РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

05 июня 2025 года г. Шелехов

Шелеховский городской суд Иркутской области в составе:

председательствующего судьи Петрович К.Э.,

при секретаре Кононовой Н.Н.,

с участием представителя истца ФИО1 ФИО2, действующей на основании доверенности от *дата скрыта*,

представителя ответчика ФИО3 ФИО4, действующего на основании доверенности от *дата скрыта*,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело №2-160/2025 по иску ФИО5, ФИО1 к ФИО3, ФИО6 о признании сделки, заключенной фактическими действиями, недействительной, применении последствий недействительности сделки, включении имущества в состав наследственной массы, взыскании неосновательного обогащения судебных расходов,

установил:

в обоснование исковых требований, уточненных в порядке ст. 39 ГПК РФ, указано, что истцы ФИО5 и ФИО1 являются дочерями ФИО7, умершего *дата скрыта* После смерти ФИО7 открылось наследство. Наследниками по закону, принявшими наследство, являются ФИО5, ФИО1 и ФИО6

ФИО3 является <данные изъяты> дочерью ФИО7 от второго брака наследодателя, заключенного с ФИО6 В наследство она не вступала, требование о включении ее в состав наследников не заявляла.

При жизни ФИО7 на личные денежные средства, полученные от продажи недвижимого имущества, были приобретены: прицеп <данные изъяты> №*номер скрыт*, трактор <данные изъяты> №*номер скрыт* и транспортное средство <данные изъяты>», гос. рег. знак *номер скрыт*.

Имея множество задолженностей перед кредиторами, опасаясь привлечения к ответственности, предвидя скорые взыскания кредиторов, для сохранения собственного имущества, ФИО7, сохраняя видимость реальной сделки, притворность ее субъектного состава, используя недобросовестную схему сокрытия имущества от кредиторов, заключил притворный договор купли-продажи, где покупателем выступало связанное с ним лицо – ФИО3

Регистрация указанного имущества: прицепп *номер скрыт*, трактора и транспортного средства <данные изъяты>» производилось на фиктивного собственника ФИО8

ФИО3 фактически злоупотребила правом, скрыв имущество ФИО7 от кредиторов, а в последующем от наследников.

При этом, с момента приобретения ФИО7 фактически владел указанным имуществом, пользовался и распоряжался им, был действительным собственником.

ФИО7 имел допуск к управлению трактором с прицепом, соответствующую категорию вождения и опыт, так как длительное время работал <данные изъяты>

После смерти ФИО7 фиктивный собственник ФИО3 отказалась признавать и включать в наследственную массу указанное имущество, указав, что будет пользоваться и распоряжаться им по собственному усмотрению.

Ответчик злоупотребила правом, отказав наследникам ФИО5 и ФИО1 в возврате имущества действительного собственника в наследственную массу.

Регистрацией права собственности на прицеп, трактор и транспортное средство <данные изъяты>» на фиктивного собственника ФИО8 были нарушены права наследников на владение, пользование и распоряжение всем наследственным имуществом.

В ходе судебного разбирательства стало известно, что спорное имущество отсутствует во владении ответчика, незаконно продано третьим лицам, в связи с чем, возвращение его в состав наследственной массы в натуре не представляется возможным.

Истцами в досудебном порядке проведена оценка рыночной стоимости спорного имущества. Согласно заключению <данные изъяты> рыночная стоимость прицепа <данные изъяты> на дату проведения оценки составляет <данные изъяты> руб., трактора <данные изъяты> – <данные изъяты> руб., транспортного средства <данные изъяты> – <данные изъяты> руб.

Указанное имущество не могло являться предметом сделок до момента его окончательного раздела между наследниками.

До настоящего времени наследственное имущество окончательно не разделено, все имущество добровольно в наследственную массу не возвращено. Ответчики распорядились спорным наследственным имуществом по своему усмотрению.

Истцы ФИО5 и ФИО1, уточнив заявленные требования в порядке ст. 39 ГПК РФ, просили суд:

- признать притворной сделку, заключенную фактическими действиями между наследодателем ФИО7 и мнимым собственником ФИО8 по регистрации прицепа <данные изъяты> №*номер скрыт*, трактора <данные изъяты> №*номер скрыт*, транспортного средства <данные изъяты>», гос. рег. знак *номер скрыт*, в собственность ФИО8;

- применить последствия притворной сделки, аннулировав в регистрирующих органах записи о собственнике ФИО8: от *дата скрыта* (прицепа и трактора), от *дата скрыта* (транспортного средства «<данные изъяты>»);

- включить прицеп *номер скрыт* №*номер скрыт*, трактор <данные изъяты> №*номер скрыт*, транспортное средство <данные изъяты>», гос. рег. знак *номер скрыт*, в состав наследственной массы ФИО7, умершего *дата скрыта*;

- взыскать в солидарном порядке с ФИО8 и ФИО6 в пользу истцов сумму неосновательного обогащения в размере <данные изъяты> руб., за возмездное отчуждение наследственного имущества, а также стоимость расходов на проведение оценки имущества;

- взыскать в солидарном порядке с ФИО8 и ФИО6 в пользу истцов расходы на уплату государственной пошлины в размере <данные изъяты>.

В судебном заседании представитель истца ФИО1 ФИО2 исковые требования в редакции последнего уточненного искового заявления поддержала в полном объеме, настаивала на их удовлетворении, дополнительно пояснила, что считает фиктивной сделкой факт регистрации прицепа <данные изъяты> №*номер скрыт*, трактора <данные изъяты> №*номер скрыт* и транспортного средства <данные изъяты>», гос. рег. знак *номер скрыт* в собственность ФИО8, тогда как фактическим собственником данного имущества до момента смерти оставался ФИО7 На момент приобретения указанного имущества у ФИО7 были долги перед кредиторами, что подтверждается сведениями с официального сайта ФССП России. На данный момент по сведениям службы судебных приставов у наследодателя имеются долги на сумму <данные изъяты> руб. Истцы еще при жизни ФИО7 знали, что в собственности отца имеется трактор с прицепом и транспортное средство <данные изъяты> после ознакомления с материалами наследственного дела им стало известно, что указанное имущество не вошло в наследственную массу. Возражала против применения к заявленным требованиям последствий пропуска срока исковой давности, указав, что о нарушенном праве истцы узнали *дата скрыта*, когда ФИО8 в электронной переписке отказалась включать спорное имущество в наследственную массу.

Представитель ответчика ФИО3 ФИО4 исковые требования, уточненные в порядке ст. 39 ГПК РФ, не признал по основаниям, изложенным в письменных возражениях, просил применить к ним последствия пропуска срока исковой давности. Дополнительно пояснил, что спорное имущество приобреталось в собственность ФИО8 по договоренности с отцом ФИО7 Данным имуществом пользовался супруг ответчика и наследодатель. Трактор <данные изъяты> был продан ответчиком в *дата скрыта* г., после смерти отца, поскольку нужны были деньги на похороны. Транспортное средство <данные изъяты>» продано ответчиком *дата скрыта* за <данные изъяты> руб., так как находилось в неисправном состоянии, было не на ходу. По этой причине оно до настоящего времени не перерегистрировано на нового собственника. Судьба прицепа представителю ответчика неизвестна. Спорное имущество на законных основаниях принадлежало ФИО8, она распорядилась им по собственному усмотрению. Просил применить к заявленным требованиям последствия пропуска срока исковой давности, полагая, что истцам стало известно об отсутствии данного имущества в составе наследственной массы по истечении шести месяцев со дня смерти наследодателя, т.е. в *дата скрыта* году.

Истцы ФИО5 и ФИО1 в судебное заседание не явились, о месте и времени его проведения извещены надлежащим образом, причины неявки неизвестны.

Ответчики ФИО3, ФИО6, третье лицо нотариус Шелеховского нотариального округа Нотариальной палаты Иркутской области ФИО9 в судебное заседание не явились, о месте и времени его проведения извещены надлежащим образом, причины неявки неизвестны.

Суд, руководствуясь ст. 167 ГПК РФ, определил рассмотреть данное гражданское дело в отсутствие неявившихся лиц.

Выслушав объяснения представителей сторон, исследовав письменные материалы дела, оценив представленные доказательства в совокупности и каждое в отдельности по правилам, предусмотренным ст. 67 ГПК РФ, суд приходит к следующему.

Статья 46 Конституции Российской Федерации гарантирует каждому судебную защиту его прав и свобод. Корреспондирующая ей норма статьи 3 ГПК РФ предусматривает право заинтересованного лица обратиться в суд в порядке гражданского судопроизводства за защитой именно нарушенных либо оспоренных прав, свобод или законных интересов.

Целью судебной защиты с учетом требований части 3 статьи 17, части 1 статьи 19, части 3 статьи 55 Конституции Российской Федерации является восстановление нарушенных или оспариваемых прав, при этом защита такого права в судебном порядке должна обеспечивать как соразмерность нарушенного права и способа его защиты, так и баланс интересов всех участников спора, а в ряде случаях и неопределенного круга лиц.

Пунктом 3 статьи 12 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что защита гражданских прав осуществляется путем восстановления положения, существовавшего до нарушения права, и пресечения действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения.

Абзацем вторым пункта 2 статьи 218 Гражданского кодекса Российской Федерации (ГК РФ) установлено, что в случае смерти гражданина право собственности на принадлежавшее ему имущество переходит по наследству к другим лицам в соответствии с завещанием или законом.

Согласно пункту 1 статьи 1112 ГК РФ, в состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности.

Из материалов дела судом установлено, что *дата скрыта* умер ФИО7, что подтверждается свидетельством о смерти серии *номер скрыт* от *дата скрыта*, выданным отделом по Шелеховскому району и г. Шелехову в управлении государственной регистрации службы ЗАГС <данные изъяты>. Наследниками умершего первой очереди по закону являются: супруга ФИО6, дети: ФИО5, ФИО10 и ФИО3

Из материалов наследственного дела *номер скрыт*, открытого к имуществу ФИО7, следует, что наследники ФИО6, ФИО5 и ФИО10 в установленном законом порядке обратились к нотариусу Шелеховского нотариального округа <данные изъяты> ФИО9 с заявлениями о принятии наследства, однако, свидетельства о праве на наследство по закону им до настоящего времени не выданы. Между наследниками возникли споры относительно наследственного имущества.

Из обстоятельств дела следует, что *дата скрыта* в собственность ответчика ФИО8 на основании договоров купли-продажи были приобретены: трактор <данные изъяты> №*номер скрыт* и прицеп <данные изъяты> №*номер скрыт*; *дата скрыта* – транспортное средство <данные изъяты>», гос. рег. знак *номер скрыт*.

В ходе судебного разбирательства установлено, что спорное имущество отчуждено: трактор с прицепом в *дата скрыта* г., транспортное средство «<данные изъяты>» - *дата скрыта*.

Истцы указывают, что указанное имущество приобреталось за счет средств ФИО7 и в его собственность, находилось в фактическом владении и пользовании наследодателя по день его смерти. Регистрация имущества в собственность ФИО8 являлась фиктивной, была произведена с целью сокрытия имущества наследодателя от кредиторов. Истцы полагали, что указанные действия по регистрации права собственности на ответчика являются притворной сделкой с наследодателем ФИО7

Согласно п. 2 ст. 1 ГК РФ, граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

В соответствии с п. 2 ст. 218 ГК РФ, право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

В статье 153 ГК РФ указано, что сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

В силу пункта 1 статьи 166 ГК РФ, сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В соответствии с пунктом 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила.

Согласно разъяснениям, содержащимися в п. 87 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", в связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно.

Верховный Суд Российской Федерации в ответе на вопрос 7 Обзора судебной практики N 3 (2019), утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.11.2019, обратил внимание судов на то, что для признания прикрывающей сделки недействительной в связи с ее притворностью необходимо установить действительную волю всех сторон сделки на заключение иной (прикрываемой) сделки.

Особенность доказывания оснований для признания сделки притворной заключается в том, что на истце лежит обязанность подтвердить, что воля всех участников сделок направлена не на возникновение правовых последствий, вытекающих из заключенной сделки (договора купли-продажи), а на совершение иной прикрываемой сделки с установлением всех существенных условий договора, т.е. на совершение сделки, отличной от заключенной, а также, что сторонами в рамках исполнения притворной сделки выполнены все существенные условия прикрываемой сделки.

Совокупность приведенных норм права и разъяснений по их применению в системном единстве предполагает, что притворная сделка заключается сторонами исключительно в целях сокрыть свою истинную волю; при этом субъектный состав обеих сделок (прикрывающей и прикрываемой) может не совпадать.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции РФ и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющими принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Бремя доказывания факта заключения оспариваемой сделки, а также наличия оснований для признания ее недействительной в данном случае отнесено на сторону истца.

Вместе с тем, истцами относимых, допустимых и достоверных доказательств, свидетельствующих о заключении между наследодателем ФИО7 и ФИО8 сделки, совершенной фактическими действиями в виде фиктивной регистрации права собственности на спорное имущество (трактор, прицеп и транспортное средство <данные изъяты>») на имя ответчика ФИО8 суду не представлено. Указанное имущество было зарегистрировано в собственность ответчика задолго до смерти наследодателя, при этом, фактическое пользование ФИО7 при жизни спорным имуществом не свидетельствует о совершении им притворной (фиктивной) сделки с ответчиком, являющимся титульным собственником имущества.

В связи с чем, суд не находит оснований для удовлетворения требований иска в части признания недействительной сделки, заключенной фактическими действиями между ФИО7 и ФИО11 по регистрации транспортных средств на имя последней, поскольку факт заключения такой сделки судом не установлен.

Следовательно, не имеется оснований для удовлетворения требований иска и в части применения последствий недействительности сделки.

Поскольку прицеп <данные изъяты> №*номер скрыт*, трактор <данные изъяты> №*номер скрыт* и транспортное средство <данные изъяты>», гос. рег. знак *номер скрыт*, на момент смерти наследодателя ФИО7 не принадлежали последнему, оснований для включения указанного имущества в состав наследственной массы не имеется.

Кроме того, суд не находит оснований для удовлетворения требований истцов о взыскании с ФИО3 и ФИО6 в солидарном порядке неосновательного обогащения в сумме <данные изъяты> руб., включающей в себя стоимость спорного имущества и стоимость расходов на проведение его оценки, поскольку они не основаны на нормах действующего законодательства. Факт неосновательного обогащения ответчиков за счет истцов последними не доказан.

Согласно статьи 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

В соответствии с частью 1 статьи 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса.

Таким образом, действующее законодательство связывает начало течения срока течения срока исковой давности с тем моментом, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Согласно частям 1, 2 статьи 199 ГК РФ, требование о защите нарушенного права принимается к рассмотрению судом независимо от истечения срока исковой давности.

Исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

В силу части 1 статьи 200 ГК РФ, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

В силу части 1 статьи 1114 ГК РФ, временем открытия наследства является момент смерти гражданина.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в п. 51 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.05.2012 N 9 "О судебной практике по делам о наследовании", наследственное имущество со дня открытия наследства поступает в долевую собственность наследников, принявших наследство, за исключением случаев перехода наследства к единственному наследнику по закону или к наследникам по завещанию, когда наследодателем указано конкретное имущество, предназначаемое каждому из них.

Раздел наследственного имущества, поступившего в долевую собственность наследников, производится: в течение трех лет со дня открытия наследства по правилам статей 1165 - 1170 ГК РФ (часть вторая статьи 1164 ГК РФ), а по прошествии этого срока - по правилам статей 252, 1165, 1167 ГК РФ.

Анализируя установленные обстоятельства в совокупности с представленными доказательствами, суд исходит их того, что срок исковой давности по иску о включении в состав наследственной массы умершего ФИО7 спорного имущества (трактора, прицепа и транспортного средства) необходимо исчислять с даты открытия наследства – *дата скрыта*, поскольку именно с указанной даты истцы ФИО5 и ФИО1 знали как о своем нарушенном праве, так и о надлежащем ответчике – ФИО3, поскольку с *дата скрыта* года между наследниками ведутся судебные споры относительно раздела наследственного имущества, как пояснила представитель истцов, об отсутствии спорного имущества в составе наследства ФИО5 и ФИО1 стало известно давно, после ознакомления с материалами наследственного дела.

Таким образом, суд соглашается с выводом стороны ответчика о пропуске истцами срока исковой давности - дата открытия наследства *дата скрыта*, дата подачи настоящего иска – *дата скрыта*, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований.

В силу положений ст. 98 ГПК РФ, поскольку судом отказано в удовлетворении требований иска, понесенные истцами расходы на уплату государственной пошлины в сумме 14 508 руб. возмещению не подлежат.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ,

решил:

исковые требования ФИО5, ФИО1 к ФИО3, ФИО6 о признании недействительной сделки, заключенной фактическими действиями между ФИО7 и ФИО11, по регистрации транспортных средств, применении последствий недействительности сделки; включении имущества в виде: прицепа *номер скрыт*, трактора *номер скрыт* №*номер скрыт*, транспортного средства <данные изъяты> гос. рег. знак *номер скрыт*, в состав наследственной массы наследодателя ФИО7, умершего *дата скрыта*; взыскании с ответчиков в солидарном порядке неосновательного обогащения в сумме 554 750 руб., расходов по уплате государственной пошлины в размере 14 508 руб. – оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Иркутский областной суд через Шелеховский городской суд Иркутской области в течение одного месяца со дня составления мотивированного текста.

Судья: К.Э. Петрович

Мотивированный текст решения суда изготовлен 03 июля 2025 г.