Председательствующий Ахмедова Л.С. Дело №

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Курган 5 сентября 2023 г.

Курганский областной суд в составе председательствующего Головина И.Н.,

при секретаре Шайда М.В.

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе осужденного ФИО1 на приговор Далматовского районного суда Курганской области от 29 июня 2023 г., по которому

ФИО1, родившийся <...>, несудимый,

осужден по ч. 1 ст. 264 УК РФ к 2 годам ограничения свободы, с установлением ограничений и обязанности, указанных в приговоре, освобожден на основании п. «а» ч. 1 ст. 78 УК РФ от назначенного наказания за преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 264 УК РФ, в связи с истечением срока давности уголовного преследования.

Заслушав выступления осужденного ФИО1 и защитника Клетченкова А.Д., поддержавших доводы апелляционной жалобы, возражения прокурора Достовалова Е.В., суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

по приговору суда ФИО1 признан виновным в нарушении 19 мая 2021 г. Правил дорожного движения (ПДД) при управлении автомобилем, повлекшем по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью З.

Преступление совершено на 163 км автодороги <...> области при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

Виновным себя в инкриминируемом преступлении ФИО1 не признал.

В апелляционной жалобе осужденный просит отменить приговор как незаконный и необоснованный, неправомерный и постановленный без достаточных на то оснований. Просит его оправдать. Оспаривает законность постановления о возбуждении уголовного дела и принятии его к производству, поскольку он составлен крайне некорректно и представляет набор слов. Указывает, что ему непонятен смысл и содержание этого документа, одновременно оспаривая доказанность изложенных в нем обстоятельств.

Безотносительно к обжалуемому приговору и своим доводам о его незаконности приводит содержание многочисленных положений Конституции Российской Федерации, УПК РФ, постановлений Пленума Верховного Суда Российской Федерации.

Критикует постановление о назначении медицинской судебной экспертизы в отношении З. (т.1 л.д. 101) в части поставленных на разрешение эксперта вопросов, содержание и оформление заключения эксперта № 491 от 8 ноября 2021 г. (т.1 л.д. 104), оспаривая вывод о причинении тяжкого вреда здоровью потерпевшего.

Указывает на наличие дефектов дорожного покрытия на момент ДТП, фальсификацию следственного эксперимента от 20 декабря 2021 г., на котором и построено все его обвинение. В обоснование указывает на ненадлежащее место его проведения и другой километр дороги (163 вместо 162), отличное от имевшего место состояние дорожного покрытия, иную авторезину и температурный режим.

Указывает на нарушения при разрешении его личных ходатайств в судебном заседании. Описывает обстоятельства задержания, доставления в следственный отдел и оказания на него психологического давления в целях дачи признательных показаний.

В возражениях на апелляционную жалобу осужденного государственный обвинитель Тимошенко О.В. просит жалобу оставить без удовлетворения, приговор – без изменения.

Проверив материалы дела по доводам апелляционной жалобы, суд приходит к следующим выводам.

Существенных нарушений уголовно-процессуального закона, которые повлияли или могли повлиять на вынесение законного и обоснованного судебного решения, и в этой связи влекут отмену приговора, по делу не допущено.

Уголовное дело возбуждено с вынесением мотивированного постановления уполномоченным на то должностным лицом в рамках закона при наличии соответствующего повода и оснований для такого решения, изложено в ясных и понятных выражениях, непринятых сокращений и слов, неприемлемых в официальных документах, не содержит. Видимых препятствий для уяснения смысла и содержания текста постановления не усматривается.

Уголовное дело расследовано в соответствии с требованиями закона и с учетом предоставленных следователю полномочий самостоятельно направлять ход расследования, принимать решения о производстве следственных и иных процессуальных действий. При этом сторона защиты в ходе предварительного расследования дела была вправе ходатайствовать о вызове дополнительных свидетелей, о производстве необходимых, по ее мнению, следственных действий и экспертиз и использовала данные права в той мере, в которой считала для себя необходимой.

В судебном заседании было обеспечено равенство прав сторон, которым суд, сохраняя объективность и беспристрастие, создал необходимые условия для всестороннего и полного исследования обстоятельств дела. Все представленные суду доказательства были исследованы в судебном заседании в достаточном объеме, после оглашения письменных доказательств никто из участников процесса не заявлял о необходимости более тщательного исследования содержащихся в них сведений. Сторонам, в том числе защите, была предоставлена исчерпывающая возможность задавать вопросы допрашиваемым лицам, выяснить интересующие обстоятельства, чем она активно воспользовалась, исследуя представляемые доказательства, комментируя их и поясняя, участвуя в разрешении процессуальных вопросов.

Все ходатайства участников процесса, в том числе о проведении экспертиз, рассмотрены судом в порядке, предусмотренном ст. 271 УПК РФ, по ним приняты правильные и достаточно мотивированные решения. Отказ суда в удовлетворении некоторых ходатайств, при соблюдении процедуры их рассмотрения, не свидетельствует о необъективности суда. Необоснованного отказа в их удовлетворении судом не допущено. Несогласие с результатами рассмотрения заявленных ходатайств, не может свидетельствовать о необеспечении судом принципа состязательности сторон и обвинительном уклоне суда.

Доказательствам, названным стороной защиты недопустимыми, как и доводам о незаконности возбуждения уголовного дела оценка дана в приговоре. Такое процессуальное разрешение ходатайства не противоречит уголовно-процессуальному закону. Доводы жалобы со ссылкой на нарушение положений ст. 121, 122 УПК РФ о том, что отложение рассмотрения вопроса о недопустимости доказательств на стадию постановления приговора ущемило право осужденного на объективное исследование доказательств, беспочвенны и основаны на неправильном толковании закона.

Исследованные судом доказательства получили надлежащую оценку в соответствии с требованиями ст. 88 УПК РФ, обоснованно признаны допустимыми, достоверными и в своей совокупности достаточными для правильного разрешения уголовного дела и признания ФИО1 виновным. Оснований для исключения каких-либо доказательств из числа допустимых суд не усмотрел. Не усматривает таковых и суд апелляционной инстанции ввиду отсутствия нарушений закона при их сборе и исследовании в судебном заседании.

Выводы суда о виновности ФИО1 в совершении преступления, за которое он осужден, соответствуют установленным фактическим обстоятельствам, основаны на совокупности собранных по делу доказательств, приведенных в приговоре:

- потерпевший З., свидетели Т. и В. показали, что двигались на автомобиле под управлением Т., встречный автомобиль выехал на их полосу движения и правым боком столкнулся с передней частью их автомобиля;

- допрошенный в ходе предварительного расследования в качестве подозреваемого в присутствии защитника, ФИО1 показал, что потерял управление после укуса пчелы. Его автомобиль развернуло на проезжей части, с правой обочины он выехал на свою полосу, а затем автомобиль боком понесло на полосу встречного движения. На встречной полосе его автомобиль остановился. При этом передней частью автомобиль был направлен в противоположную сторону от направления его движения. Через какое-то время почувствовал удар в заднюю часть автомобиля;

- согласно заключению эксперта от 8 ноября 2021 г. у З. установлены телесные повреждения в виде травматического вывиха обоих плеч с отрывом больших бугорков, закрытых переломов 6-11 ребер слева, закрытого перелома верхней трети левой большеберцовой кости без смещения, данные телесные повреждения возникли при ДТП 19 мая 2021 г. и в совокупности расцениваются как тяжкий вред здоровью по признаку значительной стойкой утраты общей трудоспособности не менее чем на 1/3;

- в ходе следственного эксперимента определено расстояние между автомобилями в момент возникновения опасности для движения;

- при проведении экспертных исследований (заключения экспертов от 15, 17 и 20 декабря 2021 г.) установлена минимальная скорость транспортных средств, место столкновения относительно полос движения, отсутствие неисправностей автомобилей Т. и ФИО1, в том числе систем торможения. Установлено, что автомобиль «<...>» под управлением Т., двигаясь с максимально разрешенной скоростью 90 км/ч, не имел технической возможности предотвратить столкновение, даже применив экстренное торможение.

Доводы осужденного о недостоверности результатов следственного эксперимента от 20 декабря 2021 г. ввиду несоответствия многочисленных условий, имевшим место в момент ДТП, необоснованны.

Задачей следственного эксперимента было установление расстояния между автомобилями в момент выезда осужденного на полосу встречного движения перед столкновением (т. 1 л.д. 180-184). Состояние дорожного покрытия, иная сезонность авторезины и температурный режим на достоверность результатов такого эксперимента повлиять не могут.

Утверждение осужденного о ненадлежащем месте проведения эксперимента (163 километр дороги вместо 162) не основано на материалах уголовного дела. Согласно предъявленному ФИО1 обвинению и установленным в приговоре обстоятельствам преступление совершено на 163-м километре автодороги «<...>». Данные выводы соответствуют обстоятельствам, зафиксированным в протоколе осмотра места происшествия и прилагаемой к нему схеме, согласно которым место столкновения находится на полосе движения автомобиля Т. в 100 м от километрового знака «163» (дорожный знак 6.13 ПДД) и в 900 м от «162» (т. 1 л.д. 48, 69).

Следственный эксперимент проведен в соответствии с требованиями ст. 181 УПК РФ, согласно которой обязательное участие при проведении следственного эксперимента обвиняемого и его защитников не требуется. Право на защиту осужденного не нарушено, поскольку участие сторон при проведении следственного эксперимента является обязательным в соответствии с требованиями ст. 288 УПК РФ, то есть при проведении данного следственного действия в судебном заседании. Составленный по итогам данного следственного действия протокол соответствует требованиям ст. 166 УПК РФ, обоснованно признан судом допустимым доказательством и получил оценку в совокупности с иными доказательствами. Полученный результат эксперимента никем не оспаривается.

Доводы о незаконности, ничтожности и фальсификации заключения судебно-медицинского эксперта также необоснованны.

Присутствие при производстве судебной экспертизы иных лиц отражено в заключении в соответствии с п. 8 ч. 1 ст. 204 УПК РФ, а положения ч. 2 этой нормы прямо предусматривают право эксперта указать в своем заключении обстоятельства, которые имеют значение для уголовного дела, но по поводу которых ему не были поставлены вопросы.

Оснований сомневаться в квалификации эксперта Х. имеющего необходимое образование и значительный стаж работы (более <...> лет) в соответствующей области, как и в обоснованности данного им заключения в отношении потерпевшего также не имеется. Заключение получено и составлено в соответствие с положениями ст. 204 УПК РФ, основано на исследовании объективных данных согласно правилам и методикам проведения экспертиз соответствующего вида, содержит ответы на поставленные вопросы и должным образом аргументировано.

Экспертом исследованы представленные на экспертизу документы: медицинская карта больного З. и акт его судебно-медицинского освидетельствования, что указано в постановлении о назначении экспертизы и отражено в заключении эксперта.

Сомнений в правильности определения степени тяжести вреда здоровью, причиненного З. не имеется, степень тяжести вреда здоровья определена экспертом Х. согласно установленным правилам. Данные выводы получили надлежащую оценку в приговоре.

Согласно ч. 2 ст. 62 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» порядок проведения судебно-медицинской и судебно-психиатрической экспертиз и порядок определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, установлены Постановлением Правительства Российской Федерации от 17 августа 2007 года № 522 «Об утверждении Правил определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», в соответствии с которым издан приказ Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от 24 апреля 2008 года N 194н, утвердивший Медицинские критерии определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека.

Вопреки доводам стороны защиты, установленные приказом Минздравсоцразвития России от 24 апреля 2008 года № 194н Медицинские критерии определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, указывают в качестве квалифицирующего признака тяжкого вреда здоровью: открытый вывих плеча с разрывом связочного аппарата и капсулы сустава (п. 6.11.11); перелом большеберцовой кости по признаку медицинского критерия стойкой утраты 35% общей трудоспособности и не связывают данные признаки с соответствующей продолжительностью стационарного или амбулаторного лечения, о чем прямо указано в п. 18 этих же Медицинских критериев.

Субъективные суждения стороны защиты об обратном являются надуманными и немотивированными.

Заключения экспертов выполнены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона. Объективность этих заключений, компетентность и квалификация экспертов сомнений не вызывает, противоречий или непонятных формулировок в выводах экспертов не имеется. Показания потерпевшего и свидетелей согласуются между собой и с иными исследованными доказательствами.

Оснований для назначения повторных, комиссионных или комплексных экспертиз суд обоснованно не усмотрел, не усматривает таковых и суд апелляционной инстанции.

Отрицая свои показания со стадии предварительного расследования со ссылкой на оказанное давление и состояние здоровья на тот момент, осужденный по существу не оспаривает фактических обстоятельств дела и конкретных обстоятельств дорожно-транспортного происшествия, как они изложены в обвинительном заключении и установлены судом в приговоре, утверждая в судебном заседании суда апелляционной инстанции, что обстоятельств происшествия и его причин не помнит.

Доводы осужденного об оказании на него психологического воздействия и нарушении права на защиту на стадии расследования проверены, в том числе по его жалобам следователем Следственного комитета Российской Федерации и Адвокатской палатой Курганской области, получили оценку в приговоре и мотивированно отвергнуты.

Таким образом, суд привел в приговоре убедительные мотивы, по которым принял перечисленные в обоснование виновности осужденного доказательства, а также отверг позицию ФИО1, отрицавшего свою вину в содеянном.

Ничем необоснованные предположения стороны защиты о неисправности тормозной системы автомобиля Т. и ином расположении потерпевшего З. в этом автомобиле, о возможной причине дорожно-транспортного происшествия ввиду повреждения дорожного полотна тщательно проверялись судом первой инстанции и обоснованно признаны несостоятельными с приведением мотивов принятого решения.

Предположение осужденного о том, что потерпевший З. был не пассажиром, а водителем, опровергаются показаниями потерпевшего и свидетелей Т. и В.. Более того, данное обстоятельство не имеет значения для правильного разрешения настоящего уголовного дела, поскольку установлено, что вред здоровью З. причинен именно при рассматриваемых обстоятельствах.

Судом правильно установлено, что ФИО1 в нарушение пункта 10.1 Правил дорожного движения не учел особенности и состояние транспортного средства, дорожные и метеорологические условия, и превысил безопасную для этих условий скорость, избрав скорость, которая не обеспечила ему возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил, вследствие чего потерял контроль за управлением автомобиля: допустил выезд на обочину, занос и выезд на полосу дороги, предназначенную для встречного движения, где произошло столкновение с автомобилем Т.. При этом понятие «дорожные и метеорологические условия» охватывает и возможные неровности (повреждения) дорожного полотна, его обледенение, наличие на нем луж, грязи, снежного наката, посторонних предметов и т.д., что не может служить основанием для освобождения от ответственности при несоблюдении скоростного режима.

Суд на основе исследованных доказательств, установив в достаточной степени данные обстоятельства произошедшего, вопреки доводам защиты, пришел к обоснованному выводу о наличии прямой причинно-следственной связи между нарушением ФИО1 Правил дорожного движения и дорожно-транспортным происшествием, последствием которого явилось по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью З,

Позиция стороны защиты, приводящей анализ части доказательств, представленных стороной обвинения, основана на их собственной интерпретации и признании их важности для дела без учета установленных ст. 17, 87, 88 УПК РФ правил оценки доказательств, которыми в данном случае руководствовался суд.

Тот факт, что данная судом оценка собранных по делу доказательств не совпадает с позицией стороны защиты, не свидетельствует о нарушении судом требований ст. 88 УПК РФ и не является основанием для изменения или отмены приговора.

Действия ФИО1 суд правильно квалифицировал по ч. 1 ст. 264 УК РФ с освобождением от назначенного наказания в связи с истечением срока давности уголовного преследования.

Вопрос о взыскании с осужденного ФИО1 процессуальных издержек по оплате труда защитника, участвовавшего в деле по назначению, исследован в судебном заседании и разрешен в соответствии с требованиями ст. 131, 132 УПК РФ. Оснований для освобождения ФИО1 от уплаты процессуальных издержек или снижении размера взыскания не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 389.13, 389.20, 389.28 и 389.33 УПК РФ, суд

ПОСТАНОВИЛ :

приговор Далматовского районного суда Курганской области от 29 июня 2023 г. в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции с подачей кассационных жалобы, представления через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вынесения апелляционного постановления, по истечении этого срока – непосредственно в суд кассационной инстанции.

Осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий