БЕЛГОРОДСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД

31RS0007-01-2023-000753-07 33-3860/2023

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

«15» августа 2023 года г.Белгород

Судебная коллегия по гражданским делам Белгородского областного суда в составе:

- председательствующего Переверзевой Ю.А.,

- судей Фурмановой Л.Г., Украинской О.И.,

- при секретаре Суворовой Ю.А.,

- с участием помощника прокурора Белгородской области Кирилловой М.А.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к АО «Лебединский горно-обогатительный комбинат» о взыскании денежной компенсации морального вреда в связи с профессиональным заболеванием

по апелляционной жалобе АО «Лебединский горно-обогатительный комбинат» на решение Губкинского городского суда Белгородской области от 16 мая 2023 года.

Заслушав судьи Фурмановой Л.Г., выслушав заключение помощника прокурора Белгородской области Кирилловой М.А., судебная коллегия

установил а:

на протяжении более 27 лет стороны по делу состоят в трудовых отношениях, ФИО1 работает в АО «Лебединский ГОК», 23 года 7 месяцев состоит в должности крепильщика, занятого полный рабочий день на подземных работах, 4-го разряда. В связи с тем, что в период трудовой деятельности ФИО1 находился в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов, у него было диагностировано профессиональное заболевание в виде <данные изъяты>, связанные с физическим функциональным перенапряжением (<данные изъяты>), которое находится в причинно-следственной связи с выполнением работы и условиями труда, в которых он работал в АО «Лебединский ГОК». Степень утраты профессиональной трудоспособности составляет 30%.

ФИО1 обратился в суд с вышеуказанным исковым заявлением, в котором ссылаясь на то, что полученным профессиональным заболеванием и утратой профессиональной трудоспособности ему причинены физические и нравственные страдания, с учетом заявления в порядке ст.39 ГПК РФ (л.д.34) просил взыскать с ответчика в его пользу компенсацию морального вреда в размере 330 000 рублей с учетом того, что работодатель в добровольном порядке компенсировал, причиненный ему моральный вред в размере 170 000 рублей.

Решением Губкинского городского суда Белгородской области от 16.05.2023 г., заявленные ФИО1 исковые требования удовлетворены частично, с АО «Лебединский ГОК» в его пользу в счет компенсации морального вреда взыскана денежная сумма в размере 130 000 рублей и судебные расходы по оплате юридических услуг в размере 25 000 рублей. В удовлетворении остальной части иска отказано.

В апелляционной жалобе представитель АО «Лебединский ГОК» просит решение суда первой инстанции отменить ввиду несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам дела. В обоснование жалобы указал, что суд при рассмотрении дела суд не в полной мере учел фактические обстоятельства причинения морального вреда, отсутствие прямой вины работодателя в причинении вреда здоровью истца. При определении размера компенсации морального вреда суд не учел, что степень утраты истцом трудоспособности в размере 30% установлена на определенный срок до даты очередного переосвидетельствования. Кроме того, судом оставлено без должной правовой оценки то обстоятельство, что Положением о возмещении вреда, причиненного здоровью работника АО «Лебединский ГОК» в результате несчастного случая на производстве или профессионального заболевания от 21.11.2018 г. установлено, что в случае профессионального заболевания работнику на основании его заявления предприятие производит выплату компенсации морального вреда в размере трех его среднемесячных заработков. В рассматриваемом случае работодателем исполнена указанная обязанность, истцу в счет компенсации морального вреда выплачена денежная сумма в размере 179 397 рублей 29 копеек. При этом, повторное удовлетворение одних и тех же требований противоречит действующему законодательству, в связи с чем оснований для удовлетворения иска ФИО1 не имелось, соответственно, отсутствовали основания и для взыскания в пользу истца судебных расходов по оплате юридический услуг представителя. При этом, при определении размера судебных расходов по оплате истцом юридических услуг в размере 25 000 рублей суд не учел требования разумности и справедливости, объем выполненной представителем истца работы с учетом того обстоятельства, что категория рассматриваемого спора не представляет особой сложности

В судебное заседание суда апелляционной инстанции стороны по делу, будучи надлежащим образом извещенными о дате, месте и времени слушания дела, не явились.

Направленное в адрес истца посредством почтовой связи судебное извещение получено адресатом 01.08.2023 г. О причине неявки ФИО1 суд не уведомил, ходатайств об отложении дела слушанием при наличии на то уважительных причин, не представил. Ответчик извещен в соответствии с ч.2.1 ст.113 ГПК РФ посредством размещения информации о движении дела на сайте суда, представил письменное ходатайство о рассмотрении дела в его отсутствие.

В заключении помощник прокурора Белгородской области Кирилловой М.А. полагала верным вывод суда первой инстанции о наличии причинно-следственной связи между выявленными у истца профессиональными заболеваниями и вредными условиями труда, а также вины ответчика в возникновении у истца профессионального заболевания в связи с необеспечением работодателем безопасных условий труда и причинении ему тем самым морального вреда. Определенный судом первой инстанции размер компенсации морального вреда, считает, соразмерным тяжести причиненного вреда здоровью истца. В связи с чем, указала на законность и обоснованность оспариваемого судебного акта.

Судебная коллегия, проверив законность и обоснованность судебного решения по правилам ч.1 ст.327.1 ГПК РФ в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе ответчика, приходит к следующим выводам.

В соответствии с Конституцией Российской Федерации в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей (часть 2 статьи 7), каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (часть 2 статьи 37), каждый имеет право на охрану здоровья (часть 2 статьи 41), каждому гарантируется право на судебную защиту (часть 1 статьи 46).

Из данных положений Конституции Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что каждый имеет право на справедливое и соразмерное возмещение вреда, в том числе и морального, причиненного повреждением здоровья вследствие необеспечения работодателем безопасных условий труда, а также имеет право требовать такого возмещения в судебном порядке.

Регулирование трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений в соответствии с Конституцией Российской Федерации, федеральными конституционными законами осуществляется трудовым законодательством (включая законодательство об охране труда), состоящим из Трудового кодекса Российской Федерации, иных федеральных законов и законов субъектов Российской Федерации, содержащих нормы трудового права (абз. 1, 2 ч.1 ст.5 ТК РФ).

Согласно положениям ч.1 ст.21 ТК РФ работнику установлено право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном настоящим Кодексом, иными федеральными законами;

Работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров; обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; обеспечивать работников оборудованием, инструментами, технической документацией и иными средствами, необходимыми для исполнения ими трудовых обязанностей; осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (ч.2 ст.22 ТК РФ).

В силу ч.1 ст.219 ТК РФ каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, а также на гарантии и компенсации, установленные в соответствии с настоящим Кодексом, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда

Порядок возмещения вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору, регулируется Федеральным законом от 24.07.1998 г. № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», абз.2 п.3 ст.8 которого предусматривает, что возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

В соответствии с абз.11 ст.3 названного Федерального закона от 24.07.1998 г. № 125-ФЗ профессиональное заболевание - хроническое или острое заболевание застрахованного, являющееся результатом воздействия на него вредного (вредных) производственного фактора (факторов) и повлекшее временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности.

Согласно ст.237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

При этом работодатель обязан компенсировать работнику моральный вред, причиненный ему любыми неправомерными действиями (бездействием), во всех случаях его причинения, независимо от наличия материального ущерба.

По смыслу ст.ст.212, 219, 220 ТК РФ, ст.8 Федерального закона от 24.07.1998 г. № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» работодатель, должным образом не обеспечивший безопасность и условия труда на производстве, является субъектом ответственности за вред, причиненный работнику, когда такой вред причинен в связи с несчастным случаем на производстве либо профессиональным заболеванием.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции ФИО1 на протяжении более 27 лет работает в АО «Лебединский ГОК», 23 года 7 месяцев состоит в должности крепильщика, занятого полный рабочий день на подземных работах, 4-го разряда.

Актом о случае профессионального заболевания № № от 22.03.2021 г., утвержденным и.о. главного государственного санитарного врача пог.ФИО2, ФИО3, Корочанскому, Прохоровскому районам у ФИО1 было выявлено профессиональное заболевание в виде <данные изъяты>, связанные с физическим функциональным перенапряжением (<данные изъяты>). Установлено, что данное профессиональное заболевание возникло в результате длительного воздействия комплекса вредных производственных факторов, превышающих гигиенические нормативы (общая и локальная вибрация, производственный шум, пыль, параметры микроклимата, наличие вредных производственных факторов по показателям тяжести и напряженности трудового процесса) в течение всей рабочей смены на организм работника. Общая оценка условий труда ФИО1 характеризуется наличием вредных производственных факторов, уровень которых превышает гигиенические нормативы: по содержанию кремния диоксида кристаллического (среднесменное значение) в пыли от 10 до 70% в воздухе рабочей зоны превышение ПДК на 0,04-4,406 мг/м3, по шуму превышение на 8,9 - 18,8 дБ, по параметрам микроклимата - пониженная температура воздуха и повышенная влажность; по тяжести - подъем и перемещение тяжестей выше допустимых значений, нахождение на 50% в неудобной и/или фиксированной позе, пребывание в вынужденной позе до 25% времени смены, нахождение в позе стоя до 80% времени смены; по напряженности трудового процесса. Согласно карте СОУТ № 25 от 26.06.2015 г. крепильщика, занятого полный рабочий день на подземных работах 4-го разряда: кремний кристаллический при содержании в пыли от 10 до 70%, шум (эквивалентный уровень звука) - 98,8 дБА, эквивалентный корректированный уровень локальной вибрации по оси Х - 126 дБ, по оси У - 125 дБ, по оси Z – 122 дБ; температура воздуха - 13,5 -14 °C, влажность воздуха - 73 - 78%; суммарная масса, перемещаемых в течение каждого часа смены с пола грузов - 990 кг, при допустимом значении - 435 кг; общая статистическая нагрузка 93000 кг/с, при допустимом значении 70000; нахождение в рабочей позе «стоя» - 65%, при допустимом значении - 60%.

Вина ФИО1 при установлении профессионального заболевания не установлена.

Таким образом, из изложенного следует, что основными обстоятельствами и условиями формирования профессионального заболевания явились: несовершенство технологических процессов, АО «Лебединский ГОК» в целях ликвидации и предупреждения профессиональных заболеваний или отравлений рекомендовано выполнять комплекс мероприятий по улучшению и оздоровлению условий труда (л.д.6-9).

Из заключения врачебной ФГБНУ «Научно-исследовательский институт медицины труда академика ФИО4» следует, что основное профессиональное заболевания ФИО1 в виде <данные изъяты>) связано с физическим функциональным перенапряжением, заболевание является профессиональным. В связи с указанным диагнозом ФИО1 противопоказана работа в вынужденной рабочей позе (л.д.11-12).

Как следует из справки ФКУ «ГБ МСЭ по Белгородской области» Минтруда России по указанному профессиональному заболеванию ФИО1 с 01.07.2022 г. на период до 01.07.2023 г., с датой очередного освидетельствования 01.06.2023 г. установлена степень утраты профессиональной трудоспособности в размере 30% (л.д.10).

При изложенных обстоятельствах вывод суда первой инстанции о наличии правовых оснований для взыскания с АО «Лебединский ГОК» в пользу ФИО1 компенсации морального вреда является правильным, поскольку факт его работы у ответчика в условиях воздействия производственных факторов, причинная связь между этой работой и возникновением профессионального заболевания, то есть ухудшением здоровья истца, а также вина ответчика как работодателя в непринятии всех необходимых мер для обеспечения безопасных условий труда истца подтверждены материалами дела, ответчиком не опровергнуты.

Судебная коллегия соглашается с таким выводом суда, поскольку он соответствует установленным по делу обстоятельствам и не противоречит закону, в частности, ст.237 ТК РФ, ст.151 ГК РФ, п.3 ст.8 Федерального закона от 24.07.1998 г. № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний».

Согласно ч.1 ст.1099 ГК РФ, основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и статьей 151 настоящего Кодекса.

Согласно п.п.1, 2 ст.1064 ГК РФ, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В соответствии со ст.151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В силу ст.1101 ГК РФ компенсация морального вред осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физический и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости (п.1).

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (п.2).

В абз.2 п.46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей, осуществляется в рамках обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (ч.8 ст.216.1 ТК РФ). Однако компенсация морального вреда в порядке обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний не предусмотрена и согласно п.3 ст.8 Федерального закона от 24.07.1998 г. № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» осуществляется причинителем вреда.

Размер компенсации морального вреда, присужденный к взысканию с работодателя в случае причинения вреда здоровью работника вследствие профессионального заболевания, причинения вреда жизни и здоровью работника вследствие несчастного случая на производстве, в том числе в пользу члена семьи работника, должен быть обоснован, помимо прочего, с учетом степени вины работодателя в причинении вреда здоровью работника в произошедшем несчастном случае (абз.2 п.47 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 г. № 33).

Как следует из разъяснений, содержащихся в п.32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 1 от 26.01.2010 г. «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, компенсируется в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора, а в случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба (ст.237 ТК РФ).

Пунктом 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъяснено, что суд в силу абз.14 ч.1 ст.21 и ст.237 ТК РФ вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя. При этом, размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Поскольку моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в денежной форме и полного возмещения, предусмотренная законом компенсация должна отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания.

Определяя размер компенсации морального вреда в общей сумме 308 397 рублей 29 копеек, с учетом выплаченной истцу работодателем в счет компенсации морального вреда денежной суммы в размере 178 397 рублей 29 копеек, суд первой инстанции, принял во внимание степень физических и нравственных страданий истца; его индивидуальные особенности: степень утраты профессиональной трудоспособности; период времени работы истца у ответчика во вредных условиях труда, повлекших развитие профессионального заболевания, учел принципы разумности и справедливости, и пришел к верному выводу о частичном удовлетворении требований ФИО1

Таким образом, вопреки доводам апелляционной жалобы ответчика, суд учел все имеющие значение для правильного разрешения данного вопроса обстоятельства. Приведенная судом в решении мотивация определения размера компенсации морального вреда отвечает критериям разумности и справедливости, вывод суда мотивирован, соответствует содержанию имеющихся в деле доказательств и норм материального права, регулирующих спорные правоотношения.

В соответствии с п.3.1 Положения о возмущении вреда, причиненного здоровью работника АО «Лебединский ГОК» в результате несчастного случая на производстве или профессионального заболевания № 10/10 от 21.11.2018 г. (л.д.25-26), при повреждении здоровья работника в результате несчастного случая на производстве или профессионального заболевания, повлекшего потерю трудоспособности либо продолжительную нетрудоспособность (свыше четырех месяцев подряд), работнику выплачивается возмещение морального вреда в размере трех его среднемесячных заработков. Сумма среднемесячного заработка определяется в соответствии с Федеральным законом «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» от 24.07.1998 г. № 125-ФЗ.

Как указано выше, материалами дела подтверждается факт выплаты работодателем истцу в счет компенсации морального вреда денежной суммы в размере 178 397 рублей 29 копеек (л.д.21).

При этом, следует отметить, что указанная сумма компенсации морального вреда, выплаченная истцу АО «Лебединский ГОК» в добровольном порядке на основании, действующего на предприятии Положения о возмещении вреда работникам предприятия, не отвечает требованиям разумности и справедливости, не обеспечивает полноценной защиты нарушенного права истца. Никакие иные акты, за исключением федеральных законов в предусмотренных ст.55 Конституции Российской Федерации случаях, не могут умалять и ограничивать право гражданина на полное возмещение вреда, причиненного повреждением здоровья. Соответственно, не могут ограничивать это право также и заключенные в соответствии с трудовым законодательством отраслевые соглашения и коллективные договоры. Положения отраслевых соглашений и коллективных договоров означают лишь обязанность работодателя при наличии соответствующих оснований выплатить в бесспорном порядке компенсацию морального вреда в предусмотренном размере.

При таком положении, выплата компенсации морального вреда ответчиком в добровольном порядке, не лишает истца права обратиться в суд с требованием о компенсации морального вреда, в том размере, какой он полагает, подлежащим возмещению. Размер доплаты компенсации морального вреда в сумме 130 000 рублей определен судом первой инстанции с учетом состояния здоровья истца, который из-за полученного в период осуществления профессиональной деятельности заболевания, ограничен в возможностях полноценно трудиться, испытывает определенные трудности в повседневной жизни.

Каких-либо доказательств, которые могли бы послужить основанием для изменения судебной коллегией определенного судом размера компенсации морального вреда ответчиком, не представлено.

При таком положении, оснований для переоценки установленных по делу обстоятельств и определения иного размера компенсации морального вреда, судебная коллегия не усматривает. Определенный судом размер компенсации в общей сумме 308 397 рублей соразмерен степени перенесенных истцом физических и нравственных страданий, согласуется с принципами конституционной ценности жизни, здоровья и достоинства личности (ст.ст.21, 53 Конституции Российской Федерации), обеспечивает баланс прав и законных интересов сторон по делу и отвечает требованиям разумности и справедливости.

Также судебная коллегия признает верным вывод суда первой инстанции, касающийся судебных расходов.

В соответствии с ч.1 ст.88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В силу ст.94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, в том числе относятся расходы на оплату услуг представителей.

Согласно ч.1 ст.98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных ч.2 ст.96 настоящего Кодекса.

Стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах (ч.1 ст.100 ГПК РФ).

Применительно к вопросу о возмещении стороне, в пользу которой состоялось решение суда, расходов на оплату услуг представителя с противной стороны, вышеназванные нормы означают, что, обращаясь с заявлением о взыскании судебных расходов, указанное лицо должно представить доказательства, подтверждающие факт несения данных расходов в заявленной к возмещению сумме, то есть осуществления этих платежей своему представителю.

Другая сторона обладает правом заявить о чрезмерности требуемой суммы, разумности размера понесенных заявителем расходов применительно к соответствующей категории дел с учетом оценки, в частности, объема и сложности выполненной представителем работы, времени, которое мог бы затратить на подготовку материалов квалифицированный специалист, продолжительности рассмотрения дела, стоимости оплаты услуг адвокатов по аналогичным делам.

Установление размера и порядка оплаты услуг представителя относится к сфере усмотрения доверителя и поверенного и определяется договором. При этом процессуальное законодательство не ограничивает право суда на оценку представленных сторонами доказательств в рамках требований о возмещении судебных издержек в соответствии с ч.1 ст.67 ГПК РФ по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Таким образом, суд может ограничить взыскиваемую в возмещение соответствующих расходов сумму, если сочтет ее чрезмерной с учетом конкретных обстоятельств, используя в качестве критерия разумность понесенных расходов.

Разрешая требования истца о возмещении, понесенных им расходов на оплату юридических услуг представителя, суд первой инстанции учел категорию спора, объем выполненной представителем истца работы. Размер возмещения в заявленном размере 25 000 рублей в полной мере соотносится с объемом защищаемого права (составление иска, участие представителя истца в заседании в порядке подготовки дела к судебному разбирательству и в судебном заседании), обеспечивает необходимый баланс процессуальных прав и обязанностей сторон.

Оснований не согласиться с указанным выводом суда первой инстанции судебная коллегия не имеет, поскольку он основан на нормах процессуального права и материалах дела.

По существу доводы апелляционной жалобы повторяют позицию ответчика в суде первой инстанции, сводятся к несогласию с выводами суда и не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом при рассмотрении дела, в связи с чем, не могут служить основанием для отмены решения суда. Обстоятельств, нуждающихся дополнительной проверке, апелляционная жалоба не содержит, приведенные доводы направлены на иное толкование норм материального права и оценку обстоятельств, установленных и исследованных судом в соответствии с правилами ст.ст.12, 56, 67 ГПК РФ.

При таких обстоятельствах судебная коллегия считает, что, разрешая спор, суд первой инстанции правильно определил юридически значимые обстоятельства; фактические обстоятельства дела подтверждены исследованными доказательствами, выводы суда соответствуют установленным обстоятельствам; нормы материального права судом применены верно, нарушений положений процессуального закона, в том числе влекущих безусловную отмену судебного акта в силу ч.4 ст.330 ГПК РФ, судом не допущено.

В связи с чем, оснований для изменения решения суда по доводам апелляционной жалобы ответчика, не имеется.

Руководствуясь ст.ст.327.1, 328, 329 ГПК РФ, судебная коллегия

определил а:

решение Губкинского городского суда Белгородской области от 16 мая 2023 года по делу по иску ФИО1 (СНИЛС №)к АО «Лебединский горно-обогатительный комбинат» (ИНН №) о взыскании денежной компенсации морального вреда в связи с профессиональным заболеванием оставить без изменения, апелляционную жалобу АО «Лебединский ГОК» - без удовлетворения.

Апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Белгородского областного суда может быть обжаловано в Первый кассационный суд общей юрисдикции в течение трех месяцев со дня вынесения апелляционного определения путем подачи кассационной жалобы (представления) через Губкинский городской суд Белгородской области.

Мотивированный текст апелляционного определения изготовлен 30.08.2023 г.

Председательствующий

Судьи