Решение по делу № 2-1976/2025 от 24.07.2025 - о компенсации морального вреда.

Дело №

УИД 36RS0№-63

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

14 июля 2025 года Левобережный районный суд города Воронежа в составе: председательствующего судьи Шпаковой Н.А.

при секретаре Логачевой Н.А.

с участиемст. пом. прокурора Левобережного района г. Воронежа Лютиковой И.Н.,

представителя истца ФИО1,

представителя ответчикаООО «Стекло и Камень» - ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда гражданское дело по иску ФИО3 к ООО «Стекло и Камень», ФИО4 о компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО3 обратился в суд с иском к ответчикам ООО «Стекло и Камень», ФИО4 о компенсации морального вреда, указывая, что ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ г. рождения погиб 20.02.2023 в результате несчастного случая на территории ООО «Стекло и Камень» по адресу: <адрес> поле, <адрес>В.Приговором Левобережного районного суда г. Воронежа от 01.02.2024 ответчик ФИО4 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного частью 3 статьи 264 Уголовного кодекса Российской Федерации, ему назначено наказание в виде 1 года 6 месяцев лишения свободы. На основании части 2 статьи 53.1 Уголовного кодекса Российской Федерации, назначенное ФИО4 наказание в виде лишения свободы заменено принудительными работами на 1 год 6 месяцев с удержанием из заработка осужденного 10% в доход уголовно-исполнительной системы, назначено к основному наказанию в виде принудительных работ дополнительное наказание в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, сроком на 1 год 6 месяцев. Преступление совершено при следующих обстоятельствах, 20.02.2023 утром водитель ФИО4, управляя автомобилем марки АБ53435С (на базе КАМАЗ с краном-манипулятором) с регистрационным знаком К862Е0136, заехал на территорию ООО «Стекло и Камень» по адресу: г. <адрес> для погрузки, транспортировки и разгрузки бетонных плит с участием стропальщиков ФИО5 и ФИО6, которые являлись сотрудниками данной организации. После погрузки бетонных плит в кузов автомобиля КАМАЗ, водитель ФИО4, проявив небрежность и в нарушение п. 23.2 ПДД не убедился надлежащем креплении груза во избежание его падения и в период времени с 10.30 час. до 11.40 мин. (точное время следствием не установлено) при начале движения на территории ООО «Стик» допустил наезд левым колесом на неровность и падение находящихся в кузове данного автомобиля бетонных плит на идущего вблизи правого борта автомобиля пешехода ФИО5, который от полученных травм скончался на месте происшествия. Приговор не обжаловался и вступил в законную силу 17.02.2024. Согласно заключению эксперта № 220/692 от 08.08.2023 ФИО5 были причинены множественные травмы, которые привели к наступлению смерти. На основании трудового договора ФИО5 состоял в трудовых отношениях с ООО «Стекло и Камень» и работал в должности подсобного рабочего.Преступления можно было бы избежать, если бы работодатель обеспечил безопасные условия труда, предусмотренные статьями 209, 210 Трудового кодекса РФ, и обеспечил безопасность работников при проведении погрузо-разгрузочных работ бетонных плит на территории ООО «Стик», проведя инструктаж с участником погрузо-разгрузочных работ с водителем КАМАЗ ФИО4 Старший ответственный за проведением данных работ ФИО7 в момент произошедшего отсутствовал на месте. В акте о несчастном случае на производстве Н-1 от 20.02.2023 отражена неудовлетворительная организация производства работ ООО «Стик». Проведение работ по погрузке и разгрузке железобетонных плит являлись разовыми работами, которые не связаны с прямыми должностными обязанностями подсобного рабочего ФИО5 Перед проведением данных работ ФИО5 был проведен устный инструктаж. Проведение данного инструктажа работодателем не зафиксировано. При рассмотрении случая со смертельным исходом, произошедшего 20.02.2023 с подсобным рабочим ФИО5 в ООО «Стик», комиссия по расследованию данного случая квалифицировала данный случай, как несчастный случай на производстве.В результате тяжелого нервного потрясения, связанного со смертью сына, истец испытал нравственные страдания, потерял душевное спокойствие. Переживания в связи с утратой сына привели к обострению хронических заболеваний. Из-за душевных переживаний у истца расстроился сон, повысилось артериальное давление, снизилась работоспособность. Истец просит взыскать с ответчика ООО «Стик» компенсацию морального вреда в размере 3000000 руб., с ответчика ФИО4 1000000 руб. (л.д. 7-10)

Протокольным определением суда от 09.06.2025 к участию в деле в качестве третьего лица привлечена ФИО8 (л.д. 44-45)

Истец ФИО3 и третье лицо ФИО8 в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещались в установленном порядке, о причинах неявки суду не сообщено. (л.д. 73).

Ответчик ФИО4 в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещался в установленном порядке, о причинах неявки суду не сообщено. (л.д. 72,74)

Суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся участников процесса.

В предыдущем судебном заседании истец ФИО3 заявленные требования поддержал, пояснив, что после смерти сына они с супругой ФИО8 расторгли брак. ФИО8 была признана потерпевшей по уголовному делу и все выплаты за сына получила она. Истец никаких денежных средств в качестве компенсации по случаю гибели сына не получал.

Представитель истца ФИО1 в судебном заседании исковые требования ФИО3 поддержал, по основаниям, изложенным в иске, просил их удовлетворить, указав, что смерть сына для истца была большим ударом и потрясением, ФИО3 был вынужден встать на учет к врачу психиатру.

Представитель ответчикаООО «Стекло и Камень» ФИО2, в судебном заседании возражала против заявленных требований, пояснив, что первоначально ФИО8 было возмещено за счет организации ООО «Стекло и Камень» 300000 руб. на организацию похорон ФИО5 Из указанных денежных средств было выплачено ФИО8 150000 руб. наличными, и 150000 руб. были затрачены на организацию похорон и погребение. 1000000 руб. выплачен Фондом социального страхования. По решению Левобережного районного суда г. Воронежа от 15.07.2024 с ООО «Стекло и Камень» в пользу ФИО8 взыскан 1000 000 руб. Ответчик ФИО4 также выплатил ФИО8 500000 руб., как виновное лицо в совершении преступления. ООО «Стекло и Камень» привлечено только к административной ответственности по данному происшествию. Также указала, что ФИО3 и ФИО8 хоть и расторгли брак, но продолжают проживать по одному адресу регистрации, и указанные денежные средства, которые получены ФИО8 были выплачены на семью. Истец ФИО3 потерпевшим по уголовному делу не проходил, был привлечен к участию в деле по иску ФИО8, но каких-либо требований относительно возмещения вреда в рамках указанного дела не заявлял.

Выслушав представителей сторон, изучив материалы дела, заслушав заключение прокурора,полагавшего исковые требования, подлежащими частичному удовлетворению, суд приходит к следующему.

Статьей 2 Конституции Российской Федерации установлено, что человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на труд (статья 37 Конституции Российской Федерации).

Частью 3 статьи 37 Конституции Российской Федерации установлено, что каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены.

В целях защиты прав и законных интересов лиц, работающих по трудовому договору, в Трудовом кодексе Российской Федерации введено правовое регулирование трудовых отношений, возлагающее на работодателя дополнительную ответственность за нарушение трудовых прав работника.

В силу положений абзацев четвертого и четырнадцатого части 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации (далее ТК РФ) работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором, а также на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами.

Этим правам работника корреспондируют обязанности работодателя обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами, возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (абзацы четвертый, пятнадцатый и шестнадцатый части 2 статьи 22 ТК РФ).

Частью первой статьи 209 ТК РФ установлено, что охрана труда - система сохранения жизни и здоровья работников в процессе трудовой деятельности, включающая в себя правовые, социально-экономические, организационно-технические, санитарно-гигиенические, лечебно-профилактические, реабилитационные и иные мероприятия.

Судом установлено, чтоФИО5, ДД.ММ.ГГГГ рождения приходился родным сыном ФИО3 и ФИО8 (л.д. 11).

ДД.ММ.ГГГГ, брак между ФИО3 и ФИО8 расторгнут. (л.д. 48)

Сторонами не оспаривается, что ФИО5 состоял в трудовых отношениях с ООО «Стекло и Камень» и работал в должности подсобного рабочего. Место работы: <адрес> поле, <адрес>В.

20.02.2023 составлен Акт о несчастном случае на производстве по форме Н-1. Причинами, вызвавшими несчастный случай, являются:

Основная причина: неудовлетворительная организация производства работ, выразившаяся в:

- недостатках в изложении требований безопасности в локально-нормативных актах, регламентирующих безопасное производство погрузочно-разгрузочных работ. Нарушены требования статей 22, 214 ТК РФ, пункта 2 Правил по охране труда при погрузочно-разгрузочных работах и размещения грузов, утвержденных приказом Минтруда России от 28.10.2020 №753н, пунктов 27, 28 Основных требований к порядку разработки и содержанию правил и инструкций по охране труда, разрабатываемых работодателем, утвержденных приказом Минтруда России от 29.10.2021 №772н;

- нарушение требований безопасности при эксплуатации транспортных средств, в части осуществления перевозки ИП ФИО4 железобетонных плит, зафиксированным не должным образом в кузове КАМАЗа г.р.н. <***>, в нарушений охраны труда при осуществлении погрузочно-разгрузочных работ. Нарушены требования статей 22, 214 ТК РФ, пункта 85 Правил по охране труда при погрузочно-разгрузочных работах и размещения грузов, утвержденных приказом Минтруда России от 28.10.2020 №753н;

- допуске к проведению погрузочно-разгрузочных работ подсобного рабочего ФИО5 без проведения целевого инструктажа в объеме требований охраны труда, предъявляемых к запланированным работам (мероприятиям), указанных в локальном нормативном акте работодателя, а также без проведения стажировки в установленном Правилами обучения по охране труда и проверки знания требований охраны труда. Нарушены требования статей 214, 219 ТК РФ, пункты 19, 21, 24 Правил обучения по охране труда и проверки знания требований охраны труда, утвержденных постановлением Правительства РФ от 24.12.2021 №2464, пункта 3.8 Инструкции №15 по охране труда рабочих, выполняющих погрузочно-разгрузочные и складские работы, утвержденную директором ООО «Стик» от 01.12.2021, пункта 3.10 Инструкции №22 по охране труда при выполнении стропильных работ, утвержденную директором ООО «Стик» 01.12.2021;

- необеспечение контроля со стороны руководителей и специалистов подразделения за ходом выполнения работы, соблюдением трудовой дисциплины, выразившееся в необеспечение контроля со стороны должностного лица ООО «Стик» (начальника строительного участка ФИО7), в чьи обязанности входит подбор и руководство деятельности персонала, контроль соблюдения техники безопасности при производстве работ. Нарушены требования статей 22, 214 ТК РФ, пункта 85 Правил по охране труда при погрузочно-разгрузочных работах и размещения грузов, утвержденных приказом Минтруда России от 28.10.2020 №753н; пункта 2.9 Должностной инструкции начальника строительного участка, утвержденной директором ООО «Стик» от 27.01.2023.

Сопутствующая причина:

- недостатки в создании и обеспечении функционирования системы управления охраной труда, выразившееся в не соблюдении обязательных требований безопасности, в результате нахождения и перемещения по объекту работодателя (ИП ФИО4), а также допущенного к выполнению работ, без соответствующего контроля со стороны администрации ООО «Стик». Нарушены требования статей 22, 214 ТК РФ, пункта 7 Примерного положения о системе управления охраной труда, утвержденного приказом Минтруда России от 29.10.2021 №776н; пункт 6 Положения о системе управления охраной труда в ООО «Стик», утвержденного директором ООО «Стик» от 30.08.2022 (л.д. 13-25).

Актом о расследовании группового несчастного случая со смертельным исходом, проведенным в период с 21.02.2023 по 10.04.2023, составленным комиссией установлено, что 20.02.2023 утром водитель ФИО4, управляя автомобилем марки АБ53435С (на базе КАМАЗ с краном-манипулятором) с регистрационным знаком <***>, заехал на территорию далее ООО «Стик» по адресу: <...> для перемещения железобетонных плит перекрытия. Начальник АХО ФИО9 выделил двух подсобных рабочих для проведения указанных работ под руководством ФИО7

ФИО7 с подсобными рабочими ФИО6 и ФИО5 подошли к манипулятору, стоявшему на территории предприятия. ФИО7 указал водителю ФИО4 место погрузки бетонных плит. В присутствии водителя манипулятора провел устный инструктаж с подсобными рабочими ФИО6 и ФИО5 о безопасном проведении погрузочных работ и указал им место складирования плит, которые нужно было перевести чуть дальше метров на 100-150 от забора по территории предприятия. ФИО7 дал указание очистить от снега кузов автомобиля и лежащие на земле плиты. Водитель ФИО4 приготовил автомобиль к погрузке плит – выдвинул упоры для равновесия КАМАЗа, уложил на дно кузова подкладки, выдал работникам стропы, для того, чтобы ими они фиксировали плиты перед погрузкой (чалили плиты). Погрузку плит осуществлял водитель автомобиля. Перед каждым подъемом плиты, он давал указание работкам, чтобы те не находились рядом во время погрузки. При укладке плит в кузов автомобиля между ними укладывались деревянные бруски. Во время проведения работ по погрузке плит начальник строительного участка ФИО7 находился радом с КАМАЗом, контролируя действия работников. После окончания погрузки, водитель с подсобными рабочими начали фиксировать груз в кузове при помощи строп, а ФИО7 в этот момент пошел к директору для оформления необходимых документов. Загрузив плиты, водитель собрал краново-манипуляторную установку (КМУ), сложил аутригеры (выдвижные опоры), обошел КАМАЗ, убедился, что нет никого в кузове автомобиля и сел в кабину. В это время двое подсобных работников находились позади КАМАЗа. Сев в кабину, ФИО4 еще раз посмотрел по зеркалам заднего вида, чтобы убедиться, что никого нет, сбавив обороты двигателя, выключив КМУ, снял с ручника и начал движение вперед. В тоже время ФИО5 пошел по направлению КАМАЗа. Проехав 3-5м., КАМАЗ левыми задними колесами наехал на неровность (земляная насыпь под снегом), плиты в кузове начали смещаться в сторону. Проломили стойки правого борта и упали с кузова на ФИО5, который шел рядом с КАМАЗом. Водитель, почувствовав смещение плит, сразу же остановил автомобиль, но это не остановило их движение и последующее падение. После остановки автомобиля, водитель из машины вышел, обошел автомобиль и подошел к упавшим из кузова плитам и обнаружил, что плитами был придавлен один из двух работников. Водитель сразу же вернулся в кабину и начал выставлять аутригеры, включил КМУ, чтобы как можно быстрее убрать плиты и оказать помощь пострадавшему. ФИО6 побежал за помощью, сообщил случившемся начальнику АХО ФИО9, после чего они вместе вернулись на место происшествия, там уже был ФИО7 При помощи манипулятора отодвинули плиту, приподняли в сторону, вытащили ФИО5, но он был мертв.

Расследованием установлено, что в рамках планируемого строительства нового производственного помещения на территории ООО «Стик», работодателем допущены недостатки в изложении требований безопасности в локально нормативных актах, регламентирующих безопасное производство погрузочно-разгрузочных работ.

Кроме этого, проведение работ по погрузке и разгрузке железобетонных плит являлись разовыми работами, которые не связаны с прямыми должностными обязанностями подсобного рабочего ФИО5 Перед проведением данных работ ФИО5 был проведен устный инструктаж. Проведение данного инструктажа и в каком объеме требований охраны труда, работодателем не зафиксировано. В связи с чем нарушены требования статей 214, 219 ТК РФ, пункты 19, 21, 24 Правил обучения по охране труда и проверки знания требований охраны труда, утвержденных постановлением Правительства РФ от 24.12.2021 №2464.

ФИО4 в рамках проверки пояснил, что является индивидуальным предпринимателем. Никаких договоров между ним и ООО «Стик» на заключено. Автомобиль марки АБ53435С (на базе КАМАЗ с краном-манипулятором) с р.г.н. <***> принадлежит ему. О том, что необходимо было фиксировать плиты к кузову КАМАЗа, он не знал, вводный инструктаж 20.02.2023 должностными лицами ООО «Стик» ему не проводился. (л.д. 49-62)

При расследовании случая со смертельным исходом, произошедшего 20.02.2023 с подсобным рабочим ФИО5 в ООО «Стик», комиссия по расследованию данного случая квалифицировала данный несчастный случай, как несчастный случай на производстве. (л.д. 78)

ФИО5 умер ДД.ММ.ГГГГ. (л.д. 12)

Приговором Левобережного районного суда г. Воронежа от 01.02.2024 ФИО4 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного частью 3 статьи 264 Уголовного кодекса Российской Федерации, ему назначено наказание в виде 1 года 6 месяцев лишения свободы. На основании части 2 статьи 53.1 Уголовного кодекса Российской Федерации, назначенное ФИО4 наказание в виде лишения свободы заменено принудительными работами на 1 год 6 месяцев с удержанием из заработка осужденного 10% в доход уголовно-исполнительной системы, назначено к основному наказанию в виде принудительных работ дополнительное наказание в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, сроком на 1 год 6 месяцев. Указанным приговором суда установлено, что ответчик ФИО4 совершил нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть человека, при следующих обстоятельствах. 20.02.2023 утром водитель ФИО4, управляя автомобилем марки АБ53435С (на базе КАМАЗ с краном-манипулятором) с регистрационным знаком <***>, заехал на территорию Общества с ограниченной ответственностью «Стекло и Камень» (далее ООО «Стик») по адресу: <...> для погрузки, транспортировки и разгрузки бетонных плит с участием стропальщиков ФИО5 и ФИО6, которые являлись сотрудниками данной организации на основании заключенных трудовых договоров. После погрузки бетонных плит в кузов автомобиля КАМАЗ, водитель ФИО4, проявив небрежность и в нарушение пункта 23.2 ПДД не убедился в надлежащем креплении груза во избежание его падения и в период времени с 10.30 час. до 11.40 мин. (точное время следствием не установлено) при начале движения на территории ООО «Стик» допустил наезд левым колесом на неровность и падение находящихся в кузове данного автомобиля бетонных плит на идущего вблизи правого борта автомобиля пешехода ФИО5, который от полученных травм скончался на месте происшествия. Смерть ФИО5 наступила в результате виновных действий водителя ФИО4 Приговор вступил в законную силу 17.02.2024. (л.д.32-37)

В рамках уголовного дела ФИО8 (мать ФИО5 – третье лицо по настоящему делу) признана потерпевшей.

Разрешая заявленные требования ФИО3, суд приходит к следующему.

Обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников является одним из направлений государственной политики в области охраны труда (абзац 2 части 1 статьи 210 ТК РФ).

Работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов (абзац 2 части 2 статьи 212 ТК РФ).

Частью 1 статьи 214 ТК РФ определено, что обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Работодатель обязан создать безопасные условия труда исходя из комплексной оценки технического и организационного уровня рабочего места, а также исходя из оценки факторов производственной среды и трудового процесса, которые могут привести к нанесению вреда здоровью работников (часть 2 статьи 214 ТК РФ).

Каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, а также гарантии и компенсации, установленные в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда (абзацы 2 и тринадцатый части 1 статьи 216 ТК РФ).

Моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора (часть 1 статьи 237 ТК РФ).

В Трудовом кодексе Российской Федерации не содержится положений, касающихся понятия морального вреда и определения размера компенсации морального вреда. Такие нормы предусмотрены гражданским законодательством.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 ГК РФ) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее ГК РФ) определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии со статьей 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Исходя из приведенного нормативного правового регулирования, работник имеет право на труд в условиях, отвечающих государственным нормативным требованиям охраны труда, включая требования безопасности. Это право работника реализуется исполнением работодателем обязанности создавать такие условия труда.

Согласно статье 1084 ГК РФ вред, причиненный жизни или здоровью гражданина при исполнении договорных обязательств, возмещается по правилам, предусмотренным главой 59 Гражданского кодекса Российской Федерации, если законом или договором не предусмотрен более высокий размер ответственности.

В соответствии со статьей 1064 ГК РФ, определяющей общие основания ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В силу пункта 1 статьи 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих, в том числе, использованием транспортных средств, обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктом 2 и 3 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пункту 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 «1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни, здоровью гражданина», ответственность юридического лица или гражданина, предусмотренная пунктом 1 статьи 1068 ГК РФ, наступает за вред, причиненный его работником при исполнении им своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании заключенного трудового договора (служебного контракта).

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как разъяснено в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации №33 от 15.11.2022 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права либо нарушающими имущественные права гражданина.

Согласно пункту 14 указанного постановления под нравственными страданиями следует понимать страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, и другие негативные эмоции).

В соответствии с пунктом 46 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» в случае смерти работника или повреждения его здоровья в результате несчастного случая на производстве члены семьи работника имеют право на компенсацию работодателем, не обеспечившим работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности, морального вреда, причиненного нарушением принадлежащих им неимущественных прав и нематериальных благ.

При разрешении исковых требований о компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья или смертью работника при исполнении им трудовых обязанностей вследствие несчастного случая на производстве суду в числе юридически значимых для правильного разрешения спора обстоятельств надлежит установить, были ли обеспечены работодателем работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности. Бремя доказывания исполнения возложенной на него обязанности по обеспечению безопасных условий труда и отсутствия своей вины в не обеспечении безопасности жизни и здоровья работников лежит на работодателе, в том числе если вред причинен в результате неправомерных действий (бездействия) другого работника или третьего лица, не состоящего в трудовых отношениях с данным работодателем.

Как следует из материалов дела в частности из Актао несчастном случае на производстве по форме Н-1 от 20.02.2023в рамках планируемого строительства нового производственного помещения на территории предприятия возникла необходимость переместить б/у железобетонные плиты перекрытий, которые были сложены в штабель при демонтаже старых производственных зданий на территории планируемого строительства прежним арендатором территории предприятия. Данные работы являлись разовыми (единичными), не входят в производственный и технологический цикл предприятия. На проведение разовых работ по перемещению железобетонных плит технологические карты не разрабатывались. Работы проводились в соответствии с действующими инструкциям по охране труда, с использованием приложенных к ним схемам строповки и под руководством ответственного за проведение работ лица. Перед началом проведения работ с работниками был проведен целевой инструктаж, без оформления записей в журнале проведения целевых инструктажей.

Пунктом 3.8 Инструкции №15 по охране труда для рабочих, выполняющих погрузо-разгрузочные и складские работы, утвержденной директором ООО «Стик» от 01.12.2021 предусмотрено, что к выполнению погрузо-разгрузочных работ и размещению грузом допускаются лица не моложе 18 лет, прошедшие стажировку на рабочем месте (продолжительностью не менее 2 смен). Согласно журналу инструктажа на рабочем месте ОО «Стик» начатый 01.12.2017, ФИО5 проходил стажировку на рабочем месте 5 смен с 02.03.2022 по 09.03.2022. Следовательно, на момент проведения стажировки, ФИО5 не был еще обучен по профессии «стропальщик».

Таким образом, подсобный рабочий ФИО5 на момент несчастного случая был допущен до проведения погрузо-разгрузочных работ без проведения стажировки в установленном порядке.

Анализируя положения действующих норм права, работодатель обязан обеспечить работнику охрану труда, в том числе в виде безопасных условий места работы, а в случае смерти работника в результате дорожно-транспортного происшествия, произошедшего в процессе трудовой деятельности, квалифицированного как несчастный случай на производстве, возместить причиненный по его вине вред, в том числе моральный, членам семьи работника, которые имеют право на возмещение работодателем, не обеспечившим работнику безопасные условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности, морального вреда, причиненного утратой члена семьи.

Согласно общедоступным сведениям, ООО «Стекло и камень» является юридическим лицом, создано 18.07.2016.

В результате произошедшего в ООО «Стекло и камень» несчастного случая 20.02.2023, указанная организация привлечена к административной ответственности по ч. 3 ст. 5.27.1 КоАП РФ в виде штрафа. (л.д. 63-68).

В обоснование своих возражений со стороны ответчика ООО «Стекло и Камень» представлены:справка от 22.03.2023 № 11 о выплатах родственникам работника ООО «Стик» ФИО5 в связи с несчастным случаем на производстве, согласно которой произведена выплата заработной платы за февраль 2023 в размере 31058, 60 руб., пособие на погребение в сумме 7793,48 руб., оплата ритуальных услуг в сумме 50000 руб., оплата услуг на кладбище в сумме 48000 руб. (л.д. 80); расходного кассового ордера от 20.03.2023 на сумму 7793,48 руб. (л.д. 81); платежной ведомости от 20.03.2023 на сумму в размере 31058,60 руб. (л.д. 82-83); квитанции к приходному кассовому ордеру от 22.02.2023 на сумму 50000 руб. (л.д. 84); чека по операциям Сбербанк от 22.02.2023, родственнице ФИО8 в размере 48000 руб. (л.д. 85); копия лист-заказа № ЖВ005920 в похоронную службу на ритуальные услуги, связанные с похоронами ФИО5 (л.д. 85-87); копия договора № 697 от 21.02.2023 на оказание платной немедицинской услуги БУЗ ВО «Воронежское областное бюро судебно-медицинской экспертизы» (л.д. 89); копия чека оплату Медицинское Бюро «СМЭ» на сумму 15400 руб. (л.д. 88).

При рассмотрении настоящего дела, судом обозревались материалы гражданского дела№ 2-1539/2024 по иску ФИО8 к ООО «Стекло и камень» и ФИО4 о взыскании компенсации морального вреда. Решением Левобережного районного суда г. Воронежа от 15.07.2024 исковые требования ФИО8 разрешены и удовлетворены частично. Указанным решением постановлено: «Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Стекло и Камень» в пользу ФИО8, компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 (один миллион) рублей.

В остальной части в удовлетворении исковых требований ФИО8 к Обществу с ограниченной ответственностью «Стекло и Камень» о взыскании компенсации морального вреда, отказать.

В удовлетворении исковых требований ФИО8 к ФИО4 о взыскании компенсации морального вреда – отказать».

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Воронежского областного суда от 16.01.2025,решение Левобережного районного суда г. Воронежа от 15.07.2024 оставлено без изменения, а апелляционная жалоба ООО «Стекло и Камень» без удовлетворения.

Решением Левобережного районного суда г. Воронежа от 15.07.2024 установлено, что ответчик ФИО4 возместил ФИО8 моральный вред в размере 500000 руб. В рамках указанного гражданского дела № 2-1539/2024в подтверждение своего материального положения, ответчиком ФИО4 представлены: справка о доходах и суммах налога физического лица, справка БУЗ ВО «ВГКП №18» поликлиника №19 о имеющемся заболевании, результаты исследования МРТ, выписки из медицинской карты амбулаторного больного на имя ФИО4

Исходя из принципа состязательности сторон, закрепленного в ст. 12 ГПК РФ лицо, не реализовавшее свои процессуальные права, в том числе и на предоставление доказательств, несет риск неблагоприятных последствий не совершения им соответствующих процессуальных действий.

Ответчик ФИО4 в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещался в установленном порядке, свою позицию относительно заявленных требований не выразил.

При этом суд учитывает, что ответчик ФИО4 с учетом требований пунктов 10.1 и 23.2 ПДД должен был вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения и перед началом и во время движения водитель обязан контролировать размещение, крепление и состояние груза во избежание его падения, создания помех для движения.

Приговором Левобережного районного суда г. Воронежаот 01.02.2024 ФИО4 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного частью 3 статьи 264 УК РФ.

Также суд учитывает, что брак между ФИО3 и ФИО8 расторгнут – 06.06.2023. В период их брака, ответчиком ООО «Стекло и Камень» ФИО8 выделялись денежные средства в размере 150000 руб. в качестве компенсации. Указанная денежная сумма предоставлялась семье К-вых, а не лично ФИО8 Исходя из кассового ордера № ААЦБ -000001 от 20.03.2023 ФИО3 было выплачено пособие на погребение сотрудника ФИО5 в размере 7793,48 руб. Организация погребения ФИО5 была произведена за счет предприятия.

Кроме того, в ходе судебного разбирательства, представителем ответчика было указано, что ФИО8 получила от Фонда социального страхования единовременную страховую выплату в размере 1000000 руб.

Согласно ст. 10 Федерального закона от 24.07.1998 N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" единовременные страховые выплаты и ежемесячные страховые выплаты назначаются и выплачиваются в том числе и лицам, имеющим право на их получение, - если результатом наступления страхового случая стала смерть застрахованного.

Единовременные страховые выплаты выплачиваются застрахованным не позднее одного календарного месяца со дня назначения указанных выплат, а в случае смерти застрахованного - лицам, имеющим право на их получение, в двухдневный срок со дня представления страхователем страховщику всех документов, необходимых для назначения таких выплат.

В соответствии с ч. 2 ст. 11 Федерального закона от 24.07.1998 N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" размер единовременной страховой выплаты в случае смерти застрахованного составляет 1 миллион рублей.

Третье лицо ФИО8 в судебное заседание не явилась. Сведений о том, в какой период (период брака или после расторжения брака) третьим лицом была получена единовременная страховая выплатапослучаю смерти ФИО5 в размере 1 миллион рублей в материалах дела отсутствуют.

При этом суд учитывает, что ряд выплат производилось ФИО10 как семье.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, закрепленное в абзацам 2 пункта 2 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации исключение из общего порядка определения размера возмещения вреда, возникновению которого способствовала грубая неосторожность потерпевшего, предусматривающее, что при причинении вреда жизни и здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается, а также содержащееся в абзаце 2 статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации положение о недопустимости отказа в компенсации морального вреда в случае, если вред причинен источником повышенной опасности жизни и здоровью гражданина, в том числе при отсутствии вины причинителя вреда, является мерой защиты признаваемых в Российской Федерации прав и свобод человека, в частности, права на жизнь (статья 20, часть 1 Конституции Российской Федерации), права на охрану здоровья (статья 41, часть 1 Конституции Российской Федерации), которое также является высшим для человека благом, без которого могут утратить значение многие другие блага (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 19.05.2009 №816-О-О).

Как разъяснено в пункте 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», виновные действия потерпевшего, при доказанности его грубой неосторожности и причинной связи между такими действиями и возникновением или увеличением вреда, являются основанием для уменьшения размера возмещения вреда. При этом уменьшение размера возмещения вреда ставится в зависимость от степени вины потерпевшего. Если при причинении вреда жизни или здоровью гражданина имела место грубая неосторожность потерпевшего и отсутствовала вина причинителя вреда, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения вреда должен быть уменьшен судом, но полностью отказ в возмещении вреда в этом случае не допускается (пункт 2 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Вопрос о том, является ли допущенная потерпевшим неосторожность грубой, в каждом случае должен решаться с учетом фактических обстоятельств дела (характера деятельности, обстановки причинения вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего, его состояния и др.).

Материалами дела подтверждается, что в момент произошедшего, погибший ФИО5 находился рядом с КАМАЗом, перевозившим бетонные плиты на территории ООО «Стик» с другим рабочим ФИО6 Работодателем в данном случае не были обеспечены безопасные условия охраны труда, не проведен инструктаж должным образом.

Таким образом, в действиях погибшего отсутствует грубая неосторожность.

В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 26 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда.

Согласно разъяснениям пункта 27 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни. При определении размера компенсации морального вреда суду необходимо устанавливать, допущено причинителем вреда единичное или множественное нарушение прав гражданина или посягательство на принадлежащие ему нематериальные блага.

Определяя размер компенсации морального вреда, подлежащей взысканию, суд учитывает характер нравственных страданий истца, потерю родного человека – сына, которая является для него невосполнимой, фактические обстоятельства при которых был причинен моральный вред.

В обоснование заявленных требований истцом представлены сведения из амбулаторной карты ФИО3, по первичному обращению 16.06.2025 к врачу неврологу в БУЗ ВО «городская поликлиника № 8», согласно которым ФИО3 поставлен диагноз паническое тревожное расстройство. (л.д. 43).

Определяя размер компенсации морального вреда, суд руководствуется положениями статей 1079 Трудового кодекса Российской Федерации, 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, учитывает конкретные обстоятельства дела, связанные с анализом причин смерти ФИО5, характера и степени вины работника и работодателя в произошедшем несчастном случае на производстве, а также владельца источника повышенной опасности ФИО4, и считает необходимым взыскать с ООО «Стекло и Камень» в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 500000 руб. ввиду не обеспечения работодателембезопасных условий места работы работника ФИО5 и отсутствием инструктажа, а также с ответчика ФИО4 в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 200000 руб., ввиду нарушения ПДД при эксплуатации транспортного средства.

В соответствии с пунктом 2 статьи 195 ГПК РФ суд основывает решение только на тех доказательствах, которые были исследованы в судебном заседании, то есть представлены сторонами.

Пунктом 4 части 1 статьи 333.36 НК РФ предусмотрено, что от уплаты государственной пошлины по делам, рассматриваемым Верховным Судом Российской Федерации в соответствии с гражданским процессуальным законодательством Российской Федерации и законодательством об административном судопроизводстве, судами общей юрисдикции, мировыми судьями, освобождаются истцы по искам о возмещении имущественного и (или) морального вреда, причиненного преступлением.

Поскольку требования ФИО3 о компенсации морального вреда, подлежат удовлетворению, а при подаче иска он освобожден от уплаты государственной пошлины, с ответчика ООО «Стекло и Камень» подлежит взысканию государственная пошлина в доход местного бюджета в размере 3000 руб.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требованияФИО3 к ООО «Стекло и Камень», ФИО4 о компенсации морального вреда, удовлетворить частично.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «<адрес>) в пользу ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ рождения, уроженца <адрес> компенсацию морального вреда в размере 500000 руб.

В удовлетворении исковых требований ФИО3 к ООО «Стекло и Камень» о компенсации морального вреда, в сумме превышающей 500000 руб., отказать.

Взыскать с ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ рождения, уроженца <адрес> в пользу ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ рождения, уроженца <адрес> компенсацию морального вреда в размере 200000 руб.

В удовлетворении исковых требований ФИО3 к ФИО4 о компенсации морального вреда, в сумме превышающей 200000 руб., отказать.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Стекло и Камень» (ИНН <***>, ОГРН <***>) государственную пошлину в доход местного бюджета в размере 3000 руб.

Взыскать с ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ рождения, уроженца <адрес>государственную пошлину в доход местного бюджета в размере 300 руб.

Решение может быть обжаловано в Воронежский областной суд в течение месяца с момента изготовления решения в мотивированном виде через Левобережный районный суд г.Воронежа.

Решение в окончательной форме изготовлено 24.07.2025.

Судья Шпакова Н.А.