Решение по делу № 2-105/2023 от 09.02.2023 - о признании права собственности на земельный участок отсутствующим, признании права собственности на земельный участок в порядке наследования.

Дело № 2-105/2023 (2-2163/2022)

УИД 70RS0002-01-2022-004687-89

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

09 февраля 2023 года Ленинский районный суд г. Томска в составе:

председательствующего судьи Перминова И.В.,

при секретаре Зависинском В.А.,

помощнике судьи Пастуховой М.И.,

с участием истца ФИО2 и ее представителя ФИО3, представителя третьего лица ФИО4 ФИО5, рассмотрев в открытом судебном заседании в г.Томске гражданское дело по иску ФИО2 к обществу с ограниченной ответственностью Торгово-промышленная компания «Союс» о признании права собственности на земельный участок отсутствующим, признании права собственности на земельный участок в порядке наследования,

установил:

ФИО2 обратилась в суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью Торгово-промышленная компания «Союс» (далее – ООО ТПК «Союс»), в котором с учетом увеличения требований просит:

1. признать отсутствующим право собственности ООО ТПК «Союс» на земельный участок, общей площадью 1692 +/- 14 кв.м, кадастровый номер <номер обезличен>, расположенный по адресу: <адрес обезличен>, с момента образования путем раздела исходного земельного участка с кадастровым номером <номер обезличен> и присвоения кадастрового номера с 07.09.2016;

2. признать отсутствующим право собственности ФИО2 на земельный участок, общей площадью 1692 +/- 14 кв.м, кадастровый номер <номер обезличен>, расположенный по адресу: <адрес обезличен>, зарегистрированное за номером регистрации <номер обезличен> от 23.01.2017;

3. признать право собственности ФИО2 на земельный участок, общей площадью 1692 +/- 14 кв.м, кадастровый номер <номер обезличен>, расположенный по адресу: <адрес обезличен>, по праву наследования после смерти матери ФИО1, умершей <дата обезличена>.

В обоснование заявленных требований указано, что ФИО2 является наследником, принявшим наследство после смерти матери ФИО1, умершей <дата обезличена>. На основании решения Ленинского районного суда г. Томска от 18.10.2016 по делу № 2-2080/2016 признано право ФИО2 в порядке наследования после смерти наследодателя ФИО1 на два нежилых здания, с кадастровыми номерами <номер обезличен>, <номер обезличен>, расположенных по адресам <адрес обезличен> и <адрес обезличен> соответственно. Указанные здания расположены в границах земельного участка, общей площадью 1692 +/- 14 кв.м, кадастровый номер <номер обезличен>, по адресу: <адрес обезличен>. В целях упрощения процедуры государственной регистрации перехода права собственности на спорный земельный участок на имя собственника зданий ФИО2 13.01.2017 между истцом и ответчиком был заключен договор купли-продажи указанного земельного участка, при этом денежные средства ответчику за указанный земельный участок не передавались. На основании названного договора была произведена государственная регистрация права собственности истца на спорный земельный участок 23.01.2017, номер регистрации <номер обезличен>. Сделка от имени ответчика была осуществлена в лице бывшего супруга истца ФИО4 В настоящее время между ФИО2 и ФИО4 брак расторгнут, рассматривается спор о разделе совместно нажитого имущества супругов. Поскольку истец стала собственником объектов недвижимости в порядке наследования, тогда как наследодатель была стороной договора долевого участия в строительстве, заключенного с ответчиком, к истцу вместе с правом собственности на здания перешло и право собственности на земельный участок, на котором они расположены и который необходим для их использования.

В судебном заседании истец ФИО2 исковые требования поддержала по основаниям, изложенным в исковом заявлении. Дополнительно пояснила, что договор купли-продажи спорного земельного участка от 13.01.2017 был заключен с целью ускорения регистрации перехода права собственности на земельный участок. Считает, что ООО ТПК «Союс» не вправе было отчуждать спорный земельный участок по договору купли-продажи, поскольку земельный участок принадлежал ее матери ФИО1 на основании договора участия в долевом строительстве от 20.05.2002, а затем перешел в порядке наследования ей (ФИО2) вместе с расположенными на нем нежилыми зданиями. Кроме того, представители сторон договора купли-продажи земельного участка от 13.01.2017 не имели полномочий на совершение сделки. При этом подтвердила наличие у ООО «ТПК «Союс» волеизъявления на образование земельного участка с кадастровым номером <номер обезличен>, наличия у сторон договора купли-продажи (ООО ТПК «Союс» и ФИО2) волеизъявления на переход права собственности на спорный земельный участок от ООО ТПК «Союс» в пользу П.Ю.АБ. на основании договора купли-продажи и наличии у нее (П.Ю.АБ.) волеизъявления на приобретение права собственности на земельный участок на основании договора купли-продажи. Подтвердила, что настоящее исковое заявление подано с целью исключения спорного земельного участка из состава совместно нажитого с бывшим супругом Ц.С.АБ. имущества, спор о разделе которого рассматривается Ленинским районным судом г. Томска в рамках гражданского дела № 2-2/2023.

Представитель истца ФИО3, действующая на основании ордера от 19.12.2022 № 000004, в судебном заседании исковые требования поддержала по основаниям, изложенным в исковом заявлении и пояснениях истца. Дополнительно указала на то, что право собственности на спорный земельный участок принадлежало матери ФИО2 ФИО1 на основании договора участия в долевом строительстве от 20.05.2002. Заключение договора купли-продажи земельного участка от 13.01.2017 было направлено на упрощение перехода права собственности на спорный земельный участок в пользу ФИО2 При этом денежные средства по данному договору фактически не передавались, намерения покупать данный земельный участок у ФИО2 не было.

Представитель ответчика ООО ТПК «Союс» директор ФИО6, действующий на основании Устава, надлежащим образом извещенный о времени и месте судебного разбирательства, в судебное заседание не явился, представил заявление о признании исковых требований в полном объеме.

Представитель третьего лица ФИО4 ФИО5, действующая на основании ордера от 10.11.2022 и доверенности от 12.10.2020 сроком на три года, в судебном заседании исковые требования считала не подлежащими удовлетворению. Заявила о пропуске срока исковой давности. Также заявила о применении последствий ст.10 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи со злоупотреблением истцом своим правом, так как исковые требования направлены на исключение спорного земельного участка из объема совместно нажитого с Ц.С.АБ. имущества супругов, спор о разделе которого рассматривается Ленинским районным судом г. Томска. Указала, что все действия, направленные на формирование спорного земельного участка, его отчуждение от ООО ТПК «Союс», единственным участником и директором которого является ФИО2, в пользу ФИО2 как физического лица, являлись осознанными и целенаправленными. Договор купли-продажи земельного участка от 13.01.2017 сторонами не оспаривался, решением Арбитражного суда Томской области от 21.06.2021 по делу № 67А-3711/2022 в удовлетворении требований ИП ФИО2 о признании данного договора недействительной сделкой отказано. Указала, что доверенности представителей сторон сделки от 13.01.2017 также не оспаривались. Считает, что признание ООО ТПК «Союс» исковых требований нарушает права третьего лица ФИО4, поскольку повлечет исключение имущества из совместной собственности супругов ФИО2 и ФИО4 Считает, что признание права собственности ФИО2 на спорный земельный участок в порядке наследования не восстановит ее права, так как в настоящее время за истцом уже зарегистрировано право собственности на земельный участок. Указывала на то, что на момент смерти наследодателя ФИО7 спорный земельный участок не существовал, а потому не мог перейти в порядке наследования ФИО2 При этом требования о включении спорного земельного участка в состав наследства ФИО7 не заявлялось.

Третьи лица ФИО4, нотариус ФИО8, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства, в судебное заседание не явились, о причинах неявки не сообщили, об отложении судебного заседания не ходатайствовали.

На основании положений ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Заслушав истца и его представителя, представителя третьего лица, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

Согласно п. 1 ст. 209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом (п. 2 ст. 209 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Владение, пользование и распоряжение землей и другими природными ресурсами в той мере, в какой их оборот допускается законом (статья 129), осуществляются их собственником свободно, если это не наносит ущерба окружающей среде и не нарушает прав и законных интересов других лиц (п. 2 ст. 209 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно п. 1 ст. 271 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник здания, сооружения или иной недвижимости, находящейся на земельном участке, принадлежащем другому лицу, имеет право пользования предоставленным таким лицом под эту недвижимость земельным участком.

В силу п. 2 ст. 271 Гражданского кодекса Российской Федерации при переходе права собственности на недвижимость, находящуюся на чужом земельном участке, к другому лицу оно приобретает право пользования соответствующим земельным участком на тех же условиях и в том же объеме, что и прежний собственник недвижимости.

Переход права собственности на земельный участок не является основанием прекращения или изменения принадлежащего собственнику недвижимости права пользования этим участком.

В соответствии с п. 1 ст. 552 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору продажи здания, сооружения или другой недвижимости покупателю одновременно с передачей права собственности на такую недвижимость передаются права на земельный участок, занятый такой недвижимостью и необходимый для ее использования.

В случае, когда продавец является собственником земельного участка, на котором находится продаваемая недвижимость, покупателю передается право собственности на земельный участок, занятый такой недвижимостью и необходимый для ее использования, если иное не предусмотрено законом (п. 2 ст. 552 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно п. 1 ст. 35 Земельного кодекса Российской Федерации при переходе права собственности на здание, сооружение, находящиеся на чужом земельном участке, к другому лицу оно приобретает право на использование соответствующей части земельного участка, занятой зданием, сооружением и необходимой для их использования, на тех же условиях и в том же объеме, что и прежний их собственник.

В силу п. 4 ст. 35 Земельного кодекса Российской Федерации не допускается отчуждение земельного участка без находящихся на нем здания, сооружения в случае, если они принадлежат одному лицу.

Таким образом, в случае, если земельный участок и расположенные на нем объекты недвижимости принадлежат на праве собственности одному лицу, сделка по отчуждению объекта не может быть совершена без отчуждения земельного участка, на котором он находится.

Собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения (ст. 304 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Защита гражданских прав осуществляется способами, закрепленными в статье 12 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также иными способами, предусмотренными законом. Способ защиты должен соответствовать содержанию нарушенного права и характеру нарушения. Необходимым условием применения того или иного способа защиты гражданских прав является обеспечение восстановления нарушенного права (п. 1 ст. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 21.04.2003 № 6-П указал, что Гражданский кодекс РФ не ограничивает заинтересованных лиц в выборе способа защиты нарушенного права и не ставит использование общих гражданско-правовых способов защиты в зависимость от наличия способов специальных. Граждане и юридические лица в силу статьи 9 ГК РФ вправе осуществить этот выбор по своему усмотрению с учетом статьи 12 ГК РФ, исходя из характера спорных правоотношений и существа нарушенного права.

В соответствии с положениями статьи 8.1 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, предусмотренных законом, права, закрепляющие принадлежность объекта гражданских прав определенному лицу, ограничения таких прав и обременения имущества (права на имущество) подлежат государственной регистрации. Государственная регистрация прав на имущество осуществляется уполномоченным в соответствии с законом органом на основе принципов проверки законности оснований регистрации, публичности и достоверности государственного реестра.

Из п. 1 ст. 131 Гражданского Кодекса Российской Федерации следует, что право собственности и другие вещные права на недвижимые вещи, ограничения этих прав, их возникновение, переход и прекращение подлежат государственной регистрации в едином государственном реестре органами, осуществляющими государственную регистрацию прав на недвижимость и сделок с ней. Регистрации подлежат: право собственности, право хозяйственного ведения, право оперативного управления, право пожизненного наследуемого владения, право постоянного пользования, ипотека, сервитуты, а также иные права в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом и иными законами.

Статьей 219 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что право собственности на здания, сооружения и другое вновь создаваемое недвижимое имущество, подлежащее государственной регистрации, возникает с момента такой регистрации.

В соответствии с п. 2 ст. 223 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, когда отчуждение имущества подлежит государственной регистрации, право собственности у приобретателя возникает с момента такой регистрации, если иное не установлено законом.

Частью 3 статьи 1 Федерального закона от 13.07.2015 № 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости» установлено, что государственная регистрация прав на недвижимое имущество - юридический акт признания и подтверждения возникновения, изменения, перехода, прекращения права определенного лица на недвижимое имущество или ограничения такого права и обременения недвижимого имущества (далее - государственная регистрация прав).

Согласно ч. 5 ст. 1 Федерального закона от 13.07.2015 № 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости» государственная регистрация права в Едином государственном реестре недвижимости является единственным доказательством существования зарегистрированного права. Зарегистрированное в Едином государственном реестре недвижимости право на недвижимое имущество может быть оспорено только в судебном порядке.

В пункте 52 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации №10, Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации № 22 от 29.04.2010 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» разъяснено, что Оспаривание зарегистрированного права на недвижимое имущество осуществляется путем предъявления исков, решения по которым являются основанием для внесения записи в ЕГРП. В частности, если в резолютивной части судебного акта решен вопрос о наличии или отсутствии права либо обременения недвижимого имущества, о возврате имущества во владение его собственника, о применении последствий недействительности сделки в виде возврата недвижимого имущества одной из сторон сделки, то такие решения являются основанием для внесения записи в ЕГРП.

В случаях, когда запись в ЕГРП нарушает право истца, которое не может быть защищено путем признания права или истребования имущества из чужого незаконного владения (право собственности на один и тот же объект недвижимости зарегистрировано за разными лицами, право собственности на движимое имущество зарегистрировано как на недвижимое имущество, ипотека или иное обременение прекратились), оспаривание зарегистрированного права или обременения может быть осуществлено путем предъявления иска о признании права или обременения отсутствующими.

Ответчиком по иску, направленному на оспаривание зарегистрированного права или обременения, является лицо, за которым зарегистрировано спорное право или обременение. Ответчиками по иску, направленному на оспаривание прав или обременений, вытекающих из зарегистрированной сделки, являются ее стороны (п. 53 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 10, Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации № 22 от 29.04.2010.

Иск о признании зарегистрированного права или обременения отсутствующим является исключительным способом защиты, который подлежит применению лишь тогда, когда нарушенное право истца не может быть защищено посредством предъявления специальных исков, предусмотренных действующим гражданским законодательством. Выбор способа защиты вещного права, квалификация спорного отношения судом и разрешение вещно-правового конфликта зависит от того, в чьем фактическом владении находится спорное имущество (п. 3 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2019), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 24.04.2019).

Иск об отсутствии права имеет узкую сферу применения и не может заменять собой виндикационный, негаторный или иные иски, поскольку допустим только при невозможности защиты нарушенного права иными средствами. Выбор способа защиты вещного права, квалификация спорного отношения судом и разрешение вещно-правового конфликта зависит от того, в чьем фактическом владении находится спорное имущество.

По смыслу вышеуказанных норм в их взаимосвязи, иск о признании права отсутствующим может быть удовлетворен судом в случае, если истец является владеющим собственником недвижимости, право которого зарегистрировано в ЕГРН. Таким образом, выбор способа нарушенного права должен соответствовать характеру нарушенного права, способ защиты права, избранный истцом, должен в результате применения восстанавливать это нарушенное право.

При избрании способа защиты путем признания права отсутствующим запись в ЕГРН должна нарушать права истца, то есть истец должен обладать аналогичным с ответчиком правом в отношении объекта имущественных прав, поскольку в противном случае признание права ответчика отсутствующим не восстановит нарушенные права истца.

Обязательным основанием иска о признании права отсутствующим является отсутствие у другого лица (ответчика) титула (основания) возникновения данного права на конкретный объект и наличие такового у истца.

В судебном заседании установлено и из материалов дела следует, что 01.12.2009 между муниципальным образованием «Город Томск» в лице департамента экономического развития и управления муниципальной собственностью администрации г. Томска и ООО ТПК «Союс» заключен договор купли-продажи земельного участка №8713/2009, по условиям которого ООО ТПК «Союс» приобрело в собственность земельный участок площадью 4662,08 кв.м, кадастровый номер <номер обезличен>, расположенный по адресу: <адрес обезличен>.

Право собственности ООО ТПК «Союс» на данный земельный участок зарегистрировано 12.02.2010.

06.06.2014 единственным участником ООО ТПК «Союс» ФИО9 принято решение № 1 о разделе земельного участка общей площадью 4662,08 кв.м с кадастровым номером <номер обезличен>, расположенного по адресу: <адрес обезличен>, принадлежавшего Обществу на праве собственности на основании договора купли-продажи земельного участка от 01.12.2009 № 8713/2009, на два земельных участка:

1. общей площадью 4307+/-23 кв.м, с кадастровым номером <номер обезличен>, расположенного по адресу: <адрес обезличен>;

2. общей площадью 355+/-7 кв.м, с кадастровым номером <номер обезличен>, расположенного по адресу: <адрес обезличен>.

Из материалов дела следует, что решением единственного участника ООО ТПК «Союс» ФИО2 от 31.08.2015 на должность директора ООО ТПК «Союс» избрана ФИО2

На основании принятого в 2016 году решения единственного участника ООО ТПК «Союс» ФИО2 земельный участок общей площадью 4307+/-23 кв.м, кадастровый номер <номер обезличен>, расположенный по адресу: <адрес обезличен>, был разделен на два земельных участка:

1. площадью 1692+/-14 кв.м, с кадастровым номером <номер обезличен>, расположенного по адресу: <адрес обезличен>;

2. общей площадью 2615+/-18 кв.м, с кадастровым номером <номер обезличен>, расположенного по адресу: <адрес обезличен>.

Кадастровый номер спорному земельному участку присвоен 07.09.2016.

Данные обстоятельства подтверждаются заявлением от 06.09.2016 о постановке указанных земельных участков на государственный кадастровый учет, выписками из ЕГРН от 04.04.2022 и от 14.12.2020 в отношении указанных земельных участков соответственно, а также из пояснений истца, его представителя и представителя третьего лица ФИО4

Таким образом, учитывая приведенные выше нормы Гражданского кодекса Российской Федерации и Федерального закона от 13.07.2015 № 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости», право собственности ООО «ТПК «Союс» на земельный участок с кадастровым номером <номер обезличен> и образованные из данного земельного участка земельный участок с кадастровым номером <номер обезличен>, в последующем земельный участок с кадастровым номером <номер обезличен>, возникло с момента их государственной регистрации.

Заявляя требование о признании отсутствующим право собственности ООО ТПК «Союс» на земельный участок, кадастровый номер <номер обезличен>, расположенный по адресу: <адрес обезличен>, с момента образования путем раздела исходного земельного участка с кадастровым номером <номер обезличен> и присвоения кадастрового номера с 07.09.2016, ФИО2 ссылалась на те обстоятельства, что право собственности на спорный земельный участок перешло ее матери ФИО1 на основании договора долевого участия в строительстве от 20.05.2002, а в последующем ей (ФИО2) в порядке наследования.

Разрешая данное требование, суд находит его не подлежащим удовлетворению исходя из следующего.

Судом установлено, что 20.05.2002 между ООО ТПК «Союс» (управление) и ФИО1 (дольщик) заключен договор долевого участия в строительстве <адрес обезличен>, по условиям которого управление организует строительство административно-торгового комплекса по <адрес обезличен> и принимает долевое участие дольщика (п. 1.1).

Средняя площадь нежилых помещений дольщика составляет 1850 кв.м. (п. 2.4).

В силу п. 4.2 договора расходы по оформлению земельного участка в случае необходимости такового возлагаются на дольщика, из чего следует, что право на соответствующий участок переходит в силу закона и договора к дольщику.

Решением Ленинского районного суда г. Томска от 18.10.2016 по делу № 2-2080/2016 право собственности ООО ТПК «Союс» на нежилое здание по адресу: <адрес обезличен>, общей площадью 1 765,9 кв.м и на нежилое здание по адресу: <адрес обезличен>, общей площадью 86 кв.м признано отсутствующим. За ФИО2 признано право собственности после смерти матери ФИО1, умершей <дата обезличена>, в порядке наследования право собственности на нежилое здание по адресу: <адрес обезличен>, общей площадью 1 765,9 кв.м (кадастровый номер <номер обезличен>) и на нежилое здание по адресу: <адрес обезличен> общей площадью 86 кв.м (кадастровый номер <номер обезличен>).

Данным решением суда от 18.10.2016 установлено, что истец ФИО2 является наследником, принявшим наследство после смерти матери ФИО1, умершей <дата обезличена>, а также установлено, что в соответствии с договором от 20.05.2002 доле дольщика соответствует два нежилых здания <адрес обезличен>, обшей площадью 1765,9 кв.м и здания по адресу: <адрес обезличен>, общей площадью 86 кв.м.

При таких обстоятельствах, в силу приведенных выше норм Гражданского кодекса Российской Федерации и Земельного кодекса Российской Федерации, ФИО2, являющейся собственником объектов недвижимости (нежилых зданий) с кадастровыми номерами <номер обезличен> и <номер обезличен> в порядке наследования, построенных наследодателем ФИО1 по договору долевого участия в строительстве, заключенного с ООО ТПК «Союс», вместе с правом собственности на здания перешло и право собственности на земельный участок, на котором они расположены и который необходим для их использования.

Согласно выписке из ЕГРН от 04.04.2022 перешедшие ФИО2 в порядке наследования нежилые здания по адресу: <адрес обезличен>, общей площадью 1765,9 кв.м и по адресу: <адрес обезличен>, общей площадью 86 кв.м, расположены на земельном участке с кадастровым номером <номер обезличен>.

Вместе с тем, как указано выше, земельный участок с кадастровым номером <номер обезличен>, расположенный по адресу: <адрес обезличен>, был образован на основании решения единственного участника ООО ТПК «Союс» ФИО2 из земельного участка, площадью 4307+/-23 кв.м, с кадастровым номером <номер обезличен>, образованного, в свою очередь, на основании решения единственного участника ООО ТПК «Союс» ФИО9 от 06.06.2014 из земельного участка, площадью 4662,08 кв.м, кадастровый номер <номер обезличен>, расположенного по адресу: <адрес обезличен>, приобретенного ООО ТПК «Союс» на основании договора купли-продажи земельного участка от 01.12.2009.

То есть, приобретенные ФИО2 в порядке наследования нежилые здания с кадастровыми номерами <номер обезличен> и <номер обезличен> на момент смерти наследодателя ФИО1 располагались на земельном участке с кадастровым номером <номер обезличен>. Спорный земельный участок не существовал.

При обращении ФИО2 в суд с иском к ООО ТПК «Союс» о признании права собственности в порядке наследования на нежилые здания с кадастровыми номерами <номер обезличен> и <номер обезличен> в рамках гражданского дела № 2-2080/2016, последней право собственности ООО ТПК «Союс» на земельный участок с кадастровым номером <номер обезличен>, на образованный спорный земельный участок и основания приобретения ООО ТПК «Союс» прав на указанные земельные участки не оспаривались, требования о включении земельного участка с кадастровым номером <номер обезличен> и спорного земельного участка в состав наследства ФИО1 не заявлялись.

При этом ФИО2, являясь единственным участником и директором ООО ТПК «Союс», не могла не знать об обстоятельствах образования и приобретения ООО ТПК «Союс» прав на спорный земельный участок, учитывая, что спорный земельный участок был сформирован на основании ее решения.

Однако, право собственности ООО ТПК «Союс» ни на земельный участок с кадастровым номером <номер обезличен>, ни на образованный из него земельный участок с кадастровым номером <номер обезличен>, ни на образованный земельный участок с кадастровым номером <номер обезличен>, ни решения единственных участников ООО ТПК «Союс» ФИО9, а затем ФИО2 об образовании данных земельных участков, ни регистрационные записи об образовании данных земельных участков и регистрации права собственности на них за ООО ТПК «Союс» долевым участником строительства расположенных на них нежилых зданий ФИО1 (при жизни) и наследником ФИО2 не оспаривались.

Следовательно, как наследодателем ФИО1, так и наследником ФИО2 признавалось право собственности ООО ТПК «Союс» на указанные земельные участки и не оспаривались действия ответчика по распоряжению ими.

Исходя из изложенного, суд приходит к выводу о том, право собственности ООО ТПК «Союс» на земельный участок <номер обезличен> приобретено и сохранялось до момента его отчуждения на законных основаниях, а потому исковые требования ФИО2 о признании отсутствующим право собственности ООО ТПК «Союс» на данный земельный участок с момента образования путем раздела исходного земельного участка с кадастровым номером <номер обезличен> и присвоения кадастрового номера с 07.09.2016 не подлежащими удовлетворению.

Разрешая требования о признании отсутствующим право собственности ФИО2 на земельный участок, общей площадью 1692 +/- 14 кв.м, кадастровый номер <номер обезличен>, расположенный по адресу: <адрес обезличен>, и признать право собственности ФИО2 на данный земельный участок по праву наследования после смерти матери ФИО1., умершей <дата обезличена>, суд также считает их не подлежащими удовлетворению исходя из следующего.

В соответствии с п. 1 ст. 14 Федерального закона от 13.07.2015 № 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости» государственный кадастровый учет и (или) государственная регистрация прав осуществляются на основании заявления, за исключением установленных настоящим Федеральным законом случаев, и документов, поступивших в орган регистрации прав в установленном настоящим Федеральным законом порядке.

Согласно подп. 2 п. 2 ст. 14 Федерального закона от 13.07.2015 № 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости» основаниями для осуществления государственного кадастрового учета и (или) государственной регистрации прав являются договоры и другие сделки в отношении недвижимого имущества, совершенные в соответствии с законодательством, действовавшим в месте расположения недвижимого имущества на момент совершения сделки.

Из материалов дела следует, что согласно общедоступным сведениям Единого государственного реестра юридических лиц истец являлась директором ответчика с 02.02.2015 до 02.06.2022 и единственным участником с 28.08.2015 по настоящее время.

12.01.2017 единственным участником ООО ТПК «Союс» ФИО2 принято решение продать принадлежащий ООО ТПК «Союс» земельный участок, общей площадью 1692 +/- 14 кв.м, кадастровый номер <номер обезличен>, по адресу: <адрес обезличен>, за 565085 руб.

13.01.2017 между ООО ТПК «Союс» в лице ФИО4 (продавец) и П.Ю.АБ. в лице представителя ФИО3 (покупатель) заключен договор купли-продажи земельного участка, по условиям п. 1 которого продавец обязуется передать в собственность, а покупатель – принять и оплатить на условиях настоящего договора следующее имущество - земельный участок, категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: для эксплуатации и обслуживания комплекса административно-торговых зданий, кафе и гаражей, кадастровый номер <номер обезличен>, общей площадью 1692 +/- 14 кв.м, по адресу: <адрес обезличен>.

Указанный объект принадлежит продавцу на праве собственности на основании договора купли-продажи земельного участка от 01.12.2009 № 8713/2009, решения единственного участника ООО ТПК «Союс» от 06.06.2014, решения собственника о разделе земельного участка от 12.01.2017 (п. 2 договора).

В соответствии с п. 4 договора цена объекта составляет 565 085 руб. Расчет между сторонами произведен до момента подписания настоящего договора путем внесения денежных средств покупателем в кассу продавца.

Передача объекта, предусмотренного в п. 1 настоящего договора, от продавца к покупателю осуществляется в момент подписания настоящего договора, который одновременно является передаточным актом, то есть подписание настоящего договора сторонами свидетельствует о совершении ими действий по приему-передаче отчуждаемого земельного участка от продавца к покупателю.

Право собственности на объект переходит к покупателю с момента государственной регистрации перехода права собственности (п. 5 договора).

Согласно выписке из ЕГРН от 04.04.2022 право собственности ФИО2 на земельный участок с кадастровым номером <номер обезличен>, расположенный по адресу: <адрес обезличен>, зарегистрировано 23.01.2017.

Данные обстоятельства установлены вступившим в силу решением Арбитражного суда Томской области от 21.06.2022 по делу № А67-3711/2022, а также представленными в материалы дела выпиской из ЕГРЮЛ от 19.09.2022 в отношении ООО ТПК «Союс», копией договора купли-продажи земельного участка от 13.01.2017, выпиской из ЕГРН от 04.04.2022.

В судебном заседании истец утверждала, что заключение договора купли-продажи земельного участка от 13.01.2017 было направлено на упрощение процесса государственной регистрации перехода права собственности на земельный участок.

Вместе с тем, проанализировав представленные в материалы дела доказательства, суд находит установленным, что у ФИО2 как единственного участника и директора ООО ТПК «Союс» имелось волеизъявление на образование земельного участка с кадастровым номером <номер обезличен>, его последующую продажу, то есть отчуждение от ООО ТПК «Союс», ей (ФИО2) как физическому лицу и наличие у ФИО2 как физического лица волеизъявления на приобретение спорного земельного участка в свою собственность именно на основании договора купли-продажи, для чего были совершены последовательные действия, направленные на переход права собственности на земельный участок (принятие ООО ТПК «Союс» решения о продаже земельного участка, заключение договора купли-продажи) и государственную регистрацию перехода права собственности в пользу ФИО2 именно на основании договора купли-продажи.

При этом государственная регистрация права собственности на спорный земельный участок за ФИО2 была произведена на основании представленного регистрирующему органу заявления о государственной регистрации прав на спорный земельный участок и приложенного к нему договора купли-продажи земельного участка от 13.01.2017.

Исходя из изложенного, учитывая наличие волеизъявление сторон договора от 13.01.2017 на переход права собственности спорного земельного участка в пользу ФИО2 на основании договора купли-продажи данного земельного участка, суд не находит оснований для признания права собственности ФИО2 на спорный земельный участок на основании договора купли-продажи от 13.01.2017 отсутствующим и признании за ней права собственности на данный земельный участок в порядке наследования.

Также суд считает необходимым указать на то, что на момент подачи иска право собственности на земельный участок с кадастровым номером <номер обезличен>, расположенный по адресу: <адрес обезличен>, зарегистрировано за ФИО2 Сведения о зарегистрированных правах на спорный земельный участок за ООО ТПК «Союс» в ЕГРН отсутствуют. Следовательно, ответчиком ООО ТПК «Союс» какие-либо права и законные интересы истца владельца объекта недвижимости не нарушаются.

Доводы стороны истца об отсутствии полномочий у лиц, подписавших договор купли-продажи земельного участка от 13.01.2017 (ФИО4 от имени ООО ТПК «Союс» и ФИО3 от имени ФИО2), суд считает несостоятельными, поскольку в судебном заседании истец подтвердила, что у сторон сделки (ООО ТПК «Союс» в лице ФИО2 и ФИО2 как физического лица) имелось волеизъявление на переход права собственности на земельный участок от ООО ТПК «Союс» в пользу ФИО2, на что стороны выдали своим представителям нотариальные доверенности от 12.01.2017 на совершение действий, направленных на переход права собственности на спорный земельный участок путем заключения договора купли-продажи и последующей передачи документов в регистрирующий орган для регистрации перехода права собственности именно на основании договора купли-продажи земельного участка от 13.01.2017.

Договор купли-продажи земельного участка от 13.01.2017 недействительным не признавался, вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Томской области от 21.06.2022 по делу № А67-3711/2022 в удовлетворении таких требований ИП ФИО2 отказано, переход права собственности на земельный участок прошел государственную регистрацию в установленном законом порядке.

Доводы истца и его представителя о безденежности договора купли-продажи спорного земельного участка 13.01.2017, в подтверждение чего предоставлены справки о доходах ФИО2, ФИО4 за 2016 год, за 2017 год, расчетный листок ФИО2 за 2016 год, налоговая декларация ФИО2 за 2017 год, книга учета доходов и расходов организаций и индивидуальных предпринимателей, применяющих упрощенную систему налогообложения ООО ТПК «Союс» за 2017 год, налоговая декларация ООО ТПК «Союс» за 2017 год, уведомление ИФН по г. Томску № 18-10011 от 20.08.2018 и ответ ООО ТПК «Союс» на данное уведомление от 24.08.2018, являются несостоятельными, поскольку договор купли-продажи земельного участка от 13.01.2017 недействительным по основаниям его безденежности не признавался, в п. 4 договора указано, что расчет между сторонами произведен до момента подписания настоящего договора путем внесения денежных средств покупателем в кассу продавца. Кроме того, представленные документы о доходах истца и третьего лица не отражают всех источников доходов, на которые данный земельный участок мог быть приобретен в собственность ФИО2

В судебном заседании представителем третьего лица ФИО4 ФИО5 заявлено о злоупотреблении истцом правом при обращении в суд с рассматриваемыми исковыми требованиями.

Данное заявление суд считает обоснованным.

Так, в судебном заседании установлено, следует из системы ГАС «Правосудие», пояснений истца и представителя третьего лица ФИО4, что в производстве Ленинского районного суда г. Томска находится гражданское дело № 2-2/2023 по иску ФИО2 к Ц.С.АВ. о разделе совместно нажитого имущества, одним из объектов спорного имущества по которому является земельный участок с кадастровым номером <номер обезличен>, расположенный по адресу: <адрес обезличен>.

По мнению представителя третьего лица ФИО4, поскольку в настоящее время земельный участок является общим совместным имуществом, целью иска направлена именно на изменение правового статуса данного земельного участка.

В судебном заседании ФИО2 подтвердила, что целью обращения с иском в суд является исключение спорного земельного участка из объема совместно нажитого имущества супругов, раздел которого производится в рамках рассматриваемого Ленинским районным судом г. Томска гражданского дела № 2-2/2023.

В соответствии с пп. 3 и 4 ст. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Согласно п. 1 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (п. 2 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В случае, если злоупотребление правом выражается в совершении действий в обход закона с противоправной целью, последствия, предусмотренные пунктом 2 настоящей статьи, применяются, поскольку иные последствия таких действий не установлены настоящим Кодексом (п. 3 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

На основании изложенного, учитывая, что целью обращения ФИО2 в суд с настоящим иском является вывод имущества из объема совместно нажитого имущества супругов ФИО4 и ФИО2, суд приходит к выводу о злоупотреблении истцом своими правами и применении ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении иска.

В силу ч. 2 ст. 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд не принимает отказ истца от иска, признание иска ответчиком и не утверждает мировое соглашение сторон, если это противоречит закону или нарушает права и законные интересы других лиц.

Поскольку признание иска ответчиком в данном случае нарушает права третьего лица ФИО4, суд не принимает признание ответчиком исковых требований.

Также представителем третьего лица ФИО4 ФИО5 заявлено об истечении срока исковой давности по предъявленному иску.

Суд считает заявление об истечении срока исковой давности также обоснованным.

Так, положения статьи 195 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривают, что исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

В соответствии со статьей 196 Гражданского кодекса Российской Федерации общий срок исковой давности устанавливается в три года.

Согласно положениям ст. 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права. По обязательствам с определенным сроком исполнения течение срока исковой давности начинается по окончании срока исполнения.

В пункте 57 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации №10, Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации № 22 от 29.04.2010 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» разъяснено, что течение срока исковой давности по искам, направленным на оспаривание зарегистрированного права, начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о соответствующей записи в ЕГРП. При этом сама по себе запись в ЕГРП о праве или обременении недвижимого имущества не означает, что со дня ее внесения в ЕГРП лицо знало или должно было знать о нарушении права.

Пунктом 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» установлено, что истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 ГК РФ). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца – физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

Как указано в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 03.11.2006 № 445-О «По жалобам граждан ФИО10 и ФИО11 на нарушение их конституционных прав положениями статьи 208 Гражданского кодекса Российской Федерации», институт исковой давности в гражданском праве имеет целью упорядочить гражданский оборот, создать определенность и устойчивость правовых связей, дисциплинировать их участников, способствовать соблюдению хозяйственных договоров, обеспечить своевременную защиту прав и интересов субъектов гражданских правоотношений, поскольку отсутствие разумных временных ограничений для принудительной защиты нарушенных гражданских прав приводило бы к ущемлению охраняемых законом прав и интересов ответчиков и третьих лиц, которые не всегда могли бы заранее учесть необходимость собирания и сохранения значимых для рассмотрения дела сведений и фактов. Применение судом по заявлению стороны в споре исковой давности защищает участников гражданского оборота от необоснованных притязаний и одновременно побуждает их своевременно заботиться об осуществлении и защите своих прав.

Поскольку исковая давность применяется только по заявлению стороны в споре (п.2 ст. 199 Гражданского кодекса Российской Федерации), соответствующее заявление, сделанное третьим лицом, по общему правилу не является основанием для применения судом исковой давности. Вместе с тем заявление о пропуске срока исковой давности может быть сделано третьим лицом, если в случае удовлетворения иска к ответчику возможно предъявление ответчиком к третьему лицу регрессного требования или требования о возмещении убытков (п. 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности»).

Исходя из изложенного, третье лицо приобретает право заявлять о применении срока исковой давности только тогда, когда имеет собственный (прямой, а не косвенный) охраняемый законом интерес, подлежащий защите посредством исковой давности, которая в таком случае не может быть поставлена в исключительную зависимость от процессуального поведения ответчика, особенно в случаях аффилированости истца с ответчиком, занятия последним пассивной процессуальной позиции по делу.

Принимая во внимание фактические обстоятельства спора, суд полагает, что у третьего лица в данном случае имеется право на заявление об истечении срока исковой давности, поскольку удовлетворение иска напрямую влияет на его гражданские права, приводя к уменьшению объема совместно нажитого имущества. Кроме того, с учетом аффилированности истца и ответчика и признания ответчиком иска у третьего лица ФИО4 нет других способов защищать свои права в рамках настоящего спора.

Учитывая дату вступления истца в должность директора ООО ТПК «Союс» (31.08.2015), дату присвоения спорному земельному участку кадастрового номера (07.09.2016), дату признания за истцом права собственности на нежилые здания, расположенные на спорном земельном участке (решение Ленинского районного суда г.Томска от 18.10.2016), дату заключения договора купли-продажи спорного земельного участка (13.01.2017), регистрацию за истцом права собственности на земельный участок (23.01.2017) – именно с указанных дат истцу ФИО2 было известно об основаниях возникновения у ООО ТПК «Союс» и у нее (ФИО2) прав на спорный земельный участок, и дату обращения в суд с настоящим иском (20.10.2022), суд приходит к выводу о пропуске истцом установленного трехлетнего срока исковой давности по всем заявленным требованиям, что является самостоятельным основанием для отказа в иске.

При таких обстоятельствах, исковые требования ФИО2 к ООО ТПК «Союс» о признании права собственности на земельный участок отсутствующим, признании права собственности на земельный участок в порядке наследования удовлетворению не подлежат.

Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

в удовлетворении исковых требований ФИО2 к обществу с ограниченной ответственностью «Торгово-промышленная компания «Союс» о признании права собственности на земельный участок отсутствующим, признании права собственности на земельный участок в порядке наследования отказать.

Решение может быть обжаловано в Томский областной суд через Ленинский районный суд г. Томска в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий И.В. Перминов

Мотивированный текст решения суда изготовлен 16.02.2023.