Решение по делу № 2-2029/2022 от 07.09.2023

61RS0011-01-2022-002917-06 дело №2-57/2023

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

7 сентября 2023г. г. ФИО1

Белокалитвинский городской суд Ростовской области в составе председательствующего судьи Логвиновой С.Е.

с участием помощника Белокалитвинского городского прокурора Настоящего А. В,

при секретаре Гриценко А.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску ФИО2 к Государственному бюджетному учреждению Ростовской области «Областная клиническая больница № 2», Государственному бюджетному учреждению Белокалитвинского района «Центральная районная больница», Государственному бюджетному учреждению Ростовской области «Перинатальный центр», Государственному бюджетному учреждению «Городская больница скорой медицинской помощи г. Ростов-на-Дону» о компенсации морального вреда,

установил:

истец обратился в суд с иском к ответчикам о возмещении морального вреда, ссылаясь на то, что он с 27.06.2020 состоял с ФИО3 в зарегистрированном браке, супруга забеременела, в связи с чем 11.11.2020 со сроком беременности 11 недель была поставлена на учет к врачу-гинекологу ФИО5 в женскую консультацию МБУЗ Белокалитвенского района «Центральная районная больница». При постановке на учет ФИО3 сообщила врачу о том, что в ее семье среди близких родственников имелись случаи заболевания онкологией и ранее примерно в сентябре 2020г. у нее наблюдались признаки заболевания коронавирусной инфекцией COVID-19, однако врач-гинеколог ФИО5, не предложила сделать экспресс-тест на наличие признаков заболевания коронавирусной инфекцией COVID-19, а назначила прием лекарственных препаратов и сиропов, проведение ингаляции. В ноябре 2020г. у ФИО3 ухудшилось состояние здоровья в связи с чем она была вынуждена вновь обратиться в МБУЗ Белокалитвенского района «Центральная районная больница» к врачу-гинекологу ФИО5, где сообщила об ухудшении состояния своего здоровья, на что лечащий врач ФИО5 пояснила о том, что проведение в отношении нее каких-либо процедур, в том числе флюорографии, проводить нельзя по причине возможности получения облучения, которое отрицательно скажется на процессе течения беременности, порекомендовав ФИО3 продолжить ранее назначенное ей лечение. Однако после указанных рекомендаций врача-гинеколога проводимое лечение ФИО3 не давало положительных результатов, ее состояние здоровья ухудшалось, при этом начался сильный кашель, появилась отдышка и затрудненное дыхание. ФИО3 был поставлен диагноз: <данные изъяты>. При этом при первоначальном этапе постановки ФИО3 на учет в женской консультации при плановых осмотрах терапевтом не был собран эпидемиологический анамнез (не отражен контакт с лицами, прибывавшими на территорию РФ в течение последнего месяца, с лицами, имевшими контакт с заболевшими Covid-19) и анамнез заболевания, отсутствовали сведения об уровне сатурации на момент осмотра. 17.11.2020 были получены положительные результаты обследования ФИО3 на <данные изъяты> этом с учетом полученных результатов исследований ФИО3 не была надлежащим образом отправлена на консультацию к врачу-инфекционисту, в связи с чем была лишена возможности оказания своевременной квалифицированной медицинской помощи. 30.12.2020 при проведении УЗИ 2 триместра у ФИО3 была выявлена низкая плацентация, 14.01.2021 при проведении УЗИ почек были выявлены признаки расширения ЧЛС обеих почек. 20.01.2021 ФИО3 была направлена на консультацию в ГБУ Ростовской области «Перинатальный Центр». 23.01.2021 при осмотре акушером-гинекологом ГБУЗ Ростовской области «Перинатальный Центр» ФИО3 сообщалось о наличии у нее ОРВИ без температуры на протяжении 4-5 недель, с 8 недели ОРВИ с кашлем, потерей вкуса и запаха, с 18 недели ОРВИ с кашлем без температуры, при этом посев на Covid ФИО3 по назначению и рекомендации лечащего врача, у которой она наблюдалась, не сдавался. В ходе осмотра врачом акушером-гинекологом ГБУЗ Ростовской области «Перинатальный Центр» ФИО3 были выданы рекомендации обратиться за консультацией к врачу-проктологу за решением вопроса о методе родоразрешения, а также по сдаче анализа на Covid-19, повторная консультация акушера-гинеколога с направлением из женской консультации с результатами обследования в ГБУ РО «Перинатальный Центр» на 26 неделе, 32 неделе беременности. 29.01.2021 был получен ПЦР-тест, согласно которому у ФИО3 был обнаружен положительный результат на наличие кононавирусной инфекции Covid-19. Однако по-прежнему ФИО3 не проводили никакого лечения, а только направляли для сдачи различных анализов, не проводя весь необходимый комплекс по оказанию качественной медицинской помощи.

01.02.2021 по рекомендации врача акушера-гинеколога ГБУЗ Ростовской области «Перинатальный Центр» был произведен осмотр врачом-проктологом, которым был поставлен диагноз: «<данные изъяты> и даны рекомендации. 05.02.2021 при исследовании тромбодинамики в ГБУЗ Ростовской области «Перинатальный Центр» было установлено, что все показатели, кроме <данные изъяты> В тот же день в ГБУЗ Ростовской области «Перинатальный Центр» было проведено УЗИ допплерометрия, по результатам которого было вынесено заключение: «Беременность 23,6 недели. <данные изъяты>». При этом вновь с учетом положительных результатов анализов от 17.11.2020 на <данные изъяты> ФИО3 не была назначена консультация врача-инфекциониста, а также с учетом отягощенной наследственности ФИО3 на диабет и онкопатологию не назначена своевременно консультация врача-эндокринолога и врача-онколога. При проведении УЗИ 10.02.2021 в медицинском центре в г. ФИО1 Ростовской области врач, проводивший ультразвуковое исследование, пояснил, что необходима госпитализация по причине наличия большого объема свободной жидкости в брюшной полости, было дано заключение: «<данные изъяты>». 10.02.2021 ФИО3 была госпитализирована и доставлена в приемный покой МБУЗ Белокалитвенского района «ЦРБ», где ей был поставлен клинический диагноз: «<данные изъяты> При поступлении в приемное отделение МБУЗ Белокалитвенского района «ЦРБ» сообщалось о том, что в ноябре 2020г. ФИО3 перенесла ОРВИ с потерей запаха и вкуса, однако ПЦР на Covid-19 на момент обнаружения указанных симптомов не сдавала и лечилась амбулаторно. Из жалоб при поступлении отмечалось увеличение живота в размерах, усиление болей в животе распирающего характера, появление отдышки, наличие незначительного сухого кашля, слабости без поднятия температуры тела. На тот момент сердцебиение ребенка уже было приглушено. После прохождения всех необходимых анализов и получения их результатов с подтверждением диагноза, среди которого также было выявлено наличие антител к кононавирусу <данные изъяты> было принято решение для перевода ФИО3 в анестезиолого-реанимационное отделение ГБУ РО «Областная клиническая больница № 2».При этом уже при достаточно тяжелом состоянии здоровья ФИО3 в ходе проведения дополнительных исследований и консультаций и полученных по результатам их проведения анализам основной диагноз ФИО3 не был диагностирован. 11.02.2021 ФИО3 по линии санавиации в 06 час. 05 мин. была доставлена в приемный покой ГБУ РО «Областная клиническая больница № 2» для дальнейшего проведения лечения в пульмонологическом отделении указанного медицинского учреждения. При этом вновь ФИО3 было установлено наличие выраженного количества свободной жидкости в брюшной полости <данные изъяты> Дыхание ФИО3 было сильно ослаблено. На момент поступления в ГБУ РО «Областная клиническая больница № 2» ФИО3 сообщала об отсутствии шевеления ребенка.

11.02.2021 в 07 час. 23 мин. при нахождении ФИО3 в ГБУ РО «Областная клиническая больница № 2» на основании полученных анализов был сделан диагноз о наличии <данные изъяты>. В 08 час. 20 мин. этого же дня с учетом тяжелого состояния ФИО3, обусловленной экстрагенитальной патологией, антенатальной гибелью моего ребенка, было принято решение о проведении родоразрешения путем кесарева сечения в экстренном порядке. В период времени с 09 час. 15 мин. до 11 час. 50 мин. ФИО3 была проведена операция, в ходе проведения которой был выявлен выраженный <данные изъяты>. В послеоперационном режиме проводилась интенсивная терапия в условиях АРО. 14.02.2021 при дальнейшем стационарном лечении ФИО3 в ГБУ РО «Областная клиническая больница № 2» ей был поставлен диагноз: <данные изъяты> и рекомендовано консультация хирурга с целью дренирования плевральной полости. В этот же день в ходе проведения хирургического вмешательства было удалено 300 мл. воздуха справа, 500 мл. мутноватой серозной жидкости, которая была отправлена на цитологию. Далее на протяжении времени до 01.03.2021 ФИО3 находилась под наблюдением врачей пульмонологического отделения ГБУ РО «Областная клиническая больница № 2». 01.03.2021 при проведении совместного осмотра с заведующим пульмонологического отделения и заместителем врача по акушерско-гинекологической помощи ФИО3 предъявляла жалобы на периодическую слабость. При проведении данного осмотра ФИО3 был поставлен клинический диагноз: <данные изъяты>. Диагноз (<данные изъяты> 02.03.2021 года ФИО3 была выписана со стационарного лечения ГБУ РО «Областная клиническая больница № 2» в относительно удовлетворительном состоянии с рекомендациями под наблюдение и лечение онко-гинеколога. При этом при проведении всего комплекса мероприятий, направленных на улучшение состояния здоровья ФИО3, с учетом выявленного диагноза: «<данные изъяты> ФИО3 по-прежнему не была назначена консультация врача-онколога. Перед выпиской со стационарного лечения из ГБУ РО «Областная клиническая больница № 2» у нее не были взяты контрольные анализы крови (несмотря на отрицательную динамику показателей в общем анализе крови от 26.02.2021 – лейкоцитоз, снижение уровня гемоглобина и эритроцитов, НСТ, в биохимическом анализе крови от 01.03.2021 – повышение уровня общей амилазы, ЛДГ), не была проведена рентгенография либо КТ исследование органов грудной клетки, брюшной полости и малого таза (на последнем проведенном КТ органов грудной клетки от 18.02.2021 правое <данные изъяты>), УЗ исследования (при последнем УЗ исследовании от 25.01.2021 – «рекургитация на МК 1 ст., ТК 2 <адрес> сердца не расширены. <данные изъяты> при выписке со стационарного лечения из ГБУ РО «Областная клиническая больница № 2» с учетом ее значительной анемии не была рекомендована противоанемическая терапия, а с учетом лейкоцитоза не была рекомендована противовоспалительная терапия. Данные обстоятельства полностью свидетельствуют о преждевременной выписке ФИО3 со стационарного лечения ГБУ РО «Областная клиническая больница № 2». По доставлению ФИО3 после выписки ее самочувствие стало резко ухудшаться, у нее началась сильная отдышка, нехватка воздуха, дрожь в теле, слабость и головокружение, в виду чего 02.03.2021 в 15 час. 46 мин. была вызвана бригада скорой медицинской помощи. В 16 час. 49 мин. по прибытию экипажа скорой медицинской помощи началось проведение реанимационный мероприятий, проведение которых не принесло никаких положительных результатов, в 18 час. 20 мин. была констатирована биологическая смерть ФИО3 При обращении за скорой медицинской помощью по факту ухудшения состояния здоровья ФИО3 данный вызов носил «экстренный характер», однако бригада скорой медицинской помощи прибыла на место оказания неотложной медицинской помощи спустя 43 минуты с момента сообщения о необходимости вызова, хотя регламент прибытия на место вызова составляет 20 мину. с момента обращения, фельдшером скорой медицинской помощи не был отражен в полной мере анамнез заболевания, не было отражено, с какого времени ФИО3 беспокоила отдышка и с чем она была связана, неправильно была проведена оценка общего состояния здоровья ФИО3, которое было определено как состояние средней тяжести при наличии у ФИО3 <данные изъяты>, что привело к несвоевременному вызову специализированной бригады реаниматологов, а также не выполнена экстренная медицинская эвакуация ФИО3 в стационар. Кроме того прибывшей на место бригадой скорой медицинской помощи не были проведены мероприятия, направленные на стабилизацию АД ФИО3

Согласно заключению комиссионной судебно-медицинской экспертизы № от 26.04.2022, выполненного отделом сложных судебных экспертиз ГБУ «Бюро судебно-медицинской экспертизы» Министерства Здравоохранения Краснодарского края, причиной смерти ФИО3 явилось <данные изъяты> При этом данное основное заболевание было диагностировано не своевременно, уже на стадии метастазирования и с тяжелыми осложнениями. При жизни ФИО3 сотрудниками Муниципального бюджетного учреждения здравоохранения Белокалитвенского района «Центральная районная больница» данный диагноз заболевания не был установлен, а, следовательно, лечение ФИО3, проводимое вплоть до 11.02.2021, являлось неэффективным, поскольку не было направлено на лечение основного заболевания, по этой причине состояние ФИО3, находившейся в состоянии беременности, с каждым днем закономерно ухудшалось в связи с прогрессированием заболевания.

По факту смерти ФИО3, которая по вине врачей потеряла ребенка, следователем следственного отдела по <адрес> 19.05.2021 было возбуждено уголовное дело по факту ненадлежащего исполнения своих должностных обязанностей неустановленными сотрудниками ГБУ РО «Областная клиническая больница № 2 г. Ростова-на-Дону», повлекших по неосторожности смерть ФИО3 В рамках проведения предварительного следствия по данному уголовному делу истец был признан потерпевшим в связи с причинением ему морального вреда, связанного с гибелью близкого для него человека – его супруги ФИО3 Постановлением следователя следственного отдела по <адрес> следственного управления Следственного Комитета Российской Федерации по Ростовской области от 19.05.2022 уголовное дело, возбужденное 19.05.2021 по признакам состава преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 109 УК РФ, было прекращено по основанию, предусмотренному п. 1 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, в связи с отсутствием события преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 109 УК РФ. Однако, как следует из указанного постановления о прекращении уголовного дела, между дефектами оказания медицинской помощи ФИО3 и наступлением ее смерти имеется причинно-следственная связь, которая носит непрямой (косвенный) характер. Данное решение о прекращении уголовного дела было основано на выводах заключения комиссионной судебно-медицинской экспертизы № от 26.04.2022, в которой указывались недостатки должностных лиц медицинских учреждений, в которых указывалась медицинская помощь ФИО3 по факту ухудшения ее состояния здоровья. Из выводов заключения комиссионной судебно-медицинской экспертизы следует, что при более ранней диагностике заболевания и оказании специализированной медицинской помощи по онкопатологии, возможно было бы отсрочить смертельный исход, однако в данном случае, с учетом диагностирования <данные изъяты>, ввиду агрессивного молниеносного течения заболевания, наличия множественных метастазов, благоприятный исход был не предотвратим. Истец полагает, что смерть его жены произошла прежде всего, вследствие ненадлежащего исполнения медицинскими работниками ГБУ Белокалитвинского района «Центральная районная больница», врачами ГБУ РО «Перинатальный центр г. Ростова-на-Дону», врачами ГБУ РО «Областная клиническая больница № 2», фельдшером скорой помощи ГБУ ГБСМП г. Ростова-на-Дону своих должностных обязанностей, оказания медицинской помощи не в полном объеме, не в соответствии с федеральными приказами и клиническими рекомендациями Министерства Здравоохранения РФ. Смерть супруги истца ФИО3 причинила истцу глубокие нравственные и моральные страдания, явилась для него неописуемым шоком и страшным горем до конца жизни, тем более, что его жена была беременной, и срок ее беременности на момент гибели был уже довольно значительным. Он потерял не только свою жену, но и своего ребенка – не родившуюся дочь. Гибель жены сама по себе является необратимым обстоятельством, влечет состояние субъективного эмоционального расстройства, поскольку утрата близкого человека рассматривается в качестве наиболее сильного переживания, препятствующего социальному функционированию и его адаптации к новым жизненным обстоятельствам, в которых уже нет живой жены, а также нарушает его неимущественное право на семейные связи. Данная утрата для него является невосполнимой, поэтому он продолжает испытывать переживания до настоящего времени. Никто со стороны ответчиков с момента трагедии и до настоящего времени не принес каких-либо извинений, соболезнований, не оказал какой-либо помощи в его адрес в какой-либо мере. В связи с изложенным истец просит взыскать в его пользу солидарно с ответчиков компенсацию морального вреда в сумме 3000000 руб.

В судебном заседании истец, его представитель по доверенности ФИО4 исковые требования поддержали в полном объеме. Представитель ответчика ГБУ Белокалитвинского района «Центральная районная больница» ФИО6 по доверенности исковые требования не признала, просила отказать в их удовлетворении по тем основаниям, что согласно ч. 1 ст. 37 Федерального закона от 21.11.2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается: в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; на основе клинических рекомендаций; с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти. Медицинская помощь женщинам в период беременности оказывается в рамках первичной медико-санитарной помощи, специализированной, в том числе высокотехнологичной, скорой, в том числе скорой специализированной, медицинской помощи согласно Порядка оказания медицинской помощи по профилю акушерство и гинекология, утвержденного Приказом Министерства здравоохранения РФ от 01 ноября 2012 г. № 572н Об утверждении Порядка оказания медицинской помощи по профилю «акушерство и гинекология». С момента постановки на учет медицинская помощь и обследование ФИО3 оказывалась в соответствие с Порядком оказания медицинской помощи по профилю «акушерство и гинекология». ФИО3 была направлена в медицинский диагностический центр «ЭКСПЕРТ» в сроке 12,3 недели, на этом этапе по результатам УЗИ каких либо патологий у ФИО3 не выявлено. Следующий этап обследования УЗИ ФИО3 в медицинской организации, осуществляющей пренатальную диагностику, проводился в срок 18,4 недели медицинском диагностическом центре «ЭКСПЕРТ», в этот период обследования по результатам УЗИ каких либо патологий у ФИО3 так же не выявлено. В соответствии с приказом Министерства здравоохранения РФ от 20.10.2020 № 1130н «Об утверждении Порядка оказания медицинской помощи по профилю «акушерство и гинекология» ввиду выявленных патологий <данные изъяты> ФИО3 направлялась на консультацию 20.01.2021 и 05.02.2021 в ГБУ РО «Перинатальный центр», где ей так же было проведено ультразвуковое исследование – допплерометрия, и каких-либо нарушений в состоянии ФИО3 специалистами «Перинатального центра» выявлено не было. Материалами дела не подтверждается, что в действиях медицинских работников МБУЗ БР «ЦРБ» при оказании медицинской помощи ФИО3 имелись какие-либо дефекты, которые находились бы в прямой причинно-следственной связи с ухудшением ее здоровья и наступления смерти. Согласно выводам судебно-медицинской экспертизы № <адрес> причиной смерти ФИО3 явилось <данные изъяты>. Экспертами отмечено, что у ФИО3 на этапе ведения в женской консультации МБУЗ БР «ЦРБ» симптоматика <данные изъяты> до 10.02.2021 отсутствовала, заболевание имело агрессивное течение на фоне беременности, протекало стремительно, молниеносно. Медицинская помощь по обследованию, наблюдению и ведению беременности ФИО3 в МБУЗ БР «ЦРБ» была оказана качественно в полном объеме, в соответствии с Федеральным законом от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», Приказом Министерства здравоохранения РФ от 01 ноября 2012 г. № 572н «Об утверждении Порядка оказания медицинской помощи по профилю «акушерство и гинекология», приказом Министерства здравоохранения РФ от 20.10.2020 № 1130н «Об утверждении Порядка оказания медицинской помощи по профилю «акушерство и гинекология». Наличие причинно-следственной связи между оказанием медицинской помощи ФИО3 и наступлением смерти экспертами не установлено.

Представитель ответчика ГБУ Ростовской области «Областная клиническая больница № 2», ФИО7, действующая на основании доверенности, исковые требования не признала, просила отказать в их удовлетворении по тем основаниям, что медицинская помощь пациентке была оказана сотрудниками ГБУ РО «ОКБ №2» своевременно и в полном объеме, с учетом правильного и возможного метода профилактики, диагностики, лечения и с максимально возможной степенью достижения запланированного результата, в условиях нахождения пациентки в ГБУ РО «ОКБ №2», с учетом тяжести состояния пациентки с целью, направленной на восстановление работы, устранение и предупреждение нарушений жизненно важных функций организма, на основе клинических рекомендаций <данные изъяты> при поступлении пациентки требующей экстренного оказания медицинской помощи, квалифицированными специалистами ГБУ РО «ОКБ №2» с учетом <данные изъяты> и состояния пациентки, позволяющих выполнить оптимальную циторедуктивную операцию (хирургическое удаление всех <данные изъяты> проведено хирургическое вмешательство в объеме полной или оптимальной циторедукции (было проведено удаление всех видимых проявлений болезни», с целью своевременного оказания медицинской помощи были предприняты необходимые меры по проведению морфологической верификации диагноза - 11.02.2021 в ходе хирургического вмешательства, проведен забор и патолого-анатомическое исследование операционного (биопсийного) материала №; сотрудниками ГБУ РО «ОКБ №2» в соответствии с п.24 Правил проведения патолого-анатомических исследований, утвержденных приказом Минздрава России от 24.03.2016 №н были проведены дополнительные исследования, с учетом дополнительных иммуногистохимических методов исследования с применением более 5 маркеров в сроки, не превышающие 15 рабочих дней; с учетом полученного результата с окончательный диагнозом прижизненного патолого-анатомического исследования биопсийного (операционного материала) от 26.02.2021 № пациентка выписана из ГБУ РО «ОКБ №2» в сроки, установленные п. 12 Порядка оказания медицинской помощи взрослому населению при <данные изъяты> заболеваниях, утвержденного приказом Минздрава России от 19.02.2021 №116н. Проведенные 19.02.2021 СКТ органов грудной клетки и 22.02.2021 УЗИ плевральных полостей свидетельствовали об отсутствии в плевральных синусах свободной жидкости (жидкость не определялась). Согласно проведенной консультации врача-пульмонолога от 24.02.2021 – «<данные изъяты>. Дополнений к проводимой терапии нет». Проведенное УЗИ органов брюшной полости от 22.02.2021 не выявило каких-либо изменений в брюшной полости. Медицинские показания для очередного проведения пациентке СКТ ОГК и УЗИ плевральных полостей на момент выписки отсутствовали. Актуальные результаты лабораторных исследований, указанные в выписном эпикризе пациентки, свидетельствовали о выраженной положительной динамике в состоянии ее здоровья с момента поступления и до выписки из ГБУ РО «ОКБ №2». Незначительное снижение показателей красной крови и относительное повышение лейкоцитоза по отношению к предыдущим исследованиям не являлась критичными и объяснялись имеющейся <данные изъяты>. С учетом имеющейся патологии у пациентки не являлись специфичными и повышение уровня ЛДГ и амилазы. Медицинских показаний для проведения дополнительных исследований пациентке на момент выписки не было. Наличие у пациентки <данные изъяты> с умеренно выраженным нейтрофилезом без выраженного сдвига «белой формулы крови» влево, отсутствие клинических проявлений в виде температурной реакции, отсутствие воспалительных изменений в брюшной полости и плевральных полостях (по данным УЗИ брюшной полости от 22.02.2021 и СКТ ОГК от 19.02.2021),отсутствие нагноения со стороны послеоперационной раны – швы сняты на 14 сутки, заживление первичным натяжением,не являлись показаниями для проведения противовоспалительной терапии («объясняется» опухолевой интоксикацией). В связи с чем при выписке пациентке не была назначена противовоспалительная терапия. При выписке пациентке не могла быть назначена антианемическая терапия. В связи со стимуляцией <данные изъяты> процессов, витамино- и гемопоэтическая терапия могла быть назначена только врачами-онкологами. Положенное в основу искового заявления заключение эксперта № комиссионной судебно-медицинской экспертизы по представленным копиям материалов уголовного дела№, по медицинским документам ФИО3 с результатами выполненных дополнительных исследований полностью исключают причинно-следственную связь между выявленными дефектами оказания медицинской помощи, которые на всех этапах оказания медицинской помощи не привели к ухудшению состояния пациентки и не явились причиной наступления смерти ФИО3 Следует отметить, что специалистами ГБУ РО «ОКБ №2» были предприняты все необходимые и возможные меры по спасению пациентки из опасной для ее жизни ситуации. Квалификация сотрудников ГБУ РО «ОКБ №2», их профессионализм и <данные изъяты> настороженность в отношении женщин фертильного возраста позволили в течение 50 минут с момента поступления пациентки по линии «санавиации» по направлению на госпитализацию, выданному МБУЗ <адрес> «ЦРБ», установить правильный диагноз: «С56 ЗНО <данные изъяты> Указанные обстоятельства были также отмечены комиссией экспертов в заключении эксперта от 28.04.2022г.№.С учетом тяжести состояния пациентки на момент ее поступления оказанная медицинская помощь специалистами ГБУ РО «ОКБ №2» не ухудшала состояние и не способствовала к развитию неблагоприятного исхода. Квалификация врачей и правильная организация лечебного процесса позволили оказать максимально возможную своевременную помощь пациентке, которая была направлена на стабилизацию ее состояния с целью получения в кратчайшие сроки специализированной помощи в условиях онкологического диспансера. Представитель ответчика МБУЗ «Городская больница скорой медицинской помощи <адрес>» ФИО8, действующая на основании доверенности, исковые требования не признала, просила отказать в их удовлетворении по тем основаниям, что в соответствии с Постановлением Правительства от 07.12.2019 №1610 «О программе государственных гарантий оказания гражданам медицинской помощи» количество медицинской помощи в год должно составлять 316574 вызова, вместе с тем, количество вызовов в связи с короновирусной пандемией превышало на 38 %, в связи с указанными обстоятельствами вызовы оказывались отсрочено, в порядке их поступления. В связи со смертью ФИО9 в больнице проведено служебное расследование, в результате которого члены комиссии пришли к выводам о том, что вызов был принят в соответствии с правилами приема-вызова граждан, отсрочен вызов, что связано с поступлением количества вызовов. Смерть ФИО9 наступила в следствии с прогрессированием установленного и неизлечимого заболевания. В связи с чем комиссия пришла к выводу, что отсутствует причинно-следственная связь между действиями сотрудников скорой медицинской помощи и смертью ФИО9. Из заключения следует, что медицинская помощь пациентке оказывалась уже в терминальном состоянии 4 стадии рака с тяжелыми осложнениями. Эксперты пришли к выводу о том, что выявленные дефекты оказания медицинской помощи не привели к ухудшению состояния и не явились причиной смерти пациентки.

Представитель ответчика ГБУ Ростовской области «Перинатальный центр», извещенный надлежащим образом, в судебное заседание не явился, представил письменные возражения, согласно которым исковые требования не признал, просил отказать в их удовлетворении по тем основаниям, что ФИО3 дважды обращалась в ГБЮУ РО «ПЦ» по направлению женской консультации. 23.01.2021 она была консультирована врачом-гинекологом, 05.02.2021 проведено ультразвуковое исследование –допплероиетрия. Медицинская помощь была оказана ФИО3 в соответствии с приказом Министерства здравоохранения РФ от 20.10.2020 №1130н «Об утверждении порядка оказания медицинской помощи по профилю «акушерство и гинекология». Кроме того, согласно выводам экспертов, изложенных в заключении судебно-медицинской экспертизы № ГБУЗ «БСМЭ» Минздрава Краснодарского края, причиной смерти ФИО3 явилось злокачественное <данные изъяты>. Эксперты установили отсутствие причинно-следственной связи между оказанием медицинской помощи ФИО3 и наступлением смерти.

Суд, выслушав лиц, участвующих в деле, заключение прокурора, полагавшего исковые требования подлежащими удовлетворению с учетом разумности и справедливости, исследовав материалы дела, приходит к следующему.

По правилам ст. 401 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, не исполнившее обязательства либо исполнившее его ненадлежащим образом, несет ответственность при наличии вины (умысла или неосторожности), кроме случаев, когда законом или договором предусмотрены иные основания ответственности. Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство.

В соответствии со ст. 151 Гражданского кодекса РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда;

Согласно ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Законом или договором может быть установлена обязанность причинителя вреда выплатить потерпевшим компенсацию сверх возмещения вреда. Законом может быть установлена обязанность лица, не являющегося причинителем вреда, выплатить потерпевшим компенсацию сверх возмещения вреда (пункт 1). Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (пункт 2)

В соответствии со ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В силу п. 1 ст. 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

В соответствии со ст. 4 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» основными принципами охраны здоровья являются: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий (пункт 1); приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи (пункт 2); доступность и качество медицинской помощи (пункт 6); недопустимость отказа в оказании медицинской помощи (пункт 7).

Согласно ч.1 ст. 37 Федерального закона от 21.11.2011 №323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается: в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; на основе клинических рекомендаций; с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

На основании п. 2 ст. 79 ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» медицинская организация обязана организовывать и осуществлять медицинскую деятельность в соответствии с законодательными и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, в том числе порядками оказания медицинской помощи, и на основе стандартов медицинской помощи.

Суд установил, что с 27.06.2020 истец ФИО2 состоял в зарегистрированном браке с ФИО3

11.11.2020 ФИО3 была поставлена на учет в женскую консультацию МБУЗ Белокалитвинского района «ЦРБ» в связи с беременностью 11 недель.

17.11.2020 были получены положительные результаты обследования ФИО3 на <данные изъяты>

14.01.2021 при проведении УЗИ почек были выявлены признаки расширения <данные изъяты>. 20.01.2021 ФИО3 была направлена на консультацию в ГБУ Ростовской области «Перинатальный Центр».

10.02.2021 ФИО3 была госпитализирована и доставлена в приемный покой МБУЗ Белокалитвенского района «ЦРБ», где ей был поставлен клинический диагноз: «<данные изъяты>

11.02.2021 ФИО3 в 06 час. 05 мин. была доставлена в приемный покой ГБУ РО «Областная клиническая больница № 2» для дальнейшего проведения лечения в пульмонологическом отделении указанного медицинского учреждения.

11.02.2021 ФИО3 в ГБУ РО «Областная клиническая больница № 2» на основании полученных анализов был установлен диагноз о наличии <данные изъяты>. В период времени с 09 час. 15 мин. до 11 час. 50 мин. ФИО3 была проведена операция, в ходе проведения которой был выявлен выраженный <данные изъяты>, а также установлено антенатальная гибель ребенка в сроке 24-25 недель беременности, <данные изъяты>. В послеоперационном режиме проводилась интенсивная терапия в условиях АРО. 14.02.2021 при дальнейшем стационарном лечении ФИО3 в ГБУ РО «Областная клиническая больница № 2» ей был поставлен диагноз: «<данные изъяты>» и рекомендовано консультация хирурга с целью дренирования плевральной полости. На протяжении времени с 11.02.2020 до 01.03.2021 ФИО3 находилась под наблюдением врачей пульмонологического отделения ГБУ РО «Областная клиническая больница № 2».

02.03.2021 ФИО3 была выписана со стационарного лечения ГБУ РО «Областная клиническая больница № 2» в «относительно удовлетворительном состоянии» с рекомендациями под наблюдение и лечение онко-гинеколога.

ДД.ММ.ГГГГ в связи с ухудшением состояния ФИО3 была вызвана скорая медицинская помощь, в 16 час. 49 мин. по прибытию экипажа скорой медицинской помощи началось проведение реанимационный мероприятий, в 18 час. 20 мин. была констатирована биологическая смерть ФИО3

19.05.2021 следователем следственного отдела по <адрес> СУ СК РФ по <адрес> возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч.2 ст. 109 УК РФ, по факту ненадлежащего исполнения своих должностных обязанностей неустановленными сотрудниками ГБУ РО «Областной клиническо больницы №2 г. Ростова-на-Дону», повлекших по неосторожности смерть ФИО3

19.05.2022 следователем следственного отдела по <адрес> СУ СК РФ по <адрес> вынесено постановление о прекращении уголовного дела на основании п.1 ч.1 ст. 24 УПК РФ в связи с отсутствием состава преступления.

Согласно заключению указанной экспертизы медицинская помощь на этапе ведения беременной в женской консультатции и в условиях поликлиники МБУЗ Белокалитвинского района «ЦРБ» оказана не в полном объеме, не в полном соответствии с приказами и клиническими рекомендациями Министерства здравоохранения РФ, нет указаний на назначение исследования на коронавирусную инфекцию, не собран эпидемиологический анамнез), с учетом положительных результатов анализов от 17.11.2020 на <данные изъяты>0) не назначена консультация инфекциониста; с учетом отягощенной наследственности на диабет и онкопатологию пациентке не назначена консультация эндокринолога и онколога. В обязательный перечень осмотров беременных консультации на диабет и онкопатологию не входят. Лечение проводилось в соответствии с выставленными диагнозами и с учетом наличия беременности.

На этапе оказания медицинской помощи в ГБУ РО «Перинатальный центр <адрес>» выявлен недостатки: с учетом положительных результатов анализов от 17.11.2020 на <данные изъяты>,0) не назначена консультация инфекциониста; с учетом отягощенной наследственности на диабет и онкопатологию пациентке не назначена консультация эндокринолога и онколога. Однако, в обязательный перечень осмотров беременных данные консультации не входят. Лечение на данном этапе не оказывалось, проводились консультации.

У ФИО3 на этапе ведения в женской консультации, при обращении за консультацией к терапевту поликлиники, в ходе проведения консультации в ГБУ «Перинатальный центр» клиническая симптоматика злокачественного новообразования до 10.02.2021 отсутствовала, по данным УЗ исследования патологии со стороны яичников не выявлено.

В ходе судебного разбирательства судом назначена судебно-медицинская комиссионная экспертиза, проведение которой поручено экспертам ГБУЗ Бюро судебно-медицинской экспертизы <адрес>. Согласно заключению экспертов №/вр-П-ПК на этапе оказания скорой медицинской помощи ФИО3 фельдшером ГБУ «Городская больница скорой медицинской помощи <адрес>» экспертной комиссией выявлены следующие дефекты: скорая медицинская помощь ФИО3 оказывалась в экстренной форме, так как повод к вызову был: «задыхается». В этом случае на вызов должна была быть направлена ближайшая свободная общепрофильная выездная бригада скорой медицинской помощи или специализированная выездная бригада скорой медицинской помощи и время доезда до места вызова не должно было превышать 20 минут; - в нарушение п. 7 Приложения № 2 «Правила организации деятельности выездной бригады скорой медицинской помощи» к Порядку оказания скорой, в том числе скорой специализированной, медицинской помощи (утверждён Приказом Министерства здравоохранения РФ от 20.06.2013 № 388н) общепрофильная фельдшерская выездная бригада скорой медицинской помощи состояла из одного фельдшера и водителя; в нарушение п. 3.1.2. Профессионального стандарта фельдшера скорой медицинской помощи (утверждён приказом Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации от 13 января 2021 года № Зн) фельдшер СМП во время вызова к ФИО3 не определил показания к вызову специализированных выездных бригад скорой медицинской помощи; не определил показания к медицинской эвакуации пациента в медицинскую организацию по профилю заболевания и (или) состояния в соответствии с действующими порядками оказания медицинской помощи; в нарушение Клинических рекомендаций (протокола) по оказанию скорой медицинской помощи при острой дыхательной недостаточности не выполнена медицинская эвакуация ФИО3 при вызове 02.03.2021. Выявленные нарушения (дефекты на этапе скорой медицинской помощи) не повлияли на течение заболевания у ФИО3 (не способствовали ухудшению состояния здоровья, не повлекли неблагоприятный исход). Неблагоприятный исход был предопределён тяжестью и характером индивидуально обусловленной онкологической патологии.

На этапе оказания медицинской помощи ФИО3 в ГБУ РО «Областная клиническая больница № 2» в нарушение регламентирующей документации (Клинические рекомендации М3 РФ (протокол лечения) «Диагностика и лечение <данные изъяты> требований комиссией экспертов выявлены следующие дефекты: диагностические: с учетом интраоперационно поставленного и подтвержденного диагноза: «<данные изъяты>», пациентка не проконсультирована онкологом; перед выпиской не выполнены контрольные анализы крови (несмотря на отрицательную динамику от 26.02.2021 - <данные изъяты> анемия, от 01.03.2021 - повышение <данные изъяты> не выполнены контрольные рентгенография или компьютерная томография органов грудной клетки, брюшной полости и малого таза с целью уточнения распространённости <данные изъяты> процесса, УЗИ сердца; с учетом тяжести заболевания, отсутствия полноценного обследования в динамике и консультации профильного специалиста (онколога) выписка из стационара являлась преждевременной (необоснованной). Диагностика рака яичников на ранней стадии (до момента госпитализации в ГБУ РО «Областная клиническая больница № 2») могла изменить негативный характер течения патологического процесса, однако не гарантировало этого с учётом тяжести и характера индивидуально обусловленного <данные изъяты> заболевания. Абсолютно утверждать о предотвращении смерти ФИО3 даже при качественно оказанной медицинской помощи также не представляется возможным. Выявленные нарушения (дефекты) оказания качественной медицинской помощи на этапе ГБУ РО «Областная клиническая больница № 2» не повлияли на течение заболевания у ФИО3 (не способствовали ухудшению состояния здоровья и не повлекли неблагоприятный исход).

Проанализировав экспертное заключение №/вр-П-ПК суд приходит к выводу, что оно отвечает принципам относимости, допустимости, достоверности и достаточности доказательств, оснований сомневаться в его правильности отсутствуют, то есть оно в полном объеме отвечает требованиям ст. 86 ГПК РФ. Экспертное заключение выполнено лицами, имеющими соответствующую квалификацию, мотивированно, соотносится с иными доказательствами, имеющимися в деле.

Как следует из разъяснений Верховного Суда РФ, содержащихся в п. 48, п. 49 Постановления Пленума от 15.11.2022 «О практике рассмотрения судами норм о компенсации морального вреда» медицинские организации, медицинские и фармацевтические работники государственной, муниципальной и частной систем здравоохранения несут ответственность за нарушение прав граждан в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи и обязаны компенсировать моральный вред, причиненный при некачественном оказании медицинской помощи (статья 19 и части 2, 3 статьи 98 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Разрешая требования о компенсации морального вреда, причиненного вследствие некачественного оказания медицинской помощи, суду надлежит, в частности, установить, были ли приняты при оказании медицинской помощи пациенту все необходимые и возможные меры для его своевременного и квалифицированного обследования в целях установления правильного диагноза, соответствовала ли организация обследования и лечебного процесса установленным порядкам оказания медицинской помощи, стандартам оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям (протоколам лечения), повлияли ли выявленные дефекты оказания медицинской помощи на правильность проведения диагностики и назначения соответствующего лечения, повлияли ли выявленные нарушения на течение заболевания пациента (способствовали ухудшению состояния здоровья, повлекли неблагоприятный исход) и, как следствие, привели к нарушению его прав в сфере охраны здоровья.

При этом на ответчика возлагается обязанность доказать наличие оснований для освобождения от ответственности за ненадлежащее оказание медицинской помощи, в частности отсутствие вины в оказании медицинской помощи, не отвечающей установленным требованиям, отсутствие вины в дефектах такой помощи, способствовавших наступлению неблагоприятного исхода, а также отсутствие возможности при надлежащей квалификации врачей, правильной организации лечебного процесса оказать пациенту необходимую и своевременную помощь, избежать неблагоприятного исхода.

На медицинскую организацию возлагается не только бремя доказывания отсутствия своей вины, но и бремя доказывания правомерности тех или иных действий (бездействия), которые повлекли возникновение морального вреда.

Требования о компенсации морального вреда в случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи могут быть заявлены членами семьи такого гражданина, если ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому гражданину лично им (то есть членам семьи) причинены нравственные или физические страдания вследствие нарушения принадлежащих лично им неимущественных прав и нематериальных благ. Моральный вред в указанных случаях может выражаться, в частности, в заболевании, перенесенном в результате нравственных страданий в связи с утратой родственника вследствие некачественного оказания медицинской помощи, переживаниях по поводу недооценки со стороны медицинских работников тяжести его состояния, неправильного установления диагноза заболевания, непринятия всех возможных мер для оказания пациенту необходимой и своевременной помощи, которая могла бы позволить избежать неблагоприятного исхода, переживаниях, обусловленных наблюдением за его страданиями или осознанием того обстоятельства, что близкого человека можно было бы спасти оказанием надлежащей медицинской помощи.

Суд полагает, что отсутствие прямой причинно-следственной связи между установленными экспертами дефектами оказания медицинской помощи ГБУ Ростовской области «Областная клиническая больница № 2» и с ГБУ «Городская больница скорой медицинской помощи <адрес>» и ухудшением состояния здоровья ФИО3 не опровергает обстоятельств, свидетельствующих о наличии нарушений оказания медицинской помощи ФИО3 При таких обстоятельствах совокупность собранных по делу доказательств не подтверждает правомерности поведения работников ответчиков, а также отсутствие их вины, а свидетельствует о наличии косвенной (опосредованной) причинной связи между неправомерным поведением причинителей вреда и наступившим моральным вредом.

Суд приходит к выводу об обоснованности заявленных ФИО2 требований о компенсации морального вреда, поскольку оказание медицинской помощи с нарушением стандартов, приведшее к смерти человека, указывают на причинение истцу нравственных страданий, которые выразились в переживаниях о невосполнимой утрате.

По смыслу приведенных выше нормативных положений гражданского законодательства моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. Необходимыми условиями для возложения обязанности по компенсации морального вреда являются: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда.

При этом законом установлена презумпция вины причинителя вреда, которая предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт наличия вреда (физических и нравственных страданий - если это вред моральный), а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Следовательно, для привлечения к ответственности в виде компенсации морального вреда юридически значимыми и подлежащими доказыванию являются обстоятельства, связанные с тем, что потерпевший перенес физические или нравственные страдания в связи с посягательством причинителя вреда на принадлежащие ему нематериальные блага, при этом на причинителе вреда лежит бремя доказывания правомерности его поведения, а также отсутствия его вины, то есть установленная законом презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик.

Применительно к спорным отношениям в соответствии с действующим правовым регулированием ответчики должны доказать отсутствие своей вины в причинении морального вреда истцу в связи с оказанной, по мнению истца, его супруге медицинской помощью ненадлежащего качества.

Суд полагает, что таких доказательств ответчиками ГБУ Ростовской области «Областная клиническая больница № 2» и с ГБУ «Городская больница скорой медицинской помощи <адрес>» не представлено.

Оснований для возложения на ответчиков солидарной ответственности в данных правоотношениях не имеется.

Согласно п. 1 ст. 322 Гражданского кодекса Российской Федерации солидарная обязанность (ответственность) возникает, если солидарность обязанности предусмотрена договором или установлена законом, в частности при неделимости предмета обязательства.

Исходя из положений ст. 1080 Гражданского кодекса Российской Федерации лица, совместно причинившие вред, отвечают перед потерпевшим солидарно. При этом для возмещения вреда в порядке, предусмотренном ст. 1080 Гражданского кодекса Российской Федерации, необходимо установить совместный характер действий, в результате которых истцу причинен вред. В частности, о совместном характере таких действий могут свидетельствовать их согласованность, скоординированность и направленность на реализацию общего для всех действующих лиц намерения (умысла).

Из сложившихся правоотношений не следует, что действия по оказанию медицинской помощи ФИО3 были осуществлены совместно и одновременно работниками ГБУ Ростовской области «Областная клиническая больница № 2» и с ГБУ «Городская больница скорой медицинской помощи г. Ростов-на-Дону. Как было указано выше, дефекты при оказании медицинской помощи имелись, как при оказании медицинской помощи врачами ГБУ Ростовской области «Областная клиническая больница № 2», так и ГБУ «Городская больница скорой медицинской помощи г. Ростов-на-Дону», но на разных этапах лечения, в связи с этим оснований для солидарного взыскания компенсации морального вреда, суд не усматривает. Решая вопрос долевом соотношении вины ответчиков в оказании некачественной медицинской помощи супруге истца, суд полагает возможным распределить ее в равных долях 50x50, поскольку имелись дефекты оказания медицинской помощи, которые в отдельности не состоят в прямой причинно-следственной связи с наступившей смертью ФИО3, но неблагоприятно влияли своевременность и тактику лечения.

Смертью супруги нарушено принадлежавшее истцу нематериальное благо - семейные отношения, истец испытал сильные нравственные переживания в связи с утратой близкого человека, повлекшие за собой изменение привычного уклада и образа жизни, смертью супруги была нарушена целостность семьи истца и семейных связей. Все эти обстоятельства, безусловно, причинили и причиняют истцу душевные переживания и нравственные страдания, в связи с чем, исходя из общих положений об исполнении обязательств и ответственности за причинение вреда, принимая во внимание все фактические обстоятельства дела, обстоятельства, при которых был причинен вред здоровью супруги истца, длительность нахождения ее на лечении, неблагоприятные последствия в виде смерти, степень вины ответчиков (отсутствие прямой причинно-следственной связи с летальным исходом), невосполнимую утрату родственных отношений, а также требования разумности и справедливости, полагает необходимым взыскать в пользу истца компенсацию морального вреда в размере по 500000 руб. с ответчиков ГБУ Ростовской области «Областная клиническая больница № 2» и с ГБУ «Городская больница скорой медицинской помощи г. Ростов-на-Дону».

На основании изложенного, руководствуясь ст. 194-1499 ГПК РФ, суд

решил:

взыскать с Государственного бюджетного учреждения Ростовской области «Областная клиническая больница № 2» в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда в сумме 500000 руб.

Взыскать с Государственного бюджетного учреждения «Городская больница скорой медицинской помощи г. Ростов-на-Дону» в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда в сумме 500000 руб.

В остальной части иска отказать.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Ростовский областной суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья С.Е. Логвинова

Мотивированное решение составлено 12 сентября 2023г.