Решение по делу № 2-1029/2023 от 17.08.2023

Дело № 2-1029/2023

УИД 54RS0002-01-2023-000076-79

Поступило в суд 11.01.2023

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

17 августа 2023 года г. Новосибирск

Железнодорожный районный суд г. Новосибирска в составе:

Председательствующего судьи Меньших О.Е.,

при помощнике ФИО1,

с участием:

помощника прокурора Чувозерова С.А.,

представителя ответчика ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО3 к ООО «Куб» о компенсации морального вреда,

установил:

ФИО3 обратился в суд с исковым заявлением к ООО «Куб» о компенсации морального вреда 3000000 рублей.

В обоснование исковых требований указано, **** между ООО «Стройсиб» и ООО «Куб» заключен договор подряда № КП/9-100122, по которому ООО «Куб» приняло на себя обязательство по выполнению монолитных работ.

**** ООО «Стройсиб» по акту-допуску передало ООО «Куб» площадку для производства работ по устройству монолитного каркаса секция **.

ФИО3 работал маляром на строительной площадке по трудовому договору ** от ****.

Вследствие несчастного случая на производстве, произошедшего ****, он получил травму, а именно: сочетанная травма. Закрытый неосложненный перелом С5 позвонка без смешения отломков. Ушибленная рана головы. Ушибы ссадины мягких тканей головы, конечностей. В соответствии с медицинским заключением травма относится к категории – тяжелая.

В ходе расследования было установлено, что причиной нестрастного случая является: использование ФИО3 не по специальности, выразившиеся в том, что монолитные работы фактически выполнялись маляром; несовершенство технологического процесса, неудовлетворительная организация производства работ.

В результате полученной травмы ФИО3 до сегодняшнего дня проходит лечение и у него сохраняются боли, не может самостоятельно передвигаться. Данные обстоятельства истцу причиняют психологические и физические страдания.

Истец ФИО3 и представитель истца ФИО4 в судебное заседание не явились, извещались надлежащим образом. Ранее в судебном заседании представитель истца требования поддержал, дополнительно пояснил, что ФИО3, что на момент производственных работ истец не был официально трудоустроен, к ФИО3 пришли домой и подписали трудовой договор задним числом. Истец лечился дома, так как состояние началось ухудшаться уехал в Таджикистан. В июле ему проведена операция.

Представитель ответчика по доверенности ФИО2, исковые требования не признала в полном объёме, поддержала доводы письменного отзыва (том 1 л.д. 184-186, л.д. 229-231) указав, что не представлены доказательства прохождения лечения после выписки из ГКБ ** ****, не предоставлено доказательств обращения в медицинские учреждения с сохранившимися болями, не представлены доказательства психологических и физических страданий. Все указания истца на моральные и нравственные страдания опровергаются показаниями свидетелей, Свидетель №2 и Свидетель №1, которые пояснили, что после выписки из ГКБ ** истец самостоятельно передвигался, не испытывал приступов хандры, был бодр и весел. Справка ** от **** выданная ФИО3 имеет другую дату рождения, в связи с чем, справка дана, совершено другому человеку, а не истцу. Справка содержит несоотносимые данные о месте, где проходит лечение человек, которого представитель позиционирует, как истца. Ответчиком уже была выплачена компенсация морального вреда отцу истца в размере 12000 рублей. Также ответчик неоднократно выплачивал истцу наличные денежные средства, которые передавал через работников. Общая сумма выплаченных истцу составляет около 80000 рублей. Кроме того, ответчик за свой счет приобрел и передал истцу медицинские изделия. Истцом не представлено никаких доказательств разумности и обоснованности заявленной суммы, наличия страданий и (или) их остроты.

Представитель третьего лица ООО «Стройсиб» в судебное заседание не явился, представил пояснения (том 2 л.д. 11-12), в которых указал, что доводы истца о тяжелом физическом состоянии, что он не может самостоятельно передвигаться, тяжелом моральном состоянии, не подтверждены никакими объективными доказательствами. Работодатель ООО «Куб» компенсировал истцу 12000 рублей, через сотрудников было передано 60000 рублей, 30000 рублей было передано через прораба ФИО5 Также был приобретен корсет стоимость 12000 рублей, фиксатор шеи 7000 рублей. Просил в иске отказать.

Участвующий в деле прокурор Чувозеров С.А. считал, что имеются основания для взыскания компенсации морального вреда в размере 370000 рублей.

Выслушав пояснения представителя ответчика, прокурора, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии с Конституцией Российской Федерации в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей (ч. 2 ст. 7), каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь (ч. 1 ст. 41), на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (ч. 3 ст. 37), каждому гарантируется социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца и в иных случаях, установленных законом (ч. 1 ст. 39).

Среди основных принципов правового регулирования трудовых отношений, закрепленных ст. 2 Трудового кодекса Российской Федерации, предусмотрены такие, как обязательность возмещения вреда, причиненного работнику в связи с исполнением им трудовых обязанностей, и обеспечение права на обязательное социальное страхование. Кроме того, Трудовой кодекс Российской Федерации особо закрепляет право работника на труд в условиях, отвечающих требованиям охраны труда, гарантируя его обязательным социальным страхованием от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний в соответствии с федеральным законом (ст. 219 Трудового кодекса Российской Федерации).

В силу положений абз. 4 и абз. 14 ч. 1 ст. 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором, а также на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами.

Этим правам работника корреспондируют обязанности работодателя обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами, возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (абзацы 4, 15 и 16 ч. 2 ст. 22 Трудового кодекса Российской Федерации).

Статьей 209 ТК РФ определено, что охрана труда - это система сохранения жизни и здоровья работников в процессе трудовой деятельности, включающая в себя правовые, социально-экономические, организационно-технические, санитарно-гигиенические, лечебно-профилактические, реабилитационные и иные мероприятия (часть 1 названной статьи). Безопасные условия труда - это условия труда, при которых воздействие на работающих вредных и (или) опасных производственных факторов исключено либо уровни их воздействия не превышают установленных нормативов (часть 5 статьи 209 ТК РФ). Обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников является одним из направлений государственной политики в области охраны труда (абзац второй части 1 статьи 210 ТК РФ).

Частью 1 ст. 212 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов (абз. 2 ст. 212 Трудового кодекса Российской Федерации).

Каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, а также гарантии и компенсации, установленные в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда (абз. 2 и 13 ч. 1 ст. 219 Трудового кодекса Российской Федерации).

В силу статьи 227 Трудового кодекса Российской Федерации расследованию и учету подлежат несчастные случаи, происшедшие с работниками и другими лицами, участвующими в производственной деятельности работодателя (в том числе с лицами, подлежащими обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний), при исполнении ими трудовых обязанностей или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя).

Порядок формирования комиссий по расследованию несчастных случаев, сроки расследования, порядок проведения расследования несчастных случаев работодателем предусмотрены статьями 229, 229.1, 229.2, 229.3 Трудового кодекса Российской Федерации.

Частью 1 статьи 230 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что по каждому несчастному случаю, квалифицированному по результатам расследования как несчастный случай на производстве и повлекшему за собой необходимость перевода пострадавшего в соответствии с медицинским заключением, выданным в порядке, установленном федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, на другую работу, потерю им трудоспособности на срок не менее одного дня либо смерть пострадавшего, оформляется акт о несчастном случае на производстве по установленной форме в двух экземплярах, обладающих равной юридической силой, на русском языке либо на русском языке и государственном языке республики, входящей в состав Российской Федерации.

Согласно части 4 статьи 230 Трудового кодекса Российской Федерации в акте о несчастном случае на производстве должны быть подробно изложены обстоятельства и причины несчастного случая, а также указаны лица, допустившие нарушения требований охраны труда и (или) иных федеральных законов и нормативных правовых актов, устанавливающих требования безопасности в соответствующей сфере деятельности. В случае установления факта грубой неосторожности застрахованного, содействовавшей возникновению вреда или увеличению вреда, причиненного его здоровью, в акте указывается степень вины застрахованного в процентах, установленная по результатам расследования несчастного случая на производстве.

Судом установлено и следует из материалов дела, ФИО3 работал маляром на строительной площадке по трудовому договору ** от ****.

**** при исполнении ФИО3 трудовых обязанностей с ним произошел несчастный случай, о чем составлен акт **, утвержденный работодателем **** (том 1 л.д. 60-63).

Согласно пункту 9 акта ** о несчастном случае на производстве от ****, несчастный случай произошел при следующих обстоятельствах: **** между ООО «Стройсиб» и ООО «Куб» заключен договор подряда № КП/9-100122, по которому ООО «Куб» приняло на себя обязательство по выполнению монолитных работ.

**** работники, прибыв на работу, переоделись в средства индивидуальной защиты. В 07 часов 50 минут производитель работ ФИО6 выдал сменное задание бригаде в устной форме произвести демонтаж, монтаж опалубки вертикальных колон 1-го этажа и их бетонирование. Звену состоящему из трех работников: маляр ФИО3, бетонщик Свидетель №2, бетонщик Свидетель №1, производитель работ ФИО6 выдал задание произвести демонтаж опалубки 3-х вертикальных колонн 1-го этажа в осях 6-12/АЗ. В 08.00 часов приступили к работам. Около 09 часов 10 минут ФИО3 при демонтаже вертикальной колонны находился на конструкции опалубки, на высоте 2,4 метра выбивал шпильку (шпагу) из клинового замка правой руки, лево рукой держался за последний верхний замок. Выбив шпильку (шпагу) замок открылся, ФИО3 упал в проем с высоты 10.45 м, в пазуху на фундаментную плиту. Работавший рядом Свидетель №2 услышал крик и шум, подошел к краю плиты перекрытия и увидел внизу лежащего в пазухе на фундаментной плите работника. Спустившись вниз Свидетель №2 спросил как пострадавший себя чувствует и может ли встать. На затылочной части головы, было пятно похожее на кровь. О случившемся было сообщено производителю работ ФИО6, который вызвал МЧС и бригаду скорой медицинской помощи. Сотрудники МЧС подняли пострадавшего, работники скорой помощи осмотрев пострадавшего, отвезли в травмпункт ГБУЗ НСО «ГКБ **».

В результате происшествия ФИО3 получил следующие повреждения здоровья (п. 9.2): в соответствии с медицинским заключением ГБУЗ НСО «ГКБ **» от **** **, диагноз: «Сочетанная травма. Закрытый неосложненный перелом тела С5 позвонка без смещения отломков. Ушибленная рана головы. Ушибы ссадины мягких тканей головы, конечностей. Код по МКБ -106 Т06.8. В соответствии с медицинским заключением ГБУЗ «ГКБ **» травма относится к категории: тяжелая (том 1 л.д. 168).

В качестве причины несчастного случая (п. 10) в акте указано:

- использование пострадавшего не по специальности, выразившиеся в том, что монолитные работы фактически выполнялись маляром. Нарушены требования п.13 Приказа Минтруда России от **** **н «Об утверждении Правил по охране труда по работе на высоте;

- неудовлетворительная организация производства работ, выразившаяся в необеспечении контроля со стороны руководителей и специалистов подразделения за ходом выполнения работы, соблюдением трудовой дисциплины. Нарушены требования п. 21 Приказа Минтруда России от **** **н «Об утверждении Правил по охране труда при строительстве, реконструкции и ремонте»;

- несовершенство технологического процесса выразившаяся в недостатках в изложении требований безопасности в технологической документации, а именно в Плане производства работ на высоте 032-20-9-ППР на высоте не определены и не указаны используемые средства подмащивания; системы обеспечения безопасности работ на высоте и входящая в них номенклатура устройств, приспособлений и средств индивидуальной и коллективной защиты работников от падения с высоты и потребность в них; места и способы крепления систем обеспечения безопасности работ на высоте технологической документации. Нарушены требования п.36 Приказа Минтруда от **** **н «Об утверждении Правил по охране труда при работе на высоте».

- неудовлетворительная организация производства работ, выразившаяся в нарушении допуска к работам с повышенной опасностью. Нарушены требования п.7, 16 Приказа Минтруда России от **** **н «Об утверждении Правил по охране труда на работе на высоте»; в несогласованности действий исполнителей, отсутствии взаимодействия между службами и подразделениями, а именно в необеспечении выполнения общих мероприятий охран труда и координацию действий участников строительного производства по реализации мероприятий, обеспечивающих безопасность производства работ, согласно акту-допуску нарушены требования п. 19 Приказа Минтруда России от **** **н «Об утверждении Правил по охране труда при строительстве, реконструкции и ремонте»; в недостатках в создании и обеспечении функционирования системы управления охраной труда, выразившаяся в отсутствии информации об идентификации опасностях и не проведении оценки уровней профессиональных рисков, нарушены требования ст. 214, 218 ТК РФ; неудовлетворительное содержание и недостатки в организации рабочих мест выразившиеся в необеспечении работника средствами подмащивания. Нарушены требования п.6 Приказа Минтруда России от **** **н «Об утверждении Правил по охране труда на работе на высоте»; неприменение работником средств индивидуальной защиты, вследствие необеспеченности ими работодателем в установленном порядке. Нарушены требования ст. 221 ТК РФ.

Комиссия пришла к выводу о том, что несчастный случай подлежит квалификации как связанный с производством, оформлению актом формы Н-1 и регистрации в ООО «Куб».

Лица, допустившие нарушение требований охраны труда: ФИО7 – директор ООО «Куб»; ФИО8 – начальник строительного участка ООО «Стройсиб».

Вина работника ФИО3 в несчастном случае на производстве комиссией не установлена.

Акт ** от **** о несчастном случае на производстве сторонами не оспаривался.

*** руководителю ГИТ по НСО направлены постановления о возбуждении дел об административном правонарушении в отношении директора ООО «Куб» ФИО7 по ч.4 ст. 5.27 КоАП РФ, ч.1, ч.2. ч. 3, ч. 4 ст. 5.27.1 КоАП РФ (том 1 л.д. 140-145).

Постановлениями от **** ГИТ по НСО директор ООО «Куб» ФИО7 признан виновным в совершении административных правонарушениях по ч.1 ст. 5.27.1 КоАП РФ назначено наказание в виде штрафа 2 000 рублей (том 1 л.д. 145 оборот -146), по ч.4 ст. 5.27.1 КоАП РФ назначено наказание в виде штрафа в размере 20000 рублей (том 1 л.д. 150), ч. 2 ст. 5.27.1 КоАП РФ назначено наказание в виде предупреждения (том 1 л.д. 154), ч.3 ст. 5.27.1 КоАП РФ назначено наказание в виде штрафа 15000 рублей (том 1 л.д. 158), по ч.4 ст. 5.27 КоАП РФ назначено наказание в виде штрафа 10000 рублей (том 1 л.д. 162).

Постановлением следователя Заельцовского межрайонного следственного отдела СУ СК РФ от **** отказано в возбуждении уголовного дела ввиду отсутствуя состава преступления (том 1 л.д. 223). В постановлении указано, что **** на строящемся объекте, расположенном по адресу: ***, Красный проспект, *** при осуществлении строительных работ ФИО3, состоящий в должности бетонщика, потерял равновесие и упал в котлован с высоты 6 метров и получил телесные повреждения в виде закрытого неосложненного перелом 3 позвонка (том 1 л.д. 223).

Рассматривая настоящий спор, суд исходит из того, что преюдициального значения выводы органа предварительного следствия по делу не имеют.

В период с **** по **** ФИО3 находился на лечении в ФГБУ «ННИИТО им. Я.Л. Цивьяна» Минздрава России, диагноз: сочетанная травма, закрытый неосложнённый полный взрывной перелом тела С5 позвонка со смещением фрагментов в позвоночный канал на 5%. Тупая травма грудной клетки, поясничной области справа. Ушиб обеих легких. Ушиб левой почки. Хирургически обработанная рана головы (том 1 л.д. 23).

В период с **** по **** находился на лечении в ГБУЗ «ГКБ **», клинический диагноз: Сочетанная травма. Закрытый неосложненный компрессионный взрывной перелом тела С5 позвонка со смещением фрагментов в позвоночный канал 5 %. Ушиб грудопоясничного отдела позвоночника. Тупая травма грудной клетки, поясничной области слева. Ушиб обоих легких, Ушиб левой почки. Паранефральная гематома. Гематома печени. Хирургическая обработанная рана головы от ****.

Рекомендовано амбулаторное наблюдение травматолога по месту жительства. Покой, соблюдение ортопедического режима. Иммобилизация шейного отдела позвоночника воротником филадельфийского типа - 3 месяца, иммобилизация грудного и поясничного отделов позвоночника спинодержателем 3-4 недели. Осмотр в НИИТО через 3 месяца. Снятие швов через три дня (том 1 л.д. 22).

**** в ООО «НПЦ» проведено исследование почек (том 1 л.д. 24).

**** осмотрен неврологом в ГАУЗ НСО ГКП **, жалобы головные боли, эмоциональная неустойчивость, нервозность, нарушение сна в виде бессонницы. Положение головы - вынужденное, находится в иммобилизирующем жестком корсете (спинодержателе), воротнике филадельфийского типа. Диагноз ЧМТ БДУ. Цефалгический см. цереброастенический синдром с эмоционально – волевым расстройствами. Ушиб головного мозга временно нетрудоспособен по л/н 49 дней (л.д. 26).

Согласно справке ** от **** Центральной городской больницы *** Таджикистан ФИО3 с диагнозам: состояние после перенесенное закрытое неосложненное компрессионный перелом тела С5 позвонка со смешением фрагментов позвоночного канала на 5%, проходит стационарное лечение в неврологическом отделении. Состояние пациента среднее, наблюдается тяжелое моральное страдание (том 1 л.д. 175).

Допрошенный в судебном заседании свидетель со стороны ответчика Свидетель №2 пояснил, что он вместе с истцом работал в ООО «Куб», **** с ФИО3 произошёл несчастный случай, он был доставлен в больницу, где провел неделю. После выписки, какое-то время он помогал ФИО3, так как ему было тяжело подниматься. Когда приходил в конце сентября начале октября ФИО3 самостоятельно передвигался, был в хорошем настроении, не упоминал, что у него что-то болит. Помощь ФИО3 от работодателя была оказана в размере около 80000 рублей, покупали бандажный пояс.

Допрошенный в судебном заседании свидетель со стороны ответчика Свидетель №1 пояснил, что он вместе с истцом работал в ООО «Куб», **** с ФИО3 произошёл несчастный случай, он был доставлен в больницу. После выписки в сентябре он его навещал, он самостоятельно передвигался, они с ребятами самостоятельно собирали денежные средства и передали истцу.

Допрошенный в судебном заседании свидетель со стороны ответчика ФИО5 пояснил, что он вместе с истцом работал в ООО «Куб», **** с ФИО3 произошёл несчастный случай, он знает со слов работников. Со стороны работодателя была оказана помощь приобретены корсет 12000 рублей, фиксатор шеи 7000 – 8000 рублей, отцу переданы деньги на лечение 12000 рублей под расписку, потом еще было передано около 30000 рублей.

Допрошенный в судебном заседании свидетель со стороны ФИО7 пояснил, что он является директором ООО «Куб». ФИО3 работал в ООО «Куб» с августа 2022 года по май 2023 года. **** с ФИО3 произошел несчастный случай. Истцу была оказана помощь, передано 70000 рублей. За истцом не было замечено нарушения трудовой дисциплины.

Работодателем ООО «Куб» выплачена материальная и моральная помощь в размере 80000 рублей, что подтверждается распоряжением от ****, расходным кассовым ордером от ****, авансовым отчетом от ****, чеком по операции от ****, расходным кассовым ордером от ****, авансовым отчетом от ****, служебной запиской от ****, расходным кассовым ордером от ****, авансовым отчетом от ****, чеком по операции от ****, распиской от **** (том 1 л.д. 76, 233-242).

Таким образом, судом установлено, что поводом для обращения ФИО3 в суд с настоящим иском явилось повреждение здоровья в связи с произошедшим на производстве **** несчастным случаем и связанным с этим нравственные и физические страдания истца.

Моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора (часть 1 статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации).

В Трудовом кодексе Российской Федерации не содержится положений, касающихся понятия морального вреда и определения размера компенсации морального вреда. Такие нормы предусмотрены гражданским законодательством.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенса.ции указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от **** N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

По общему правилу, моральный вред компенсируется в денежной форме (пункт 1 статьи 1099 и пункт 1 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) (пункт 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от **** N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда").

В соответствии с пунктом 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от **** N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении. Размер компенсации морального вреда не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других имущественных требований.

Согласно пункту 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от **** N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" работник в силу статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации имеет право на компенсацию морального вреда, причиненного ему нарушением его трудовых прав любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя (незаконным увольнением или переводом на другую работу, незаконным применением дисциплинарного взыскания, нарушением установленных сроков выплаты заработной платы или выплатой ее не в полном размере, неоформлением в установленном порядке трудового договора с работником, фактически допущенным к работе, незаконным привлечением к сверхурочной работе, задержкой выдачи трудовой книжки или предоставления сведений о трудовой деятельности, необеспечением безопасности и условий труда, соответствующих государственным нормативным требованиям охраны труда, и др.).

При разрешении исковых требований о компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья или смертью работника при исполнении им трудовых обязанностей вследствие несчастного случая на производстве суду в числе юридически значимых для правильного разрешения спора обстоятельств надлежит установить, были ли обеспечены работодателем работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности. Бремя доказывания исполнения возложенной на него обязанности по обеспечению безопасных условий труда и отсутствия своей вины в необеспечении безопасности жизни и здоровья работников лежит на работодателе, в том числе если вред причинен в результате неправомерных действий (бездействия) другого работника или третьего лица, не состоящего в трудовых отношениях с данным работодателем.

В пункте 47 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от **** N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что суду при определении размера компенсации морального вреда в связи с нарушением работодателем трудовых прав работника необходимо учитывать, в числе других обстоятельств, значимость для работника нематериальных благ, объем их нарушения и степень вины работодателя. В частности, реализация права работника на труд (статья 37 Конституции Российской Федерации) предопределяет возможность реализации ряда других социально-трудовых прав: на справедливую оплату труда, на отдых, на безопасные условия труда, на социальное обеспечение в случаях, установленных законом, и др.

Размер компенсации морального вреда, присужденный к взысканию с работодателя в случае причинения вреда здоровью работника вследствие профессионального заболевания, причинения вреда жизни и здоровью работника вследствие несчастного случая на производстве, в том числе в пользу члена семьи работника, должен быть обоснован, помимо прочего, с учетом степени вины работодателя в причинении вреда здоровью работника в произошедшем несчастном случае.

Поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Судом установлено, что в результате проведенного расследования несчастного случая на производстве в ООО «Куб» **** комиссией проводившей расследование несчастного случая установлена вина работодателя ООО «Куб», вина работника не установлена.

В результате произошедшего несчастного случая истец ФИО3 испытал сильнейшую физическую боль, пережил стресс, полученными травмами нанесен вред его физическому и ментальному здоровью.

В силу статьи 220 Трудового кодекса Российской Федерации в случае причинения вреда жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей возмещение указанного вреда осуществляется в соответствии с федеральным законом.

Однако компенсация морального вреда в порядке обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний не предусмотрена и согласно пункту 3 статьи 8 Федерального закона от **** N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" осуществляется причинителем вреда.

При этом работодатель обязан компенсировать работнику моральный вред, причиненный ему любыми неправомерными действиями (бездействием) во всех случаях его причинения, независимо от наличия материального ущерба.

Таким образом, поскольку причиной несчастного случая послужили нарушение требований по охране труда, на основании вышеуказанных правовых норм работодатель обязан возместить моральный вред работнику ФИО3

Факт причинения работнику морального вреда, согласно правовой позиции, изложенной в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от **** ** «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», предполагается, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания. Вина причинителя вреда доказана актом о несчастном случае на производстве, а размер компенсации определяется работником самостоятельно или судом.

Трудовая деятельность человека всегда связана с различного рода негативными факторами, поэтому охрана труда – важнейшее условие осуществления этой деятельности, гарантируемое государством каждому гражданину при поступлении на работу. В частности, ст.220 ТК РФ закрепляет защиту государством права работников на труд в условиях, соответствующих требованиям охраны труда.

Суд считает, что истец ФИО3 М выполнял работу по заданию работодателя, работодатель не обеспечил должных безопасных условий труда, в результате чего на производстве произошел несчастный случай, у работодателя возникает обязанность возмещения морального вреда.

От полученных истцом травм он испытал очень сильную боль, помимо физической боли испытывал сильные нравственные страдания. От травмы он не оправился до настоящего времени, продолжает испытывать физическую боль, проходит лечение.

Полученные травмы причиняют истцу ФИО3 нравственные и физические страдания.

Поскольку истец ФИО3 в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Указание ответчика на то, что справка за исх. ** от **** выданная ФИО3 имеет другую дату рождения, в связи с чем, справка дана, совершено другому человеку, а не истцу и содержит несоотносимые данные о месте, где проходит лечение человек, которого представитель позиционирует, как истца, не является обстоятельством, освобождающим от ответственности работодателя за причиненный на производстве вред здоровью работника.

Доводы ответчика о том, что в силу закона истец обязан представить доказательства объема и характера причиненных ему физических и нравственных страданий в размере заявленных исковых требований, являются несостоятельными.

Жизнь и здоровье человека относятся к числу наиболее значимых человеческих ценностей, а их защита должна быть приоритетной. Право гражданина на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, относится к числу общепризнанных основных неотчуждаемых прав и свобод человека, поскольку является непосредственно производным от права на жизнь и охрану здоровья, прямо закрепленных в Конституции РФ.

Из материалов дела следует, что полученная истцом сочетанная травма. Закрытый неосложненный перелом тела С5 позвонка без смещения отломков. Ушибленная рана головы. Ушибы ссадины мягких тканей головы, конечностей относится по степени вреда здоровью к тяжелой травме, повлекла необходимость длительного восстановления здоровья истца, так как на момент осмотра неврологом **** истец вынужден был находится в иммобилизирующем жестком корсете (спинодержателе), воротнике филадельфийского типа, испытывал головные боли.

При этом со стороны ответчика не были созданы безопасные условия труда, грубо нарушены требования охраны труда, что подтверждается актом о несчастном случае.

Доводы ответчика о том, что выводы о том, что истец в целях определения степени тяжести причиненного вреда здоровью ни в какие медицинские учреждения не обращался, не являются основанием для отказ в исковых требованиях, поскольку основанием для взыскания компенсации морального вреда в данном случае является причинение вреда здоровью истца при исполнении последним трудовых обязанностей и тяжесть причиненного вреда, что достоверно установлено атом ** от **** о несчастном случае.

Указанный акт в установленном законом порядке не был оспорен и признан недействительным.

Принимая во внимание совокупность всех имеющих значение обстоятельств настоящего гражданского дела, положений действующего трудового и гражданского законодательства, представленных письменных доказательств, при решении вопроса о размере компенсации морального вреда, руководствуясь положениями ст. ст. 151, 1101 ГК РФ, учитывая конкретные обстоятельства произошедшего с ФИО3 несчастного случая, основную и сопутствующую причины несчастного случая, степень вины ответчика, наличие в его действиях нарушений охраны труда и безопасности работников при осуществлении работ на высоте, использование пострадавшего не по специальности, работы велись без наряда – допуска, отсутствие в действиях истца нарушений, степень тяжести повреждения его здоровья, характер повреждений, причиненных ФИО3, длительность лечения, характер физических и нравственных страданий потерпевшего, его индивидуальные особенности (возраст, семейное положение, наличие двух несовершеннолетних детей (том 1 л.д. 172-174), состояние здоровья, при котором истец испытывал и испытывает в настоящее время физическую боль, нравственные страдания, учитывая, что ответчиком оказана материальная и моральная помощь, также требования соразмерности, разумности и справедливости, определяет компенсацию в размере 400000 рублей. Такой размер обеспечит баланс прав и законных интересов сторон.

Ответчик ООО «Куб» не предоставил суду доказательств того, что ФИО3 на производстве ООО «Куб» не был причинен вред здоровью, и ему в соответствии с действующим законодательством не полагается денежная компенсация морального вреда.

В соответствии со ст.103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений.

С учетом положений ст.ст. 333.19, 333.40 НК РФ, размер государственной пошлины, подлежащий взысканию с ответчика, составляет 300 рублей.

руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

решил:

Исковое заявление ФИО3 к ООО «Куб» о компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с ООО «Куб» в пользу ФИО3 компенсацию морального вреда в размере 400000 рублей,

Взыскать с ООО «Куб» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 300 рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Новосибирский областной суд в течение одного месяца со дня, следующего за днем изготовления решения в окончательной форме, через Железнодорожный районный суд ***.

Решение изготовлено в окончательной форме ****.

Судья О.Е. Меньших