Дело № 2-196/2025
УИД: 59RS0004-01-2024-007771-59
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
26 ноября 2025 года г. Пермь
Ленинский районный суд г. Перми в составе:
председательствующего судьи Шпигарь Ю.Н.,
при ведении протокола помощником судьи Томиловой Е.Д.,
с участием представителей ответчиков:
ГБУЗ ПК «ГКБ им. С.Н. Гринберга» ФИО1,
ЧУЗ «КБ «РЖД Медицины» город Пермь» ФИО2,
прокурора Глазковой Н.И.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 ФИО13 к ГБУЗ ПК «ГКБ им. С.Н. Гринберга», ЧУЗ «КБ «РЖД Медицины» город Пермь», Министерству здравоохранения Пермского края о компенсации морального вреда,
установил:
ФИО3 обратилась в суд с иском к ГБУЗ ПК «ГКБ им. С.Н.Гринберга», ЧУЗ «КБ «РЖД Медицины» город Пермь», Министерству здравоохранения Пермского края с требованиями о взыскании компенсации морального вреда в размере ФИО11
В обоснование требований указала, что начиная с ДД.ММ.ГГГГ в результате некомпетентности сотрудников ГБУЗ ПК «ГКБ им. С.Н.Гринберга», ЧУЗ «КБ «РЖД Медицины» город Пермь», обследовавших истца, доставленную несколько раз бригадой скорой медицинской помощи, истца лечили от диагноза <данные изъяты>, пропустив <данные изъяты>, что привело к <данные изъяты> при следующих обстоятельствах. Согласно выписке из истории болезни № истец находилась на стационарном лечении в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. После выписки ей стало снова плохо и ДД.ММ.ГГГГ она самостоятельно сделала <данные изъяты>, однако уже с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ вновь была доставлена бригадой скорой медицинской помощи в ГБУЗ ПК «ГКБ им. С.Н. Гринберга» (<данные изъяты>), где ей вновь поставили диагноз <данные изъяты>». Поскольку боли не проходили, при этом истец <данные изъяты>, ДД.ММ.ГГГГ истец снова самостоятельно сдала <данные изъяты>, согласно которому выявлено <данные изъяты>. В третий раз истец обратилась уже с имеющимся заключением <данные изъяты> в ГБУЗ ПК ГКБ им. С.Н.Гринберга» ДД.ММ.ГГГГ, где истцу выдали заключение № о том, что с истцом все в порядке, в госпитализации отказали. ДД.ММ.ГГГГ в этой же клинике истцу сделали <данные изъяты>, выдали заключение №, оснований для госпитализации не выявлено. Поскольку состояние здоровья истца ухудшалось, она <данные изъяты>, <данные изъяты>, истец обратилась в ГБУЗ ПК «ГКБ им. М.А.Тверье», где ее экстренно госпитализировали в <данные изъяты>, в котором истец находилась с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, ей был установлен диагноз «<данные изъяты>». После истец находилась на лечении в частном учреждении здравоохранения «Клиническая больница «РЖД-Медицины» города Перми (выписка из истории болезни №), в начале ДД.ММ.ГГГГ истец неоднократно делала <данные изъяты>, проходила осмотр <данные изъяты>, и с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ вновь находилась на стационарном лечении в поликлинике РЖД (№). Несмотря на все виды обследования и лечения, истец <данные изъяты> и уже ДД.ММ.ГГГГ ее <данные изъяты>. В связи с чем, истцу причинены нравственные страдания медицинскими организациями, которыми была оказана некачественная медицинская помощь, неправильно выполнены лечебно-диагностические мероприятия, ошибочно выбран метод лечения, что в конечном итоге привело <данные изъяты>. Согласно ответу <данные изъяты>» от ДД.ММ.ГГГГ № по обращению истца на некачественно оказанную медицинскую помощь была назначена экспертиза качества медицинской помощи, оказанной истцу лечебными организациями. По результатам экспертного контроля выявлены дефекты качества медицинской помощи, оказанной истцу в ГБУЗ ПК «ГКБ им С.Н. Гринберга», ЧУЗ «КБ «РЖД Медицина» город Пермь». Последствия неправильного лечения истец испытывает на себе до сих пор, здоровье истца пошатнулось, истец испытывает страх при обращении к врачам, боясь оказаться в некомпетентных руках. Каждое назначение врача вызывает у истца отторжение и недоверие, она остро переживает <данные изъяты>, испытывает страх <данные изъяты>, жизнь истца изменилась в худшую сторону в результате некомпетентности врачей (л.д.7-11, 184-186).
Истец в судебное заседание при надлежащем извещении не явилась.
Представитель ответчика ГБУЗ ПК «ГКБ им. С.Н. Гринберга» в судебном заседании с требованиями искового заявления не согласились по доводам, изложенным в письменных возражениях на иск (л.д.94-99), указав, что по результатам судебной экспертизы дефектов в оказании истцу медицинской помощи не выявлено.
Представитель ответчика ЧУЗ «КБ «РЖД Медицины» город Пермь» в судебном заседании возражал против удовлетворения заявленных требований.
Министерство здравоохранения Пермского края в судебное заседание представителя не направило, о рассмотрении дела извещено надлежаще, ранее представитель ответчика возражал против удовлетворения требований.
Выслушав участников процесса, свидетеля, заключение прокурора, полагавшего, что требования истца удовлетворению не подлежат при установленном отсутствии дефектов оказания медицинской помощи ответчиками, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.
В соответствии со ст.ст.1064, 1068 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом причинившим вред. Юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.
Статьей 15 ГК РФ предусмотрено, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб).
В соответствии со ст.1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и статьей 151 настоящего Кодекса.
На основании п.2 ст.1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.
При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
Согласно ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.
Согласно разъяснениям, приведенным в п.1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.
В п.14 указанного Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 разъяснено, что под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).
Согласно разъяснениям, приведенным в п.48 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33, медицинские организации, медицинские и фармацевтические работники государственной, муниципальной и частной систем здравоохранения несут ответственность за нарушение прав граждан в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи и обязаны компенсировать моральный вред, причиненный при некачественном оказании медицинской помощи (статья 19 и части 2, 3 статьи 98 Федерального закона от 21 ноября 2011 года N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").
Разрешая требования о компенсации морального вреда, причиненного вследствие некачественного оказания медицинской помощи, суду надлежит, в частности, установить, были ли приняты при оказании медицинской помощи пациенту все необходимые и возможные меры для его своевременного и квалифицированного обследования в целях установления правильного диагноза, соответствовала ли организация обследования и лечебного процесса установленным порядкам оказания медицинской помощи, стандартам оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям (протоколам лечения), повлияли ли выявленные дефекты оказания медицинской помощи на правильность проведения диагностики и назначения соответствующего лечения, повлияли ли выявленные нарушения на течение заболевания пациента (способствовали ухудшению состояния здоровья, повлекли неблагоприятный исход) и, как следствие, привели к нарушению его прав в сфере охраны здоровья.
При этом на ответчика возлагается обязанность доказать наличие оснований для освобождения от ответственности за ненадлежащее оказание медицинской помощи, в частности отсутствие вины в оказании медицинской помощи, не отвечающей установленным требованиям, отсутствие вины в дефектах такой помощи, способствовавших наступлению неблагоприятного исхода, а также отсутствие возможности при надлежащей квалификации врачей, правильной организации лечебного процесса оказать пациенту необходимую и своевременную помощь, избежать неблагоприятного исхода.
На медицинскую организацию возлагается не только бремя доказывания отсутствия своей вины, но и бремя доказывания правомерности тех или иных действий (бездействия), которые повлекли возникновение морального вреда.
Согласно ст. 98 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации.
В судебном заседании установлено, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 обратилась в <данные изъяты>» с заявлением о проведении проверки качества оказания медицинской помощи ГБУЗ ПК «ГКБ им. С.Н. Гринберга» и ЧУЗ «КБ «РЖД Медицины» город Пермь», где истец проходила лечение с ДД.ММ.ГГГГ, указывая в обоснование жалобы, что врачами ГБУЗ ПК «ГКБ им. С.Н. Гринберга», лечившими истца от <данные изъяты> «пропущен» <данные изъяты>, в результате чего она <данные изъяты> (л.д.16, 17).
ДД.ММ.ГГГГ <данные изъяты> сообщено о результатах рассмотрения обращения истца от ДД.ММ.ГГГГ, выявленных дефектах качества медицинской помощи, дефектах оформления медицинской документации (л.д.12, 13).
Заключениями по результатам качества медицинской помощи, подготовленными по поручению <данные изъяты>» (л.д.169-180), сделаны выводы о том, что в период лечения с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в ГБУЗ ПК «ГКБ им. С.Н. Гринберга» в истории болезни ФИО3 не указаны жалобы, при поступлении <данные изъяты>» и окончательный <данные изъяты>» установлены необоснованно, диагноз «<данные изъяты>» неверно вынесен <данные изъяты>, тогда как следовало указать его в основном <данные изъяты>. При выписке не рекомендованы <данные изъяты>. <данные изъяты> назначены без наименования препарата и его дозировки. В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ клинический диагноз на титульной странице медицинской карты не совпадает с диагнозом в выписном эпикризе. В выписном эпикризе отсутствует основной <данные изъяты>», установленный на консилиуме с участием <данные изъяты>. При выписке препараты для <данные изъяты> назначены без указания наименования и дозировки. При анализе амбулаторной карты ЧУЗ «КБ «РЖД Медицины» город Пермь» установлено, что в ДД.ММ.ГГГГ года после выписки из <данные изъяты> до <данные изъяты> ФИО3 не были назначены препараты <данные изъяты>, не составлен план диспансерного наблюдения.
ДД.ММ.ГГГГ истцу <данные изъяты> (л.д.18, 19, 112-130).
Заключением <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ по месту работы ФИО3 признана негодной к работе в должности <данные изъяты> рекомендованы работы согласно <данные изъяты> (л.д.90-93).
В обоснование исковых требований истец ссылается на выявленные страховой компаней дефекты качества оказаний ей ГБУЗ ПК «ГКБ им С.Н. Гринберга», ЧУЗ «КБ «РЖД Медицина» город Пермь» медицинской помощи, а также <данные изъяты> у ФИО3 <данные изъяты> в результате некачественного оказания истцу медицинской помощи ответчиками.
Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетель <данные изъяты> ЧУЗ «КБ «РЖД Медицины» город Пермь» ФИО9 показала, что ФИО3 является ее пациентом, обратилась к ней ДД.ММ.ГГГГ с жалобами на <данные изъяты>, пришла с результатами обследований, диагноз: <данные изъяты>, ей было назначено лечение в соответствии с установленными диагнозами - <данные изъяты>). ФИО3 находилась на амбулаторном лечении, затем несколько дней на стационарном лечение в ГБУЗ ПК «Городская клиническая больница им. М.А. Тверье», потом на стационарном лечении в ЧУЗ «КБ «РЖД Медицины» город Пермь» в ДД.ММ.ГГГГ. В стационаре ЧУЗ "КБ "РЖД Медицины" город Пермь" истец находилась, т.к. у нее сохранялись <данные изъяты>, и было принято решение направить ее в стационар в ГБУЗ ПК «Городская клиническая больница им. М.А. Тверье» для проведения <данные изъяты>, чтобы <данные изъяты>. <данные изъяты> истцу не назначали, т.к. они противопоказаны <данные изъяты>. В настоящее время приступы <данные изъяты> у истца прекратились, возможно, это связано <данные изъяты>.
Определением суда от ДД.ММ.ГГГГ по настоящему делу назначена судебно-медицинская экспертиза, производство которой поручено <данные изъяты> на разрешение экспертов поставлены вопросы о том, какие медицинские услуги оказаны ФИО3 ГБУЗ ПК «ГКБ им. С.Н. Гринберга», ЧУЗ «КБ «РЖД Медицины» город Пермь» в ДД.ММ.ГГГГ г.г.; соответствовало ли оказание данных услуг диагнозу ФИО3; соответствовало ли качество оказанных услуг стандартам оказания медицинской помощи данного вида; имелись ли недостатки в оказании данных услуг, если да, в чем они заключаются и чем вызваны, какое причинение вреда здоровью истца они повлекли; нуждается ли ФИО3 в настоящее время в дополнительном специальном обследовании, лечении для устранения недостатков оказанной медицинской помощи; имеется ли причинно-следственная связь между наступившими неблагоприятными последствиями в виде <данные изъяты> <данные изъяты>, наступления у ФИО3 <данные изъяты> и выявленными недостатками (л.д.203, 204).
Согласно заключению экспертов № от ДД.ММ.ГГГГ, как следует из представленных на исследование медицинских документов, ФИО3 обратилась за медицинской помощью в ГБУЗ ПК «ГКБ им. С.Н. Гринберга» в связи с жалобами на <данные изъяты>, <данные изъяты>. При поступлении в стационар у ФИО3 был собран анамнез, из которого выяснено, что <данные изъяты> ее беспокоят длительное время, по поводу которых постоянно принимает <данные изъяты>). В течение 4-х дней отмечает <данные изъяты>. При поступлении в стационар ФИО3 была выполнена <данные изъяты>. В объективном статусе у ФИО3 со стороны <данные изъяты> патологии установлено не было, но была выявлена болезненность <данные изъяты>, в связи с чем ей был установлен предварительный диагноз: <данные изъяты>
В процессе нахождения на стационарном обследовании и лечении ФИО3 был установлен диагноз: «<данные изъяты>» (от ДД.ММ.ГГГГ), в связи с чем к проводимой терапии были добавлены: <данные изъяты>. При осмотре ФИО3 <данные изъяты> патологии выявлено не было. ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 была выписана с улучшением самочувствия и рекомендациями, в том числе по приему <данные изъяты> под наблюдение <данные изъяты>) по месту жительства (<данные изъяты>).
Таким образом, в период оказания ФИО3 в ГБУЗ ПК «ГКБ им. С.Н. Гринберга» медицинской помощи ей был установлен правильный (в числе прочих) диагноз (<данные изъяты>) и проведено показанное лечение, соответствовавшее требованиям Клинических рекомендаций «<данные изъяты>», ДД.ММ.ГГГГ. Какой-либо объективной <данные изъяты>, в том числе со стороны <данные изъяты> у ФИО3 в период стационарного лечения в ГБУЗ ПК «ГКБ им. С.Н. Гринберга», а также каких-либо признаков острого нарушения <данные изъяты>)не имелось. Дефектов (недостатков) оказания медицинской помощи ФИО3 в ГБУЗ ПК «ГКБ им. С.Н. Гринберга» в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ комиссией экспертов не установлено.
С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 вновь находилась на стационарном лечении в ГБУЗ ПК «ГКБ им. С.Н. Гринберга». ФИО3 поступила в стационар с результатами <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ и жалобами на <данные изъяты>. По данным <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ у ФИО3 имело место состоявшееся острое нарушение <данные изъяты> давностью около одной недели. При поступлении в стационар ФИО3 была выполнена <данные изъяты> <данные изъяты>, при которой <данные изъяты> выявлено не было. Из анамнеза было установлено, что ДД.ММ.ГГГГ у ФИО3 вновь (после выписки из стационара ДД.ММ.ГГГГ) появилась <данные изъяты>. За медицинской помощью в связи с ухудшением самочувствия не обращалась (самостоятельно выполнила <данные изъяты> только ДД.ММ.ГГГГ). При поступлении ФИО3 в ГБУЗ ПК «ГКБ им. С.Н. Гринберга» ДД.ММ.ГГГГ ей был установлен правильный диагноз (основной): «<данные изъяты>» и назначено правильное и показанное лечение, соответствовавшее требованиям Порядка оказания медицинской помощи больным с острыми нарушениями <данные изъяты>
Комиссия экспертов отмечает, что за период госпитализации в ГБУЗ ПК «ГКБ им. С.Н. Гринберга» с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО3, в числе прочих, была выполнена <данные изъяты>). ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 была выписана на амбулаторное лечение, под наблюдение <данные изъяты> по месту жительства с рекомендациями.
Таким образом, обследование и лечение ФИО3 в ГБУЗ ПК «ГКБ им. С.Н. Гринберга» в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ являлось правильным, показанным и соответствовавшим требованиям нормативных документов. Дефектов (недостатков) оказания медицинской помощи ФИО3 в ГБУЗ ПК «ГКБ им. С.Н. Гринберга» комиссией экспертов не установлено.
В ЧУЗ «КБ «РЖД Медицина» города Перми» ФИО3 находилась под наблюдением и лечением <данные изъяты> с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ с диагнозом: «<данные изъяты>), то есть пациентка находилась под динамическим наблюдением <данные изъяты>, которым осуществлялось наблюдение за состоянием здоровья ФИО3, лечение <данные изъяты>) и его коррекция - в соответствие с требованиями Клинических рекомендаций <данные изъяты>», ДД.ММ.ГГГГ. Дефектов (недостатков) оказания медицинской помощи ФИО3 в ЧУЗ «КБ «РЖД Медицина» города Перми» комиссией экспертов не установлено.
Кроме того, ФИО3 находилась на стационарном лечении в ЧУЗ «Клиническая больница «РЖД-Медицина» города Пермь» в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ с диагнозом: «<данные изъяты>. За период госпитализации ФИО3 была обследована, в том числе была выполнена <данные изъяты>). ФИО3 была назначена и проведена показанная лекарственная терапия, направленная на улучшение <данные изъяты>. В дальнейшем ФИО3 была переведена в другое многопрофильное медицинское учреждение для установления причин развития <данные изъяты> и продолжения лечения. Дефектов (недостатков) оказания медицинской помощи ФИО3 в ЧУЗ «Клиническая больница «РЖД-Медицина» города Пермь» в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ комиссией экспертов не установлено.
Поскольку комиссией экспертов не установлено каких-либо дефектов (недостатков) оказания ФИО3 медицинской помощи, вопросы о причинно-следственной связи между допущенными дефектами и неблагоприятным исходом (в виде <данные изъяты>), а также о причинении вреда здоровья и степени его тяжести не рассматриваются.
Комиссией экспертов не установлено каких-либо дефектов (недостатков) оказания медицинской помощи ФИО3 как в ГБУЗ ПК «ГКБ им. С.Н. Гринберга», так и в ЧУЗ «КБ «РЖД Медицина» города Перми». Нуждаемость ФИО3 в каком-либо обследовании и лечении в настоящее время обусловливается состоянием ее здоровья, самочувствием и клинической тактикой лечащего врача пациентки.
У ФИО3 начиная с ДД.ММ.ГГГГ года диагностировались: <данные изъяты>. В данном клиническом случае комиссия экспертов не может достоверно установить причину <данные изъяты> у ФИО3, но среди причин отсутствует <данные изъяты>, которая <данные изъяты>) не связана с развитием у нее <данные изъяты>, из чего следует, что между оказанной ФИО3 медицинской помощью в связи с имевшейся у нее <данные изъяты> (с учетом отсутствия недостатков ее оказания) и ухудшением состояния ее здоровья в виде <данные изъяты> причинно-следственной связи не усматривается.
В соответствии с частями 3 и 4 статьи 67 ГПК РФ суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Результаты оценки доказательств суд обязан отразить в решении, в котором приводятся мотивы, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими.
Таким образом, заключение судебной экспертизы оценивается судом по его внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании каждого отдельно взятого доказательства, собранного по делу, и их совокупности с характерными причинно-следственными связями между ними и их системными свойствами.
Суд оценивает экспертное заключение с точки зрения соблюдения процессуального порядка назначения экспертизы, соблюдения процессуальных прав лиц, участвующих в деле, соответствия заключения поставленным вопросам, его полноты, обоснованности и достоверности в сопоставлении с другими доказательствами по делу.
Учитывая, что право определения достаточности и допустимости доказательств, необходимых для правильного разрешения дела, принадлежит исключительно суду, оснований не доверять заключению судебной экспертизы у суда не имеется, поскольку оно является допустимым по делу доказательством, эксперты были предупреждены об уголовной ответственности по ст. 307 УК Российской Федерации за дачу заведомо ложного заключения, обладают необходимыми квалификацией и специальностью. Выводы экспертов мотивированы, основаны на результатах проведенного исследования, экспертами даны ответы на все поставленные судом вопросы.
Таким образом, в судебном заседании не нашли подтверждение доводы истца о ненадлежащем оказании ответчиками медицинской помощи истцу, вине ответчиков в причинении вреда здоровью истца. Наличие дефектов при оказании медицинской помощи ФИО3 ГБУЗ ПК «ГКБ им. С.Н. Гринберга» и ЧУЗ «КБ «РЖД Медицины» город Пермь» не установлено, лечение соответствовало диагнозу, стандартам оказания медицинской помощи данного вида.
Таким образом, доказательств причинения истцу морального вреда в результате некачественного оказания ответчиками ГБУЗ ПК «ГКБ им. С.Н. Гринберга» и ЧУЗ «КБ «РЖД Медицины» город Пермь» медицинской помощи при рассмотрении дела не установлено.
Заключением экспертов, таким образом, опровергаются выводы <данные изъяты>», проводившего оценку качества оказанной истцу медицинской помощи, о необоснованно установленных диагнозах и назначенном ФИО3 лечении. При этом дефекты оформления медицинской документации не находятся в причинно-следственной связи с ухудшением состояния здоровья истца.
На основании изложенного, исковые требования ФИО3 к ГБУЗ ПК «ГКБ им. С.Н. Гринберга», ЧУЗ «КБ «РЖД Медицины» город Пермь» о компенсации морального вреда следует оставить без удовлетворения.
Согласно разделу I Положения о Министерстве здравоохранения Пермского края, утвержденного Постановлением Правительства Пермского края от 18.09.2012 N 880-п, Министерство здравоохранения Пермского края (далее - Министерство) является исполнительным органом власти Пермского края, реализующим государственную политику в сфере здравоохранения и осуществляющим полномочия Российской Федерации в сфере охраны здоровья и оказания государственной социальной помощи в виде набора социальных услуг, переданные для осуществления органам государственной власти субъектов Российской Федерации, в пределах компетенции, установленной действующим законодательством (п.1.1).
В ведении Министерства находятся государственные учреждения, осуществляющие функции в сферах деятельности, указанных в пункте 1.1 настоящего Положения, в том числе медицинские организации, согласно приложению к настоящему Положению (п.1.5).
Основными задачами Министерства в соответствии с разделом II Положения являются: обеспечение проведения единой государственной политики в области охраны здоровья населения Пермского края в пределах полномочий, установленных законодательством; организация оказания медицинской помощи населению на территории Пермского края; координация деятельности по подготовке кадров в области охраны здоровья граждан; нормативно-правовое регулирование в области охраны здоровья граждан; организация системы профилактических мероприятий в сфере охраны здоровья граждан; организация обеспечения населения Пермского края лекарственными препаратами и медицинскими изделиями; лицензирование медицинской, фармацевтической деятельности и деятельности по обороту наркотических средств, психотропных веществ и их прекурсоров, культивированию наркосодержащих растений в пределах установленных законодательством полномочий; обеспечение санитарно-эпидемиологического благополучия населения Пермского края в пределах установленных законодательством полномочий.
Согласно п.3.1.2.4, 3.1.9.26 Положения к функциям Министерства относятся: осуществление ведомственного контроля качества и безопасности медицинской деятельности в соответствии со статьей 89 Закона N 323-ФЗ; организация и осуществление личного приема граждан, обеспечение объективного, всестороннего и своевременного рассмотрения устных, письменных или в форме электронного документа обращений граждан и юридических лиц, принятие по ним решений и направление ответов в соответствии с требованиями действующего законодательства.
Истцом требования о компенсации морального вреда с Министерства здравоохранения Пермского края не обоснованы, по сути приведены общие доводы о причинении истцу нравственных страданий в результате ненадлежащего оказания медицинской помощи ГБУЗ ПК «ГКБ им. С.Н. Гринберга», ЧУЗ «КБ «РЖД Медицины» город Пермь».
Министерством здравоохранения Пермского края ведомственный контроль качества оказания истцу медицинской помощи не проводился, с обращениями в адрес Министерства истец не обращалась. Доказательств нарушения ответчиком неимущественных прав истца материалы дела не содержат.
Таким образом, оснований для взыскания с Министерства здравоохранения Пермского края в пользу ФИО3 компенсации морального вреда также не установлено.
Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд
решил:
Исковые требования ФИО3 ФИО14 к ГБУЗ ПК «ГКБ им. С.Н. Гринберга», ЧУЗ «КБ «РЖД Медицины» город Пермь», Министерству здравоохранения Пермского края о компенсации морального в размере <данные изъяты> руб. оставить без удовлетворения.
Решение суда может быть обжаловано в Пермский краевой суд через Ленинский районный суд г. Перми в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме.
Копия верна
Председательствующий Ю.Н.Шпигарь
Мотивированное решение изготовлено 10.12.2025