Дело № 2-1782/2023

УИД 35RS0012-01-2023-001407-08

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

город Вологда

22 ноября 2023 года

Вологодский районный суд Вологодской области в составе:

председательствующего судьи Гвоздевой Н.В.,

с участием представителя прокуратуры Вологодского района Розум Е.М.,

представителя истцов по доверенности ФИО1,

представителя ответчиков адвоката Шунина А.В.,

при секретаре Курочкиной Н.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2, ФИО3 к ФИО4, ФИО5 о взыскании компенсации морального вреда,

установил:

ФИО2, ФИО3 обратились в суд с иском к ФИО4, ФИО5 о взыскании компенсации морального вреда. В обоснование требований указали, что 19.09.2021 произошло дорожно-транспортное происшествие, в результате которого водителю автомашины 1 ФИО2 причинены телесные повреждения, расценивающиеся как вред здоровью средней тяжести, пассажиру автомашины 1 ФИО3 причинены телесные повреждения, не расценивающиеся как вред здоровью. Виновником дорожно-транспортного происшествия является ФИО4, управлявшая автомобилем 2.

Истцы просят взыскать с надлежащего ответчика в пользу ФИО2 денежные средства в счет компенсации морального вреда в сумме 1 000 000 рублей, в пользу ФИО3 – 30 000 рублей; расходы по оплате государственной пошлины в порядке возврата – 400 рублей.

Протокольным определением суда от 16.11.2023 к участию в деле привлечен финансовый управляющий имуществом ФИО5 – ФИО6

В судебное заседание истцы ФИО2, ФИО3 не явились, извещены надлежаще, действуют через представителя.

Участвуя в судебных заседаниях 19.10.2023 и 16.11.2023, истец ФИО2 исковые требования поддержал, пояснил, что самостоятельно не передвигается с 2016 года после <данные изъяты>. После ДТП 19.09.2021 у него были <данные изъяты>. Также после ДТП у него <данные изъяты>. До аварии он проходил реабилитацию и имел хороший прогноз относительно возможности самостоятельно ходить. После ДТП 19.09.2021 перестал чувствовать ноги вообще. Учитывая, что судебные тяжбы длятся длительное время, ФИО2 теряет шансы на реабилитацию.

Участвуя в судебном заседании 19.10.2023, истец ФИО3 исковые требования поддержала, пояснила, что в результате ДТП испытала сильную боль и стресс. После аварии у нее появились <данные изъяты>. В настоящее время испытывает страх передвигаться на автомобиле. После выписки ФИО2 из больницы осуществляла за ним уход. Пояснила, что до ДТП 19.09.2021 ФИО2 самостоятельно не передвигался, <данные изъяты>. Описать событие ДТП затруднилась ввиду нахождения на тот момент в шоковом состоянии.

Представитель истцов по доверенности ФИО1 в судебном заседании заявленные требования поддержал в полном объеме, просил удовлетворить.

Ответчики ФИО4, ФИО7 в судебное заседание не явились, извещены надлежаще, действуют через представителя.

Участвуя в судебных заседаниях 19.10.2023 и 16.11.2023 ответчик ФИО5 возражал против заявленных исковых требований, считая, что иск к нему предъявлен неправомерно. Пояснил, что разговаривал с ФИО2 в больнице, тот не отрицал, что видел автомобиль ФИО4 на встречной полосе, причину, по которой не затормозил, пояснить не смог. Указал, что после ДТП автомобили обоих участников восстановлению не подлежат, что говорит о высокой скорости движения обоих транспортных средств.

Представитель ответчиков адвокат Шунин А.В. в судебном заседании против удовлетворения требований возражал. Указал, ФИО2 нарушил п. 10.1 Правил дорожного движения, съехав на обочину дороги, что повлекло столкновение транспортных средств. В случае, если бы ФИО2 применил экстренное торможение вплоть до полной остановки транспортного средства, находясь на своей полосе, столкновения удалось бы избежать. При проведении судебной экспертизы в рамках уголовного дела экспертом не определена скорость, с которой двигался ФИО2, при этом имеются основания полагать, что ФИО2 двигался с превышением разрешенной скорости; экспертом не оценены его действия в момент дорожно-транспортного происшествия, не принято во внимание отсутствие тормозного пути транспортного средства под управлением ФИО2 Показания потерпевшего носят противоречивый характер, не согласуются с показаниями ФИО3 Схема дорожно-транспортного происшествия составлена без присутствия ФИО2 и ФИО4 Также указал, что дорожно-транспортное происшествие было спровоцировано действиями водителя автомашины под управлением Г.И.Ф., который, двигаясь в попутном с ФИО4 направлении, препятствовал последней завершить обгон, увеличив скорость движения. Также полагал, что надлежащим ответчиком по делу, в силу положения п. 18 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" следует считать ФИО5, являющегося собственником транспортного средства 2, которым управляла ФИО4 Просил учесть материальное положение ФИО5, который в настоящее время проходит процедуру банкротства. В случае удовлетворения исковых требований просил применить ст. 1083 Гражданского кодекса РФ, снизив сумму взыскания.

Финансовый управляющий ФИО6 в судебное заседание не явился, извещен надлежаще, о причинах неявки суд не уведомил.

Заслушав лиц, участвующих в деле, мнение помощника прокурора Вологодского района Розум Е.М., полагавшей заявленные требования подлежащими частичному удовлетворению, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Согласно пункту 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

В силу пункта 3 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (статья 1064).

Согласно статье 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред (пункт 1).

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2).

Согласно разъяснениям Пленума Верховного Суда Российской Федерации, данным в постановлении от 26 января 2010 г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", судам для правильного разрешения дел по спорам, связанным с причинением вреда жизни или здоровью в результате взаимодействия источников повышенной опасности, следует различать случаи, когда вред причинен третьим лицам (например, пассажирам, пешеходам), и случаи причинения вреда владельцам этих источников. Судам надлежит иметь в виду, что в силу статьи 1079 ГК Российской Федерации вред, причиненный жизни или здоровью граждан деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих (источником повышенной опасности), возмещается владельцем источника повышенной опасности независимо от его вины.

По смыслу приведенных выше норм права, для возложения на лицо ответственности за причиненный вред необходимы наличие таких обстоятельств, как: наступление вреда; противоправность поведения причинителя вреда и его вина; причинно-следственная связь между действиями причинителя вреда и наступившими неблагоприятными последствиями.

Вина причинителя вреда является общим условием ответственности за причинение вреда. При этом вина причинителя вреда презюмируется, поскольку он освобождается от возмещения вреда только тогда, когда докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Согласно пункту 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и статьей 151 настоящего Кодекса.

Компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (статья 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу пункта 1.5 Правил дорожного движения, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 23 октября 1993 г. N 1090, участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда.

Согласно пункту 9.1 названных Правил количество полос движения для безрельсовых транспортных средств определяется разметкой и (или) знаками 5.15.1, 5.15.2, 5.15.7, 5.15.8, а если их нет, то самими водителями с учетом ширины проезжей части, габаритов транспортных средств и необходимых интервалов между ними. При этом стороной, предназначенной для встречного движения на дорогах с двусторонним движением без разделительной полосы, считается половина ширины проезжей части, расположенная слева, не считая местных уширений проезжей части (переходно-скоростные полосы, дополнительные полосы на подъем, заездные карманы мест остановок маршрутных транспортных средств).

Пунктом 9.1(1) Правил дорожного движения предусмотрено, что на любых дорогах с двусторонним движением запрещается движение по полосе, предназначенной для встречного движения, если она отделена трамвайными путями, разделительной полосой, разметкой 1.1, 1.3 или разметкой 1.11 прерывистая линия которой расположена слева.

Как следует из пункта 10.1 Правил дорожного движения водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил.

При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.

Прежде чем начать обгон, водитель обязан убедиться в том, что полоса движения, на которую он собирается выехать, свободна на достаточном для обгона расстоянии и в процессе обгона он не создаст опасности для движения и помех другим участникам дорожного движения (пункт 11.1 Правил дорожного движения).

Как установлено судом и следует из материалов дела, 19.09.2021 в 12 часов 45 минут на <данные изъяты> автодороги <данные изъяты> произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля 2 под управлением ФИО4, принадлежащего ФИО5, и автомобиля 1 под управлением ФИО2

По факту дорожно-транспортного происшествия было возбуждено уголовное дело, в рамках рассмотрения которого вынесено постановление от 15.02.2022 в отношении ФИО2, Г.И.Ф. об отказе в возбуждении уголовного дела по признакам состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. № Уголовного кодекса РФ; об отказе в возбуждении уголовного дела по факту причинения вреда здоровью в ходе дорожно-транспортного происшествия ФИО3, ФИО2, ФИО4 в отношении ФИО4 по признакам состава преступления, предусмотренного ч.1 ст. № Уголовного кодекса РФ в связи с отсутствием в ее деянии состава преступления. Копии материалов уголовного дела направлены в ОГИБДД МВД «<данные изъяты>» в связи с наличием в действиях ФИО4 признаков административного правонарушения, предусмотренного ст. 12.24 КоАП РФ.

Постановлением мирового судьи Вологодской области по судебному участку № ФИО4 привлечена к административной ответственности за совершение административного правонарушения, предусмотренного ч.2 ст. 12.24 КоАП РФ, и подвергнута административному наказанию в виде лишения права управления транспортными средствами всех видов на срок один год шесть месяцев.

Согласно заключению эксперта ФБУ Вологодская лаборатория судебной экспертизы Министерства юстиции РФ от 09.12.2021 №, составленному в результате проведенной автотехнической экспертизы, действия водителя автомобиля 2 не соответствовали требованиям п.п. 9.1(1), 10.1 абз.1 Правил дорожного движения РФ. Выполняя требования п.п. 9.1(1), 10.1 абз.1 ФИО4 имела возможность предотвратить дорожно-транспортное происшествие.

В действиях водителя автомобиля 1 ФИО2 несоответствий требованиям п. 10.1 абз. 2 Правил дорожного движения РФ не имеется. В случае, если водитель автомобиля 1 ФИО2 в зоне действия дорожного знака 3.24 «Ограничение максимальной скорости (40 км/ч)» двигался со скоростью 75 км/ч, то его действия не соответствовали требованиям п. 1.3 Правил дорожного движения РФ. Водитель автомобиля 1 ФИО2 в данной ситуации должен был действовать в соответствии с п.п. 1.3, 10.1 абз.1 Правил дорожного движения РФ. Водитель автомобиля 1 ФИО2 в сложившейся ситуации не имел возможности предотвратить дорожно-транспортное происшествие.

Доводы представителя ответчиков адвоката Шунина А.В., указывающего на наличие причинно-следственной связи между нарушением ФИО2 Правил дорожного движения и дорожно-транспортным происшествием, суд считает необоснованными.

Как указано в исследовательской части заключению эксперта ФБУ Вологодская лаборатория судебной экспертизы Министерства юстиции РФ от 09.12.2021 №, ФИО4 не должна была двигаться по полосе дороги, предназначенной для встречного движения, где между транспортными потоками противоположных направлений нанесена сплошная линия дорожной разметки 1.1. в соответствии с требованиями п. 9.1(1) Правил дорожного движения РФ. Кроме того, ФИО4 должна была выбрать скорость движения, соответствующую дорожным условиям и применить такие приемы управления автомобилем, которые бы позволили ей в процессе обгона контролировать траекторию движения своего автомобиля и не допускать съезд на левую по ходу ее движения обочину с последующим столкновением с двигающимся во встречном направлении автомобилем 1 в соответствии с требованиями п. 10.1 абз.1 Правил дорожного движения РФ. Сам факт того, что ФИО4 не приняла меры к снижению скорости в процессе обгона для возвращения в свою правую полосу для движения до начала сплошной линии дорожной разметки 1.1 и допустила съезд на левую обочину с дальнейшим столкновением с двигающимся во встречном направлении автомобилем 1 свидетельствовало о том, что скорость движения, в соответствии с применяемыми правилами управления, не обеспечивала безопасности движения в данной дорожной обстановке, а действия ФИО4 были технически неправильными и не соответствовали требованиям п.п. 9.1 (1), 10.1 абз.1 Правил дорожного движения РФ. Предотвращение столкновения с автомобилем 1 зависело не от наличия или отсутствия у водителя 2 ФИО4 технической возможности предотвратить дорожно-транспортное происшествие, а от выполнения ею требований п.п. 9.1 (1), 10.1 абз.1 Правил дорожного движения РФ. Водитель автомобиля 1 ФИО2 при обнаружении опасности для движения, а именно, автомобиля 2, выезжающего на полосу его движения, должен был принять меры к снижению скорости своего автомобиля, вплоть до полной остановки в соответствии с требованиями п. 10.1 абз. 2 Правил дорожного движения РФ. Однако, поскольку выехавший на полосу встречного движения автомобиль 2 до момента столкновения двигался без торможения, то торможением только одного автомобиля 1, без освобождения к моменту разъезда автомобилем 2 встречной полосы движения столкновение не предотвращалось, так как ни снижение скорости, ни остановка автомобиля 1 не исключали столкновения. Водитель ФИО2 не имел возможности предотвратить данное столкновение.

Таким образом, в данной дорожной ситуации предотвращение дорожно-транспортного происшествия зависело не от технических характеристик (возможностей) транспортных средств, а от своевременного выполнения водителем автомобиля 2 ФИО4 требований пунктов 9.1 (1), 10.1 Правил дорожного движения РФ.

При этом, суд учитывает, что сам факт съезда ФИО2 на правую обочину не свидетельствует о наличии в его действиях нарушений Правил дорожного движения. Так, в соответствии с пунктом 12.1 Правил дорожного движения РФ остановка и стоянка транспортных средств разрешаются на правой стороне дороги на обочине.

При таких обстоятельствах, проанализировав нормы действующего законодательства, регулирующие возмещение вреда, Правила дорожного движения Российской Федерации, материалы по факту ДТП, пояснения сторон, а также заключение автотехнической экспертизы, суд приходит к выводу о том, что дорожно-транспортное происшествие произошло по вине ответчика ФИО4

При этом суд принимает в качестве надлежащего доказательства по делу приведенное выше заключение эксперта ФБУ Вологодская лаборатория судебной экспертизы Министерства юстиции РФ от 09.12.2021 №, поскольку экспертиза проведена уполномоченной организацией на основании постановления следователя, с соблюдением установленного процессуального порядка, экспертом ФИО8, обладающими специальными познаниями для разрешения поставленных перед ним вопросов. Заключение получено с соблюдением процедуры, обеспечивающей ответственность эксперта за результаты исследования.

Также суд находит несостоятельными доводы о наличии в произошедшем ДТП вины иных участников, поскольку указанные обстоятельства опровергаются судебными актами, вступившими в законную силу.

Доводы представителя ответчиков о том, что в действиях водителя Г.И.Ф. также усматриваются признаки нарушения Правил дорожного движения РФ, отклоняются судом, поскольку опровергаются материалами дела и направлены на переоценку доказательств, добытых в ходе рассмотрения уголовного дела №

Судом установлено, что ФИО2 является инвалидом <данные изъяты>. На момент дорожно-транспортного происшествия ФИО2 управлял автомобилем 1 на ручном управлении.

В соответствии с заключением эксперта БУЗ ВО «Бюро судебно-медицинской экспертизы» № от 31.01.2022, составленным по результатам судебно-медицинской экспертизы, проведенной на основании постановления следователя следственного отдела № 2 СУ УМВД России по г. Вологде в рамках уголовного дела по факту ДТП от 19.09.2021, водителю автомобиля 1, ФИО2 причинен вред здоровью, а именно: <данные изъяты>, влекущие вред здоровью средней тяжести; <данные изъяты>, влекущие легкий вред здоровью; <данные изъяты>, не влекущие вреда здоровью.

Так, 19.09.2021 при оказании ФИО2 медицинской помощи <данные изъяты> у пострадавшего обнаружена <данные изъяты>, поставлен диагноз «<данные изъяты>.

При обращении за медицинской помощью в консультативно-поликлиническое отделение <данные изъяты> 20.09.2021 в ходе обследования ФИО2 обнаружены <данные изъяты>, <данные изъяты> не подтверждено. В результате компьютерно-томографического исследования <данные изъяты> обнаружен <данные изъяты>, а также поставлен диагноз <данные изъяты>.

При обращении за медицинской помощью в поликлинику <данные изъяты> 21.09.2021 и в ходе дальнейшего обследования и лечения у ФИО2 установлены <данные изъяты>.

Согласно выписному эпикризу № <данные изъяты>, ФИО2 в период с 14.10.2021 по 29.10.2021 находился на лечении в отделении <данные изъяты> с диагнозом <данные изъяты>, травма в ДТП от 19.09.2021, пациенту проведен <данные изъяты>.

В период с 24.05.2022 по 31.05.2022 ФИО2 находился на лечении <данные изъяты> с диагнозом <данные изъяты>. Пациенту проведено <данные изъяты>.

Такое медицинское вмешательство, как <данные изъяты>, а также <данные изъяты>, сами по себе свидетельствуют о том, что ФИО2 испытывал физические и нравственные страдания, выраженные в длительном лечении, регулярных болевых ощущениях.

В соответствии с заключением эксперта <данные изъяты> от 17.11.2021, составленным по результатам судебно-медицинской экспертизы, проведенной на основании постановления следователя следственного отдела № 2 СУ УМВД России по г. Вологде в рамках уголовного дела по факту ДТП от 19.09.2021, у ФИО3 каких-либо телесных повреждений не установлено.

Вместе с тем, из копии карты вызова скорой медицинской помощи <данные изъяты> от 19.09.2021 в 12 часов 50 минут следует, что от ФИО3 поступили жалобы на <данные изъяты>. Из медицинской карты амбулаторного больного <данные изъяты> видно, что при обращении за медицинской помощью в поликлинику <данные изъяты> 19.09.2021 и в ходе дальнейшего обследования и наблюдения по 23.09.2021 у ФИО3 обнаружено: <данные изъяты>, поставлены диагнозы: <данные изъяты>. Диагнозы <данные изъяты> объективными данными в медицинских документах достоверно не подтверждены.

Экспертом отмечено, что в теории и практике судебной медицины термин «Ушиб» непосредственно обозначает не само повреждение, а только факт воздействия тупой силы (предмета, орудия, давления и др.) на тело человека. При ушибе воздействие тупого предмета может ограничиться только причинением боли или же сопровождаться нарушением анатомической целостности тканей с возникновением соответствующих повреждений, начиная от поверхностных повреждений: кровоподтека, ссадины и заканчивая более интенсивными повреждениями структуры тканей: раной, переломом, сотрясением внутреннего органа. На основании теоретического положения в судебно-медицинской практике принято обозначать не способ травмирующего воздействия в виде ушиба, а его конкретный результат в виде образовавшегося повреждения. Для мягких тканей это чаще всего такие телесные повреждения как кровоподтеки, ссадины, внутрикожные кровоизлияния, раны, причиненные в результате воздействия тупой силы (ушиба).

При этом суд учитывает, что, несмотря на отсутствие телесных повреждений, влекущих расстройство здоровья, ФИО3 в момент дорожно-транспортного происшествия испытала испуг и страх за свою жизнь и здоровье, стресс, физическую боль, возникшую в результате ушиба, нравственные страдания.

Факт того, что ФИО2, ФИО3 в результате дорожно-транспортного происшествия причинен моральный вред, является очевидным и в силу положений части 1 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не нуждается в доказывании. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (статья 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Разрешая вопрос о лице, ответственном за возмещение вреда, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, суд учитывает следующее.

Положениями пункта 2 статьи 209 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что совершение собственником по своему усмотрению в отношении принадлежащего ему имущества любых действий не должны противоречить закону и иным правовым актам и нарушать права и охраняемые законом интересы других лиц.

По общему правилу, установленному пунктом 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Пунктом 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что юридические лица и граждане, деятельность которых связана е повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 данного кодекса. Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника, повышенной опасности и т.п.) (абзац второй пункта 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Пунктом 2 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что владелец источника повышенной опасности не отвечает за вред, причиненный этим источником, если докажет, что источник выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц.

Ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности, в таких случаях несут лица, противоправно завладевшие источником. При наличии вины владельца источника повышенной опасности в противоправном изъятии этого источника из его обладания ответственность может быть возложена как на владельца, так и на лицо, противоправно завладевшее источником повышенной опасности.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пунктах 18 и 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2020 г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", судам надлежит иметь в виду, что в силу статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный жизни или здоровью граждан деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих (источником повышенной опасности), возмещается владельцем источника повышенной опасности независимо от его вины.

Под владельцем источника повышенной опасности следует понимать юридическое лицо или гражданина, которые используют его в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, оперативного управления либо на других законных основаниях (например, по договору аренды, проката, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности).

Законом об ОСАГО в целях защиты прав потерпевших на возмещение вреда, причиненного их жизни, здоровью или имуществу при использовании транспортных средств иными лицами (преамбула), на владельцев этих транспортных средств, каковыми, согласно статье 1 признаются их собственники, а также лица, владеющие транспортным средством на праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (право аренды, доверенность на право управления и тому подобное), возложена обязанность по страхованию риска своей гражданской ответственности (п. п. 1 и 2 ст. 4) путем заключения договора обязательного страхования со страховой организацией (п. 1 ст. 15); при этом запрещается использование транспортных средств, владельцы которых не исполнили обязанность по страхованию своей гражданской ответственности; в отношении указанных транспортных средств не проводятся государственный технический осмотр и регистрация (п. 3 ст. 32), а лица, нарушившие установленные данным Федеральным законом требования об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств, несут ответственность в соответствии законодательством РФ (абз. 2 п. 6 ст. 4).

Установлено, что собственником автомобиля 2 является ФИО5 ФИО5 передал транспортное средство во временное законное владение и пользование ФИО4, которая была внесена в страховой полис ОСАГО №, оформленный в страховой компании <данные изъяты>, как лицо, допущенное к управлению транспортным средством. ФИО4 были переданы ФИО5 все необходимые документы на автомобиль, во временное законное владение передан сам автомобиль марки 2 и ключи от него.

С учетом приведенных выше положений законодательства суд приходит к выводу, что между ФИО5 и ФИО4 сложились правоотношения, вытекающие из договора безвозмездного пользования имуществом, именно ФИО4 обязана понести ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности, поскольку в соответствии со статьей 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации являлась владельцем источника повышенной опасности на законных основаниях в момент дорожно-транспортного происшествия.

При этом каких-либо доказательств, свидетельствующих о совершении ФИО4 противоправных действий по завладению вышеуказанным автомобилем, помимо воли собственника ФИО5, материалы дела не содержат.

Оснований для возложения ответственности на ФИО5 за вред, причиненный в рассматриваемом дорожно-транспортном происшествии, не установлено.

Статья 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Из изложенного следует, что при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, суду необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Согласно пункту 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 ГК РФ). В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 ГК РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту. Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении.

Определяя размер компенсации морального вреда, подлежащий взысканию с ФИО4 в пользу истцов, суд принимает во внимание тяжесть причиненного здоровью истцов вреда, длительность нахождения каждого из них на лечении, виды медицинских манипуляций, которые применялись для лечения полученной ФИО2 травмы и ограничение в физической активности в связи с состоянием здоровья, индивидуальные особенности потерпевшего ФИО2, имеющего инвалидность <данные изъяты>, степень испытанных истцами нравственных и физических страданий.

С учетом требований разумности и справедливости, неосторожной формы вины ответчика, принимая во внимание, что компенсация морального вреда должна носить реальный, а не символический характер, с учетом значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, суд полагает необходимым удовлетворить заявленные истцом ФИО3 требования полностью в размере 30 000 рублей, а заявленные истцом ФИО2 исковые требования удовлетворить частично и взыскать с ответчика ФИО4 в пользу истца ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 500 000 рублей, поскольку указанная сумма с учетом установленных по делу обстоятельств способствует восстановлению баланса между нарушенными правами истца и мерой ответственности, применяемой к ответчику.

Согласно п.3 ст.1083 ГК РФ суд может уменьшить размер возмещения вреда, причиненного гражданином, с учетом его имущественного положения, за исключением случаев, когда вред причинен действиями, совершенными умышленно.

Ответчик ФИО4 трудоустроена, имеет на иждивении <данные изъяты>, а также обязательства имущественного характера:

- по соглашению от 12.09.2022, заключенному с <данные изъяты>, о возмещении ущерба в размере <данные изъяты>, возникшего в связи с ДТП от 19.09.2021 (определен график погашения задолженности: с 29.09.2022 по 30.08.2024 ежемесячно в сумме <данные изъяты>, в последний месяц - <данные изъяты>);

- по ипотечному договору от 16.10.2020 в размере <данные изъяты> (остаток задолженности по состоянию на 01.12.2022 – <данные изъяты>);

- по кредитному договору от 24.10.2020 в размере <данные изъяты> (остаток задолженности по состоянию на 26.07.2023 – <данные изъяты>);

- по кредитному договору от 15.02.2022 в размере <данные изъяты> (остаток задолженности на 26.07.2023 – <данные изъяты>).

При этом суд не находит оснований для применения к возникшим между сторонами отношениям положений ст.1083 ГК РФ, поскольку основанием для уменьшения размера возмещения являются исключительные обстоятельства, связанные с имущественным положением гражданина, влекущие для него тяжелые, неблагоприятные последствия и признанные таковыми судом. При этом уменьшение размера возмещения вреда, с учетом имущественного положения причинителя вреда, является правом, а не обязанностью суда. Вместе с тем, исключительных обстоятельств, дающих право для применения положений п. 3 ст. 1083 ГК РФ судом не установлено, доказательств в обоснование изложенных доводов не представлено. Доказательств того, что несовершеннолетнему М. требуется дорогостоящее лечение, ответчиком ФИО4 не представлено. При этом суд принимает во внимание тот факт, что ФИО4 располагает достаточными денежными средствами для погашения кредитов, необходимость получения которых ответчиком не обоснована.

На основании ст. 98 Гражданского процессуального кодекса РФ, с ФИО4 в пользу ФИО3 подлежат взысканию расходы по оплате государственной пошлины в сумме 300 рублей.

Руководствуясь ст.ст. 150, 151, 1064 ГК РФ, ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

решил:

исковые требования ФИО2 к ФИО4 удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО4 (паспорт <данные изъяты>) в пользу ФИО2, (паспорт 1915 <данные изъяты>) в счет компенсации морального вреда, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, 500 000 (пятьсот тысяч) рублей 00 копеек.

В удовлетворении исковых требований ФИО2 к ФИО4 в большем объеме – отказать.

Исковые требования ФИО3 к ФИО4 удовлетворить.

Взыскать с ФИО4 (паспорт <данные изъяты>) в пользу ФИО3 (паспорт 1917 <данные изъяты>) в счет компенсации морального вреда, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, 30 000 (тридцать тысяч) рублей 00 копеек, государственную пошлину в порядке возврата в сумме 300 (триста) рублей 00 копеек.

В удовлетворении исковых требований ФИО2, ФИО3 к ФИО5 о взыскании компенсации морального вреда – отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Вологодский областной суд через Вологодский районный суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья: подпись

Копия верна

Судья Н.В. Гвоздева

Мотивированное решение изготовлено 29.11.2023.