Дело № 2-165/2025

УИД № 34RS0017-01-2024-001908-27

ЗАОЧНОЕ РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

13 февраля 2025 г. с. Ольховка

Иловлинский районный суд Волгоградской области в составе председательствующего Новичкова А.С.,

при секретаре судебного заседания Васильевой А.В.,

с участием истца ФИО1,

прокурора – помощника прокурора Ольховского района Волгоградской области Лимониной С.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1, действующей в своих интересах и интересах своего несовершеннолетнего сына н/л, к обществу с ограниченной ответственностью «ДИАС», третьему лицу, не заявляющему самостоятельные требования относительно предмета спора, ФИО2 о компенсации морального вреда,

установил:

Истец ФИО1, действующая в своих интересах и интересах своего несовершеннолетнего сына н/л, обратилась в суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью «ДИАС» (далее – ООО «ДИАС», при участии в деле третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, ФИО2, в котором просит взыскать компенсацию морального вреда. В обоснование исковых требований указано, что примерно в 9 часов 10 минут ДД.ММ.ГГГГ водитель ФИО2, управляя автомобилем УАЗ-330364, государственный регистрационный знак №, двигаясь за пределами <адрес>, на расстоянии 510 метров от километрового указателя «86» автодороги «Иловля-Ольховка-Камышин», совершил столкновение с движущимся в попутном направлении автомобилем «LADA GRANTA» государственный регистрационный знак №, под управлением истца ФИО1, с находящимися на заднем сиденье малолетними пассажирами, в том числе н/л, ДД.ММ.ГГГГ рождения, в результате чего последний получил телесные повреждения: тупую травму левой верхней конечности виде закрытого перелома головки левой плечевой кости в зоне роста без смещения костных отломков, которые квалифицируются в совокупности, как причинившие тяжкий вред здоровью по признаку значительной стойкой утраты общей трудоспособности не менее чем на одну треть.

Согласно вступившему в законную силу приговору Ольховского районного суда Волгоградской области от ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264 УК РФ. В результате данного преступления сыну истца ФИО1 малолетнему н/л причинён тяжкий вред его здоровью.

ФИО1 указала, что в результате ДТП ее сыну причинен моральный вред, выразившийся в физических и нравственных страданиях: он испытал чувство страха за свою жизнь, когда извлекали из горящего автомобиля; с момента ДТП и на протяжении длительного времени от полученных травм ее сын испытывал сильную физическую боль; он не мог заниматься спортом и любимыми делами, требующими активных физических действий, играть со сверстниками; не смог поехать в оздоровительный лагерь; до настоящего времени он испытывает постоянные эмоциональные переживания; после случившегося сын не может вернуться к привычному для него образу жизни, отказался от занятий в музыкальной школе, ухудшилось настроение, возникло чувство огорчения и негодования, нарушился сон, он стал более замкнутым, появилась тревожность, снизилась концентрация внимания, появилась повышенная утомляемость и ухудшилась память, в результате чего снизилась успеваемость в школе.

Кроме того, ФИО1 сослалась на то, что в результате ДТП ей также были причинены физические и нравственные страдания: телесные повреждения в виде ушибов грудной клетки, таза и носа; из-за возгорания ее автомобиля она испытала страх за жизни ребенка и свою жизнь; перенесла страдания, связанные с причинением вреда здоровью ее малолетнему сыну, и тяготы его длительного лечения и восстановления; постоянное беспокойство и переживаниях о малолетнем ребенке; потеря уверенности в завтрашнем дне; чувство обиды, т.к. до настоящего времени ответчик не принес им никаких извинений, и не предпринял каких-либо попыток к возмещению причиненного морального вреда в добровольном порядке.

Собственником автомобиля УАЗ-330364, государственный регистрационный знак <***>, на момент ДТП являлся ответчик.

Ответчик и третье лицо скрывали факт наличия между ними трудовых отношений, следовательно, ответчик пытался избежать ответственности за причинение вреда здоровью истца и её сына его работником ФИО2 и ответчиком, как владельцем источника повышенной опасности.

Истец считает, что собственник источника повышенной опасности, единственный законный владелец на момент ДТП транспортного средства, которым управлял ФИО2, должен нести гражданско-правовую ответственность в форме компенсации морального вреда.

С учетом характера причиненных физических и нравственных страданий, ФИО1 просит взыскать с ООО «ДИАС» компенсацию морального вреда в пользу н/л в размере 700000 руб., в пользу ФИО1 – 200000 руб., а так же понесённые истцом ФИО1 судебные расходы по оплате юридических услуг – 6000 руб.

В судебном заседании истец ФИО1 поддержала заявленные требования по доводам, изложенным в иске, просила их удовлетворить.

Представитель ответчика ООО «ДИАС» в судебное заседание не явился, о дате, времени и месте судебного заседания извещён, представил возражения относительно исковых требований, в которых просит суд, учесть низкую степень вины ответчика, характер физических и нравственных страданий истцов, поэтому иск просил удовлетворить частично, взыскав с ответчика в пользу н/л компенсацию морального вреда в размере 30000 руб., в пользу ФИО1 – 5000 руб., с отказом в остальной части исковых требований. Обосновывая возражения, ответчик указал, что размер компенсации морального вреда, определенный истцом, является явно завышенным; доказательств наличия у ФИО1 телесных повреждений и временной утраты трудоспособности не представлено; трудовые отношения с ФИО2 не скрывал; выдал путевой лист, произвел медицинский осмотр работника, обеспечил выпуск на линию технически исправного автомобиля; к участию в уголовном деле не привлекался, при рассмотрении уголовного дела гражданский иск истцами не предъявлялся.

Третье лицо ФИО2 в судебное заседание не явился, о дате, времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом.

Представитель третьего лица ФИО2 адвокат Таланин А.В. представил возражения относительно исковых требований, в котором указывает, что истцы уже реализовали своё право, поскольку решением Ольховского районного суда Волгоградской области от ДД.ММ.ГГГГ с ФИО2 (как виновника ДТП, водителя транспортного средства и работника ООО «ДИАС»), признанного виновным по ч. 1 ст. 264 УК РФ, в пользу ФИО1 была взыскана компенсация морального вреда в размере 100000 руб., в пользу малолетнего н/л взыскана компенсация морального вреда в размере 500000 руб. В настоящее время возбуждены исполнительные производства в отношении ФИО2 о взыскании указанных денежных средств. Считает, что ФИО1 злоупотребляет своим правом и желает незаконно обогатиться, взыскав по одним и тем же обстоятельствам компенсацию морального вреда в двойном размере, имея в виду с виновника ДТП и ответчика, чем нарушает принцип запрета двойного взыскания за одно и то же нарушенное право. Каких-либо новых обстоятельств в исковом заявлении не приведено. Просил в удовлетворении исковых требований отказать в полном объёме.

При таких обстоятельствах, суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Исследовав материалы дела, оценив доводы в обоснование исковых требований и возражения относительно исковых требований, выслушав объяснения истца ФИО1, заключение прокурора, полагавшего исковые требования обоснованными и подлежащими удовлетворению частично, с учетом пределов разумности, суд приходит к следующему.

В суде установлено следующее.

Согласно вступившему в законную силу приговору Ольховского районного суда Волгоградской области от ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 признан виновным в том, что примерно в 9 часов 10 минут ДД.ММ.ГГГГ водитель ФИО2, управляя автомобилем УАЗ-330364, государственный регистрационный знак №, двигаясь за пределами <адрес>, на расстоянии 510 метров от километрового указателя «86» автодороги «Иловля-Ольховка-Камышин», совершил столкновение с движущимся в попутном направлении автомобилем «LADA GRANTA» государственный регистрационный знак №, под управлением истца ФИО1, с находящимися на заднем сиденье малолетними пассажирами, в том числе н/л, ДД.ММ.ГГГГ рождения, в результате чего последний получил телесные повреждения, квалифицирующиеся в совокупности, как причинившие тяжкий вред здоровью, т.е. в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264 УК РФ.

Как следует из материалов дела, в том числе из вступившего в законную силу решения Ольховский районный суд <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, в связи с полученными в результате ДТП травмами малолетним н/л, его мать ФИО1 находились на больничном с 9 по ДД.ММ.ГГГГ, больничный был оформлен для ухода за сыном н/л, поскольку последний не мог обслуживать себя сам; согласно заключению эксперта, проводившего судебно-медицинскую экспертизу, по факту ДТП, имевшем место ДД.ММ.ГГГГ, каких-либо телесных повреждений в представленной медицинской документации на ФИО1 не выявлено.

Из этого же решения суда следует, что в результате ДТП, произошедшего ДД.ММ.ГГГГ по вине ФИО2, моральный вред причинен н/л, как потерпевшему по уголовному делу, которому причинен тяжкий вред его здоровью, и ФИО1, как самому близкому родственнику потерпевшего н/л - его матери, ввиду причинения ее сыну тяжкого вреда здоровью.

Вышеизложенные обстоятельства, установленные вступившим в законную силу приговором и решением Ольховского районного суда <адрес> сторонами не оспариваются.

Судом установлено и материалами дела подтверждается, что малолетний н/л ДД.ММ.ГГГГ в результате ДТП получил телесные повреждения: тупую травму левой верхней конечности виде закрытого перелома головки левой плечевой кости в зоне роста без смещения костных отломков, в связи с которыми более двух месяцев находился на излечении дома.

Факт получения н/л телесных повреждений при изложенных истцами обстоятельствах, а также наличие причинной связи между травмой и наступившими последствиями в ходе судебного разбирательства сторонами не опровергался.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что ДД.ММ.ГГГГ по вине ФИО2 малолетнему н/л причинён тяжкий вред здоровью.

Суд исходит из того, что сам факт получения малолетним ребенком травмы такого характера не может не вызвать как физических, так и нравственных страданий, в связи с чем сам по себе данный факт не требует дополнительных доказательств.

Между тем, как установлено судом, в результате ДТП н/л испытал чувство страха за свою жизнь, когда его извлекали из горящего автомобиля; по вине водителя ответчика был причинен тяжкий вред здоровью, в результате которого, он испытывал физические страдания, вызванные в том числе страхом и психологической травмой от участия в ДТП, постоянном посещении психолога по поводу полученной травмы, непосещении оздоровительного лагеря и вызванные этим негативные эмоции и переживания; а также длительное время находился дома, не имея возможности осуществлять уход за собой, и, ввиду сложившихся обстоятельств, вынужден был изменить привычный для него образ жизни; с момента ДТП и на протяжении длительного времени от полученных травм он испытывал сильную физическую боль, не мог заниматься спортом и любимыми делами, требующими активных физических действий, играть со сверстниками; до настоящего времени он испытывает постоянные эмоциональные переживания; после случившегося не может вернуться к привычному для него образу жизни, отказался от занятий в музыкальной школе; он стал более замкнутым; у него ухудшилось настроение, нарушился сон, возникло чувство огорчения и негодования, появилась тревожность, снизилась концентрация внимания, появилась повышенная утомляемость и ухудшилась память, в результате чего снизилась успеваемость в школе.

ФИО1, как мать малолетнего н/л и как лицо, также участвовавшее в ДТП, претерпела физическую боль и тяжелые нравственные страдания - из-за возгорания ее автомобиля она испытала страх и переживания за свою жизнь и за жизнь и здоровье своего сына; перенесла страдания, связанные с причинением вреда здоровью ее малолетнему сыну, и тяготы его длительного лечения и восстановления; из-за постоянного беспокойства и переживания о малолетнем ребенке потеряла уверенность в завтрашнем дне; испытала чувство обиды из-за отсутствия извинений со стороны ответчика, иных действий, направленных на сглаживание физических и нравственных страданий в добровольном порядке.

Кроме того, исходя из заключения эксперта, проводившего судебно-медицинскую экспертизу, по факту ДТП, имевшем место ДД.ММ.ГГГГ, несмотря на вывод о том, что каких-либо телесных повреждений в представленной медицинской документации на ФИО1 не выявлено, в нем указано, что при исследовании медицинской карты к травме от ДД.ММ.ГГГГ имеют отношения записи об ушибе левой половине грудной клетке, полученном в результате ДТП, судебно-медицинской оценке не подлежит.

С учетом этих обстоятельств суд находит несостоятельным довод ответчика о недоказанности истцами факта наличия физических либо нравственных страданий у ФИО1

Вопреки доводам истца ФИО1, каких-либо доказательств получения ею в момент ДТП ушибов таза и носа суду не представлено.

Из объяснений ФИО1 и представленных ею документов следует, что несовершеннолетний н/л, ДД.ММ.ГГГГ рождения, является ее сыном и проживает совместно с ней.

Исходя из ряда представленных в материалы дела копий документов и установленных по делу обстоятельств, которые в совокупности указывают на то, что на момент ДТП, произошедшего ДД.ММ.ГГГГ по вине ФИО2, собственником автомобиля УАЗ-330364, государственный регистрационный знак <***>, являлся ответчик ООО «ДИАС», который состоял в трудовых отношениях с третьим лицом ФИО2, занимавшим должность «водителя-экспедитора» молоковоза; ответчик ООО «ДИАС» допустил к управлению ФИО2, в результате противоправного поведения которого малолетнему н/л причинён тяжкий вред здоровью.

В материалах дела не содержится документов, подтверждающих факт того, что ФИО2 завладел автомобилем ответчика противоправно, то есть помимо воли собственника ООО «ДИАС», следовательно, водитель-экспедитор ООО «ДИАС» ФИО2 действовал или должен был действовать по заданию данного юридического лица и в его интересах.

Ни ответчиком, ни третьим лицом не представлено доказательств того, что вред здоровью н/л причинен вследствие умысла истцов или обстоятельств непреодолимой силы.

В силу п. 1 ст. 150 ГК РФ жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Согласно статье 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Согласно п. 1 ст. 209 ГК РФ права владения, пользования и распоряжения своим имуществом принадлежат собственнику такого имущества.

В п. 2 ст. 209 ГК РФ указано, что собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами.

В соответствии с п. 1 ст. 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей. При этом работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ.

Согласно п. 1 ст. 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.)

Как разъяснено в п. 9 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 г. №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни, здоровью гражданина» (далее - Постановление № 1), ответственность юридического лица или гражданина, предусмотренная пунктом 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации, наступает за вред, причиненный его работником при исполнении им своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании заключенного трудового договора (служебного контракта).

Согласно п. 11 Постановления № 1 по общему правилу, установленному пунктами 1 и 2 статьи 1064 ГК РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. В случаях, специально предусмотренных законом, вред возмещается независимо от вины причинителя вреда (пункт 1 статьи 1070, статья 1079, пункт 1 статьи 1095, статья 1100 ГК РФ). Обязанность по возмещению вреда может быть возложена на лиц, не являющихся причинителями вреда (статьи 1069, 1070, 1073, 1074, 1079 и 1095 ГК РФ).

Установленная статьей 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья (например, факт причинения вреда в результате дорожно-транспортного происшествия с участием ответчика), размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

В п. 18 Постановления № 1 разъяснено, что вред, причиненный жизни или здоровью граждан деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих (источником повышенной опасности), возмещается владельцем источника повышенной опасности независимо от его вины.

По смыслу ст. 1079 ГК РФ, источником повышенной опасности следует признать любую деятельность, осуществление которой создает повышенную вероятность причинения вреда из-за невозможности полного контроля за ней со стороны человека, а также деятельность по использованию, транспортировке, хранению предметов, веществ и других объектов производственного, хозяйственного или иного назначения, обладающих такими же свойствами.

Согласно разъяснениям, данным в п. 19 Постановления № 1 не признается владельцем источника повышенной опасности лицо, управляющее им в силу исполнения своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании трудового договора (служебного контракта) или гражданско-правового договора с собственником или иным владельцем источника повышенной опасности.

Таким образом, не признается владельцем и не несет ответственности за вред перед потерпевшим лицо, управляющее источником повышенной опасности в силу трудовых отношений с владельцем этого источника (водитель, машинист, оператор и другие).

При рассмотрении дела с достоверностью установлено, что автомобиль УАЗ-330364, государственный регистрационный знак № использовался ДД.ММ.ГГГГ не по усмотрению водителя - экспедитора молоковоза ООО «ДИАС» ФИО2 и не для его личных целей, а по поручению ответчика ООО «ДИАС» для доставки молока.

Пунктом 32 Постановления № разъяснено, что поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

В силу п. 1 и 3 ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (ст. 1064 - 1101) ГК РФ и ст. 151 ГК РФ, компенсация морального вреда осуществляется независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда.

На основании абз. 2 ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случае, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

При этом юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей (абз. 1 п. 1 ст. 1068абз. 1 п. 1 ст. 1068 ГК РФ).

Применительно к правилам, предусмотренным главой 59 ГК РФ, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ (абз. 2 п. 1 ст. 1068абз. 2 п. 1 ст. 1068 ГК РФ).

Пунктом 1 ст. 1081 ГК РФ предусмотрено, что лицо, возместившее вред, причиненный другим лицом (работником при исполнении им служебных, должностных или иных трудовых обязанностей, лицом, управляющим транспортным средством, и т.п.), имеет право обратного требования (регресса) к этому лицу в размере выплаченного возмещения, если иной размер не установлен законом.

На основании ст. 210 ГК РФ собственник несет бремя содержания принадлежащего ему имущества, если иное не предусмотрено законом или договором.

Из указанных правовых норм следует, что гражданско-правовой риск возникновения вредных последствий при использовании источника повышенной опасности возлагается на его собственника и при отсутствии его вины в непосредственном причинении вреда, как на лицо, несущее бремя содержания, принадлежащего ему имущества.

Таким образом, собственник источника повышенной опасности несет обязанность по возмещению причиненного этим источником вреда, если не докажет, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего, либо, что источник повышенной опасности выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц или был передан иному лицу в установленном законом порядке.

Установив обстоятельства виновного поведения водителя - экспедитора молоковоза ООО «ДИАС» ФИО2, суд приходит к выводу, что имеются законные основания для привлечения его работодателя - ответчика по настоящему делу ООО «ДИАС», как собственника источника повышенной опасности, к гражданской ответственности на основании ст. 1064, 1068, 1079, 1099, 1100 ГК РФ за вред, причиненный данным источником, и взыскания компенсации морального вреда в пользу истцов с учетом подлежащих применению вышеуказанных норм материального права с владельца источника повышенной опасности - ООО «ДИАС».

Доводы ответчика о том, что степень вины ООО «ДИАС» в совершенном ФИО2 ДТП является низкой, поскольку данному водителю выдан был путевой лист, этому работнику проведен медицинский осмотр, обеспечен выпуск на линию технически исправного автомобиля, непосредственным причинителем вреда не является, суд отклоняет, поскольку они основаны на неправильном применении и толковании положений Гражданского кодекса Российской Федерации.

Поскольку представитель ответчика фактически не оспаривает того, что в смысле определенном ст. 1079 ГК РФ на момент рассматриваемого события именно ответчик - ООО «ДИАС» являлся владельцем источника повышенной опасности - автомобиля УАЗ-330364, государственный регистрационный знак №, то есть в силу названных норм права именно данный ответчик обязан компенсировать причиненный рассматриваемым событием истцам моральный вред, в независимости от наличия или отсутствия его вины в причинении вреда здоровью истцу.

Тем более что ответчиком в нарушение ст. 56 ГПК РФ доказательств в обоснование своих доводов суду не представлено.

Суд относится критически к доводу ответчика о том, что трудовые отношения с ФИО2 не скрывал, поскольку объективных доказательств, подтверждающих данный довод представлено не было.

Более того, эти доводы ответчика не влияют на выводы суда в рамках рассмотрения дела в соответствии с требованиями, заявленными истцами.

Ссылку представителя ФИО2 адвоката Таланина А.В. на то, что ранее истцы уже реализовали своё право на возмещение морального вреда за счет непосредственного причинителя вреда, суд находит несостоятельной, поскольку предметом рассмотрения настоящего дела является не дополнительная сумма компенсации морального вреда, а требование к владельцу источника повышенной опасности о возмещении вреда, причиненного данным источником.

Между тем, как указывает сам представитель, ранее ответчик как владелец источника повышенной опасности и работодатель ФИО2 к участию в деле не привлекался.

Кроме того, взыскание в пользу истцов компенсации морального вреда с непосредственного причинителя вреда, не освобождает владельца соответствующего источника повышенной опасности компенсировать истцам моральный вред, причиненный рассматриваемым событием.

Тем более что доказательств исполнения упомянутого Таланиным А.В. решения суда не представлено.

Следует отметить, что в силу ч. 4 ст. 13 и ч. 3 ст. 320 ГПК РФ лица, не привлеченные к участию в деле, вправе обжаловать в апелляционном порядке решение суда первой инстанции в случае, если данным решением разрешен вопрос об их правах и обязанностях, то есть они лишаются прав, ограничиваются в правах, наделяются правами и (или) на них возлагаются обязанности. При этом такие лица не обязательно должны быть указаны в мотивировочной и (или) резолютивной частях судебного постановления.

Довод адвоката Таланина А.В. о запрете двойного взыскания за одно и то же нарушенное право судом отклоняется, поскольку он основан на неправильном толковании положений ГК РФ, при этом предметом рассмотрения настоящего спора является взыскание компенсации морального вреда с работодателя и владельца источника повышенной опасности в силу закона.

Согласно п. 24 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» (далее - Постановление № 33) по общему правилу, моральный вред компенсируется в денежной форме (пункт 1 статьи 1099 и пункт 1 статьи 1101 ГК РФ). Причинитель вреда вправе добровольно предоставить потерпевшему компенсацию морального вреда как в денежной, так и в иной форме (например, в виде ухода за потерпевшим, в передаче какого-либо имущества (транспортного средства, бытовой техники и т.д.), в оказании какой-либо услуги, в выполнении самим причинителем вреда или за его счет работы, направленной на сглаживание (смягчение) физических и нравственных страданий потерпевшего). Факт получения потерпевшим добровольно предоставленной причинителем вреда компенсации как в денежной, так и в иной форме, как и сделанное потерпевшим в рамках уголовного судопроизводства заявление о полной компенсации причиненного ему морального вреда, не исключает возможности взыскания компенсации морального вреда в порядке гражданского судопроизводства. Суд вправе взыскать компенсацию морального вреда в пользу потерпевшего, которому во внесудебном порядке была выплачена (предоставлена в неденежной форме) компенсация, если, исходя из обстоятельств дела, с учетом положений статей 151 и 1101 ГК РФ придет к выводу о том, что компенсация, полученная потерпевшим, не позволяет в полном объеме компенсировать причиненные ему физические или нравственные страдания.

Суд отклоняет довод представителя третьего лица о злоупотреблении истцами правом, поскольку указанный довод не подтвержден в установленном законом порядке. Наличие претензий к владельцу источника повышенной опасности о возмещении вреда, причиненного данным источником, само по себе не свидетельствует о злоупотреблении правом при обращении с настоящим иском.

Поскольку право заинтересованного лица обратиться в суд за защитой нарушенного либо оспариваемого права закреплено ст. 3 ГПК РФ и данное правомочие является реализацией конституционного права на судебную защиту (ст. 46 Конституции РФ), то обращение в суд с исковыми требованиями, основанными на нормах, предусмотренных законом, само по себе не может рассматриваться как злоупотребление правом.

Заявление адвоката Таланина А.В. о желании истца незаконно обогатиться не соответствует фактическим обстоятельствам дела и является голословным.

Как разъяснено в п. 1 Постановления № 33 под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права либо нарушающими имущественные права гражданина.

Согласно п. 14 Постановления № 33 под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

В п. 15 названного постановления закреплено, что причинение морального вреда потерпевшему в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях предполагается, и сам факт причинения вреда здоровью, в том числе при отсутствии возможности точного определения его степени тяжести, является достаточным основанием для удовлетворения иска о компенсации морального вреда.

Привлечение лица, причинившего вред здоровью потерпевшего, к уголовной или административной ответственности не является обязательным условием для удовлетворения иска.

Из п. 20 Постановления № 33 следует, что моральный вред, причиненный работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей, подлежит компенсации работодателем (абз. 1 п. 1 ст. 1068 ГК РФ). Осуждение или привлечение к административной ответственности работника как непосредственного причинителя вреда, прекращение в отношении его уголовного дела и (или) уголовного преследования, производства по делу об административном правонарушении не освобождают работодателя от обязанности компенсировать моральный вред, причиненный таким работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Согласно п. 21 того же постановления моральный вред, причиненный деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих, подлежит компенсации владельцем источника повышенной опасности (статья 1079 ГК РФ).

Таким образом, разрешая исковые требования о взыскании с ответчика компенсации морального вреда в пользу н/л, с учетом фактических обстоятельств ДТП, при которых истцу был причинен моральный вред, формы и степени вины ответчика, его имущественного положения (отсутствия доказательств тяжелого финансового положения), характера и степени тяжести полученных истцом телесных повреждений, их последствий, период лечения и реабилитации, характера и степени причиненных истцу физических и нравственных страданий вследствие полученных травм, объема нравственных страданий, его возраста и состояния здоровья, учебы в школе, а также требований разумности и справедливости, соразмерности последствиям нарушения права, всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, суд полагает возможным определить размер компенсации морального вреда равной 300000 руб.

Разрешая требования о взыскании компенсации морального вреда с ответчика в пользу истца ФИО1 - матери н/л, судом учитывается следующее.

Статьёй 38 Конституции РФ и корреспондирующими ей нормами ст. 1 СК РФ предусмотрено, что семья, материнство, отцовство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства.

Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех её членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав (п. 1 ст. 1 СК РФ).

Из положений Конституции РФ, Семейного кодекса РФ, положений статей 150, 151 ГК РФ следует, что в случае причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены родственниками и другими членами семьи такого гражданина, поскольку, исходя из сложившихся семейных связей, характеризующихся близкими отношениями, духовным и эмоциональным родством между членами семьи, возможно причинение лично им (то есть членам семьи) нравственных и физических страданий (морального вреда) в связи в причинением вреда здоровью близкого родственника, в данном случае сыну.

Поскольку истец ФИО1 является близким родственником малолетнего н/л - его матерью, следовательно ей был причинен моральный вред ввиду причинения её сыну тяжкого вреда здоровью.

Эти нравственные и физические страдания обусловлены заботой истца ФИО1 по воспитанию и содержанию малолетнего сына н/л, о состоянии его здоровья, его восстановлении после полученных им травм в результате ДТП, где потерпевший являлся пассажиром, об обеспечении лечения и о его адаптации к жизни с учетом состояния физического и психического здоровья после происшествия.

Определяя размер компенсации морального вреда, причиненного истцу ФИО1, суд учитывает фактические обстоятельства ДТП, при которых истцу был причинен моральный вред, формы и степени вины ответчика, его имущественного положения (отсутствия доказательств тяжелого финансового положения), характер и степень тяжести полученного истцом ушиба, его последствий, период восстановления здоровья, характер и степень причиненных истцу физических и нравственных страданий вследствие полученного ушиба, объема нравственных страданий, её возраст и состояние здоровья, наличие работы, обстоятельства происшедшего, характер и степень нравственных страданий, вызванных причинением вреда здоровью её сыну, период нахождения его на лечении, в том числе его психологические и возрастные особенности, а также требования разумности и справедливости, соразмерности последствиям нарушения права, всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, и полагает возможным определить размер компенсации морального вреда равной 100000 руб.

Учитывая изложенное, у суда не имеется оснований для применения положений ст. 1083 ГК РФ, поскольку ФИО2 признан виновным в совершении ДТП, а н/л являлся малолетним, а потому в силу своего возраста не мог допустить грубую неосторожность.

При таких обстоятельствах, суд не может согласиться с мнением ответчика, что размер компенсации морального вреда н/л необходимо определить в сумме 30000 руб., а ФИО1 – 5000 руб., поскольку предложенный ответчиком размер компенсации морального вреда не соответствует требованиям разумности и справедливости.

В силу ст. 6 Федерального конституционного закона от 31 декабря 1996 г. № 1-ФКЗ «О судебной системе Российской Федерации», ст. 13 ГПК РФ вступившие в законную силу судебные постановления являются обязательными для всех без исключения органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений, должностных лиц, граждан, организаций и подлежат неукоснительному исполнению на всей территории Российской Федерации.

Положения норм ст. 61 ГПК РФ предусматривают основания для освобождения от доказывания.

В силу ч. 2 ст. 61 ГПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица.

В соответствии с ч. 4 ст. 61 ГПК РФ вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Таким образом, суд отклоняет фактические доводы представителя третьего лица адвоката Таланина А.В. о преюдициальном значении для рассмотрения настоящего гражданского дела решения Ольховского районного суда Волгоградской области от ДД.ММ.ГГГГ по гражданскому делу по иску ФИО3, за себя лично и в интересах несовершеннолетнего н/л, ФИО1 к ФИО2 о взыскании компенсации морального вреда, поскольку из материалов дела следует, что ООО «ДИАС» стороной по вышеуказанному гражданскому делу не являлось.

Также суд находит необоснованным фактический довод того же представителя о преюдициальном значении для рассмотрения настоящего гражданского дела вступившего в законную силу приговора Ольховского районного суда Волгоградской области от ДД.ММ.ГГГГ, поскольку материалами дела установлено, что вышеуказанный приговор вынесен в отношении ФИО2, а не руководства ООО «ДИАС».

Предметом же настоящего спора является взыскание компенсации морального вреда, причиненного источником повышенной опасности, с работодателя и владельца источника повышенной опасности.

В соответствии с ч. 1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. Частью 2 статьи 56 ГПК предусмотрено, что суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

Согласно ч. 1 ст. 67 ГПК РФ, суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Суд считает необходимым принять в качестве доказательств по настоящему делу и средств обоснования выводов объяснения истца, обоснования, изложенные в исковом заявлении, а так же следующие документы: копии паспорта истца, свидетельства о рождении несовершеннолетнего потерпевшего, приговора Ольховского районного суда Волгоградской области от ДД.ММ.ГГГГ, апелляционного постановления Волгоградского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ, кассационного постановления судебной коллегии по уголовным делам Четвёртого кассационного суда общей юрисдикции от ДД.ММ.ГГГГ, протокола судебного заседания по делу № от ДД.ММ.ГГГГ, сведений ОГИБДД, заключения эксперта, электронной квитанции и электронного листка нетрудоспособности ФИО1, приказ о предоставлении отпуска, протокола судебного заседания по делу № от ДД.ММ.ГГГГ, решения Ольховского районного суда Волгоградской области от ДД.ММ.ГГГГ, страхового полиса, договора купли-продажи автотранспортного средства, трудового договора, претензии, сведений о направлении данной претензии, акта о страховом случае, акта осмотра транспортного средства, заключения психолога, справки с места учебы несовершеннолетнего потерпевшего, характеристики с его места учебы, выписки из ЕГРЮЛ, сертификата, поскольку они имеют значение для рассмотрения и разрешения дела, являются относимыми и допустимыми, подтверждающими установленные судом обстоятельства.

Таким образом, с учетом установленных по делу обстоятельств, правоотношений сторон, а также закона, подлежащего применению по данному делу, суд приходит к выводу, что исковые требования являются обоснованными и подлежащими удовлетворению частично.

Разрешая заявление истца о взыскании судебных издержек, руководствуясь ст. 88, 94, 98, 100 ГПК РФ, п. 11 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21 января 2016 г. № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», учитывая наличие доказательств, понесенных истцом расходов на оплату юридических услуг по составлению искового заявления, время его составления адвокатом, исходя из принципов разумности и справедливости, принимая во внимание, что другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов, суд пришел к выводу об удовлетворении заявления, с соблюдением баланса процессуальных прав и обязанностей сторон, определив к взысканию в пользу истца судебные издержки в размере 6000 руб., оснований для признания взыскиваемой суммы издержек необоснованно завышенной не имеется.

Согласно абз. 8 п. 2 ст. 61.1 БК РФ налоговые доходы от уплаты государственной пошлины, по делам, рассматриваемым в судах общей юрисдикции, подлежат зачислению в бюджеты муниципальных районов.

Поскольку при подаче настоящего иска, истец был освобожден от уплаты госпошлины, следовательно, в соответствии со ст. 103 ГПК РФ с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, в бюджет муниципального района подлежит взысканию государственная пошлина в размере 3000 руб.

Руководствуясь ст. 194-199, 233, 235, 237 ГПК РФ, суд

решил:

иск ФИО1, действующей в своих интересах и интересах своего несовершеннолетнего сына н/л, к обществу с ограниченной ответственностью «ДИАС», третьему лицу, не заявляющему самостоятельные требования относительно предмета спора, ФИО2 о компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «ДИАС» в пользу несовершеннолетнего н/л компенсацию морального вреда в размере 300000 рублей.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «ДИАС» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 100000 рублей.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «ДИАС» в пользу ФИО1 расходы по оплате юридических услуг в размере 6000 рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «ДИАС» государственную пошлину в бюджет Ольховского муниципального района Волгоградской области в размере 3000 рублей.

Ответчик вправе подать в суд, принявший заочное решение, заявление об отмене этого решения суда в течение семи дней со дня вручения ему копии этого решения.

Ответчиком заочное решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Волгоградского областного суда через постоянное судебное присутствие в с. Ольховка Ольховского района Волгоградской области Иловлинского районного суда Волгоградской области в течение одного месяца со дня вынесения определения суда об отказе в удовлетворении заявления об отмене этого решения суда.

Иными лицами, участвующими в деле, а также лицами, которые не были привлечены к участию в деле и вопрос о правах и об обязанностях которых был разрешен судом, заочное решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Волгоградского областного суда через постоянное судебное присутствие в с. Ольховка Ольховского района Волгоградской области Иловлинского районного суда Волгоградской области в течение одного месяца по истечении срока подачи ответчиком заявления об отмене этого решения суда, а в случае, если такое заявление подано, - в течение одного месяца со дня вынесения определения суда об отказе в удовлетворении этого заявления.

Мотивированное решение составлено 27 февраля 2025 г.

Судья Новичков А.С.