Судья Шваб Л.В.

УИД: 74RS0002-01-2022-008963-62

Дело № 2-1304/2023

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

дело № 11-9154/2023

13 июля 2023 года г. Челябинск

Судебная коллегия по гражданским делам Челябинского областного суда в составе:

председательствующего Доевой И.Б.,

судей Елгиной Е.Г., Челюк Д.Ю.,

при секретаре судебного заседания Алёшиной К.А.,

рассмотрела в открытом судебном заседании в зале суда гражданское дело по иску ФИО1 к Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Челябинской области о возложении обязанности предоставить копию выплатного (пенсионного) дела, подробный и обоснованный расчет пенсии, произвести перерасчет пенсии

по апелляционной жалобе ФИО1 на решение Центрального районного суда г. Челябинска от 11 апреля 2023 года.

Заслушав доклад судьи Доевой И.Б. об обстоятельствах дела, доводах апелляционной жалобы, судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратилась с иском к Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Челябинской области о возложении обязанности предоставить копию выплатного (пенсионного) дела с целью проверки правильности расчета страховой пенсии по старости; предоставить подробный и обоснованный расчет пенсии; произвести перерасчет назначенной пенсии; взыскании компенсацию морального вреда в размере 20 000 рублей; взыскании же расходов на оплату услуг представителя в размере 63 000 рублей (том № 1 л.д. 4-9).

В обоснование исковых требований указано, что ФИО1 с 07 апреля 2015 года является получателем страховой пенсии по старости в соответствии со статьей 8 Федерального закона № 400-ФЗ от 28 декабря 2013 года «О страховых пенсиях». Истец полагает, что размер получаемой ею пенсии является заниженным вследствие того, что оценка пенсионных прав произведена ответчиком неверно (не учтен в полном объеме имеющийся стаж, а также период работы с более высоким среднемесячным заработком). Ссылаясь на данные обстоятельства, ФИО1 обратилась в суд с вышеуказанным иском

Истец ФИО1 в судебное заседание суда первой инстанции не явилась, о времени и месте судебного заседания извещена надлежащим образом, представила заявление, в котором просила рассмотреть дело без ее участия (том № 2 л.д. 5).

Представитель истца ФИО2, действующая на основании доверенности, в судебном заседании суда первой инстанции, исковые требования поддержала по доводам, изложенным в исковом заявлении.

Представитель ответчика ОСФР по Челябинской области ФИО3, действующая на основании доверенности, в судебном заседании суда первой инстанции, возражала против удовлетворения исковых требований, ссылаясь на их необоснованность по доводам, изложенным в отзыве на исковое заявление (том № 1 л.д. 68-69).

Решением Центрального районного суда г. Челябинска от 11 апреля 2023 года в удовлетворении исковых требований ФИО1 отказано в полом объеме (том № 2 л.д. 10-13).

В апелляционной жалобе истец ФИО1 просит решение суда первой инстанции отменить, принять по делу новое решение об удовлетворении исковых требований. В обоснование доводов апелляционной жалобы указывает на несоответствие выводов суда, изложенных в решении, обстоятельствам дела, а также нарушение норм материального и процессуального права, настаивая на том, что оценка пенсионных прав произведена ответчиком неверно (не учтен в полном объеме имеющийся стаж, а также период работы с более высоким среднемесячным заработком) (том № 2 л.д. 21-25).

Лица, участвующие в деле, в судебное заседание суда апелляционной инстанции не явились, извещены надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, представила заявление о рассмотрении дела в свое отсутствие. Одновременно информация о слушании дела размещена на официальном сайте Челябинского областного суда в порядке статьи 113 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

На основании статей 113, 167, 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, принимая во внимание, что лица, участвующие в деле, извещены надлежащим образом и за срок, достаточный для обеспечения явки и подготовки к судебном заседанию, судебная коллегия пришла к выводу о возможности рассмотрения дела при установленной явке.

Исследовав материалы дела, проверив законность и обоснованность судебного решения в пределах доводов апелляционной жалобы в соответствии с частью 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия не находит оснований для отмены или изменения обжалуемого судебного постановления по следующим основаниям.

Судом установлено и следует из материалов дела, что с 07 апреля 2015 года ФИО1, <данные изъяты> рождения, является получателем страховой пенсии по старости в соответствии со статьей 8 Федерального закона № 400-ФЗ от 28 декабря 2013 года «О страховых пенсиях».

Оценка пенсионных прав ФИО1 осуществлена по пункту 3 статьи 30 Федерального закона от 17 декабря 2001 года № 173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации» - по наиболее выгодному для истца варианту; для определения пенсии учтены: страховой стаж, учтенный по 31 декабря 2014 года (для определения права на пенсию), который составляет 31 год 11 месяцев 27 дней, в том числе период получения пособия по безработице; общий трудовой стаж до 01 января 1991 года, учтенный при валоризации, составляет 08 лет 03 месяца 20 дней; процент валоризации 18 % (10 % за стаж до 01 января 2002 года + 8 % за стаж работы до 01 января 1991 года); стажевый коэффициент составил 0,55 (если до 01 января 2002 года стаж 20 лет не выработан, пенсионный капитал определяется при стажевом коэффициенте 0,55, затем делится на число дней требуемого стажа и умножается на число дней имеющегося стажа (6968 дней : 7200 дней = 0,96777778); для определения расчетного размера пенсии учтена среднемесячная заработная плата истца в размере 9 879 рублей 42 копейки, определенная за период с 01 января 2000 года по 31 декабря 2001 года; среднемесячная заработная плата в Российской Федерации за этот же период составляла 1 494 рублей 50 копеек; отношение среднемесячного заработка истца к среднемесячной заработной плате в Российской Федерации составило 6,611 (9 879 рублей 42 копейки : 1 494 рублей 50 копеек), однако учтено отношение может быть только в размере 1,2, что является максимальным отношением; ожидаемый период выплаты пенсии в 2015 году – 228 месяцев; расчетный пенсионный капитал за периоды работы после 01 января 2002 года, сформированный из суммы страховых взносов, учтенных на индивидуальном лицевом счете истца на 31 декабря 2014 года, составляет 1 492 601 рублей 98 копеек; по состоянию на 01 января 2015 года стоимость одного пенсионного коэффициента составляет 64 рубля 10 копеек (с 01 февраля 2015 года – 71 рубль 41 копейка, с 01 февраля 2016 года – 74 рубля 27 копеек, с 01 февраля 2017 года – 78 рублей 28 копеек, с 01 апреля 2017 года – 78 рублей 58 копеек, с 01 января 2018 года – 81 рубль 49 копеек, с 01 января 2019 года – 87 рублей 24 копеек, с 01 января 2020 года – 93 рубля, с 01 января 2021 года – 98 рублей 86 копеек, с 01 января 2022 года – 107 рублей 36 копеек); величина индивидуального пенсионного коэффициента за периоды до 01 января 2015 года составляет 166,948, за периоды после 01 января 2015 года – 2,350; величина индивидуального пенсионного коэффициента (ИПК) за период с 01 января 2015 года на день назначения пенсии (07 апреля 2015 года) составила согласно сведениям о стаже и сумме страховых взносов по выписке из индивидуального лицевого счета ФИО1 2,350 (с учетом суммы за 1 квартал 2015 года). а общий ИПК составил 169,786 (167,436+2,350); с учетом того, что истец продолжала осуществлять трудовую деятельность после назначения пенсии, исходя из суммы уплаченных страховых взносов, не учтенных при определении ИПК ранее, ответчиком произведен перерасчет страховой пенсии в связи с увеличением величины ИПК ФИО1 с 01 августа 2016 года (ИПК увеличилась на 3,000), с 01 августа 2017 года (ИПК увеличилась на 3,000), с 01 августа 2018 года ИПК увеличилась на 3,000, с 01 августа 2019 года ИПК увеличилась на 3,000, с 01 августа 2020 года ИПК увеличилась на 3,000, с 01 августа 2021 года ИПК увеличилась на 3,000, с 01 августа 2022 года ИПК увеличилась на 3,000 за периоды работы, имевшие место в 2021 году, общая величина ИПК составляет 190,786 (169,786 + 3,000 + 3,000 + 3,000 + 3,000 + 3,000 + 3,000 + 3,000); размер страховой пенсии ФИО1 с 01 января 2022 года составляет 24 905 рублей 58 копеек, в том числе 18 861 рублей 10 копеек (190,786 * 98,86 рублей) – страховая пенсия по старости, 6 044 рублей 48 копеек – фиксированная выплата к страховой пенсии по старости, и выплачивается без учета индексации в связи с продолжением осуществления ФИО1 трудовой деятельности (том № 1 л.д. 77-78, 91-250, том № 2 л.д. 4-4а).

Вместе с тем, полагая, что оценка пенсионных прав произведена ответчиком неверно, ФИО1 обратилась в суд.

Разрешая спор и отказывая в удовлетворении заявленных исковых требований, суд первой инстанции, руководствуясь положениями Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях», Федерального закона от 17 декабря 2001 года № 173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации», пришел к выводу о том, что оценка пенсионных прав истца территориальным органом Пенсионного фонда Российской Федерации произведена верно, как следствие, расчет страховой пенсии по старости территориальным органом Пенсионного фонда Российской Федерации также определен правильно, нарушений пенсионных прав истца в ходе рассмотрения дела не установлено.

Судебная коллегия соглашается с указанными выводами суда и считает, что они основаны на надлежащей оценке доказательств по делу, приняты в соответствии с правилами статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и с нормами материального права, регулирующего спорные правоотношения и при правильном распределении между сторонами бремени доказывания и установлении всех обстоятельств, имеющих значение для дела. Представленным сторонами доказательствам судом дана верная правовая оценка. Результаты оценки доказательств суд отразил в постановленном судебном акте. Нарушений требований процессуального законодательства, которые могли бы привести к неправильному разрешению спора, судом не допущено.

Проверяя по доводам апелляционной жалобы истца решение суда в указанной части, судебная коллегия не находит оснований для его отмены, полагая, что выводы суда соответствуют установленным по делу обстоятельствам и основаны на правильном применении норм материального права, регулирующих спорные правоотношения.

Так, согласно правовой позиции, изложенной в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 03 июня 2004 года № 11-П в Российской Федерации как социальном государстве, политика которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь и свободное развитие человека, охраняется труд и здоровье людей, устанавливаются государственные пенсии, пособия и иные гарантии социальной защиты, развивается система социальных служб; каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, на вознаграждение за труд без какой бы то ни было дискриминации; каждому гарантируется социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца, для воспитания детей и в иных случаях, установленных законом (статья 7; статья 37, часть 3; статья 39, часть 1).

Важнейшим элементом социального обеспечения является пенсионное обеспечение. Государственные пенсии в соответствии со статьей 39 (часть 2) Конституции Российской Федерации устанавливаются законом.

В соответствии со статьей 31 Федерального закона от 17 декабря 2001 года № 173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации» настоящий Федеральный закон вступил в силу с 01 января 2002 года. Со дня вступления в силу данного Федерального закона утратили силу Закон Российской Федерации «О государственных пенсиях в Российской Федерации» и Федеральный закон «О порядке исчисления и увеличения государственных пенсий», а другие федеральные законы, принятые до дня вступления в силу названного Федерального закона и предусматривающие условия и нормы пенсионного обеспечения.

С 01 января 2015 года вступил в силу Федеральный закон от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях», со дня вступления в силу которого Федеральный закон от 17 декабря 2001 года № 173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации» не применяется, за исключением норм, регулирующих исчисление размера трудовых пенсий и подлежащих применению в целях определения размеров страховых пенсий в соответствии с настоящим Федеральным законом в части, не противоречащей настоящему Федеральному закону.

Согласно части 3, 4 статьи 36 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях», федеральные законы, принятые до дня вступления в силу данного Федерального закона и предусматривающие условия и нормы пенсионного обеспечения, применяются в части, не противоречащей указанному закону.

С 01 января 2015 года страховые пенсии в Российской Федерации устанавливаются в соответствии с Федеральным законом от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях».

До 31 декабря 2014 года пенсии в Российской Федерации устанавливались в соответствии с Федеральным законом от 17 декабря 2001 года № 173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации», согласно статье 30 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации» размер трудовой пенсии находится в прямой зависимости от стажа и заработка каждого конкретного пенсионера, приобретенных до 01 января 2002 года. С 01 января 2002 года на размер пенсии влияет сумма начисленных страховых взносов за застрахованное лицо в Пенсионном фонде Российской Федерации.

Частью 8 статьи 13 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» предусмотрено, что при исчислении страхового стажа в целях определения права на страховую пенсию периоды работы и (или) иной деятельности, которые имели место до дня вступления в силу настоящего Федерального закона и засчитывались в трудовой стаж при назначении пенсии в соответствии с законодательством, действовавшим в период выполнения работы (деятельности), могут включаться в указанный стаж с применением правил подсчета соответствующего стажа, предусмотренных указанным законодательством (в том числе с учетом льготного порядка исчисления стажа), по выбору застрахованного лица.По смыслу приведенных положений, законодателем в целях недопущения ухудшения условий реализации прав граждан на пенсионное обеспечение, на которые они рассчитывали до введения в действие нового правового регулирования, закреплена возможность исчисления стажа, с учетом законодательства, действовавшего на период выполнения соответствующих работ и иной общественно полезной деятельности, позволяющего засчитывать такие периоды в стаж при назначении страховой пенсии.

Согласно пункту 1 статьи 30 Федерального закона от 17 декабря 2001 года № 173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации», в связи с введением в действие настоящего Федерального закона при установлении трудовой пенсии осуществляется оценка пенсионных прав застрахованных лиц по состоянию на 01 января 2002 года путем их конвертации (преобразования) в расчетный пенсионный капитал по формуле:

ПК = (РП - 450 рублей) x T, где

ПК - величина расчетного пенсионного капитала застрахованного лица;

РП - расчетный размер трудовой пенсии, определяемый для застрахованных лиц в соответствии с настоящей статьей;

450 рублей - размер базовой части трудовой пенсии по старости, который устанавливался законодательством Российской Федерации на 1 января 2002 года;

T - ожидаемый период выплаты трудовой пенсии по старости, равный аналогичному периоду, подлежащему применению при установлении трудовой пенсии в соответствии с настоящим Федеральным законом (пункт 1 статьи 14 и пункт 1 статьи 32 настоящего Федерального закона).

В случае, если при определении расчетного размера трудовой пенсии в соответствии с настоящей статьей застрахованное лицо имеет неполный общий трудовой стаж, то величина расчетного пенсионного капитала при неполном общем трудовом стаже определяется исходя из величины расчетного пенсионного капитала при полном общем трудовом стаже, которая делится на число месяцев полного общего трудового стажа и умножается на число месяцев фактически имеющегося общего трудового стажа.

Расчетный размер трудовой пенсии при оценке пенсионных прав застрахованного лица может определяться по выбору застрахованного лица либо в порядке, установленном пунктом 3 настоящей статьи, либо в порядке, установленном пунктом 4 настоящей статьи, либо в порядке, установленном пунктом 6 настоящей статьи.

В соответствии с пунктом 2 статьи 30 Федерального закона от 17 декабря 2001 года № 173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации» расчетный размер трудовой пенсии при оценке пенсионных прав застрахованного лица может определяться по выбору застрахованного лица либо в порядке, установленном пунктом 3 настоящей статьи, либо в порядке, установленном пунктом 4 настоящей статьи, либо в порядке, установленном пунктом 6 настоящей статьи.

Из приведенных норм материального права следует, что при назначении пенсии должен выбираться вариант назначения пенсии, а также вариант расчета размера пенсии в наиболее выгодном для застрахованного лица варианте, либо по выбору застрахованного лица. Расчетный размер трудовой пенсии определяется в соответствии с пунктами 3, 4 статьи 30 Федерального закона от 17 декабря 2001 года № 173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации». Статья 30 Федерального закона от 17 декабря 2001 года № 173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации», предусматривая несколько вариантов определения расчетного размера трудовой пенсии застрахованных лиц, позволяет им выбрать наиболее благоприятный вариант исчисления размера пенсии.

В частности, в пункте 3 данной статьи закреплен календарный порядок исчисления продолжительности периодов трудовой и иной общественно полезной деятельности до 01 января 2002 года исходя из продолжительности общего трудового стажа, а в пункте 4 этой же статьи установлена возможность исчисления расчетного размера пенсии в порядке, предусмотренном законодательством Российской Федерации по состоянию на 31 декабря 2001 года, также исходя из продолжительности общего трудового стажа, в который включаются, в том числе, периоды подготовки к профессиональной деятельности - обучение в училищах, школах и на курсах по подготовке кадров, повышению квалификации и по переквалификации, в образовательных учреждениях среднего профессионального и высшего профессионального образования (в средних специальных и высших учебных заведениях), пребывание в аспирантуре, докторантуре, клинической ординатуре.

Содержащийся в пункте 3 статьи 30 Федерального закона от 17 декабря 2001 года № 173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации» перечень трудовой и иной общественно полезной деятельности не предусматривает включение в общий трудовой стаж периодов периоды подготовки к профессиональной деятельности - обучение в училищах, школах и на курсах по подготовке кадров, повышению квалификации и по переквалификации, в образовательных учреждениях среднего профессионального и высшего профессионального образования (в средних специальных и высших учебных заведениях), пребывание в аспирантуре, докторантуре, клинической ординатуре.

Указанные периоды включаются в общий трудовой стаж в целях определения расчетного размера трудовой пенсии застрахованных лиц в случаях, предусмотренных пунктом 4 статьи 30 названного Федерального закона.

Рассматривая заявленные истцом требования, суд исходил из того, что исчисленный пенсионным органом размер пенсии истца по пункту 3 статьи 30 Федерального закона от 17 декабря 2001 года № 173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации» как по наиболее выгодному варианту соответствует нормам пенсионным законодательства, прав истца не нарушает, оснований для перерасчета не имеется.

Порядок исчисления стажа, предусмотренный пунктом 4 статьи 30 Федерального закона от 17 декабря 2001 года № 173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации» при исчислении размера пенсии в порядке, предусмотренном пунктом 3 статьи 30 названного закона, не применяется. Возможность смешения формул подсчета, предусмотренных пунктом 3 и пунктом 4 статьи 30 Федерального закона от 17 декабря 2001 года № 173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации», действующим пенсионным законодательством не предусмотрена.

Включение в общий трудовой стаж периода обучения не противоречит положениям пункта 4 статьи 30 Федерального закона от 17 декабря 2001 года № 173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации», при условии оценки пенсионных прав истца по данному основанию. При этом, пенсионным органом производилась оценка пенсионных прав застрахованного лица по состоянию на 01 января 2002 года путем их конвертации (преобразования) в расчетный пенсионный капитал на основании пункта 3 статьи 30 Федерального закона от 17 декабря 2001 года № 173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации», как наиболее выгодному варианту для истца, не предусматривающего возможность зачета в общий трудовой стаж периода обучения.

Доводы истца, оспаривающие выводы суда в указанной части, являются аналогичными правовой позиции истца при рассмотрении дела судами первой и апелляционной инстанций. Позиция истца проанализирована судом первой инстанции, мотивы, по которым его доводы признаны необоснованными и отклонены, подробно изложены в оспариваемых судебном акте с приведением подробных расчетов. Оснований не соглашаться с выводами суда у судебной коллегии не имеется, поскольку они соответствуют установленным по делу обстоятельствам, сделаны при правильном применении норм материального права и его толковании.

Доводы апелляционной жалобы об обратном основаны исключительно на неверном толковании норм права, регулирующих спорные правоотношения. На основании приведенного нормативного обоснования и исходя из установленных по делу обстоятельств, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об отсутствии нарушений прав истца при назначении и последующем перерасчете размера пенсии.

Доводы апелляционной жалобы истца о том, что судом не дана оценка представленным доказательствам, судебной коллегией не могут быть приняты во внимание, поскольку суд, установив правомерность действий ответчика, указал на отсутствие оснований для удовлетворения требований истца о перерасчете размера пенсии. При этом, судебная коллегия отмечает, что ни в исковом заявлении, ни в апелляционной жалобе истцом не приведено доводов и доказательств, опровергающих установленные судом первой инстанции обстоятельства и его выводов относительно того, что оценка пенсионных прав истца, и, как следствие, расчет страховой пенсии по старости территориальным органом Пенсионного фонда Российской Федерации определены неправильно.

Ссылок на иные обстоятельства, которые не были исследованы судом первой инстанции либо опровергали его выводы, а также на нарушения норм материального и процессуального права, повлиявшие на исход дела, апелляционная жалоба истца не содержит.

Отказывая в удовлетворении исковых требований ФИО1 в части возложении обязанности на ответчика предоставить подробный и обоснованный расчет размера пенсии, а также в части возложении обязанности представить копию выплатного (пенсионного) дела, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что истцом в нарушение статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не представлено относимых и допустимых доказательств, свидетельствующих о нарушении ее прав со стороны ответчика, равно как и доказательств того, что в предоставлении запрашиваемых сведений истцу было отказано.

Судебная коллегия соглашается с данными выводами суда первой инстанции, так как они соответствуют нормам материального права, регулирующим спорные правоотношения, и установленным обстоятельствам дела, учитывая, что по смыслу статьи 11 Гражданского кодекса Российской Федерации основанием для судебной защиты прав является факт их нарушения или оспаривания.

Вместе с тем, из материалов дела следует, что на обращение ФИО1 05 мая 2022 года ответчиком был дан ответ, содержащий подробную информацию об оценке пенсионных права истца по пункту 3 статьи 30 Федерального закона от 17 декабря 2001 года № 173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации» - по наиболее выгодному для истца варианту, в том числе о том, какие периоды учтены в страховой стаж, общий трудовой стаж, проценте валоризации, расчете стажевого коэффициента, периоде работы и среднемесячной заработной плате истца для определения расчетного размера пенсии, об отношении среднемесячного заработка истца к среднемесячной заработной плате в Российской Федерации, расчетный пенсионный капитал за периоды работы после 01 января 2002 года, величине индивидуального пенсионного коэффициента за периоды до 01 января 2015 года и за периоды после 01 января 2015 года, величина индивидуального пенсионного коэффициента (ИПК) за период с 01 января 2015 года на день назначения пенсии (07 апреля 2015 года), перерасчете и индексации страховой пенсии в соответствии с действующим пенсионным законодательством; 11 мая 2022 года ответчиком дан ответ, содержащий сведения о порядке ознакомления с материалами выплатного (пенсионного) дела (том № 2 л.д. 2-3, 4-4а).

Таким образом, само по себе наличие у истца права на получение подробного и обоснованного расчета размера пенсии, а также получение копии выплатного (пенсионного) дела (при отсутствии доказательств нарушения ответчиком данного права, поскольку несогласие с содержанием ответа не свидетельствует о допущенных нарушениях ответчиком при рассмотрении ее обращения) не является основанием для вынесения судебного решения о возложении на ответчика обязанности представить соответствующие документы. Более того, в материалы дела ответчиком представлена копия выплатного (пенсионного) дела ФИО1 в полном объеме, в связи с чем в соответствии с частью 1 статьи 35 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, добросовестно осуществляя свои права и обязанности, истец не была лишена возможности ознакомиться с материалами гражданского дела, однако своим правом истец, равно как и ее представитель, не воспользовались.

Поскольку в ходе судебного разбирательства не было установлено нарушений ответчиком пенсионных прав истца, суд первой инстанции правомерно не установил оснований для взыскания компенсации морального вреда в размере 20 000 рублей. Вывод суда в указанно части соответствует положениям статей 151, 1099, 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также разъяснениям, содержащимся в постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда».

Принимая во внимание, что в удовлетворении исковых требований истцу отказано в силу положений статей 98, 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации оснований для взыскания судебных расходов по оплате юридических услуг в размере 63 000 рублей (том № 1 л.д. 39-41, 42), у суда первой инстанции также не имелось.

Из содержания оспариваемого судебного акта следует, что судом первой инстанции установлены все обстоятельства, входящие в предмет доказывания по данному делу, с соблюдением требований статей 12, 55, 56, 195, части 1 статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в качестве доказательств, отвечающих статьям 59, 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, приняты во внимание представленные в материалы дела письменные и иные доказательства в их совокупности, которым дана оценка как того требует статья 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. Оснований для переоценки представленных доказательств и иного применения норм материального права у суда апелляционной инстанции не имеется, так как выводы суда первой инстанции полностью соответствуют обстоятельствам данного дела, спор по существу разрешен верно.

Иных доводов, которые бы имели правовое значение для разрешения спора и могли повлиять на оценку законности и обоснованности обжалуемого решения, апелляционная жалоба истца не содержит.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с частью 4 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации безусловными основаниями для отмены решения суда первой инстанции, судом не допущено.

Руководствуясь статьями 327-329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определение:

решение Центрального районного суда г. Челябинска от 11 апреля 2023 года оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 17 июля 2023 года.