КОПИЯ
дело № 2-395/2025
РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
20 ноября 2025 г. г. Петропавловск-Камчатский
Петропавловск-Камчатский городской суд Камчатского края в составе:
председательствующего (судьи) Липковой Г.А.,
при секретаре В.Т.,
с участием:
помощника прокурора г. Петропавловска-Камчатского Д.О.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Р.В. к Г.К. о компенсации морального вреда,
УСТАНОВИЛ:
истец Р.В. предъявил в суде иск к ответчику Г.К. о компенсации морального вреда в размере 3 000 000 рублей, ссылаясь на те обстоятельства, что ДД.ММ.ГГГГ Г.К., управляя транспортным средством <данные изъяты>, государственный регистрационный знак №, в районе 12 км + 23 м автодороги <адрес> совершила наезд на него, в результате чего ему был причинен вред здоровью средней тяжести. В этой связи в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ находился на стационарном лечении в нейрохирургическом отделении ГБУЗ КК «Петропавловск-Камчатская больница №», ему был установлен клинический диагноз (основной): <данные изъяты>. Указал, что фактически преступными действиями ответчика ему причинены сильные моральные и нравственные страдания. В результате действий ответчика, получил тяжкие травмы, он фактически лишился своего права, данного природой на здоровье, на постоянной основе проходит реабилитацию. На текущий момент из-за постоянных болей в местах травм лишен нормальной жизни, не может жить полной жизнью в свое удовольствие, постоянный дискомфорт мешает жить полной жизнью, стал замкнутым, испытывает глубочайшие нравственные страдания, не может ходить без костылей. По вине ответчика до сих пор испытывает нравственные и физические страдания, выразившиеся в восстановлении здоровья, у него постоянное стрессовое состояние, боли в ноге, головные боли, бессонница, кошмары, страх и тревога о последующей жизни, фактически потерял смысл жизни, так как изменился весь его жизненный уклад.
Определением судьи Петропавловск-Камчатского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ, к участию в деле привлечено КГКУ «Управление автомобильных дорог Камчатского края в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований.
Определением Петропавловск-Камчатского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ, занесенным в протокол судебного заседания, к участию в деле привлечено АО «АльфаСтрахование» в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований.
Истец Р.В. в суд не явился, о времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом. Просил рассмотреть дело в его отсутствие.
В ранее состоявшемся судебном заседании истец Р.В. дополнительно суду пояснил, что в период с ДД.ММ.ГГГГ проводил время с компанией в арендованном доме в <адрес> с целью отдыха. После 18:00 ДД.ММ.ГГГГ они выехали в <адрес> на автомобиле, в котором находились он, его супруга Г.Н., его братья Х.Н. и Х.А., а также сожительница Х.Н. - Б.О. и его приятель Н.С.. По маршруту следования домой по трассе <адрес> водитель Х.А. остановил машину на неосвещенном участке дороги, Х.Н. вышел из нее, прошел по обочине вперед, остановился около кустов на окраине обочины (ближе к лесу). Поскольку между его братьями случился конфликт, он также вышел из машины и подошел к брату, чтобы успокоить его, однако, последний указал ему сесть в автомобиль. По пути движения к транспортному средству по обочине ближе к лесополосе, что-то произошло, в результате чего потерял сознание, память, пришел в сознание в реанимации. Не помнит приближение автомобиля ответчика и столкновение с ним.
Ответчик Г.К. в суд не явилась, о времени и месте судебного заседания извещена. Просила рассмотреть дело в ее отсутствие.
В ранее состоявшемся судебном заседании ответчик Г.К. суду пояснила, что ДД.ММ.ГГГГ около 18:00 в темное время суток двигалась на автомобиле <данные изъяты>, государственный регистрационный знак №, по проезжей части дороги со стороны <адрес> в сторону <адрес>, на кольце повернула в сторону 20 километра. Проезжая часть дороги была не освещена, отсутствовало искусственное освещение, двигалась с включенным светом фар со скоростью не более 70-75 км/ч. Двигаясь по проезжей части, заметила человека, одетого в черную куртку, который шел во встречном направлении по краю проезжей части ближе к обочине. С целью избежать столкновения, резко вывернула руль влево и объехала его, не пересекая полосу встречного движения. В этот момент увидела посередине полосы своего движения человека, одетого в голубую куртку, который шел во встречном направлении на расстоянии от нее около метра. Снова резко вывернула руль влево и нажала педаль тормоза, но произошло столкновение, задела человека правым передним крылом автомобиля и правым зеркалом заднего вида. В результате такого столкновение и маневра ее автомобиль оказался на встречной полосе. Продолжая тормозить, вывернула на полосу, предназначенную для движения в ее направлении и, остановилась на обочине. В этот момент на дороге и обочине никого не видела. На переднем пассажирском сидении находился ее супруг С.А., который сказал ей не выходить из машины и вызвать скорую помощь. Спустя 2-3 минуты увидела в зеркало заднего вида, как приехали сотрудники полиции и остановились за ее автомобилем. Из машины вышла, когда приехала бригада скорой медицинской помощи, и обнаружила стоявшую на обочине компанию в состоянии алкогольного опьянения, среди которых был человек в черной куртке, который вел себя агрессивно. После приезда сотрудников ГАИ, к ним подъехал автомобиль <данные изъяты> черного цвета, который припарковался за патрульным автомобилем. В момент столкновения и до него данного транспортного средства на проезжей части не было. Водитель данного автомобиля пояснил, что компания отмечала окончание рыбалки, он их отвозил домой, однако, в результате возникшего конфликта, высадил их и уехал. Ее супруг запретил ей выходить из автомобиля, поскольку человек в черной куртке вел себя агрессивно, кричал. Указывая на то, что ввиду неправомерных действий истца, связанных с нахождением в темное время суток в отсутствие освящения на середине проезжей части, у нее отсутствовала возможность предотвратить дорожно-транспортное происшествие.
Третьи лица: АО «АльфаСтрахование», КГКУ «Управление автомобильных дорог Камчатского края» представителей в судебное заседание не направили, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом.
Заслушав заключение прокурора, полагавшего исковые требования истца подлежащими удовлетворению, с учетом принципа разумности и справедливости, допросив свидетелей, исследовав материалы гражданского дела и дела № об административном правонарушении, предусмотренном ст. 12.24 КоАП РФ в отношении Г.К., суд приходит к следующему.
Согласно ст. 150 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) жизнь и здоровье относятся к нематериальным благам и принадлежат человеку от рождения.
Согласно положениям п. 1 и п. 2 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.
В соответствии с п. 1 ст. 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 ГК РФ.
Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).
В соответствии с разъяснениями, изложенными в п. 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» по общему правилу, установленному ст. 1064 ГК РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины.
Установленная ст. 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.
В соответствии со ст. 12 ГК РФ компенсация морального вреда является одним из способов защиты гражданских прав.
Согласно статье 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» (далее - постановление Пленума ВС РФ от 15.11.2022 № 33) разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.
Пунктом 12 названного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации предусмотрено, что обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 ГК РФ).
В соответствии с пунктами 14, 15, 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).
Отсутствие заболевания или иного повреждения здоровья, находящегося в причинно-следственной связи с физическими или нравственными страданиями потерпевшего, само по себе не является основанием для отказа в иске о компенсации морального вреда.
Причинение морального вреда потерпевшему в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях предполагается, и сам факт причинения вреда здоровью, в том числе при отсутствии возможности точного определения его степени тяжести, является достаточным основанием для удовлетворения иска о компенсации морального вреда.
Привлечение лица, причинившего вред здоровью потерпевшего, к уголовной или административной ответственности не является обязательным условием для удовлетворения иска.
Моральный вред подлежит компенсации независимо от формы вины причинителя вреда (умысел, неосторожность). Вместе с тем, при определении размера компенсации морального вреда суд учитывает форму и степень вины причинителя вреда (статья 1101 ГК РФ).
Поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (статьи 151, 1101 ГК РФ) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон.
Согласно пункту 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33, тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.
Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего (пункт 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33).
Из разъяснений, содержащихся в п. 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», следует, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (1100 ГК РФ).
При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.
В судебном заседании установлено, что ДД.ММ.ГГГГ в 18:55 Г.К., управляя транспортным средством <данные изъяты>, государственный регистрационный знак №, и двигаясь в темное время суток на участке автомобильной дороги в районе 12 км + 23 м автодороги <адрес> совершила наезд на пешехода Р.В.
Транспортное средство <данные изъяты>, государственный регистрационный знак №, принадлежит на праве собственности Г.К. (т.1, л.д.57).
В результате дорожно-транспортного происшествия Р.В. получил телесные повреждения в виде: 1) <данные изъяты> 2) <данные изъяты> 3) <данные изъяты>
В соответствии с заключением эксперта ГБУЗ «Камчатское краевое бюро судебно-медицинской экспертизы» от ДД.ММ.ГГГГ №, выявленные у Р.В. телесные повреждения квалифицированы как вред здоровью средней тяжести.
ДД.ММ.ГГГГ истцу установлена инвалидность <данные изъяты> (материалы ФКУ «ГБ МСЭ по Камчатскому краю» Министерства труда и социальной защиты РФ).
В обоснование решения об установлении ему инвалидности, соответствующей комиссией выявлено нарушение здоровья с незначительно выраженной степенью стойких нарушений психических функций, с умеренной степенью стойких нарушений нейромышечных, скелетных и связанных с движением (стадодинамических) функций 60%, с выраженной степенью стойких нарушений функции мочевыделительной системы 70%, приводящих к ограничениям основных категорий жизнедеятельности: способности к самообслуживанию 1 ст., передвижению 1 ст., трудовой деятельности 2 ст., которые обуславливают необходимость в мерах социальной защиты, включая реабилитацию и абилитацию (материалы ФКУ «ГБ МСЭ по Камчатскому краю» Министерства труда и социальной защиты РФ).
Суд, в силу ч. 2 ст. 12 ГПК РФ, сохраняя независимость, объективность и беспристрастность, осуществляет руководство процессом и создает условия для установления фактических обстоятельств при рассмотрении и разрешении гражданских дел, а в случае возникновения в процессе рассмотрения дела вопросов, требующих специальных знаний в областях науки, техники, искусства, ремесла, - назначает экспертизу (ч. 1 ст. 79 ГПК РФ), что является необходимым для достижения задачи гражданского судопроизводства по правильному разрешению гражданских дел (ст. 2 ГПК РФ).
В соответствии со ст. 55 ГПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов.
Обращаясь с требованием о компенсации морального вреда, Р.В. оспаривает выводы указанного заключения эксперта, ссылаясь на то, что при определении степени тяжести вреда здоровью экспертом не были учтены телесные повреждения в виде перелома нижней трети бедренной кости, а также установление ему по результатам медико-социальной экспертизы второй группы инвалидности.
Согласно правовым позициям Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенным в п.п. 15, 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», при определении размера компенсации морального вреда в связи с причинением вреда его здоровью учитывается, в том числе, последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.
Определением Петропавловск-Камчатского городского суда Камчатского края от ДД.ММ.ГГГГ, с целью установления степени тяжести повреждения здоровья, характера и механизма образования телесных повреждений у истца назначена судебно-медицинская экспертиза, производство которой было поручено ГБУЗ «Приморское краевое бюро судебно-медицинской экспертизы».
Согласно заключению № комиссионной судебно-медицинской экспертизы, составленному ГБУЗ «Приморское краевое бюро судебно-медицинской экспертизы», эксперты пришли к следующим выводам:
1.1. Информация об осмотре Р.В. врачом-судебно-медицинским экспертом непосредственно после событий, указанных в фабуле определения в предоставленной документации отсутствует.
1.2. По данным представленных медицинских документов, с учетом анализа предоставленного рентгенологического архива, проведенного врачом-рентгенологом в рамках настоящей экспертизы у Р.В. при поступлении в лечебное учреждение ДД.ММ.ГГГГ имелась сочетанная травма:
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
Данная сочетанная травма (п. 1.2. выводов) подтверждена:
- объективными клиническими данными, данными неврологического статуса, в том числе и в динамике (жалоб не предъявлял из-за тяжести состояния, сознание сопор, по шкале Глазго 11 баллов, в дальнейшем: кома 1, по Глазго 6-7 баллов; речь: односложные слова, реакция зрачков на свет (РЗС) замедленная, нистагм горизонтальный, глубокие рефлексы с рук, с ног- равны, высокие, брюшные равны, высокие, менингеальные знаки не четкие; наличие ран, параорбитальной гематомы справа, «в области нижних конечностей, в области рук кровоточащие раны повязки в месте ран пропитаны кровью»):
- рентгенологическими данными (в том числе данными компьютерной томографии головного мозга, органов брюшной полости, органов грудной клетки от ДД.ММ.ГГГГ);
- инструментальными методами исследования (ультразвуковое исследование органов брюшной полости, почек от ДД.ММ.ГГГГ: гематома мягких тканей брюшной стенки в области лонного сочленения, спускается в малый таз, размеры 5,7x6,6x4,5см);
- результатами оперативного вмешательства (ушивание ран).
1.3. В предоставленной медицинской документации не описаны морфологические признаки наружных повреждений в области головы, таза и конечностей (края, концы ран, окраска, размер и форма гематом), а также точное количество и локализация «кровоточащих ран» в области рук и нижних конечностей, в связи с чем достоверно определить механизм образования ран и давность гематом не представляется возможным.
Однако, принимая во внимание общие данные медицинских документов (клинические данные, локальный статус (наличие «кровоточащих» ран), проведение первичной хирургической обработки ран, их ушивание, плотность геморрагических очагов в веществе головного мозга) и рентгенологическую картину переломов (отсутствие признаков консолидации на момент проведения рентгенологического исследования), с учетом сведений, содержащихся в материалах дела, телесные повреждения у Р.В., указанные в п. 1.2. выводов (сочетанная травма), могли быть причинены незадолго до поступления в лечебное учреждение и в срок, указанный в настоящем определении («...ДД.ММ.ГГГГ...совершила наезд на него..»).
Учитывая, что раны, выявленные у Р.В. при поступлении в лечебное учреждение, описаны как «ушибленная» и «рвано-ушибленная» (рваная), а также локализацию и характер всех телесных повреждений (п. 1.2. выводов), установленных в области головы (<данные изъяты>), грудной клетки (<данные изъяты>) таза (<данные изъяты>), правой нижней конечности, позволяют экспертной комиссии высказаться о наиболее вероятном следующем механизме травмирования Р.В. в условиях ДТП: сочетанная травма образовалась в результате ДТП - наезда автомашины на человека, получена вследствие ударного воздействия тупым твердым предметом (предметами) какими могли быть, например, наружные выступающие части автомобиля с правой передне-боковой поверхностью потерпевшего, с последующим отбрасыванием и соударением с дорожным покрытием тела Р.В.
1.4. В медицинской карте пациента, получающего медицинскую помощь в стационарных условиях №, оформленной в ГБУЗ «Камчатская краевая больница им. А.С. Лукашевского» имеется запись врача - уролога от ДД.ММ.ГГГГ, где указано, что Р.В. 2 месяца назад получил травму промежности, после чего отмечал мочеиспускание с примесью крови, через некоторое время прошло самостоятельно, за медицинской помощью по этому поводу не обращался. На момент осмотра при попытке установить уретральный катетер № и 14, бульбозный отдел уретры - не проходим, в промежности пальпируется инфильтрат 3x4см мягкоэластичной консистенции, кожа над ним не изменена, безболезненный. После осмотра был выставлен диагноз: «<данные изъяты>».
В данном случае, выставленный диагноз «<данные изъяты>», судебно-медицинской оценке не подлежит, так как экспертная комиссия не может связать развитие этого патологического состояния только с событиями, указанными в настоящем определении (ДТП от ДД.ММ.ГГГГ).
2. Учитывая характер, локализацию и механизм образования повреждений, указанных в пункте 1.2 выводов (сочетанная травма), последние могли быть получены при обстоятельствах дорожно-транспортного происшествия ДД.ММ.ГГГГ.
3.1. Комплекс, установленных у Р.В. повреждений, составляющих сочетанную травму, указанных в пункте 1.2. выводов, взаимно отягощающих друг друга и причиненных в единых условиях (ДТП ДД.ММ.ГГГГ), позволяет оценивать их в своей совокупности, что в соответствии, как с положениями п. 11, п. 14, п. 5.1.1.3 («Внутричерепная травма: диффузное аксональное повреждение головного мозга...») Порядка определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденного приказом Минздрава РФ от ДД.ММ.ГГГГ № н, так и согласно п.11, п.13, п. 6.1.3. «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека») Приложение к приказу Минздравсоцразвития России от ДД.ММ.ГГГГ №н «Об утверждении медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека» («внутричерепная травма: размозжение вещества головного мозга; диффузное аксональное повреждение головного мозга; ушиб головного мозга тяжелой степени; травматическое внутримозговое или внутрижелудочковое кровоизлияние; ушиб головного мозга средней степени или травматическое эпидуральное, или субдуральное, или субарахноидальное кровоизлияние при наличии общемозговых, очаговых и стволовых симптомов»), действовавшего на момент возникновения травмы у пострадавшего, данные повреждения являются опасными для жизни в момент причинения и по этому признаку квалифицируются как тяжкий вред здоровью.
4. Согласно протоколу проведения медико-социальной экспертизы (№ППМСЭ- 125-000528279 от ДД.ММ.ГГГГ) ФКУ «ГБ МСЭ по Камчатскому краю» Минтруда России, Р.В. впервые ДД.ММ.ГГГГ установлена № группа инвалидности с причиной инвалидности «общее заболевание». Клинико-функциональный диагноз основной: <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ ДТП (сбит машиной) травма сочетанная: <данные изъяты>
Таким образом, № группа инвалидности, установленная Р.В., обусловлена осложнением основного заболевания.
5. Какие-либо данные в предоставленных медицинских документах о том, что Р.В. находился в состоянии алкогольного (наркотического) или иного опьянения при изложенных в определении суда обстоятельствах дорожно-транспортного происшествия ДД.ММ.ГГГГ - отсутствуют.
Однако врачом - наркологом ДД.ММ.ГГГГ выставлен диагноз: <данные изъяты> (из стационарной карты №/С2023).
Как следует из материалов дела об административном правонарушении №, постановлением врио старшего инспектора по исполнению административного законодательства отдельного взвода ДПС ГИБДД ОМВД России по Елизовскому району от ДД.ММ.ГГГГ в отношении Г.К. прекращено производство по делу об административном правонарушении по ст. 12.24 КоАП РФ, в связи с отсутствием состава административного правонарушения.
Возражая против исковых требований, ответчик указывала на то, что ввиду неправомерных действий истца, связанных с нахождением в темное время суток в отсутствие освящения на середине проезжей части, у нее отсутствовала возможность предотвратить дорожно-транспортное происшествие.
Определением Петропавловск-Камчатского городского суда Камчатского края от ДД.ММ.ГГГГ, с целью установления механизма и обстоятельств дорожно-транспортного происшествия, наличия или отсутствия возможности у ответчика предотвратить данное происшествие, была назначена судебная автотехническая экспертиза, проведение которой поручено ООО НИЦ «Экспертиза».
Согласно заключению ООО НИЦ «Экспертиза» от ДД.ММ.ГГГГ, эксперт пришел к следующим выводам:
1, 4. В действиях водителя автомобиля <данные изъяты>, государственный регистрационный знак № Г.К., с технической точки зрения, несоответствий требованиям Правил дорожного движения Российской Федерации не усматривается и ее действия не находятся в причинной связи с рассматриваемым дорожно-транспортным происшествием.
2. С технической точки зрения, в действиях пешехода Р.В. усматриваются несоответствия требованиям п. 4.1 Правил дорожного движения Российской Федерации.
3. Водитель автомобиля <данные изъяты>, государственный регистрационный знак № не располагал технической возможностью предотвратить наезд на пешехода.
5. Причиной рассматриваемого дорожно-транспортного происшествия явились действия пешехода Р.В., выразившиеся в несоответствии требованиям п. 4.1 Правил дорожного движения Российской Федерации.
Заключения указанных судебных экспертиз, как средство доказывания в гражданском процессе, были получены судом в соответствии с нормами материального и процессуального права.
Оценивая представленные заключение экспертов ГБУЗ «Приморское краевое бюро судебно-медицинской экспертизы» и заключение эксперта ООО НИЦ «Экспертиза», суд признает их достоверными и принимает в качестве надлежащего доказательства по данному делу, поскольку в них указано подробное описание проведенных исследований, сделанные по результатам исследования выводы, экспертиза проведена не заинтересованными в исходе дела квалифицированными специалистами, предупрежденными об уголовной ответственности по статье 306 Уголовного кодекса Российской Федерации за дачу заведомо ложного заключения.
В материалы дела представлен, по запросу суда, письменный ответ КГКУ «Камчатуправтодор» от ДД.ММ.ГГГГ за исх. № согласно которому, на участке км 12+23 автомобильной дороги «<адрес>» отсутствует стационарное электрическое освещение, по причине того, что данный участок дороги расположен вне населенного пункта и не относится к участкам дорог, где должно быть устроено стационарное электрическое освещение ГОСТ Р 52766-2007 (т.1, л.д. 161).
Допрошенная в ходе судебного разбирательства свидетель Г.Н., по ходатайству истца, суду показала, что ДД.ММ.ГГГГ она с компанией возвращались из <адрес> в <адрес> после совместного отдыха на автомобиле. В автомобиле также были брат супруга Х.Н., его сожительница Б.О. и Н.С.. Проехав <адрес>, они остановились. Х.Н. вышел из автомобиля со стороны проезжей части и перешел на обочину, после чего на проезжую часть никто не выходил, за ним вышли все остальные. Все стояли на обочине перед автомобилем, Х.Н. отошел вперед на 15-20 метров, а Х.А. сел обратно в машину. Ее супруг и Б.О. подошли к Х.Н. поговорить, после разговора Б.О. стала возвращаться к машине, однако, ввиду темного времени суток, ее не видела. ФИО1, не слышала. В какой-то момент услышала удар, звука тормозов не было, света фар тоже не видела. В этот момент она стояла спиной к Р.В. и Х.Н.. Они увидели, что ее супруг лежал ногами на обочине и головой в сторону леса, он был без сознания. Колеса автомобиля ответчика в этот момент были повернуты в сторону обочины.
Свидетель Б.О., допрошенная в ходе судебного разбирательства, по ходатайству истца, суду показала, что ДД.ММ.ГГГГ около 18:00, она с компанией возвращались из <адрес> в г. <адрес> после совместного отдыха на автомобиле, водителем которого был Х.А. Также в автомобиле находились Х.Н., Г.Н., Р.В. и Н.С.. На улице было темно. Проехав <адрес>, водитель остановил автомобиль, поскольку он не разрешил Х.Н. покурить в машине. Когда машина остановилась, Х.Н. вышел со стороны проезжей части, обошел машину и встал на обочине, за ним вышел Х.А.. Они стояли перед автомобилем, пока Х.Н. курил. Она увидела, что Х.Н. обошел автомобиль сзади и пошел в обратном направлении движения, она пошла за ним и увидела, что рядом с ним находился истец. При этом, не видела, как Р.В. выходил из машины и шел к Х.Н.. Она поговорила с ними и стала возвращаться обратно к машине. Ввиду темного времени суток автомобиль, в котором они ехали, видно не было. Слышала голос Г.Н., поэтому была осведомлена, что последняя находилась на улице. В какой-то момент услышала звук удара, скрежет тормозов не слышала. Обернувшись, увидела на проезжей части темный предмет, похожий на бампер. Пройдя в сторону Х.Н. и Р.В., увидела, что Р.В. лежит на спине головой вниз в сторону лесополосы без сознания. Позже он начал приходить в себя и попытался встать. Автомобиль ответчика не видела.
Свидетель С.А., допрошенный в ходе судебного разбирательства, по ходатайству ответчика, суду показал, что вечером в темное время суток ДД.ММ.ГГГГ он с супругой Г.Е. ехал со стороны кольца <адрес> в сторону 20-го километра, находился на переднем пассажирском сидении. По пути движения увидел мужчину в черной куртке, двигающегося им навстречу по краю правой стороны дороги ближе к обочине. В этот момент его супруга вывернула руль влево, чтобы уйти от столкновения с ним, при этом, автомобиль не пересекал сплошную линию разметки. Сразу после этого, увидел в метре от автомобиля человека в синей куртке, который шел посередине полосы их движения. Г.К. снова вывернула руль влево, начала тормозить, но не смогла уйти от столкновения с ним и сбила его передним правым крылом автомобиля. В результате столкновения и маневра, автомобиль оказался на встречной полосе, по его указанию супруга вернула автомобиль в предназначенную для их движения полосу и припарковала его на обочине. После того, как вышел из машины, то увидел лежащего на обочине человека в синей куртке. Над ним склонились две женщины, рядом стоял мужчина в темной куртке. В тот момент машин на дороге не было. Примерно через 3 минуты приехали сотрудники ГИБДД. Вскоре после них подъехал черный джип, с водителем он не общался. Бригадой скорой медицинской помощи мужчина в синей куртке был доставлен в больницу. Мужчина в черной куртке вел себя агрессивно, конфликтовал с сотрудниками ГИБДД. С женщинами он не общался, они уехали вместе со скорой помощью. По его мнению, вся компания была в состоянии алкогольного опьянения.
Допрошенный в ходе судебного разбирательства, по ходатайству истца, свидетель Х.Н. суду показал, что около 18:00 ДД.ММ.ГГГГ он с компанией возвращались из <адрес> в г. Петропавловск-Камчатского после совместного отдыха на автомобиле, водителем которого был его брат Х.А. автомобиле также находились его сожительница Б.О., двоюродный брат Р.В., супруга последнего Г.Н. и приятель Р.В.Н.С.. Они были трезвые, употребляли спиртные напитки лишь накануне дня отъезда. Поскольку Х.А. не разрешал курить в машине, то он попросил его остановиться, чтобы выйти покурить. Пройдя вперед автомобиля на метр, остановился на обочине и начал курить. К нему подошел Х.А., они поговорили и после этого, по обочине обошел машину сзади и отошел от нее на 15-20 метров. Он стоял на краю обочины ближе к лесополосе спиной к автомобильной дороге и не заметил, как истец вышел из автомобиля и подошел к нему. Затем к ним подошла Б.О.. Он попросил их вернуться в машину, в связи с чем, ушла Б.О. и, за ней пошел Р.В., а он остался. Спустя несколько секунд, услышал скрежет тормозов и звук удара. Момент столкновения не видел, поскольку стоял спиной к проезжей части. Спустя минуту приехали сотрудники ГИБДД, Ольга пыталась оказать Р.В. первую помощь. Автомобиль, на котором они приехали, был припаркован на обочине, Х.А. за это время куда-то отъезжал, но он этого не видел. После столкновения он не подходил к Р.В., поскольку Ольга попросила к нему не подходить. Н.С. – друг Р.В. пытался сесть в патрульную машину и поговорить с сотрудниками <данные изъяты>, а он его успокаивал. Проезжая часть, где произошло столкновение, не освещена, на улице было темно.
Свидетель Н.С., допрошенный в ходе судебного разбирательства, по ходатайству истца, суду показал, что ДД.ММ.ГГГГ из арендованного дома в <адрес> за ним и его компанией приехал на автомобиле брат истца Х.А.. В машине находились также истец, его супруга, брат Х.Н. и его супруга Б.О.. По пути следования в г. Петропавловск-Камчатский они остановились на обочине на неосвещенном участке дороги. Х.Н. вышел из машины, обошел ее сзади и пошел по обочине. Он не выходил из автомобиля и не смотрел, насколько далеко тот ушел. Затем из машины вышел Р.В. со стороны обочины и пошел за Х.Н.. Остальные оставались сидеть в машине. Он вышел из автомобиля тогда, когда перед ними припарковался автомобиль <данные изъяты>, осмотрелся и заметил Х.Н., стоящего на обочине примерно в 10 метрах от машины. Истца в тот момент он не видел. Находясь в автомобиле, он слышал звук удара, однако, скрежета тормозов не слышал. Заметив на обочине лежащего истца, он подбежал к нему, увидел гематому на его лице. Не смог пояснить, где в этот момент находились Б.О. и Г.Н. Не оспаривал обстоятельства направленной на сотрудников ГИБДД агрессии, которая была вызвана переживаниями за своего друга.
Оценивая показания данных свидетелей, суд признает, что из сведений сообщенных свидетелями, возможно сделать достоверный вывод о существовании доказательственного факта – нахождение истца на проезжей части в темное время суток без предметов со световозвращающими элементами, что объективно согласуется с письменными доказательствами: ответом КГКУ «Камчатуправтодор» от ДД.ММ.ГГГГ за исх. № (т.1, л.д.161), а также материалами дела об административном правонарушении, предусмотренном ст.12.24 КоАП РФ в отношении Г.К.
В силу пункта 4.1 Правил дорожного движения Российской Федерации, пешеходы должны двигаться по тротуарам, пешеходным дорожкам, велопешеходным дорожкам, а при их отсутствии - по обочинам. При движении по краю проезжей части пешеходы должны идти навстречу движению транспортных средств. При переходе дороги и движении по обочинам или краю проезжей части в темное время суток или в условиях недостаточной видимости пешеходам рекомендуется, а вне населенных пунктов пешеходы обязаны иметь при себе предметы со световозвращающими элементами и обеспечивать видимость этих предметов водителями транспортных средств.
Так, постановлениями должностного лица ГИБДД ОМВД России по Елизовскому району от ДД.ММ.ФИО2 признаны виновными в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.29 КоАП РФ, а именно в связи с нахождением на проезжей части вне населенного пункта в темное время суток без световозвращающих элементов.
ДД.ММ.ГГГГ должностным лицом ГИБДД ОМВД России по Елизовскому району составлен протокол об административном правонарушении Р.В. п. 4.1 Правил дорожного движения РФ, а именно, что ДД.ММ.ГГГГ в 18:55 в районе 12 км + 23 км автомобильной дороги <адрес> последний двигался по краю проезжей части вне населенного пункта в темное время суток без предметов со световозвращающими элементами.
На основании данного протокола постановлением от ДД.ММ.ГГГГ Р.В. привлечен к административной ответственности за совершение административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.29 КоАП РФ.
Пунктом 2 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен. При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается.
В соответствии с пунктом 3 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации суд может уменьшить размер возмещения вреда, причиненного гражданином, с учетом его имущественного положения, за исключением случаев, когда вред причинен действиями, совершенными умышленно.
При отсутствии вины владельца источника повышенной опасности, при наличии грубой неосторожности лица, жизни или здоровью которого причинен вред, суд не вправе полностью освободить владельца источника повышенной опасности от ответственности (кроме случаев, когда вред причинен вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего). В этом случае размер возмещения вреда, за исключением расходов, предусмотренных абзацем третьим пункта 2 статьи 1083 ГК РФ, подлежит уменьшению (абз. 2 п. 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина»).
В соответствии с пунктом 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», виновные действия потерпевшего, при доказанности его грубой неосторожности и причинной связи между такими действиями и возникновением или увеличением вреда, являются основанием для уменьшения размера возмещения вреда. При этом уменьшение размера возмещения вреда ставится в зависимость от степени вины потерпевшего. Если при причинении вреда жизни или здоровью гражданина имела место грубая неосторожность потерпевшего и отсутствовала вина причинителя вреда, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения вреда должен быть уменьшен судом, но полностью отказ в возмещении вреда в этом случае не допускается (пункт 2 статьи 1083 ГК РФ) (абз. 2). Вопрос о том, является ли допущенная потерпевшим неосторожность грубой, в каждом случае должен решаться с учетом фактических обстоятельств дела (характера деятельности, обстановки причинения вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего, его состояния и др.) (абз. 3).
В абзаце 5 пункта 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» внимание судов обращено на то, что размер возмещения вреда в силу пункта 3 статьи 1083 ГК РФ может быть уменьшен судом с учетом имущественного положения причинителя вреда - гражданина, за исключением случаев, когда вред причинен действиями, совершенными умышленно.
Как разъяснено в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» при определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.
Установив вышеприведенные обстоятельства, заслушав стороны, допросив свидетелей, исследовав письменные доказательства, в соответствии с требованиями ст. 67 ГПК РФ, суд приходит к выводу, что факт нахождения Р.В. в момент дорожно-транспортного происшествия на проезжей части вне населенного пункта в темное время суток без световозвращающих элементов, нашел своего подтверждения в ходе судебного разбирательства.
При этом факт наличия в действиях водителя Г.К. нарушений Правил дорожного движения Российской Федерации, в ходе судебного разбирательства установлено не было.
Напротив, в ходе судебного разбирательства нашло свое подтверждение, что Г.К. не располагала технической возможностью предотвратить наезд на пешехода.
Между тем, Г.К., как владелец источника повышенной опасности несет гражданско-правовую ответственность за вред, причиненный истцу, вследствие получения им телесных повреждений в результате дорожно-транспортного происшествия.
Установив юридически значимые обстоятельства по делу, суд приходит к выводу, что в действиях Р.В. имелась грубая неосторожность в момент дорожно-транспортного происшествия, выразившаяся в нарушении им пункта 4.1 Правил дорожного движения Российской Федерации в момент дорожно-транспортного происшествия, которая, по мнению суда, содействовала увеличению объема вреда и наступлению неблагоприятных последствий, в связи с чем, усматривает основания для взыскания с ответчика компенсации морального вреда в размере 150 000 рублей, полагая, что установленный размер компенсации позволит соблюсти как принцип адекватного и эффективного устранения вреда, так и баланс интересов сторон.
В силу ч. 1 ст. 103 ГПК РФ государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае государственная пошлина зачисляется в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.
В силу разъяснений в п. 2 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» истцы по искам о возмещении вреда, причиненного увечьем или иным повреждением здоровья, в соответствии с подп. 3 п. 1 ст. 333.36 НК РФ освобождаются от уплаты государственной пошлины.
Таким образом, государственная пошлина в размере 3000 рублей, от уплаты которой истец освобожден при обращении с данным иском в суд, в силу требований ст. 103 ГПК РФ, подлежит взысканию в доход бюджета с ответчика, не освобожденного от уплаты государственной пошлины.
На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд,
РЕШИЛ:
исковые требования Р.В. удовлетворить.
Взыскать с Г.К. (паспорт № №) в пользу Р.В. (паспорт № №) компенсацию морального вреда в размере 150 000 рублей.
Взыскать с Г.К. (паспорт № №) в доход бюджета Петропавловск-Камчатского городского округа государственную пошлину в размере 3 000 рублей.
Решение может быть обжаловано в Камчатский краевой суд через Петропавловск-Камчатский городской суд Камчатского края в течение месяца с даты составления решения в окончательной форме.
Мотивированное решение составлено 4 декабря 2025 г.
Судья Г.А. Липкова
подлинник решения находится в деле
Петропавловск-Камчатского городского суда
Камчатского края № 2-395/2025
УИД 41RS0001-01-2024-008880-57