации морального вреда 30 000 рублей.

В удовлетворении требования ФИО3 к ГБУЗ МО «ПБ №», ГБУЗ МО «Дмитровская областная больница» о взыскании компенсации морального вреда, свыше взысканных судом сумм, а также о взыскании штрафа отказать.

Решение может быть обжаловано в Московский областной суд через Сергиево-Посадский городской суд Московской области в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Мотивированное решение суда составлено 01 июня 2023 года.

Судья А.А. Чистилова