Решение по делу № 2-2171/2022 от 02.12.2022 | Ивановский районный суд (Ивановская область)

Дело № 2-2171/2022

№

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

02 декабря 2022 года пос. Лежнево

Ивановский районный суд Ивановской области в составе:

председательствующего судьи Реброва А.А.,

при секретаре Крутовой А.А.

с участием помощника прокурора Лежневского района Лаврова С.Н.

представителя истца ФИО1

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО2 к Обществу с ограниченной ответственностью «НефтеГазКомплект» о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 обратился в суд с исковым заявлением, в котором просил, с учетом заявления об уточнении предмета исковых требований от ДД.ММ.ГГГГ, взыскать с ответчика ООО «НефтеГазКомплект» в свою пользу единовременное пособие, предусмотренное трудовым законодательством в связи с несчастным случаем на производстве, в размере <данные изъяты> рублей, утраченный заработок <данные изъяты> рубль <данные изъяты> копейки за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, а также компенсацию морального вреда в размере <данные изъяты> рублей.

Требования мотивированы тем, что ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ был принят на работу в ООО «НефтеГазКомплект» в цех внешней изоляции на должность изолировщика труб на линии 4 разряда на основании трудового договора № от ДД.ММ.ГГГГ. ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 работал в дневную смену на участке скатки, где осматривал трубу на качество изоляционного слоя. При передаче трубы ФИО2 должен был производить визуальный осмотр в части нарушения изоляции трубы. Данную процедуру, согласно инструкции по охране труда для изолировщика, ФИО2 должен выполнять совместно с другим изолировщиком (в тот момент находился изолировщик ФИО3) в присутствии сотрудника службы контроля качества. Ответчик обязан обеспечить присутствие данных лиц в момент скатки трубы и визуального осмотра. Осмотр труб производился на накопительной скатке, труба постепенно прокатывается для выявления дефектов, при этом для безопасности труба фиксируется деревянным упором. Во время осмотра одной из труб ФИО2 заметил повреждения на изоляции. При обнаружении дефекта необходимо остановить трубу, однако в этот момент изолировщик и сотрудник службы контроля качества перешли к другой трубе и не услышали ФИО2 о том, что трубу нужно остановить. В этой ситуации истцу пришлось попытаться самостоятельно остановить трубу в одиночку, однако, ввиду того, что вес трубы составляет более 2 тонн, у ФИО2 это не получилось. В данный момент ФИО2 оказался в ситуации, опасной для жизни и для того, чтобы не произошло летального исхода, он отпрыгнул, ухватившись за скатку, повредив палец левой кисти руки. О данном факте истец незамедлительно сообщил бригадиру ФИО4, на вопрос которого о том, что сможет ли работать дальше, ФИО2 ответил, что смену до конца доработает. Утром ДД.ММ.ГГГГ рука очень сильно болела, истец обратился к ФИО5 и ФИО6 которые отвезли его в травматологический пункт, где ему сделали рентгеновский снимок, поставили диагноз: перелом фаланги 1-го пальца левой кисти и направили на лечение по месту жительства. О результатах травмы ФИО2 сообщил ФИО5 и ФИО6 которые впоследствии сообщили руководству ООО «НефтеГазКомплект».

ДД.ММ.ГГГГ ОБУЗ «Лежневская ЦРБ» выдало медицинское заключение для ООО «НефтеГазКомплект» с диагнозом: перелом дистальной фаланги первого пальца левой кисти без смещения отломков – S 62,5, травма легкой степени, данное медицинское заключение получено ООО «НефтеГазКомплект».

ОБУЗ «Лежневская ЦРБ» выдало листок нетрудоспособности № с освобождением от работы с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, затем освобождение от работы было продлено и выдан листок нетрудоспособности № с освобождением от работы с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. Указанные листки нетрудоспособности оформлены с кодом причины нетрудоспособности 04, что означает из-за несчастного случая на производстве или его последствий.

В связи с тем, что листки нетрудоспособности были выданы только ДД.ММ.ГГГГ, ФИО2 уведомил бухгалтерию и администрацию ООО «НефтеГазКомплект» ДД.ММ.ГГГГ путем направления фото посредством мессенджера «WhatsApp». ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 направил в адрес ООО «НефтеГазКомплект» заявление, в котором изложил все обстоятельства по данному факту и просил провести служебное расследование о признании несчастного случая как производственной травмы.

ООО «НефтеГазКомплект» приказом от ДД.ММ.ГГГГ № создал комиссию для расследования несчастного случая на производстве.

ДД.ММ.ГГГГ истцу при закрытии листка нетрудоспособности № была выдана справка о заключительном диагнозе пострадавшего от несчастного случая на производстве.

ДД.ММ.ГГГГ Генеральным директором ООО «НефтеГазКомплект» утвержден акт № о несчастном случае на производстве, согласно которому причиной несчастного случая является нарушение работником требований безопасности при выполнении работ, неприменение приспособления для перемещения изделий, нахождение работника в зоне перемещения изделий, перемещение изделий руками, нарушение работником техники безопасности, согласно п. 3.33 инструкции по охране труда для изолировщика на линии ИОТ №. Данным актом установлена степень вины ФИО2 25%.

Таким образом, ответчик отказался признавать травму истца, полученную ДД.ММ.ГГГГ, производственной.

В соответствии с приказом ООО «НефтеГазКомплект» от ДД.ММ.ГГГГ № действие трудового договора № от ДД.ММ.ГГГГ с ФИО2 прекращено на основании пп. «а» п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации (ТК РФ).

ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 обратился в Отдел Государственной инспекции труда в Московской области по Центральному территориальному округу с жалобой на действия ответчика.

По результатам рассмотрения жалобы ФИО2 Отдел Государственной инспекции труда в Московской области по Центральному территориальному округу принял решение о проведении расследования несчастного случая, произошедшего ДД.ММ.ГГГГ. По итогам расследования несчастный случай был признан связанным с производством. На основании заключения Государственной инспекции труда в Московской области по Центральному территориальному округу от ДД.ММ.ГГГГ ответчик обязан составить и утвердить Акт по форме Н-1.

ДД.ММ.ГГГГ Генеральным директором ООО «НефтеГазКомплект» утвержден акт б/н о несчастном случае на производстве, согласно которому причиной несчастного случая является неосуществление контроля со стороны должностных лиц, ответственных за безопасное производство работ и соблюдение работниками требований безопасности охраны труда на рабочих местах, чем нарушены требования ст. 212 ТК РФ в части: «работодатель обязан обеспечить … безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов».

Таким образом, по жалобе истца травма, полученная им ДД.ММ.ГГГГ, признана связанной с производством.

Также расследованием было установлено лицо, допустившее нарушение требований охраны труда – ответственный за безопасное производство работ, управляющий производством ФИО7 который не осуществлял должный контроль за соблюдением работниками производства требований охраны труда, производственной и трудовой дисциплины, чем нарушены требования безопасности при производстве работ согласно должностной инструкции № от ДД.ММ.ГГГГ.

Таким образом, вышеописанный случай с истцом произошел по вине работодателя – ответчика, который не соблюдал вышеуказанные установленные действующим законодательством нормы и правила промышленной безопасности, охраны труда и допустило их грубое нарушение, что в свою очередь привело к созданию опасных условий при выполнении трудовых функций работника и как следствие – наступлению несчастного случая на производстве.

Изначально ответчик не хотел признавать факт производственной травмы, оказывал на истца давление, прекратил действие трудового договора, хотя оснований для прекращения договора по пп. «а» п. 6 ч. 1 ст. 81 ТК РФ не имелось, а также уклонился от возмещения вреда истцу, не предпринял все необходимые меры для направления документов в фонд социального страхования для соответствующих выплат истцу.

В качестве правового обоснования своих требований истец ссылался на положения ст.ст. 22, 184, 212, 216.1, 219, 228, 230, 237 ТК РФ, ст.ст.151, 1068, 1079, 1100, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации (ГК РФ), ст.ст. 3, 8 Федерального закона от 24.07.1998 года N 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний».

При определении размера компенсации морального вреда истец считал необходимым учитывать поведение ответчика, который не предпринял все возможные попытки к заглаживанию причиненного вреда, уклонялся от проведения расследования и выполнения действий, предусмотренных для перечисления истцу предусмотренных законом выплат, отрицание обязанности компенсировать моральный вред и неготовность в добровольном порядке частично удовлетворить требования истца.

Определением суда от ДД.ММ.ГГГГ принят отказ стороны истца от исковых требований в части взыскания с ответчика единовременного пособия, предусмотренного трудовым законодательством в связи с несчастным случаем на производстве, и утраченного заработка, производство по делу в данной части прекращено.

В судебное заседание от ДД.ММ.ГГГГ истец ФИО2 извещенный о времени и месте судебного заседания в порядке гл. 10 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее по тексту – ГПК РФ), в суд не явился, уполномочив представление своих интересов на основании доверенности ФИО1 который поддержал исковые требования о взыскании с ответчика компенсации морального вреда, просил взыскиваемую компенсацию намного не снижать; указал, что истец испытал физическую боль, перенес необходимость лечения и восстановления, временную нетрудоспособность, ограничения в самообслуживании, поскольку была травмирована рабочая рука.

Помощник прокурора Лежневского района Лавров С.Н. в судебном заседании не полагал, что факт причинения вреда ответчиком подтвержден, однако при должной осмотрительности самого истца причинения вреда можно было избежать, в связи с чем имеются основания для снижения заявленного размера компенсации морального вреда, поскольку он не соответствует размеру причиненных повреждений, по подобным искам размер взыскиваемой судами компенсации составляет около <данные изъяты> рублей.

Представитель ответчика ООО «НефтеГазКомплект» в судебное заседание не явился, о дате, времени и месте рассмотрения дела извещался в установленном законом порядке, ранее направил суду письменный отзыв на исковое заявление, в котором указал, что изложенные в иске факты и обстоятельства не соответствуют действительности. По факту несчастного случая назначена комиссия и проведено расследование, ДД.ММ.ГГГГ составлен акт по форме Н-1 истец заявляет о возникшей у него необходимости единолично останавливать покатившуюся трубу, но такой необходимости возникнуть не могло из-за конструктивной особенности накопительной скатки труб (труба остановилась бы у предыдущей всего лишь в одном метре на конечном упоре). Инструкция по охране труда изолировщика труб обязывает находиться на безопасном расстоянии от труб, и нахождение внутри накопительной скатки запрещено. Уведомления и расчеты переданы в Фонд социального страхования в полном объеме в установленные сроки, фондом социального страхования произведены все причитающиеся истцу выплаты. Истец приступил к работе по закрытию листка нетрудоспособности ДД.ММ.ГГГГ, впоследствии приказом от ДД.ММ.ГГГГ был привлечен к дисциплинарной ответственности, с ДД.ММ.ГГГГ не выходил на работу, не представляя оправдательных документов о причинах своего отсутствия, и трудовой договор с ним был расторгнут по ст. 81 ТК РФ за грубые нарушения трудовой дисциплины на основании приказа от ДД.ММ.ГГГГ.

Представители третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, Государственного учреждения Московское областное региональное отделение Фонда социального страхования Российской Федерации, Филиала № 9; Государственной инспекции труда в Московской области в судебное заседание также не явились, о дате, времени и месте рассмотрения дела извещены в порядке гл. 10 ГПК РФ, при этом последний в письменном ходатайстве просил суд о рассмотрении дела без его участия.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельные требования относительно предмета спора, ФИО7 в судебное заседание также не явился, о дате, времени и месте рассмотрения дела извещался в установленном законом порядке, о наличии уважительных причин неявки не сообщил, о рассмотрении дела в свое отсутствие или об отложении судебного разбирательства не просил.

Кроме того, о дате, времени и месте рассмотрения дела лица, участвующие в деле, извещались также путем размещения информации на сайте Ивановского районного суда Ивановской области (http<адрес> раздел «Судебное делопроизводство»).

Руководствуясь положениями ст. 167 ГПК РФ, суд рассмотрел дело при имеющейся явке лиц, участвующих в нем.

Выслушав объяснения представителя истца, исследовав материалы дела, получив устное заключение прокурора, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

На основании ч. 1 ст. 214 ТК РФ обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Статьей 227 ТК РФ предусмотрено, что расследованию и учету в соответствии с настоящей главой подлежат несчастные случаи, происшедшие с работниками и другими лицами, участвующими в производственной деятельности работодателя (в том числе с лицами, подлежащими обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний), при исполнении ими трудовых обязанностей или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах. Расследованию в установленном порядке как несчастные случаи подлежат события, в результате которых пострадавшими были получены: телесные повреждения (травмы), в том числе нанесенные другим лицом; тепловой удар; ожог; обморожение; отравление; утопление; поражение электрическим током, молнией, излучением; укусы и другие телесные повреждения, нанесенные животными, в том числе насекомыми и паукообразными; повреждения вследствие взрывов, аварий, разрушения зданий, сооружений и конструкций, стихийных бедствий и других чрезвычайных обстоятельств, иные повреждения здоровья, обусловленные воздействием внешних факторов, повлекшие за собой необходимость перевода пострадавших на другую работу, временную или стойкую утрату ими трудоспособности либо смерть пострадавших, если указанные события произошли в течение рабочего времени на территории работодателя либо в ином месте выполнения работы, в том числе во время установленных перерывов, а также в течение времени, необходимого для приведения в порядок орудий производства и одежды, выполнения других предусмотренных правилами внутреннего трудового распорядка действий перед началом и после окончания работы, или при выполнении работы за пределами установленной для работника продолжительности рабочего времени, в выходные и нерабочие праздничные дни.

При несчастных случаях, указанных в статье 227 настоящего Кодекса, работодатель (его представитель) обязан, в том числе, немедленно организовать первую помощь пострадавшему и при необходимости доставку его в медицинскую организацию; принять иные необходимые меры по организации и обеспечению надлежащего и своевременного расследования несчастного случая и оформлению материалов расследования в соответствии с настоящей главой.

Согласно ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В силу положений ст.ст. 151, 1099 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации морального вреда.

По смыслу ст. 1101 ГК РФ, при определении размера компенсации морального вреда должны учитываться характер причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, а также требования разумности и справедливости.

На основании ст. 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

ДД.ММ.ГГГГ было принято Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда».

В пункте 1 указанного Постановления разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Пункт 12 поименованного Постановления содержит следующие разъяснения. Обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 ГК РФ). Потерпевший – истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред. Вина в причинении морального вреда предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в причинении вреда доказывается лицом, причинившим вред (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ).

Под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции) (п. 14 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 года N 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

Наличие причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и моральным вредом (страданиями как последствиями нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага) означает, что противоправное поведение причинителя вреда повлекло наступление негативных последствий в виде физических или нравственных страданий потерпевшего (п. 18 Постановления).

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (п. 26).

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни. При определении размера компенсации морального вреда суду необходимо устанавливать, допущено причинителем вреда единичное или множественное нарушение прав гражданина или посягательство на принадлежащие ему нематериальные блага (п. 27 Постановления).

Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего (п. 28 того же Постановления).

При определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 ГК РФ). В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 ГК РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту. Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении (п. 30 Постановления).

При разрешении исковых требований о компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья или смертью работника при исполнении им трудовых обязанностей вследствие несчастного случая на производстве суду в числе юридически значимых для правильного разрешения спора обстоятельств надлежит установить, были ли обеспечены работодателем работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности. Бремя доказывания исполнения возложенной на него обязанности по обеспечению безопасных условий труда и отсутствия своей вины в необеспечении безопасности жизни и здоровья работников лежит на работодателе, в том числе если вред причинен в результате неправомерных действий (бездействия) другого работника или третьего лица, не состоящего в трудовых отношениях с данным работодателем (п. 46 указанного Постановления).

В судебном заседании установлено, что ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ года рождения состоял в трудовых отношениях с ООО «НефтеГазКомплект» на основании трудового договора № от ДД.ММ.ГГГГ, был принят на работу в цех внешней изоляции на должность изолировщика труб на линии 3 разряда на основании трудового договора № от ДД.ММ.ГГГГ.

Также установлено и не оспаривалось, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 приступил к работе в 08 часов 30 минут на участке по осмотру изделий на отсутствие повреждений изоляционного наружного слоя и в рабочее время получил травму пальца левой кисти, о чем проинформировал работодателя.

ДД.ММ.ГГГГ ОБУЗ «Лежневская ЦРБ» выдало ООО «НефтеГазКомплект» медицинское заключение № с диагнозом: перелом дистальной фаланги первого пальца левой кисти без смещения отломков – S 62,5, травма легкой степени.

Генеральный директор ООО «НефтеГазКомплект» приказом от ДД.ММ.ГГГГ № создал комиссию для расследования несчастного случая на производстве.

ДД.ММ.ГГГГ Генеральным директором ООО «НефтеГазКомплект» утвержден акт по форме Н-1 о несчастном случае на производстве. Из содержания акта следует, что ДД.ММ.ГГГГ работник получил задание от непосредственного руководителя работать на участке осмотра изделий на качество изоляционного покрытия. На момент несчастного случая работник находился между изделиями, не закрепив их от самопроизвольного перемещения специальным упором, и перемещал изделия вручную, не используя приспособление для перемещения. Заметив опасность самопроизвольного перемещения изделий и находясь между ними, изолировщик ФИО2 отскочил, не успев убрать левую руку со стеллажа, что и послужило обстоятельством получения травмы пальца левой руки. Причиной несчастного случая указано нарушение работником ФИО2 требований безопасности при выполнении работ, неприменение приспособления для перемещения изделий руками; нарушение работником техники безопасности, согласно инструкции по охране труда для изолировщика 11-03-03/20 п. 3.33. Данным актом установлено допущение истцом своими действиями грубой неосторожности и степень вины ФИО2 – 25%.

Согласно выданным ОБУЗ «Лежневская ЦРБ» листкам нетрудоспособности истец был нетрудоспособен с освобождением от работы с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. Из справки ООО «Медис» от ДД.ММ.ГГГГ следует, что ФИО2 установлен диагноз «Т92.2 Последствия травмы 1 пальца левой кисти. Разгибательная контрактура 1 пальца левой кисти». Истцу назначены: амбулаторный режим лечения с ограничением физических нагрузок (запрещено висеть на руке, поднимать тяжести), кетопрофен гель 5% 2 раза в день местно 14 дней, массаж кистей с разработкой движений №, лечебная гимнастика ежедневно, физиолечение – фонофорез с гидрокортизоном на область 1 пальца левой кисти.

По результатам рассмотрения жалобы ФИО2 Государственной инспекцией труда в Московской области проведено расследование несчастного случая, произошедшего ДД.ММ.ГГГГ. По итогам расследования вынесено заключение от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому расследование ответчиком несчастного случая проведено с нарушением законодательства, а вышеуказанный несчастный случай был квалифицирован как связанный с производством. На основании заключения на ООО «НефтеГазКомплект» возложена обязанность составить и утвердить акт по форме Н-1 в соответствии с заключением.

Кроме того, постановлением Главного государственного инспектора труда в Московской области ООО «НефтеГазКомплект» от ДД.ММ.ГГГГ по указанному факту привлечено к административной ответственности по ч. 1 ст. 5.27 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях. Из постановления следует, что комиссией по расследованию несчастного случая, утвержденной приказом от ДД.ММ.ГГГГ, не были установлены все обстоятельства и причины несчастного случая, а также лица, допустившие нарушения требований охраны труда.

ДД.ММ.ГГГГ Генеральным директором ООО «НефтеГазКомплект» утвержден акт по форме Н-1 о несчастном случае на производстве, согласно которому причиной несчастного случая является неосуществление контроля со стороны должностных лиц, ответственных за безопасное производство работ и соблюдение работниками требований безопасности охраны труда на рабочих местах, чем нарушены требования ст. 212 ТК РФ в части: «работодатель обязан обеспечить … безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов». Установлено лицо, допустившее нарушение требований охраны труда, – ответственный за безопасное производство работ, управляющий производством ФИО7 который не осуществлял должный контроль за соблюдением работниками производства требований охраны труда, производственной и трудовой дисциплины, чем нарушены требования безопасности при производстве работ согласно должностной инструкции № от ДД.ММ.ГГГГ.

Исследовав представленные в дело доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу, что в рабочее время причинен вред здоровью истца именно по вине работодателя, то есть ответчика, которым не в полной мере обеспечены условия охраны труда, что привело к созданию опасных условий при выполнении трудовых функций работника и как следствие – наступлению несчастного случая на производстве.

Полученная истцом ДД.ММ.ГГГГ травма причинила физическую боль в руке, которая является у него рабочей, и, как следствие, повлекла ограниченность в самообслуживании, а также нетрудоспособность истца на протяжении более, чем одного месяца (по расчетам суда – 53 дня), и дальнейшие последствия в виде необходимости амбулаторного лечения, что обусловливает возникновение у ФИО2 права требовать в связи с этим компенсации морального вреда на основании статьи 151 ГК РФ, статьи 237 ТК РФ.

Указанные обстоятельства подтверждаются медицинской документацией, представленной в дело, объяснениями истца, согласующимися с показаниями допрошенных в качестве свидетелей ФИО8 и ФИО9 оснований не доверять которым в данной части у суда не имеется.

Таким образом, судом установлена совокупность условий, необходимых для наступления гражданско-правовой ответственности по возмещению морального вреда, в связи с чем заявленные истцом требования о взыскании с ответчика ООО «НефтеГазКомплект» компенсации морального вреда подлежат удовлетворению.

Доводы ответчика относительно недостоверности сведений, изложенных в исковом заявлении, ссылки на несоблюдение истцом инструкции по охране труда изолировщика, суд полагает несостоятельными, поскольку они являются лишь способом защиты от заявленных требований, в то время как события ДД.ММ.ГГГГ установлены судом из достаточной совокупности доказательств. Следует отметить, что ответчик самостоятельно издал акт от ДД.ММ.ГГГГ по форме Н-1 о несчастном случае на производстве, сведений о признании его незаконным, а также об оспаривании ответчиком привлечения к административной ответственности по ч. 1 ст. 5.27 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, суду не представлено. Из вышеуказанного акта не усматривается наличие неосторожности или нарушений техники безопасности, правил охраны труда в каких-либо действиях ФИО2 в сложившейся ситуации. Данный акт фактически принят на замену акту от ДД.ММ.ГГГГ, который признан Государственной инспекцией труда в Московской области незаконным.

Доказательств обеспечения работодателем работнику условия труда, отвечающих требованиям охраны труда и безопасности, ООО «НефтеГазКомплект» не представило.

Суд соглашается с заключением прокурора в той части, в которой он полагал заявленный размер компенсации морального вреда завышенным. Определяя размер подлежащей взысканию компенсации морального вреда, с учетом принципа разумности, обстоятельств причинения истцу морального вреда, степени причиненных нравственных страданий, суд считает возможным установить ее в сумме <данные изъяты> рублей. При этом суд исходит из невысокой степени тяжести полученной травмы, однако учитывает и ее последствия в виде нетрудоспособности истца с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, необходимости последующих реабилитационных мероприятий, влияние на повседневную жизнедеятельность истца в плане утраты полноценной способности самообслуживания. Также судом принято во внимание, что ответчик изначально не провел надлежащим образом расследование несчастного случая; указал на грубую неосторожность и вину в несчастном случае самого истца, в связи с чем истцу пришлось обжаловать такое решение; отказался от возмещения истцу морального вреда в добровольном порядке.

Вместе с тем, учитывая, что истцом заявлено о компенсации морального вреда вследствие причинения вреда его здоровью при исполнении трудовых обязанностей, иные ссылки, изложенные в иске и касающиеся того, что полученная травма повлияла на его отношения с работодателем и привела к последующему увольнению, суд не принимает во внимание, поскольку истцом с достоверностью не доказано, что они непосредственно связаны с происшествием ДД.ММ.ГГГГ. При том, что само увольнение в судебном порядке в настоящее время не оспаривается, такие доводы суд расценивает как личное восприятие указанных обстоятельств истцом и допрошенными в качестве свидетелей ФИО8 и ФИО8 являющимися близкими истцу людьми.

Доказательств причинения нравственных и физических страданий в большем объеме, включая сведения о наличии у истца каких-либо индивидуальных особенностей, которые могли бы повлиять на выводы суда, истцом в дело не представлено.

В то же время взыскание компенсации в меньшем объеме не приведет к восстановлению нарушенного права, не устранит и не сгладит нравственные переживания истца и в целом может повлечь умаление значимости института судебной защиты нематериальных благ гражданина, работника.

В соответствии со ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

На основании ч. 1 ст. 103 ГПК РФ государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскивается с ответчика.

От уплаты государственной пошлины по делам, рассматриваемым Верховным Судом Российской Федерации в соответствии с гражданским процессуальным законодательством Российской Федерации и законодательством об административном судопроизводстве, судами общей юрисдикции, мировыми судьями, освобождаются истцы – по искам о взыскании заработной платы (денежного содержания) и иным требованиям, вытекающим из трудовых правоотношений, а также по искам о взыскании пособий; по искам о возмещении вреда, причиненного увечьем или иным повреждением здоровья, а также смертью кормильца (пп.пп. 1 и 3 п. 1 ст. 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации).

Государственная пошлина, подлежавшая уплате истцом за рассмотрение судом требования о компенсации морального вреда, составляла <данные изъяты> рублей (пп. 3 п. 1 ст. 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации).

Требования истца были признаны судом обоснованными.

Таким образом, с ответчика в местный бюджет подлежит взысканию государственная пошлина в размере <данные изъяты> рублей.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд

РЕШИЛ:

исковые требования ФИО2 удовлетворить частично.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «НефтеГазКомплект» ИНН № в пользу ФИО2 в счет компенсации морального вреда денежные средства в размере <данные изъяты> рублей.

В остальной части исковые требования ФИО2 оставить без удовлетворения.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «НефтеГазКомплект» ИНН № государственную пошлину в доход бюджета муниципального образования Лежневский муниципальный район Ивановской области в сумме <данные изъяты> рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Ивановский областной суд через Ивановский районный суд Ивановской области в течение 1 месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Председательствующий судья А.А. Ребров

Мотивированное решение суда составлено 09.12.2022.