Дело № 2-577/2025
УИД 59RS0035-01-2025-000224-24
Мотивированное решение изготовлено 29 апреля 2025 года.
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
16 апреля 2025 года город Соликамск
Соликамский городской суд Пермского края в составе председательствующего судьи Шатуленко И.В.,
с участием помощника Соликамского городского прокурора Борисевич В.В.,
истца ФИО1,
представителя истца - ФИО2, действующей на основании устного ходатайства,
ответчика ФИО3,
представителя ответчика – ФИО4, действующей на основании устного ходатайства,
при ведении протокола секретарем судебного заседания Моревой Н.А., помощником судьи Мазур А.О.,
рассмотрев в открытом судебном заседании в городе Соликамске гражданское дело по иску ФИО1 <данные изъяты> к ФИО3 <данные изъяты> о взыскании компенсации морального вреда,
установил:
ФИО1 обратилась в суд с иском ФИО3 о взыскании компенсации морального вреда. В обоснование иска указала, что 05 декабря 2024 года между 15.00 час. и 16.00 час. ФИО3 незаконно проник в её квартиру, находящуюся по адресу: <...>, на почве <данные изъяты> В это время ответчик высказывал в её <данные изъяты> После приезда полиции ответчика вывели из квартиры, в которой был полный разгром, везде на полу лежало битое стекло, шкаф в коридоре был сломан, зеркало разбито, в межкомнатных дверях стёкла разбиты, на стенах и на кухонном столе были следы от острого предмета, большой кухонный нож был сломан. Просила суд взыскать с ответчика в её пользу компенсацию морального вреда в размере 300 000 руб.
В судебном заседании истец ФИО1 на иске настаивала по доводам и основаниям, изложенным в заявлении и уточнениях к нему. Суду пояснила, что она состояла с ответчиком в фактических брачных отношениях с 2014 года по 2017 год. 05 декабря 2024 года она находилась дома одна. Входная дверь в квартиру была открыта. Она разговаривала по телефону со своей сестрой ФИО10 В это момент в квартиру зашел ФИО3 и набросился на неё с кулаками, стал наносить ей удары кулаками по лицу, схватил за волосы, оскорблял нецензурной бранью, высказывал угрозы убийством: <данные изъяты> От удара по лицу она упала. Ответчик был агрессивно настроен, при этом он находился в состоянии алкогольного опьянения. Она смогла вырваться и выбежала из квартиры на лестничную площадку, стала держать двери квартиры. Ответчик находился в ярости, повредил в квартире мебель, разбил стекла в межкомнатной двери, стучал во входную дверь двери. Соседи из квартиры № 14 вышли на шум, по её просьбе они вызвали сотрудников полиции. До приезда сотрудников полиции примерно около полутора часов она находилась в подъезде босиком и в домашней одежде. Так как её сестра слышала происходящее в квартире по телефону, она сразу же приехала к ней и находилась вместе с ней до приезда полиции. Приехавшие сотрудники полиции доставили ответчика в дежурную часть. В этот же день она обратилась в травмпункт, где были зафиксированы побои. После осмотра своей квартиры 05 декабря 2024 года она нашла в холодильнике нож ответчика, который он забрал 07 декабря 2024 года, а также топор. 05 декабря 2024 года она на находилась в шоковом состоянии, физическую боль почувствовала на следующий день. От действий ответчика испытала сильный стресс, страх за свою жизнь и здоровье, унижение, стыд и позор перед соседями. У неё на лбу образовалась гематома, в области подбородка был кровоподтек, сильно болела затылочная часть головы. Она на больничном не находилась, была вынуждена ходить на работу с кровоподтеками на лице, отчего испытала чувство унижения и стыда. Она переживала за своих домашних питомцев, которые находились в квартире. От возбуждения в отношении ответчика уголовного дела она отказалась, так как пожалела престарелую мать ответчика. Ответчик принес ей свои извинения, возместил причиненный материальный ущерб, а именно: вставил стекла в межкомнатные двери, купил новый шкаф взамен поврежденного. Она желает, чтобы ответчик был привлечен к административной ответственности по ст. <данные изъяты>. В настоящее время она подала жалобу на определение УПП ОП ОМВД России по Пермскому краю от 15 декабря 2024 года об отказе в возбуждении в отношении ФИО3 дела об административном правонарушении, предусмотренном ст. <данные изъяты>.
Представитель истца – ФИО2 в судебном заседании исковые требования поддержала в полном объеме.
Ответчик ФИО3 в судебном заседании исковые требования не признал по основаниям и доводам, изложенным в письменном отзыве на иск, где указал, что 05 декабря 2024 года в районе 15.00 час. – 16.00 час. он находился в квартире ФИО1 по адресу: <...>. В ходе разговора с истцом возник конфликт, во время которого ФИО1 выбежала из квартиры, закрыв его внутри квартиры на ключ. Изнутри он не мог открыть дверь, то есть она незаконно лишила его свободы. Находясь в закрытой квартире, он начал нервничать, ругался, однако в адрес ФИО1 никаких оскорблений не высказывал. От бессилия выйти из квартиры, находясь в сильном душевном волнении, он разбил зеркала у шкаф-купе, который сам же и приобретал на свои личные денежные средства, также стёкла у межкомнатных дверей. Зеркала к шкаф-купе, стёкла межкомнатных дверей он восстановил в декабре 2024 года, о чём имеется видеозапись. При восстановлении нарушенного права у истца претензий к нему отсутствовали. В личной переписке ФИО1 потребовала от него компенсацию морального вреда в размере 100 000 руб. Он отказался, сообщив ей о полной компенсации ранее причинённого ущерба и об отсутствии претензий к нему в момент восстановления нарушенного права. Лишь получив исковое заявление ему стало известно об обвинениях ФИО1 в нанесении ей побоев в результате конфликта. ФИО1 оговаривает его, указывая, что он наносил ей удары, оскорблял её нецензурными выражениями и высказывал угрозы убийством. Каких-либо доказательств, подтверждающих свои доводы, ФИО1 не представила. Он не был привлечён к административной ответственности за нанесение побоев ФИО1 в виду отсутствия состава административного правонарушения, что подтверждает надуманную природу пояснений по факту нанесения им побоев ФИО1 В ходе проверки по материалу ФИО1 не сообщила сотрудникам полиции о причинении ей физических и моральных страданий, не сообщила о нанесении им ей побоев, в результате которых она испытала физическую боль. Наличие двух и более ударов, а также обязательное условие об испытании физической боли пострадавшей является основанием для привлечения виновного лица к административной ответственности. Поскольку ФИО1 сообщает об отсутствии указанных действий и последствий с его стороны в ее отношении, то причинно-следственную связь между наличием у ФИО1 повреждений и его виновными действиями установить невозможно, ввиду чего состав административного правонарушения отсутствует. Истец ссылается на беспокойство за жизнь и безопасность домашних животных, среди которых называет собаку и кошку. В ходе дачи пояснений она сама не может пояснить, где находились животные во время конфликта, а также наличие у неё кошки не подтверждается показаниями свидетелей и самого истца. Из показаний свидетелей явно следует, что они свидетелями конфликта не были, застали ФИО1 в спокойном состоянии, держащую входную дверь спиной со стороны лестничной клетки, эмоции и расстройства ФИО1 не испытывала. Свидетель ФИО8 пояснила, что телесных повреждений истец не имела, общалась с ней спокойным тоном, сообщила, что возник конфликт с мужчиной, что она вызвала сотрудников полиции для урегулирования конфликтной ситуации. Второй же свидетель напротив, указывает на наличие телесных повреждений на лице справа в области лба и челюсти в виде образований шишечки на лбу и покраснения на правой стороне челюсти. Однако, согласно показаниям самого истца и её представителя, повреждения ею получены в область лба слева и также в область челюсти с левой стороны. Моделируя ситуацию в зале суда, свидетель чётко показала, как и с какой стороны подошла к истцу и где ею были обнаружены повреждения. В ходе судебного заседания 08 апреля 2025 года после окончания предварительного заседания в коридоре суда истец достаточно подробно консультировала свидетелей на предмет дачи показаний в предстоящем судебном заседании, о чём свидетельствует аудиозапись, продолженная его представителем после предварительного судебного заседания. Указанный факт является доказательством отсутствия обстоятельств причинения им вреда, как морального, так и иного, в том числе телесных повреждений, поскольку свидетели давали ровно те показания, о которых говорила истец перед судебным заседанием. Отдельного внимания заслуживает и факт указания даты получения повреждений самой ФИО1 с момента обращения в медучреждение, так как из объяснений и осмотра следует, что дата получения повреждений 4 декабря 2024 года, в то время как конфликт возник 5 декабря 2024 года, то есть до наступления конфликта с ним, в своих пояснениях суду истец подтвердила, что накануне ссоры она его не видела, с ним не встречалась. При таких обстоятельствах явно можно утверждать, что если ФИО1 и имела повреждения кожных покровов в тех областях тела, где и указывала, то природа их происхождения явно не связана с его действиями и/или бездействием. Требования истца о взыскании компенсации морального вреда не основаны на законе, поскольку истцом не доказано, что его действиями ей причинён моральный вред, соответственно оснований для удовлетворения исковых требований о взыскании компенсации морального вреда не имеется. Признает, что оскорблял истца нецензурной бранью, но угроз убийство не высказывал, телесные повреждений истцу не причинял. Считает, что истец его оговаривает. Никаких животных он в квартире истца не видел. Просил учесть его материальное положение. <данные изъяты>, <данные изъяты>
Представитель ответчика – ФИО4 исковые требования полагала необоснованными и не подлежащими удовлетворению.
Свидетель ФИО10 показала, что её сестра ФИО1 проживала совместно с ответчиком без регистрации брака на протяжении десяти лет. 05 декабря 2024 года в дневное время, после 14.00 часов она позвонила ФИО1 по телефону. Во время разговора с сестрой в телефонной трубке она услышала голос ответчика, который выражался нецензурной бранью. По голосу ответчика она поняла, что он находится в состоянии алкогольного опьянения. Разговор с сестрой прервался, в трубку она слышала крики, шум, грохот и падение каких-то предметов. Ответчик кричал: «<данные изъяты>». Она побежала к сестре домой. Через 20-30 минут она была уже у квартиры сестры, в это момент сестра уже находилась на лестничной площадке босиком и в домашнем халате. На лбу и подбородке ФИО1 она видела красные пятна. Со слов сестры ей известно, что данные повреждения образовались от ударов, нанесенных ответчиком по лицу. Соседи вызвали полицию. Около полутора часов они находились в подъезде и ждали сотрудников полиции. Ответчик все это время находился в квартире истицы, периодически стучал по входной двери. Они боялись зайти в квартиру, так как опасались ответчика. Когда ответчика забрали сотрудники полиции, они попали в квартиру, где обнаружили беспорядок. Межкомнатные двери были сняты с петель, стекла в них выбиты, были разбросаны вещи, перевернут стул. В холодильнике нашли принадлежащий ответчику нож. 05 декабря 2024 года они обратились в травмпункт, где у сестры зафиксировали телесные повреждения. Сестра находилась в шоковом состоянии, испытывала стыд от того, что была вынуждена ходить на работу с кровоподтеками на лице.
Свидетель ФИО11 показала, что в начале декабря 2024 года она находилась в гостях у своей сестры ФИО12, проживающей в <...>. Они услышали сильный шум в <...>, а затем в подъезде. Они открыли дверь и увидели в подъезде ФИО1, которая находилась на лестничной площадке босиком и в домашнем халате. Они предложили ей помощь. По её просьбе вызвали полицию. Со слов ФИО1 они поняли, что к ней в квартиру пришел мужчина, с которым у неё произошел конфликт. ФИО1 держала входную дверь своей квартиры, так как мужчина, который находился в её квартире, периодически ударял по двери, выражался нецензурной бранью. Было слышно, что в квартире что-то ломают. ФИО1 была сильно напугала, плакала. В этот же день мужчину забрали сотрудники полиции.
Выслушав участников процесса, допросив свидетелей, исследовав письменные доказательств по делу, оценив их в соответствии с правилами ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, исследовав материалы дела, обозрев материалы проверки № (№), медицинскую карту амбулаторного больного на имя ФИО1, заслушав заключение прокурора, полагавшего исковые требования подлежащими частичному удовлетворению, суд приходит к следующему.
Согласно статье 3 Всеобщей декларации прав человека и статьи 11 Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах, к числу наиболее значимых человеческих ценностей относятся жизнь и здоровье, а их защита должна быть приоритетной.
В соответствие со статьей 3 Всеобщей декларации прав человека каждый человек имеет право на жизнь и личную неприкосновенность.
Право на жизнь и охрану здоровья относится к числу общепризнанных, основных, неотчуждаемых прав и свобод человека, подлежащих государственной защите; Российская Федерация является социальным государством, политика которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь человека (статьи 2 и 7, часть 1 статьи 20, статья 41 Конституции Российской Федерации).
Статья 45 Конституции Российской Федерации закрепляет государственные гарантии защиты прав и свобод (часть 1) и право каждого защищать свои права всеми не запрещенными законом способами (часть 2).
В силу части 1 статьи 3 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод и законных интересов.
Статья 150 Гражданского кодекса Российской Федерации относит жизнь и здоровье гражданина к нематериальным благам, которые принадлежат гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.
Согласно ч.1, 3 ст. 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и статьей 151 настоящего Кодекса.
Компенсация морального вреда осуществляется независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда.
В соответствии со ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.
В силу ст. 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни и здоровью гражданина источником повышенной опасности.
Статьей 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего. Компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.
Согласно п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года № 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная <данные изъяты> и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.
Согласно разъяснениям, данным в п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (статья 1100 ГК РФ). При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.
Таким образом, из смысла приведенных норм закона следует, что ответственность за причиненный вред наступает при совокупности условий, которая включает наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, а также причинно-следственную связь между противоправными действиями и наступившими неблагоприятными последствиями. Отсутствие одного из перечисленных условий является основанием для отказа в удовлетворении требования о возмещении ущерба.
При этом, на истца возложено бремя доказывания самого факта причинения вреда и величины его возмещения, причинно-следственной связи между действиями (бездействием) ответчика и наступившими негативными последствиями, а обязанность доказать отсутствие своей вины в причинении вреда лежит на ответчике.
Согласно статьям 56, 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, каждая сторона должна доказать обстоятельства на которые ссылается в обоснование своих требований и возражений. Обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами.
В силу присущего гражданскому судопроизводству принципа диспозитивности эффективность правосудия по гражданским делам обусловливается в первую очередь поведением сторон как субъектов доказательственной деятельности; наделенные равными процессуальными средствами защиты субъективных материальных прав в условиях состязательности, стороны должны доказать те обстоятельства, на которые они ссылаются в обоснование своих требований и возражений, и принять на себя все последствия совершения или не совершения процессуальных действий.
Согласно абз. 1, 2 ч. 1 ст. 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов.
На основании ч. ч. 1, 3 ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.
Суд основывает решение только на тех доказательствах, которые были исследованы в судебном заседании (ч. 2 ст. 195 ГПК РФ).
В судебном заседании установлено, что 05 декабря 2024 года в дневное время между 15.00 и 16.00 часами ФИО3, находясь в состоянии алкогольного опьянения в квартире по адресу: <...>, на почве личных неприязненных отношений нанес два удара кулаком по лицу ФИО1, оскорблял её нецензурной бранью. Своими действиями ФИО3 причинил ФИО1 телесные повреждения в виде кровоподтеков лобной области слева и нижней челюсти слева.
Указанные обстоятельства подтверждаются показаниями допрошенных в судебном заседании свидетелей ФИО10, ФИО11, заключением эксперта № м/д от 18 декабря 2024 года, медицинской картой амбулаторного больного на имя ФИО1, фотоснимками, объяснениями ФИО5 от 05 декабря 2024 года, объяснениями ФИО5 от 16 декабря 2024 года, содержащимися в материале проверки №, где истец пояснила, что 05 декабря 2024 года ФИО3, в дневное время, находясь у неё дома в состоянии алкогольного опьянения, в ходе конфликта, возникшего на почве ревности, накинулся на неё с кулаками, оскорблял её нецензурной бранью, ударил два раза кулаком по лицу.
Из медицинской карты амбулаторного больного травмпункта № на имя ФИО1 установлено, что истец обращалась за медицинской помощью 05 декабря 2024 года. Из записи в медицинской карте «Ударил известный дома 05 декабря 2024 года. Жалобы на боли в тканях лба и нижней челюсти. Травма 05 декабря 2024 года около 15.00 часов ударил известный кулаком. В лобной области слева и области угла нижней челюсти слева припухлость тканей до 3 см. в диаметре, синюшность кожи, болезненность тканей пальпации. Диагноз: Ушибы мягких тканей лица».
Из заключения эксперта № м/д от 18 декабря 2024 года установлено, что при обращении в травмпункт 05 декабря 2024 года у ФИО1 были зафиксированы кровоподтеки в лобной области слева и области нижней челюсти слева, которые судя по локализации и свойствам, образовались от действия каких-то твердых тупых и возможно тупогранных предметов, могли возникнуть от ударов таковыми при обстоятельствах. Указанных в постановлении, возможность их образования при падении из положения стоя или близкого к таковому можно исключить. Давность их в пределах до нескольких суток до обращения в травмпункт. По правилам, утвержденным Постановлением Правительства Российской Федерации № от 17 августа 2007 года, данные кровоподтеки лица, согласно п. 9 Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденных Приказом Минздравсоцразвития РФ №н от 24 апреля 2008 года, расцениваются как повреждения, не причинившие вреда здоровью человека, поскольку не влекут за собой кратковременного расстройства здоровья и (или) незначительной стойкой утраты трудоспособности.
Объем и характер повреждений, полученных истцом в результате противоправных действий ФИО3, имевших место 05 декабря 2024 года, в судебном заседании не оспорены и относимыми и допустимыми доказательствами не опровергнуты.
Между виновными действиями ответчика и наступившими для истца неблагоприятными последствиями в виде причинения телесных повреждений имеется прямая причинно-следственная связь.
Определением ст. УУП ОП Отдела МВД России по Соликамскому городскому округу от 15 декабря 2024 года в возбуждении дела об административном правонарушении, предусмотренном ст. 6.1.1 КоАП РФ, в отношении ФИО3 отказано, в связи с отсутствием состава правонарушения на основании п.2 ч.1 ст. <данные изъяты>. Основанием для вынесения настоящего постановления послужили объяснения ФИО1, данные в ходе проведения проверки от 16 декабря 2025 года о том, что в ходе конфликта 05 декабря 2024 года ФИО3 ударил её два раза кулаком, от данных действий она физической боли не испытала.
Вместе с тем, судом установлено, что 10 апреля 2025 года ФИО1 подана жалоба на вышеуказанное определение ст. УУП ОП Отдела МВД России по Соликамскому городскому округу от 15 декабря 2024 года об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении.
Суд также принимает во внимание, что объяснения ФИО1, положенные в основу определения об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении по ст. <данные изъяты> в отношении ФИО3 от 15 декабря 2024 года, были отобраны у потерпевшей уже после вынесения данного процессуального документа, а именно: 16 декабря 2024 года. В объяснениях от 05 декабря 2024 года у ФИО1 не выяснялось, испытывала ли она от действий ФИО3 физическую боль, в связи с чем она не давала объяснений по данному вопросу.
В ходе рассмотрения настоящего дела истец пояснила, что 05 декабря 2024 года в момент нанесения ударов она находилась в шоковом состоянии, в связи с чем физическую боль от ударов ощутила позже, когда психотравмирующая ситуация прекратилась, ответчика забрали в полицию.
Доводы истца, что от противоправных действий ответчика она испытала физическую боль, подтверждаются и тем, что при обращении в травмпункт за медицинской помощью 05 декабря 2024 года ФИО1 высказывала жалобы на боли в тканях лба и нижней челюсти, что зафиксировано в медицинской карте амбулаторного больного №.
С учетом совокупности имеющихся в деле доказательств, суд полагает, что наличие определения об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении по ст. 6.1.1 КоАП РФ в отношении ФИО3 от 15 декабря 2024 года, в данном случае не может служить основанием для отказа в удовлетворении исковых требований о взыскании компенсации морального вреда.
В ходе проведенной ОМВД России по Соликамскому городскому округу проверки ФИО3 подтвердил факт того, что 05 декабря 2024 года он оскорблял ФИО1 нецензурной бранью, что подтверждается его объяснениями от 05 декабря 2024 года, находящимися в материале проверки №.
В материалах дела не имеется и вопреки правилам ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации ответчиком не представлено доказательств отсутствия своей вины в причинении истцу телесных повреждений и нанесении ей оскорблений.
Вместе с тем, доводы истца о том, что ответчик во время конфликта высказывал в её адрес угрозы убийством, не подтверждены относимыми и допустимыми доказательствами. В своих объяснениях, данных в ходе проведенной органом полиции проверки, истец на данные обстоятельства не ссылалась, объяснений по факту высказывания ответчиком в её адрес угроз убийством не давала.
Доводы истца о том, что во время конфликта в её квартире находились домашние питомцы – кошка и собака, за которых она также переживала, являются голословными и также не подтверждены объективными доказательствами.
При определении размера компенсации морального вреда, подлежащего взысканию с ФИО3 в пользу ФИО1, суд принимает во внимание фактические обстоятельства дела, пол и возраст истца, степень и характер физических и нравственных страданий, а также её психоэмоциональное состояние, объем и характер негативных для неё последствий в виде полученных телесных повреждений и нанесенных оскорблений, а также учитывает, что вред здоровью истца причинен не был, противоправные действия были совершены агрессивно настроенным мужчиной, находящимся в состоянии алкогольного опьянения, в связи с чем истец испытала страх за свою жизнь и здоровье, чувство унижения и стыда, принимает во внимание степень вины ответчика, его материальное и семейное положение, учитывает требования разумности и справедливости и считает необходимым определить ко взысканию в качестве компенсации морального вреда денежную сумму в размере 40 000 руб. Оснований для взыскания компенсации морального вреда в большем размере суд не усматривает.
С учетом вышеизложенного, исковые требования ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда подлежат удовлетворению.
Руководствуясь ст.ст. 191-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации,
решил :
Исковые требования ФИО1 <данные изъяты> к ФИО3 <данные изъяты> о взыскании компенсации морального вреда удовлетворить.
Взыскать с ФИО3 <данные изъяты>, <дата> года рождения, уроженца <...> (<данные изъяты> в пользу ФИО1 <данные изъяты>, <дата> года рождения, уроженки <...> <данные изъяты> компенсацию морального вреда в размере 40 000 (сорок тысяч) рублей.
Решение может быть обжаловано в Пермский краевой суд через Соликамский городской суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.
Судья <данные изъяты> И.В.Шатуленко