Дело № 2-4860/2025

44RS0001-01-2025-008223-29

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

23 декабря 2025 года

Свердловский районный суд г. Костромы в составе:

судьи Комиссаровой Е.А.,

с участием прокурора Захарова А.Л.,

при секретаре Княжниной П.О.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 к ФИО2 о взыскании компенсации морального вреда и по встречному иску ФИО2 к ФИО3 о взыскании компенсации морального вреда и расходов на лечение,

установил :

ФИО3 обратился в суд с вышеуказанным иском к ФИО2, мотивируя свои требования тем, что 24 сентября 2024 года в вечернее время ФИО2 находясь на лестничной площадке первого этажа многоквартирного дома по адресу <адрес>, совместно с мужем ФИО8, действуя из хулиганских побуждений с учетом своего неприязненного отношения, совершила нападение на ФИО3, которое выразилось в нанесении ему ударов кулаками обеих рук в лобную часть, нижнюю губу, правую руку, висок, в сопровождении своих действий нецензурной бранью в форме криков, угроз физической расправой. От данных действий он испытал физические и нравственные страдания – боль, головокружение, испуг, сильный стресс и страх за свои жизнь и здоровье, у него открылось кровотечение.

Свидетелем произошедшего была его мама ФИО7, которая увидев и услышав нападение, последствия нападения, предотвратила дальнейшее ухудшение ситуации своим появлением, помогла ему добраться до квартиры, вызвала полицию и скорую помощь. Сотрудниками скорой медицинской помощи при оказании первой помощи у него выявлены телесные повреждения – открытая рана губы и полости рта, поставлены обезболивающие препараты, произведена обработка раны. Утром следующего дня в местах ударов, нанесенных ФИО14 (лобная часть, предплечье правой руки, нижняя губа), им были выявлены кровоподтеки («синяки»), отмечены болезненные симптомы.

Квалификация указанных физиологических изменений, как телесных повреждений, имеющих насильственный характер (удары кулаками) установлена судебно-медицинской экспертизой, проведенной 25 сентября 2024 года БСМЭ г. Костромы в рамках процессуальной проверки по его заявлению в органы полиции. Так, согласно заключению эксперта от 8 ноября 2024 года № 1889, на дату проведения экспертизы (25 сентября 2024 года) у него имелись: кровоподтек и травматический отек мягких тканей в лобной области лица слева, ссадина на красной кайме нижней губы, поверхностные ушибленные раны на слизистой нижней губы в центре, кровоподтек на задней поверхности правого предплечья. Данные повреждения образовались от действия твердых тупых предметов, не более 1-2 суток до обследования, что соотносится с датой и временем произошедшего (24 сентября 2024 года в 18 час. 35 минут), данными скорой помощи.

Постановлением мирового судьи судебного участка № 4 Свердловского судебного района города Костромы от 26 февраля 2025 года по делу об административном правонарушении № ФИО2 с учетом совокупности обстоятельств и доказательств признана виновной в совершении административного правонарушения, предусмотренного ст. 6.1.1 КоАП РФ (побои), с назначением административного штрафа в размере 5000 рублей. Решением Свердловского районного суда города Костромы от 28 апреля 2025 года, постановлением Второго кассационного суда общей юрисдикции от 24 сентября 2025 года вышеуказанное постановление оставлено без изменения и вступило в законную силу. В ходе рассмотрения дела, судом установлено, что действий, носящих противоправный характер и предшествовавших нападению, которые могли бы являться основанием для ответного применения ответчиком насильственных действий, в отношении ответчика он не совершал. Обстоятельств, указывающих на совершение вмененных ФИО14 действий в состоянии аффекта, обстановке крайней необходимости или состоянии самообороны, органом предварительного расследования и судом не установлено.

Просит учесть, что от умышленных действий ФИО2, помимо последствий, указанных в описательной части иска по сей день у него сохраняются следы (шрам от разрыва ткани, уплотнение на нижней губе), которые причиняют ему дискомфорт и напоминают о произошедшем в негативном контексте. Более того, ответчик продолжает демонстрировать ситуации, указывающие в своей совокупности на возможность повторения им негативной ситуации, выраженных в вербальных действиях, совпадающих с моментом, когда он проходит к себе домой мимо <адрес>, где проживает ответчик, в виде внезапных распахивания входной двери, выходов из своей квартиры, стуков и «щелчков» замком входной двери в своей квартире, реплик нецензурного характера за входной дверью, запугивания, провокации на конфликт либо ответные реакции, совершаемые в том числе с вовлечением третьих лиц и малолетних детей. В целях пресечения прогнозируемых противоправных действий со стороны ответчика он вынужден перемещаться по придомовой территории в сопровождении его мамы ФИО7, присутствии прохожих, как потенциальных свидетелей (очевидцев) таких противоправных действий, либо с использованием видеосъемки. Мер к компенсации морального вреда до настоящего времени ответчиком не принято.

Просит взыскать со ФИО2 в пользу ФИО3 компенсацию морального вреда, причиненного административным правонарушением в размере 500 000 руб., судебные расходы по оплате госпошлины в сумме 3000 руб. и почтовые расходы 200 рублей.

Ответчиком ФИО2 подан встречный иск к ФИО3 о взыскании компенсации морального вреда, в котором ответчик указала, что 24 сентября 2024 года ФИО3, находясь в подъезде № <адрес> из умышленных хулиганских целей распрыскал аэрозольное вещество (газовый баллончик) в лицо малолетней ФИО9, ФИО2, ФИО8 В результате чего малолетняя ФИО9 (2 года) получила ожог сетчатки глаза. ФИО2 также получила химический ожог глаз и ей была оказана медицинская помощь.

Постановлением мирового судьи судебного участка № 4 Свердловского судебного района г. Костромы от 24 марта 2025 года ФИО3 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ст. 6.1.1 КоАП РФ и назначено административное наказание в виде административного штрафа в размере 6000 руб. Постановление вступило в законную силу. Таким образом, постановлением мирового судьи было установлено не только причинение вреда малолетней ФИО9, но и ФИО2 В результате виновных действий ответчика она не только испытала сильную физическую боль от действий ответчика ФИО3, но и страх лишиться зрения в результате хулиганских действий ФИО3 Факт причинения ей морального вреда также подтверждается выпиской из карты вызова скорой медицинской помощи. Просит взыскать с ФИО3 в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 500 000 рублей.

В ходе рассмотрения дела ФИО2 уточнила встречные требования, в итоге просила взыскать с ФИО3 компенсацию морального вреда 500 000 рублей, материальный ущерб в связи с несением расходов по обращению за медицинской помощью и расходов на медосвидетельствование, всего в сумме 3 472 руб. Просила взыскать расходы по оплате госпошлины в сумме 3000 рублей.

В судебном заседании истец ФИО3 свой иск поддержал, встречный иск ФИО2 не признал. Доводы ответчика о ненанесении ему ударов считает необоснованными, поскольку факт нанесения ударов по его лицу уже установлен судебным актом, который в силу ч. 4 ст. 61 ГПК РФ обязателен для суда. ФИО2 и ее муж ФИО1 имеют к нему и его маме неприязненные отношения, в связи с чем у ответчика были мотивы для нанесения ему побоев. Оснований для снижения размера компенсации морального вреда истец не усматривает, полагает, что ответчиком не доказано тяжелое материальное положение.

В возражениях на встречный иск указывал, что ФИО2 потерпевшей либо пострадавшей от каких-либо насильственных действий не признавалась, факта совершения в отношении ФИО14 административного правонарушения, которое якобы повлекло у нее возникновение заявленных последствий (химический ожог глаз), подтвержденного объективными данными (медицинские документы, заключение судебно-медицинской экспертизы), причинно-следственной связи между действиями и указанными последствиями не установлено. Отсылка ФИО2 к материалам дела №, свидетельствующих по мнению истца о возникновении у нее права на компенсацию морального вреда наравне с ФИО9, с учетом рассмотренных в деле обстоятельств (причинение физической боли ФИО9), является несостоятельной и не имеющей правового значения для рассмотрения встречных исковых требований и установления их обоснованности, поскольку в ходе рассмотрения дела устанавливался: факт совершения административного правонарушения в отношении ФИО9; вина в его совершении в отношении ФИО9 и его степень, о чем свидетельствуют материалы указанного дела. Указанные обстоятельства уже являются предметом самостоятельного иска законного представителя ФИО9 ФИО8 к ФИО3 о взыскании компенсации морального вреда. Встречные требования ФИО2 фактически направлены на исключение его исковых требований. Кроме того, ответчиком не представлено достаточных и достоверных доказательств в обоснование наличия физиологического изменения (химический ожог глаз) и характера их возникновения, что не свидетельствует о наличии у ФИО14 повреждений, квалифицированных как телесные, в установленном порядке, возникших именно вследствие насильственных действий, о причинении ФИО14 таких повреждений 24 сентября 2024 года. Требование о возмещении ущерба в размере 3 472 руб. полагает несостоятельным и необоснованным. Из представленных ответчиком документов следует, что ей оказаны платные медицинские услуги в форме диагностического приема врачом-офтальмологом, являющегося первичной медицинской помощью, однако она имела право на бесплатное получение данной помощи. Доказательств о невозможности получения помощи посредством обращения в лечебное учреждение по месту жительства (поликлинику), за счет средств ОМС истцом не представлено. ФИО2 не воспользовалась правом пройти бесплатное медицинское освидетельствование в рамках процессуальной проверки, не смотря на то, что ей сотрудником полиции на руки было выдано постановление о назначении судебно-медицинской экспертизы.

Ответчик ФИО2 иск ФИО3 не признала, полагала, что телесные повреждения, зафиксированные судебной экспертизой ФИО3 получил при падении <дата> после того как пытался убежать, распылив в их присутствии аэрозольный баллончик, она каких-либо действий по нанесению ему телесных повреждений не совершала. В случае, если суд придет к выводу о необходимости взыскания ФИО3 компенсации морального вреда, просила снизить его размер до 3000 рублей.

Встречный иск поддержала, указав, что 24 сентября 2024 года ФИО3 в присутствии ее, ее мужа и дочери распылил аэрозольный баллончик, содержимое которого вызвало неблагоприятные последствия для ее здоровья и здоровья ее малолетней дочери. Бригада скорой медицинской помощи была вызвана для дочери, но и, прибывшие к ребенку медики и соседи, которые были на улице оказывали также и ей помощь в целях облегчения ее состояния, так как у нее болели и слезились глаза, испытывала жжение на лице. За причинение вреда здоровью ее дочери ФИО3 привлечен к административной ответственности при описываемых ею обстоятельствах. Поскольку она продолжала испытывать на слизистых глаз последствия распыления аэрозоля, она вынуждена была обратиться за медицинской помощью в медцентр, платность которой позволила получить ею быструю медицинскую услугу и начать соответствующее лечение скорейшим образом. При этом бесплатный врач в поликлинике по месту жительства принимает лишь по записи через продолжительное время, что повлекло бы затягивание лечения и неблагоприятные последствия для ее здоровья. Отрицала факт получения от сотрудника полиции направления на медосвидетельствования, потерпевшей по делу об административном правонарушения она не признавалась, в связи с чем в целях защиты своих прав обращалась в бюро судебно-медицинской экспертизы самостоятельно, воспользовавшись платной услугой.

Изучив материалы дела, выслушав истца, ответчика, обозрев материалы дел об административном правонарушении № и №, выслушав заключение прокурора, полагавшего иск ФИО3 и встречный иск ФИО2 подлежащие частичному удовлетворению, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 12 ГК РФ компенсация морального вреда является одним из способов защиты гражданских прав.

Согласно ст. 150 ГК РФ жизнь и здоровье относятся к нематериальным благам и принадлежат человеку от рождения.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (ст. 151 ГК РФ).

Исходя из разъяснений, изложенных в п. 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 года N 33 " О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В силу ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В соответствии с разъяснениями, данными в п. 32 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 года N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда.

Как следует из материалов дела об административном правонарушении № в отношении ФИО2, рассмотренного мировым судьей судебного участка № 4 Свердловского судебного района города Костромы 20 ноября 2024 года возбуждено дело об административном правонарушении о том, что 24 сентября 2024 года ФИО2 в ходе возникшего конфликта нанесла ФИО3 три удара кулаком обеих рук в область лица, а именно в нижнюю губу и область лба, от чего ФИО3, испытал физическую боль, согласно заключению эксперта № у ФИО3 имелись кровоподтек и травматический отек мягких тканей лобной области лица слева, ссадина на красной кайме нижней губы, поверхностные ушибленные раны на слизистой нижней губы в центре, кровоподтек на задней поверхности правого предплечья, которые вреда здоровью потерпевшего не причинили, то есть совершила в отношении ФИО3 побои, причинившие ему физическую боль, но не повлекшие последствий, указанных в статье 115 УК РФ, тем самым совершив административное правонарушение, предусмотренное ст. 6.1.1 КоАП РФ.

Согласно заключению эксперта ОГБУЗ «Костромское областное бюро СМЭ» № 1889 от 8 ноября 2024 года у ФИО3 имелись кровоподтек и травматический отек мягких тканей в лобной области лица слева, ссадина на красной кайме нижней губы, поверхностные ушибленные раны на слизистой нижней губы в центре, кровоподтек на задней поверхности правого предплечья, которые образовались от действия твердых тупых предметов, как в совокупности, так и каждое в отдельности вреда здоровью не причиняют, так как не влекут кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты общей трудоспособности, характер, локализация, механизм и давность образования повреждения у ФИО3 не противоречит обстоятельствам и дате травмирования, указанным в постановлении.

Мировой судья, изучив материала дела, допросив свидетелей, установил, что 24 сентября 2024 года в 18 часов 35 минут по адресу <адрес> в первом подъезде ФИО2 нанесла побои ФИО3, а именно: нанесла три удара кулаками обеих рук в область лица, а именно в нижнюю губу и область лба, от чего ФИО3 испытал физическую боль, при этом данные действия не повлекли последствий, указанных в статье 115 УК РФ, признаки уголовно наказуемого деяния также отсутствуют.

При этом происхождение телесных повреждений ФИО3 от действий ФИО2 мировым судьей достоверно установлено в ходе рассмотрения дела об административном правонарушении.

Постановлением мирового судьи судебного участка № 4 Свердловского судебного района города Костромы от 26 февраля 2025 года ФИО2, <дата> года рождения признана виновной в совершении административного правонарушения, предусмотренного ст. 6.1.1 КоАП РФ и ей назначено наказание в виде административного штрафа в размере 5 000 рублей.

При назначении наказания мировой судья учла, что отягчающих административную ответственность обстоятельств не установлено. В качестве смягчающего вину обстоятельства мировым судьей учтено наличие у ФИО2 малолетнего ребенка.

Постановление вступило в законную силу.

При рассмотрении гражданского дела ответчик доказательств отсутствия своей вины в причинении ФИО3 установленных мировым судьей побоев при обстоятельствах, описанных в постановлении не представила. Фактически сторона ответчика приводила аналогичные доводы в обоснование своих возражений о происхождении травм у ФИО3, которым мировым судьей при рассмотрении дела об административном правонарушении уже дана оценка как не нашедшим подтверждение

С учетом обстоятельств, установленных в ходе административного преследования, а также в рамках настоящего гражданского дела, суд не усматривает оснований для освобождения ответчика от выполнения возникших обязательств вследствие причинения физических страданий истца нанесением ему побоев, в том числе по компенсации морального вреда.

У суда нет сомнений, что указанные выше телесные повреждения причинили истцу физические страдания.

При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание фактические обстоятельства, при которых произошло административное правонарушение, характер и последствия травмы.

ФИО2 совершила в отношении ФИО3 административный проступок, характеризующийся прямым умыслом.

Суд считает, что компенсация морального вреда должна быть выплачена истцу, исходя из принципа разумности и справедливости. При разрешении вопроса о размере компенсации морального вреда в данном случае суд учитывает обстоятельства конфликта, причинения вреда, характер и объем причиненных истцу физических и нравственных страданий, исходя из характера травм, длительности их заживления, требования разумности и справедливости.

Сумму компенсации в размере 500 000 руб. в данной ситуации суд, соглашаясь с доводами ответчика, считает завышенной. При этом суд принимает во внимание преюдициальное значение вышеуказанного постановления мирового судьи, которое в силу ч.ч. 2 и 4 ст. 61 ГПК РФ обязательно для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого они вынесены, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Таким образом, суд усматривает основания для определения размера компенсации морального вреда, исходя из причиненных истцу травм, описанных в постановлении мирового судьи судебного участка № 4 Свердловского судебного района г. Костромы, подтвержденных заключением судебно-медицинской экспертизы № 1889, проведенных в рамках вышеуказанного административного дела, не повлекших ухудшение состояния здоровья истца.

Поскольку моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в денежной форме и полного возмещения, предусмотренная законом компенсация должна отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания.

Размер компенсации морального вреда суд считает возможным определить в сумме 10 000 рублей, которые подлежат взысканию с ответчика ФИО2 в пользу истца ФИО3

Разрешая встречные требования ФИО2 к ФИО3 о взыскании компенсации морального вреда, вытекающего из причинения вреда здоровью, суд считает необходимым указать следующее.

Как поясняла в судебном заседании ФИО2 24 сентября 2024 года она с мужем и дочерью вышли из своей квартиры на прогулку, пока спускались по лестнице в подъезде встретили идущего им навстречу ФИО3 К этому времени между ними уже неоднократно возникали словесные конфликты на фоне неприязненных соседских отношений. При этой встрече 24 сентября 2024 года ее супруг обратился с просьбой к ФИО3 прекратить конфликтовать. Она услышала как муж крикнул ей, что у ФИО3 газовый баллончик и велел выбегать из подъезда. ФИО3 распылил в их присутствии газовый баллончик, струя попала в лицо ей и дочери. Ребенку была вызвана Скорая помощь, поскольку она плакала от боли. ФИО2 также испытывала острую боль и жжение в области лица, глаза воспалились и слезились. Медицинские работники оказывали помощь и ей и ребенку, промывали глаза, рекомендовали мазь. Она вынуждена была обращаться за медицинской консультацией к офтальмологу, поскольку и на следующий день глаза слезились, были воспалены. Полагает, что в результате действий ФИО3 ей были причинены физические травмы, она испытывала физическую боль и страдания.

ФИО3, не отрицая факт встречи в подъезде ФИО2, ее мужа и ребенка, подробно описывая обстоятельства нанесения ему ФИО2 побоев, отрицал факт распыления им газового баллончика в присутствии ФИО2, ее мужа и ребенка.

Тем не менее, как следует из материалов дела 1 ноября 2024 года возбуждено дело об административном правонарушении в отношении ФИО3 и как следует из протокола об административном правонарушении 24 сентября 2024 года в 18 час. 30 минут по адресу <адрес> в подъезде ФИО3 совершил иные насильственные действия в отношении несовершеннолетней ФИО9, а именно: распылил газ при помощи газового баллончика в сторону ФИО9, в результате чего ей была причинена физическая боль, при этом данные действия не повлекли последствий, указанных в статье 115 УК РФ, тем самым совершил административное правонарушение, предусмотренное ст. 6.1.1 КоАП РФ.

Аналогичные обстоятельства установлены мировым судьей судебного участка № 4 Свердловского судебного района г. Костромы при рассмотрении дела об административном правонарушении в отношении ФИО3

Как следует из постановления по делу об административном правонарушении в отношении ФИО3 УУП УМВД России по г. Костроме ФИО10 в судебном заседании поддержала составленный ею протокол. Указала, что выезжала на место происшествия, опрашивала ФИО14, ФИО1, ФИО15 и его мать ФИО15… В том числе указывала, что она чувствовала действие баллончика в квартире К-вых, когда брала с них объяснения, на них остались следы газа. Также она видела, что у ФИО14 было сильное слезотечение, ребенка особо не видела, так как ей занимался инспектор ПДН. Видела «скорую помощь», видела, что ФИО14 и ФИО9 протирали глаза.

Мировой судья установил наличие причинно-следственной связи между действиями ФИО3 по распылению газа и последствиями в виде телесных повреждений, которые причинили физическую боль несовершеннолетней ФИО9

Постановлением мирового судьи судебного участка № 4 Свердловского судебного района г. Костромы от 24 марта 2025 года ФИО3 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ст. 6.1.1 КоАП РФ и ему назначено наказание в виде штрафа в размере 6000 рублей. Постановление вступило в законную силу.

25 сентября 2024 года ФИО2 обратилась в порядке поликлинического приема к врачу-офтальмологу ООО «Центр амбулаторной хирургии» с жалобами на резь в глазах. Из анамнеза: «вчера вечером сосед брызнул в глаза из газового баллончика, помощь оказана вчера бригадой скорой помощи». При осмотре установлен умеренный отек кожи века, смешанная иньекция глазных яблок. Диагноз: другие травмы глаза и орбиты. Химический ожог кожи век и коньюктивы гл. яблок 1ст. Назначено лечение на 5-7 дней.

ФИО2 представлен суду Акт судебно-медицинского освидетельствования № 31 от 22 ноября 2024 года ОГБУЗ Костромское областное бюро СМЭ», куда ФИО2 обратилась в целях установления наличия травм. В ходе проведения исследования экспертом оценивались пояснения ФИО2 по обстоятельствам получения травмы 24 сентября 2024 года, представленные ФИО2 записи поликлинического приема № 60981, копия объяснительной фельдшера от 15 ноября 2024 года, фото на имя ФИО2 В заключении эксперт указала, что по причине того, что в распоряжение эксперта не представлены медицинские документы с данными осмотра непосредственно после травмы, судить о характере и тяжести вреда здоровью ФИО2 вследствие указанной ею ситуации от 24 сентября 2024 года невозможности.

В судебном заседании в качестве свидетелей был допрошен фельдшер специализированной бригады скорой медицинской помощи ФИО11, который показал, что 24 сентября 2024 года был вызов к ребенку по <адрес>. На месте установлено воздействие на лицо ребенка аэрозолью с раздражающим веществом, ребенок плакал, жаловался на боль, у нее покраснели и слезились глаза. Аналогичные симптомы были и у ее мамы ФИО2, она поясняла, что сосед распылил в лицо газовый баллончик. Медицинская помощь была оказана и ФИО2 путем промывания глаз физраствором, рекомендовано приобрести мазь и обратиться к офтальмологу. От них исходил едкий запах.

Свидетель ФИО12 также показала, что в сентябре 2024 года была очевидцем оказания ФИО2 и ее дочери медицинской помощи бригадой скорой медицинской помощи. Она видела ФИО13 уже на улице, у нее слезились глаза, свидетель чувствовала едкий запах около подъезда, который также исходил и от ФИО2 По просьбе доктора ее муж бегал в аптеку за жирным кремом, чтобы смазать им лицо, медики промывали им глаза. Как ей стало известно ФИО2 и ее дочь пострадали от распыления ФИО3 газового баллончика при их встрече в подъезде.

Таким образом, оценив в совокупности представленные доказательства, суд полагает, что в ходе рассмотрения дела доводы ФИО2 о причинении ей ФИО3 травм, при которых она испытала физическую боль в результате распыления им газового баллончика 24 сентября 2024 года в подъезде дома по месту их жительства, нашли свое подтверждение в ходе настоящего судебного разбирательства.

Доводы ФИО3 об отсутствии процессуального акта, которым установлена его вина, на вышеуказанные выводы суда не влияют. При этом суд учитывает наличие достаточного объема иных допустимых доказательств совершения ФИО3 действий по распылению газового баллончика при указанных ФИО2 обстоятельствах в юридически значимый период и наступивших последствий у ФИО2 в виде травм, оказания ей медицинской помощи,.

Суд считает, что компенсация морального вреда должна быть выплачена ФИО2, исходя из принципа разумности и справедливости. При разрешении вопроса о размере компенсации морального вреда в данном случае суд учитывает обстоятельства конфликта, причинения вреда, характер и объем причиненных истцу физических и нравственных страданий, исходя из характера травм, длительности их заживления, требования разумности и справедливости.

Сумму компенсации в размере 500 000 руб. в данной ситуации суд считает завышенной и усматривает основания для определения размера компенсации морального вреда, исходя из причиненных истцу травм, установленных в ходе рассмотрения настоящего спора (слезотечение, отек век, покраснение кожных покровов лица), при возникновении которых ФИО2 испытывала физическую боль, что сомнений у суда не вызывает

Как уже указывалось ранее, поскольку моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в денежной форме и полного возмещения, предусмотренная законом компенсация должна отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания.

Размер компенсации морального вреда суд считает возможным определить в сумме 10 000 рублей, которые подлежат взысканию с ФИО3 в пользу ФИО2

Суд полагает, что отсутствие в отношении ФИО3 решения о привлечении к административной ответственности не умаляет опасность его действий и тяжесть последствий, которые установлены в ходе разрешения гражданского спора. Судом не установлены обстоятельства провокационных действий в отношении ФИО3 со стороны ФИО2, все события, связанные как нанесением побоев ФИО3 и причинения травм ФИО2 могли развиваться одновременно, что не противоречит и выводам мирового судьи при рассмотрении дела об административном правонарушении в отношении ФИО2

В данном случае сложившиеся обстоятельства суд оценивает как обоюдный конфликт между сторонами и при отсутствии доказательств квалификации травм участников конфликта, суд полагает, что стороны должны понести гражданско-правовую ответственность по возмещении вреда друг другу в равной степени.

Оснований для взыскания компенсации морального вреда в большем размере суд не усматривает, полагает, что определенная судом сумма является достаточной, соразмерной, при этом соблюдается баланс последствий и ответственности участников возникших правоотношений.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1085 Гражданского кодекса Российской Федерации, при причинении гражданину увечья или ином повреждении его здоровья возмещению подлежит утраченный потерпевшим заработок (доход), который он имел либо определенно мог иметь, а также дополнительно понесенные расходы, вызванные повреждением здоровья, в том числе расходы на лечение, дополнительное питание, приобретение лекарств, протезирование, посторонний уход, санаторно-курортное лечение, приобретение специальных транспортных средств, подготовку к другой профессии, если установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение.

Суд полагает, что возмещению в пользу ФИО2 подлежит стоимость платных услуг врача-офтальмолога в размере 1500 рублей.

При этом суд учитывает, что согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, данной в Постановлении от 31 января 2025 года N 4-П, законоположение статьи 1085 ГК РФ не может рассматриваться как направленное на необоснованные ограничения законных интересов потерпевшего в применении выходящих за пределы программы ОМС методов лечения. Получение медицинской помощи в рамках программы ОМС является типичным, наиболее востребованным, но не обязательным для пациента, а в отдельных случаях и вовсе невозможным. Это характерно для случаев, когда конкретный эффективный метод лечения не входит в программу ОМС, а также когда обращение за бесплатной медицинской помощью сопряжено с длительным ожиданием консультации врача, проведения обследования и прочими объективными сложностями. Стремление потерпевшего восстановить свое здоровье любыми доступными способами, в том числе не покрываемыми за счет средств ОМС, не может само по себе рассматриваться в качестве предосудительного.

Сложившееся в правоприменительной практике толкование (имевшее место и в деле заявителя) пункта 1 статьи 1085 ГК РФ, исключающее возмещение потерпевшему расходов на лечение, в котором он нуждался вследствие причинения вреда его здоровью и которое ему показано на основании клинических рекомендаций - притом, что у него формально имелась возможность получения медицинской помощи в рамках программы ОМС, - фактически ограничивает самостоятельный выбор потерпевшим способа лечения.

С учетом этого в ряде случаев допускается взыскание в пользу потерпевшего понесенных им расходов на лечение, когда медицинское учреждение, в которое гражданин имел возможность обратиться в рамках программы ОМС, не может оказать соответствующую медицинскую помощь в связи с неприменением в нем необходимых способов (методов) лечения или обследования либо в связи с невозможностью сделать это в необходимые (исходя из состояния пациента) сроки ввиду отсутствия материалов, исчерпания квот или по иным причинам организационно-технического характера, притом, что ожидание лечения могло бы в значительной степени осложнить процесс выздоровления пациента.

Пункт 1 статьи 1085 ГК РФ не противоречит Конституции Российской Федерации, поскольку по своему конституционно-правовому смыслу в системе действующего правового регулирования не ограничивает права лица, получившего в результате оказания ему медицинской организацией платных медицинских услуг увечье или иное повреждение здоровья, на охрану здоровья и медицинскую помощь и не дает оснований для отказа в возмещении разумных и обоснованных расходов, понесенных на лечение таким лицом, которое могло получить лечение этого повреждения здоровья бесплатно в рамках программы ОМС, но избрало платное лечение, соответствующее клиническим рекомендациям, в случаях, когда иное повлекло (могло повлечь) для его здоровья неблагоприятные последствия (в частности, если вынужденное ожидание получения бесплатного лечения существенно ухудшит прогноз состояния здоровья гражданина или непропорционально увеличит время восстановления его здоровья, либо если гражданин испытывает физические страдания, которые могут быть прекращены или минимизированы только оказанием соответствующей медицинской помощи, либо если платный способ (метод) лечения более эффективен или больше подходит гражданину по индивидуальным медицинским показаниям, чем предоставляемый бесплатно).

Обратный подход не только необоснованно ограничивал бы право гражданина, здоровью которого причинен вред, в средствах правовой защиты, но и не согласовывался бы с принципами справедливости и юридического равенства (статья 17; статья 19, части 1 и 2; статья 41, части 1 и 2; статья 46, части 1 и 2; статья 52 Конституции Российской Федерации).

По мнению суда в данном случае заслуживают внимание доводы ФИО2 о том, что она не имела возможности получить срочную помощь врача-офтальмолога в рамках ОМС, ввиду отсутствия таковой по месту жительства. Учитывая характер травм, их локализацию ФИО2 обоснованно выбрала платное лечение, у соответствующего специалиста, поскольку иное могло повлечь для ее здоровья неблагоприятные последствия (длительную физическую боль, увеличение времени восстановления после полученных травм).

Что касается требований о взыскании убытков в виде расходов по оплате услуг эксперта ОГБУЗ «Костромское областное бюро СМЭ» в сумме 1972 руб., суд считает необходимым указать следующее.

Согласно статье 71 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации письменными доказательствами являются содержащие сведения об обстоятельствах, имеющих значение для рассмотрения и разрешения дела, акты, договоры, справки, деловая корреспонденция, иные документы и материалы, выполненные в форме цифровой, графической записи, в том числе полученные посредством факсимильной, электронной или другой связи, с использованием информационно-телекоммуникационной сети "Интернет", документы, подписанные электронной подписью в порядке, установленном законодательством Российской Федерации, либо выполненные иным позволяющим установить достоверность документа способом. К письменным доказательствам относятся приговоры и решения суда, иные судебные постановления, протоколы совершения процессуальных действий, протоколы судебных заседаний, приложения к протоколам совершения процессуальных действий (схемы, карты, планы, чертежи) (часть 1). Письменные доказательства представляются в подлиннике или в форме надлежащим образом заверенной копии. Подлинные документы представляются тогда, когда обстоятельства дела согласно законам или иным нормативным правовым актам подлежат подтверждению только такими документами, когда дело невозможно разрешить без подлинных документов или когда представлены копии документа, различные по своему содержанию. Если копии документов представлены в суд в электронном виде, суд может потребовать представления подлинников этих документов (часть 2).

В силу ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.

Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Результаты оценки доказательств суд обязан отразить в решении, в котором приводятся мотивы, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими.

При таких обстоятельствах суд находит, что Акт судебно-медицинского исследования является допустимым по делу доказательством, несение истцом расходов по получению данного доказательства в силу вышеуказанных обстоятельств является обоснованным и, с учетом положения ст. 67 ГПК РФ, понесенные расходы не являются излишними.

В то же время суд считает ошибочной позицию истца о том, что данные расходы являются для нее ущербом, подлежащими возмещению в порядке ст. 1085 ГК РФ.

В соответствии с ч. 1 ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

Согласно ст. 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся: суммы, подлежащие выплате свидетелям, экспертам, специалистам и переводчикам;

расходы на оплату услуг переводчика, понесенные иностранными гражданами и лицами без гражданства, если иное не предусмотрено международным договором Российской Федерации;

расходы на проезд и проживание сторон и третьих лиц, понесенные ими в связи с явкой в суд;

расходы на оплату услуг представителей;

расходы на производство осмотра на месте;

компенсация за фактическую потерю времени в соответствии со статьей 99 настоящего Кодекса;

связанные с рассмотрением дела почтовые расходы, понесенные сторонами;

другие признанные судом необходимыми расходы.

Таким образом стоимость услуги по проведению судебно-медицинского исследования, которое впоследствии было представлено суду в подтверждение заявленных требований относится к судебным издержкам и подлежит распределению при рассмотрении дела по существу по правилам главы 7 ГПК РФ.

В соответствии с ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела" (далее - постановление от 21.01.2016 N 1), лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием. Недоказанность данных обстоятельств является основанием для отказа в возмещении судебных издержек.

Разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов (часть 3 статьи 111 АПК РФ, часть 4 статьи 1 ГПК РФ, часть 4 статьи 2 КАС РФ). Вместе с тем в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (статьи 2, 35 ГПК РФ, статьи 3, 45 КАС РФ, статьи 2, 41 АПК РФ) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер (пункт 11 постановления от 21.01.2016 N 1).

Таким образом, ФИО3 должна быть возмещена ФИО2 стоимость услуги экспертов, поскольку проведение данного исследования являлось необходимым в целях судебной защиты нарушенного права, несение данных расходов объективно подтверждено.

Возможность получения данной услуги бесплатно, вопреки доводам истца, объективно в ходе рассмотрения дела не подтверждена.

В силу ст. 98 ГПК РФ со ФИО2 в пользу ФИО3 подлежат взысканию судебные расходы за почтовые услуги по отправке копии иска ответчику в сумме 200 рублей.

Уплаченные истцом и ответчиком при подаче иска и встречного иска государственные пошлины в сумме 3000 рублей каждым подлежит возврату сторонам как излишне уплаченная по делам данной категории.

Руководствуясь ст.ст.194,198 ГПК РФ, суд

решил :

Иск ФИО3 удовлетворить частично.

Взыскать со ФИО2 в пользу ФИО3 компенсацию морального вреда в сумме 10 000 рублей, судебные расходы 200 рублей.

Встречный иск ФИО2 удовлетворить частично.

Взыскать со ФИО3 в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда в сумме 10 000 рублей, расходы на лечение 1 500 рублей, судебные расходы 1972 рубля.

Возвратить ФИО3 уплаченную им при подаче иска государственную пошлину в сумме 3000 рублей (чек по операции от 8 октября 2025 года ПАО Сбербанк) как излишне оплаченную.

Возвратить ФИО2 уплаченную ею при подаче встречного иска государственную пошлину в сумме 3000 рублей (чек по операции от 25 ноября 2025 года (мобильное приложение Сбербанк Онлайн) как излишне оплаченную.

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в Костромской областной суд через Свердловский районный суд г. Костромы в течение одного месяца.

Судья

Решение суда в окончательной форме изготовлено 16 января 2026 год