Судья Казакова Н.В. Дело № 33-11647/2023
УИД 24RS0046-01-2021-004855-36
2.113
КРАСНОЯРСКИЙ КРАЕВОЙ СУД
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
25 сентября 2023 года г. Красноярск
Судебная коллегия по гражданским делам Красноярского краевого суда в составе:
председательствующего Федоренко В.Б.,
судей Черновой Т.Л., Килиной Е.А.,
с участием прокурора Гутаревой Е.А.,
при ведении протокола помощником судьи Манзыревой Е.А.,
рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-2728/2023 по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2 о признании утратившей право пользования жилым помещением, выселении, снятии с регистрационного учета, по встречному иску ФИО2 к ФИО1 о признании договора купли-продажи недействительной сделкой и применении последствий недействительности сделки,
по апелляционной жалобе представителя ФИО1 – ФИО3,
на решение Свердловского районного суда г. Красноярска от 2 июня 2023 года, которым постановлено:
«В удовлетворении иска ФИО1 к ФИО2 о признании утратившей право пользования жилым помещением, выселении, снятии с регистрационного учета - отказать.
Встречные исковые требования ФИО2 к ФИО1 о признании сделки недействительной применении последствий недействительности сделки удовлетворить частично.
Признать договор купли-продажи квартиры с кадастровым номером №, расположенной по адресу: <адрес>, заключенный 14.10.2017 между ФИО1 и ФИО2 недействительным.
Взыскать с ФИО1 в пользу ФИО2 расходы по оплате государственной пошлины в размере 300 руб.».
Заслушав доклад судьи Федоренко В.Б., судебная коллегия
УСТАНОВИЛА:
ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2 о признании утратившей право пользования жилым помещением, выселении и снятии ее с регистрационного учета.
Требования мотивированы тем, что истец является собственником вышеназванной квартиры, приобретенной у ответчика по договору купли-продажи от 14.10.2017. Согласно п.5 указанного договора стороны установили, что до 15.12.2017 лица, проживающие в квартире, являющейся предметом сделки, освободят жилое помещение и снимутся с регистрационного учета по месту жительства. По устной договорённости с истцом ФИО2 сохраняла регистрацию и проживала в указанной квартире. С учетом необходимости освободить жилое помещение ФИО1 потребовал от ФИО2 покинуть квартиру, сняться с регистрационного учета. Предупреждение о выселении до 25.05.2021 получено ФИО2 25.04.2021, однако, выселиться категорично отказалась.
На основании изложенного, с учетом уточнений, истец просил восстановить его право собственности на квартиру, расположенную по адресу: <адрес>, признать ФИО2 утратившей право пользования названным жилым помещением, выселить и снять ее с регистрационного учета по указанному адресу.
ФИО2 обратилась со встречным иском к ФИО1 о признании договора купли-продажи квартиры по адресу: <адрес> от 14.10.2017 недейственным (ничтожным), прекращении права собственности ФИО1 на указанную квартиру, восстановлении права собственности ФИО2 на данное жилое помещение, мотивировав свои требования тем, что фактически сделкой купли-продажи прикрыт договор займа с залогом недвижимости. ФИО2 не собиралась создавать соответствующие данному договору правовые последствия, поскольку обратилась к ФИО1 с целью заключения договора займа на сумму <данные изъяты>, которые были необходимы ее сыну, которому поступали угрозы жизни и здоровью от кредиторов. ФИО1 выразил согласие на оказание финансовой помощи с условием заключения договора залога на спорное жилое помещение. Однако непосредственно перед заключением сделки ФИО1 изменил условия и предложил заключить договор купли-продажи. ФИО2, находясь в безвыходном положении, заключила договор купли-продажи жилого помещения, расположенного по адресу: <адрес>, под условием того, что при возврате <данные изъяты>, ФИО1 заключит с ней договор купли-продажи и квартира снова станет собственностью ФИО2 После регистрации сделки ФИО1 требовал расписку на 2 000 000 руб., которые по факту ФИО2 не получала, сумма займа составляла <данные изъяты> Находясь в безвыходном положении ФИО2 написала указанную расписку. На протяжении всего времени ФИО2 жила и живет в спорном жилом помещении, несет бремя его содержания. Также ФИО2 выплачивала ФИО1 денежные средства, в счет погашения займа посредством перевода по банковской карте. Общая сумма выплаченного займа составила 710 000 руб., что подтверждается банковской выпиской. Впоследствии ФИО2 заболела и не могла вносить ежемесячную оплату, спустя два месяца просила ФИО1 продлить договор займа, однако он потребовал выплатить 260 000 руб. единовременно, от чего ФИО2 отказалась вследствие отсутствия денежных средств, а 25.04.2021 получила уведомление о выселении.
Судом постановлено вышеприведенное решение.
В апелляционной жалобе представитель ФИО1 – ФИО3 просит отменить решение суда, как незаконное и необоснованное, ссылаясь на то, что при принятии решения суд не установил действительную волю сторон договора, обосновав свои выводы лишь на утверждениях ответчика о том, что она не имела намерений на продажу своей квартиры, в то время как воля истца при заключении спорного договора была направлена именно на совершение сделки купли-продажи квартиры. Выражает также несогласие с выводами суда о соблюдении ответчиком срока исковой давности, указывая, что в рассматриваемом случае течение срока исковой давности началось с момента исполнения ничтожной сделки.
На апелляционную жалобу представителем ФИО2 – ФИО4 поданы возражения, в которых она просит оставить решение суда первой инстанции без изменения.
Разрешив вопрос о возможности рассмотрения дела в отсутствие неявившихся участников процесса, уведомленных надлежащим образом о месте и времени рассмотрения дела, проверив материалы дела, законность и обоснованность принятого решения суда в пределах доводов апелляционной жалобы, заслушав объяснения ФИО1 и его представителя ФИО3, поддержавших доводы апелляционной жалобы, представителя ФИО2 – ФИО4, возражавшей против доводов жалобы, заключение прокурора отдела прокуратуры Красноярского края Гутаревой Е.А., полагавшей решение суда первой инстанции законным и обоснованным, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия не находит оснований для отмены или изменения решения суда.
В соответствии со ст. 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.
Согласно п. 1 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным ГК РФ, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).
На основании п. 1 ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.
В силу п. 2 ст. 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.
По смыслу данной нормы, по основанию притворности может быть признана недействительной лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю участников сделки. При этом, обе стороны должны преследовать общую цель на достижение последствий иной сделки, которую прикрывает юридически оформленная сделка.
Согласно разъяснениям, данным в п. 87 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", притворной является сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, с иным субъектным составом, ничтожна. В связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно.
К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 ГК РФ).
Правовой целью договора купли-продажи являются переход права собственности на проданное имущество от продавца к покупателю и уплата покупателем продавцу определенной цены (ст. 454 ГК РФ).
В силу п. 1 ст. 549 ГК РФ по договору купли-продажи недвижимого имущества (договору продажи недвижимости) продавец обязуется передать в собственность покупателя земельный участок, здание, сооружение, квартиру или другое недвижимое имущество (статья 130).
Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, на основании договора участия в долевом строительстве от 04.07.2011, договора уступки прав требования от 07.09.2011, договора переуступки прав требования от 11.12.2012 и акта приема-передачи от 27.12.2012 ФИО2 являлась собственником однокомнатной квартиры, расположенной по адресу: <адрес>.
С 03.04.2013 ФИО2 состоит на регистрационном учете по вышеуказанному адресу, и согласно выписке из домовой книги и ФЛС по состоянию на 01.05.2021 задолженность за жилищно-коммунальные услуги в отношении названного помещения отсутствует.
14.10.2017 между ФИО2 и ФИО1 заключен договор купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, общей площадью 35,4 кв.м, по условиям которого стоимость данной квартиры составила 980 000 рублей и в соответствии с п. 4 договора выплачена покупателем продавцу до подписания договора.
Согласно пункту 5 приведенного договора на регистрационном учете в квартире состоит ФИО2, которая обязуется сняться с регистрационного учета не позднее 15.12.2017.
Пунктом 9 приведенного договора предусмотрено, что он имеет силу передаточного акта и подтверждает, что на момент подписания продавец передал покупателю отчуждаемую квартиру. Квартира передана во владение в известном покупателю надлежащем качественном состоянии (как она есть), соответствующем санитарно-техническим нормам и правилам, пригодной для целей проживания.
В соответствии с п. 11 договора покупатель осуществляет за свой счет эксплуатацию и ремонт квартиры, а также участвует соразмерно с занимаемой площадью в расходах, связанных с техническим обслуживанием и ремонтом, в том числе капитальным, всего дома.
В подтверждение исполнения договорных обязательств ФИО1 в материалы дела представлена расписка о получении ФИО5 в счет оплаты за указанную квартиру <данные изъяты> Расписка подписана ФИО2 с указанием, что денежную сумму получила на руки и претензий не имеет.
Переход права собственности на основании договора купли-продажи спорной квартиры от 14.10.2017 в пользу ФИО1 зарегистрирован в Едином государственном реестре недвижимости 26.10.2017.
Обращаясь со встречным иском ФИО2 указала, что данный договор является фактически договором залога, заключенным в обеспечение исполнения обязательств по возврату, переданных ФИО1 ее сыну ФИО6 в долг денежных средств, а она денежные средства не получала.
Принимая решение об удовлетворении встречного иска, руководствуясь положениями статей 166, 167, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также разъяснениями, изложенными в пунктах 86, 87 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", суд первой инстанции пришел к выводу, что договор купли-продажи спорной квартиры является притворной сделкой, поскольку ФИО2 имела действительное намерение передачи имущества в залог ФИО1; заключила договор купли-продажи квартиры, оформив переход права собственности на ФИО1, в обеспечение обязательств по возврату денежных средств, которые были получены иным лицом; денежные средства по договору купли-продажи ФИО1 ФИО2 не передавал. При этом суд отметил, что признание договора притворной сделкой не влечет таких последствий, как реституция, поскольку законом в отношении притворных сделок предусмотрены иные последствия - применение к сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемой сделке), относящихся к ней правил с учетом существа и содержания такой прикрываемой сделки, в связи с чем, учитывая также, что на момент рассмотрения дела право собственности на спорную квартиру зарегистрировано за ФИО2, пришел к выводу об отказе в удовлетворении заявленных ответчиком требований о прекращении права собственности ФИО1 на спорную квартиру и восстановлении такого права за ФИО2
Судебная коллегия не находит оснований не согласиться с выводами суда, поскольку они соответствуют установленным по делу фактическим обстоятельствам, представленным в дело доказательствам и примененным нормам материального права.
Из материалов дела следует, что после заключения договора купли-продажи от 14.10.2017 между ФИО2 и ФИО1 спорная квартиры фактически из владения ФИО2 не выбывала, ключи от спорной квартиры ФИО1 не передавались, до настоящего времени ФИО2 продолжает пользоваться спорной квартирой, нести расходы по оплате жилищно-коммунальных услуг, зарегистрирована в ней, другого жилого помещения, кроме спорного, в собственности не имеет.
Давая объяснения суду первой инстанции ФИО2 поясняла, что у ее сына ФИО6 имелась задолженность перед ФИО1, размер которой на дату совершения сделки составлял <данные изъяты>, и по просьбе сына она хотела отдать принадлежащую ей на праве собственности квартиру по адресу: <адрес> в залог ФИО1 Заключая договор с ФИО1 она полагала, что заключает договор займа денежных средств под залог квартиры, и после возврата суммы долга ими с ФИО1 будет заключен новый договор купли-продажи по которому квартира вновь перейдет в ее собственность. Учитывая рыночную стоимость квартиры на дату заключения договора, превышающую более чем в два раза цену, указанную в договоре, она никогда не согласилась бы заключить сделку купли-продажи на изложенных в договоре условиях.
В данной части доводы ответчика подтверждаются объяснениями третьего лица ФИО6, который пояснял суду первой инстанции, что ФИО1 являлся клиентом его фирмы по продаже автозапчастей. В 2016 году он занял у ФИО1 <данные изъяты>, однако договор займа в письменной форме у него не сохранился. Для выплаты задолженности ФИО6 продал машину, его супругой был оформлен кредит на сумму <данные изъяты>, часть задолженности оплачена автозапчастями. Когда остаток долга составил <данные изъяты>, он попросил мать заключить договор купли-продажи квартиры с ФИО1 в качестве обеспечения исполнения обязательств по возврату займа. Расписки о возврате долговых обязательств стороны не составляли, сумму оставшегося займа возвращали посредством перевода денежных средств на счет ФИО1 В настоящее время обязательство по выплате займа исполнены ФИО7 в полном объеме.
Намерение ФИО2 передать квартиру в залог до возврата ФИО6 долга ФИО1 подтвердила также свидетель ФИО10, пояснившая суду первой инстанции, ранее она проживала без регистрации брака с ФИО6, у которого имелись многомиллионные долговые обязательства, в том числе долг перед ФИО1, из-за которого ФИО2 была вынуждена передать принадлежащую ей на праве собственности квартиру в обеспечение займа. ФИО10 и ФИО2 переводили на счет ФИО1 денежные средства в счет погашения долговых обязательств ФИО6
Представленными в материалы дела отчетами по банковским картам ФИО1 № и №, принадлежность которых не оспаривалась последним в ходе рассмотрения дела, подтверждается, что ФИО2 в период с 10.01.2018 по 23.09.2020 ежемесячно производились на карты ФИО1 перечисления денежных средств различными суммами; общая сумма данных перечислений за указанный период составила <данные изъяты>.
Не свидетельствует о фактически произведенных действиях по отчуждению ФИО2 спорной квартиры и факт государственной регистрации сделки, поскольку государственная регистрация по смыслу положений ст. 158 ГК РФ, п. 3 ст. 1 Федерального закона от 13.07.2015 года N 218-ФЗ "О государственной регистрации недвижимости" не является элементом формы сделки, а представляет собой юридический акт признания и подтверждения государством возникновения, изменения, перехода, прекращения права определенного лица на недвижимое имущество или ограничения такого права и обременения недвижимого имущества.
Согласно разъяснениям, данным в п. 60 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 22 от 29.04.2010 года "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" отсутствие государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество к покупателю не является основанием для признания недействительным договора продажи недвижимости, заключенного между этим покупателем и продавцом.
В связи с чем, государственная регистрация сама по себе не порождает и действительность сделки.
Совокупность имеющихся в деле доказательств свидетельствует о том, что заключение договора не повлекло за собой тех юридических и иных последствий, которые должны были возникнуть при смене собственника, а участники правоотношений не стремились к достижению тех правовых целей, для которых совершается договор купли-продажи.
Имеющаяся в материалах дела расписка о получении ФИО2 от ФИО1 денежных средств в размере 980 000 рублей достоверно не свидетельствует о намерении ФИО2 заключить договор купли-продажи спорной квартиры.
Принимая во внимание, что ФИО2 продолжает пользоваться спорным жилым помещением, договор купли-продажи не был исполнен, судебная коллегия приходит к выводу, что стороны не достигли правовых последствий, характерных для договора купли-продажи, состоящих в переходе права собственности, в том числе прав владения, пользования и распоряжения предметом договора.
Установленные по делу обстоятельства свидетельствуют о том, что договор купли-продажи от 14.10.2017 направлен на прикрытие отношений из договора залога в обеспечение исполнения основного обязательства по договору займа, существующего между ФИО1 и ФИО6
Ссылки в жалобе на отсутствие признаков притворности оспариваемого договора и соответствие его требованиям закона в силу приведенных выше доказательств являются необоснованными и не могут служить основанием для отмены вынесенного решения.
Также вопреки доводам апелляционной жалобы, отклоняя доводы истца о пропуске ответчиком срока исковой давности для обращения с исковыми требованиями о признании недействительным договора купли-продажи от 14.10.2017, суд первой инстанции правомерно исходил из того обстоятельства, что до обращения ФИО1 в суд с иском о признании ее утратившей право пользования жилым помещением и выселении ФИО2 полагала, что между ними сложились правоотношения, вытекающие из договора займа, в связи с чем срок защиты нарушенного права для ФИО2 следует исчислять с даты получения ею требования о выселении, то есть с 25.04.2021, и, учитывая дату подачи встречного иска 06.10.2021, пришел к обоснованному выводу о том, что такой срок ответчиком не пропущен.
По существу доводы апелляционной жалобы сводятся к несогласию с выводами суда первой инстанции, направлены на переоценку доказательств и установленных фактических обстоятельств, однако не содержат каких-либо фактов, которые бы не были проверены и учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судом решения.
Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии положениями ч. 4 ст. 330 ГПК РФ основанием для отмены решения суда, судом не допущено.
Таким образом, судом всесторонне и объективно исследованы все фактические обстоятельства дела, им дана должная правовая оценка, правильно применены нормы материального и процессуального права и вынесено законное решение.
На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 328, 329 ГПК РФ, судебная коллегия,
ОПРЕДЕЛИЛА:
Решение Свердловского районного суда г. Красноярска от 2 июня 2023 года оставить без изменения, апелляционную жалобу представителя ФИО1 – ФИО3 – без удовлетворения.
Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции в течение трех месяцев со дня вступления в законную силу.
Председательствующий: В.Б. Федоренко
Судьи: Т.Л. Чернова
Е.А. Килина
Апелляционное определение в окончательной форме изготовлено 26 сентября 2023 года.