Постановление по делу № 1-151/2023 от 17.07.2023

№ 1-151/2023

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Кизляр, Республика Дагестан 17 июля 2023 года

Кизлярский городской суд Республики Дагестан в составе: председательствующего судьи Морозова В.Н., с участием:

государственного обвинителя – прокурора <адрес> ФИО6,

потерпевших Потерпевший №1 и ФИО10,

подсудимого ФИО1,

защитника подсудимого – адвоката ФИО14, представившей удостоверение № и ордер № от ДД.ММ.ГГГГ,

при секретарях судебного заседания ФИО7 и ФИО8, рассмотрев в закрытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении:

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ г.р., уроженца <адрес> Дагестанской АССР, гражданина Российской Федерации, зарегистрированного по месту жительства по адресу <адрес>, проживающего по адресу: <адрес>, с образованием 8 классов, женатого, имеющего 1 несовершеннолетнего ребенка, не работающего, военнообязанного, ранее не судимого, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

Как следует из обвинительного заключения, органом предварительного следствия ФИО3 Г.А. обвиняется в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ, т.е. в мошенничестве, т.е. в хищении чужого имущества путем обмана в особо крупном размере, при следующих обстоятельствах.

Так, ФИО3 Г.М., в феврале 2018 года, имея прямой умысел на хищение чужого имущества путем обмана, действуя из корыстных побуждений, направленных на незаконное материальное обогащение, находясь в домовладении № по <адрес>, в ходе разговора с Потерпевший №1 и ФИО10, введя последних в заблуждение об истинности своих намерений, под предлогом продажи пшеницы 3 класса, массой 500 тонн, за деньги в сумме 3 миллиона рублей, с рассрочкой поставки в декабре 2018 года, не имея намерения выполнить данное обязательство, завладел указанными денежными средствами.

При этом, ФИО3 Г.М., в целях придания законности своим действиям, а также для дальнейшего безвозмездного изъятия у Потерпевший №1 и ФИО10 денежных средств, действуя единым умыслом, оставил в залог документы от фермы, расположенной в <адрес> края, т.е. свидетельство о регистрации права собственности на недвижимое имущество, технический паспорт и доверенность на имя ФИО1

Войдя таким образом в доверие к Потерпевший №1 и ФИО10, имея единый умысел на хищение чужого имущества, ФИО3 получил от последних деньги в сумме 3 миллиона рублей, из которых 1 миллион 800 тысяч рублей, принадлежащие Потерпевший №1, а 1 миллион 200 тысяч рублей, принадлежащие ФИО10

После чего, ФИО3 Г.М., заведомо не собираясь возвращать взятые у Потерпевший №1 и ФИО10 денежные средства в сумме 3 миллиона рублей и поставлять пшеницу, похитил указанные денежные средства и скрылся, распорядившись похищенными денежными средствами по собственному усмотрению.

В дальнейшем, продолжая свой преступный умысел, ФИО3 Г.М. в ноябре 2018 года, находясь в домовладении № по <адрес>, под надуманным предлогом получил от Потерпевший №1 обратно свои документы от фермы, которые оставлял последнему в залог, обещав вернуть их в течение 3 дней, что не сделал, распорядившись ими по собственному усмотрению.

В то же время, ФИО3 Г.М., после совершения преступления, а именно ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ, создавая видимость намерения возвращения вышеуказанных денежных средств, через своего знакомого ФИО9 перевел Потерпевший №1 денежные средства в общей сумме 300 тысяч рублей с целью необращения последним в правоохранительные органы. Тем самым ФИО3 Г.М. причинил Потерпевший №1 особо крупный материальный ущерб на сумму 1 миллион 500 тысяч рублей и ФИО10 особо крупный материальный ущерб на сумму 1 миллион 200 тысяч рублей.

В соответствии с пунктами 1 и 2 ч. 1 ст. 73 УПК РФ при производстве по уголовному делу подлежат доказыванию:

1) событие преступления (время, место, способ и другие обстоятельства совершения преступления);

2) виновность лица в совершении преступления, форма его вины и мотивы.

Согласно п. 4 ч. 2 ст. 171 УПК РФ в постановлении о привлечении лица в качестве обвиняемого следователь указывает описание преступления с указанием времени, места его совершения, а также иных обстоятельств, подлежащих доказыванию в соответствии с пунктами 1 - 4 ч. 1 ст. 73 УПК РФ.

В силу п. 3 ч. 1 ст. 220 УПК РФ в обвинительном заключении следователь указывает существо обвинения, место и время совершения преступления, его способы, мотивы, цели, последствия и другие обстоятельства, имеющие значение для данного уголовного дела.

Судом установлено, что составленное по настоящему уголовному делу обвинительное заключение не соответствует требованиям вышеуказанных законоположений.

Так, под хищением, в том числе мошенничеством, согласно п. 1 примечаний к ст. 158 УК РФ понимаются совершенные с корыстной целью противоправные безвозмездное изъятие и (или) обращение чужого имущества в пользу виновного или других лиц, причинившие ущерб собственнику или иному владельцу этого имущества. Объектом преступления, предусмотренного ст. 159 УК РФ (мошенничество), являются общественные отношения в сфере собственности, предметом хищения - имущество.

По смыслу ст. 159 УК РФ и согласно разъяснениям, данным в пп. 1, 2, 3, 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № "О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате", способами хищения чужого имущества или приобретения права на чужое имущество при мошенничестве, ответственность за которое наступает, в частности, в соответствии со ст. 159 УК РФ, являются обман или злоупотребление доверием, под воздействием которых владелец имущества или иное лицо передают имущество или право на него другому лицу либо не препятствуют изъятию этого имущества или приобретению права на него другим лицом.

Обман как способ совершения хищения или приобретения права на чужое имущество может состоять в сознательном сообщении (представлении) заведомо ложных, не соответствующих действительности сведений, либо в умолчании об истинных фактах, либо в умышленных действиях, направленных на введение владельца имущества или иного лица в заблуждение. Сообщаемые при мошенничестве ложные сведения (либо сведения, о которых умалчивается) могут относиться к любым обстоятельствам, в частности к юридическим фактам и событиям, качеству, стоимости имущества, личности виновного, его полномочиям, намерениям.

Злоупотребление доверием при мошенничестве заключается в использовании с корыстной целью доверительных отношений с владельцем имущества или иным лицом, уполномоченным принимать решения о передаче этого имущества третьим лицам. Доверие может быть обусловлено различными обстоятельствами, например служебным положением лица либо его личными отношениями с потерпевшим.

Злоупотребление доверием также имеет место в случаях принятия на себя лицом обязательств при заведомом отсутствии у него намерения их выполнить с целью безвозмездного обращения в свою пользу или в пользу третьих лиц чужого имущества или приобретения права на него (например, получение физическим лицом кредита, аванса за выполнение работ, услуг, предоплаты за поставку товара, если оно заведомо не намеревалось возвращать долг или иным образом исполнять свои обязательства).

В случаях, когда лицо получает чужое имущество или приобретает право на него, не намереваясь при этом исполнять обязательства, связанные с условиями передачи ему указанного имущества или права, в результате чего потерпевшему причиняется материальный ущерб, содеянное следует квалифицировать как мошенничество, если умысел, направленный на хищение чужого имущества или приобретение права на чужое имущество, возник у лица до получения чужого имущества или права на него.

О наличии такого умысла могут свидетельствовать, в частности, заведомое отсутствие у лица реальной возможности исполнить обязательство в соответствии с условиями договора.

В каждом конкретном случае необходимо с учетом всех обстоятельств дела установить, что лицо заведомо не намеревалось исполнять свои обязательства.

Как следует из предъявленного ФИО1 обвинения, денежные средства Потерпевший №1 и ФИО10 поступили в его незаконное владение в феврале 2018 года, и похищены им путем обмана, выразившегося во введении последних в заблуждение об истинности своих намерений, при заведомом отсутствии у него намерения выполнить принятые на себя обязательства, под воздействием которого их владельцы, т.е. ФИО2 Р.И. и ФИО10 передали их.

Вместе с этим, обвинение ФИО1 содержит сведения и о совершении им мошенничества путем злоупотребления доверием со стороны потерпевших Потерпевший №1 и ФИО10, выразившегося в целях придания видимости законности своих действий передаче в залог последним документов от фермы и доверенности на свое имя, вследствие чего полностью войдя в их доверие он получил от них денежные средства, которые, заведомо не собираясь возвращать под взятые на себя обязательства, похитил и распорядился по своему усмотрению. При этом, данное обвинение не содержит обязательных, подлежащих доказыванию при установлении события преступления обстоятельств, таких как время и место его совершения.

При указанных обстоятельствах, обвинение ФИО1 содержит сведения о взаимоисключающих себя способах хищения чужого имущества при мошенничестве, т.е. как путем обмана, так и путем злоупотребления доверием.

Кроме этого, указывая о наличии у ФИО1 прямого умысла на хищение чужого имущества путем мошеннических действий в отношении потерпевших, обвинение не содержит сведений о подлежащих доказыванию в соответствии со ст. 73 УПК РФ обстоятельствах его возникновения у обвиняемого до получения чужого имущества, а также сведения дающие основания полагать о его наличии, в частности как указано в вышеприведенном постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации, о заведомом отсутствии у ФИО1 реальной возможности исполнить обязательство в соответствии с условиями договора с потерпевшими, таким образом о заведомом не намерении исполнять свои обязательства.

С учетом вышеуказанных, допущенных в досудебной стадии судопроизводства при составлении обвинительного заключения нарушений требований п. 3 ч. 1 ст. 220 УПК РФ, выразившихся в отсутствии в нем сведений об обстоятельствах, подлежащих доказыванию в соответствии с пунктами 1 - 4 ч. 1 ст. 73 УПК РФ, и таким образом обязательному установлению при обвинении лица, судом перед сторонами поставлен вопрос о возможности рассмотрения уголовного дела при наличии таких нарушений.

В судебном заседании государственным обвинителем - прокурором <адрес> ФИО6 заявлено ходатайство о возвращении уголовного дела в отношении подсудимого ФИО1 прокурору на основании п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Согласно изложенным государственным обвинителем в ходатайстве доводам составлении обвинительного заключения органом предварительного расследования допущены существенные нарушения норм уголовного и уголовно-процессуального законодательства при, что в свою очередь является основанием для возвращения уголовного дела прокурору в порядке, предусмотренном п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ.

В соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 73 УПК РФ при производстве по уголовному делу подлежат доказыванию событие преступления, то есть место, время и способ совершения преступления.

Из предъявленного ФИО1 обвинения следует, что в феврале 2018 года он путем обмана совершил хищение денежных средств в сумме 3 млн. руб., принадлежащих Потерпевший №1 и ФИО10, находясь при этом в <адрес> в <адрес>.

Далее указано, что с целью придания видимости законности своих действий и для дальнейшего безвозмездного денежных средств оставил в залог Потерпевший №1 и ФИО10 документы на ферму, но уже в <адрес> края.

После чего делается вывод, что таким образом, то есть после передачи документов в залог, ФИО3 Г.М. полностью вошел в доверие Потерпевший №1 и ФИО10 и получил от последних денежные средства в сумме 3 млн. руб.

При указанных обстоятельствах из предъявленного обвинения не понятно, как, когда, где и каким способом было совершено хищение денежных средств у Потерпевший №1 и ФИО10 Изъятие денежных средств имело место в <адрес> или в <адрес> края, до или после передачи документов в залог, ФИО3 Г.М. обманул потерпевших или злоупотребил их доверием.

Таким образом, в описательно-мотивировочной части обвинения указаны взаимоисключающие обстоятельства, как о месте и времени совершенного преступления, так и о способе его совершения.

В соответствии с п. 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № "О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате" обман как способ совершения хищения или приобретения права на чужое имущество может состоять в сознательном сообщении (представлении) заведомо ложных, не соответствующих действительности сведений, либо в умолчании об истинных фактах, либо в умышленных действиях (например, в предоставлении фальсифицированного товара или иного предмета сделки, использовании различных обманных приемов при расчетах за товары или услуги или при игре в азартные игры, в имитации кассовых расчетов и т.д.), направленных на введение владельца имущества или иного лица в заблуждение.

Сообщаемые при мошенничестве ложные сведения (либо сведения, о которых умалчивается) могут относиться к любым обстоятельствам, в частности к юридическим фактам и событиям, качеству, стоимости имущества, личности виновного, его полномочиям, намерениям.

Если обман не направлен непосредственно на завладение чужим имуществом, а используется только для облегчения доступа к нему, действия виновного в зависимости от способа хищения образуют состав кражи или грабежа.

Согласно п. 3 указанного постановления злоупотребление доверием при мошенничестве заключается в использовании с корыстной целью доверительных отношений с владельцем имущества или иным лицом, уполномоченным принимать решения о передаче этого имущества третьим лицам. Доверие может быть обусловлено различными обстоятельствами, например служебным положением лица либо его личными отношениями с потерпевшим.

Как указано в предъявленном обвинении ФИО3 Г.М. ввел в заблуждение Потерпевший №1 и ФИО10 об истинности своих намерений под предлогом продажи пшеницы массой 500 тонн за деньги в сумме 3 млн. руб. с рассрочкой поставки в декабре 2018 года, не имея при этом намерения выполнить данное обязательство.

Описанный способ хищения в соответствии с п. 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № "О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате" нужно определять как злоупотребление доверием, тогда как следственный орган сделал вывод о совершении хищения путем обмана.

Таким образом, предъявленное ФИО1 обвинение предъявлено с нарушением требований ст. 73 УПК РФ и не соответствует фактическим обстоятельствам уголовного дела. Обвинительное заключение составлено с нарушением требований ст. 220 УПК РФ, что делает невозможным вынесение судом итогового решения по делу ввиду отсутствия судебных полномочий по выходку за рамки предъявленного обвинения.

Кроме того, в соответствии с ч. 4 ст. 47 УПК РФ обвиняемый вправе знать, в чем он обвиняется. Неясность предъявленного обвинения является существенным нарушением прав обвиняемого на защиту, что исключает возможность постановления судом приговора на основании данного обвинения и имеющегося в деле обвинительного заключения.

Потерпевшие ФИО2 Р.И. и ФИО10 указанные судом и государственным обвинителем нарушения требований УПК РФ сочли не препятствующими рассмотрению уголовного дела по существу. В удовлетворении ходатайства прокурора о возвращении уголовного дела для устранения препятствий его рассмотрения судом просили отказать.

Защитник подсудимого - адвокат ФИО11 и подсудимый ФИО3 Г.М. возразили против возвращения уголовного дела, т.к. оснований для возврата нет, считая, что ранее вынесенный по уголовному делу оправдательный приговор был законным. По уголовному делу не установлен сам факт передачи денег, есть голословные утверждения двух лиц о передаче денег, при этом нет расписки. Точное время и место следствием не установлены, уже этого достаточно чтоб оправдать подсудимого.

Выслушав мнение и доводы сторон, суд приходит к следующему решению.

В соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ судья по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом в случае, если обвинительное заключение составлено с нарушением требований УПК РФ, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения.

Согласно п. 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № "О применении судами норм Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации", под допущенными при составлении обвинительного заключения нарушениями требований уголовно-процессуального закона следует понимать такие нарушения, которые исключают возможность принятия судом решения по существу дела на основании данного заключения.

При вышеуказанных обстоятельствах, суд приходит к выводу о том, что обвинительное заключение по уголовному делу в отношении ФИО1 не содержит сведений об установленных в ходе досудебного производства, подлежащих доказыванию в соответствии со ст. 73 УПК РФ обстоятельствах, в частности о конкретном способе совершения мошенничества, т.е. путем обмана или злоупотребления доверием, а в случае его совершения путем злоупотребления доверием - времени и месте его совершения, о наличии умысла на его совершение, а также и о других обстоятельствах, имеющих значение для данного уголовного дела, таких как отсутствие у обвиняемого реальной возможности исполнить обязательство в соответствии с условиями договора с потерпевшими, таким образом о заведомом не намерении им исполнять свои обязательства, вследствие чего суд считает, что обвинительное заключение составлено с нарушением требований ст. 220 УПК РФ, что исключает возможность постановления судом на его основе приговора, в связи с чем, уголовное дело в соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ подлежит возвращению прокурору <адрес> для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Требуемые в рассматриваемом случае действия суда, заключающиеся в установлении предусмотренных пунктами 1 - 4 ч. 1 ст. 73 УПК РФ обстоятельств, подлежащих доказыванию при производстве по уголовному делу, несвойственны суду и осуществляются по закону органом предварительного следствия.

Суд считает, что допущенные органом предварительного следствия по настоящему уголовному делу в досудебной стадии судопроизводства нарушения и противоречия являются существенными, поскольку они имеют значение для правильного разрешения настоящего уголовного дела и не могут быть устранены судом при рассмотрении дела по существу в судебном заседании с соблюдением требований ч.ч. 1, 3 и 4 ст. 15 УПК РФ, об осуществлении судопроизводства на основе состязательности сторон, непосредственности суда и равноправия сторон перед судом, что исходя из требований уголовно-процессуального законодательства является недопустимым и препятствует рассмотрению уголовного дела судом с вынесением итогового решения на основе составленного по нему обвинительного заключения.

Вместе с этим, указанные выше нарушения требований уголовно-процессуального закона, допущенные при составлении обвинительного заключения, помимо прочего, порождают наличие существенных противоречий, что является недопустимым, исходя из требований действующего законодательства, поскольку обвинительное заключение является итоговым документом, завершающим стадию досудебного производства по делу, на основе которого судом принимается итоговое решение.

Принимая решение о возвращении уголовного дела прокурору суд исходит из того, что нарушение в досудебной стадии гарантированных Конституцией Российской Федерации права обвиняемого на судебную защиту и права потерпевшего на доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба исключает возможность постановления законного и обоснованного приговора.

В соответствии с п. 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № "О применении судами норм Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации", после возвращения дела судом прокурор (а также по его указанию следователь или дознаватель) вправе, исходя из конституционных норм, провести следственные или иные процессуальные действия, необходимые для устранения выявленных нарушений, и, руководствуясь статьями 221 и 226 УПК РФ, составить новое обвинительное заключение или новый обвинительный акт.

Согласно с ч. 3 ст. 237 УПК РФ при возвращении уголовного дела прокурору судья решает вопрос о мере пресечения в отношении обвиняемого.

Принимая во внимание отсутствие сведений о нарушении избранной ФИО1 меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, суд считает возможным оставить ее без изменения.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 237 УПК РФ суд,

ПОСТАНОВИЛ:

Ходатайство государственного обвинителя - прокурора <адрес> ФИО6 о возвращении уголовного дела в отношении подсудимого ФИО1 прокурору <адрес> для устранения препятствий его рассмотрения судом, удовлетворить.

Уголовное дело по обвинению ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ возвратить прокурору <адрес> для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Избранную ФИО1 меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении оставить без изменения.

Постановление может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Верховного Суда Республики Дагестан в течение 15 суток со дня его вынесения.

Судья В.Н. Морозов