Решение по делу № 2А-3432/2024 от 31.01.2025

РЕШЕНИЕ

И<ФИО>1

31 января 2025 года <адрес>

Куйбышевский районный суд <адрес> в составе председательствующего судьи Кучеровой А.В., при секретаре судебного заседания <ФИО>3,

с участием представителя административных ответчиков ГУФСИН России по <адрес>, ФСИН России, федерального казенного учреждения «Следственный изолятор <номер> Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по <адрес>» <ФИО>4,

рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело <данные изъяты> по административному исковому заявлению <ФИО>2 к федеральному казенному учреждению «Следственный изолятор <номер> Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по <адрес>», Главному управлению Федеральной службы исполнения наказаний по <адрес>, ФСИН России о взыскании компенсации за нарушение условий содержания,

УСТАНОВИЛ:

Административный истец <ФИО>2 обратился в Куйбышевский районный суд <адрес> с административным иском, требуя взыскать компенсацию за нарушение условий содержания в размере 200 000 рублей.

В обоснование требований указано, что административный истец был незаконно водворен в карцер в общей сложности на 30 суток непрерывно, получив два взыскания по 15 суток каждое. С первым взысканием он согласен, поскольку оно было наложено на него с соблюдением процедуры. Второе взыскание, по мнению административного истца, наложено с нарушением порядка, без соблюдения соответствующей процедуры, без заслушивания его пояснений. Также администрацией допущено нарушение условий его содержания в карцере. Окно не открывается, в связи с чем он был лишен возможности проветривания помещения и получения кислорода, при этом у административного истца гипертония. На протяжении всех тридцати дней он выходил на прогулку в тапочках, поскольку зимнюю обувь ему не предоставили. В карцере не работает вентиляция, санузел не огорожен, спальное место находится в 15-20 сантиметрах от санузла. На жалобы административного истца не реагировали, их не регистрировали в Журнале жалоб и предложений.

Определением Куйбышевского районного суда <адрес> от <дата> к участию в деле в качестве административных соответчиков привлечены ФСИН России, ГУФСИН России по <адрес>.

Административный истец <ФИО>2, уведомленный о дате, месте и времени судебного разбирательства надлежащим образом, в судебном заседании отсутствует, возможность его участия посредством ВКС была обеспечена, ходатайств об отложении судебного заседания или о приостановлении производства по делу не заявил.

Представитель административных ответчиков административных ответчиков ГУФСИН России по <адрес>, ФСИН России, федерального казенного учреждения «Следственный изолятор <номер> Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по <адрес>» <ФИО>4, действующая на основании доверенностей, просила отказать в удовлетворении заявленных требований по основаниям, изложенным в письменных возражениях.

Выслушав участника процесса, исследовав материалы административного дела, суд приходит к следующему.

В соответствии со статьей 46 Конституции Российской Федерации и главой 22 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации граждане и организации вправе обратиться в суд за защитой своих прав и свобод с заявлением об оспаривании решений, действий (бездействия) органов государственной власти, органов местного самоуправления, должностных лиц, государственных или муниципальных служащих, в результате которых, по мнению указанных лиц, были нарушены их права и свободы или созданы препятствия к осуществлению ими прав и свобод либо на них незаконно возложена какая-либо обязанность или они незаконно привлечены к ответственности.

Согласно ч. 1 ст. 218 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации гражданин, организация, иные лица могут обратиться в суд с требованиями об оспаривании решений, действий (бездействия) органа государственной власти, органа местного самоуправления, иного органа, организации, наделенных отдельными государственными или иными публичными полномочиями (включая решения, действия (бездействие) квалификационной коллегии судей, экзаменационной комиссии), должностного лица, государственного или муниципального служащего (далее - орган, организация, лицо, наделенные государственными или иными публичными полномочиями), если полагают, что нарушены или оспорены их права, свободы и законные интересы, созданы препятствия к осуществлению их прав, свобод и реализации законных интересов или на них незаконно возложены какие-либо обязанности. Гражданин, организация, иные лица могут обратиться непосредственно в суд или оспорить решения, действия (бездействие) органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, в вышестоящие в порядке подчиненности орган, организацию, у вышестоящего в порядке подчиненности лица либо использовать иные внесудебные процедуры урегулирования споров.

В силу п. 9 ст. 226 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, при рассмотрении административного дела об оспаривании решения, действия (бездействия) органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, суд выясняет:

1) нарушены ли права, свободы и законные интересы административного истца или лиц, в защиту прав, свобод и законных интересов которых подано соответствующее административное исковое заявление;

2) соблюдены ли сроки обращения в суд;

3) соблюдены ли требования нормативных правовых актов;

4) соответствует ли содержание оспариваемого решения, совершенного оспариваемого действия (бездействия) нормативным правовым актам, регулирующим спорные отношения.

В соответствии с п. 10 ст. 226 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации обязанность доказывания обстоятельств, указанных в пунктах 1 и 2 части 9 настоящей статьи, возлагается на лицо, обратившееся в суд, а обстоятельств, указанных в пунктах 3 и 4 части 9 и в части 10 настоящей статьи, - на орган, организацию, лицо, наделенные государственными или иными публичными полномочиями и принявшие оспариваемые решения либо совершившие оспариваемые действия (бездействие).

В качестве одной из задач административного судопроизводства Кодекс административного судопроизводства Российской Федерации устанавливает защиту нарушенных или оспариваемых прав, свобод и законных интересов граждан, прав и законных интересов организаций в сфере административных и иных публичных правоотношений (пункт 2 статьи 3), а также гарантирует каждому заинтересованному лицу право на обращение в суд за защитой нарушенных или оспариваемых прав, свобод и законных интересов (часть 1 статьи 4).

Применительно к судебному разбирательству по административным делам об оспаривании решений, действий (бездействия) органов, организаций, лиц, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, механизм выполнения данной задачи предусматривает обязанность суда по выяснению, среди прочего, нарушены ли права, свободы и законные интересы административного истца или лиц, в защиту прав, свобод и законных интересов которых подано соответствующее административное исковое заявление (пункт 1 части 9 статьи 226).

В соответствии со статьей 7 Федерального закона от <дата> N 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» изоляторы временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел являются местами содержания под стражей подозреваемых и обвиняемых.

Согласно статье 4 Федерального закона от <дата> N 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» содержание под стражей осуществляется в соответствии с принципами законности, справедливости, презумпции невиновности, равенства всех граждан перед законом, гуманизма, уважения человеческого достоинства, в соответствии с Конституцией Российской Федерации, принципами и нормами международного права, а также международными договорами Российской Федерации и не должно сопровождаться пытками, иными действиями, имеющими целью причинение физических или нравственных страданий подозреваемым и обвиняемым в совершении преступлений, содержащимся под стражей.

Положениями статьи 11 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации, статьи 36 Федерального закона от <дата> N 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» предусмотрено, что подозреваемые и обвиняемые обязаны соблюдать порядок содержания под стражей, установленный настоящим Федеральным законом и правилами внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы.

В соответствии с Правилами, утвержденными Приказом Минюста России от <дата> N 110 «Об утверждении Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений и Правил внутреннего распорядка исправительных центров уголовно-исполнительной системы» подозреваемые и обвиняемые, содержащиеся под стражей в следственных изоляторах, обязаны соблюдать порядок содержания под стражей, в том числе выполнять законные требования администрации следственных изоляторов.

За невыполнение установленных обязанностей к подозреваемым и обвиняемым могут применяться меры взыскания, в соответствии пунктом 2 статьи 38 Федерального закона от <дата> N 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений».

Судом установлено, что <ФИО>2, <дата> года рождения, уроженец <адрес>, <дата> задержан. Постановлением Бодайбинского городского суда <адрес> от <дата> избрана мера пресечения в виде заключения под стражу по обвинению в совершении преступлений, предусмотренных ст. 105 ч.2 п. «а, к», ст. 111 ч.2 п. «з» УК РФ. Уголовное дело находится в производстве Иркутского областного суда. Срок заключения под стражей продлен по <дата>. <дата> прибыл в ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес> из ФКУ СИЗО-6 ГУФСИН России по <адрес>, содержится по настоящее время.

Из материалов дела следует, что <дата> в 20.07 час. обвиняемый <ФИО>2, <дата> года рождения, ранее ознакомленный с Правилами внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, отказался зайти в камеру <номер> РК <номер>. Неоднократно законные требования начальника корпусного отделения дежурной службы ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес> «зайти в камеру <номер> РК <номер>» обвиняемый <ФИО>2 не выполнил.

Поскольку своими действиями обвиняемый <ФИО>2 нарушил требования п. 1, 2 абзаца 1 ст. 36 Федерального закона от <дата> N 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», п.п. 9.1, п.п. 9.2 гл. 2 Приложения <номер>, утвержденного приказом Минюста России от <дата> <номер> «О утверждении Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений и Правил внутреннего распорядка исправительных центров уголовно-исполнительной системы», врио начальника ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес> <дата> принято постановление о водворении за неповиновение законным требованиям сотрудника ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес> в карцер на 15 суток <ФИО>2

Данное постановление объявлено административному истцу <дата>, при этом предоставлена отсрочка на 30 суток, в связи с чем фактически <ФИО>2 водворен в карцер <дата> и освобожден <дата>.

Законность постановления врио начальника ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес> от <дата> административным истцом не оспаривается.

Кроме того, <дата> в 20.16 час. обвиняемый <ФИО>2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ранее ознакомленный с Правилами внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, находясь в камере <номер> РК-4, занавесил спальное место мусорными пакетами, тем самым препятствовал сотрудникам СИЗО в выполнении ими служебных обязанностей. Неоднократные законные требования младшего инспектора дежурной службы ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес> «убрать мусорные пакеты, не занавешивать спальное место и не препятствовать сотрудникам СИЗО в выполнении ими служебных обязанностей» обвиняемый <ФИО>2 не выполнил.

Своими действиями обвиняемый <ФИО>2 нарушил требования п. 1, 2, 8 абзаца 1 ст. 36 Федерального закона от <дата> N 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», п.п. 9.1, п.п. 9.9. п. 9, п.п. 11.8 п. 11 гл. 2 Приложения <номер>, утвержденного приказом Минюста России от <дата> <номер> «Об утверждении Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений и Правил внутреннего распорядка исправительных центров уголовно-исполнительной системы»

В связи с чем, постановлением врио начальника ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес> от <дата> за неповиновение законным требованиям сотрудника ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес> <ФИО>2 водворен в карцер на 15 суток.

Данное постановление приведено в исполнение <дата>.

Освобождён из карцера <ФИО>5 был <дата>, и снова водворён в карцер <дата> во исполнение постановления врио начальника ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес> от <дата>.

Тем самым, <ФИО>5 провел в карцере в общей сложности тридцать суток на основании двух постановлений врио начальника ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес> от <дата>, от <дата>, которыми на него были наложены дисциплинарные взыскания в виде водворения в карцер на 15 суток по каждому.

Вопреки доводам административного истца, не согласного с постановлением от <дата>, факт дисциплинарного проступка подтвержден рапортом младшего инспектора дежурной службы ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес> от <дата> и фотографией спального места <ФИО>2

Отказ от дачи объяснений зафиксирован актом сотрудников ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес> <дата>.

Установленный порядок применения к <ФИО>2 меры взыскания в виде помещения в карцер на 15 суток был соблюден. Взыскание наложено в установленные законом сроки. Оспариваемое постановление принято уполномоченным на то должностным лицом и в соответствии с его компетенцией, <ФИО>2 был осмотрен медицинским работником учреждения, который сделал заключение о возможности нахождения его в карцере.

Таким образом, при применении меры взыскания в виде водворения <ФИО>2 в карцер <дата> начальником учреждения были учтены обстоятельства совершения нарушения, личность заявителя и его предыдущее поведение, в том числе имеющееся взыскание от <дата>, порядок наложения дисциплинарного взыскания соблюден.

При таком положении, оснований для признания постановления от <дата> незаконным у суда не имеется, поскольку наложение вышеуказанного взыскания в данном случае является законным и обоснованным. Более того, из пояснений административного истца, данных в ходе рассмотрения дела, следует, что обстоятельства нарушения он не оспаривает, но полагает нарушенной саму процедуру наложения дисциплинарного взыскания.

Суд также отклоняет доводы административного истца о нарушении условий его содержания в карцере, выразившиеся в лишении возможности проветривания помещения и получения кислорода, выводе на прогулку без зимней обуви, отсутствии вентиляции, нарушении приватности, дискомфортном, с точки зрения <ФИО>2 расположении спального места.

Согласно справке заместителя начальника ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес>, обвиняемый <ФИО>2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, содержался в камере <номер> режимного корпуса <номер> ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес> с <дата> по <дата>. Карцер <номер> режимного корпуса <номер> оборудован в соответствии с приложением <номер>а Инструкции об организации службы по обеспечению надзора за подозреваемыми, обвиняемыми и осужденными, содержащимися в СИЗО и тюрьмах УИС, утвержденной Приказом Минюста России от <дата> <номер> дсп, а именно: металлической койкой с деревянным покрытием, которая прикреплена к стене, а на период от подъема до отбоя - поднимается и запирается; прикрепленными к полу столом и табуретом; санитарным узлом; полкой для туалетных принадлежностей; светильником дневного и ночного освещения; видеокамерой, дуплексной связью.

Карцер имеет естественное освещение (окно с отсекающей металлической решеткой, остекление двойное). В карцере установлена приточно-вытяжная вентиляция с механическим побуждением, марки УВО-2,0 (узел вентиляционный) мощностью 0,045 кВт, которая находится в технически исправном состоянии.

Указанные обстоятельства подтверждаются видеообзором камеры, представленным в материалы административного дела.

Само по себе нахождение спального места в карцере неизбежно оценивается как его нахождение рядом с другой мебелью и санитарным узлом, расположенным в той же камере, или посередине камеры, однако нахождение данных объектов материально-бытового обеспечения в каждой камере направлено на соблюдение гарантий прав лиц, содержащихся в следственном изоляторе, и не может расцениваться как нарушение прав таких лиц. Конкретное место размещения спального места Правилами внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы», утвержденными приказом Минюста России от <дата> <номер>, не регламентируется.

Отсутствие достаточного комфорта, необходимого административному истцу, исходя из его личных предпочтений, по мнению суда, не свидетельствует о нарушении административными ответчиками условий его содержания.

Вопреки доводам административного истца возможность проветривания в камере имеется, как естественным путем через окно, так и с помощью вентиляции.

В соответствии с п. 30 Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений и Правил внутреннего распорядка исправительных центров уголовно-исполнительной системы, утвержденных Приказом Минюста России от <дата> N 110, унитазы в камерах размещаются в изолированных кабинах в целях обеспечения приватности. При наличии возможности умывальник в камере размещается за пределами кабины.

Для камер штрафного (дисциплинарного) изолятора, помещений камерного типа, следственного изолятора и тюрьмах, подлежащих оборудованию санитарным узлом, предусмотрена возможность использования экрана высотой 1 (п. 5 примечания приложения N 1 «Номенклатура и сроки эксплуатации мебели, инвентаря, и предметов хозяйственного обихода для общежитий (камер) и объектов коммунально-бытового назначения учреждений, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы, и следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы», введенного в действие с <дата>.

В карцере <номер> имеется санитарный узел, оборудованный напольной чашей (генуя) с гидрозапорным устройством, а также раковиной с краном, слив организован через систему труб водоснабжения, расположенной в камере, при этом представленным суду обзором камеры подтверждается, что напольная чаша (унитаз) в камере, никак не огорожен.

Вместе с тем, карцер предназначен для содержания одного человека, что исключает присутствие посторонних лиц при пользовании туалетом, таким образом, нарушение приватности в отношении <ФИО>2 допущено не было.

Доводы административного истца о том, что туалет камеры просматривается из глазка двери, камеры видеонаблюдения, суд находит надуманными.

Согласно части 1 статьи 82 УИК РФ предусмотрена обязанность соблюдения режима исправительных учреждений, то есть установленного законом и соответствующего закону нормативными правовыми актами порядок исполнения и отбывания лишения свободы, обеспечивающего охрану и изоляцию осужденных, постоянный надзор за ними, исполнение возложенных на них обязанностей, реализацию их прав и законных интересов, личную безопасность осужденных и персонала, раздельное содержание разных категорий осужденных, различные условия содержания в зависимости от вида исправительного учреждения, назначенного судом, изменение условий отбывания наказания.

Обеспечение режима возлагается на администрацию, а также на сотрудников мест содержания под стражей, которые несут установленную законом ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение служебных обязанностей.

Частью 1 статьи 83 УИК РФ предусмотрено, что администрация исправительных учреждений вправе использовать аудиовизуальные, электронные и иные технические средства надзора и контроля для предупреждения побегов и других преступлений, нарушений установленного порядка отбывания наказания и в целях получения необходимой информации о поведении осужденных. Перечень технических средств надзора и контроля и порядок их использования устанавливаются нормативными правовыми актами Российской Федерации (часть 3 статьи 83 УИК РФ).

Согласно пункту 42.6 Инструкции об организации службы по обеспечению надзора за подозреваемыми, обвиняемыми и осужденными, содержащимися в следственных изоляторах и тюрьмах уголовно-исполнительной системы, утвержденной приказом Министерства юстиции Российской Федерации от <дата> <номер>-дсп, в целях наблюдения за поведением подозреваемых, обвиняемых или осужденных на территории режимной й хозяйственной зоны могут применяться видеокамеры, а также системы доступа, контролирующие порядок и выход из зданий и помещений. Оператор камеры видеонаблюдения принадлежит к штату дежурной смены, подчиняется начальнику дежурной смены. На должность оператора камеры видеонаблюдения назначаются квалифицированные сотрудники из числа младших руководителей, способные,, при необходимости, принимать самостоятельные первоначальные решения в случае ухудшения оперативной обстановки. Оператор обязан следить за обстановкой с помощью камеры видеонаблюдения, докладывать начальнику дежурной смены и администрации обо всех происшествиях и чрезвычайных ситуациях и по поручению начальника дежурной смены вызывать сотрудников в случае ухудшения оперативной обстановки или возникновения чрезвычайной ситуации (пункт 21).

Нормативный правовой акт прошел государственную регистрацию в Министерстве юстиции Российской Федерации <дата>, имеет гриф «для служебного пользования».

Кроме того, приказом от <дата> <номер> Министерство юстиции Российской Федерации утвердило «Наставление по оборудованию инженерно-техническими средствами охраны и надзора объектов уголовно-исполнительной системы». В указанном наставлении подробно изложены технические стандарты оснащения различных типов пенитенциарных учреждений средствами охраны, наблюдения и контроля, например, системами видеонаблюдения. Данный документ предусматривает, что камеры видеонаблюдения должны были быть установлены во всех камерах соответствующих учреждений таким образом, чтобы обеспечить полный обзор камер без слепых зон, описаны технические требования к системам видеонаблюдения, в том числе касающиеся их функционирования в различных условиях, разрешения, чувствительности, качества Изображения и так далее, предусмотрено, что камеры должны были быть способны функционировать и обеспечивать высокое разрешение изображений хорошего качества как в дневное, так и в ночное время, и что системы видеонаблюдения должны сохранять записи, сделанные камерами в течение 30 суток. Осуществление видеонаблюдения жилой зоны объектов уголовно-исполнительной системы входит в полномочия администрации учреждения. Вместе с тем видеозаписи с камер видеонаблюдения относятся к информации служебного пользования, доступ к которой имеет ограниченный круг лиц.

Право администрации исправительных учреждений использовать технические средства контроля и надзора является частью механизма, обеспечивающего личную безопасность осужденных и персонала соответствующего учреждения, режим содержания спецконтингента, соблюдение их прав и исполнение ими своих обязанностей, а потому закрепление указанного права оспариваемыми нормами преследует конституционно значимые цели и не может рассматриваться как несоразмерно ограничивающее права истца (определение Конституционного Суда Российской Федерации от <дата> <номер>).

С учетом приведенного правового регулирования ведение видеонаблюдения в следственном изоляторе не может расцениваться как действие, унижающее человеческое достоинство осужденных, кроме того, в данном случае для обеспечения приватности санитарный узел не просматривается установленными в помещении видеокамерами системы наблюдения, а также не просматривается из смотрового глазка двери, что, в том числе, подтверждено видеообзором камеры.

Суд также находит несостоятельными доводы административного истца о выводе на прогулку без зимней обуви.

Согласно ст. 389 приказа Минюста России от <дата> <номер> «Об утверждении Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений и Правил внутреннего распорядка исправительных центров уголовно-исполнительной системы», при водворении в карцер подозреваемым и обвиняемым выдается закрепленный за карцером комплект одежды (за исключением нательного и нижнего белья) и обуви в соответствии с нормами вещевого довольствия.

Согласно ст. 395 приказа Минюста России от <дата> <номер> «Об утверждении Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений и Правил внутреннего распорядка исправительных центров уголовно-исполнительной системы», подозреваемые и обвиняемые, содержащиеся в карцере, пользуются ежедневной прогулкой продолжительностью один час.

При выводе на прогулку и за пределы здания они получают одежду по сезону.

Показания свидетелей <ФИО>6 и <ФИО>7 о том, что <ФИО>2 выводили на прогулку в тапочках, суд не может принять во внимание, поскольку на прогулках <ФИО>2 они не присутствовали, и очевидцами таких фактов не являются. Более того, <ФИО>6 встречал <ФИО>2 на лестнице, когда административный истец еще не переоделся в верхнюю одежду. А <ФИО>7 встретил <ФИО>2 на продоле, когда административный истец уже одел пуховик, но еще не переобулся.

Так, из показаний инспектора ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес> <ФИО>8 следует, что комплектом зимней одежды <ФИО>2 был обеспечен. В камере карцерного типа обвиняемые находятся в одежде установленного образца и в тапочках. При выводе на прогулку проходит досмотр, после чего им выдается одежда по сезону и обувь, и они выводятся на прогулочный двор. По возвращении одежда и обувь сдаются, и обвиняемые возвращаются в камеры в одежде установленного образца и в тапочках.

Таким образом, свидетели <ФИО>6 и <ФИО>7 могли встречать <ФИО>2 во время его выхода на прогулку до его досмотра ил сразу после, до выдачи ему зимней одежды и обуви.

Утверждения административного истца о потерянной одежде опровергаются квитанцией <номер> о получении <ФИО>2 вещей, в том числе ботинок.

Суд также учитывает, что обращений и жалоб от <ФИО>2 в заявленный период не поступало.

Часть 1 статьи 4 и часть 1 статьи 218 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации устанавливают, что каждому заинтересованному лицу гарантируется право на обращение в суд за защитой нарушенных или оспариваемых прав, свобод и законных интересов, в том числе в случае, если, по мнению этого лица, созданы препятствия к осуществлению его прав, свобод и реализации законных интересов либо на него незаконно возложена какая-либо обязанность.

Гражданин вправе обратиться в суд с требованиями об оспаривании решений, действий (бездействия) органа государственной власти, органа местного самоуправления, иного органа, организации, наделенных отдельными государственными или иными публичными полномочиями, должностного лица, государственного или муниципального служащего.

Таким образом, административное процессуальное законодательство исходит по общему правилу из того, что любому лицу судебная защита гарантируется только при наличии оснований предполагать, что права и свободы, о защите которых просит лицо, ему принадлежат и при этом указанные права и свободы были нарушены или существует реальная угроза их нарушения.

Из анализа положений части 1 статьи 218 и части 2 статьи 227 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации следует, что решение, действие (бездействие) органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, признаются незаконными, если суд установит не только их несоответствие закону или иному нормативному правовому акту, но и такое последствие, как нарушение прав и законных интересов административного истца.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в постановлении от <дата> N 21 "О некоторых вопросах применения судами положений главы 22 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации и главы 24 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации" подчеркнул, что суды при рассмотрении дел по правилам главы 22 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации разрешают споры о правах, свободах и законных интересах граждан, организаций, неопределенного круга лиц в сфере административных и иных публичных правоотношений и одним из имеющих значение для дела обстоятельств является установление факта нарушения прав, свобод и законных интересов административного истца (пункты 2 и 15).

Согласно пункту 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В силу статьи 53 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

Данная конституционная норма в сфере властно-административных правоотношений реализуется путем закрепления в Гражданском кодексе РФ обязанности возместить ущерб, причиненный государственными органами, а также их должностными лицами.

В соответствии со статьей 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

При этом под незаконными действиями (бездействием) следует понимать деяния, противоречащие законам и другим правовым актам.

Незаконными являются действия, выходящие за пределы компетенции или должностных полномочий органов и должностных лиц, или же бездействие в случаях, когда соответствующие органы либо лица отказываются от выполнения своих обязанностей.

Для наступления ответственности государства необходимо одновременное наличие следующих составляющих материальное основание такой ответственности: наступление вреда; противоправность поведения причинителя вреда (государственного органа); причинно-следственная связь между наступившим вредом и незаконным деянием; вина причинителя вреда.

В случаях, когда в соответствии с законом причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с законом эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина (статья 1071 ГК РФ).

Исходя из части 1 статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В соответствии со статьей 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации лицо, полагающее, что нарушены условия его содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, одновременно с предъявлением требования об оспаривании связанных с условиями содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих в порядке, предусмотренном настоящей главой, может заявить требование о присуждении компенсации за нарушение установленных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении (часть 1).

При рассмотрении административного искового заявления, поданного в соответствии с частью 1 настоящей статьи, суд устанавливает, имело ли место нарушение предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, а также характер и продолжительность нарушения, обстоятельства, при которых нарушение допущено, его последствия (часть 5).

Указанные нормы введены в действие Федеральным законом от <дата> N 494-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» и применяются с <дата>.

Под условиями содержания лишенных свободы лиц следует понимать условия, в которых с учетом установленной законом совокупности требований и ограничений реализуются закрепленные Конституцией Российской Федерации, общепризнанными принципами и нормами международного права, международными договорами Российской Федерации, федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации права и обязанности указанных лиц, в том числе: право на материально-бытовое обеспечение, обеспечение жилищно-бытовых, санитарных условий и питанием, прогулки (абзац 8 пункта 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <дата> <номер> «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания»).

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <дата> N 47 "О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания", о наличии нарушений условий содержания лишенных свободы лиц могут свидетельствовать, например, переполненность камер (помещений), невозможность свободного перемещения между предметами мебели, отсутствие индивидуального спального места, естественного освещения либо искусственного освещения, достаточного для чтения, отсутствие либо недостаточность вентиляции, отопления, отсутствие либо непредставление возможности пребывания на открытом воздухе, затрудненный доступ к местам общего пользования, соответствующим режиму мест принудительного содержания, в том числе к санитарным помещениям, отсутствие достаточной приватности таких мест, не обусловленное целями безопасности, невозможность поддержания удовлетворительной степени личной гигиены, нарушение требований к микроклимату помещений, качеству воздуха, еды, питьевой воды, защиты лишенных свободы лиц от шума и вибрации.

Поскольку доводы административного истца о ненадлежащих условиях содержания в камере не нашли своего подтверждения в ходе судебного разбирательства по делу, также как не установлено незаконных действий со стороны следственного изолятора при помещении <ФИО>2 в карцер, заявленные истцом требования о выплате компенсации, производные от установления фактов нарушения условий содержания под стражей, удовлетворению не подлежат.

Суд также учитывает, что в материалах дела отсутствуют доказательства причинения административному истцу физических и (или) нравственных страданий, каких либо негативных последствий для него в период предполагаемых по его мнению нарушений.

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от <дата> N 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции) (п. 14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от <дата> N 33).

Как разъяснено в п. 12 постановления Пленума Верховного Суда РФ от <дата> N 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 ГК РФ).

Потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

В пункте 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <дата> N 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении. Размер компенсации морального вреда не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других имущественных требований.

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (пункт 26 названного постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации).

В пункте 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <дата> N 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

Как следует из вышеперечисленных норм права, компенсация морального вреда является формой гражданско-правовой ответственности, взыскание компенсации морального вреда возможно при наличии определенных условий, в том числе: установленного факта причинения вреда личным неимущественным правам либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, наличия вины второй стороны и причинно-следственной связи между наступившими последствиями и противоправным поведением ответчика.

Между тем, доводы административного истца о ненадлежащих условиях содержания суд находит несостоятельными, поскольку те неудобства, которые он испытывал, не выходят за рамки той степени страданий, которая неизбежна при содержании в следственном изоляторе при соблюдении режима содержания и обеспечения безопасности в учреждении.

Основания для компенсации административному истцу морального вреда в порядке ст. 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации, в соответствии которой компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, кода вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ, также отсутствуют, поскольку указанные обстоятельства по данному делу не установлены.

При таких обстоятельствах, оценивая представленные по делу доказательства в совокупности, оснований для удовлетворения административных исковых требований суд не усматривает.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 175-180 КАС РФ, суд

РЕШИЛ:

административные исковые требования <ФИО>2 к федеральному казенному учреждению «Следственный изолятор <номер> Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по <адрес>», Главному управлению Федеральной службы исполнения наказаний по <адрес>, ФСИН России о взыскании компенсации за нарушение условий содержания в размере 200 000 рублей – оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Иркутский областной суд через Куйбышевский районный суд <адрес> в течение месяца со дня принятия судом решения в окончательной форме.

Председательствующий: А.В. Кучерова

Мотивированный текст решения изготовлен <дата>