РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

16 июня 2022 года г. Тула

Центральный районный суд г. Тулы в составе:

председательствующего Задонской М.Ю.,

при секретаре Малевской А.К.,

с участием

административного истца Гуржи оглы О.Х., участвующего в судебном заседании с применением системы видеоконференц-связи в порядке ст.142 КАС РФ,

представителя административного ответчика УМВД России по Тульской области, МВД России по доверенности ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело № 2а-1536/2022 по административному исковому заявлению ФИО2 к УМВД России по Тульской области, Министерству внутренних дел России, Управлению Федерального казначейства по Тульской области, Министерству финансов РФ о признании действий (бездействия) незаконными, взыскании компенсации морального вреда,

установил:

ФИО2 обратился в суд с административным исковым заявлением к УМВД России по г.Туле, Управлению Федерального казначейства по Тульской области о признании действий (бездействия) незаконными, взыскании компенсации морального вреда.

В обосновании заявленных требований административный истец указал, что с ДД.ММ.ГГГГ он находился под следствием и содержался в СИЗО-4 УФСИН России по Тульской области г.Новомосковска, где вывозился на следственные действия, а также судебные заседания конвоем ОМВД России по г.Новомосковск на автомобиле, предназначенном для перевозки находящихся под стражей лиц.

Так как он ранее служил в ВВ МВД РФ, он перевозился в отдельной одиночной камере, в которой отсутствовали вентиляция и достаточное освещение, от чего он испытывал дискомфорт и головные боли от нехватки кислорода. Такие условия перемещения унижали его человеческое достоинство, причиняли нравственные страдания, доставляли ему моральные переживания и оказывали негативное психологическое воздействие, не позволяющее эффективно противостоять незаконным, по его мнению, действиям следствия и суда.

Просил суд взыскать с ответчиков в его пользу в счет компенсации морального вреда 5 000 000 руб.

Определением суда к участию в деле в качестве административных ответчиков привлечены УМВД России по Тульской области, МВД России и Министерство Финансов РФ.

Определением суда от ДД.ММ.ГГГГ УМВД России по г.Туле исключено из числа административных ответчиков.

Административный истец ФИО2 в судебном заседании административные исковые требования поддержал, по доводам, изложенным в их обоснование, просил административный иск удовлетворить. Дополнил, что после перемещения в неудовлетворительных по его мнению условиях он испытывал головные боли, но за медицинской помощью по месту его содержания официально не обращался. О нарушении его прав неудовлетворительными условиями его перемещения в судебные заседания и на следственные действия он узнал по прибытию в колонию для отбывания наказания, примерно в ДД.ММ.ГГГГ в ходе беседы с содержащимися в колонии осужденными.

Представитель административного ответчика УМВД России по Тульской области, МВД России по доверенности ФИО1 в судебном заседании административные требования не признала, просила отказать в их удовлетворении. В обоснование возражений указала, что ФИО2 перемещался к месту проведения следственных действий и в судебные заседания как спецконтингент, поскольку являлся бывшим сотрудником органов внутренних дел. При этом перемещение ФИО2 оглы осуществлялось на спецавтомобиле для перевозки лиц, заключенных под стражу, на базе . В указанном автомобиле имеется 3 камеры на 19 посадочных мест для подозреваемых и обвиняемых, в общей камере по левому борту - 9 мест, по правому борту - 9 мест; в одиночной -1; также имеется биотуалет. Указанный автомобиль по своим характеристикам, связанным с условиями перемещения лиц, содержащихся под стражей, соответствует требованиям ГОСТов и сертифицирован в соответствии со стандартом отрасли СТО 061 - 2019 «Автомобили оперативно - служебные для перевозки подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений».

Автомобиль ГАЗ 3309 - A3, 2014 года выпуска, государственный регистрационный знак М 0111 71 регион, оснащен системой вентиляции и освещения, и в период перемещения административного истца указанные системы находились в исправном состоянии. Габариты камеры, в которой перемещался ФИО2 оглы, соответствуют требованиям Наставления по оборудованию инженерно-техническими средствами охраны и надзора объектов уголовно исполнительной системы, утвержденного приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 4 сентября 2006 г. № 279 (в редакции приказа Министерства юстиции Российской Федерации от 17 июня 2013 г. №94). Также полагала, что административным истцом пропущен срок для обращения в суд за защитой нарушенного по его мнению права.

Представитель административного ответчика Управления Федерального казначейства по Тульской области в судебное заседание не явилась, о времени и месте его проведения извещалась своевременно и надлежащим образом, причину неявки суду не сообщила. В представленных возражениях просили отказать в удовлетворении заявленных административным истцом требований, полагая их необоснованными, незаконными и не подтвержденными допустимыми, относимыми и достоверными доказательствами. При этом заявленный административным истцом размер компенсации морального вреда полагали чрезмерно завышенным, не соответствующим требованиям разумности и справедливости.

Представитель административного ответчика Министерства финансов Российской Федерации в судебное заседание не явился, о времени и месте его проведения извещался своевременно и надлежащим образом, причину неявки суду не сообщил, письменных объяснений не представил.

В соответствии с ч. 2 ст.289 Кодекса административного судопроизводства РФ суд счел возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся участвующих в деле лиц, извещенных надлежащим образом.

Выслушав представителя административных ответчиков УМВД России по Тульской области, МВД России по доверенности ФИО1, исследовав письменные доказательства, имеющиеся в материалах дела, суд приходит к следующему.

В силу ст. 2 Конституции РФ человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

В Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией РФ (ч. 1 ст. 17 Конституции РФ).

Права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием (статья 18 Конституции).

В соответствии со ст. 21 Конституции РФ достоинство личности охраняется государством. Ничто не может быть основанием для его умаления. Никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию. Никто не может быть без добровольного согласия подвергнут медицинским, научным или иным опытам.

В соответствии со ст. 53 Конституции Российской Федерации, каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

Как указано в ст. 46 Конституции Российской Федерации каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод. Решения и действия (или бездействие) органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений и должностных лиц могут быть обжалованы в суде.

Право на свободу и личную неприкосновенность является неотчуждаемым правом каждого человека, что предопределяет наличие конституционных гарантий охраны и защиты достоинства личности, запрета применения пыток, насилия, другого жестокого или унижающего человеческое достоинство обращения или наказания (статьи 17, 21 и 22 Конституции Российской Федерации).

Возможность ограничения указанного права допускается лишь в той мере, в какой оно преследует определенные Конституцией Российской Федерации цели, осуществляется в установленном законом порядке, с соблюдением общеправовых принципов и на основе критериев необходимости, разумности и соразмерности, с тем чтобы не оказалось затронутым само существо данного права.

В соответствии с ч. 1 ст. 218 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации гражданин, организация, иные лица могут обратиться в суд с требованиями об оспаривании решений, действий (бездействия) органа государственной власти, органа местного самоуправления, иного органа, организации, наделенных отдельными государственными или иными публичными полномочиями (включая решения, действия (бездействие) квалификационной коллегии судей, экзаменационной комиссии), должностного лица, государственного или муниципального служащего (далее - орган, организация, лицо, наделенные государственными или иными публичными полномочиями), если полагают, что нарушены или оспорены их права, свободы и законные интересы, созданы препятствия к осуществлению их прав, свобод и реализации законных интересов или на них незаконно возложены какие-либо обязанности. Гражданин, организация, иные лица могут обратиться непосредственно в суд или оспорить решения, действия (бездействие) органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, в вышестоящие в порядке подчиненности орган, организацию, у вышестоящего в порядке подчиненности лица либо использовать иные внесудебные процедуры урегулирования споров.

В соответствии с п. 1 ч. 2 ст. 227 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации суд удовлетворяет административное исковое заявление, если оспариваемые решения, действия (бездействия) органов государственной власти не соответствуют нормативно-правовым актам, нарушают права, свободы и законные интересы административного истца и препятствуют их осуществлению.

Согласно ч. 1 ст. 227.1 КАС РФ лицо, полагающее, что нарушены условия его содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, одновременно с предъявлением требования об оспаривании связанных с условиями содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих в порядке, предусмотренном настоящей главой, может заявить требование о присуждении компенсации за нарушение установленных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении.

Как указано в ч.3 ст. 227.1 КАС РФ требование о присуждении компенсации за нарушение условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении рассматривается судом одновременно с требованием об оспаривании решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих по правилам, установленным настоящей главой, с учетом особенностей, предусмотренных настоящей статьей.

При рассмотрении судом требования о присуждении компенсации за нарушение условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении интересы Российской Федерации представляет главный распорядитель средств федерального бюджета в соответствии с ведомственной принадлежностью органа (учреждения), обеспечивающего условия содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении (ч. 4 ст. 227.1 КАС РФ).

При рассмотрении административного искового заявления, поданного в соответствии с частью 1 настоящей статьи, суд устанавливает, имело ли место нарушение предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, а также характер и продолжительность нарушения, обстоятельства, при которых нарушение допущено, его последствия (ч. 5 ст. 227.1 КАС РФ).

Согласно ст. 3 Европейской Конвенции о защите прав человека и основных свобод от 04.11.1950 и требованиями, содержащимися в постановлениях Европейского Суда по правам человека, условия содержания обвиняемых под стражей должны быть совместимы с уважением к человеческому достоинству. При этом лицу не должны причиняться лишения и страдания в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы, а здоровье и благополучие лица должны быть гарантированы с учетом практических требований режима содержания.

Порядок и условия содержания под стражей, гарантии прав и законных интересов лиц, которые в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации задержаны по подозрению в совершении преступления, а также лиц, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, в отношении которых в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, регулируются Федеральным законом от 15.07.1995 №103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений».

В соответствии со ст. 4 Федерального закона от 15.07.1995 №103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» содержание под стражей осуществляется в соответствии с принципами законности, справедливости, презумпции невиновности, равенства всех граждан перед законом, гуманизма, уважения человеческого достоинства, в соответствии с Конституцией Российской Федерации, принципами и нормами международного права, а также международными договорами Российской Федерации и не должно сопровождаться пытками, иными действиями, имеющими целью причинение физических или нравственных страданий подозреваемым и обвиняемым в совершении преступлений, содержащимся под стражей (далее - подозреваемые и обвиняемые).

Положениями ст. 17 вышеуказанного федерального закона № 103-ФЗ закреплены права подозреваемых и обвиняемых, в том числе их право на получение компенсации в денежной форме за нарушение условий содержания под стражей, предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации.

В соответствии со ст. 15 федерального закона № 103-ФЗ обеспечение изоляции, режима и надзора за подозреваемыми, обвиняемыми, осужденными, содержащимися в изоляторах, является обязанностью персонала учреждений, с целью выполнения которой, с учетом соблюдения прав и законных интересов, администрации учреждений предоставлено право устанавливать порядок и условия содержания указанных лиц, выбирать методы и средства обеспечения надзора за ними.

Статьей 33 указанного федерального закона № 103-ФЗ определено, что размещение подозреваемых и обвиняемых в камерах производится с учетом их личности и психологической совместимости. Отдельно от других подозреваемых и обвиняемых содержатся, в том числе лица, являющиеся или являвшиеся судьями, адвокатами, сотрудниками правоохранительных органов, налоговой инспекции, таможенных органов, органов принудительного исполнения Российской Федерации, учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, военнослужащими внутренних войск федерального органа исполнительной власти, осуществляющего функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере внутренних дел, военнослужащими и сотрудниками войск национальной гвардии Российской Федерации.

Разделом X распоряжения Правительства Российской Федерации от 29.04.2021 № 1138-р «О Концепции развития уголовно-исполнительной системы Российской Федерации на период до 2030 года» установлено, что в целях обеспечения порядка и условий содержания подозреваемых, обвиняемых и осужденных в учреждениях уголовно-исполнительной системы, а также повышения уровня их материально-бытового обеспечения предполагается принятие дополнительных мер, предусматривающих, в том числе обеспечение надлежащих условий содержания подозреваемых, обвиняемых и осужденных при организации специальных перевозок, включая соблюдение стандартов полезной площади на одного человека, питания.

Как указано в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания», под условиями содержания лишенных свободы лиц следует понимать условия, в которых с учетом установленной законом совокупности требований и ограничений (далее - режим мест принудительного содержания) реализуются закрепленные Конституцией Российской Федерации, общепризнанными принципами и нормами международного права, международными договорами Российской Федерации, федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации права и обязанности указанных лиц.

Согласно пунктам 3 и 4 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания» принудительное содержание лишенных свободы лиц в предназначенных для этого местах, их перемещение в транспортных средствах должно осуществляться в соответствии с принципами законности, справедливости, равенства всех перед законом, гуманизма, защиты от дискриминации, личной безопасности, охраны здоровья граждан, что исключает пытки, другое жестокое или унижающее человеческое достоинство обращение и, соответственно, не допускает незаконное - как физическое, так и психическое - воздействие на человека (далее - запрещенные виды обращения). Иное является нарушением условий содержания лишенных свободы лиц. Нарушение условий содержания является основанием для обращения лишенных свободы лиц за судебной защитой, если они полагают, что действиями (бездействием), решениями или иными актами органов государственной власти, их территориальных органов или учреждений, должностных лиц и государственных служащих (далее - органы или учреждения, должностные лица) нарушаются или могут быть нарушены их права, свободы и законные интересы (статья 46 Конституции Российской Федерации).

Как установлено судом и не оспаривалось сторонами по делу постановлением Московского районного суда г. Рязани от ДД.ММ.ГГГГ Гуржи оглы О.Х. был задержан в порядке ст. 91,92 УПК РФ и ему была избрана мера пресечения в виде заключения под стражу.

С ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 содержался ФКУ СИЗО - 4 УФСИН России по Тульской области.

Из путевого журнала № отделения охраны и конвоирования подозреваемых и обвиняемых ОМВД России по г. Новомосковску, следует, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 был перемещен из ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Тульской области для дальнейшего содержания под стражей в ФКУ СИЗО - 4 УФСИН России по Тульской области на служебном автомобиле ГАЗ - 3309.

Затем ФИО2 был перемещен по маршруту «ФКУ СИЗО -4 УФСИН России по Тульской области - Новомосковский городской суд Тульской области» и обратно в следующие дни: ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ на автомобиле ГАЗ 3309 - A3, 2014 года выпуска, государственный регистрационный знак М 0111 71 регион.

Как следует из путевого журнала № доставление административного истца из ФКУ СИЗО - 4 УФСИН России по Тульской области в Новомосковский городской суд Тульской области и обратно, осуществлялось сотрудниками отделения охраны и конвоирования подозреваемых и обвиняемых ОМВД России по г. Новомосковску.

Кроме того, как следует из письма Врио начальника ФКУ СИЗО-4 УФСИН России по Тульской области от ДД.ММ.ГГГГ №/ТО/54-1687 в период содержания в учреждении ФИО2 (с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ) был этапирован в распоряжение судебно-следственных органов ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ и обратно. Этапирование спецконтингента осуществляется автотранспортом и сотрудниками ИВС Новомосковского ОМВД, согласно заявок на этапирование в распоряжение судебно-следственных органов.

Как указано выше передвижение ФИО2 было организовано на автомобиле ГАЗ имеющего следующие характеристики: количество посадочных мест для подозреваемых и обвиняемых составляет - 19 (три камеры). В общей камере по левому борту - 9 мест, по правому борту - 9 мест, в одиночной -1, имеется биотуалет; размер одиночной камеры - ширина 500мм, глубина 650мм.

Распоряжением Минтранса России от ДД.ММ.ГГГГ №АМ-23-р (в редакции от ДД.ММ.ГГГГ) «О введении в действие методических рекомендаций «Нормы расхода топлив и смазочных материалов на автомобильном транспорте» установлен ряд отечественных автомобилей и автомобилей стран СНГ с ДД.ММ.ГГГГ выпуска для перевозки подозреваемых, временно заключенных и обвиняемых. К числу таких автомобилей относится ГАЗ-3309.

Как следует из фототаблицы одиночной камеры спецконтенгнета в спецавтомобиле , оснащен системой вентиляции, которая предназначена для обеспечения воздухообмена (система вентиляции комбинированная) осуществляется естественным и принудительным путем. Естественная вентиляция осуществляется при открывании двери, аварийно -вентиляционного люка и окна во входной двери. Принудительная вентиляция осуществляется приточным и вытяжным вентиляторами, расположенными на крыше кузова - фургона. Автомобиль оснащен системой освещения, которая предназначена для освещения всех помещений кузова - фургона. Кроме того в автомобиле имеется дополнительная вентиляция салона автомобиля, расположенная рядом с одиночной камерой для спецконтенгента.

Специальные автомобили для перевозки осужденных и лиц, содержащихся под стражей, относятся к транспортным средствам, которые используются учреждениями уголовно-исполнительной системы для перемещения осужденных и лиц, содержащихся под стражей, при конвоировании.

Спецавтомобили изготавливаются на базе грузового автомобиля (шасси), на них устанавливается специальный кузов, в котором оборудуются: помещение караула, камера для осужденных и лиц, содержащихся под стражей (может оборудоваться туалетной кабиной в спецавтомобилях вместимостью более 7 осужденных и лиц, содержащихся под стражей).

Приказом Минюста России от 04.09.2006 № 279 (ред. от 17.06.2013) утверждены Наставления по оборудованию инженерно-техническими средствами охраны и надзора объектов уголовно-исполнительной системы.

Положения Наставления распространяются, в том числе на следственные изоляторы (помещения, функционирующие в режиме следственных изоляторов) и тюрьмы (пункт 2).

В подпункте 6.1 приложения 6 к Наставлению приведены минимальные размеры камер и туалетной кабины спецавтомобилей для спецконтингента (ширина одиночной камеры 500 мм, глубина 650 мм; ширина общей камеры определяется длиной сидений, глубина 650 мм или 1150 мм (для камеры с двумя рядами сидений, расположенных напротив друг друга, максимальная глубина такой камеры 1300 мм), а также примеры наиболее распространенных планировок рабочего салона спецавтомобилей с различным сочетанием общих и одиночных камер.

В Наставлении приведены минимальные размеры камер и туалетной кабины в соответствии со стандартом отрасли ПР 7ДД.ММ.ГГГГ-2010 «Автомобили оперативно-служебные для перевозки подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», принятым и введенным в действие ДД.ММ.ГГГГ (взамен ОСТ 7ДД.ММ.ГГГГ-99 от ДД.ММ.ГГГГ).

Согласно стандарту отрасли ПР 7ДД.ММ.ГГГГ-2010 «Автомобили оперативно-служебные для перевозки подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», спецавтомобили предназначены для перевозки только сидящих людей; минимальные размеры камер спецавтомобилей для спецконтингента составляют: одиночной - ширина 500 мм, глубина 650 мм; общей - ширина определяется длиной сидений (из расчета 450 мм на одно посадочное место), глубина 650 мм или 1150 мм (для камеры с двумя рядами сидений, расположенных напротив друг друга, максимальная глубина такой камеры 1300 мм) (пункты 4.5, 5.4).

Таким образом, размеры пространства для размещения задержанных, а также условия вентиляции и отопления в спецавтомобилях типа ГАЗ, изготовленных в соответствии с требованиями МВД России, соответствуют российским и международным требованиям.

Автомобиль, в котором перевозили административного истца ФИО2, соответствует стандарту отрасли СТО 061- 2019 «Автомобили оперативно-служебные для перевозки подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений».

Также из представленных в материалы дела актов проведения осмотра технического состояния указанного специального автомобиля, следует, что на даты перемещения административного истца в данном автомобиле, вышеуказанное транспортное средство находилось в технически исправном состоянии, а именно: недостатков в технической открепленности спецавтомобиля не выявлено, стены, пол и потолок кузова – в исправном состоянии, признаков подготовки к побегу не выявлено; лавки в камерах прочно прикреплены к полу, нарушений креплений нет; люки, двери камер спецавтомобиля, замки – в исправном состоянии; освещение и вентиляция в камерах спецавтомобиля и переговорные устройства – в исправном состоянии; радиостанции и СГУ в наличии и в исправном состоянии.

Кроме того, при рассмотрении дела достоверно установлено и не оспаривалось сторонами, что ФИО2 ранее проходил службу в МВД РФ.

Согласно статьи 1 ранее действовавшего Федерального закона от 06.02.1997 №27-ФЗ «О внутренних войсках Министерства внутренних дел Российской Федерации» внутренние войска Министерства внутренних дел Российской Федерации (далее - внутренние войска) входят в систему Министерства внутренних дел Российской Федерации и предназначены для обеспечения безопасности личности, общества и государства, защиты прав и свобод человека и гражданина от преступных и иных противоправных посягательств.

Исходя из положений абзаца седьмого пункта 2 статьи 33 Федерального закона №103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» отдельно от других подозреваемых и обвиняемых содержатся лица, являющиеся или являвшиеся судьями, адвокатами, сотрудниками правоохранительных органов, налоговой инспекции, таможенных органов, органов принудительного исполнения Российской Федерации, учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, военнослужащими внутренних войск федерального органа исполнительной власти, осуществляющего функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере внутренних дел, военнослужащими и сотрудниками войск национальной гвардии Российской Федерации

Таким образом, перемещение ФИО2, находящегося под стражей, в спецавтомобиле , отдельно от других подозреваемых и обвиняемых, само по себе не свидетельствует о нарушении его прав, а напротив, направлено на защиту жизни, здоровья, прав и законных интересов административного истца.

При этом достоверных, допустимых и относимых доказательств тому, что при перемещении ФИО2 имело место нарушение его прав сотрудниками ФКУ СИЗО-4 УФСИН России по Тульской области, материалы дела не содержат.

Кроме того, заявлений или жалоб от ФИО2 о нарушении его прав в администрацию СИЗО-4 не поступали. Также в судебном заседании ФИО2 пояснял, что с жалобами в прокуратуру по поводу нарушения его прав при его перемещении он не обращался.

При таких обстоятельствах, доводы ФИО2 о том, что его перемещение в отельной камере осуществлялось в условиях, унижающих человеческое достоинство и причиняющих нравственные страдания, суд не может признать обоснованными.

В соответствии со ст. 24 Федерального закона от 15.07.1995 года №103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» оказание медицинской помощи и обеспечение санитарно-эпидемиологического благополучия в местах содержания под стражей организуются в соответствии с законодательством в сфере охраны здоровья. Администрация указанных мест обязана выполнять санитарно-гигиенические требования, обеспечивающие охрану здоровья подозреваемых и обвиняемых.

Порядок оказания медицинской, в том числе психиатрической, помощи подозреваемым и обвиняемым, а также порядок их содержания в медицинских организациях и привлечения к их обслуживанию медицинских работников этих организаций определяются федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере здравоохранения, федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере исполнения уголовных наказаний, федеральным органом исполнительной власти в области обеспечения безопасности и федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере внутренних дел.

При ухудшении состояния здоровья подозреваемого или обвиняемого сотрудники мест содержания под стражей безотлагательно принимают меры для организации оказания подозреваемому или обвиняемому медицинской помощи.

Согласно ч. ч. 1, 3 ст. 26 Федеральный закон от 21.11.2011 года №323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», лица, задержанные, заключенные под стражу, отбывающие наказание в виде ограничения свободы, ареста, лишения свободы либо административного ареста, имеют право на оказание медицинской помощи, в том числе в необходимых случаях в медицинских организациях государственной системы здравоохранения и муниципальной системы здравоохранения, в соответствии с законодательством Российской Федерации.

При невозможности оказания медицинской помощи в учреждениях уголовно-исполнительной системы лица, заключенные под стражу или отбывающие наказание в виде лишения свободы, имеют право на оказание медицинской помощи в медицинских организациях государственной системы здравоохранения и муниципальной системы здравоохранения, а также на приглашение для проведения консультаций врачей-специалистов указанных медицинских организаций в порядке, установленном Правительством Российской Федерации, за счет бюджетных ассигнований федерального бюджета, предусмотренных на эти цели федеральному органу исполнительной власти, осуществляющему правоприменительные функции, функции по контролю и надзору в сфере исполнения уголовных наказаний в отношении осужденных.

Из материалов дела не следует, что административный истец обращался за медицинской помощью, и она была ему оказана, либо в ней было отказано, после перемещения его по маршрутам «ФКУ СИЗО -4 УФСИН России по Тульской области - Новомосковский городской суд Тульской области» и обратно. Указанные обстоятельства административным истцом также не оспаривались.

Процесс содержания лица под стражей или отбывания им наказания законодательно урегулирован, осуществляется на основании нормативно-правовых актов и соответствующих актов Министерства юстиции Российской Федерации, которыми регламентированы условия содержания, права и обязанности лиц, содержащихся под стражей или отбывающих наказание, а также права и обязанности лиц, ответственных за их содержание.

Содержание на законных основаниях лица под стражей или отбывание им наказания в местах, соответствующих установленным государством нормативам, заведомо не может причинить физические и нравственные страдания, поскольку такие нормативы создавались именно с целью обеспечить не только содержание в местах лишения свободы или под стражей, но и обеспечить при этом соблюдение прав лиц, оказавшихся в них вследствие реализации механизма государственного принуждения.

Согласно ч. 8 ст. 226 КАС РФ при рассмотрении административного дела об оспаривании решения, действия (бездействия) органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, суд проверяет законность решения, действия (бездействия) в части, которая оспаривается, и в отношении лица, которое является административным истцом, или лиц, в защиту прав, свобод и законных интересов которых подано соответствующее административное исковое заявление. При проверке законности этих решения, действия (бездействия) суд не связан основаниями и доводами, содержащимися в административном исковом заявлении о признании незаконными решения, действия (бездействия) органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, и выясняет обстоятельства, указанные в частях 9 и 10 настоящей статьи, в полном объеме.

Частью 9 ст. 226 КАС РФ предусмотрено, что при рассмотрении административного дела об оспаривании решения, действия (бездействия) органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, суд выясняет:

1) нарушены ли права, свободы и законные интересы административного истца или лица, в защиту прав, свобод и законных интересов которых подано соответствующее административное исковое заявление;

2) соблюдены ли сроки обращения в суд;

3) соблюдены ли требования нормативных правовых актов, устанавливающих:

а) полномочия органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, на принятие оспариваемого решения, совершение оспариваемого действия (бездействие);

б) порядок принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемого действия (бездействия) в случае, если такой порядок установлен;

в) основания для принятия оспариваемого решения, совершение оспариваемого действия (бездействия), если и такие основания предусмотрены нормативными правовыми актами;

4) соответствует ли содержание оспариваемого решения, совершенного оспариваемого действия (бездействия) нормативным правовым актам, регулирующим спорные отношения.

Обязанность доказывания обстоятельств, указанных в п.п. 1 и 2 ч. 9 ст. 226 КАС РФ, возлагается на лицо, обратившееся в суд, а обстоятельств, указанных в п. п. 3, 4 ч. 9, 10 ст. 226 КАС РФ - на орган, организацию, лицо, наделенные государственными или иными публичными полномочиями и принявшие оспариваемые решения либо совершившие оспариваемые действия (бездействие) (ч. 11 ст. 226 КАС РФ).

Как указано в пункте 13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 №47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания» в силу частей 2 и 3 статьи 62 КАС РФ обязанность доказывания соблюдения надлежащих условий содержания лишенных свободы лиц возлагается на административного ответчика - соответствующие орган или учреждение, должностное лицо, которым следует подтверждать факты, обосновывающие их возражения.

Вместе с тем административному истцу, прокурору, а также иным лицам, обратившимся в защиту прав, свобод и законных интересов других лиц или неопределенного круга лиц, надлежит в административном исковом заявлении, а также при рассмотрении дела представлять (сообщать) суду сведения о том, какие права, свободы и законные интересы лица, обратившегося в суд, или лица, в интересах которого подано административное исковое заявление, нарушены, либо о причинах, которые могут повлечь их нарушение, излагать доводы, обосновывающие заявленные требования, прилагать имеющиеся соответствующие документы (в частности, описания условий содержания, медицинские заключения, обращения в органы государственной власти и учреждения, ответы на такие обращения, документы, содержащие сведения о лицах, осуществлявших общественный контроль, а также о лишенных свободы лицах, которые могут быть допрошены в качестве свидетелей, если таковые имеются) (статьи 62, 125, 126 КАС РФ).

Учитывая объективные трудности собирания доказательств нарушения условий содержания лишенных свободы лиц, суд оказывает административному истцу содействие в реализации его прав и принимает предусмотренные КАС РФ меры, в том числе для выявления и истребования доказательств по собственной инициативе (например, истребует имеющиеся материалы по итогам осуществления общественными наблюдательными комиссиями общественного контроля, а также материалы проверок, проведенных в рамках осуществления прокурорского надзора или ведомственного контроля).

По смыслу закона оспариваемые решения, действия (бездействия) может быть признано незаконным, если в ходе судебного разбирательства установлено хотя бы одно из следующих условий; решение, действие (бездействие) вынесено (совершено) лицом, не имеющим полномочий на его принятие (совершение); существенное несоблюдение установленного порядка принятия решений, если такое требование установлено нормативными правовыми актами (форма, сроки, основания, процедура и т.п.); несоответствие содержания оспариваемого решения, действия (бездействии) требованиям закона и иного нормативного правового акта, регулирующих данные правоотношения.

При этом в судебном заседании должно быть установлено, что оспариваемые решения, действия (бездействия) нарушает права, свободы и законные интересы заявителя.

В круг обстоятельств, подлежащих установлению при рассмотрении дел данной категории, входит проверка соответствия оспариваемого решения, действия (бездействия) закону или иному нормативному правовому акту и проверка факта нарушения оспариваемым решением, действием (бездействия) прав, свобод и законных интересов заявителя.

Основанием для признания решения, действия (бездействия) незаконным является одновременное наличие двух условий: их несоответствие закону или иному нормативному правовому акту и нарушение прав и законных интересов лица, обратившегося в суд с соответствующим требованием.

При рассмотрении дела по существу таких оснований не установлено, доказательств обратного суду не представлено, должностные лица ФКУ СИЗО-4 УФСИН России по Тульской области действовали в рамках предоставленных им полномочий в соответствии с требованиями действующего законодательства.

Учитывая установленные по делу обстоятельства, суд приходит к выводу, что оснований и предусмотренной совокупности необходимых условий для признания действий (бездействий) должностных лиц ФКУ СИЗО-4 УФСИН России по Тульской области незаконными не имеется, следовательно, основания для удовлетворения требований административного истца у суда отсутствуют.

Доказательств тому, что действия (бездействия) административных ответчиков привели к непосредственному нарушению принадлежащих заявителю прав и свобод, имеются негативные последствия, суду не представлено.

Согласно ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В п. 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. №10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» разъяснено, что степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

Из приведенных правовых норм и акта их толкования следует, что сами по себе нарушения личных неимущественных прав потерпевшего или посягательство на нематериальные блага не являются безусловными основаниями для удовлетворения требований о компенсации морального вреда. Обязательным условием удовлетворения названных требований является факт причинения потерпевшему физических и нравственных страданий.

Процесс содержания лица под стражей или отбывания им наказания законодательно урегулирован, осуществляется на основании нормативно-правовых актов и соответствующих актов Министерства юстиции Российской Федерации, которыми регламентированы условия содержания, права и обязанности лиц, содержащихся под стражей или отбывающих наказание, а также права и обязанности лиц, ответственных за их содержание.

Содержание на законных основаниях лица под стражей или отбывание им наказания в местах, соответствующих установленным государством нормативам, заведомо не может причинить физические и нравственные страдания, поскольку такие нормативы создавались именно с целью обеспечить не только содержание в местах лишения свободы или под стражей, но и обеспечить при этом соблюдение прав лиц, оказавшихся в них вследствие реализации механизма государственного принуждения.

При таких обстоятельствах само по себе содержание лица под стражей или отбывание им наказания в местах лишения свободы, осуществляемые на законных основаниях, не порождают у него право на компенсацию морального вреда.

Юридически значимым и подлежащим доказыванию обстоятельством по делу о такой компенсации является факт причинения потерпевшему физических и нравственных страданий.

Нормами действующего законодательства предусмотрено возмещение вреда только в случае «незаконности» действий государственных органов и должностных лиц, при этом, для того чтобы возместить вред в соответствии с нормами ст. 1069, ст. 1070 ГК РФ, действия государственных органов и должностных лиц уже должны быть признаны незаконными в отдельном судебном процессе, в установленном Кодексом административного судопроизводства Российской Федерации порядке. Доказательств, признания незаконными действий должностных лиц не представлено.

На основании изложенного требования ФИО2 о взыскании с административных ответчиков компенсации морального вреда удовлетворению не подлежат.

В соответствии с ч. 1 ст. 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации если настоящим Кодексом не установлены иные сроки обращения с административным исковым заявлением в суд, административное исковое заявление может быть подано в суд в течение трех месяцев со дня, когда гражданину, организации, иному лицу стало известно о нарушении их прав, свобод и законных интересов.

В соответствии с ч.1 ст.95 Кодекса административного судопроизводства РФ, лицам, пропустившим установленный данным Кодексом процессуальный срок по причинам, признанным судом уважительными, пропущенный срок может быть восстановлен.

Как следует из пояснений административного истца, данных в ходе рассмотрения дела о нарушенном по его мнению праве, ему стало известно при в мае 2021 года в ходе беседы с содержащимися в ФКУ ИК-3 УФСИН России по Рязанской области осужденными, куда он прибыл для отбытия наказания по приговору суда.

С настоящим административным иском административный истец обратился в суд ДД.ММ.ГГГГ (дата направления административного иска в суд), что следует из штампа на почтовом конверте.

Оспариваемые действия, которыми по мнению административного истца нарушались его права, имели место в период с 2019 года по 2020 год.

В обоснование уважительности причин пропуска срока для обращения за судебной защитой административным истцом приведены доводы о том, что он добросовестно заблуждался относительно допустимых условий его перемещения в спецавтомобиле.

Вместе с тем, приведенные доводы по смыслу действующего законодательства не свидетельствуют о наличии объективных обстоятельств, препятствующих обращению в суд за защитой нарушенных, по мнению административного истца прав в установленный законом срок. Каких – либо доказательств, безусловно подтверждающих уважительность причин пропуска процессуального срока для обращения в суд, административным истцом не представлено.

Таким образом, принимая во внимание отсутствие доказательств, достоверно подтверждающих наличие объективных обстоятельств невозможности обращения административного истца за защитой нарушенных прав в срок, установленный ч.1 ст.219 КАС РФ, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для восстановления административному истцу срока обжалования бездействий административного ответчика.

Пропуск срока обращения в суд без уважительных причин в силу части 8 статьи 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 175-180 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, суд

решил:

в удовлетворении административного иска ФИО2 к УМВД России по Тульской области, Министерству внутренних дел России, Управлению Федерального казначейства по Тульской области, Министерству финансов РФ о признании действий (бездействия) незаконными, взыскании компенсации морального вреда, отказать.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по административным делам Тульского областного суда путем подачи апелляционной жалобы через Центральный районный суд г. Тулы в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Мотивированное решение изготовлено 30.06.2022.

Председательствующий