Решение по делу № 2-119/2023 от 19.01.2023 - о признании договора дарения от 18 июля 2022 года и договора купли-продажи от 22 июля 2022 года недействительными и применении последствий недействительности сделок.

УИД: 91RS0009-01-2022-003120-14

Дело № 2-119/2023

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

19 января 2023 года г. Евпатория

Евпаторийский городской суд Республики Крым в составе:

председательствующего судьи Лантратовой А.И.

при помощнике судьи Ходаковской Ю.В.,

с участием представителя истца ФИО1,

представителя истца, третьих лиц ФИО2, ФИО3 - Гречка А.Б.,

ответчика ФИО4,

представителя ответчика ФИО4 – ФИО5,

третьего лица – нотариуса ФИО6

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО7 к ФИО4, Александр Алану, третьи лица ФИО2, ФИО3, нотариус Симферопольского городского нотариального округа Яценко Лидия Ивановна о признании договора дарения от 18 июля 2022 года и договора купли-продажи от 22 июля 2022 года недействительными и применении последствий недействительности сделок,

УСТАНОВИЛ:

ФИО7 обратилась в суд с исковым заявлением к ФИО4, Александр Алану, третьи лица ФИО2, ФИО3, нотариус Симферопольского городского нотариального округа ФИО6 о признании договора дарения от 18 июля 2022 года и договора купли-продажи от 22 июля 2022 года недействительными и применении последствий недействительности сделок.

Требования мотивированы тем, что на основании свидетельства о праве собственности на жилье, выданного исполнительным комитетом городского совета г. Евпатории от 04 марта 1999 года, собственниками жилого помещения (квартиры), расположенного по адресу: <адрес>, являлись: ФИО4 - доля 1/4, ФИО7 - доля 1/4, ФИО2 - доля 1/4, ФИО8 - доля 1/4.

Решением Евпаторийского городского суда Республики Крым от 10 января 2018 года по иску ФИО4 определен порядок пользования жилым помещением, согласно которому в пользование ФИО4 определена жилая комната №, площадью 11,3 кв.м., ФИО7 - жилая комната №, площадью 8,1 кв.м., в пользование ФИО2, ФИО8 - жилая комната №, площадью 15,9 кв.м.

18 июля 2022 года ФИО4 по договору дарения доли квартиры подарил Александр Алану 1/20 долю квартиры с кадастровым номером № по адресу: <адрес> <адрес>, что составляет 1/5 долю от принадлежащей ему на праве собственности 1/4 доли указанной квартиры. Данная сделка оформлена нотариально. Стороны оценили указанную долю в <данные изъяты> рублей.

22 июля 2022 года ФИО4 по договору купли-продажи доли квартиры продал Александр Алану 1/5 долю квартиры с кадастровым номером № по адресу: <адрес> <адрес>. Александр Алан купил у ФИО4 указанную долю квартиры за <данные изъяты> рублей. Согласно сведениям Управления Государственного комитета по государственной регистрации и кадастра Республики Крым стоимость отчуждаемой доли составляет <данные изъяты> рублей. Александр Алан в соответствии с договором купли-продажи от 22 июля 2022 года, стал собственником доли квартиры, в его конкретное пользование перешла жилая комната №, площадью 11,3 кв.м., а в общее пользование коридор №, площадью 11,6 кв.м.; кухня 35, общей площадью 7,7 кв.м.; ванная №, площадью 2,7 кв.м.; туалет №, площадью 1,5 кв.м.

Ранее ФИО7 в адрес нотариуса Евпаторийского городского нотариального округа ФИО13 было направлено заявление о неудостоверении сделок относительно отчуждения доли иным лицам бывшего супруга ФИО4, так как за ним имеются долговые обязательства. Также аналогичное письменное обращение было направлено в адрес ФИО4 с указанием на то, что предложение о продаже доли квартиры с кадастровым номером № по адресу: <адрес> неправомерно, так как данное имущество является залогом, и по факту погашения долговых обязательств ответчиком, ФИО7 будет готова рассмотреть вопрос о выкупе доли квартиры, принадлежащей ответчику.

Однако, как указывает истец ФИО7, в обход всех указанных заявлений ответчик ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ подарил по договору дарения доли квартиры Александр А. 1/20 долю квартиры с кадастровым номером № по адресу: <адрес> <адрес> 54, что составляет 1/5 долю от принадлежащей ему на праве собственности 1/4 доли указанной квартиры. Данная сделка оформлена нотариально. Стороны оценили указанную долю в <данные изъяты> рублей. Данная доля является малозначительной. Истец ФИО7 считает, что данная сделка была произведена с целью ущемить её права, предусмотренные статьей 250 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которой ей принадлежит преимущественное право покупки. Одаряемый не является членом семьи, близким родственником или даже просто знакомым ответчика ФИО4 Спустя три дня 22 июля 2022 года ответчик ФИО4 продает одаряемому - ответчику Александр А. 1/5 долю квартиры, тем самым передав во владение Александр А. жилую комнату №, площадью 11,3 кв.м.; в общее пользование - коридор №, площадью 11,6 кв.м., кухня 35, общей площадью 7,7 кв.м., ванная №, площадью 2,7 кв.м., туалет №, площадью 1,5 кв.м.

ФИО7 считает, что последовательность, целенаправленность и сроки совершения сделок по отчуждению 1/4 доли в праве общей долевой собственности на квартиру свидетельствуют о том, что ответчики имели намерение причинить вред ей и ФИО2, ФИО3, являющимися сособственниками квартиры, поскольку ФИО4, подарив Александр А., принадлежащую ему долю в праве на спорное жилое помещение, лишил истца и других сособственников, возможности воспользоваться преимущественным правом покупки и стать собственниками всей квартиры.

Также истец ссылается на то, что ответчики злоупотребили своим правом при совершении договора дарения от 18 июля 2022 года, а потому сделка по отчуждению 1/4 доли квартиры, является ничтожной. Обращает внимание на разъяснения Верховного Суда Российской Федерации, приведённые в пункте 88 постановления Пленума от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», согласно которым в случае заключения договора дарения в обход правил о преимущественном праве других участников на покупку доли, договор дарения и последующая купля-продажа части доли могут быть квалифицированы как единый договор купли-продажи, совершенный с нарушением названных правил.

Таким образом, истец ФИО7 просит признать договор от 18 июля 2022 года дарения 1/20 (одной двадцатой) доли квартиры с кадастровым номером № по адресу: <адрес>, недействительным и применить последствия недействительности (ничтожности) сделки; признать договор от ДД.ММ.ГГГГ купли продажи 1/5 (одной пятой) доли квартиры с кадастровым номером № по адресу: <адрес> недействительным и применить последствия недействительности (ничтожности) сделки.

В судебном заседании представитель истца ФИО1, представитель истца, а также третьих лиц ФИО2, ФИО3 - Гречка А.Б. заявленные исковые требования поддержали в полном объеме по доводам и основаниям, указанным в исковом заявлении, просили их удовлетворить. Дополнительно пояснили, что в связи с неисполнением ФИО4 обязательств по договору ипотеки, удостоверенному частным нотариусом Евпаторийского городского нотариального округа 15 июля 2008 года, в отношении спорной квартиры был наложен запрет на совершение регистрационных действий, данный факт подтверждается письмами нотариусов и Нотариальной палаты Республики Крым. Несмотря на это нотариусом <адрес> ФИО6 были удостоверены обжалуемые договоры дарения и купли-продажи. При этом невнесение записи об ипотеке в российский реестр недвижимости не свидетельствует о том, что залоговые обязательства были прекращены. Доказательств исполнения основного обязательства, принятого по кредитному договору и обеспечиваемого ипотекой, ответчиком ФИО4 в нотариальную палату представлено не было.

Ответчик ФИО4, представитель ответчика– ФИО5 в судебном заседании с исковым заявлением не согласились, возражали против удовлетворения исковых требований. Указали, что обязательства по ипотеке, где залогом выступала квартира, расположенная по адресу: <адрес> <адрес>, были прекращены, соответственно, никаких ограничений по её отчуждению не было. Данное обстоятельство подтверждается решением АНО «Фонд защиты вкладчиков» о списании задолженности. Истцу и третьим лицам – совладельцам квартиры было предложено приобрести долю квартиры, принадлежащей ФИО4, но своё право преимущественной покупки они не реализовали. Поскольку ФИО2, ФИО3 проживают в Украине, и в настоящее время отправка почтовой корреспонденции в Украину приостановлена, уведомления о намерении продать долю в квартире были направлены по адресу расположения объекта недвижимости. Пояснили, что ФИО4 и Александр А. знакомы около семи лет, у них сложились дружеские отношения. В связи с тем, что у ФИО4 возникли материальные трудности, он обратился к Александр А. с просьбой занять денежные средства. При предоставлении займа в качестве обеспечения возврата денежных средств ФИО4 обязался подарить 1/20 доли квартиры, стоимость которой соответствует заемной сумме. Поскольку ФИО4 не успел вернуть заемные денежные средства, 18 июля 2022 года они заключили договор дарения 1/20 доли квартиры. После заключения договора дарения Александр А. обратился к ФИО4 с предложением о выкупе его доли. Поскольку финансовое состояние последнего на тот момент не улучшилось, он согласился на продажу принадлежащей ему доли.

Третье лицо нотариус Симферопольского городского нотариального округа ФИО6 в судебном заседании просила принять решение по заявленным исковым требованиям на усмотрение суда. Указала, что для удостоверения договоров дарения, купли-продажи сторонами были представлены все необходимые документы. До совершения сделки дарения была получена выписка из ЕГРН, в которой каких-либо обременений на отчуждаемую долю указано не было. Исполнительных производств в отношении сторон не было. После регистрации права собственности в ФИО9 была получена новая выписка, после чего уже был проведена сделка купли-продажи. Указала, что в Единую информационную систему «Енот» нотариусы самостоятельно вносили сведения об ограничениях, в том числе погашенных, затем данные сведения были предоставлены в Госкомрегистр. Основанием для отказа в нотариальном удостоверении сделки могут быть именно сведения из ЕГРН.

Ответчик Александр А., третьи лица ФИО2, ФИО10 в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом, просили рассмотреть дело в их отсутствие.

Выслушав стороны, изучив материалы дела, суд считает исковые требования ФИО7 подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права.

На основании статьи 12 Гражданского кодекса Российской Федерации защита гражданских прав осуществляется, в том числе, путем: признания права; признания оспоримой сделки недействительной и применения последствий ее недействительности, применения последствий недействительности ничтожной сделки.

Согласно ч. 2 ст. 218 ГК РФ право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

Согласно пунктам 3 и 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

В целях реализации указанного выше правового принципа пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации установлена недопустимость осуществления гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действий в обход закона с противоправной целью, а также иного заведомо недобросовестного осуществления гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения данного запрета суд на основании пункта 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

Из материалов дела следует, что квартира, расположенная по адресу: <адрес>, общей площадью <данные изъяты> была приобретена в порядке приватизации в общую долевую собственность ФИО4, ФИО7, ФИО8 и ФИО2 в равных долях по 1/4 доли, что подтверждается свидетельством о праве собственности на жильё от 04 марта 1999 года (Т. 1 л.д. 148).

В соответствии с решением Евпаторийского городского суда Республики Крым от 10 января 2018 года, а также определением об устранении описки от 02 февраля 2018 года по делу № 2-3/2018 был определен порядок пользования жилым помещением, расположенным по адресу: <адрес>, следующим образом: в пользование ФИО4 определена жилая комната №, площадью 11,3 кв.м., ФИО7 - жилая комната №, площадью 8,1 кв.м., в пользование ФИО2, ФИО8 - жилая комната №, площадью 15,9 кв.м., в общем пользовании оставлены коридор №, площадью 11,6 кв.м., кухня №, площадью 7,7 кв.м., ванная, площадью 2,7 кв.м., туалет №, площадью 1,5 кв.м. (Т. 1 л.д. 149-151, 22).

18 июля 2022 года на основании договора дарения доли квартиры ФИО4 подарил Александр А. 1/20 долю квартиры с кадастровым номером №, находящейся по адресу: <адрес>, общей площадью 59 кв.м., что составляет 1/5 долю от принадлежащей дарителю по праву собственности 1/4 доли указанной квартиры (Т. 1 л.д. 144). Данный договор был удостоверен нотариусом Симферопольского городского нотариального округа Республики Крым ФИО6, государственная регистрация права собственности Александр А. проведена 19 июля 2022 года (Т. 1 л.д. 159-161). Согласно выписке из ЕГРН по состоянию на 13 июля 2022 года, полученной по запросу нотариуса ФИО6, право собственности на 1/4 долю указанной квартиры было зарегистрировано за ФИО4, ограничения прав и обременения объекта недвижимости не зарегистрированы (Т. 1 л.д. 145-147).

22 июля 2022 года ФИО4 и Александр А. заключили договор купли-продажи доли квартиры, в соответствии с которым ФИО4 продал Александр А. принадлежащую ему по праву собственности 1/5 долю квартиры с кадастровым номером №, находящейся по адресу: <адрес>, общей площадью <данные изъяты> (Т. 1 л.д. 162-163). Согласно п. 5.1 договора купли-продажи от 22 июля 2022 года в индивидуальное пользование Александр А. перешла жилая комната № 2, площадью 11,3 кв.м., а в общее пользование - коридор № 1, площадью 11,6 кв.м., кухня № 5, площадью 7,7 кв.м., ванная, площадью 2,7 кв.м., туалет № 6, площадью 1,5 кв.м. Указанную долю квартиры стороны оценили в <данные изъяты> рублей (п. 5 договора), расчёты между сторонами произведены полностью до подписания договора (п. 5.2 договора). Данный купли-продажи также был удостоверен нотариусом Симферопольского городского нотариального округа Республики Крым ФИО6 При подаче документов для нотариального удостоверения договора купли-продажи нотариусу ФИО6 было представлено уведомление АНО «Фонд защиты вкладчиков» от 22 февраля 2018 года о списании долга ФИО4 по кредитному договору от 15 июля 2008 года <***>, заключённому с ОАО «Сведбанк», а также документы, подтверждающие факт принятия решения о списании долга (Т. 1 л.д. 172, 173, 174). Согласно выписке из ЕГРН право собственности на 1/5 долю квартиры зарегистрировано за Александр А. 26 июля 2022 года (Т. 1 л.д. 182-184).

Таким образом, судом установлено, что на основании договора дарения доли квартиры от 18 июля 2022 года, а также договора купли-продажи доли квартиры от 22 июля 2022 года состоялся переход права собственности на 1/4 долю квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, от ФИО4 к Александр А. В настоящий момент указанная квартира на праве общей долевой собственности принадлежит ФИО7, ФИО2, ФИО3, Александр А., по 1/4 доле - каждому.

Истец ФИО7 указывает, что переход права собственности от ФИО4 к Александр А. на долю квартиры по договору дарения и купли-продажи не мог быть зарегистрирован, поскольку квартира находилась в залоге по договору ипотеки. В обоснование своего довода истец ссылается на ответы нотариусов, согласно которым в Единой информационной системе нотариата «Енот» зарегистрировано запрещение на квартиру, расположенную по адресу: <адрес>, на основании договора ипотеки, удостоверенного ФИО17, частным нотариусом Евпаторийского городского нотариального округа, 15 июля 2008 года (Т. 1 л.д. 57, 58).

Как следует из материалов дела, согласно кредитному договору <***> от 15 июля 2008 года ОАО «Сведбанк» обязался предоставить ФИО4 денежные средства в виде возобновляемой кредитной линии в размере 60000 долларов США на срок с 15 июля 2008 года по 14 июля 2018 года, обеспечением исполнения обязательств по погашению задолженности по кредиту, возмещению убытков в связи с нарушением условий кредитного договора и других расходов банка, связанных с получением исполнения, являлась ипотека, предмет ипотеки – квартира, расположенная по адресу: <адрес> (Т. 1 л.д. 65-67). Поручителем по указанному кредитному договору выступала ФИО7 (Т. 1 л.д. 68-70).

В обеспечение надлежащего исполнения требований ОАО «Сведбанк», вытекающих из кредитного договора <***> от 15 июля 2008 года, между ФИО4, ФИО7 и ОАО «Сведбанк», был заключен договор ипотеки от 15 июля 2008 года (Т. 1 л.д. 62-64). Право собственности ипотекодателей на предмет залога подтверждалось свидетельством о праве собственности на жильё от 04 марта 1999 года.

15 июля 2008 года ФИО17, частным нотариусом Евпаторийского городского нотариального округа Автономной Республики Крым, был удостоверен указанный договор ипотеки, и в связи с его удостоверением, наложен запрет на отчуждение указанной в договоре квартиры, которая принадлежала ФИО4, ФИО7, ФИО3, ФИО11 в равных долях каждому, до прекращения договора ипотеки (Т. 1 л.д. 64).

Согласно уведомлению АНО «Фонд защиты вкладчиков» от ДД.ММ.ГГГГ по решению Наблюдательного совета Фонда, принятому 22 февраля 2019 года, долг ФИО4 по кредитному договору от 15 июля 2018 года <***> был списан (Т. 1 л.д. 172). Данное обстоятельство также подтверждается выпиской из реестра о списании долга № 11 (Т. 1 л.д. 174).

Как установлено судом, на момент заключения 18 июля 2022 года договора дарения между ФИО4 и Александр А. в ЕГРН отсутствовали сведения об ограничении прав и обременения объекта недвижимости – квартиры, расположенной по адресу: <адрес>.

В ответе Нотариальной палаты Республики Крым от ДД.ММ.ГГГГ разъяснено, что в переданной Госкомрегистру базе данных содержались сведения о наложенном частным нотариусом Евпаторийского городского нотариального округа ФИО17 запрещении в отношении квартиры по адресу: <адрес>, на основании договора ипотеки от 15 июля 2008 года под реестровым номером 1632. Однако при наличии документов, свидетельствующих о прекращении (снятии) ареста или обременения (судебный акт, справка банка о полной выплате кредита, выписка из реестра вещных прав на недвижимое имущество и т.д.) препятствий к удостоверению сделки, влекущей переход права на недвижимое имущество, равно как и государственной регистрации перехода права не имеется (Т. 1 л.д. 59-61).

На основании представленных документов, суд приходит к выводу, что оснований для отказа в удостоверении и регистрации перехода права собственности на отчуждаемую долю квартиры по договорам дарениям от 18 июля 2022 года и купли-продажи от22 июля 2022 года по причине наличия запрещения в силу ипотеки не имелось.

В соответствии с ч. 1 ст. 250 ГК РФ при продаже доли в праве общей собственности постороннему лицу остальные участники долевой собственности имеют преимущественное право покупки продаваемой доли по цене, за которую она продается, и на прочих равных условиях, кроме случая продажи с публичных торгов, а также случаев продажи доли в праве общей собственности на земельный участок собственником части расположенного на таком земельном участке здания или сооружения либо собственником помещения в указанных здании или сооружении. В ч. 2 ст. 250 ГК РФ предусмотрено, что продавец доли обязан известить в письменной форме остальных участников долевой собственности о намерении продать свою долю постороннему лицу с указанием цены и других условий, на которых продает ее. Если остальные участники долевой собственности не приобретут продаваемую долю в праве собственности на недвижимое имущество в течение месяца, а в праве собственности на движимое имущество в течение десяти дней со дня извещения, продавец вправе продать свою долю любому лицу. В случае, если все остальные участники долевой собственности в письменной форме откажутся от реализации преимущественного права покупки продаваемой доли, такая доля может быть продана постороннему лицу ранее указанных сроков.

Уведомление ФИО4 о продаже принадлежащей ему доли квартиры с предложением воспользоваться преимущественным правом покупки от 24 мая 2019 года было получено ФИО7 31 мая 2019 года (Т. 1 л.д. 55, 215). В своём ответе ФИО7 указала, что готова будет рассмотреть вопрос о выкупе принадлежащей ФИО4 1/4 доли квартиры после выплаты им задолженности по ипотечному кредиту (Т. 1 л.д. 17). Вместе с тем, указанное уведомление от 24 мая 2019 года не может считаться надлежащим извещением о намерении продать свою долю, поскольку указанные в нём условия продажи, включая цену, по состоянию на дату заключения договора купли-продажи - 22 июля 2022 года, являлись неактуальными, на что ответчик ФИО4 сам указывает в последующих извещениях от 15 июля 2022 года.

Также ответчик ФИО4 представил суду уведомления о продаже принадлежащей ему 1/4 доли квартиры с предложением воспользоваться преимущественным правом покупки, направленные ФИО7, ФИО3, ФИО11 15 июля 2022 года по адресу: <адрес> (Т. 1 л.д. 217-225). Конверты с указанными уведомлениями вернулись отправителю за истечением срока хранения в отделении почтовой связи (Т. 1 л.д. 227, 228, 229). Направление данных уведомлений также не может считаться надлежащим исполнением обязанности по извещению остальных участников долевой собственности о намерении продать свою долю постороннему лицу, поскольку иным участникам долевой собственности не был предоставлен установленный законом месячный срок, в течение которого они могли бы приобрести продаваемую долю (уведомления направлены 15 июля 2022 года, а сделка купли-продажи состоялась уже 22 июля 2022 года при отсутствии письменного отказа других участников долевой собственности). Кроме того, ФИО4 направил уведомления ФИО3, ФИО11 по адресу: <адрес>, заведомо зная, что в указанной квартире они не находятся, постоянно проживают в Украине и уведомления не получат. Доказательств того, что ФИО4 предпринимал меры для извещения ФИО3, ФИО11 о намерении продать долю каким-либо иным образом, суду не представлено.

На основании статьи 153 Гражданского кодекса Российской Федерации сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

В соответствии с п. 1 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным данным кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Согласно п. 2 ст. 168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В соответствии с п. 2 ст. 170 ГК РФ притворная сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа сделки, применяются относящиеся к ней правила.

В силу нормы п. 2 ст. 170 ГК РФ признаком притворности сделки является отсутствие волеизъявления на ее исполнение у всех сторон соответствующей сделки, а также намерение сторон фактически исполнить прикрываемую сделку.

Согласно пункту 1 статьи 572 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

В соответствии с абзацем 2 пункта 1 статьи 572 Гражданского кодекса Российской Федерации при наличии встречной передачи вещи или права либо встречного обязательства договор не признается дарением. К такому договору применяются правила, предусмотренные пунктом 2 статьи 170 ГК РФ.

В судебном заседании ФИО4 и его представитель ФИО5 пояснили, что ФИО4 подарил ФИО16 1/20 долю квартиры в качестве возврата долга. Суду представлена расписка от 16 июня 2022 года, согласно которой ФИО4 взял в долг у Александр А. деньги в сумме <данные изъяты> и обязался их вернуть в срок до 18 июля 2022 года. Также стороны предусмотрели, что в случае невозврата денег в срок, ФИО4 обязуется подарить 1/20 долю <адрес>, принадлежащую ему на праве частной совместной собственности. Также в расписку внесена собственноручная запись Александр А. о том, что он принимает от ФИО4 1/20 долю <адрес>, претензий не имеет (Т. 1 л.д. 216).

Таким образом, судом установлено, что, несмотря на заключение договора дарения между ФИО4 и Александр А., 1/20 долю квартиры последний приобрёл возмездно, заключив предварительно договор займа, что следует из представленной расписки от 16 июня 2022 года. Данное обстоятельство не оспаривается ответчиками, и в свою очередь не позволяет суду сделать вывод о том, что воля сторон была направлена на заключение именно договора дарения. В данном случае договор дарения фактически прикрывает сделку купли-продажи недвижимости.

На основании вышеизложенного, договор дарения 1/20 доли квартиры, заключённый между ФИО4 и Александр А. 18 июля 2022 года, является ничтожной сделкой по основанию, предусмотренному в частью 2 статьи 170 ГК РФ.

Как разъяснено в пункте 87 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», в связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно. К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 17 ГК РФ). Прикрываемая сделка может быть также признана недействительной по основаниям, установленным ГК РФ или специальными законами.

Пункт 88 этого же постановления Пленума разъясняет, что, применяя правила о притворных сделках, следует учитывать, что для прикрытия сделки может быть совершена не только одна, но и нескольких сделок. В таком случае прикрывающие сделки являются ничтожными, а к сделке, которые стороны действительно имели в виду, с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 ГК РФ).

На основании вышеизложенного суд приходит к выводу о том, что ФИО4 заключил договор дарения части принадлежащей ему доли квартиры Александр Алану с целью дальнейшей продажи оставшейся части доли в обход правил о преимущественном праве других участников на покупку доли, договор дарения и последующая купля-продажа части являются единым договором купли-продажи, который совершен с нарушением не только правил, установленных ст. 250 ГК РФ о преимущественном праве покупки участниками долевой собственности, но и статьи 10 ГК РФ, устанавливающей недопустимость осуществления действий в обход закона с противоправной целью, а также иного заведомо недобросовестного осуществления гражданских прав.

Как разъяснил Верховный Суд Российской Федерации в пункте 1 Постановления Пленума от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», добросовестным поведением является поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 ГК РФ, пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия.

Под злоупотреблением субъективным правом следует понимать любые негативные последствия, явившиеся прямым или косвенным результатом осуществления субъективного права.

По своей правовой природе злоупотребление правом - это всегда нарушение требований закона, в связи с чем злоупотребление правом, допущенное при совершении сделок, влечет недействительность этих сделок, как не соответствующих закону (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Следовательно, по делам о признании сделки недействительной по причине злоупотребления правом одной из сторон при ее совершении обстоятельствами, имеющими юридическое значение для правильного разрешения спора и подлежащими установлению, являются наличие или отсутствие цели совершения сделки, отличной от цели, обычно преследуемой при совершении соответствующего вида сделок, наличие или отсутствие действий сторон по сделке, превышающих пределы дозволенного гражданским правом осуществления правомочий, наличие или отсутствие негативных правовых последствий для участников сделки, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц, наличие или отсутствие у сторон по сделке иных обязательств, исполнению которых совершение сделки создает или создаст в будущем препятствия.

Согласно позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», если совершение сделки нарушает запрет, установленный п. 1 ст. 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (п. 1 или п. 2 ст. 168 ГК РФ).

Действующим законодательством предусмотрено, что в случае нарушения права преимущественной покупки, истец имеет право заявить требование о переводе на него прав и обязанностей покупателя на основании п. 3 ст. 250 ГК РФ, то есть предусмотрены иные последствия нарушения требований закона, нежели недействительность сделки.

Однако в данном случае помимо права преимущественной покупки со стороны ответчиков был нарушен запрет на недопустимость злоупотребления правом. Последовательность и характер действий ответчиков ФИО4 и Александр А., которые 16 июня 2022 года заключили договор займа по расписке, а 18 июля 2022 года уже подписали договор дарения, который не являлся безвозмездным, и по своей сути был притворной сделкой, заключение 22 июля 2022 года договора купли-продажи оставшейся доли квартиры, принадлежащей ФИО4, свидетельствуют о том, что их целью являлось недопущение приобретения другими участниками долевой собственности доли ФИО4, то есть нарушение прав и законных интересов других лиц.

Поскольку судом установлено, что при совершении сделки купли-продажи 1/4 доли квартиры с кадастровым номером 90:18:010147:6253, находящейся по адресу: <адрес>, общей площадью <данные изъяты> ответчики ФИО4 и Александр А. вопреки п. 1 ст. 10 ГК РФ действовали недобросовестно, с нарушением требований закона и прав иных участников долевой собственности, указанная сделка является ничтожной в силу п. 2 ст. 168 ГК РФ.

При таких обстоятельствах, оценивая относимость и допустимость, достоверность каждого представленного доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, суд полагает, что исковые требования ФИО7 о признании договора дарения от 18 июля 2022 года и договора купли-продажи от 22 июля 2022 года недействительными и применении последствий недействительности сделок подлежат удовлетворению.

Руководствуясь ст.ст. 194 – 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО7 к ФИО4, Александр Алану, третьи лица ФИО2, ФИО3, нотариус Симферопольского городского нотариального округа Яценко Лидия Ивановна о признании договора дарения от 18 июля 2022 года и договора купли-продажи от 22 июля 2022 года недействительными и применении последствий недействительности сделок – удовлетворить.

Признать недействительным договор, заключённый между ФИО4 и Александр Аланом ДД.ММ.ГГГГ, дарения 1/20 доли квартиры с кадастровым номером №, находящейся по адресу: <адрес>, общей площадью <данные изъяты>.

Аннулировать регистрационную запись в Едином государственном реестре недвижимости № от ДД.ММ.ГГГГ о праве собственности Александр Алана на 1/20 долю квартиры с кадастровым номером №, находящейся по адресу: <адрес>, общей площадью <данные изъяты>

Признать недействительным договор, заключённый между ФИО4 и Александр Аланом ДД.ММ.ГГГГ, купли-продажи 1/5 доли квартиры с кадастровым номером № находящейся по адресу: <адрес>, общей площадью <данные изъяты>

Аннулировать регистрационную запись в Едином государственном реестре недвижимости № от ДД.ММ.ГГГГ о праве собственности Александр Алана на 1/5 долю квартиры с кадастровым номером №, находящейся по адресу: <адрес>, общей площадью <данные изъяты>

Решение суда является основанием для внесения Государственным комитетом по государственной регистрации и кадастру Республики Крым сведений в Единый государственный реестр недвижимости о праве собственности ФИО4 на 1/4 долю квартиры с кадастровым номером №, находящейся по адресу: <адрес>, общей площадью <данные изъяты>.

Решение может быть обжаловано в Верховный суд Республики Крым в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Евпаторийский городской суд Республики Крым.

Судья А.И. Лантратова